Что такое каузальная атрибуция: Nothing found for Kazualnaya Atributsiya V Psihologii Teoriya I Primery %23I

Содержание

что это простыми словами, примеры

Человеческая психика – одно из сложнейших творений природы. Конечно же, она не может всегда работать идеально, и некоторые её функции часто действуют не совсем так, как следовало бы, способствуя когнитивным искажениям и прочим феноменам восприятия. Одним из таких феноменов является каузальная атрибуция – свойство психики, заставляющее нас делать неправильные выводы об окружающих и их мотивах. Сегодня мы поговорим о том, что она собой представляет, как проявляется, чем объясняется и как часто влияет на нашу жизнь.

Что такое каузальная атрибуция?

Каузальная атрибуция – это психологический феномен, проявляющийся в том, что мы объясняем поступки окружающих, исходя из того, что о них знаем и как их воспринимаем. Данная особенность восприятия может работать в отношении одного человека, некой общности людей или социальной группы. При этом выводы, которые мы делаем, обычно основываются на наших ожиданиях, обусловленных жизненным опытом.

Термин «каузальная атрибуция» имеет латинское происхождение. Он образован от слов causa (переводится как «причина») и attributio (присвоение, приписать свойство). То есть, буквально его можно прочитать как «приписывание причин».

Данный феномен связан с восприятием и с мышлением. Он основывается на достраивании картины и воссоздании недостающей информации. Человек непроизвольно находит простые объяснения поступков, совершаемых другими людьми и им самим. При этом логическому мышлению часто мешают эмоции, поэтому каузальная атрибуция ярче всего проявляется, когда человек объясняет успехи и неудачи (как чужие, так и собственные).

Термин «атрибуция» применяется для обозначения приписывания различных свойств, а слово «каузальный» подразумевает, что речь идёт о причинах. Впервые данное словосочетание использовал австрийский психолог Фриц Хайдер, исследовавший особенности того, как люди интерпретируют информацию при недостатке данных.

Пример каузальной атрибуции

Каузальная атрибуция – это особенность восприятия, свойственная всем людям, и вы наверняка так или иначе с ней сталкивались. Она проявляется в том, что мы находим такое объяснение чужим поступкам, которое соответствовало бы нашим собственным ожиданиям. При этом ожидания часто продиктованы эмоциями и отношением к человеку. Вспомните ситуацию, когда кто-то из ваших знакомых опаздывал на встречу с вами. В таких ситуациях причина может быть любой, и мы ничего о ней не знаем, однако делаем выводы, исходя из того, как воспринимаем опаздывающего человека.

Если мы привыкли, что этот человек часто опаздывает, то мы сразу полагаем, что он, как обычно, опаздывает из-за собственной безответственности. Если же мы привыкли считать его ответственной личностью, то начинаем волноваться, предполагая, что у него что-то случилось. Также на наши преждевременные выводы влияет наше психоэмоциональное состояние. Если мы спешим и нервничаем, то возрастает вероятность упрекнуть человека в безответственности.

Типичные ошибки каузальной атрибуции

Как было отмечено выше, ключевая особенность данного феномена заключается в том, что найденные объяснения чужим или своим поступкам не всегда соответствуют действительности. Рассмотрим несколько типичных ошибок, возникающих вследствие этого.

1. Фундаментальная ошибка атрибуции

Психологи считают, что данная ошибка свойственна всем, хотя у этой точки зрения есть и противники. Суть ошибки заключается в том, что мы неосознанно объясняем свои успехи личными качествами, а неудачи – влиянием обстоятельств. В то же время, глядя на чужие успехи, мы предпочитаем объяснять их везением или чьим-то покровительством, а неудачи других людей часто объясняем их собственными недостатками и ошибками.

Американский социальный психолог Ли Росс выделил следующие причины фундаментальной ошибки атрибуции:

  • Ложное согласие. Всем людям свойственно в любых обстоятельствах считать самой правильной собственную точку зрения, а также собственные представления о морали и нравственности. Если чьё-то поведение противоречит данным представлениям, это объясняют его личными особенностями.
  • Неравные возможности. При оценке чужого поведения недооценивается влияние ролевой позиции, в которой находится этот человек.
  • Приоритет доверия к фактам, не требующим осмысления. Личность – самый заметный факт, на который обращают внимание в первую очередь. В то же время обстоятельства, в которых находится личность, ещё нужно оценить. Поэтому при оценке чужого поведения происходит фокусировка на фактах, а обстоятельства остаются малозаметным фоном.
  • Игнорирование важности не случившихся событий. Мы склонны воспринимать только то, что случилось, но не придаём значения не случившимся событиям, даже если знаем, что они были предотвращены благодаря чьим-то усилиям.
  • Ложные корреляции. Наблюдая за другим человеком, мы можем объединять не связанные личностные качества, полагая, что они всегда сопутствуют друг другу. Это часто проявляется в приписывании людям определенных черт характера или интеллектуальных способностей на основании их внешности.

Пример фундаментальной ошибки атрибуции:

Давайте представим следующую ситуацию: вы и ваш коллега начинаете работать над похожими проектами. Если проект вашего коллеги развивается не так успешно, вы объясняете это тем, что он менее талантлив, хуже подготовлен и вкладывает в работу меньше усилий. Вы не задумываетесь о том, что ему могут мешать внешние обстоятельства, как связанные с работой, так и не связанные.

Объяснение успехов или неудач человека личностными качествами называется внутренней диспозицией. Если же проект вашего коллеги развивается успешнее, чем ваш, вы с большой вероятностью объясните это тем, что вам мешают какие-то обстоятельства. Это явление называется внешней диспозицией. По сути, это защитный механизм, помогающий избежать руминации и не отягощать ситуацию излишними переживаниями.

2. Разное восприятие участника и наблюдателя

Человек по-разному оценивает роль личностных качеств и обстоятельств в зависимости от того, является ли он непосредственным участником событий или наблюдает за ними со стороны.

В первом случае он детальнее анализирует обстоятельства и придаёт им большее значение. Во втором – практически не замечает их или считает несущественными.

3. Культурное предубеждение

Существует немало стереотипов, связанных с различными национальными особенностями. Эти предубеждения не обязательно связаны с шовинизмом, и всё же есть определенные черты характера, которые принято приписывать представителям различных наций. К примеру, считается, что азиаты более склонны к коллективизму, тогда как европейцы в большинстве своём являются индивидуалистами.

На постсоветском пространстве также существует немало стереотипов, связанных с особенностями поведения тех или иных народов. Большинство этих предубеждений передаётся преимущественно через анекдоты, но это не мешает людям воспринимать их всерьёз и позволять им влиять на своё отношение к окружающим.

4. Диспозиционная атрибуция

Это суждение о личности человека по его поведению. Например, если в какой-то ситуации человек повёл себя грубо по отношению к нам, мы полагаем, что у него скверный характер. При этом мы не задумываемся, что прямо сейчас у него плохое настроение, он куда-то опаздывает или сам раздражен чьим-то поведением. Таким образом, мы делаем выводы о личности человека, совершенно игнорируя ситуационные факторы.

5. Своекорыстная атрибуция

Получая поощрение на работе, человек объясняет его своими заслугами и профессионализмом. В то же время отсутствие ожидаемого поощрения он объясняет тем, что начальство его недолюбливает. Раньше психологи считали, что это защитная реакция, позволяющая сохранить самооценку. Но сейчас считается, что люди склонны считать своими заслугами те обстоятельства, которые соответствуют их ожиданиям («Я работал над этим и получил это!»).

6. Защитная атрибуция

Любому человеку тяжело признавать, что именно его оплошность привела к потерям. Поэтому, защищая себя от лишних переживаний, он считает, что в его неудаче виноваты внешние обстоятельства. Защитная атрибуция может быть направлена и на окружающих.

В частности, большинству людей свойственна внутренняя убежденность, что плохие происшествия случаются лишь с теми людьми, которые их заслуживают (этим объясняется, например, виктимблейминг). Это помогает им чувствовать себя в безопасности, будучи уверенными, что они не заслуживают плохих событий.

Теории каузальной атрибуции

Существует несколько разных теорий, объясняющих механизм действия каузальной атрибуции. При этом наиболее популярными являются две из них, каждую из которых следует рассмотреть подробно.

Теория корреспондентских отношений

Данную теорию создали психологи Эдвард Джонс и Кит Дэвис. Они выдвинули предположение, что люди склонны считать любое поведение окружающих преднамеренным и объяснять его личностными качествами. Это должно помогать нам лучше понимать,

чего можно ждать от людей в будущем. Если человек повёл себя дружелюбно, мы полагаем, что он доброжелателен и впредь будет вести себя так же.

Таким образом, согласно данной теории, каузальная атрибуция – это склонность делать естественные умозаключения о том, что поступки человека полностью соответствуют его внутреннему миру. Для обозначения ситуации, когда наблюдатель делает вывод о личности человека по его поведению, авторы ввели понятие «корреспондентский вывод». Они утверждают, что данный вывод мы делаем, опираясь на такие источники информации как:

  • Свобода выбора. Если человек имел возможность выбирать и выбрал именно это действие, значит, оно объясняется его личностными особенностями.
  • Случайность или преднамеренность поведения. Если определенные действия совершены человеком намеренно, мы пытаемся объяснить их внутренними факторами, если же что-то получилось случайно, мы ищем внешние причины.
  • Социальная желательность. Если кто-то совершает поступки, характеризующиеся низкой социальной желательностью (то есть, «неправильные»), их объясняют личностными качествами.
  • Персонализм. Если чьи-то поступки влияют на нас, мы полагаем, что они обусловлены личностными качествами человека.
  • Гедонистическая релевантность. Также на наши выводы о личных качествах другого человека влияет то, принесли нам его действия пользу или вред.

Модель ковариации Келли

Автором данной теории атрибуции является американский социальный психолог Гарольд Келли (Harold Kelley), опубликовавший её в 1967 году. Она представляет собой логическую модель, в соответствии с которой люди объясняют определенное поведение внутренними мотивами или внешними факторами.

В математической статистике термином «ковариация» называют взаимную зависимость двух случайных величин. В рамках модели Келли под ковариацией подразумевается зависимость атрибуции от случайных факторов, которые замечает и учитывает наблюдатель.

По мнению Келли, интерпретируя поведение другого человека, люди неосознанно используют те же принципы, что и ученые в своих исследованиях. В частности, он выделил три критерия:

  • Консенсус (подобие). Соответствует ли поведение человека типичному поведению, свойственному большинству людей?
  • Отличительность. Отличаются ли поступки человека по отношению к наблюдателю от поступков по отношению к другим людям?
  • Согласованность. Во всех ли ситуациях человек ведёт себя по отношению к наблюдателю одинаково, или его поведение зависит от ситуации?

В качестве примера рассмотрим реакцию человека (пусть его зовут Сергей), на рассказанный в компании анекдот. Если все, включая Сергея, смеются, можно сделать вывод о высоком консенсусе. Если засмеялся только Сергей, консенсус низок.

Если Сергей смеётся, когда анекдоты рассказывает этот рассказчик, но не хуже воспринимает других, отличительность высокая. Если смешными ему кажутся все анекдоты, отличительность низкая. Если Сергей всегда смеется, когда анекдоты рассказывает этот человек, согласованность высока, если нет – согласованность низка.

Теперь представим ситуацию, в которой шутки конкретного человека вызывают смех у всей компании, но при этом они не так охотно смеются в ответ на шутки другого. В таком случае мы полагаем, что Сергей смеётся, поскольку рассмешивший его рассказчик действительно талантливо рассказывает анекдоты. Если смеется только Сергей, и при этом он смеется вообще над каждой шуткой, мы можем прийти к выводу, что его просто легко рассмешить.

В описанном выше примере мы исходим из того, что у нас есть возможность понаблюдать, как Сергей ведёт себя в разных ситуациях, как он реагирует на разных рассказчиков, как ведут себя остальные участники. Однако в действительности мы часто не обладаем такой полнотой информации, и всё равно находим для себя удобное объяснение любой ситуации, которое считаем достаточно точным.

В 1972 году Келли опубликовал работу, расширяющую его теорию. Он дополнил её принципами, объясняющими, как мы делаем выводы, при недостатке информации. В частности, данный недостаток восполняется за счёт личных убеждений и накопленного жизненного опыта. В опубликованной работе Келли предложил 2 схемы:

  1. Множество достаточных причин. Может существовать несколько факторов, каждого из которых достаточно, чтобы оказать необходимое влияние. Интересным побочным эффектом этой схемы является обесценивание отдельных факторов, если мы предполагаем, что у сложившейся ситуации несколько причин (если человек опоздал на работу, поскольку в кране не было воды, а его автобус задержался, он не придаёт значения тому, что проспал).
  2. Множество необходимых причин. Данная схема подразумевает, что мы искусственно объединяем несколько факторов для объяснения определенного события, поскольку только такая комплексная причина выглядит достаточной.

Также Келли описал «Принцип усиления», согласно которому роль причины значительно преувеличивается при наличии отрицательных факторов. Например, если человек справился с задачей, несмотря на непредвиденные сложности, он гораздо выше оценивает свои заслуги.

Заключение

Каузальная атрибуция – это феномен восприятия, связанный с нашей природной потребностью понимать чужие мотивы, чтобы иметь возможность строить дальнейшие ожидания в отношении данного человека. Она проецируется на вторую ступеньку пирамиды Маслоу (потребность в стабильности и безопасности), поскольку только понимая причины чужих поступков и зная, чего от них можно ожидать в дальнейшем, мы можем быть уверены, что находимся в безопасности.

 Каузальная атрибуция

Каузальная атрибуция: это процесс приписывания другому человеку причин его поведения в том случае, когда информация об этих причинах отсутствует. Приписывание осуществляется либо на основе сходства поведения воспринимаемого лица с каким-то другим образцом, имевшимся в прошлом опыте субъекта восприятия, либо на основе анализа собственных мотивов, предполагаемых в аналогичной ситуации.

Мера и степень приписывания зависят от:

— степени уникальности или типичности поступка

— степени его социальной «желательности» или «нежелательности». Эксперименты (Джон, Девис, Герген): испытуемые слушали интервью людей, якобы отбираемых в космонавты и подводники. При этом идеальный космонавт описывался как интроверт, а подводник – экстраверт. Потом давали слушать запись интервью с людьми, которые якобы собирались стать подводниками и космонавтами и просили определить тип профессии. У половины испытуемых в интервью явно прослеживались черты интроверсии и экстраверсии – испытуемые безошибочно определяли. У другой половины испытуемых, подводники в интерью демонстрировали интроверсию, а космонавты – экстраверсию. Однозначных ответов не было. Вывод: отходящее от ролевых требований поведение нуждается в дополнительном поведении.

Г. Келли: Теория каузальной атрибуции:

1. теория ковариации

При многократном наблюдении у человека срабатывает 3 критерия:

— подобия (ведут ли себя все так).

— различия (ведут ли себя так всегда),

— совпадения (ведут ли так себя все всегда).

В различных случаях избирается разный тип атрибуции

личностная атрибуцию (причина приписывается лично совершающему поступок),

стимульная атрибуция (причина приписывается тому объекту, на который направлено действие),

обстоятельственную атрибуцию (причина совершающегося приписывается обстоятельствам). Было выявлено, что наблюдатель чаще использует личностную атрибуцию, а участник склонен в большей мере объяснить совершающееся обстоятельствами. Эта особенность отчетливо проявляется при приписывании причин успеха и неудачи: участник действия «винит» в неудаче преимущественно обстоятельства, в то время как наблюдатель «винит» за неудачу прежде всего самого исполнителя.

2. теория конфигурации (одно единственное наблюдение).

Основные принципы:

— усиление (приоритет отдается причине, встречающей препятствие: человек явно рискует, совершает поступок, преодолевая трудности и т.д.).

        — обесценивания (эксперимент Тибо и Риккерта: людей просили, просмотрев отрывки с «угодливым поведением» двух людей – с высоким статусом и низким – объяснить причины этого поведения. Для низкостатусного выбиралась и внутренняя причина (бессилие в жизни) и внешняя (желание помощи), а для высокостатусного – только внутренняя (такой уж он есть), так как его статус высок и люди считали, что помощь ему точно понадобиться не может. Вывод: причина, у которой есть альтернатива, отбрасывается).

— системного искажения (типичные ошибки атрибуции).

Особое место занимает проблема атрибуции ответственности. Гипотеза: чем серьезнее поступок, тем больше ответственности на личности, а не на обстоятельствах. Эксперимент: с машиной на холме (приписывание ответственности в зависимости от тяжести нанесенных повреждений).

Ошибки атрибуции:

Фундаментальная ошибка (переоценка личностных характеристик по сравнению с ситуативными)

5 причин фундаментальной ошибки:

— идея ложного согласия (взгляды другого сходны с моими).

— приписываем личности то, что должно быть приписано роли.

— факты становятся более важными, чем рассуждения по их поводу.

— иллюзорные корреляции (произвольная связь совершенно не связанных явлений).

— мы не учитываем неслучившееся.

Фундаментальная ошибка атрибуции не носит абсолютного характера, так как участник и наблюдатель по разному приписывают причины. Почему?

1. Они обладают разным уровнем информированности.

2.                    Имеют разный угол зрения, у них различный перцептивный фокус. Эксперимент Стормса: беседа двух людей снималась на камеру, а потом показывалась им – при интерпретации своего поведения после беседы и после просмотра пленки, интерпретация своего поведения менялась. А при просмотре пленки интерпретация совпадала с интерпретацией реального наблюдателя этой беседы. А у реальных наблюдателей беседы все было наоборот – до просмотра пленки они демонстрировали ошибку атрибуции, а после просмотра пленки — они «приближались» в восприятии к участникам беседы.

 Мотивационная ошибка (вызнана мотивационными процессами, защитами).

Виды:

1.        сокращение мотивации позитивной самооценки:

— контрзащитная атрибуция (если человек знает, что его действия критически оценят, он припишет успех – обстоятельствам, а неудачу — себе).

— аутопомехи (на пути к достижению цели человек создает себе препятствия, т.е. заранее оправдывается за неуспех).

2. мотивация соответствующая норме (ложное подобие).

3. потребность в стабильности, защищенности:

— вера в справедливый мир,

— иллюзия контроля (приписывание себе большего контроля, чем есть на самом деле).

Вайнер: причины мотивационной ошибки:

Стабильные – нестабильные, внутренние – внешние, контролируемые – неконтролируемые.

 В зависимости от мотивации у человека может быть разный набор причин. Выбор каждого из сочетаний обусловлен различной мотивацией: либо оправдать слабость, либо утвердить себя, т.е. мотивация на достижение или против достижения. Обычно, если объясняется свой собственный успех (неудача), то успех объясняется личностными причинами, а неудача – ситуативными, а если объясняется чужой успех (неудача), то все наоборот. Однако существует и влияние самооценки: если у человека низкая самооценка – то возможно приписывание удачи и обстоятельствам. Кроме того, приписывание внутренней или внешней причины зависит от статуса воспринимаемого. Эксперимент Тибо и Риккерта с высокостатусным и низкостатусным людьми, которые, послушав речь о необходимости донорства, оба пошли сдавать кровь, но в случае высокостатусного человека — такое решение приписывалось его личности, а в случае низкостатусного – успешности речи. 

Исследование Николюкиной: рассматривалась учебная группа – участников просили проранжировать группу по успеваемости, а потом каждому участнику давалась информация, что студент, который по его собственной классификации «умнее» него получил 2, а студент, который «глупее» — 5. В таком случае – причины были ситуативные. А если сообщалась «адекватная» информация (т.е. наоборот) – то причины приписывались личности.

 Эффекты:

Эффект установки играет значительную роль при формировании первого впечатления о незнакомом человеке, что было выявлено в экспериментах А. А. Бодалева. Двум группам студентов была показана фотография одного и того же человека (преступник — крупный ученый). После этого каждой группе было предложено составь словесный портрет сфотографированного человека. Портрет получился соответствующий.

           Эксперименты эффект ореола

— Регистрировались оценки двух групп детей, даваемые субъектом восприятия: «любимые» и «нелюбимые» дети. Хотя «любимые» (в данном случае более привлекательные) дети делали (намеренно) ошибки в исполнении задания, а «нелюбимые» выполняли его корректно, воспринимающий приписывал положительные оценки «любимым», а отрицательные — «нелюбимым». Это соответствует теории соответствия о том, что людям вообще свойственно рассуждать таким образом: «плохой человек обладает плохими чертами», «хороший человек обладает хорошими чертами». Вывод: приписывание причин поведения и характеристик осуществляется по этой же модели: плохим людям всегда приписываются плохие поступки, а хорошим — хорошие.

— был продемонстрирован перенос физически привлекательных черт на психологические характеристики воспринимаемого человека: группе мужчин были показаны фотографии красивых, обычных и явно некрасивых женщин и попросили высказаться об их чертах. Только красивые были наделены такими чертами, как крепкие, уравновешенные, любезные и даже заботливые и внимательные. Эффект ореола выражает тенденцию затемнить определенные характеристики и высветить другие, играет роль своеобразного фильтра при «прочтении» партнера по общению.

           Эффект «первичности и новизны» —  касается значимости определенного порядка предъявления информации о человеке для составления представления о нем: ранее предъявленная информация рассматривается как «первичная», а поздно предъявленная как «новая». Эксперимент: Четырем группам студентов был представлен некий незнакомец, которого нужно было описать в терминах качеств его личности, и о котором было сказано: экстраверт; интроверт; сначала, что он экстраверт, а потом, что он интроверт; то же, но в обратном порядке. В двух первых группах никаких проблем с таким описанием не возникло. В 3-й и 4-й группах впечатления о незнакомце точно соответствовали порядку предъявления информации: предъявленная ранее возобладала. Такой эффект получил название «эффекта первичности» и был зарегистрирован в тех случаях, когда воспринимается незнакомый человек. Напротив, в ситуациях восприятия знакомого человека действует «эффект новизны», который заключается в том, что последняя, т.е. более новая, информация оказывается наиболее значимой. Однако однозначного ответа на вопрос, какой же способ предъявления информации о другом человеке оптимален, не существует.

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

Роль каузальных атрибуций в переживании и переработке повседневного стресса в семье Текст научной статьи по специальности «Психологические науки»

УДК 159.947-053.5-05-07

Вестник СПбГУ. Сер. 12. 2014. Вып. 2

Н. Ф. Михайлова

РОЛЬ КАУЗАЛЬНЫХ АТРИБУЦИЙ В ПЕРЕЖИВАНИИ И ПЕРЕРАБОТКЕ ПОВСЕДНЕВНОГО СТРЕССА В СЕМЬЕ

Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9

Обнаружена специфика в когнитивном стиле оценки стрессовой ситуации как у слепых и глухих подростков, так и у их родителей: родители слепых и их дети больше считали виновниками стресса себя, способными его контролировать и решать проблему. В семьях глухих ответственность за стресс приписывалась случайным факторам или лицам, не имеющим отношения к семье. Обнаруживается четкая тенденция влияния локуса первичной когнитивной оценки стрессора (каузальной атрибуции причины) на последующие оценки (каузальные атрибуции контролируемости и ответственности за решение проблемы): если стрессор изначально атрибутировался интернально или экстернально, то высока вероятность сохранения этого же локуса и в дальнейшем. На стиль индивидуальной когнитивной оценки влияют и каузальные атрибуции других членов семьи, особенно при наличии сенсорного нарушения у ребенка. Каузальные атрибуции, наряду с сенсорным дефектом ребенка, являлись в качестве предикторов стрессовых эмоций и копинга у членов семьи: любые каузальные атрибуции жены, экстернальная несемейная каузальная атрибуция ребенка детерминировали тревогу отцов, особенно в семьях глухих. Матери выбирали адекватные копинг-стратегии в ситуациях, когда в стрессе винили посторонних или случайность, а их мужья — себя. Слепота ребенка также была модератором, усиливающим предсказательную силу влияния материнской интернальной атрибуции контролируемости стрессора на отцовский интернальный локус оценки контролируемости стрессора. Библиогр. 8 назв. Табл. 3.

Ключевые слова: каузальные атрибуции, контролируемость, семейный копинг, слепота, глухота.

THE ROLE OF CAUSAL ATTRIBUTIONS IN EXPERIENCING AND OVERCOMING DAILY STRESS IN THE FAMILY

N. F. Mikhaylova

St. Petersburg State University, 7/9, Universitetskaya nab., St. Petersburg, 199034, Russian Federation

Specific features were found in the cognitive style of assessing a stressful situation by blind and deaf adolescents as well as by their parents. Blind adolescents and their parents were more inclined to blame themselves for the occurrence of stress and to believe themselves to be able to control and solve the problem, whereas the families of deaf adolescents were inclined to believe that stress is caused by chance factors or by non-family members. A clearly marked influence of the locus of the primary cognitive assessment of a stressor (causal attribution) on subsequent assessments (causal attributions of controllability and responsibility for problem solving) were revealed: If a stressor was initially attributed as internal or external, it was highly probable that the same locus would remain the same in other causal attributions as well. The style of individual cognitive assessment is also caused by the causal attributions of other family members, especially when a child has a sensory disturbance. Causal attributions, along with a child’s sensory defect, appeared as predictors of stress emotions and coping in family members: every causal attribution of the wife and external non-family causal attribution of the child determined the father’s anxiety, especially in the families of the deaf. In the situations when mothers believed that stress was caused by a chance factor or an outsider, while fathers blamed themselves for the occurrence of stress, mothers chose adequate coping strategies. Refs 8. Tables 3.

Keywords: Causal attributions, controllability, family coping, blindness, deafness.

В настоящее время эмпирически доказана роль основных психологических факторов, опосредующих и модерирующих процесс стресса [1, 2]. Исходными пунктами этого процесса являются отягощающие события (стрессоры), а главными опосре-

дующими факторами — процессы оценки со стороны индивида, которые рассматривают события с разных точек зрения (когнитивной и эмоциональной). Они в значительной мере определяют как вид и интенсивность реакции на стресс, так и индивидуальные процессы адаптации и преодоления стресса. Адаптивные реакции (копинг) могут быть как функциональными, так и дисфункциональными. Этот процесс модерируется факторами личности, тенденциями и стилями совладания и переменными социального окружения [3]. Личностные и социальные факторы могут способствовать как интенсификации (переменные риска), так и редукции (ресурсы) реакции на стресс [1, 4]. Они связаны с ответом на вопросы: Каким образом индивиды оценивают определенную ситуацию и как они совладают с ней (копинг)? Как процессы оценки, так и процессы копинга могут находиться под влиянием факторов личности и социальной среды?

Perrez M., Reichererts М., основываясь на функциональной концепции, расширили когнитивно-феноменологическую перспективу теории Лазаруса [5]. Опираясь на параметры переживания (такие как угроза, вызов), они в большей степени связали ее с теориями контроля и атрибуции, включив релевантые для адаптации объективные характеристики ситуации (ее контролируемость, изменчивость и др.).

Однако связь между стрессором, оценкой и копингом может модерироваться и различными личностными переменными: сильная тенденция к «контролю» характерна для людей, активно ищущих информацию о потенциально опасных ситуациях (например, о медицинских вмешательствах). Тогда как «подавляющие» информацию, наоборот, предпочитают ее избегать (отвлечься и не думать). Обе тенденции когнитивного стиля по-разному адаптивны при различных типах ситуаций [6]. Когда контролируемость объективно высока, индивиды с сильной склонностью «к контролю» и низкой склонностью к когнитивному избеганию имеют более адекватные предпосылки для разрешения стрессовой ситуации.

Кроме оценки контролируемости, каузальные атрибуции представляют собой не менее важный фактор, влияющий на наше мышление, чувства и поведение. Мы регистрируем не только то, что потерпели неудачу или кто-то ведет себя агрессивно, но и пытаемся объяснить это — свести к лежащим в его основе причинам (объясняя это превратностью обстоятельств или свойствами личности). Люди, согласно Heider F., объясняют события признаками индивидов и/или факторами, находящимися в окружающей среде [7]. Например, объясняя неудачу с заданием недостаточной способностью и/или недостаточным усилием (причина в индивиде), и/или же сложностью задания или случаем (внешние причины). В свою очередь, каузальные атрибуции влияют и на наше социальное и межличностное поведение. Если собственная неудача объясняется слабыми способностями, то эта атрибуция зачастую сопровождается смущением или тревогой по поводу результата («внутрипсихиче-ский» процесс). Но если объясняется неудача другого индивида, то тогда каузальные объяснения влияют на отношение к нему (межличностное поведение): например, мать сердится из-за двойки на ребенка, если она связывает это с его недостаточным усердием [3].

Ряд исследователей рассматривает каузальные атрибуции как когнитивный фактор, существенно влияющий на возникновение эмоций и оказывающий косвенное действие на социальное взаимодействие (интеракции) [8]. В контексте интеракций внутри семьи можно допустить, что каузальные атрибуции влияют на качество

эмоциональных реакций и отношений. Например, гнев обусловливается во многом экстернальной (внешней) атрибуцией: мы злимся на других людей в том случае, когда приписываем им самим причины их негативного поведения и считаем их ответственными за них.

Проявляют ли некоторые члены или все в семье тенденции к определенному типу каузальной атрибуции относительно какого-либо одного или нескольких паттернов поведения? В какой степени отдельные члены вменяют ответственность другим за плохое поведение? Семьи могут различаться по общему количеству экс-тернальных и интернальных каузальных атрибуций. Предполагается, что семьи с преимущественно экстернальными каузальными атрибуциями плохого поведения (по отношению к другим членам семьи) чаще отвечают эмоциями гнева, чем это делают семьи с менее экстернальной каузальной атрибуцией. Интернальная каузальная атрибуция коррелирует с эмоциями тревоги. В таком случае совокупная тенденция в семье к интернальной каузальной атрибуции должна коррелировать с тревогой и депрессией.

Может возникнуть вопрос: происходит ли так, что определенную категорию людей «привлекают» определенные атрибуции? Или может ли быть идентифицирован «козел отпущения» в семье, если известны каузальные атрибуции всех ее членов? Эти вопросы являются актуальными для семейного психотерапевта, поскольку семьи часто приводят на терапию того, кого они считают виновником своих бед, чтобы его изменить, и отрицают, что они тоже в какой-то степени вовлечены в эти проблемы и ответственны за них.

В нашей предыдущей публикации мы уже показали, что стрессор любого члена семьи, так же как и его нарушение, влияет на всю семейную систему, «запуская» весь спектр дальнейших адаптивных реакций в семье (когнитивную оценку, стрессовые эмоции и копинг). Задачами данной статьи стали выявление специфики когнитивной оценки у членов семей, обусловленной сенсорным дефектом ребенка, а также анализ влияния когнитивной оценки (каузальных атрибуций) на дальнейшие процессы переработки стресса (стрессовые эмоции и копинг) с учетом этой специфики. Моделью для исследования послужили 28 семей глухих и 34 семьи слепых подростков, контрольную группу составили 69 семей подростков с нормальным сенсорным развитием. Эти семьи годами живут в условиях хронического стресса и вынуждены как-то «справляться» с ним, что способствует выработке специфических когнитивных и эмоциональных стилей в оценке стрессора. Методами исследования стали анкета самонаблюдения за стрессом и копингом М. Перре, шкала семейной сплоченности и семейной адаптации — FACES-III (Olson J.) и шкала психического здоровья — SDSG (Вескег P.).

В нашем исследовании каузальные атрибуции рассматриваются как вид кратковременных психических явлений — концепция индивида о том, кто или что послужило причиной произошедшего с ним стрессового события (атрибуция причины), кто и в какой степени его мог контролировать (атрибуция контроля), а также от кого или чего в результате зависело его решение (атрибуция результата). В зависимости от того, кому или чему индивид «приписывал» ответственность за стресс, каузальные атрибуции дифференцировались на интернальные, экстернальные семейные («другие члены семьи») и экстернальные несемейные («лица и обстоятельства, не относящиеся к семье»). Таким образом, когнитивная оценка стрессора включала

каузальные атрибуции его причины, контролируемости, которые, как известно, детерминируют в дальнейшем выбор копинг-усилий, а также каузальные атрибуции результата, которые детерминируют будущие ожидания и эмоции после стресса.

В результате дисперсионного анализа были обнаружены различия, свидетельствующие о специфике каузальных атрибуций не только у детей с сенсорными нарушениями, но и у их родителей (табл. 1-3).

Отцы контрольной группы в отличие от отцов детей-инвалидов виновниками стрессовых ситуаций чаще считали лиц, не относящихся к семье, или Бога и реже — случайность. = 0,200) была больше характерна в ситуациях семейного стресса несоциального происхождения — болезни, проблемы у детей в школе, нехватка денег и пр. (в = 0,385) при невыраженном семейном стрессе у ребенка (в = -0,187).

Такую же интернальную позицию отцы незрячих занимали и в оценке контролируемости стрессора — они чаще, чем отцы здоровых и глухих подростков, считали, что сами должны решать данную проблему.

Подобно им, отцы контрольной группы занимали такую же экстернальную позицию и в оценке контролируемости стрессора — если вину за стресс они приписывали посторонним лицам, не относящимся к семье, то и решать проблему, с их точки зрения, должны были те же. Однако в отличие от отцов слепых детей в контрольной группе отцы чаще были склонны считать, что решать проблему могли и другие члены семьи, в частности их ребенок.

Такие же различия между отцами сохраняются и в каузальных атрибуциях результата — отцы незрячих подростков также чаще, чем остальные, ответственность за решение проблемы или, наоборот, ее нерешение атрибутировали себе. Таким образом, мы видим, что в отличие от других у отцов незрячих подростков сохраняется интернальный локус каузальных атрибуций на всех уровнях — причины, контроля и результата. Они не ищут «козла отпущения» в семье и, если изначально считали себя виновными в данной проблеме, то и ответственность за ее решение атрибутировали себе. Тогда как отцы глухих и контрольной группы сохраняли экстерналь-ный локус ответственности, переложив ее на членов семьи или посторонних на всех уровнях оценки.

№ п/п Каузальные атрибуции и группы атрибуции Отцы (полные семьи) N= 1832 (эпизода) Достоверность различий

Семьи здоровых (I) N= 1224 (эпизода) Семьи глухих (II) N = 323 (эпизода) Семьи слепых (III) N = 285 (эпизодов) Manova ДЗР-Тьюки

М S(M) М S(M) М S(M) F Знач. Знач.

Каузальная атрибуция причины — «Кто ответствен за событие или явился его причиной?»

1. Интернальная атрибуция «Я сам виноват» 0,70 0,938 0,60 0,673 0,95 0,986 12,379 < 0,001 р I—III < 0,001 р II-III < 0,001

2. Одно или несколько лиц, не относящихся к семье 0,42 0,850 0,26 0,650 0,28 0,674 7,252 < 0,001 р I—II = 0,004 р I—III = 0,020

3. Случайность 0,11 0,392 0,37 0,587 0,18 0,524 41,83 < 0,001 р I—II < 0,001 р I—III = 0,040 р II-III = <0,001

4. Бог 0,05 0,306 0,02 0,124 0,01 0,167 3,265 0,038 р I—II = 0,035 р I—III = 0,041

5. Экстернальная несемейная атрибуция «Виноваты посторонние/случайность» 0,8137 1,0010 0,7937 0,81596 0,5825 0,91026 6,828 0,001 р I—III = 0,001 р II-III = 0,019

Каузальная атрибуция контроля — «Можно ли было контролировать событие или решить проблему и с чьей помощью?»

1. Интернальная атрибуция контроля «Я сам» 0,87 0,938 0,88 0,629 1,26 0,941 23,627 < 0,001 р I—III < 0,001 р II-III < 0,001

2. Моим ребенком 0,25 0,656 0,13 0,483 5,305 0,005 р I—III = 0,009

3. Кем-то не относящимся к семье 0,40 0,826 0,27 0,714 0,21 0,546 9,896 < 0,001 р I—II = 0,012 р I—III < 0,001

4. Экстернальная семейная атрибуция контроля «Другие члены семьи» 0,5515 0,89001 0,4105 0,79826 3,563 0,029 р I—III = 0,029

5. Экстернальная несемейная атрибуция контроля «Посторонние/случайность» 0,5351 0,92679 0,3094 0,75195 0,2316 0,57750 19,830 < 0,001 р I—II < 0,001 р I—III < 0,001

Каузальная ат тбуция результата — «Кем была решена или не решена проблема?»

1. Интернальная атрибуция результата «Я сам решил» 0,93 0,978 0,80 0,585 1,09 0,958 7,397 0,001 р I—II = 0,055* р I—III = 0,028 р II-III < 0,001

2. Моей женой 0,41 0,622 0,28 0,692 2,412 0,09* р II-III = 0,075*

3. Моим ребенком 0,23 0,630 0,14 0,414 3,844 0,022 р I—II = 0,036

4. Случайность 0,07 0,324 0,23 0,470 0,13 0,514 22,834 < 0,001 р I—II < 0,001 р I—III = 0,025 р II-III = 0,008

5. Судьба 0,09 0,396 0,16 0,585 3,548 0,029 р I—III = 0,023

6. Бог 0,03 0,234 0,00 0,059 3,231 0,040 р I—III = 0,065*

7. Экстернальная несемейная атрибуция результата «Посторонние/случайность» 0,6021 0,91469 0,4772 0,85395 2,305 0,10* р 1-111 = 0,081*

X» п/п Каузальные атрибуции и группы атрибуции Матери (полные семьи) N = 1861 (эпизод) Достоверность различий

Семьи здоровых (I) N = 1225 (эпизодов) Семьи глухих (II) N = 323 (эпизода) Семьи слепых (III) N= 313 (эпизодов) Manova ДЗР-Тьюки

М S(M) М S(M) М S(M) F Знач. Знач.

Каузальная атрибуция причины — «Кто ответствен за событие или явился его причиной?»

1. Интернальная каузальная атрибуция «Я сама виновата» 0,68 0,888 0,55 0,713 0,75 0,859 4,550 0,011 р I—II = 0,050 р II-III = 0,009

2. Мой муж 0,38 0,763 0,26 0,563 3,482 0,031 р I—II = 0,027

3. Лица, не относящиеся к семье 0,35 0,782 0,17 0,562 8,245 < 0,001 р I—II < 0,001

4. Случайность 0,12 0,435 0,28 0,557 0,19 0,523 16,015 < 0,001 р I—II < 0,001 р I—III = 0,076* р II-III = 0,022

5. Судьба 0,18 0,566 0,22 0,488 0,11 0,428 3,350 0,035 р 1-111 = 0,083* р II-III = 0,035

6. Бог 0,03 0,218 0,07 0,358 0,03 0,258 4,228 0,015 р 1-11 = 0,011 р II-III = 0,090*

7. Экстернальная семейная атрибуция «Виноваты другие члены семьи» 0,7306 0,95448 0,5232 0,71056 0,7188 0,98914 6,604 0,001 р I—II = 0,001 р II-III = 0,021

8. Экстернальная несемейная атрибуция «Виноваты посторонние/случайность» 0,7763 0,97213 0,7492 0,82033 0,5879 0,88404 5,106 0,006 р I—III = 0,004 р II-III = 0,075*

Каузальная атрибуция контроля — «Можно ли было контролировать событие или решить проблему и с чьей помощью?»

1. Кем-то, не относящимся к семье 0,35 0,765 0,20 0,577 6,286 0,002 р I—II = 0,002

2. Экстернальная несемейная атрибуция контроля «Посторонние/случайность» 0,4482 0,83674 0,2384 0,63697 0,2684 0,66856 13,242 < 0,001 р I—II < 0,001 р 1-111 = 0,001

Каузальная атрибуция результата — « Кем была решена или не решена проблема?»

1. Лица, не относящиеся к семье 0,28 0,718 0,19 0,602 2,419 0,089* р I—II = 0,072*

2. Случайность 0,06 0,293 0,21 0,485 0,07 0,355 25,399 < 0,001 р I—II < 0,001 р II-III < 0,001

3. Экстернальная семейная атрибуция результата «Другие члены семьи» 0,7110 0,90645 0,5201 0,68846 0,6645 0,95705 6,000 0,003 р I—II = 0,002 р II-III = 0,097*

4. Экстернальная несемейная атрибуция результата «Посторонние/случайность» 0,5657 0,89705 0,4441 0,83065 2,493 0,083* р 1-111 = 0,071*

№ п/п Каузальные атрибуции и группы атрибуции Подростки (полные семьи) N = 1860 (эпизодов) Достоверность различий

Здоровые (I) N = 1225 (эпизодов) Глухие (II) N= 323 (эпизода) Слепые (III) N= 312 (эпизодов) Manova ДЗР-Тьюки

М I S(M) М I S(M) М I S(M) F | Знач. Знач.

Каузальная атрибуция причины — «Кто ответствен за событие или явился его причиной?»

1. Интернальная каузальная атрибуция причины «Я сам виноват» 0,80 1,004 0,63 0,734 0,91 1,047 7,139 0,001 р I II = 0,010 р II-III = 0,001

2. Другой член семьи 0,00 0,103 0,03 0,245 4,245 0,014 р I III = 0,027

3. Одно или несколько лиц, не относящихся к семье 0,50 0,921 0,22 0,610 0,53 0,959 13,478 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III < 0,001

4. Случайность 0,14 0,470 0,41 0,674 0,13 0,476 39,021 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III < 0,001

5. Провидение 0,02 0,161 0,08 0,320 0,02 0,233 10,081 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III = 0,003

6. Судьба 0,15 0,523 0,22 0,497 0,10 0,427 4,380 0,013 р I II = 0,084* р II-III = 0,009

7. Бог 0,02 0,180 0,08 0,366 0,01 0,170 9,940 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III < 0,001

Каузальная атрибуция контроля — «Можно ли было контролировать событие или решить проблему и с чьей помощью?»

1. Интернальная атрибуция контроля «Я сам» 0,99 1,038 0,83 0,679 1,12 1,064 7,289 0,001 р I II = 0,021 р I III = 0,086* р II-III < 0,001

2. Кем-то не относящимся к семье 0,43 0,866 0,22 0,637 0,37 0,851 8,182 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III = 0,043

3. Экстернальная несемейная атрибуция контроля «Посторонние/случайность» 0,5004 0,92366 0,2601 0,69191 10,022 < 0,001 р I II < 0,001

Каузальная атрибуция результата — « Кем была решена или не решена проблема?»

1. Интернальная атрибуция результата «Я сам решил» 1,09 1,043 0,79 0,657 0,97 1,030 12,105 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III = 0,052*

2. Одно или несколько лиц, не относящихся к семье 0,31 0,762 0,17 0,556 0,38 0,836 6,800 0,001 р I II = 0,009 р II-III = 0,001

3. Случайность 0,07 0,353 0,24 0,556 0,07 0,337 25,057 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III < 0,001

4. Провидение 0,02 0,195 0,05 0,285 0,01 0,170 3,772 0,023 р I II = 0,051* р II-III = 0,026

5. Судьба 0,08 0,389 0,21 0,539 0,10 0,405 11,515 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III = 0,002

6. Бог 0,03 0,251 0,19 0,563 0,01 0,170 38,017 < 0,001 р I II < 0,001 р II-III < 0,001

7. Экстернальная несемейная атрибуция результата «Посторонние/случайность» 0,5143 0,90025 0,7028 0,89072 5,617 0,004 р I II = 0,003

Влияние локуса первичной когнитивной оценки на локус оценки контролируемости подтверждается и результатами регрессионного анализа. = 0,303) стали социальный семейный стресс жены (в = 0,442), несоциальные семейные стрессоры отца (в = 0,265), но не в семьях слепых подростков (в = -0,209). Экстернальный несемейный локус контролируемости у отцов «Посторонние или случайность» 0,123) проявлялся больше в ситуациях несоциального семейного стресса, испытываемого отцом, — болезни, проблемы у детей в школе, нехватка денег и пр. (в = 0,230). Таким образом, мы видим, что сенсорное нарушение ребенка влияет на стиль когнитивной оценки у отцов в семьях слепых детей, усиливая у них тенденцию к интернальности.

Однако следует заметить, что отцы контрольной группы были более интерналь-ны в оценке результата — чаще указывали себя в качестве лица, в конце концов решившего проблему, чем отцы глухих.

Отцы здоровых также были более требовательны к ребенку, чаще считая его ответственным за решение проблемы, нежели отцы глухих. Таким образом, мы видим, что отцовские требования к здоровому подростку значительно выше, чем в семьях детей-инвалидов, где ответственность за решение проблемы приписывается кому и чему угодно (себе, жене, судьбе, случайности), но не ребенку с нарушениями.

Матери контрольной группы (табл. 2), в отличие от матерей глухих подростков, виновниками стрессовых ситуаций чаще считали себя, членов своей семьи (мужа) или посторонних. В отличие от них, матери глухих чаще винили случайность или Бога. Матери слепых, в отличие от контрольной группы, чаще винили в стрессе случайность или судьбу. Кроме этого, матерям здоровых подростков была свойственна экстернальная несемейная каузальная атрибуция — чаще приписывали ответственность за стресс другим лицам или обстоятельствам, не имеющим отношения к семье.

Сравнения матерей детей-инвалидов показали, что матери слепых, как и их мужья, были более интернальны в оценке причин стресса, кроме этого, они чаще считали виновным в стрессе других членов своей семьи. В отличие от них, матерям глухих подростков в целом была больше свойственна экстернальная несемейная каузальная атрибуция — чаще винили в стрессовой ситуации случайность, судьбу или Бога. Матери глухих подростков от других отличались тем, что чаще вину за стресс атрибутировали случайности. У матерей здоровых подростков, в отличие от матерей глухих, сохранился тот же локус атрибуции контроля и результата — они

не только винили посторонних в стрессе, но и по-прежнему считали, что решение проблемы зависит от этих лиц.

Матерям контрольной группы, как и их мужьям, было свойственно сохранять экстернальный несемейный локус каузальных атрибуций на всех уровнях когнитивной оценки — причины, контроля и результата. Они отличались от других тем, что если считали виновными в стрессе посторонних или обстоятельства, которые не имели отношения к семье, то и решение проблемы они ожидали от них же.

Таким образом, в семьях здоровых подростков матери ответственность за стресс возлагали не на себя или членов семьи, а на посторонних. = 0,289) «подкрепляла» экстернальная позиция отца «в стрессе виноваты посторонние или случайность» (в = 0,537).

Сенсорный дефект у подростка ставит его в исключительное положение «особого ребенка», тем самым формируя у него специфичность каузальных атрибуций (табл. 3).

• Так, здоровые и незрячие подростки, в отличие от своих глухих сверстников, отличались интернальностью каузальных атрибуций на всех уровнях оценки (причины, контроля и результата). Это значит, что они чаще себя считали виновниками стрессовой ситуации, способными ее контролировать и ответственными за ее решение. Кроме этого, им также больше было свойственно атрибутировать ответственность посторонним, считая их причиной стресса, способными решать проблему и ответственными за ее результат. Таким образом, мы видим, что у незрячих и здоровых подростков локус каузальных атрибуций не только схож, но и сохраняется на всех уровнях когнитивной оценки. Однако есть и различия — незрячие подростки чаще своих здоровых сверстников причиной стрессовой ситуации все-таки считали членов своей семьи.

• Глухие подростки от своих сверстников отличались тем, что причиной стрессового события и ответственными за его разрешение чаще называли случайность, провидение, судьбу или Бога. Однако у глухих подростков обнаруживается некоторое противоречие в каузальных атрибуциях: несмотря на то что

они, в отличие от своих здоровых сверстников, реже демонстрировали экс-тернальную несемейную атрибуцию в оценке контролируемости стрессора, тем ни менее они чаще ее проявляли в оценке результата, считая, что именно посторонние или обстоятельства решили данную проблему.

На стиль когнитивной оценки подростка повлияли не только его собственные каузальные атрибуции, но и каузальные атрибуции других членов семьи. = 0,203), когда вину за стресс она атрибутировала себе (в = 0,240) или членам семьи (в = 0,259), а ее муж — «посторонним или случайности» (в = 0,236). Предикторами ее гнева также стали оценки (при R2 = 0,255), когда контроль над стрессором она приписывала себе (в = 0,331) или посторонним (в = 0,350), а ее муж — другим членам семьи (в = 0,193).

Материнской тревоге способствовали ситуации, когда вину и контроль она атрибутировала себе или посторонним (при R2 = 0,291; в = 0,491; в = 0,391 и R2 = 0,355; в = 0,328; в = 0,443 соответственно), а также когда ее муж считал, что другие члены семьи должны были контролировать ситуацию (в = 0,254), особенно в семьях с глухим ребенком (в = 0,180). Следует отметить, что эмоции матерей в большей степени зависели от ее собственных оценок и в некоторой степени от оценок мужа, часто противоположных или, наоборот, усиливающих ее вину, что способствовало переживанию гнева или тревоги. Тогда как стрессовые эмоции отца были зависимы от оценок жены в независимости от того, кого она считала виноватым, и отчасти — от оценок ребенка. = 0,307) стали их интернальная (в = 0,252) и экстернальная несемейная (в = 0,208) атрибуция контролируемости, отцовская экстернальная семейная атрибуция контролируемости (в = 0,235), особенно у слепых (в = 0,336). То есть слепые подростки применяли неадекватный копинг тогда, когда себя или посторонних считали способными контролировать ситуацию и когда отцы считали их способными влиять на стрессор. Но далеко не все ситуации контролируемы, особенно для слепых. Нерелевантность субъективной оценки объективным характеристикам ситуации усиливается сенсорным дефектом и может приводить к неадекватному выбору способа решения проблемы.

На переживание фрустрации у подростков в большей степени повлияли их собственные и отцовские каузальные атрибуции, а на переживание гнева — их собственные и материнские атрибуции. Таким образом, эффект влияния отца и матери на ребенка в стрессовой ситуации различен, что указывает на их разные функциональные позиции.

Таким образом, можно выделить некоторые специфические особенности формирования каузальных атрибуций, а также их влияния на эмоции и копинг в семье.

1. У всех обнаруживается четкая тенденция влияния первичной когнитивной оценки стрессора на последующие оценки его контролируемости и ответственности за решение проблемы: то есть если стрессор изначально атрибутировался ин-тернально или экстернально, то высока вероятность сохранения этого же локуса и в дальнейшем, что крайне важно для выбора копинг-стратегий в дальнейшем.

2. На стиль индивидуальной когнитивной оценки влияют не только собственные каузальные атрибуции индивида, но и каузальные атрибуции других членов семьи, особенно при наличии сенсорного нарушения у ребенка в семье.

3. Наличие у ребенка сенсорного нарушения вносит свои коррективы в формирование когнитивного стиля семьи. Иногда это приводит к функциональным последствиям, а иногда, наоборот, дисфункциональным. В целом адаптивным результатом является формирование у слепых подростков стремления к контролю, подкрепляемого такой же интернальной моделью их родителей, поскольку незрячие люди в силу своего дефекта должны постоянно контролировать ситуацию или среду, которая в любой момент может оказаться для них опасной. Однако это не гарантирует выбор ими адекватного способа решения проблемы.

4. Несмотря на интернальность в оценках причин стресса, матери слепых склонны усиливать ответственность за решение проблемы у других членов семьи (мужа и ребенка). Слепота ребенка становится модератором, усиливающим предсказательную силу влияния материнского интернального локуса контролируемости стрессора на отцовский интернальный локус оценки контролируемости.

5. Каузальные атрибуции всех членов семьи и сенсорный дефект ребенка интерферируют и детерминируют дальнейшие копинг-процессы — характер стрессовых эмоций и копинг в семье. Полученные результаты наглядно демонстрируют преимущества метода систематического наблюдения, который не только выявляет детерминацию когнитивной оценки (каузальных атрибуций) эмоций и копинг-поведения в семье, но и определяет функциональную роль (катализатора или буфера) каждого члена семьи в этом процессе.

6. Наличие сенсорного нарушения у ребенка формирует специфические каузальные атрибуции как у него самого, так и у его родителей, которые необходимо учитывать в психотерапевтической работе с семьей.

Литература

1. Folkman S., Lazarus R. S. Coping, as a mediator of emotion // Journal of Personality and Social Psychology. 1988. Vol. 5. P .466-475.

2. Cohen S. Stress, social support, and disorder // eds H. O. F. Veiel, U. Baumann. The meaning and measurement of social support. Washington DC: Hemisphere, 1992. P. 109-124.

3. Перре М., Бауманн У. Клиническая психология и психотерапия. СПб.: Питер, 2012. С. 204-205; 211; 238-239.

4. Lazarus R. S., Folkman S. Stress, appraisal, and coping. New York: Springer, 1984. 218 p.

5. Perrez M., Reichererts M. Stress, Coping and Health. A Situation-Behavior Approach. Theory, Methods, Applications. Seattle; Toronto; Bern; Gottingen: Hogrefe&Huber Publishers, 1992. 233 p.

6. Miller S. M. Monitoring and blunting: Validation of a questionnaire to assess styles of informationseeking under threat // Journal of Personality and Social Psychology. 1987. Vol. 2. P. 345-353.

7. Heider F. The psychology of interpersonal relations. New York: Wiley, 1958. 322 p.

8. Weiner B., Graham S., Stern P. et al. Using affective cues to infer causal thoughts // Developmental Psychology. 1982. Vol. 18. P. 278-286.

Статья поступила в редакцию 19 декабря 2013 г.

Контактная информация

Михайлова Надежда Федоровна — кандидат психологических наук, доцент; [email protected]; [email protected]

Mikhaylova Nadezhda F. — Candidate of Psychology, Associate Professor; [email protected]; [email protected]

Каузальная атрибуция — Мгновения жизни — LiveJournal

Моя мечта не исполнилась. Как мне хотелось рассказывать о каузальной атрибуции, которая стала для меня открытием в этом семестре в институте. Вернулась с экзамена по социальной психологии, не было билетов, был диалог, спросили о первых социально-психологических теориях, о групповом давлении, а каузальная атрибуция досталась подруге. Что же это такое?

Каузальная атрибуция — психологическое явление, свойственное перцептивной стороне общения, которая связана с восприятием. Каузальная атрибуция — приписывание причин в поведении другого, когда крайне мало или вообще нет информации о причинах. Это весьма распространённая ситуация в общении. Индивиду свойственно искать причины поведения другого, потому что он хочет интерпретеровать поступки. Вот тут и появляется каузальная атрибуция. Приписывание осуществляется по разным принципам. Кто-то идентифицирует, отождествляет себя с другим, ставит себя на его место и называет причину поведения другого, исходя из личного опыта, то есть как он сам поступил бы в аналогичной ситуации. Опыт может быть прошлым, опыт может быть вымышленным, результатом анализа поведения другого и даже неожиданным выводом, что именно это двигало поведением другого.

Иногда фантазии при приписывани просто «зашкаливают». Это особенно характерно для случаев «уникального», нетипичного поведения другого или его «нежелательного» поступка. Например, если преподаватель при приёме экзамена вдруг начинает возмущённо кричать на студента, который слабовато отвечал, что только можно не передумать и предположить: от мигрени до не с той ноги встал. Диапазон огромен.

Каузальная атрибуция бывает личностная: речь идёт о субъекте, совершающем поступок, стимульная или объектная: речь идёт об объекте, на который направлено действие субъекта и которому приписываются причины, обстоятельственная: речь идёт о том, чтобы приписать причины произошедшего обстоятельствам.

Фундаментальная ошибка атрибуции: когда переоцениваются личностные причины и недооцениваются причины обстоятельственные. Например, «Ты халатный, непунктуальный и безответственный, вот и опоздал!!!» «Мне пришлось идти пешком, потому что трамвай остановился, произошла авария, машину отбросило на трамвайные пути, я опоздал поэтому», «Нет, ты непунктуальный!» В общем примерно так.

Есть и иные ошибки каузальной атрибуции. Участник ситуации приписывает причины обстоятельствам, а наблюдатель использует чаще личностную атрибуцию. Такая ошибка иногда встречается в теме удача — неудача. В таком случае снова участник видит причины в обстоятельствах, а наблюдатель ищет причины в самом участнике события. Нет сомнения в том, что нарушается восприятие друг друга, а, значит, ухудшается межличностное общение.

Остаётся ждать госэкзамена: вдруг попадётся мне каузальная атрибуция, но и мой опыт её наблюдения к тому времени будет шире. 🙂

P.S. Пост навеян тем, что на днях в ЖЖ мне встретился типичный пример каузальной атрибуции: автор объяснила причины появления некоторых комментариев под своими постами или постами ТОПов (не помню точно) завистью и попытками утвердиться за счёт другого.

Барьеры общения: эффекты каузальной аттрибуции

Барьеры общения: эффекты каузальной атрибуции 

Единственная известная мне роскошь — это роскошь человеческого общения. (c) Антуан де Сент-Экзюпери.

Научиться понимать своего партнера и правильно доносить до него свои мысли целое искусство.


На первый взгляд, общение может показаться исключительно процессом обмена словами и действиями между людьми. И в тоже время не возникало бы никаких трудностей понимания (да и психологи были бы не нужны), если бы это утверждение соответствовало правде жизни.
Психика человека устроена таким образом, что сравнивает все происходящее с известными ей фактами и пытается найти логическое обоснование непонятным вещам. Общение не является с этой точки зрения исключением.

Феномен социального (межличностного) восприятия, когда человек интерпретирует действия других людей, а также свои собственные, в психологии носит название каузальной атрибуции. Это — барьеры общения, возникающие из-за ошибок восприятия. Объяснение явлению каузальной атрибуции довольно простое. Людям свойственно пытаться выяснить причины поведения других людей. А так как полученной в результате простого наблюдения информации зачастую недостаточно, то наблюдатель находит в своем опыте вероятные причины поведения и приписывает их наблюдаемому человеку. В реальной жизни это выглядит как череда факторов и эффектов, влияющих на отношение к собеседнику.

  1. Фактор «превосходства» возникает тогда, когда нам кажется, что человек, превосходящий нас по одному качеству, лучше как личность в целом. Так, если я вижу в себе отсутствие сильной воли, а у другого ярко выраженные лидерские качества, то, скорее всего я решу, что и в других сферах жизни он превосходит меня.
  2. Фактор «привлекательности». Внешне привлекательных людей мы склонны оценивать как более приятных. Например, миловидным девушкам чаще приписывают такое качество характера как доброта.
  3. Фактор «отношения». Людей, которые поддерживают наши взгляды или хорошо к нам относятся, мы воспринимаем как более значимых, чем несогласных с нами.
  4. Эффект «проекции» означает, что приятному собеседнику мы приписываем наши достоинства, а неприятному — недостатки.
  5. Эффект «средней ошибки» — склонность недооценивать выдающиеся особенности другого человека и усреднять их.
  6. Эффект «авансирования» заключается в приписывании человеку несуществующих положительных качеств, что часто приводит к дальнейшему разочарованию в нем.
  7. Эффект «ореола» возникает, когда мы ориентируемся на первичную информацию при оценке другого человека. В результате при получении изначально положительной информации, другой будет восприниматься позитивнее, чем в реальности, и наоборот.
  8. Эффекты «первичности» и «новизны» означают, что при противоречивой информации мы обращаема большее внимание на первичную информацию о незнакомых людям и придаем большее значение новым сведениям о старых знакомых.

Надо заметить, что в ситуации общения всегда участвует бОльшее количество персонажей, чем кажется на первый взгляд. Психолог Дж. Холмс, описывая разговор выдуманных Джо и Генри, говорил о том, что в действительности общение происходит между 6 людьми:

~ Джон, каков он есть на самом деле;
~ Джон, каким он сам видит себя;
~ Джон, каким его видит Генри.
Соответственно три «позиции» со стороны Генри.

В дальнейшем Т. Ньюком и Ч. Кули добавили еще две роли:
~ Джон, каким ему представляется его образ в сознании Генри;
~ Генри, каким ему представляется его образ в сознании Джо.

Таким образом, в разговоре двух людей на самом деле участвуют 8 персон. Привести эти образы к единому знаменателю и увидеть реального человека бывает ох как нелегко! А барьеры общения в сочетании с эффектами каузальной атрибуции часто превращают диалоги в обмен фантазиями.

И все же, кто предупрежден — тот вооружен.  Помня про эффекты каузальной атрибуции, научиться общаться так, чтобы было комфортно обоим, гораздо проще. Психология в данной ситуации является хорошим подспорьем. Тренинги общения, цель которых — преодолеть барьеры общения, развить способности слышать себя и партнера, а также научиться в понятной для другого форме доносить информацию — становятся первым шагом в искусстве эффективных коммуникаций. А если групповая форма работы кажется неудобной, то аналогичные задачи вполне решаемы на индивидуальных сессиях с терапевтом.

Общение, как и любой психологический процесс, может стать болотом, вытягивающим силы, а может превратиться в источник ресурсов для успешной жизни.

 


Читайте также: 
Как создать доверие в паре: первые шаги 
Доверие между мужчиной и женщиной. Что это такое?

Перейти к разделам: 
Женская психология: семья, беременность, роды
Индивидуальные и семейные психологические консультации
 
Психолог-консультант:

Ксения Лагодная — психолог, консультирует по вопросам трудностей в мужско-женских отношениях.

Записаться на консультацию к К. Лагодной

 

Тэги: восприятие, каузальная атрибуция, общение, отношения в паре

Каузальная атрибуция в общении — Студопедия

В процессе социального взаимодействия человек воспринимает другого вместе с его действиями и «через» действия. От адекватности понимания действий и их причин во многом зависит построение взаимодействия с другим человеком и в конечном счете успешность совместной деятельности. Существует довольно обширное направление в социальной психологии: исследования процессов и результатов каузальной атрибуции (приписывания причин) поведения.

Каузальной атрибуцией называется стремление людей найти объяснение тому, что происходит с ними и вокруг них. Такие объяснения необходимы людям по разным причинам.

1. Когда человеку понятно то, что происходит с ним и вокруг него, он в состоянии управлять происходящим и но мере возможности избегать неприятных последствий, непредвиденных событий как для себя самого, так и для близких ему людей.

2. Человек в этом случае избавляется от чувства тревоги, связанного с непониманием происходящего.

3. Понимание происходящего позволяет человеку вести себя разумно в сложившейся ситуации, выбирать рациональный способ действий.

Каузальная атрибуция.Когда возникает казуальная атрибуция? Она возникает в тот момент, когда возникают неожиданные преграды и трудности на пути совместной деятельности. При возникновении трудностей и конфликтов, при столкновении интересов, взглядов. Когда это происходит, люди прибегают к каузальной атрибуции, т.е. мы стараемся приписать причины поведения другим людям – объяснить поведение других. Чем больше затруднений встречается при взаимодействии, тем более серьезно мы подходим к поиску причин.


В качестве примера: кто-то опаздывает на свидание с приятелями. Один из ожидающих считает, что это связано с плохой работой транспорта, другой, что опоздание — результат легкомыслия, третий – сомневается, не сообщил ли он опаздывающему другое, неверное место встречи, четвертый – что их специально заставляют ждать.

Таки образом у всех разные представления о причинах опоздания. 1 – обстоятельства, 2 – особенности личности, 3 – причина в себе, 4 – опоздание намеренное и целенаправленное. Причины мотивирования атрибуции разные, потому что приятели по- разному проводят атрибуцию.

Фундаментальная ошибка каузальной атрибуции в психологии: определение, примеры

Фундаментальная ошибка атрибуции (иногда – фундаментальная ошибка каузальной атрибуции) – интересное явление в психологии, свойственное абсолютному большинству людей (конечно, кому-то в большей степени, кому-то в меньшей). Понимание, в чем заключается эта ошибка, позволит адекватнее оценивать собственные суждения о других людях, лучше понять, какими они видят наши поступки, а также по-другому проанализировать свои удачи и неудачи. Однако прежде чем переходить к самой ошибке, определимся, что в данном случае понимается под каузальной атрибуцией.

Что такое каузальная атрибуция

Фактически каузальная атрибуция – это попытка объяснить, как и почему тот или иной человек совершил те или иные поступки в тех или иных обстоятельствах (включая объяснения собственных действий).

Это наш внутренний ответ на вопрос, чем другая личность или мы сами руководствовались, действуя так, а не иначе; какие условия повлияли на рассматриваемое явление/событие; что способствовало успеху/неудаче и т.д. Иными словами, мы берем некоторую ситуацию и пытаемся проанализировать, почему человек повел себя именно так, как он себя повел, и как это отразилось на результате.

Здесь следует понимать, что наше объяснение ситуации и действительный ход развития событий результата могут значительно отличаться от аналогичных рассуждений другого человека (и уж тем более от реальности). Даже мы сами с течением времени можем поменять точку зрения: например, когда узнаем больше о человеке или выясняем новые обстоятельства, касающиеся рассматриваемого события. Таким образом, очень важным моментом является то, что атрибуция – это субъективные суждения, наше личное объяснение ситуации и того, какие факторы привели к имеющемуся результату.

В контексте описываемой нами фундаментальной ошибки нужно учесть и то, что все рассматриваемые факторы можно разделить на две большие группы – внешние обстоятельства и внутренние аспекты (связанные или ставшие следствием личных качеств человека, особенностей его поведения и т.д.).

Фундаментальная ошибка атрибуции: в чем она заключается

Разобравшись в том, что такое атрибуция, переходим к собственно связанной с ней ошибке. Итак, фундаментальная ошибка атрибуции заключается в том, что при рассмотрении той или иной ситуации мы заведомо считаем внутренние или внешние факторы определяющими, не обращая внимания на то, как в действительности развивались события. То есть приписываем внешним обстоятельствам решающее значение, когда на самом деле они не играли такую уж важную роль, или решаем, что все дело во внутренних факторах, хотя и это может быть неправдой (или не всей правдой). А главная особенность фундаментальной ошибки в том, что мы автоматически «даруем» внешним/внутренним аспектам столь внушительные полномочия в зависимости от того, объясняем ли мы свое поведение или чужое, а также идет ли речь о положительном или отрицательном результате (правильном или неправильном поведении).

Чтобы было понятнее, приведем несколько примеров фундаментальной ошибки атрибуции.

Допустим, я и мой коллега опоздали на работу, но о себе я, скорее всего, скажу следующее: «Автобус пришел позже, а на дороге было много пробок». В то же время о коллеге я подумаю: «Он поздно вышел из дома» / «Он копуша» / «Он проспал [как всегда]». И дело здесь, конечно, касается не оправданий перед начальством, а того, как мы сами для себя объясняем ту или иную ситуацию. То есть свое неправильное поведение (какую бы форму оно ни принимало) мы чаще определяем внешними обстоятельствами, чужое – внутренними факторами.

Это справедливо и если речь идет о неудаче или провале. Например: «Он завалил проект, потому что ничего не знает» / «Работал спустя рукава» / «Он так себе специалист». Если я провалил проект, то я скажу: «Клиент придирался, потому что не хотел нам платить» / «Мне дали слишком сжатые сроки: сделать хорошую работу было нереально!» / «У меня были устаревшие инструменты, на них ничего толкового не сделаешь».

Если же дело касается успеха, удачного результата, то тут вектор фундаментальной ошибки атрибуции обычно меняется. В отношении других людей мы склонны объяснять все какими-то внешними обстоятельствами, везением, а в отношении себя – тем, что это справедливый результат наших усилий, знаний, умений, навыков и т.д. Например: «Я сдал экзамен на отлично, потому что хорошо владею предметом и часто работал на семинарах», но «Он сдал экзамен на отлично, потому что ему попался легкий билет и потому что преподаватель устал и хотел поскорее домой». (Напомним, что речь идет только об анализе постфактум. Поэтому довольно часто бывают такие ситуации, когда перед экзаменом студенту кажется, что он ничего не знает или знает мало, а после экзамена – что его отличная оценка более чем оправдана.)

Почему мы подвержены фундаментальной ошибке

Фундаментальную ошибку атрибуции совершают почти все. Конечно, для кого-то это более характерно (некоторые думают именно так, как мы написали выше), для кого – менее (приведенные выше формулировки более мягкие). Более того: большинству из нас эта ошибка так «дорога», что, даже зная о ее существовании, мы все равно следуем этой же модели. Специалисты выделяют несколько объяснений такой «популярности».

Одно из них заключается в следующем: когда мы говорим о чем-то, что случилось с нами, то мы знаем, в каких обстоятельствах это происходило. Но это далеко не всегда так, когда

мы рассуждаем о ситуациях, в которой аналогичное действие совершали другие. Большинству из нас проще не вникать в то, что происходило на самом деле, а действовать по стереотипу, навесить ярлык: это же быстрее и не требует мысленных усилий. Кроме того, мы чаще делаем вывод о поведении человека или о результате еще до того, как узнаем все особенности произошедшего. Кроме того, многие слышат и видят только то, что они хотят слышать и видеть, что также не способствует объективности. При этом, когда ярлык уже «приделан», остальное под него просто подгоняется.

Что же касается нашего собственного поведения, то, конечно, нам намного приятнее найти себе оправдание, чем открыто признаться: я опоздал, потому что слишком долго пил кофе утром. Лучше прийти к выводу, что на дороге были пробки, слишком часто загорался красный свет, и вообще снег выпал, пришлось ехать медленнее. Кроме того, фундаментальная ошибка атрибуции – способ поднять самооценку в своих глазах. Ведь если у меня получилось что-то, это потому что я такой молодец. А если нет – то, это воля обстоятельств, что я могу против них поделать? И в таком случае данная ошибка может рассматриваться не только как самооправдание, но и как стимул попробовать снова: в прошлый раз мир был против меня, но, может, в этот все получится.

Теперь, делая выводы о поведении другого человека, прежде чем следовать стереотипным объяснениям, вспомните о фундаментальной ошибке атрибуции. Дайте ему возможность высказаться, объяснить свою точку зрения – и его действия могут заиграть для вас в ином свете. Только не забывайте, что и вашему визави может быть свойственна данная ошибка. Кроме того, теперь вам известна одна из причин, почему ваши объяснения/оправдания могут восприниматься другими людьми со скептицизмом, если они уже успели навесить на вас свой ярлык. А если вы хотите проверить, насколько удачно вы выстраиваете коммуникации с другими людьми, воспользуйтесь нашими тестом коммуникативной социальной компетентности и тестом на эмоциональный интеллект по методике Холла.

Причинная атрибуция — обзор

Стиль атрибуции

Тип каузальной атрибуции, которую люди делают в отношении ситуации, будет влиять на усилия, направленные на поведенческие характеристики в отношении этой ситуации. Что такое атрибуция и что это за процесс? Каким образом атрибуция влияет на усилия и желание людей решить проблему или справиться с ней? Как атрибуция о проблемной ситуации влияет на сам процесс решения проблемы?

Атрибуция определяется Вестеном (1999) как процесс вывода о причинах психических состояний или поведения людей.В повседневной жизни люди медитируют и исследуют причины своего собственного поведения и поведения и психологического состояния других людей. Обычно, когда люди делают вывод о причинах своего поведения и поведения других людей, они связывают причины с внешними факторами (сфокусированными на состоянии, например, клиент вел себя гневно, потому что сегодня погода была очень жаркой) или внутренними факторами (сфокусированными на человеке. (например, клиент вел себя гневно, потому что он импульсивный человек). Атрибуция, которую делают люди, может напрямую влиять на их выполнение задачи или поведение.

Согласно теории атрибуции Вайнера (1986), приписывание студентам своих академических неудач или успехов напрямую связано с академической успеваемостью. Согласно теории, студенты, которые приписывают успехи или неудачи в учебе, усерднее работают над учебными задачами, чем студенты, которые приписывают успех или неудачу способностям. Результаты исследований этой теории также показывают, что учащиеся делают вывод об отсутствии способностей, когда учителя выражают сочувствие или жалость в случае неудачи, в то время как они делают вывод о необходимости работать усерднее, когда учителя говорят им быть более настойчивыми в изучении предмета.

Другая теория, связанная с теорией атрибуции, — это теория объяснительного стиля (Peterson, Buchanan, & Seligman, 1995; Peterson & Seligma, 1984). Согласно этой теории, стиль объяснения негативных событий людьми влияет на их психологическое здоровье. Люди, которые используют пессимистический стиль объяснения негативных жизненных событий, чаще страдают от депрессии. Когда люди, демонстрирующие пессимистический стиль объяснения, сталкиваются с негативным событием, они объясняют его таким образом, чтобы это отрицательно сказалось на их эмоциональном состоянии.Согласно этой теории, сталкиваясь с негативными жизненными событиями, склонные к депрессии люди делают внутренние, стабильные и глобальные приписывания. Например, человек, который потерпел неудачу в учебе, может связать ее с внутренними / личными факторами (т. Е. Неспособностью и низким интеллектом), а не с внешними факторами. И они видят эти причины стабильными и неизменными. Более того, эти люди воспринимают неудачу как общую характеристику самих себя.

Теории стиля атрибуции и объяснительного стиля охватывают ряд эффектов, задающих направление и формирующих человеческое поведение в процессе решения проблем.Стиль атрибуции и объяснения человека после его попыток решить проблемы, с которыми он сталкивается, будет влиять на его психологическое состояние. Они также определят, будут ли решены проблемы и будут ли продолжены усилия по решению проблемы. Знание причинно-следственных связей людей и объяснений проблемы можно рассматривать как возможный фактор для прогнозирования успеха или неудачи процесса решения проблемы. Другими словами, в контексте решения проблемы атрибуты содержат суждения и выводы, которые люди делают в отношении того, добьются ли они успеха в решении проблемы.

Стили атрибуции и пояснения важны на двух этапах процесса решения проблемы. Они важны, во-первых, во время первого знакомства с проблемой, а во-вторых, после попыток ее решить. Когда человек сталкивается с проблемой впервые, он оценивает как проблему, так и свои навыки и способности по отношению к проблеме. В результате этой оценки человек придет к суждению. Например, человек, который думает, что проблема, с которой он сталкивается, невозможно решить, даже не будет пытаться ее решить.Такая атрибуция снизит самооценку человека и сделает невозможным решение проблемы. Человек с низкой самооценкой будет держаться подальше от любых попыток решить проблему. С другой стороны, человек может воспринимать проблемную ситуацию как трудную, но свои навыки и способности как адекватные. В этом случае этот человек сможет попытаться решить проблему.

Во втором предположим, что после первой оценки человек решил предпринять попытку решить проблему, что эта попытка не привела к решению проблемы, и что ситуация ухудшилась.В этом случае предположения и стиль объяснения человека будут влиять на возможное решение и эмоциональное состояние человека. Например, если процесс решения проблемы заканчивается неудачей, и человек приходит к выводу, что неудача была вызвана его или ее глупостью, чувство собственной эффективности резко упадет. Человек с таким объяснительным стилем легко впадет в депрессию. Из-за заниженной самооценки, подавленного настроения и пессимистического подхода к объяснению личных неудач этот человек может не предпринимать новых попыток решения проблем в будущем.

Отношение людей к проблемам, с которыми они сталкиваются, играет важную роль в том, будут ли они пытаться решить проблему. Рассматриваемые атрибуции смогут мотивировать и активировать человека, столкнувшегося с проблемой. Каковы же тогда стили атрибуции людей, которые могут и не могут эффективно решать проблемы? Баумгарднер, Хеппнер и Аркин (1986) исследовали этот вопрос. Результаты их исследования показали, что люди, которые думали, что они могут эффективно решить свои проблемы, с большей вероятностью думали, что проблемная ситуация находится под их контролем, и что проблемная ситуация возникла в результате отсутствия усилий.

Приписывание людям проблемной ситуации, а также их навыков и способностей может иметь определяющее влияние на процесс решения проблемы. По этой причине знание того, как клиент приписывает проблемную ситуацию и его или ее навыки, повлияет на результат PST. Следовательно, существует необходимость в оценке стилей атрибуции и объяснения клиентов во время PST. Одна из скрытых целей PST — дать клиентам возможность использовать функциональную или адаптивную атрибуцию.

Причинная атрибуция — обзор

2 Исследование воспринимаемого контроля

Воспринимаемый контроль и связанные конструкции имеют давнюю историю в психологии мотивации и саморегуляции. Пять основных концепций направляли исследования в этой области: локус контроля (Lefcourt 1981, Rotter 1990) (см. Контрольные убеждения: перспективы здоровья, ), причинные атрибуции (Weiner 1985) (см. Motivation and Actions, Psychology of ), изученный беспомощность (Селигман 1975, Абрамсон и др.1978) (см. Control Beliefs: Health Perspectives ), самоэффективность (Bandura 1977) (см. Control Beliefs: Health Perspectives ) и восприятие собственного интеллекта как фиксированного и податливого (Dweck and Elliott 1983). Локус контроля относится к вопросу, является ли событие управляемым или производимым факторами внутри или вне человека. Причинная атрибуция относится к ретроспективному объяснению результатов поведения внутренними факторами, такими как усилия или способности, и внешними факторами, такими как сложность задачи и удача.Приобретенная беспомощность сосредотачивается на вопросе о том, зависят ли события от поведения организма, и дополнительно различает стабильные и нестабильные, а также конкретные и неспецифические причины событий. Наконец, различие между фиксированным и гибким интеллектом касается межличностных различий в тенденции рассматривать интеллект либо как неизменную сущность, либо как изменяемый ресурс для повышения производительности. Было обнаружено, что все эти характеристики, рассматриваемые в пяти теориях, имеют важное значение для поведения и оценки результатов (Weiner 1986, Heckhausen 1991, Skinner 1995, Dweck 1999).В зависимости от результата внутренние, стабильные и общие убеждения о контроле способствуют в случае успеха или пагубно в случае неудачи для инвестирования усилий, амбициозного выбора задачи, настойчивости и повышения производительности. Более того, временное направление восприятия контроля имеет решающее значение, поскольку предполагаемые ожидания контроля влияют на выбор цели и настойчивость, а ретроспективные атрибуции контроля определяют способ, которым успех и неудача интерпретируются как индикаторы будущего потенциала контроля.

Недавно исследователи в этой области призвали более подробно обсудить концептуальные и предметно-специфические различия здесь (для более подробной информации о традициях исследований см. Контрольные убеждения: перспективы здоровья ; Мотивация и действия, Психология ). ). Представления о личном контроле включают два компонента: «агенты контроля и средства контроля» (Скиннер и др., 1988, Скиннер, 1996, стр. 552). Эти два компонента часто недостаточно дифференцируются, но смешиваются в итоговой конструкции воспринимаемого контроля.Во-первых, убеждения о контроле подразумевают представления об управляемости и соответствующих средствах для достижения результата. Этот компонент контрольных убеждений охвачен различными тесно связанными концепциями (см. Обзор в Skinner 1996): суждение о непредвиденных обстоятельствах ; означает — цель убеждения и стратегических убеждений . Во-вторых, убеждения о контроле включают представления о ресурсах агента для контроля с точки зрения наличия доступа к средствам достижения результата. Этот компонент контрольных убеждений упоминается как суждение о компетентности , убеждения агентства и убеждения о способности .

Исследования воспринимаемого контроля делятся на две широкие области: (а) нормативные возрастные изменения в восприятии контроля на протяжении всей жизни и (2) связь воспринимаемого контроля и различных функциональных результатов, таких как выполнение задания, школьные оценки, субъективные оценки. благополучие и здоровье (см. также обзор у Schulz and Heckhausen 1999).

Исследования развития в детстве воспринимаемого контроля показали, что убеждения о контроле становятся все более реалистичными, что приводит к отходу от иллюзорных грубых переоценок контроля в раннем детстве (Weisz, 1983).Однако степень, в которой представления о личном контроле становятся реалистичными в среднем, подростковом и взрослом возрасте, является функцией культурных различий (Little et al. 1995). Школьники в Соединенных Штатах, например, придерживаются убеждений относительно своей компетентности для получения хороших оценок (т. Е. Убеждений учреждений), которые мало связаны с их фактическими оценками в школе, тогда как дети в бывшей Германской Демократической Республике сообщали о убеждениях учреждений, которые очень похожи на их фактические школьные достижения.

Кроме того, исследования в области развития показали, что агентские и средние-конечные компоненты контрольных убеждений, а также убеждения о различных причинных факторах (например, способности, усилия, удача, учитель) все больше дифференцируются в среднем детстве и проявляются уникальные траектории развития и отношения к результатам. Скиннер и др. (1998), например, показали, что в середине детства циклы влияний между воспринимаемым личным контролем и успеваемостью в школе были сосредоточены на различных компонентах в разном возрасте.Убеждения об усилиях преобладали в циклах у младших школьников, тогда как убеждения в отношении способностей были в центре регуляторных циклов у старших детей (см. Саморегуляция в детстве, ).

Что касается нормативных возрастных изменений в зрелом возрасте, то полученные на сегодняшний день данные дают неоднозначную картину (см. Обзор Schulz and Heckhausen 1999). В то время как более ранние обзоры литературы содержали мало доказательств связанных с возрастом изменений в общих показателях контроля (Lachman 1986a), более недавние исследования выявили снижение воспринимаемого контроля в зрелом возрасте (например,г., Мировский 1995). Тем не менее, Лахман был первым, кто подчеркнул и предоставил доказательства специфических для конкретной области представлений о контроле и их возрастных траекторий (Lachman 1986b). Исследование Лахмана показывает, что пожилые люди сообщают о снижении восприятия контроля в тех областях, в которых их более ограниченные социальные роли и ухудшение физической формы приводят к ухудшению возможностей и ресурсов для контроля.

Связь воспринимаемого контроля и здоровья широко изучалась с использованием парадигм полевых экспериментов, включающих вмешательства, улучшающие возможности объективного контроля (например,g., Langer and Rodin 1976, Schulz and Hanusa 1978, Baltes and Baltes 1986), квазиэкспериментальные методы, использующие естественные изменения окружающей среды, способствующие контролю (например, Timko and Moos 1989), и опросы больших выборок (например, Krause 1987, Менек и Чипперфилд 1997). Результаты всех этих исследований, исследовательских парадигм и оценок воспринимаемого контроля и результатов для здоровья сходятся, чтобы показать, что высокое восприятие контроля приносит пользу своему здоровью, а низкое восприятие контроля может быть вредным (см. Также обзор у Schulz and Heckhausen 1999) ( см. Контрольные убеждения: перспективы здоровья ; Здоровье: саморегулирование ; Саморегулирование в зрелом возрасте ().

Вывод диспозиций с использованием причинной атрибуции — Принципы социальной психологии — 1-е международное издание

Цели обучения

  1. Просмотрите фундаментальные принципы причинной атрибуции.
  2. Изучите тенденцию приписывать необычные события предрасположенности.
  3. Просмотрите основные компоненты ковариационной модели.

Мы увидели, что используем черты личности, чтобы помочь нам понять людей, которых мы знаем, и общаться о них.Но как узнать, какие качества есть у людей? Люди не ходят с наклейками «Я щедрый» или «Я агрессивный» на лбу. В некоторых случаях, вспоминая наши обсуждения репутации в главе 3, мы можем узнать о человеке косвенно, например, через комментарии, которые другие люди делают об этом человеке. Мы также используем методы восприятия человека, чтобы помочь нам узнать о людях и их качествах, наблюдая за ними и интерпретируя их поведение. Если Зоя ударит Джо, мы можем сделать вывод, что Зоя агрессивна.Если Седжай оставит официантке большие чаевые, мы можем заключить, что он щедрый. Такие выводы кажутся естественными и разумными, потому что мы можем предположить (часто, но не всегда правильно), что поведение вызвано личностью. Именно агрессивность Зои заставляет ее бить, а щедрость Седжея привела к тому, что он получил большой совет.

Хотя иногда мы можем сделать вывод о личности, наблюдая за поведением, это не всегда так. Помните, что на поведение влияют как наши личные характеристики, так и социальный контекст, в котором мы находимся.Это означает, что поведение, которое мы наблюдаем за другими людьми, не всегда может отражать их личность; вместо этого поведение могло быть вызвано скорее ситуацией, чем лежащими в основе личными характеристиками. Возможно, Зоя ударила Джо не потому, что она действительно агрессивный человек, а потому, что Джо первым ее оскорбил или спровоцировал. И, возможно, Седжай оставил большие чаевые, чтобы произвести впечатление на своих друзей, а не потому, что он по-настоящему щедрый.

Поскольку на поведение может влиять как человек, так и ситуация, мы должны попытаться определить, какая из этих двух причин на самом деле более строго определяла поведение. Процесс попытки определить причины поведения людей известен как причинная атрибуция (Heider, 1958). Поскольку мы не можем видеть личность, мы должны работать над ее выводом. Когда знакомая нам пара расстается, несмотря на то, что казалось браком, заключенным на небесах, нам от природы становится любопытно. Что могло стать причиной разрыва? Было ли это что-то сказанное или сделанное одним из них? Или, может быть, виноват стресс из-за финансовых трудностей?

Установление причинной атрибуции можно сравнить с проведением эксперимента по социальной психологии.Мы внимательно наблюдаем за людьми, которые нам интересны, и замечаем, как они ведут себя в разных социальных ситуациях. После того, как мы сделали наши наблюдения, мы делаем выводы. Мы делаем диспозиционное (или внутреннее ) атрибуцию , когда решаем, что поведение было вызвано в первую очередь человеком . Диспозиционная атрибуция может быть примерно такой: «Я думаю, они расстались, потому что Сара не была привержена отношениям». В других случаях мы можем определить, что поведение было вызвано в первую очередь ситуацией — мы называем это установлением ситуационной (или внешней ) атрибуции .Ситуативная атрибуция может выглядеть примерно так: «Я думаю, они расстались, потому что находились в таком финансовом положении». В других случаях мы можем решить, что поведение было вызвано как человеком, так и ситуацией; «Я думаю, они расстались, потому что отсутствие обязательств у Сары действительно стало проблемой, когда у них возникли финансовые проблемы».

Делать выводы о личности

В некоторых случаях легче установить диспозициональную атрибуцию, чем в других. Когда поведение является необычным или неожиданным в конкретной ситуации, в которой оно происходит, мы можем более легко определить его диспозициональную атрибуцию.Представьте, что вы идете на вечеринку и вас знакомят с Селин. Селин пожимает вам руку и говорит: «Приятно познакомиться!» Можете ли вы на основании такого поведения сделать вывод, что Селин — дружелюбный человек? Возможно нет. Поскольку социальный контекст требует, чтобы люди действовали дружелюбно (пожимая вам руку и говоря: «Приятно познакомиться»), трудно понять, вела ли Селин дружелюбие из-за ситуации или потому, что она действительно дружелюбна. Однако представьте, что вместо того, чтобы пожать вам руку, Селин игнорирует вас и уходит.В таких случаях легче сделать вывод, что Селин недружелюбна, потому что ее поведение настолько противоречит тому, что можно было бы ожидать.

Чтобы проверить эту идею, Эдвард Джонс и его коллеги (Jones, Davis, & Gergen, 1961) провели классический эксперимент, в котором участники просмотрели одну из четырех различных видеозаписей человека, который претендовал на работу. Для половины участников видео показало, что этот человек проходил собеседование с целью получения работы подводника, должности, которая требовала тесного контакта со многими людьми в течение длительного периода времени.Опрашиваемому человеку, а также участникам исследования было ясно, что для того, чтобы быть хорошим подводником, нужно быть экстравертом (т. Е. Получать удовольствие от общения с другими). Другая половина участников увидела видео, на котором мужчина проходил собеседование о приеме на работу в качестве космонавта, в ходе которого (помните, это исследование проводилось в 1961 году) он находился в одиночестве в маленькой капсуле в течение нескольких дней. В данном случае всем было ясно, что для того, чтобы быть хорошим космонавтом, нужно иметь интровертную личность.

Во время видеозаписи интервью также была изменена вторая переменная. Одна половина участников видела, что мужчина указал, что он на самом деле интроверт (он говорил такие вещи, как «Мне нравится работать самостоятельно», «Я мало гуляю»), а другая половина видела, как мужчина сказал что он на самом деле был экстравертом (он говорил такие вещи, как «Я хотел бы быть продавцом», «Я всегда получаю идеи от других»). После просмотра одной из четырех видеозаписей участников попросили указать, насколько интровертом или экстравертом, по их мнению, был кандидат.

Как вы можете видеть в Таблице 5.2, «Связь с ожидаемым и неожиданным поведением», когда кандидат давал ответы, которые лучше соответствовали требованиям, предъявляемым к работе (т. Е. В отношении работы подводника кандидат сказал, что он экстраверт, а в отношении работа космонавта, он сказал, что он был интровертом), участники не думали, что его утверждения были такими показательными для его основной личности, как когда заявитель сказал противоположное тому, что ожидалось от работы (то есть, когда работа требовала, чтобы он был экстравертом, но сказал, что он интроверт, или наоборот).

Таблица 5.2 Связь с ожидаемым и неожиданным поведением

Работа, заявленная на Экстравертный Интроверт
Астронавт 91 71
Подводник 71 45
Мы с большей вероятностью будем использовать диспозиционные атрибуции, когда поведение является неожиданным. Цифры представляют собой процент экстравертных ответов, которые, по мнению участников, соискатель фактически одобрил бы, если бы он сказал полную правду.Участники с большей вероятностью поверили, что заявитель был более экстравертным (91%) и более интровертированным (45%), когда он сказал, что , а не , обладает личностными качествами, необходимыми для работы, чем когда он сказал, что он имел личностные качества, необходимые для работы. Данные взяты из работы Джонса, Дэвиса и Гергена (1961). Джонс, Э. Э., Дэвис, К. Э. и Герген, К. Дж. (1961). Варианты ролевых игр и их информационная ценность для восприятия человека. Журнал аномальной и социальной психологии, 63 (2), 302–310.

Идея здесь в том, что заявления, которые были необычными или неожиданными (исходя из требований к должности), просто казались так, как будто они не могли быть вызваны ситуацией, поэтому участники действительно думали, что интервьюируемый говорил правда. С другой стороны, когда интервьюируемый делал заявления, которые соответствовали требованиям ситуации, было сложнее быть уверенным в том, что он говорит правду (возможно, вспоминая обсуждение стратегической самопрезентации в главе 3). , он просто говорил эти вещи, потому что хотел получить работу), и участники сделали более слабые диспозиционные приписывания его поведения.

Мы также можем упростить диспозиционные атрибуции, если знаем, что у человека был выбор в поведении. Если мужчина предпочитает быть дружелюбным, даже в ситуациях, в которых он может не находиться, это, вероятно, означает, что он дружелюбен. Но если мы сможем определить, что он был вынужден проявить дружелюбие, это узнать труднее. Если, например, вы увидели человека, направившего пистолет на другого человека, а затем вы увидели, что этот человек отдал свои часы и бумажник стрелявшему, вы, вероятно, не сделаете вывод, что этот человек был щедрым!

Джонс и Харрис (1967) предложили студентам-участникам исследования прочитать эссе, написанные другими студентами.Половина участников думала, что студенты выбрали темы для эссе, в то время как другая половина думала, что студентам темы назначил их профессор. Участники с большей вероятностью сделали диспозиционную атрибуцию, что студенты действительно верили в сочинение, которое они писали, когда они выбирали темы, а не были назначены темы.

Иногда человек может попытаться побудить других сделать диспозиционные приписывания своему поведению, чтобы они казались более правдоподобными.Например, когда политик делает заявления в поддержку дела перед аудиторией, которая не согласна с его позицией, он будет считаться более приверженным своим убеждениям и может быть более убедительным, чем если бы он приводил тот же аргумент перед аудиторией. аудитория, как известно, поддерживает ее взгляды. Опять же, идея основана на принципах атрибуции: если есть очевидная ситуационная причина для утверждения (аудитория поддерживает взгляды политика), то диспозициональную атрибуцию (что политик действительно верит в то, что он говорит) сделать сложнее. .

Обнаружение ковариации между личностью и поведением

До сих пор мы рассматривали, как мы делаем диспозиционную атрибуцию, когда у нас есть только ограниченная информация; то есть поведение, наблюдаемое только в один момент времени — мужчина оставляет большие чаевые в ресторане, мужчина отвечает на вопросы на собеседовании при приеме на работу или политик выступает с речью. Но процесс атрибуции также происходит, когда мы можем наблюдать за поведением человека в более чем одной ситуации. Конечно, мы можем узнать больше о щедрости Седжая, если он даст большие чаевые в разных ресторанах с разными людьми, и мы сможем больше узнать о убеждениях политика, наблюдая за речами, которые он произносит перед разной аудиторией с течением времени.

Когда у людей есть несколько источников информации о поведении человека, они могут делать атрибуцию, оценивая взаимосвязь между поведением человека и социальным контекстом, в котором оно происходит. Один из способов сделать это — использовать ковариационную модель , которая утверждает, что определенное поведение с большей вероятностью было вызвано ситуацией, если это поведение изменяется (или изменяется) в разных ситуациях . Наша работа, таким образом, состоит в том, чтобы изучать модели поведения человека в различных ситуациях, чтобы помочь нам сделать выводы о причинах такого поведения (Jones et al., 1987; Келли, 1967).

Исследование показало, что люди сосредотачиваются на трех видах ковариационной информации, когда они наблюдают за поведением других (Cheng & Novick, 1990).

  • Информация о согласованности . Информация о том, всегда ли актер ведет себя как . Например, если моя жена постоянно тошнит от кулинарии, это говорит о высокой последовательности.
  • Информация об индивидуальности . Информация о том, является ли мишенью единственной затронутой по сравнению со всеми остальными .Например, если моя жена заболеет только из-за того, что я готовлю, и никто больше не заболеет от того, что я готовлю, это говорит о высокой самобытности.
  • Консенсусная информация . Информация о том, создает ли большинство людей определенный результат . Например, если многие люди заболевают моей женой из-за своей готовки, это говорит о том, что.

Представьте своего друга Рави — он действительно боролся с недавним творческим писательским заданием. Несмотря на то, что он очень много работал над бумагой, он получил очень низкую оценку.Итак, вы сидите и удивляетесь — почему профессор поставил Рави такую ​​плохую оценку? Когда вы сосредотачивались на актере (т.

Согласно модели ковариации, вы должны иметь возможность получить причину, рассматривая три типа информации о ковариации: согласованность, различимость и консенсус. Вы можете спросить, всегда ли профессор ставит Рави плохие оценки. Если ответ положительный, значит, у вас есть некоторая согласованная информация.Если вы заметили, что Рави — единственный человек, получивший плохую оценку за это задание, значит, у вас также есть отличительная информация. Наконец, вы можете поискать согласованную информацию: склонны ли другие профессора также ставить плохие оценки Рави?

Рассмотрим еще один пример. Представьте, что вы смотрите забавное японское телешоу с участием Мацумото и Хамады. Во время шоу Хамада бьет Мацумото по голове. Вы задаетесь вопросом, следует ли приписывать причину, по которой Хамада ударил его внутренне, Хамаде, а внешне — Мацумото.Для этого вы, вероятно, рассмотрите информацию о согласованности, отличительную информацию и информацию о согласованности. Как мы увидим позже, разные комбинации этой информации приводят к разным типам атрибуции. Вы также можете увидеть еще один пример использования информации о ковариации в Таблице 5.3, «Использование информации о ковариации».

Таблица 5.3 Использование информации о ковариации

Атрибуция Консенсус Самобытность Консистенция
Внешняя атрибуция (к цели, в данном случае Мацумото) более вероятна, если… Все шлепают Мацумото. Хамада бьет только Мацумото. Хамада всегда бьет Мацумото.
Внутренняя атрибуция (актерам, в данном случае Хамада) более вероятна, если… Никто больше не бьет Мацумото. Хамада бьет не только Мацумото. Хамада всегда бьет Мацумото.
Согласно ковариационной модели, мы используем три источника информации, чтобы помочь нам определить, следует ли приписывать атрибуцию ситуации или человеку.В этом примере атрибуция либо личная (моему другу Биллу), либо ситуативная (к телешоу, которое мы смотрим).

Таким образом, ковариационные модели предсказывают, что мы, скорее всего, сделаем внешние атрибуции относительно цели, получающей действие, когда консенсус, различимость и последовательность высоки. Напротив, когда консенсус и самобытность низки и это сопровождается высокой согласованностью, тогда мы, скорее всего, придем к внутренней атрибуции актеру (Kelley, 1967).Более того, когда последовательность в целом низкая, это может быть связано с внешней ситуацией.

Эти прогнозы обычно подтверждаются исследованиями атрибуции, которые обычно просят людей сделать атрибуцию о поведении незнакомца в виньетках (Kassin, 1979). В исследованиях в более естественном контексте, например, в исследованиях, касающихся самих себя и других, которых мы хорошо знаем, многие другие факторы также будут влиять на типы атрибуции, которые мы делаем. К ним относятся наши отношения с человеком и наши прежние убеждения.Например, наша атрибуция по отношению к своим друзьям часто более благоприятна, чем по отношению к незнакомцам (Campbell, Sedikides, Reeder, & Elliot, 2000). Кроме того, в соответствии с нашим обсуждением схем и социального познания в главе 2, они часто согласуются с содержанием схем, которые важны для нас в то время (Lyon, Startup, & Bentall, 1999).

Мы рассмотрели некоторые важные теории и исследования того, как мы делаем атрибуцию. Другой важный вопрос, к которому мы сейчас обратимся, — насколько точно мы приписываем причины поведения.Одно дело полагать, что кто-то кричал на нас, потому что у него агрессивный характер, но совсем другое — доказать, что ситуация, включая наше собственное поведение, не была более важной причиной!

Ключевые выводы

  • Причинная атрибуция — это процесс попытки определить причины поведения людей.
  • Авторство связано с личными или ситуативными причинами.
  • Легче делать диспозиционные атрибуции, когда поведение необычно или неожиданно и когда люди, как считается, решили им заниматься.
  • Ковариационная модель предлагает, чтобы мы использовали информацию о согласованности, информацию о различиях и информацию о консенсусе, чтобы делать выводы о причинах поведения.

Упражнения и критическое мышление

  1. Опишите время, когда вы использовали причинную атрибуцию, чтобы сделать вывод о личности другого человека. Каков был результат процесса атрибуции? Как вы думаете, насколько точна атрибуция? Почему?
  2. Опишите ситуацию, в которой вы использовали информацию о консенсусе, последовательности и отличительности, чтобы приписать чье-то поведение.Насколько хорошо ковариационная модель объясняет тип атрибуции (внутреннюю или внешнюю), которую вы сделали?

Список литературы

Эллисон, С. Т., и Мессик, Д. М. (1985b). Ошибка групповой атрибуции . Журнал экспериментальной социальной психологии, 21 (6), 563-579.

Кэмпбелл, В. К., Седикидес, К., Ридер, Г. Д., Эллиот, А. Дж. (2000). Среди друзей: экзамен на дружбу и корыстолюбие. Британский журнал социальной психологии, 39, 229-239.

Ченг, П. В., и Новик, Л. Р. (1990). Вероятностная контрастная модель причинной индукции. Журнал личности и социальной психологии, 58 (4), 545–567.

Хайдер, Ф. (1958). Психология межличностных отношений . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Джонс, Э. Э., и Харрис, В. А. (1967). Атрибуция отношений. Журнал экспериментальной социальной психологии, 3 (1), 1-24.

Джонс, Э. Э., Дэвис, К. Э., & Герген, К. Дж. (1961). Варианты ролевых игр и их информационная ценность для восприятия человека. Журнал аномальной и социальной психологии, 63 (2), 302–310.

Джонс, Э. Э., Каноуз, Д. Э., Келли, Х. Х., Нисбетт, Р. Э., Валинс, С., и Вайнер, Б. (ред.). (1987). Атрибуция: восприятие причин поведения . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Кассин, С. М. (1979). Консенсусная информация, прогноз и причинная атрибуция: обзор литературы и проблем. Журнал личности
и социальная психология, 37, 1966–1981.

Келли, Х. Х. (1967). Теория атрибуции в социальной психологии. В Д. Левине (ред.), Симпозиум Небраски по мотивации (Том 15, стр. 192–240). Линкольн, NE: Университет Небраски Press.

Лион, Х. М., и Стартап, М., и Бенталл, Р. П. (1999). Социальное познание и маниакальная защита: атрибуции, избирательное внимание и самосхема при биполярном аффективном расстройстве. Журнал аномальной психологии, 108 (2), 273-282.Фрубин

Улеман, Дж. С., Блейдер, С. Л., и Тодоров, А. (ред.). (2005). Неявные впечатления . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

5.3: Вывод диспозиций с использованием причинной атрибуции

Цели обучения

  1. Просмотрите фундаментальные принципы причинной атрибуции.
  2. Изучите тенденцию приписывать необычные события себе.
  3. Просмотрите основные компоненты принципа ковариации.
  4. Опишите модель успеха и неудачи Вайнера.

Мы увидели, что используем черты личности, чтобы помочь нам понять людей, которых мы знаем, и общаться о них. Но как узнать, какие качества есть у людей? Люди не ходят с наклейками «Я щедрый» или «Я агрессивный» на лбу. В некоторых случаях, вспоминая наши обсуждения репутации в главе 3, мы можем узнать о человеке косвенно, например, через комментарии, которые другие люди делают об этом человеке.Мы также используем методы восприятия человека, чтобы помочь нам узнать о людях и их качествах, наблюдая за ними и интерпретируя их поведение. Если Зоя ударит Джо, мы можем сделать вывод, что Зоя агрессивна. Если Седжай оставит официантке большие чаевые, мы можем заключить, что он щедрый. Такие выводы кажутся естественными и разумными, потому что мы можем предположить (часто, но не всегда правильно), что поведение вызвано личностью. Именно агрессивность Зои заставляет ее бить, а щедрость Седжея привела к тому, что он получил большой совет.

Хотя иногда мы можем сделать вывод о личности, наблюдая за поведением, это не всегда так. Помните, что на поведение влияют как наши личные характеристики, так и социальный контекст, в котором мы находимся. Это означает, что поведение, которое мы наблюдаем за другими людьми, не всегда может отражать их личность; вместо этого поведение могло быть вызвано скорее ситуацией, чем лежащими в основе личными характеристиками. Возможно, Зоя ударила Джо не потому, что она действительно агрессивный человек, а потому, что Джо первым ее оскорбил или спровоцировал.И, возможно, Седжай оставил большие чаевые, чтобы произвести впечатление на своих друзей, а не потому, что он по-настоящему щедрый.

Поскольку на поведение может влиять как человек, так и ситуация, мы должны попытаться определить, какая из этих двух причин на самом деле более строго определяла поведение. Процесс попытки определить причины поведения людей известен как причинная атрибуция (Heider, 1958). Поскольку мы не можем видеть личность, мы должны работать над ее выводом.Когда знакомая нам пара расстается, несмотря на то, что казалось браком, заключенным на небесах, нам от природы становится любопытно. Что могло стать причиной разрыва? Было ли это что-то сказанное или сделанное одним из них? Или, может быть, виноват стресс из-за финансовых трудностей?

Установление причинной атрибуции можно сравнить с проведением эксперимента по социальной психологии. Мы внимательно наблюдаем за людьми, которые нам интересны, и замечаем, как они ведут себя в разных социальных ситуациях. После того, как мы сделали наши наблюдения, мы делаем выводы.Мы делаем личный (или внутренний или диспозиционный ) атрибуцию , когда решаем, что поведение было вызвано в первую очередь человеком . Личная принадлежность может быть примерно такой: «Я думаю, они расстались, потому что Сара не была привержена отношениям». В других случаях мы можем определить, что поведение было вызвано в первую очередь ситуацией — мы называем это установлением ситуационной (или внешней ) атрибуции .Ситуативная атрибуция может выглядеть примерно так: «Я думаю, они расстались, потому что находились в таком финансовом положении». В других случаях мы можем решить, что поведение было вызвано как человеком, так и ситуацией; «Я думаю, они расстались, потому что отсутствие обязательств у Сары действительно стало проблемой, когда у них возникли финансовые проблемы».

Делать выводы о личности

В некоторых случаях проще указать авторство, чем в других. Когда поведение является необычным или неожиданным в конкретной ситуации, в которой оно происходит, нам легче сделать его личную атрибуцию.Представьте, что вы идете на вечеринку и вас знакомят с Тесс. Тесс пожимает вам руку и говорит: «Приятно познакомиться!» Можете ли вы с готовностью заключить на основании такого поведения, что Тесс — дружелюбный человек? Возможно нет. Поскольку социальный контекст требует, чтобы люди действовали дружелюбно (пожали вам руку и сказали: «Приятно познакомиться»), трудно понять, вела ли Тэсс дружелюбно из-за ситуации или потому, что она действительно дружелюбна. Однако представьте, что вместо того, чтобы пожать вам руку, Тесс игнорирует вас и уходит.В таких случаях легче сделать вывод, что Тесс недружелюбна, потому что ее поведение настолько противоречит тому, что можно было бы ожидать.

Чтобы проверить эту идею, Эдвард Джонс и его коллеги (Jones, Davis, & Gergen, 1961) провели классический эксперимент, в котором участники просмотрели одну из четырех различных видеозаписей человека, который претендовал на работу. Для половины участников видео показало, что этот человек проходил собеседование с целью получения работы подводника, должности, которая требовала тесного контакта со многими людьми в течение длительного периода времени.Опрашиваемому человеку, а также участникам исследования было ясно, что для того, чтобы быть хорошим подводником, нужно быть экстравертом (т. Е. Получать удовольствие от общения с другими). Другая половина участников увидела видео, на котором мужчина проходил собеседование о приеме на работу в качестве космонавта, в ходе которого (помните, это исследование проводилось в 1961 году) он находился в одиночестве в маленькой капсуле в течение нескольких дней. В данном случае всем было ясно, что для того, чтобы быть хорошим космонавтом, нужно иметь интровертную личность.

Во время видеозаписи интервью также была изменена вторая переменная. Одна половина участников видела, что мужчина указал, что он на самом деле интроверт (он говорил такие вещи, как «Мне нравится работать самостоятельно», «Я мало гуляю»), а другая половина видела, как мужчина сказал что он на самом деле был экстравертом (он говорил такие вещи, как «Я хотел бы быть продавцом», «Я всегда получаю идеи от других»). После просмотра одной из четырех видеозаписей участников попросили указать, насколько интровертом или экстравертом, по их мнению, был кандидат.

Как вы можете видеть в Таблице 5.2.1, «Связь с ожидаемым и неожиданным поведением», когда кандидат давал ответы, которые лучше соответствовали требованиям, предъявляемым к работе (т. Е. Для работы подводником, кандидат сказал, что он экстраверт, и для работы в космонавте, он сказал, что он был интровертом), участники не думали, что его утверждения были такими показательными для его основной личности, как когда заявитель сказал противоположное тому, что ожидалось от работы (то есть, когда работа требовал, чтобы он был экстравертом, но сказал, что он интроверт, или наоборот).

Таблица 5.2.1 Связь с ожидаемым и неожиданным поведением

Работа, заявленная на Экстравертный Интровертный
Астронавт 91 71
Подводник 71 45
Мы с большей вероятностью привлечем личную атрибуцию, когда поведение является неожиданным.Цифры представляют собой процент экстравертных ответов, которые, по мнению участников, соискатель фактически одобрил бы, если бы он сказал полную правду. Участники с большей вероятностью поверили, что заявитель был более экстравертным (91%) и более интровертированным (45%), когда он сказал, что , а не , обладает личностными качествами, необходимыми для работы, чем когда он сказал, что он имел личностные качества, необходимые для работы. Данные взяты из работы Джонса, Дэвиса и Гергена (1961).Джонс, Э. Э., Дэвис, К. Э. и Герген, К. Дж. (1961). Варианты ролевых игр и их информационная ценность для восприятия человека. Журнал аномальной и социальной психологии, 63 (2), 302–310.

Идея здесь в том, что заявления, которые были необычными или неожиданными (исходя из требований к должности), просто казались так, как будто они не могли быть вызваны ситуацией, поэтому участники действительно думали, что интервьюируемый говорил правда.С другой стороны, когда интервьюируемый делал заявления, которые соответствовали требованиям ситуации, было труднее быть уверенным в том, что он говорит правду (возможно, вспоминая обсуждение стратегической самопрезентации в главе 3). , он просто говорил эти вещи, потому что хотел получить работу), и участники сделали более слабые личные приписывания его поведения.

Мы также можем упростить личную атрибуцию, если знаем, что у человека был выбор в поведении.Если мужчина предпочитает быть дружелюбным, даже в ситуациях, в которых он может не находиться, это, вероятно, означает, что он дружелюбен. Но если мы сможем определить, что он был вынужден проявить дружелюбие, это узнать труднее. Если, например, вы увидели человека, направившего пистолет на другого человека, а затем вы увидели, что этот человек отдал свои часы и бумажник стрелявшему, вы, вероятно, не сделаете вывод, что этот человек был щедрым!

Джонс и Харрис (1967) предложили студентам-участникам исследования прочитать эссе, написанные другими студентами.Половина участников думала, что студенты выбрали темы для эссе, в то время как другая половина думала, что студентам темы назначил их профессор. Участники с большей вероятностью лично указали, что студенты действительно верили в сочинение, которое они писали, когда они выбирали темы, а не им были назначены темы.

Иногда человек может попытаться заставить других приписывать свое поведение себе, чтобы он казался более правдоподобным.Например, когда политик делает заявления в поддержку дела перед аудиторией, которая не согласна с его позицией, он будет считаться более приверженным своим убеждениям и может быть более убедительным, чем если бы он приводил тот же аргумент перед аудиторией. аудитория, как известно, поддерживает ее взгляды. Опять же, идея основана на принципах атрибуции: если есть очевидная ситуативная причина для заявления (аудитория поддерживает взгляды политика), то личную атрибуцию (то, что политик действительно верит в то, что он говорит), сделать сложнее. .

Обнаружение ковариации между личностью и поведением

До сих пор мы рассматривали, как мы делаем персональную атрибуцию, когда у нас есть только ограниченная информация; то есть поведение, наблюдаемое только в один момент времени — мужчина оставляет большие чаевые в ресторане, мужчина отвечает на вопросы на собеседовании при приеме на работу или политик выступает с речью. Но процесс атрибуции также происходит, когда мы можем наблюдать за поведением человека в более чем одной ситуации. Конечно, мы можем узнать больше о щедрости Седжая, если он даст большие чаевые в разных ресторанах с разными людьми, и мы сможем больше узнать о убеждениях политика, наблюдая за речами, которые он произносит перед разной аудиторией с течением времени.

Когда у людей есть несколько источников информации о поведении человека, они могут делать атрибуцию, оценивая взаимосвязь между поведением человека и социальным контекстом, в котором оно происходит. Один из способов сделать это — использовать принцип ковариации , , который гласит, что данное поведение с большей вероятностью было вызвано ситуацией, если это поведение изменяется (или изменяется) в разных ситуациях . Наша работа, таким образом, состоит в том, чтобы изучать модели поведения человека в различных ситуациях, чтобы помочь нам сделать выводы о причинах такого поведения (Jones et al., 1987; Келли, 1967).

Исследование показало, что люди сосредотачиваются на трех видах ковариационной информации, когда они наблюдают за поведением других (Cheng & Novick, 1990).

  • Информация о согласованности . Ситуация кажется причиной поведения, если ситуация всегда вызывает поведение в цели . Например, если я все время начинаю плакать на свадьбах, то кажется, что свадьба — причина моих слез.
  • Информация об индивидуальности .Ситуация кажется причиной поведения, если поведение возникает, когда ситуация присутствует, но не когда ее нет . Например, если я плачу только на свадьбах, но не в другое время, то кажется, что свадьба является причиной моих слез.
  • Консенсусная информация . Ситуация кажется причиной поведения, если ситуация вызывает такое же поведение у большинства людей . Например, если многие люди плачут на свадьбах, то кажется, что свадьба является причиной моих (и других) слез.

Представьте, что ваша подруга Джейн любит встречаться с множеством разных мужчин, и вы наблюдали ее поведение с каждым из этих мужчин с течением времени. Однажды ночью она идет на вечеринку с Рави, где вы наблюдаете что-то необычное. Хотя Джейн пришла на вечеринку с Рави, она полностью игнорирует его всю ночь. Она танцует с другими мужчинами и в конце концов уходит с вечеринки с кем-то другим. Это ситуация, которая может заставить вас задуматься о причине поведения Джейн (является ли она грубым человеком или это поведение вызвано в большей степени Рави?), И для которой вы можете использовать принцип ковариации, чтобы попытаться сделать некоторые выводы.

Согласно принципу ковариации, вы должны уметь определять причину поведения Джейн, рассматривая три типа информации о ковариации: последовательность, различимость и консенсус. Вы можете спросить, всегда ли Джейн так обращается с Рави, когда встречается с ним. Если ответ положительный, то у вас есть некоторая согласованная информация: восприятие того, что ситуация всегда вызывает одно и то же поведение у человека. Если вы заметили, что Джейн игнорирует Рави больше, чем других мужчин, с которыми встречается, то у вас также есть отличительная информация: восприятие того, что поведение возникает, когда ситуация присутствует, а не когда ее нет.Наконец, вы можете поискать консенсусную информацию: представление о том, что ситуация вызывает одинаковую реакцию у большинства людей — склонны ли другие люди относиться к Рави таким же образом?

Рассмотрим еще один пример. Представьте, что ваш друг говорит вам, что он только что посмотрел новый фильм и что это лучший фильм, который он когда-либо видел. Когда вы задаетесь вопросом, следует ли вам приписывать ситуацию (фильм), вы, естественно, спросите о консенсусе; фильм нравится другим людям? Если это так, то у вас есть положительная консенсусная информация о том, насколько хорош фильм.Но у вас, вероятно, также есть некоторая информация о том, как ваш друг смотрел фильмы с течением времени. Если вы похожи на большинство людей, у вас, вероятно, есть друзья, которым нравится каждый фильм, который они смотрят. Если это так с этим другом, вы, вероятно, еще не настолько уверены в том, что это отличный фильм — в этом случае реакция вашего друга не будет отличительной. С другой стороны, если вашему другу не нравится большинство фильмов, которые он смотрит, но он любит этот, то отличительная черта сильна (поведение проявляется только в этой конкретной ситуации).Если это так, то вы можете быть более уверены в том, что фильм вызвал энтузиазм вашего друга. Следующей вашей мыслью может быть: «Я сегодня посмотрю этот фильм». Вы можете увидеть еще один пример использования информации о ковариации в Таблице 5.2.2, «Использование информации о ковариации».

Таблица 5.2.2 Использование информации о ковариации

Атрибуция Консенсус Самобытность Консистенция
Внешняя атрибуция (ситуации, в данном случае телешоу) более вероятна, если… Все мои друзья смеются над этим телешоу. Билл больше смеется на этом телешоу. Билл всегда смеется над этим телешоу.
Внутренняя атрибуция (человеку, в данном случае Биллу) более вероятна, если… Очень немногие из моих друзей смеются над этим телешоу. Билл смеется над этим телешоу так же сильно, как он смеется над другими телешоу. Билл всегда смеется над этим телешоу.
В соответствии с принципом ковариации мы используем три источника информации, чтобы помочь нам определить, следует ли приписывать себя ситуации или человеку.В этом примере атрибуция либо личная (моему другу Биллу), либо ситуативная (к телешоу, которое мы смотрим).

Таким образом, ковариационные модели предсказывают, что мы, скорее всего, сделаем внешние атрибуции, когда консенсус, различимость и последовательность высоки. Напротив, когда консенсус и различимость низки и это сопровождается высокой согласованностью, то мы, скорее всего, придем к внутренней атрибуции (Kelley, 1967). В других ситуациях, когда модель консенсуса, последовательности и различимости не попадает ни в один из этих двух вариантов, предполагается, что мы будем склонны приписывать как человеку, так и ситуации.

Эти прогнозы обычно подтверждаются исследованиями атрибуции, которые обычно просят людей сделать атрибуцию о поведении незнакомца в виньетках (Kassin, 1979). В исследованиях в более естественном контексте, например, в исследованиях, касающихся самих себя и других, которых мы хорошо знаем, многие другие факторы также будут влиять на типы атрибуции, которые мы делаем. К ним относятся наши отношения с человеком и наши прежние убеждения. Например, наша атрибуция по отношению к своим друзьям часто более благоприятна, чем по отношению к незнакомцам (Campbell, Sedikides, Reeder, & Elliot, 2000).Кроме того, в соответствии с нашим обсуждением схем и социального познания в главе 2, они часто согласуются с содержанием схем, которые важны для нас в то время (Lyon, Startup, & Bentall, 1999).

Атрибуты успеха и неудач

Причинная атрибуция участвует во многих важных жизненных ситуациях; например, когда мы пытаемся определить, почему нам или другим удалось или не удалось выполнить задачу. Вспомните на мгновение тест, который вы прошли, или другое задание, которое вы выполнили, и подумайте, почему вы его выполнили хорошо или плохо.Затем посмотрите, отражают ли ваши мысли то, что Бернард Вайнер (1985) считал важными факторами в этом отношении.

Вайнера интересовало, как мы определяем причины успеха или неудачи, потому что он чувствовал, что эта информация особенно важна для нас: точное определение того, почему мы преуспели или потерпели неудачу, поможет нам увидеть, какие задачи мы уже хорошо выполняем, а какие нам нужно. работать над улучшением. Вайнер предложил, чтобы мы делали эти определения, задействовав причинную атрибуцию, и чтобы результатом нашего процесса принятия решений была атрибуция, сделанная либо человеку («Я добился успеха / потерпел неудачу из-за моих личных характеристик»), либо ситуации («Я удалось / не удалось из-за какой-то ситуации »).

Анализ

Вайнера показан на Рисунке 5.2.1, «Атрибуты успеха и неудач». Согласно Вайнеру, успех или неудача можно рассматривать как исходящие от личных причин (например, способности, мотивация) или от ситуационных причин (например, удачи, сложности задачи). Однако он также утверждал, что эти личные и ситуативные причины могут быть либо стабильными (менее вероятно, что они изменятся со временем), либо нестабильными (с большей вероятностью будут меняться с течением времени).

Рисунок 5.2.1 Атрибуты успеха и неудачи

На этом рисунке показаны возможные приписывания, которые мы можем сделать для нашего успеха или неудачи или для других людей. Locus учитывает, связаны ли приписывания к человеку или к ситуации, а стабильности рассматривает, будет ли ситуация оставаться неизменной с течением времени.

Если вы хорошо справились с тестом, потому что вы действительно умны, то это личная и стабильная атрибуция способности . Это явно что-то, что вызвано лично вами, и это также довольно стабильная причина: вы умны сегодня и, вероятно, будете умны в будущем.Однако, если вы добились большего, потому что усердно учились, то это успех благодаря мотивации . Это опять-таки личное (вы учились), но оно также потенциально нестабильно (хотя вы очень усердно учились для этого теста, вы можете не так усердно работать для следующего). Вайнер считал сложность задачи ситуативной причиной: вы могли успешно пройти тест, потому что он был легким, и он предположил, что следующий тест, вероятно, будет легким и для вас (т. Е. Что задача, какой бы она ни была, является всегда либо сложно, либо легко).Наконец, Вайнер считал успех удачливым (вы просто правильно угадали много ответов) ситуативной причиной, но более нестабильной, чем сложность задачи. Оказывается, что хотя атрибуции Вайнера не всегда идеально подходят (например, сложность задачи может иногда меняться со временем и, таким образом, быть, по крайней мере, несколько нестабильной), четыре типа информации довольно хорошо отражают типы атрибуции, которые люди делают для успеха и неудачи. .

Мы рассмотрели некоторые важные теории и исследования того, как мы делаем атрибуцию.Другой важный вопрос, к которому мы сейчас обратимся, — насколько точно мы приписываем причины поведения. Одно дело полагать, что кто-то кричал на нас, потому что он или она агрессивный характер, но совсем другое — доказать, что ситуация, включая наше собственное поведение, не была более важной причиной!

Ключевые выводы

  • Причинная атрибуция — это процесс попытки определить причины поведения людей.
  • Авторство связано с личными или ситуативными причинами.
  • Легче приписать себе личную принадлежность, когда поведение необычно или неожиданно и когда люди, как считается, решили поступить таким образом.
  • Принцип ковариации предполагает, что мы используем информацию о согласованности, информацию о различиях и согласованную информацию, чтобы делать выводы о причинах поведения.
  • Согласно Бернарду Вайнеру, успех или неудача можно рассматривать как происходящие из личных причин (способности и мотивация) или ситуативных причин (удача и сложность задачи).

Упражнения и критическое мышление

  1. Опишите время, когда вы использовали причинную атрибуцию, чтобы сделать вывод о личности другого человека. Каков был результат процесса атрибуции? Как вы думаете, насколько точна атрибуция? Почему?
  2. Опишите ситуацию, в которой вы использовали информацию о консенсусе, последовательности и отличительности, чтобы приписать чье-то поведение. Насколько хорошо принцип ковариации объясняет тип атрибуции (внутреннюю или внешнюю), которую вы сделали?
  3. Рассмотрим случай, когда вы приписывали свой успех или неудачу.Как ваш анализ ситуации соотносился с идеями Вайнера об этих процессах? Как вы относились к себе после такой атрибуции и почему?

Список литературы

Эллисон, С. Т., и Мессик, Д. М. (1985b). Ошибка групповой атрибуции . Журнал экспериментальной социальной психологии, 21 (6), 563-579.

Кэмпбелл, В. К., Седикидес, К., Ридер, Г. Д., Эллиот, А. Дж. (2000). Среди друзей: экзамен на дружбу и корыстолюбие. Британский журнал социальной психологии, 39, 229-239.

Ченг, П. В., и Новик, Л. Р. (1990). Вероятностная контрастная модель причинной индукции. Журнал личности и социальной психологии, 58 (4), 545–567.

Хайдер, Ф. (1958). Психология межличностных отношений . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Джонс, Э. Э., и Харрис, В. А. (1967). Атрибуция отношений. Журнал экспериментальной социальной психологии, 3 (1), 1-24.

Джонс, Э. Э., Дэвис, К. Э. и Герген, К. Дж. (1961). Варианты ролевых игр и их информационная ценность для восприятия человека. Журнал аномальной и социальной психологии, 63 (2), 302–310.

Джонс, Э. Э., Каноуз, Д. Э., Келли, Х. Х., Нисбетт, Р. Э., Валинс, С., и Вайнер, Б. (ред.). (1987). Атрибуция: восприятие причин поведения . Хиллсдейл, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум.

Кассин, С. М. (1979). Консенсусная информация, прогноз и причинная атрибуция: обзор литературы и проблем. Журнал личности
и социальная психология, 37, 1966–1981.

Келли, Х. Х. (1967). Теория атрибуции в социальной психологии. В Д. Левине (ред.), Симпозиум Небраски по мотивации (Том 15, стр. 192–240). Линкольн, NE: Университет Небраски Press.

Лион, Х. М., и Стартап, М., и Бенталл, Р. П. (1999). Социальное познание и маниакальная защита: атрибуции, избирательное внимание и самосхема при биполярном аффективном расстройстве. Журнал аномальной психологии, 108 (2), 273-282.Фрубин

Улеман, Дж. С., Блейдер, С. Л., и Тодоров, А. (ред.). (2005). Неявные впечатления . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Вайнер, Б. (1985). Атрибуционная теория мотивации достижения и эмоции. Психологическое обозрение, 92 , 548–573.

Авторы

Чарльз Стангор (Мэрилендский университет), Раджив Джангиани (Квантленский политехнический университет) и Хаммонд Тарри (Адлерская школа профессиональной психологии).Название OpenStax, логотип OpenStax, обложки книг OpenStax, название OpenStax CNX и логотип OpenStax CNX не подпадают под действие лицензии Creative Commons и не могут быть воспроизведены без предварительного и явного письменного согласия Rice University. С вопросами относительно этой лицензии обращайтесь по адресу [email protected]

Кто виноват? Нейронные корреляты причинной атрибуции в социальных ситуациях

В этом исследовании использовалась фМРТ для разделения нейронных коррелятов между собой и между собой.внешняя ответственность за социальные события и изучение нейронной основы корыстной атрибуции. С этой целью мы значительно оптимизировали ранее применявшуюся парадигму (Blackwood et al., 2003). Наши результаты согласуются с предшествующими доказательствами того, что лобно-височно-теменная сеть дифференцирует самостоятельную и внешнюю ответственность (Farrer & Frith, 2002; Ruby & Decety, 2001; Seger, Stone, & Keenan, 2004). Однако мы не повторили выводы Blackwood et al. (2003) относительно self vs.другое различие, хотя они применяли сопоставимую парадигму. Это может быть связано с нашими улучшениями в отношении обобщаемости наших результатов (большой размер выборки, анализ случайных эффектов), а также с увеличением статистической мощности за счет увеличения количества событий. Тем не менее, корыстная предвзятость по-прежнему активировала дорсальное полосатое тело в обоих исследованиях.

Самостоятельная и внешняя ответственность

Непосредственное сравнение показало, что активация в правом TPJ, включая STG и супрамаргинальную извилину, больше связана с внутренней, чем с внешней атрибуцией.Существуют доказательства общего доминирования правого полушария в представлении себя (обзор Decety & Sommerville, 2003), таких как распознавание собственного лица (Uddin, Kaplan, Molnar-Szakacs, Zaidel, & Iacoboni, 2005), имитация (Decety, Chaminade , Grezes, & Meltzoff, 2002) и агентством (Chaminade & Decety, 2002). Поражения в правом TPJ вызывают дефицит процессов, связанных с самим собой, например, распознавания собственного лица (например, Breen, Caine, & Coltheart, 2001; Uddin, Molnar-Szakacs, Zaidel, & Iacoboni), или нарушения схемы тела (например, Breen, Caine, & Coltheart, 2001; Uddin, Molnar-Szakacs, Zaidel, & Iacoboni).г., Бланке и Арзи, 2005; Гиуммарра, Гибсон, Георгиу-Каристианис и Брэдшоу, 2008 г.). Выбор правильных TPJ в наших суждениях о себе также соответствует выводу Vogeley et al. (2001), которые использовали так называемые рассказы о самоприписывании. Интеграция наших результатов активации правой латерализованной TPJ во время внутренней причинной атрибуции с предыдущими данными подчеркивает фундаментальную роль этой области в формировании самооценки.

Напротив, внешняя атрибуция по сравнению с внутренней показала более высокий сигнал в двустороннем предклинье, левой TPJ (включая AG и средний TG) и левой верхней и медиальной FG.Эта широко распространенная сеть участвовала во внешней атрибуции в предыдущих исследованиях с использованием различных парадигм, сравнивающих другие и самообработку, например, двигательные образы (Ruby & Decety, 2001), суждения о пищевых предпочтениях (Seger et al., 2004), агентство (Farrer & Frith, 2002) или осведомленность о действиях (Farrer et al., 2008). По сути, эти задачи и наша парадигма различались в отношении задействованных механизмов обработки, например обнаружение несоответствия в сенсорной информации и перспективах. Однако общий процесс — это различение между собой и другими.

Исследования, изучающие самообработку без прямого сравнения с третьим лицом, показали, что предклинье имеет решающее значение для психических операций, связанных с самим собой (например, Kjaer, Nowak, & Lou, 2002; Lou et al., 2004). Однако исследования, в которых реализуются задания от первого и третьего лица, показали, что предклинье более активно в состоянии от третьего лица (Farrer & Frith, 2002; Ruby & Decety, 2001; Seger et al., 2004). Более того, поражения внутри левой верхней медиальной FG (Brainin, Seiser, & Matz, 2008), но также и внутри IPC (e.г., Bundick & Spinella, 2000; Gondim, Oliveira, & Cruz-Flores, 2005) были связаны с так называемым синдромом чужой руки, который характеризуется восприятием одной конечности как принадлежащей другим или контролируемой ими. Эти результаты подтверждают предположение, что эта сеть (особенно предклинье) важна для дифференциации себя от других или внешнего мира, что дополнительно подтверждается нашими данными о причинных атрибуциях.

Имеются также сходные доказательства того, что предклинье (рассмотрено Cavanna & Trimble, 2006), TPJ (Maguire & Mummery, 1999) и высший FG (Abraham, Schubotz, & von Cramon, 2008) участвуют в процессах автобиографической памяти. .Левая AG, похоже, устанавливает «онлайн» представление эпизодической информации (Vilberg & Rugg, 2009) и привлекается во время воспоминаний, а также при поиске личных событий (Abraham et al., 2008). Было показано, что высшие FG ответственны за рекомбинационные процессы поиска и запоминания личных событий (Abraham et al., 2008). Эти связанные с памятью операции кажутся основными процессами, когда кто-то принимает решение об атрибуции. Следовательно, наши данные предполагают, что автобиографическая память требуется больше во время внешней, чем внутренней причинной атрибуции.Это предположение подтверждается хорошо известным «эффектом самореференции», приводящим к облегчению поиска релевантной информации (Symons & Johnson, 1997).

Как правило, мы заключаем, что объяснение причин социальных событий так или иначе опирается на личные воспоминания. Однако в этой нейронной сети должно быть что-то особенное в различии между другим и самим собой, поскольку о его активации также сообщили Фаррер и Фрит (2002) и Фаррер и др. (2008) с помощью простых двигательных задач без каких-либо требований к памяти.Кроме того, это предположение также подтверждается исследованиями, изучающими концептуальное и эмоциональное восприятие перспективы (Ruby & Decety, 2003, 2004). Сопоставление точки зрения другого и собственной точки зрения выявило лобно-височно-теменную сеть, которая во многом совпадала с нашими выводами. Однако наши результаты отличаются от результатов Blackwood et al. (2003), несмотря на сопоставимую парадигму, что может быть связано с некоторыми улучшениями в дизайне нашего исследования (например, размером выборки, количеством событий).

Объединив наши выводы и предыдущие отчеты, можно сделать вывод, что IPC играет решающую роль в дифференциации себя от других.Однако результаты предыдущих исследований противоречивы в отношении латерализации себя по сравнению с другим состоянием. Два предыдущих исследования (Chaminade & Decety, 2002; Decety et al. 2002) обнаружили тот же паттерн латерализации, как мы сообщали, так что другое состояние связано с левосторонней активацией МПК, а самосостояние является правосторонним. Однако Руби и Десети (2001) сообщают об обратном эффекте латерализации. Фаррер и Фрит (2002), а также Фаррер и др. (2003) сообщили о двустороннем МПК для другого состояния; однако они не обнаружили, что активация IPC связана с самологическим состоянием, а вместо этого сообщили об активации островка.Сложность усложняется тем, что задачи очень разные: от представления себя и другого человека, выполняющего действие (Ruby & Decety, 2001), до имитации другого человека по сравнению с тем, что другой человек имитирует (Decety et al., 2002), к простым задачам несовместимости с зрительно-моторной обратной связью (например, Farrer et al., 2003). Наша задача добавляет в это сравнение себя и других настройку социальной ситуации.

Помимо общего участия IPC в принятии решений агентства, мы заметили, что две части IPC могут быть разделены в отношении личности и личности.другая дифференциация. В то время как супрамаргинальная извилина больше участвовала во внутренних атрибуциях, AG активнее во время внешних атрибуций. Помимо несоответствий в эффектах латерализации, существует также неоднородная картина в отношении вовлечения АГ (Farrer & Frith, 2002; Farrer et al., 2003; Ruby & Decety, 2001) и супрамаргинальной извилины (например, Chaminade & Decety , 2002; Decety et al., 2002; Ruby & Decety, 2001) в дифференциации «я» и «я».разное. Таким образом, мы рассматриваем наше открытие как намек на функциональную дифференциацию и латерализацию в пределах нижней теменной коры в отношении различия между собой и другими, которое ожидает будущей репликации в сравнительно больших выборках.

Интегрируя наши результаты в X- и C-системную структуру социального познания, постулированную Либерманом (2007), внутренние атрибуции связаны с рефлексивной автоматической X-системой, тогда как все три активационных кластера, специфичные для внешних атрибутов, лежат внутри рефлексивной, автоматической X-системы. регуляторная C-система.Этот подход предполагает, что внутренняя атрибуция — это более автоматический процесс, а внешняя атрибуция включает более преднамеренные и контролируемые механизмы. Аналогичным образом Seger et al. (2004) интерпретировали более высокую активацию FG вместе с более длительным RT как намек на то, что другие связанные решения являются более сложными по сравнению с суждениями с самооценкой.

В целом наши данные показали, что внутренняя атрибуция приводит к ограниченному кластеру активации, тогда как внешняя атрибуция связана с более расширенной сетью.Аналогичным образом, предыдущие исследования, вызывающие несоответствие в эффектах действия (Spengler, von Cramon, & Brass, 2009) или воображение вредных действий (Kedia, Berthoz, Wessa, Hilton, & Martinot, 2008), показали, что другое состояние показало более высокий сигнал в широко распространенном лобно-височно-теменная активация, тогда как не было надпороговых кластеров, связанных с самологическим состоянием. Руби и Десети (2001) пришли к выводу на основании своих выводов, что яркое представление о себе важно для различения себя и других, что подтверждается результатами сопоставимых исследований, сообщающих о перекрывающихся активациях во время суждений о себе и других суждений (например,г., Decety & Sommerville, 2003; Ochsner et al., 2005; Seger et al., 2004). Мы предположили, что наблюдаем значительную активацию, связанную с внутренним и внешним контрастом в mPFC, а также pCC, основываясь на предыдущих исследованиях самообработки (D’Argembeau et al., 2005; Fossati et al., 2003; Johnson et al., 2002; Kelley et al., 2002), что не подтверждается нашими данными. Однако при более внимательном рассмотрении применяемых задач выяснилось, что они различаются по другому условию. В нашей задаче это условие относилось к другу, тогда как в других исследованиях использовался известный справочник (D’Argembeau et al., 2005; Kelley et al., 2002) или условие семантического контроля (Fossati et al., 2003; Johnson et al., 2002). Помимо перекрытия активации из-за процесса различения между собой и другими обязанностями (Ruby & Decety, 2001), отсутствие активации mPFC и pCC в нашем исследовании может быть связано с этими различиями в задачах.

Корыстная предвзятость

Анализ поведенческих данных подтвердил наши ожидания относительно высокой частоты корыстных приписываний, которые были основаны на предыдущих исследованиях на здоровых выборках (см.метаанализ Mezulis et al., 2004). Наши данные RT показали, что эгоистическая атрибуция — самая быстрая, а внутренняя атрибуция негативных событий — самая медленная. Эти результаты отражают преобладание и автоматизм корыстных приписываний на поведенческом уровне.

Наш анализ всего мозга эгоистической атрибуции по сравнению с несамостоятельной атрибуцией выявил двустороннюю активацию dACC. В предыдущих исследованиях (Holroyd & Coles, 2008; Santesso et al., 2008) сообщалось, что dACC участвует в обучении с подкреплением, особенно в мониторинге поведения и выборе наиболее подходящих альтернатив действий.Активация dACC в корыстных решениях об атрибуции отражает процесс отбора, в котором выбираются более благоприятные атрибуции, чем другие. Более того, из-за более быстрого RT самообслуживания по сравнению с неэгоистичной атрибуцией, мы полагаем, что этот процесс отбора действует скорее автоматически.

В соответствии с нашей гипотезой и результатами Blackwood et al. (2003), анализ ROI в полосатом теле показал специфическую активность в дорсальной части полосатого тела.Вентральное полосатое тело долгое время считалось основным узлом обработки вознаграждения, но недавние открытия предполагают, что активность в брюшном полосатом теле связана с жаждой (Delgado, 2007), ожиданием вознаграждения (Knutson, Fong, Bennett, Adams, & Homme, 2003). ) и более чувствителен к краткосрочным вознаграждениям (Tanaka et al., 2007). Недавно считалось, что дорсальное полосатое тело управляет мотивированным поведением и выбирает действия, которые имеют высокую (долгосрочную) ценность (обзор Hikosaka et al., 2008; Tanaka et al., 2007). Активация спинной системы вознаграждения в наших данных предполагает, что приписывание социальных событий корыстной манере имеет положительный эффект. Кроме того, активация дорсального полосатого тела и участие dACC отражает то, что выбор корыстной атрибуции — это выбор наиболее выгодной альтернативы.

Решение об атрибуции не присуждает как таковое , например, в денежном выражении. Отсутствие активации других частей цепи вознаграждения (миндалевидное тело, ACC, островок, mPFC, OFC), которые наблюдались с использованием непосредственно стимулирующих стимулов (обзоры см. В Berridge & Kringelbach, 2008; Leknes & Tracey, 2008; O’Doherty, 2004), приводит доводы в пользу более косвенного и отсроченного вознаграждения эгоистичной атрибуции.Можно предположить, что в процессе обучения эти атрибуты превращаются в элементы вознаграждения. Следовательно, этот процесс обучения приводит к автоматизации эгоистичной атрибуции, которая отражается в наших данных RT.

Однако следует иметь в виду, что мы не наблюдали ассоциации самооценки и атрибуции на нейронном или поведенческом уровне, что могло быть связано с нашей однородной выборкой со средней самооценкой (Ferring & Frith , 1996). Единственным намеком на связь была отрицательная корреляция с RT внутренних приписываний негативных событий.

Более того, наш корреляционный анализ выявил первый намек на связь приписывания позитивных событий внешним причинам (то есть не корыстным атрибуциям) и ценностями невротизма в правой скорлупе. Эта связь с системой вознаграждения кажется интересной, но противоречивой. Высокие значения невротизма характеризуют тревожных, депрессивных, незащищенных, робких и застенчивых людей. Наши «невротические» участники воспринимали позитивные социальные события как награды, даже когда они приписывали их внешним причинам.В настоящее время мы не можем устранить это несоответствие и предлагаем дальнейшее рассмотрение. Это может иметь значение для понимания депрессивного познания, которое характеризуется не корыстной предвзятостью, например, приписывая положительные события внешним причинам (Diez-Algeria et al., 2006). Однако важно отметить, что в этом исследовании были собраны только оценки невротизма среди выборки здоровых студентов, которые нельзя точно приравнять к депрессивным тенденциям, но которые считаются маркером уязвимости к депрессии (например,г., Haas, Constable, & Canli, 2008). В будущих исследованиях было бы более ценно оценить тяжесть депрессивных симптомов напрямую, а также ее корреляцию с нейронными коррелятами предвзятого приписывания в выборке пациентов с депрессией.

Роль измерений причинной атрибуции в восстановлении доверия в JSTOR

Абстрактный

Мы исследуем восстановление доверия одной стороны к другой через восстановление надежности (Mayer, Davis, & Schoorman, 1995).Основываясь на теории причинной атрибуции Вайнера (1986), мы постулируем, что каузальные атрибуции (т. Е. Локус причинности, управляемость и стабильность) причины отрицательного результата в доверительных отношениях объясняют, когда надежность нуждается в ремонте и как надежность может отремонтировать силами доверительного управляющего. Мы также обсуждаем роль конкретных эмоциональных реакций доверителя в этом процессе.

Информация о журнале

Academy of Management Review, которой исполняется 26 лет, является наиболее цитируемым справочником менеджмента.AMR считается одним из самых влиятельных деловых журналов, публикующих академически строгие концептуальные статьи, продвигающие науку и практику управления. AMR — это журнал по развитию теории для ученых в области менеджмента и организаций со всего мира. AMR публикует новые, проницательные и тщательно разработанные концептуальные статьи, которые бросают вызов общепринятым представлениям о всех аспектах организаций и их роли в обществе. Журнал открыт для различных точек зрения, в том числе тех, которые направлены на повышение эффективности, а также тех, которые критикуют руководство и организации.Каждая рукопись, опубликованная в AMR, должна содержать новые теоретические идеи, которые могут улучшить наше понимание менеджмента и организаций. Большинство статей также включают обзор соответствующей литературы. AMR издается четыре раза в год тиражом 15 000 экземпляров.

Информация об издателе

Академия менеджмента (Академия; АОМ) — ведущая профессиональная ассоциация ученых, занимающаяся созданием и распространением знаний об управлении и организациях.Центральной миссией Академии является повышение квалификации менеджеров за счет развития управленческих знаний и повышения профессионального уровня ее членов. Академия также стремится формировать будущее исследований и образования в области управления. Академия управления, основанная в 1936 году, является старейшим и крупнейшим научным объединением менеджмента в мире. Сегодня Академия является профессиональным домом для более чем 18290 членов из 103 стран. Членство в Академии открыто для всех, кто ценит принадлежность.

Причинная атрибуция: внутренние и внешние причины

Выявление причин чужого поведения

Для эффективного сотрудничества полезно иметь возможность выводить мысли и намерения как внутри группы, так и за ее пределами. Знание степени, в которой член группы привержен групповой задаче или более индивидуальной цели, помогает в установлении доверия и оценке вклада членов группы.

Причинная атрибуция — это процесс, посредством которого мы приписываем причины как нашему собственному поведению, так и поведению других людей.Мы делаем это для того, чтобы добавить предсказуемости ситуации или взаимодействию. Если мы понимаем причину чьего-либо поведения, мы можем лучше контролировать и направлять взаимодействие.

Но как социальные психологи узнают мысли и намерения других? Они полагаются на то, что можно наблюдать: на поведение.

Теоретики причинной атрибуции (например, Heider, 1958; Jones & Davis, 1965; Kelley, 1972) предполагают, что причина может быть внутренней или внешней по отношению к человеку, выполняющему поведение.

Внутренние причины — это те, которые проистекают из внутренних характеристик человека. Сюда входят их взгляды, способности или личностные качества. Внешние причины — это те, которые проистекают из ситуации или окружающей среды.

Если поведение считается результатом мыслей, намерений, способностей или личности человека, делается внутренняя атрибуция. Если поведение считается результатом ситуационных сил, делается внешняя атрибуция.

Согласно модели ковариации Келли открывается в новом окне