Агностика это: Кто такие агностики и как им живется в Казахстане и Кыргызстане?

Содержание

Кто такие агностики и как им живется в Казахстане и Кыргызстане?

Эксперты отмечают, что агностицизм не означает отрицание Бога или богов, а лишь утверждает невозможность познать это. Сами агностики говорят, что их часто путают с атеистами.


Подпишитесь на нашу страницу в Facebook!


*Материал опубликован в рамках серии статей CABAR.asia, посвященной информированию аудитории о религиозном многообразии в странах Центральной Азии. Авторы не преследуют цель пропаганды той или иной религиозной конфессии. 

Официальных данных о том, сколько проживает агностиков в Кыргызстане и Казахстане, нет. Переписи населения и исследования, как правило, учитывают только атеистов либо не разделяют эти понятия. В Кыргызстане в 2016 году Госкомиссия по делам религий в рамках социологического исследования «Влияние религиозного фактора на социально-политическую ситуацию в Кыргызской Республике» проводила опрос о религиозной принадлежности населения.

98,4% ответили, что считают себя верующими, 0,7% не считают себя религиозными, а 0,4% затруднились ответить. 

Правозащитная христианская организация «Open Doors» (США) приводит данные, согласно которым, на начало 2019 года 578 тысяч казахстанцев считали себя агностиками или 3,1% от всего населения страны. 

Юлия (Казахстан), 22 года:

Я считаю себя агностиком еще с подросткового возраста. Годам к 12 я всерьез начала задумываться о своем происхождении и происхождении своей семьи. С термином «агностицизм» я познакомилась несколькими годами позже.

Я всегда понимала, что жизнь на планете появилась не сама по себе. Я много читала, много изучала, много общалась с людьми, которые рассказывали мне различные взгляды на появление всего живого. Я верила во все понемногу, но в каждой из религий я находила то, с чем абсолютно не могу согласиться.

После прочтения Библии я поняла, что ни одна из существующих религий не подходит к тому, что чувствую и о чем думаю я.

Тогда мой хороший друг рассказал мне об агностицизме.

В конце концов, я пришла к тому, что мне не обязательно выбирать кого-то определенного из богов, чтобы как-то объяснять появление самой себя. В религиях мне не нравится то, что каждая конфессия пытается перетащить “бочку” на свою сторону. Религиозные люди постоянно доказывают что-то друг другу, спорят, ссорятся, потому что верят в разных богов. Мне это кажется очень странным.

Люди без религии. В Казахстане растет количество атеистов.

Я верю в то, что все живое на земле появилось благодаря высшим силам, но я так и не сформировала для себя образ этого самого «Бога». Возможно, эти силы больше абстрактны, а возможно, что они как-то связаны с инопланетными существами, другой жизнью, другой цивилизацией. Именно поэтому я отношу себя именно к агностикам, а не к атеистам, как думают многие.

Я никогда не сталкивалась с давлением, максимум, что мне приходилось слышать – это попытки представителей различных религиозных конфессий убедить меня в том, что со временем я приду к чему-то определенному. Зато я постоянно сталкиваюсь с тем, что многие не различают атеистов и агностиков и считают меня «просто человеком без веры». Это не так, я такая же верующая.

Photo: CABAR.asia

Считается, что термин «агностицизм» вошел в оборот в 1869 году благодаря Томасу Генри Хаксли (Гексли) – ученому-биологу и геологу, последователю Чарльза Дарвина. Он искал слово для обозначения собственной мировоззренческой позиции и изобрел слово “агностик”. 

Согласно «Большой российской энциклопедии», агностицизм не­ред­ко трак­ту­ет­ся как до­пу­ще­ние не­воз­мож­но­сти дос­то­вер­но­го зна­ния о Бо­ге (или бо­гах) и «не­ви­ди­мом ми­ре» и ино­гда не­оп­рав­дан­но сме­ши­ва­ет­ся с ате­из­мом.

Право не верить, или Как выглядит современный атеизм в Кыргызстане

По словам казахстанского религиоведа Даурена Тойматаева, агностик не отрицает существование некого божественного начала, но и не готов признать его как безусловную и конкретную реальность, так как существующих доказательств для этого мало. Для агностиков вопрос о том, что именно представляет из себя Бог, всегда остается открытым.

«Агностицизм имеет прямое отношение, с позиции философии, к скептицизму, которое представляет собой обоснование идей в том, что человек постоянно начинает познавать окружающий мир, его знания о нем расширяются, но все равно всегда будет та часть нерешенных вопросов, получить ответы на которые человек не сможет, обладая всеми своими знаниями и способностями. Агностицизм не означает отрицание существования высшей силы, он лишь утверждает невозможность познать, есть ли Бог на самом деле», – говорит Тойматаев.  

Эксперт делит агностиков и атеистов на три основные группы:

  1. Атеисты-гностики – не верят ни в одного Бога и знают, что его нет.
  2. Теисты-агностики – верят, что Бог есть, но не знают точно.
  3. Теисты-гностики – верят в Бога и точно знают, что он есть.

Даниил Орлов, Кыргызстан:

Даниил Орлов. Фото из личного архива

Я пришел к агностицизму логически. Увлекался точными науками и пришел к тому, что для достаточности модели Вселенной ни авраамический Бог, ни боги, ни даже разумный замысел не являются необходимыми.

Мне не требуются дополнительные понукания в виде ада, геенны огненной или чего-то в этом роде, чтобы быть порядочным. Конечно, это не исключает декартовой вариации всемогущего бога, который не подчиняется законам логики, но это – другая история. Остальные отсекаются бритвой Оккама.

Нетерпимость из-за агностицизма встречается, так же как и случаи нетерпимости на религиозной, межнациональной и любой другой почве. Но сам лично с нетерпимостью не сталкивался и неудобств не испытываю, так как живу в IT-индустрии.

Кадыр Маликов. Фото из личного архива

По словам кыргызстанского теолога Кадыра Маликова, ислам относит агностиков к неверующим, но дает выбор каждому человеку: верить или нет. 

«Нет принуждения к вере в исламе. Каждый человек сам выбирает свою дорогу и сам будет отвечать после смерти. […] Учитывая современное общество, мы живем с разными взглядами на жизнь и веру. Это является естественным сегодня», – говорит Маликов.

Дастан (Казахстан), 18 лет:

Агностицизм, в моем понимании, – это свобода. Свобода от догматов и навязанных ценностей. Я думаю, что у атеистов и агностиков очень много общего, но в то же время, они сильно отличаются. В то время как атеисты точно отрицают существование чего-то большего, я допускаю возможность существования Бога в том или ином его проявлении.

К агностицизму я пришел не так давно. Готовясь к тесту TOEFL, я перечитал тонны научных статей на совершенно разные темы. Биология, химия, экономика, психология – все эти предметы связывало одно – отсутствие абсолютных истин. Каждое исследование, которое, казалось бы, является общеизвестной истиной, ломается под натиском другого исследования, а то, в свою очередь, теряет свою актуальность из-за другого исследования. И так постоянно.

Протоиерей Бишкекской и Кыргызстанской епархии Алексей Сыромятников считает, что не все, кто называет себя агностиками соблюдают принципы агностицизма.

«В первую очередь, агностик – это тот, кто признает, что Бог есть, и что он непостижим. Но считает, что религии не обладают полнотой истины в понимании Бога. И для них, это значит, отсутствие смысла молиться. То, есть настоящий агностик никогда не будет молиться. Когда я такое говорю агностикам, некоторые из них отвечают, что молятся в душе, в уме. Почему они тогда решили, что он внимает к их сердечным молитвам? В таких случаях, я им всегда говорю, почему вы думаете, что Бог слышит вас. Вы же этого знать не можете. То, есть вы уже не агностики», – говорит Сыромятников.

Александр Суворов. Photo: seminaria.kz

Протоиерей Астанайской и Алматинской епархии русской православной церкви Александр Суворов отмечает, что агностики – это люди, которые не определились со своим отношением к Богу. 

“Каждый верит в то, что хочет. Любой человек, даже атеист, может превратится в человека верующего, равно как и верующий может стать атеистом. Агностики – это люди, которые не определились с понятиями о Боге, у них нет четкого определения.

В каждом человеке могут быть явления, которые позволяет им познать бога. Очень много агностиков, которые не знают что они агностики, а просто следуют принципам детерминизма”, – говорит Суворов.


Данная статья была подготовлена в рамках проекта IWPR «Стабильность в Центральной Азии через открытый диалог».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

кто это? В чем разница между агностиками и атеистами

Агностик – это человек, отрицающий возможность полного объективного познания мира и его закономерностей. По мнению агностиков, некоторые истины невозможно постичь из-за ограниченности человеческого восприятия.

В частности, агностики полагают, что человек не может знать, существует ли бог, есть ли рай и ад, жизнь после смерти и прочие сверхъестественные явления. Чаще всего слово «агностик» употребляют именно в религиозном смысле, противопоставляя агностиков верующим и атеистам.

В чем суть агностицизма

Термин «агностик» ввел в научный оборот английский биолог и естествоиспытатель Томас Гексли в 1869 году. Слова «агностик» и «агностицизм» происходят от греческого «агностос» (ἄγνωστος) – «непознаваемый».

Агностицизм «просто значит, что человек не должен говорить, будто знает что-то, или верить во что-то, если для знания или веры у него нет научных оснований», объяснял Гексли. Ученый не может верить или не верить – он должен сосредоточиться на фактах и доказательствах.

«Агностицизм отрицает и отвергает как аморальную противоположную доктрину: о том, что есть утверждения, которым люди обязаны верить без логических доказательств», – добавлял Томас Гексли. Агностицизм – это не кредо, а метод ученого, указывал он: любая гипотеза должна давать возможность доказать или опровергнуть ее с помощью фактов, иначе это не научная гипотеза.

Томас Гексли – ученый, который ввел в научный оборот термин «агностик». Фото: Cambridge University Library

Агностик и атеист: в чем разница

Иногда агностиков путают с атеистами. Это не всегда верно.

Атеист – это человек, не верящий в бога или богов. Атеисты отвергают возможность существования высших сил. Синонимы к слову атеист – безбожник, неверующий.

В отличие от атеистов, агностики не утверждают, что бога нет. Агностики лишь указывают, что доказательств существования бога нет и отрицают возможность узнать, существует ли он на самом деле.

Тем не менее, агностики могут быть одновременно атеистами – такие люди не верят в высшие силы, но не утверждают, будто им доподлинно известно, что бога нет.

Знаменитый афоризм в духе агностицизма принадлежит французскому астроному Пьеру-Симону Лапласу. Как рассказывают, Наполеон Бонапарт поздравил его с выходом книги «Небесная механика», но спросил, почему в этом сочинении ни разу не упоминается бог. «Это потому, – ответил Лаплас, – что я в этой гипотезе не нуждался».

Известные агностики: Иммануил Кант, Герберт Спенсер, Нил Деграсс Тайсон

Агностицизм – это философское учение, утверждающее непознаваемость мира. Агностицизм существовал еще до появления этого термина: похожие взгляды высказывали, например, античные софисты. Главные представители агностицизма в Новое время – Дэвид Юм, Иммануил Кант, Огюст Конт, Бертран Рассел.

Иммануил Кант полагал, что независимо от нас существует внешний мир, где существуют подлинные «вещи в себе». Этот мир воздействует на наши органы чувств, и мы лишь опосредованно знаем об устройстве этого мира (мы видим и чувствуем «вещи для нас»). При этом мы не можем сказать, насколько «вещь для нас» похожа на «вещь в себе». Ведь человек не может изучить предмет, не используя свои органы чувств.

Дэвид Юм также отмечал, что человеческое познание имеет дело с чувственным опытом, а потому не может судить о том, какова реальность «на самом деле».

Ученым-агностиком также являлся английский философ и социолог Герберт Спенсер. В работе «Основные начала» Спенсер указывал, что мы ничего не можем знать о «последней реальности» – есть непознаваемые вещи, которые выходят за пределы научного исследования, и именно их религия пытается объяснить с помощью метафор.

В XX веке философ-агностик Карл Поппер сформулировал принцип фальсификации. Человек не способен напрямую обнаружить истину, объяснял Поппер, но может обнаружить ложь и отбросить ее, тем самым приблизившись к истине. Таким образом, прогресс – это разоблачение иллюзий и заблуждений. А критерий научности – возможность опровергнуть гипотезу или теорию фактами.

Из современных ученых агностиком себя называет Нил Деграсс Тайсон – американский астрофизик и популяризатор науки. Сам он объясняет так: «Меня часто спрашивают – иногда в обвинительной манере: “Вы атеист?” Я ученый… я думаю своей головой. Когда вас причисляют к какой-то философии или движению, то навешивают на вас весь багаж и все остальное, что связано с этой философией… Я бы сказал, что наиболее подходящее слово – это агностик… Кто-то, кто не знает, не видел доказательств, но готов принять доказательства, если они есть…»

Нил Деграсс Тайсон. Кадр YouTube / Big Think

Агностицизм — Гуманитарный портал

Агностицизм — это философская концепция мировоззренческого характера, отрицающая познаваемость человеком того, что не может быть непосредственно представлено в опыте, и утверждающая на этом основании принципиальную непознаваемость объективной реальности и её оснований, Бога и метафизических сущностей вообще. Согласно этой концепции, человек ничего не может знать о любых предельных и абсолютных основаниях бытия (см. Бытие), поскольку непознаваемо то, знание о чём в принципе не может быть убедительно подтверждено свидетельствами опытной науки (см. Наука). Идеи агностицизма получили широкое распространение в XIX веке среди английских естествоиспытателей.

Термин «агностицизм» был предложен в 1869 году Т. Хаксли в одном из его публичных выступлений для обозначения позиции учёного-естествоиспытателя в религиозно-философских дискуссиях того времени. Хаксли рассматривал агностицизм в качестве альтернативы распространённой точке зрения, утверждающей, что в объективную истинность ряда утверждений следует верить даже в отсутствии логически удовлетворительных свидетельств опыта. Сам Хаксли всегда акцентировал гносеологический смысл (см. Гносеология) агностицизма, подчёркивая, что речь идёт не о доктрине, а о методе, позволяющем ограничить претензии на знание со стороны тех, кто желает знать о мире больше, чем в принципе могут подтвердить свидетельства опыта. Однако мировоззренческий аспект (см. Мировоззрение) агностицизма неизменно выступал на передний план практически во всех реальных контекстах обсуждения этой концепции. И именно в качестве мировоззренческой концепции агностицизм становился объектом резкой и далеко не всегда корректной критики со стороны как религиозных кругов (неправомерно отождествляющих агностицизм с атеизмом), так и наиболее последовательных материалистических направлений (отождествляющих агностицизм с субъективным идеализмом).

Аргументация в пользу агностицизма развивалась на протяжении всей истории мировой философии (см. Философия). Так, античный скептицизм утверждал агностическую позицию ссылками на несовершенство, изменчивость и постоянный пересмотр знания, отрицая истинное как предмет мышления и тем самым релятивизируя всякое бытие, вне зависимости от методов его познания. Традиция собственно агностицизма берёт начало в философии Дж. Беркли, полагающего, что человеку невозможно выйти из своего опыта, чтобы решить вопрос об отношении этого опыта к фактам действительности. Классическое выражение концепция агностицизма получила в системе гносеологических идей Д. Юма и И. Канта. Юм доказывал, что человек не способен объективно оценить совпадение своего знания с реальностью именно потому, что всякое знание происходит из опыта, а за пределы любого опыта принципиально невозможно выйти. Кант, различив «вещь для нас» и «вещь в себе», показал, что отсутствует логический способ установления соответствия между объективным миром и системой знания; субъекту остаётся познавать в объекте только собственные определения — то, что субъект сам вкладывает своими действиями в объект.

Заметную роль в формировании агностических взглядов среди английских философов и учёных сыграл критический разбор У. Гамильтоном (1829) рассуждений В. Кузена о познаваемости природы Бога (аргументацию Гамильтона, например, практически полностью воспроизвёл Г. Спенсер). Гамильтон, исходя из идей Канта, утверждал, что опыт человека, лежащий в основании знания, ограничивается лишь причинно обусловленными сущностями; знание же, выходящее за пределы опыта, становится антиномичным. При этом он придавал этим идеям конкретную методологическую направленность: он утверждал, например, что при попытке получить знание об абсолютных и безусловных, то есть ничем не обусловленных, конечных основаниях реальности возникают альтернативные, несовместимые описания и прочее. Благодаря таким формулировкам представление о границах познания оказывалось соотносимым с повседневной практикой естествоиспытателей и приобретало вид конкретной, интуитивно очевидной для них констатации пределов познания как пределов эффективности опытной науки. Эта конкретная констатация собственно и выражает гносеологическую суть агностицизма — с помощью доступных опытной науке средств мы ничего не можем утверждать о том, что полагается абсолютным и безусловным.

В целом, агностицизм лишь в самом общем смысле принадлежит к традиции философского скептицизма, критически оценивавшего возможности познания на основании анализа внутренних несообразностей познавательной деятельности. Специфика агностицизма связана как раз с более или менее чёткой идентификацией сферы вполне успешной познавательной деятельности. Такая идентификация, конечно, ограничивает познание, но зато гарантирует, как казалось, внутреннюю гармонизацию познавательного процесса и обоснованность его результатов. Несообразности в познании возникают лишь тогда, когда познание выходит за границы вполне определённой, вызывающей бесспорное доверие сферы познавательной деятельности, и лишь в этом пункте агностицизм кладёт границы познанию. Границы знания постоянно расширяются, подчёркивал Хаксли, хотя за пределами человеческих познавательных способностей всегда остаются вопросы, относительно которых наука в принципе не может доставить надёжных свидетельств опыта — это вопросы, касающиеся Бога и разного рода метафизических реалий. Специфика агностицизма, стало быть, состоит в том, что он пытается использовать скептицизм лишь для того, чтобы ограничить неуёмные претензии на знание и таким образом обеспечить своеобразную демаркацию интересов. Агностицизм, например, отказывает религиозным представлениям в статусе опытного знания и соответственно призывает учёных именно в качестве учёных не участвовать в решении религиозных проблем. Однако в основе такого баланса лежит очевидная концептуальная непоследовательность, ставшая в дальнейшем основным пунктом жёсткой критики агностицизма.

Агностицизм выражает позицию учёного как учёного, но при этом вне сферы его критики оказывается сама наука. Агностицизм просто не обсуждает соответствующую проблематику, ссылаясь иногда на практическую эффективность опытного естествознания, иногда на здравый смысл. С близких позиций, но более последовательно эта тема была позднее представлена в позитивистской философии: метафизическим, то есть не имеющим эмпирически осмысленного решения, в ней объявляется и сам общий вопрос о познаваемости чего-либо (А. Айер), при этом позитивизм сместил внимание с вопроса «Что мы не можем знать?» на вопрос «Что есть научное знание?», решаемый средствами специального исследования науки. Но тем самым позитивизм фактически проблематизирует деятельность учёных, и агностицизм, лишённый очевидных оснований, перестаёт существовать как особая философская позиция, он как бы растворился в позитивистских программах реконструкции науки, демаркации науки и метафизики и так далее. Эти программы оказались нереализуемыми и позднее — в рамках постпозитивизма соответствующая тематика вообще свелась к традиционному скептицизму.

Самым решительным оппонентом агностицизма является марксистская гносеология. Однако в марксистской критике агностицизма различаются два плана. Прежде всего, это весьма эффективная критика узости концептуальных оснований агностицизма, связанная с марксистской трактовкой познания как момента общественно-исторической практики. Марксизм предполагает развёрнутую оценку возможностей познания, основания которой выходят за рамки внутринаучной деятельности, и критикует агностицизм за узость его мировоззренческих горизонтов, за отсутствие историзма в оценке возможностей научного познания, за редуцирование познания только к научному познанию, а науки — к опытному естествознанию. При всей своей жёсткости такого рода критика не исключает элемент конструктивности, «позитивного снятия» агностицизма. Иным образом развёртывается марксистская критика агностицизма, когда речь фактически идёт не о познаваемости мира как таковой, не о том, в каких формах познание реализуется в конкретных познавательных практиках, а о признании материальности мира, агностицизм упрекают в том, что он, ограничивая познание сферой опыта (миром явлений) и отрицая познаваемость того, что лежит в основе опыта (материи, вещи в себе), встаёт на позиции субъективного идеализма. Но этот упрёк предполагает столь расширительное понимание познания, что оно во всяком случае теряет из виду конкретные познавательные практики, и в частности те, на которых фактически основывается агностицизм. Для такого рода критики нет различий между Юмом и Кантом, между Кантом и Хаксли, важно лишь, что все они принципиально отгораживают «явление» от того, что является, ощущение от ощущаемого. При этом объектом жёсткой, идеологизированной критики оказывается не исторический агностицизм, а скептицизм вообще (как это имеет место в работах В. И. Ленина).

Элементы агностицизма присутствовали во многих сциентистски ориентированных философских доктринах первой половины XX века — от прагматизма до критического реализма. Так, прагматизм, операционализм и инструментализм защищают тезис о невозможности познания без вмешательства в объект и превращения естественного в искусственное; тем самым «естественное» непознаваемо. Н. О. Лосский сформулировал дилемму: а) либо возможно прямое знание оригинала, и тогда непосредственное знание (интуиция) — источник истинного познания; б) либо источник познания — внешний опыт, в котором нам даны всего лишь копии (образы) сущностей и явлений, но не оригиналы; не зная прямо оригинал, невозможно судить об истинности его отображений. В этом смысле философские оценки агностицизма зависят от решения этой дилеммы. В новейших течениях философии науки термин «агностицизм» употребляется, как правило, лишь в историко-философских контекстах.

Незнание – сила?

Яков Кротов: Этот выпуск нашей программы относится к числу тех, которые «не с христианской точки зрения». Двое наших сегодняшних гостей – агностики, и речь пойдет об агностицизме. У нас в гостях художник, режиссер-аниматор Михаил Алдашин, хорошо известный религиозной, набожной, благочестивой, церковной публике по замечательному мультфильму “Рождество”. И по Скайпу у нас из Тель-Авива Вадим Кошхадзе, в Святой Земле – инженер, а по образованию учитель, преподаватель русского языка, выпускник Грузинского Тбилисского университета.

Я думаю, что для многих русских православных людей будет некоторым шоком узнать, что автор такого дивного мультфильма “Рождество” – агностик.

Это слово изобрел в 1869 году Томас Хаксли, один из выдающихся биологов и мыслителей своего времени. А что стоит за этим словом?

Атеисты отрицают существование высших сил и высших существ, а агностики относят себя к колеблющимся

Михаил Алдашин: Я напомню, что Хаксли это слово изобрел в противовес популярному на тот момент метафизическому представлению о мире. Он говорил о философии. Я слово “агностик” употребляю по отношению к себе в религиозном смысле. Есть агностицизм научный, философский, а есть религиозный. Атеисты отрицают существование высших сил и высших существ, а агностики относят себя к колеблющимся. Они не настаивают ни на их наличии, ни на их отсутствии, потому что не имеют свидетельств или доказательств ни тому, ни другому, а соответственно, и не имеют позиции. У меня тоже недостаточно поводов доверять атеистам настолько полно, насколько они хотели бы, равно как и тем, кто столь же рьяно настаивает на наличии Господа, который опекает душу каждого человека, следит за ним и является для него судьей.

Агностиком я оказался по стечению обстоятельств. Я не воцерковленный, не крещеный. Родители у меня были добропорядочными коммунистами. Я их называл верующими коммунистами, потому что они веровали в эту идею. По большому счету, эта вера ничем не отличается от религиозной. Есть комплекс представлений. Вот как люди себе представляли коммунизм на тот момент – светлое будущее. Чем он отличался от рая? Была верующая бабушка, которую я редко видел. Она приезжала, от нее пахло ладаном. Она клала в угол кресты, каждый раз благодарила Бога за трапезу.

Конечно же, у меня были духовные искания. Я пытался верить так, как истово верят другие люди. Я был знаком с точкой зрения на это Эйнштейна, которого, как я выяснил, обзывают агностиком, и Чарльза Дарвина, которого так не любят люди, которые не верят в его эволюционную теорию.

Собственно, что я должен отстаивать? На меня никто не нападает. Моя точка зрения достаточно пассивна. Я не примыкаю ни к тому, ни к другому лагерю. Если меня будут бить, конечно же, я возражу. Поэтому мне бы хотелось знать, в чем, собственно, претензии к агностикам с точки зрения активно верующих людей?

Истинная вера бескорыстна. Вера – это любовь

Есть одна вещь, которая меня существенно удерживает на этой позиции. Истинная вера бескорыстна. Вера – это любовь. А для многих людей, поскольку есть догмат, когда речь идет о спасении души, есть некоторая душа, которую надо спасать от чего-то – от адских мук или от небытия, и поэтому надо быть христианином, класть поклоны, ставить свечки, соблюдать обряды и молить Господа о спасении. В этом есть некая корысть. У меня сложилось такое ощущение, что Бог судит по делам, а не по тому, сколько поклонов ему отвесили.

Я художник. И мне очень нравятся художественные образы – представления людей на эту тему. Я сам люблю это представлять, потому что христианство дало огромный толчок развитию искусства. В этом смысле оно прекрасно. Но, с другой стороны, я знаю, что были крестовые походы и масса всяких безобразных вещей, включая инквизицию, которая происходила под теми же знаменами, под теми же крестами. Я не понимаю – надо ли это Богу, если он есть, если он на самом деле следит за Землей?! Например, Эйнштейн употреблял слово “Бог”, имея в виду гармонию устройства мира. Он отрицал персонифицированного Бога, который следит за каждым человеком, за его душой, за его конкретными делами, считал, что это слишком мелочно для Бога, учитывая размеры реального мира.

Михаил Алдашин

Яков Кротов: Замечу, что Томас Хаксли впервые отчеканил слово “агностицизм” в 1869 году, но сама концепция возникла уже в начале 60-х. И выступая на заседании метафизического общества, он вообще не упоминал Бога. Дело в том, что с середины XIX века, еще до выхода книги Дарвина, это классическое викторианство и это расцвет спиритизма. К XIX веку образованное сословие стало очень многочисленным, потому что начиналось современное промышленное общество. Вопрос о бытии Божием даже не очень обсуждался. В этом смысле на человека, который ходил в церковь, смотрели как на сектанта, с подозрением. Но на место веры в Бога пришла вера в бессмертие души. Бога нет, но есть бессмертие души – и наука может это доказать – давайте ловить призраков, крутить столы и так далее. И в этом смысле Хаксли отвечал не богословам, а спиритам. Он, прежде всего, боролся с верой в возможность общения с миром духов.

Вадим, вы в Святой Земле. Каково агностику жить в земле, вся атмосфера которой – культура, государство, повседневная жизнь, – так или иначе завязана на вере именно в личного Бога? В Бога, который не просто сотворил мир и отпустил его на волю, а в Бога, который даже сказал – эта земля этим, а не тем, я буду с тобой, куда бы ты ни пошел, каждой рыбкой и каждым куском хлеба. И это в его власти. И тут вы, агностик! Вы не испытываете неловкости?

Агностицизм – это не вера как таковая. Просто это такой образ жизни

Вадим Кошхадзе: Никакого дискомфорта по этому поводу я не испытываю, вполне спокойно живу, потому что мне как-то безразличны местные политические, межконфессиональные и межнациональные отношения.

Агностицизм – это не вера как таковая. Просто это такой образ жизни, что-то вроде этического. Я религиозный агностик. Меня смущает в религии, прежде всего, отсутствие целеполагания – непонятны цели. Я верю в бессмертие души. Это единственная моя вера, и даже не вера, а скорее знание. Просто мое тело это ощущает. В Иерусалиме, например, я ужасно себя чувствую, мое тело бунтует. Может быть, в этом есть что-то кармическое – душа, спасение… Я не уверен, что спасение моей души является чьей-то целью. Моя душа представляет ценность только для меня самого. Я достаточно скромного мнения о собственной душе, и только я ею интересуюсь.

Яков Кротов: Оказывается, видов агностицизма значительно больше, чем я думал. Мне кажется, научного агностицизма, скорее всего, все-таки нет. Если есть агностицизм, то это именно определенное мировоззренческое состояние. И он бывает твердый, а бывает мягкий, как говорят специалисты по истории философии.

Михаил Алдашин: «Агностицизм» в переводе с греческого означает «непознаваемое», то есть основной постулат агностицизма – это непознаваемость мира и больше ничего. Полная познаваемость невозможна ни научным образом, ни каким-то иным. Поэтому мы и не будем ничего утверждать – отсутствие утверждения. И Сократ в каком-то смысле агностик: «я знаю только то, что я ничего не знаю». И у Аристотеля мелькает эта мысль.

Основной постулат агностицизма – это непознаваемость мира и больше ничего

Вот у меня, например, в каком-то смысле религиозное отношение к искусству, даже к анимации. Я ей отдаюсь полностью – так, как, наверное, кто-то отдается молитвам Господу. Конечно, вера нужна человеку. Другое дело, во что верить и как верить. Наверное, это основное. Эйнштейн говорил, что невозможно сделать что-то великое, что-то большое для людей, не веря в свое дело. В этом смысле он говорил, что наука религиозна.

Яков Кротов: Страшно спорить с Эйнштейном.

Михаил Алдашин: Вадим Владимирович сказал по поводу бессмертия души. Конечно, это очень красиво и очень бы хотелось – отлететь, а потом летать, витать и смотреть. Это все равно некое продолжение жизни. Это то, чему возражал Хаксли. Но я встретил интересный аргумент у Шопенгауэра. Он говорил – какие интересные люди: они говорят, что душа бессмертна, но почему они считают, что она бессмертна в одну сторону, то есть от точки их рождения? Бессмертие или вечность – двустороннее явление. Значит, и до вашего рождения эта душа кому-то принадлежала. Значит, это не ваша душа. Тут есть, о чем задуматься.

На самом деле, до того, как стать агностиком, я думал, что я пантеист, а до этого я думал, что я стоик, потому что я, к сожалению, не верю в бессмертие души. Я считаю, что наша жизнь конечна, что с последним воздыханием она заканчивается. Куда-то, конечно, энергия девается, но вряд ли в виде какой-то сознательной цельности.

Конечно, вера нужна человеку. Другое дело, во что верить и как верить

Будем считать, что Вселенная вечна относительно, хотя ученые уже сказали, что и это не так. В общем, и Библия о том же говорит: что и стал свет, а до этого же не было ничего, и витал там Дух где-то. Это же только длина жизни, а есть еще ширина, глубина и, вообще, масса параметров. В общем, как раньше на Дальнем Востоке засчитывали рабочий стаж – год за два работы в силу сложности, так почему же не сделать этот узкий, небольшой с виду отрезок таким наполненным, чтобы он превратился в вечность? Каждую минуту, каждый час своей жизни наполнить такими событиями и так радеть о своих чувствах и о пользе ближнего, о своей душе, чтобы сделать ее огромной, наполненной… Ведь многие проживали очень короткую жизнь и оставались в веках как великие люди, благодаря страстной вере в то, что они делали.

Казенное христианство – самый страшный враг Христа!

Яков Кротов: Когда Хаксли говорил об агностицизме, он это говорил в традиции европейской интеллектуальной культуры. Эта традиция восходила к Аристотелю и к Платону, но прежде всего это живая традиция христианской Европы, какой она была, начиная где-то с Карла Великого. Всех детей пропускали через школу. Все были обязаны креститься. Кто не крестился, того просто вырезали. И ведь хорошо известно, что что мы имеем из принудиловки – лицемерие. То есть для средневекового европейского христианина веровать было необязательно. Он не проходил обращение, переживание. Его крестили иногда еще в утробе матери – на всякий случай. И он становился христианином, потому что он француз, норвежец, русский или украинец. Ведь у католиков до сих пор в русском языке нет слова “верующий”, они говорят “верный”. То есть ты можешь не испытывать никаких эмоций, главное – ты знаешь, что Бог есть, ты знаешь его заповеди, ты живешь по этим заповедям. А что там у тебя в сердце – никого не волнует. Это казенное христианство – самый страшный враг Христа!

Михаил Алдашин: Это правда.

Сейчас в России огромное количество людей Бога не встречало, но в церковь ходят, потому что так положено

Яков Кротов: Но тогда агностицизм вообще не пересекается с христианством, потому что агностицизм против этого псевдохристианства. Сейчас в России огромное количество людей Бога не встречало, но в церковь ходят, потому что так положено. И ходит в строго определенную церковь.

Михаил Алдашин: Агностицизм как раз пересекается с христианством, поскольку христианство – относительно молодая религия. В Евангелии ничего не написано о сотворении мира. В Евангелии описано житие Христа. Несмотря на огромное обилие чудес, там описана жизнь человека, который, как известно, является исторической личностью.

Яков Кротов: Это уже хорошо.

Михаил Алдашин: А кто будет возражать?

Яков Кротов: Я вам приведу длинный список, начиная с Фаины Гримберг, которая очень активно отстаивала в нашей программе тезис XIX века, что Христа не существовало.

Искусство в какой-то момент делает человека выше или подталкивает его к пониманию чего-то

Михаил Алдашин: Я читаю. Я доверчивый. Речь идет о Богочеловеке. Свой фильм я снимал тоже о рождении человека, то есть я все-таки имел в виду, что это Богочеловек, но – о его человеческой сущности. Там кроме летающих ангелов, которые в Рождество везде висят, и у верующих, и у неверующих, нет ничего сверхъестественного. Там есть младенец, есть драма жизни. И в предчувствии этой драмы, в лице Марии, в ее желании уберечь этого младенца (она же знает, ей же все было явлено) – для меня это было очень сильным посылом, чтобы сделать это кино. Художественная правда помогает жить, потому что она иногда убедительней, чем любые жизненные факты. Люди по-разному относятся к искусству. По мне – искусство должно помогать людям жить. Искусство в какой-то момент делает человека выше или подталкивает его к пониманию чего-то.

По поводу Бога. Картина мира столь разнообразна не только потому, что каждый из людей в каждую минуту видит мир своими глазами и переживает его эмоционально, мысленно. Ведь и все животные, все твари земные и небесные, подводные и надводные тоже что-то видят и испытывают. Я приближаюсь к пониманию того, что животный мир гораздо ближе людям, чем считалось до сих пор. Еще немножечко – и я перестану есть мясо. Возможно, совокупность всех этих взглядов, эмоций, ощущений является как бы ощущением Богом этого мира. Он видит одновременно глазами всех живых существ. Он создал это для того, чтобы чувствовать.

Яков Кротов: Вадим Владимирович, было у вас ощущение, что вы ближе к Евангелию, к истории Рождества, страданий, воскресения? Или наоборот, скорее, пришло понимание, что вся эта история выдумана, высосана из пальца и не имеет подтверждений?

Я верую в бессмертие души. Что-то вроде страшилок, рая и ада – в это я не верю

Вадим Кошхадзе: Я никогда не думал, что она высосана из пальца или не имеет подтверждений. Я в своем роде человек верующий – я верую в бессмертие души. Я не верю в другие вещи. Что-то вроде страшилок, рая и ада – в это я не верю. А сфера евангелическая, в особенности пустыня – очень напряженная духовная атмосфера, я проникаюсь ею. Я не думаю, что агностицизм является верой. Это, скорее, образ поведения. Вы назовете Монтеня религиозным или верующим человеком? Вряд ли. Вера не агрессивна, спокойна ко всем. Единственное, она не делает человека счастливым. Я искренне завидую вам, верующим людям, потому что вы всегда все знаете, всегда знаете, когда вы правы, когда не правы. Я, к сожалению, не могу сказать такого о себе.

Вадим Кошхадзе

Яков Кротов: Смертельное оскорбление! И только дальность расстояния мешает мне вызвать вас на дуэль.

Мишеля Монтеня, которого я действительно считаю одним из самых лучших эссеистов, писателей, мыслителей всех времен и народов, живших в XVI столетии, часто записывают не столько в агностики, сколько в скептики. Есть, например, не переведенная на русский язык книжка Монтеня о том, как он путешествует в Лоретто, в Италию, к чудотворной статуе Божьей Матери, потому что у него довольно серьезные желудочные проблемы, а это святое место знаменито тем, что там приходит исцеление. Так вот, в этом смысле, я бы сказал, что Монтень…

Михаил Алдашин: Язычник.

Верующий человек, чья вера, как сказал Достоевский, не прошла через сомнение скепсиса, это не верующий, это просто лопух

Яков Кротов: Нет, не язычник. Он верующий человек, потому что вера без скепсиса мертва. Все-таки Монтень христианин и вот почему. В Евангелии Христос исцелял – вплоть до того, что брал пальцы и засовывал их в уши глухому, плевал на землю, брал смоченную пыль и клал ему на язык.

Верующий человек, чья вера, как сказал Достоевский, не прошла через сомнение скепсиса, это не верующий, это просто лопух, это какой-то осел, на котором Христос никогда не поедет, он выберет настоящего, биологического осла.

Михаил Алдашин: Я очень хочу поверить, но именно поверить! Ведь любое описанное чудо является как бы не косвенным, а прямым доказательством наличия сверхъестественного.

Яков Кротов: Вы хотите верить, я хочу, чтобы вы поверили. Но я вас позвал, четко зная, что не могу дать вам веру (и мне ее никто не дал). И вот здесь начинается агностицизм, жесткий, твердый агностицизм, когда человек говорит, что вопрос существования сверхъестественного не может быть решен интеллектуальным путем, не может быть решен на основании каких бы то ни было свидетельств, по терминологии Хаксли. Это то же самое, что улики в российском Уголовном кодексе.

Михаил Алдашин: Совершенно верно.

Яков Кротов: Это жесткий. Мягкий говорит, что, возможно, он и может быть решен, но я для себя таких решений не вижу. Это довольно разные состояния души. У вас, как я понимаю, более мягкое.

Михаил Алдашин: Немножечко не так. Просто они недостаточно убедительны.

Яков Кротов: Средневековое христианство держалось на идее, что на бытие Божие возможно указание (не доказательства – это неправильный перевод). Первое, я думаю, очень близкое вам – если существует мир, то у него должен быть творец.

Наверное, Он настолько всесилен, что может смотреть за каждой каждой какашечкой в виде комочка грязи, который вращается вокруг какой-то звезды

Михаил Алдашин: Единственное, все-таки эта антропоморфность Бога… Ведь уже известно, что Вселенная очень велика! И даже уже нарисованы убедительные примерные модели нашей Галактики. И я пытаюсь себе представить… Наверное, Он настолько всеведущ и всесилен, что может смотреть за каждой этой крохотулечкой и за каждой какашечкой в виде комочка грязи, который вращается вокруг какой-то звезды, следить за каждым человеком, за каждым его помыслом. Наверное, Он настолько велик.

Помню, в детстве я пытался представить себе бесконечность. И я представил, что Вселенная все равно где-то кончается. А потом подумал: а может быть, это все находится в некоей сфере, которая является просто горошиной, лежащей в тарелке с салатом какого-то гигантского великана, который сидит в другой своей такой же гигантской Вселенной, в которой он так же будет бесконечно лететь, и так бесконечно.

И книга, описанная у Борхеса, которая имеет первую и последнюю страницу, но не имеет середины – это тоже бесконечность. Вы видите начало и конец, но вы не можете исчерпать середину. Поэтому меня конечность не пугает. Конечность не страшна, страшна бесконечная скука жизни.

Яков Кротов: А это вам знакомо?

Конечность не страшна, страшна бесконечная скука жизни

Михаил Алдашин: Иногда нападало, конечно. Я думаю, апатия и депрессия известны всем людям. У Борхеса есть рассказ “Бессмертный”. Апатия настигает людей, которые живут много лет, гораздо раньше, чем смерть. Не все до 100 лет сохраняют здравый рассудок и интерес к жизни. Зачем нужна бессмертная жизнь, зачем нужно бессмертие души? Я пока нигде не нашел ответа на этот вопрос.

Яков Кротов: Вадим Владимирович, вы испытываете потребность в иерархии в поиске главного? Или для вас агностицизм – это отрицание самой иерархии жизни? Что есть, то есть, и не надо искать большего…

Бессмертие души располагает к ответственности

Вадим Кошхадзе: Для меня агностицизм – это не отрицание иерархии жизни. Для меня агностицизм – это отрицание некого Божественного целеполагания, это что-то из теологии.

Что касается бессмертия души, то это располагает к ответственности. В дальнейшей жизни я отвечаю за то, что сделал сейчас. Каждую конкретную минуту я это ощущаю.

Яков Кротов: Михаил Владимирович, либо надо заниматься тем, что имеет вечный смысл, либо не заниматься этим ни за что.

Михаил Алдашин: Согласен.

Яков Кротов: Либо ваши мультфильмы имеют смысл для бесконечности… Нет, не для бесконечности. Бесконечность – это земное, человеческое понятие. Бог не бесконечен. Он непознаваем. Либо ваш мультфильм ему нужен, либо ваш мультфильм не нужен даже Пете. Либо, либо – вот что такое вера. Вера не говорит, что все в мире осмысленно. Наоборот, она говорит, что мир бессмыслен. Но встреча с Богом показывает, что смысл за пределами мира есть, и смысл стремится войти в мир через меня. Поэтому Евангелие придает понятию “вера” совершенно новый смысл. Агностицизм – это внутрихристианское явление.

А что вы думаете о Ветхом Завете?

Зачем нужно бессмертие души? Я пока нигде не нашел ответа на этот вопрос

Михаил Алдашин: Это страшная книга. Бытовые постулаты по жизни. Мне казалось, что все-таки уже давно пора слегка купировать эту книгу.

Яков Кротов: Человека, живущего в современной России, Библия не должна пугать никоим образом. Пропорции совсем другие. В Библии нет подлости, в Библии нет вертикали власти. В Библии все живые, все бодрые, все бегают, предают, изменяют. Ваш мультфильм и Музей мадам Тюссо – это как Новый Завет и Ветхий Завет. Ожило! Оказывается, жизнь не в победе, не во власти, а в том, чтобы задвигалось.

Михаил Алдашин: Безусловно.

Агностицизм – это внутрихристианское явление

Яков Кротов: Так вот, Бог – антропоморфный? Тут я согласен с агностиком. Такой Бог и недоказуем и, главное, не нужен. Он был бы опасен. Но Бог, который любит, и на вопрос о том – а к чему это все? – слово из шести букв, первая – «Л», а последняя – «Ь». Либо любовь бесконечна, либо я лучше буду ненавидеть.

Либо Бог – это жизнь, либо Бога нет

Михаил Алдашин: Либо Бог – это жизнь, либо Бога нет.

Яков Кротов: Либо Бог есть любовь, либо пошел он куда подальше. Агностик отрицает любовь или считает ее, как Базаров, только игрой гормонов?

Михаил Алдашин: Любовь – это жертва.

Яков Кротов: Боже мой! Вы все-таки очень верующий человек.

Михаил Алдашин: Нет. Я просто это знаю. Если ты любишь человека, ты отдашь за него все. Разве нет?

Яков Кротов: Если Ветхий Завет – это возьму голубя и зарежь, как после Рождества Спасителю принесли в жертву голубей. Убей, разрушь, любовь – это жертва. Новый Завет – если бы Христос не воскрес, как сказал Павел, тогда все фуфло, и я неверующий. Он воскрес! Это зерно, которое брошено в землю. Это же не жертва. Это посев. Оно подымается, воскресает.

Любовь – это жертва

Михаил Алдашин: Скажу кощунственную вещь: даже если Христос не воскрес, он бы не перестал быть для меня Христом. Чем меньше чудес, тем больше во мне веры.

Яков Кротов: Воскресение не является чудом, строго говоря. Воскресение – это естественный порядок вещей, который был нарушен с грехопадением. В мир вошла смерть, которой не было. В этом смысле вопрос о бессмертии души и бытии Божием, действительно, тесно связаны.

Михаил Алдашин: Для агностика здесь нет подтверждения того, то было так.

Яков Кротов: А какое может быть подтверждение? Я был агностиком. Но мне кажется, что все-таки агностик должен держаться, как виндсерфер – “да” и “нет” не говорите.

Михаил Алдашин: Ну, не настолько. Вы говорите о том, что был такой порядок, и он нарушен. Мне очень сложно понять, что люди жили вечно. Рай, изгнание – это для меня все-таки немножечко фольклор. Мне обидно за всех животных, которых вместе с Адамом и Евой выгнали из рая. Их-то за что наказали?

Яков Кротов: Я не уверен, что это так и есть. Тут я как раз включаю свою агностическую ипостась и говорю – откуда мы знаем?! Я, например, подозреваю, что животные живут в раю. То, что с нашей точки зрения – обычный мир, для мухи, для червяка, для слона, для кита – это райская жизнь.

Мне обидно за всех животных, которых вместе с Адамом и Евой выгнали из рая. Их-то за что наказали?

Михаил Алдашин: Для крыс, которых ученые используют для опытов, это отнюдь не рай. И для коров, которые стоят в стойлах на убой, в этих концлагерях… Все-таки картина мира гораздо страшнее.

Яков Кротов: Я согласен, но это наше вторжение в рай.

Михаил Алдашин: Безусловно.

Яков Кротов: Так, извините, давайте не делать опыты над животными! Я целиком – за.

Михаил Алдашин: Но если не делать их над животными, над кем тогда их делать? Над людьми? Еще хуже.

Яков Кротов: Вы отстали от жизни. На Западе, где наука развивается немножечко быстрее, чем в России, опыты на животных сейчас практически всюду запрещены. Так что человек ответственен за то, чтобы рай продолжал существовать.

Вадим Владимирович, агностик может удержаться между отрицанием и утверждением? Должен ли агностик держаться посередине?

Глагол “верить” для агностика ничего не означает

Вадим Кошхадзе: Агностик отрицает веру как таковую. Глагол “верить” для агностика ничего не означает. Верить можно во что угодно, истина при этом может благополучно отдыхать в стороне. Но вот с вашими словами о животных я согласен. Если для животных есть рай, значит, все в порядке. Я человек грешный, я готов гореть в аду, но моя шиншилла, которую я обожаю, должна жить в раю. (смех в студии)

Михаил Алдашин: Это по-христиански.

Дело в том, что я не хочу быть агностиком. Это совокупность признаков. Как говорят, если вы мяукаете, как кот, лакаете молочко, как кот, выглядите, как кот, то вы – кот. По совокупности признаков получилось, что на данный момент я агностик. Специально соблюдать свою агностическую позицию мне нет никакого резона. Я живой человек.

Яков Кротов: Подождите. Тут тонкая штука. В Евангелии сказано – стучите, вам откроют. Агностик в моем понимании – это человек, который принципиально отказывается стучать…

Михаил Алдашин: Нет, это неправильное обозначение.

Яков Кротов: …который говорит – это недоказуемо, хотя это должно быть доказуемо. Значит, я даже думать в эту сторону не буду. Есть и другой вариант. Человек (может быть, это мягкий агностик) говорит, что бытие Божие недоказуемо, но, с другой стороны, может быть, Бог и не то, что нуждается в доказательствах.

Михаил Алдашин: Именно так большинство агностиков к этому относятся. Бог – это не то, что требует доказательств, и его отсутствие тоже не требует доказательств.

Яков Кротов: Да, это верно.

Если человек ведет себя, как христианин, думает, как христианин, совершает поступки, как христианин – кто он?

Михаил Алдашин: Выбора нет, потому что нет доказательства ни тому, ни другому.

Яков Кротов: Есть вот какой выбор – держать душу открытой для встречи с неизвестным или закрыть. Вот я иду по улице, у меня где-то там присутствует на заднем плане, что надо посматривать под ноги: может быть, там открыт канализационный люк. С моей точки зрения, хороший агностик должен, идя по жизни, не исключать того, что сверху, может быть, без доказательств, возьмет и придет. Не отпихнуть… Для вас такое возможно?

Михаил Алдашин: Да, конечно. Если человек ведет себя, как христианин, думает, как христианин, совершает поступки, как христианин – кто он? Христианин? Дело в том, что есть догматы Церкви, а есть нравственно-этический корпус представлений о том, каким должен быть христианин. И поэтому, если человек соблюдает хотя бы эту часть (а она для меня главнее, чем церковная часть), и если человек ведет себя как христианин, то он и есть христианин.

Яков Кротов: Я решительно не могу согласиться, потому что христианин – это не тот, кто ведет себя по-христиански, а христианин – это тот, кто встретил Христа и даже в грехе, даже в отчаянии все-таки верует, хотя окружающим от этого, может быть, и не легче.

Михаил Алдашин: Вы отказываете порядочным людям в том, чтобы быть христианами.

Яков Кротов: На мой взгляд, зачем вам быть христианином, если вы порядочный человек? Это бесконечно ближе к Богу, чем быть христианином, а мы, грешные, как-нибудь похристианствуем…

Агностик — кто это такой и что такое агностицизм

Обновлено 20 января 2021
  1. Кто такие агностики
  2. Знакомство с мировоззрением агностицизма
  3. Мир глазами агностика

Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. Если вы зададитесь вопросом: кто такой агностик, ответ простой. Это человек, придерживающийся мировоззрения агностицизма (парадигмы).

Слово «агностицизм», в свою очередь, происходит из древнегреческого и означает в переводе «непознаваемый». Имеется в виду, что окружающий нас объективный мир в принципе нельзя познать через субъективное восприятие (глаза, уши, мозг), ибо такое восприятие может искажать реальность.

По-прежнему ничего не понятно? Давайте разбираться пошагово.

Кто такие агностики?

Любой человек может оказаться агностиком. На это не влияет религия, какие-то политические взгляды. «Изюминка» в том, что люди стремятся познать истину и смысл существования выбирая доступные способы. Но для любого убеждения нужны доказательства. Если тезис нельзя опровергнуть, доказать, о суждениях не может быть речи, ведь правой может оказаться любая сторона.

Приведем пример: неизвестно, существует ли Бог, его существование не доказано, не опровергнуто. Агностик не стремится следовать за суждениями большинства, вне зависимости от «лагеря», он готов о чем-то говорить, имея веские основания.

Довольно часто приверженцы подобного мировоззрения полностью отказываются от философствования, так как явление просто не может быть точно определено. Не стоит думать, что агностики – эдакие «сухари», их ничего не волнует, кроме бытовой составляющей. Просто они не озабочиваются теми моментами, которые не касаются их напрямую, не тревожатся о смысле бытия.

При этом агностики не атеисты в чистом виде, а нечто среднее между ним и верующим человеком. Они считают, что человек не может познать всего в силу своей ограниченности и субъективности (не факт, что увиденное вашими глазами и обработанное мозгом именно так и выглядит).

По определению, любая система не может постичь сама себя. Что уж говорить о божественном и истинной природе вещей. Поэтому агностики, не веря в бога, не опровергают его существования, ибо доказать нельзя ни то, ни другое. Глупо отрицать то, что не можешь понять. Но также и верить в это они не могут, в силу своего особого мировоззрения.

Интересно: термин появился, благодаря профессору Томасу Генри Гексли. Это произошло в 1869 году. Английский зоолог осознал: он не отрицает, что боги могут существовать (он не атеист), но не желает принимать никакую веру.

Агностицизм встречается в античной философии (Протагор, Сагджай, Белаттхапутт). Есть мнение, что это течение берет начало от скептицизма и агностик — это синоним слова скептик.

Знакомство с мировоззрением агностицизма

Агностицизм не вероисповедание, но мировоззрение (что это такое?). На вопрос «что это и кто такие агностики» есть несколько фактов-ответов. Своеобразный чек-лист для выявления в себе зачатков этого взгляда на мир:

  1. Агностики понимают: современное человечество необъективно познает окружающий мир.
  2. Они не привыкли навязывать мнение, возводить в абсолют понимание реальности.
  3. Такой человек убежден, что у каждого собственная правда, нет резона «ломать копья», спорить. Реальность равно не понять.

Агностицизм – вера в науку, познание. Реально то, что можно четко объяснить, доказать, обосновать. Невозможно, по мнению агностиков, рассуждать на такие темы, как:

  1. Существование Бога.
  2. Пришельцы.
  3. Переселение душ.
  4. Привидения.

Философский вопрос может быть обсужден, но не доказан. Последователь этой парадигмы «верит» лишь научным, социально обоснованным экспериментам, оставляя другим теоретические околонаучные форматы. Не в правилах агностиков доказывать, оспаривать, они ждут того же от других, не терпя «перетягивания» в свой лагерь.

Помните старую добрую пословицу, что в споре происходит рождение истины? Для агностиков – это неверное убеждение. Познание объективно, а «верю» / «не верю» — упрощенные варианты ответов для тех, кто не хочет смотреть правде в глаза, искать доказательства.

Есть мнение, что философия агностицизма не способствует прогрессу, ибо они не пытаются найти ответы на новые вопросы, однако все несколько иначе. Наоборот, агностики:

  1. Не ориентируются на чужое мнение.
  2. Уважают науку, стремятся найти ответы в ней.
  3. Им чужды навязываемые авторитеты. Говоря о том, кто это такие и что за люди, стоит отметить: для любой религии не «удобна» личность, так как в религиозном сообществе важна общность суждений, а для агностика это практически невозможно.

Стоит знать: если обратиться к философии, то агностицизм – это даже не самостоятельная концепция, а скепсис в познании, гносеологический пессимизм. Агностики сомневаются в объективной реальности. Вспомните утверждения Протагора: все такое, каким кажется.

В агностицизме не приветствуется поиск универсального основания. Ленин считал: у этого мировоззрения налицо интеллектуальная нерешительность, что не помешало многим великим людям разделять их взгляды.

Мир через призму агностицизма

Изучая историю, вы найдете имена многих агностиков. Эйнштейн, Бертран Рассел, Кант, Дарвин. Они разные, но их объединяет непоколебимость суждений. Это хорошо и плохо одновременно. Нередко агностические убеждения побуждают личность не вникать в суть проблемы, что приводит к неприятным последствиям (конфликты, хотя их агностики не переносят на дух).

Если поискать в Интернете определения того, что такое агностик, то можно найти много интересных интерпретаций и массу упрощений. Нередко все сводится к тому, что это люди, которые, в первую очередь, стремятся к самостоятельности выводов, которые могут быть параллельны или полностью противоположны общепринятым в социуме суждениям.

Это только одна сторона медали, так как на многое влияет окружение, обстоятельства. Дело в том, что агностики не имеют «энциклопедию» с шаблонными ответами на риторические вопросы, которые могут быть им заданы. Их взгляды могут быть независимыми и противоречивыми одновременно, ведь считать себя правым всегда невозможно из-за:

  1. Отсутствия ресурсов.
  2. Минимума знаний в определенной отрасли.
  3. Недостаточной мотивации.

Подводя итоги, скажем: данный взгляд являет собой устойчивое мировоззрение. Его суть в том, что окружающий мир познать объективно невозможно. Абсолютной истины нет, с этим надо смириться. Важно понимать: агностицизм не антитеза науке, так как в научном методе познания уже имеется острая необходимость доказывать истинность фактов.

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

Агностицизм – это… Что такое Агностицизм?

др.-греч. ἄγνωστος — непознаваемый, непознанный) — позиция, существующая в философии, теории познания и теологии, полагающая принципиально возможным познание объективной действительности только через субъективный опыт, и невозможным познание любых предельных и абсолютных основ реальности. Также отрицается возможность доказательства или опровержения идей и утверждений, основанных полностью на субъективных посылках. Иногда агностицизм определяется как философское учение, утверждающее принципиальную непознаваемость мира[1].

Агностицизм возник в конце XIX в., как антитеза идеям метафизической философии, активно занимавшейся исследованием мира через субъективное осмысление метафизических идей, зачастую не имеющих никакого объективного проявления или подтверждения.

Кроме философского агностицизма существует агностицизм теологический и научный. В теологии агностики отделяют культурно-этическую составляющую веры (религии), считая её некой светской шкалой морального поведения в обществе, от мистической (вопросы существования богов, бесов, загробной жизни, религиозных ритуалов) и не придают последней существенного значения[2]. Научный агностицизм существует, как принцип в теории познания, предполагающий, что поскольку полученный в процессе познания опыт неизбежно искажается сознанием субъекта, то субъект принципиально не способен постичь точную и полную картину мира. Этот принцип не отрицает познания, а лишь указывает на принципиальную неточность любого знания и на невозможность познать мир полностью.

История

Термин был введён в употребление английским биологом, профессором Томасом Генри Хаксли в 1869 году[1], когда «Метафизическое общество» предложило Хаксли стать участником его заседаний[3]. «Когда я достиг интеллектуальной зрелости, — пишет Хаксли, — и начал задаваться вопросом, кто же я — атеист, теист или пантеист, материалист или идеалист, христианин или свободно мыслящий человек — я пришел к выводу, что мне не подходит ни одно из этих наименований, кроме последнего»[4]. По его определению, агно́стик — это человек, отказавшийся от связанной с богами веры и убеждённый в том, что первичное начало вещей неизвестно, так как не может быть познано. Термин применяется к учению Герберта Спенсера, Гамильтона[уточнить], Джорджа Беркли, Давида Юма и др.

Свой вариант происхождения этого термина приводит П. А. Кропоткин[5]: «Слово „агностики“ впервые было введено в употребление небольшой группой неверующих писателей, собиравшихся у издателя журнала „Девятнадцатый век“ („Nineteenth Century“) Джеймса Ноульса (James Knowles), которые предпочли название „агностиков“, то есть отрицающих гнозу, названию атеистов».

Агностицизм можно обнаружить уже в античной философии, в частности у софиста Протагора, а также в античном скептицизме.

Виды агностицизма

Отношение к религиям

Агностик считает невозможным познание истины в вопросах существования богов, вечной жизни и других сверхъестественных существ, понятий и явлений, но не исключает принципиально возможности существования божественных сущностей (отвергается лишь возможность доказательства истинности или ложности таких сущностей рациональным путём). Поэтому агностик может верить в бога, но не может быть приверженцем догматических религий (как христианство, иудаизм, ислам), поскольку догматизм этих религий противоречит убеждению агностика о непознаваемости мира — агностик, если и верит в бога, то лишь в рамках допущения возможности его существования, зная, что может ошибаться, так как считает приводимые аргументы в пользу существования или несуществования бога неубедительными и недостаточными, чтобы прийти на их основании к однозначному выводу.

В то же время, некоторые религии изначально не имеют персонифицированного бога, это прежде всего буддизм и даосизм, что устраняет основной конфликт религии и агностицизма.

Взаимосвязи с различными философскими течениями

В философии агностицизм не является самостоятельной и целостной концепцией, а представляет собой лишь критическую позицию в познании — как в отношении явлений, так и в отношении методов. То есть агностик может принадлежать к любой философской школе, которая не настаивает на возможности познания абсолютной истины. В этом смысле агностицизм согласуется, например, с кантианством и позитивизмом.

Философы идеалисты, в частности, Д. Юм, утверждал, что приобретенный опыт ознакомляет нас только с ощущениями, поэтому мы не можем знать, насколько субъективная оценка соответствует объективной реальности вокруг нас, но даже и то, существует ли она вообще вне наших ощущений. И. Кант допускал также существование вещей вне нашего сознания, неосознанных — «которые существуют сами в себе», и считал, что наше познание не распространяется дальше явлений и феноменов. Диалектический материализм считал, что гносеологическим основанием «А.», является абсолютизация относительности, то что исторически обусловлено человеческим познанием на каждом этапе его развития. Социальные же причины современного «А.», видимо кроются в конфликте идей — попытке внутреннего примирения религиозного и научного мировоззрения, или в затруднении выбора идей[источник не указан 612 дней].

Агностицизм подвергается критике как с позиций религиозной философии, так и с позиций материализма. Иллюстрациями к чему можно привести высказывания от первых Льва Толстого, от вторых — Владимира Ленина. В. И. Ленин указывал: “Агностицизм есть колебание между материализмом и идеализмом, т. е. на практике колебание между материалистической наукой и поповщиной. К агностикам принадлежат сторонники Канта (кантианцы), Юма (позитивисты, реалисты и пр.) и современные “махисты” (Ленин В. И. К двадцатипятилетию смерти Иосифа Дицгена. Полн. собр. соч., т. 23, с. 118)[6]. Лев Толстой писал: «Я говорю, что агностицизм, хотя и хочет быть чем-то особенным от атеизма, выставляя вперед мнимую невозможность знать, но в сущности то же, что атеизм, п[отому] ч[то] корень всего есть непризнание Бога»[7].

Известные приверженцы агностицизма

См. также

Примечания

  1. 1 2 Философия: Энциклопедический словарь / Под редакцией А. А. Ивина. — М.: Гардарики, 2004.
  2. Бердяев Н. А. ГЛАВА VIII. Теософия и гнозис // Философия свободного духа = Бердяев Н. Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства. Ч. 1-2. Paris: YMCA-Press [1927-1928]. — М.: Республика, 1994. — 480 с. — 25 000 экз.
  3. Вышегородцева Ольга Бертран Рассел: предисловие к переводам  (рус.). Архивировано из первоисточника 21 августа 2011. Проверено 1 августа 2011.
  4. Huxley T. Agnosticism // Science and Christian Tradition. — L.: Macmillan & Co, 1909.
  5. Этика. Т. 1. М.: 1921
  6. Ленин Владимир Ильич Полн. собр. соч. — Т. 23. — 118 с.
  7. Лев Николаевич Толстой – Том 53, Дневники и записные книжки 1895-1899, Полное собрание сочинений
  8. И. Кант Критика чистого разума Критика всякой теологии, основанной на спекулятивных принципах разума
  9. Чат с Мэттом Стоуном на South Park Studios (англ.)
  10. Бертран Рассел, «Кто такой агностик?»
  11. 1 2 3 Знаменитые агностики и атеисты
  12. «Robert Anton Wilson». Contemporary Authors Online, Gale, 2007. Reproduced in Biography Resource Center. Farmington Hills, Mich.: Thomson Gale. 2007
  13. Stephen Jay Gould. Nonoverlapping Magisteria (англ.) Natural History, 1997, 106 (март): 16-22, 61.
  14. Альберт Эйнштейн в письме М. Берковитцу, 25 октября 1950 года; Einstein Archive 59-215; from Alice Calaprice, ed., The Expanded Quotable Einstein, Princeton, New Jersey: Princeton University Press, 2000, p. 216.
  15. Albert Einstein (1879-1955). Архивировано из первоисточника 11 августа 2011. Проверено 21 мая 2007.

Литература

  • Роберт Т. Кэррол. Агностицизм // Энциклопедия заблуждений: собрание невероятных фактов, удивительных открытий и опасных поверий = The Skeptic’s Dictionary: A Collection of Strange Beliefs, Amusing Deceptions, and Dangerous Delusions. — М.: Диалектика, 2005. — С. 13. — ISBN 5-8459-0830-2

Ссылки

Категории:
  • Эпистемология
  • Агностицизм

Wikimedia Foundation. 2010.

  • Атеизм
  • Жидкое стекло

Смотреть что такое “Агностицизм” в других словарях:

  • АГНОСТИЦИЗМ — (от греч. а отрицательная приставка, gnosis знание, agnostos недоступный познанию) филос. учение, утверждающее непознаваемость мира. Термин «А.» был введен в 1869 англ. естествоиспытателем Т. Гексли, однако сомнения в способности человека познать …   Философская энциклопедия

  • Агностицизм —  Агностицизм  ♦ Agnosticisme    Мы не знаем, есть Бог или нет, – мы не можем этого знать. Именно поэтому существует вера и атеизм – два вида убеждений. По этой же самой причине существует и агностицизм, отвергающий веру в то, чего не знаешь.… …   Философский словарь Спонвиля

  • АГНОСТИЦИЗМ — (греч.). Философское учение, утверждающее, что мы не можем ничего знать о действительной сущности вещей, вследствие относительности наших знаний; введен Гекели. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910.… …   Словарь иностранных слов русского языка

  • Агностицизм — (гр. аgnostos – біліп болмайтын, белгісіз) – болмысты тану, дербес ақиқатқа жету мүмкін емес дейтін тұжырымға негізделген философиялық ілім. Агностицизм жалпы алғанда танымды жоққа шығармайды. Ол танымның өзі туралы емес, оның мүмкіндігін,… …   Философиялық терминдердің сөздігі

  • АГНОСТИЦИЗМ — (от греческого agnostos недоступный познанию), философское учение, отрицающее возможность познания объективного мира и достижимость истины; ограничивает роль науки лишь познанием явлений. Последовательный агностицизм представлен в учениях Дж.… …   Современная энциклопедия

  • АГНОСТИЦИЗМ — (от греч. agnostos недоступный познанию) философское учение, отрицающее возможность познания объективного мира и достижимость истины; ограничивает роль науки лишь познанием явлений. Последовательный агностицизм представлен в учениях Дж. Беркли и… …   Большой Энциклопедический словарь

  • Агностицизм — (от греческого agnostos недоступный познанию), философское учение, отрицающее возможность познания объективного мира и достижимость истины; ограничивает роль науки лишь познанием явлений. Последовательный агностицизм представлен в учениях Дж.… …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • АГНОСТИЦИЗМ — (греч. а отрицание, gnosis знание) философская установка, согласно которой невозможно однозначно доказать соответствие познания действительности, а следовательно, выстроить истинную всеобъемлющую систему знания. Вырастает из античного скептицизма …   История Философии: Энциклопедия

  • АГНОСТИЦИЗМ — (греч. а отрицание, gnosis знание) философская установка, согласно которой невозможно однозначно доказать соответствие познания действительности, а следовательно выстроить истинную всеобъемлющую систему знания. Вырастает из античного скептицизма… …   Новейший философский словарь

  • АГНОСТИЦИЗМ — АГНОСТИЦИЗМ, а, муж. Идеалистическое философское учение, отрицающее возможность познания объективного мира и его закономерностей. | прил. агностический, ая, ое. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова


Что такое агностицизм?

Ответ

Агностицизм – это теория, утверждающая, что существование Бога не поддается ни подтверждению, ни опровержению. «Агностика» определяется как «отсутствие знаний». Агностицизм, по сути, – это более интеллектуально честная форма атеизма. Разница в том, что атеисты утверждают, что Бога не существует, и для них это неопровержимый факт. Агностики, в свою очередь, говорят, что существование Бога не может быть доказано, или опровергнуто, соответственно, мы не можем знать, существует Он или нет. В этом агностики, конечно же, правы. Существование Бога не может быть эмпирически доказано или опровергнуто.

Библия утверждает, что мы должны принимать существование Бога на веру. Послание к Евреям 11:6 говорит: «А без веры угодить Богу невозможно; ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает». Бог есть дух (Иоанна 4:24), поэтому Его нельзя увидеть или потрогать. До тех пор, пока Господь сам не решит показать Себя, Он будет неощутим для нас в физическом смысле (Римлянам 1:20). Также, Библия говорит нам, что существование Бога отчетливо видно во вселенной (Псалмы 18:1-4), ощущается в природе (Римлянам 1:18-22) и получает подтверждение в наших сердцах (Екклесиаста 3:11).

Агностицизм, по существу, просто не желает принимать решение ни за, ни против существования Бога. Такая позиция позволяет обойти основные «камни преткновения» стороной. Теисты верят в то, что Бог существует. Атеисты утверждают, что Бога нет. А агностики говорят, что нам не следует ни верить, ни не верить в Бога, так как ни то, ни другое, в любом случае, доказать невозможно.

Давайте отбросим явную и неоспоримую очевидность существования Бога. Если мы поставим доктрины теизма и атеизма/агностицизма на один уровень, то в какую из них будет больше смысла поверить, хотя бы в отношении жизни после смерти? В случае, если Бога не существует, то теисты, также как и атеисты/агностики, прекращают свое существование сразу же после смерти. А вот если Господь действительно таки существует, то атеистам и агностикам после смерти придется отчитываться перед Ним. Учитывая хотя бы только эту перспективу, становится ясно, что все же лучше быть теистом, чем наоборот. Если ни одна из позиций не может быть доказана или опровергнута, не мудрее ли будет приложить все усилия к тому, чтобы поверить во что-то, предрекающее более желанный конечный результат с позиции безграничности и вечности?

Сомнения естественны. В этом мире так много нам непонятного. Часто люди сомневаются в существовании Бога лишь потому, что не могут понять или согласиться с тем, что Он делает. Нам как ограниченным человеческим существам не стоит стремиться к пониманию Божьей бесконечности. Послание к Римлянам 11:33-34 взывает к нам: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его, ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему?» Мы должны полагаться на Бога и на Его пути лишь своей верой. Бог готов, мало того, Он желает показать Себя удивительными путями тем, кто поверит в Него. Второзаконие 4:29 провозглашает: «Но когда ты взыщешь там Господа, Бога твоего, то найдешь Его, если будешь искать Его всем сердцем твоим и всею душою твоею».

Определение агностика по Merriam-Webster

аг · номер · тик | \ ag-ˈnä-stik , əg- \ 1 : человек, который придерживается точки зрения, что любая конечная реальность (например, Бог) неизвестна и, вероятно, непознаваема. широко : тот, кто не верит ни в существование, ни в несуществование Бога или бога.

2 : человек, не желающий высказывать свое мнение о чем-либо. политические агностики

1 : , относящийся к агностику или являющийся агностиком : , связанный с агностицизмом или характеризующийся им

: не отдавать предпочтение определенному устройству или системе – обычно используется после существительного «Дети не зависят от платформы», – сказала Алиса Кан, вице-президент по развитию Cartoon Network.«Если вы хотите выглядеть глупо с дошкольником, скажите:« Извините, вы не можете смотреть это. Этого нет ». Это TiVoed, это онлайн, это видео по запросу ». – Business Wire

б : разработан для совместимости с различными устройствами (такими как компьютеры или смартфоны) или операционными системами. – обычно используется после существительного контент, не зависящий от ОС – часто используется в сочетании. Приложение не зависит от платформы, поэтому может работать на планшете или мобильном телефоне.

В чем разница между атеизмом и агностицизмом?

Исследования показали, что и атеистов, и агностиков, на удивление хорошо осведомлены о различных религиях.Отсюда возникает часто задаваемый вопрос: в чем разница между человеком, который называет себя «атеистом», и якобы «агностиком»?

Атеист по сравнению с агностиком

Есть ключевое различие. Атеист не верит в бога или божественного существа. Слово происходит от греческого atheos , состоящего из корней a- («без») и theos («бог»). Атеизм – это учение или вера в то, что бога нет.

Однако агностик не верит и не не верит ни в бога, ни в религиозные доктрины. Агностики утверждают, что люди не могут знать что-либо о том, как была создана вселенная и существуют ли божественные существа.

Агностицизм был изобретен биологом Т. Хаксли и происходит от греческого ágnōstos , что означает «неизвестный или непознаваемый».

Например:

  • Сейчас я считаю себя атеистом , но в детстве я ходил в церковь регулярно.
  • Если вы не уверены, что бог существует, вы можете назвать себя агностиком .
  • Учитывая, что режиссер является откровенным атеистом, нас не удивило, что фильм так критиковал организованную религию.

СМОТРЕТЬ: “Агностик” касается только религии?

Theist против deist

Чтобы усложнить ситуацию, атеистов и агностиков часто путают с теистами, и деистами. Атеист – противоположность атеиста . Теисты верят в существование бога или богов.

Как теист, деист верит в Бога. Но деист считает, что, хотя Бог создал вселенную, законы природы определяют ее развитие.

Деисты часто связаны с теорией механической вселенной Исаака Ньютона, которая сравнивает вселенную с часами, которые были заведены и приведены в движение Богом, но управляются законами науки.

Например:

  • Как атеист, Эдгар претерпел немало ожесточенных споров с теистами , которые хотели склонить его к своей точке зрения.
  • Многие ученые описали Томаса Джефферсона как деиста , потому что он отвергал определенные аспекты христианства, такие как чудеса и воскресение, но он определенно верил в Бога.

Религиозный или нет, вы, вероятно, скажете go odbye на ежедневной основе.Но знали ли вы о священной истории этого слова?

Атеизм и агностицизм (Стэнфордская энциклопедия философии)

1. Определения «атеизма»

«Атеизм» обычно определяется с точки зрения “теизм”. Теизм, в свою очередь, лучше всего понимать как суждение – что-то либо истинное, либо ложное. это часто определяется как «вера в существование Бога», но здесь «Вера» означает «во что-то верили». Это относится к пропозициональному содержанию веры, а не к отношению или психологическое состояние веры.Вот почему имеет смысл сказать что теизм истинен или ложен, и выступать за или против теизма. Если, однако «атеизм» определяется в терминах теизма и теизм – это утверждение, что Бог существует, а , а не психологическое состояние веры в существование Бога, тогда это Отсюда следует, что атеизм – это не отсутствие психологического состояния. веры в то, что Бог существует (подробнее об этом ниже). В «А-» в слове «атеизм» следует понимать как отрицание вместо отсутствия, как «не» вместо “без”.Следовательно, по крайней мере, в философии атеизм следует истолковывать как утверждение о том, что Бога не существует (или, шире, утверждение, что богов нет).

Это определение имеет дополнительное достоинство, поскольку делает атеизм прямым ответом к одному из важнейших метафизических вопросов философии религии, а именно: «Есть ли Бог?» Есть только два возможные прямые ответы на этот вопрос: «да», что является теизм и «нет» – атеизм. Ответы типа «Я не знаю »,« никто не знает »,« я плевать »,« утвердительного ответа никогда не было установлено »или« вопрос лишен смысла » не прямые ответы на этот вопрос.

Отождествляя атеизм с метафизическим утверждением, что нет Бог (или что богов нет) особенно полезен для выполнения философии, важно понимать, что термин «Атеизм» многозначен, т. Е. Имеет более одного родственного смысл – даже в философии. Например, многие писатели по крайней мере неявно отождествлять атеизм с позитивной метафизической теорией, такой как натурализм или даже материализм. В этом смысле слова значение слова «атеизм» не выводится напрямую из значение «теизма».Хотя это может показаться этимологически странно, возможно, есть основания утверждать, что что-то вроде (метафизического) натурализма изначально называлось «Атеизм» только из-за культурного доминирования ненатуралистические формы теизма не потому, что навешиваемая точка зрения не более чем отрицание теизма. С этой точки зрения, было бы были атеистами, даже если теистов никогда не существовало – они просто не были бы названы «атеистами». (Баггини [2003] предлагает такую ​​мысль, хотя его «Официальное» определение – стандартное метафизическое определение.) Хотя это определение «атеизма» вполне законно, это часто сопровождается ошибочными выводами из (предполагаемых) ложность или вероятная ложность атеизма (= натурализма) истине или вероятная правда теизма.

Еще более радикально отклонившись от философской нормы, некоторые философы и немало нефилософов утверждают, что «Атеизм» не следует определять как утверждение на все, даже если теизм – это суждение. Вместо этого «атеизм» следует определять как психологическое состояние: состояние неверия в существовании Бога (или богов).Эта точка зрения была предложена философ Энтони Флю и, возможно, сыграл роль в его (1972 г.) защита предполагаемой презумпции «атеизма». В редакторы Oxford Handbook of Atheism (Bullivant & Ruse 2013) также поддерживают это определение, и один из них, Стивен Булливант (2013) защищает его на основании научной полезности. Его аргумент состоит в том, что это определение лучше всего может служить обобщающим термином для широкого спектра позиций, которые были идентифицированы с атеизм. Затем ученые могут использовать такие прилагательные, как «сильный». и «слабый» для разработки таксономии, которая различает различные специфические атеизмы.К сожалению, этот аргумент не учитывает Дело в том, что если атеизм определяется как психологическое состояние, то нет предложение может считаться формой атеизма, потому что предложение не психологическое состояние. Это подрывает его аргумент в защиту Определение Флю; потому что это означает, что то, что он называет «Сильный атеизм» – утверждение (или вера в чувство «во что-то верили»), что нет Бог – это вообще не разновидность атеизма. Короче, его предложенный «зонтичный» термин оставляет сильный атеизм в дождь.

Хотя определение «атеизма», данное Флю, не соответствует действительности зонтичный термин, это, безусловно, законное определение в том смысле, что он сообщает, как значительное количество людей используют этот термин. Опять же, существует более одного «правильного» определения термина “атеизм”. Вопрос для философии в том, какое определение наиболее полезный для научных или, более узко, философских целей. В других контекстах, конечно, вопрос о том, как определить «Атеизм» или «атеист» могут выглядеть очень разные. Например, в некоторых контекстах решающей проблемой может быть: какое определение «атеист» (в отличие от «Атеизм») является наиболее полезным в политическом отношении, особенно в свет фанатизма, с которым сталкиваются те, кто считает себя атеистами.В Тот факт, что сила в числах, может рекомендовать очень инклюзивный определение «атеиста», которое приводит всех, кто не является теист в сгибе. Сказав это, можно было бы подумать, что это кроме того, нет веских причин, политических или иных, для нападок нетеисты, которые не считают себя атеистами просто потому, что они выбирают использовать термин «атеист» в каком-то другом, в равной степени законный смысл.

Если атеизм обычно и лучше всего понимается в философии как метафизическое утверждение, что Бога не существует, тогда что, можно интересно, должны ли философы использовать популярный термин «Новый Атеизм”? Философы пишут статьи и посвящают журнальные выпуски (French & Wettstein 2013) о новом атеизме, но нет ничего близкого к консенсусу относительно того, как этот термин должен быть определенный.К счастью, в этом нет реальной необходимости, потому что термин «Новый атеизм» не выделяет каких-то отличительных философская позиция или явление. Вместо этого это популярный лейбл для движения, широко представленного четырьмя авторами – Ричардом Докинз, Дэниел Деннет, Сэм Харрис и Кристофер Хитченс, чьи работы неизменно критикуют религию, но помимо этого, похоже, объединяется только временем и популярность. Кроме того, может возникнуть вопрос, что нового в Новом Атеизм. Конкретная критика религии и аргументов, используемых для защищать религию не ново.Например, возможно, более изощренная и убедительная версия центрального атеистического Аргумент можно найти в книге Юма Dialogues (Wielenberg 2009 г.). Кроме того, в то время как Деннетт (2006) страстно призывает научное изучение религии как естественного явления, такое изучение существовало задолго до этого звонка. Действительно, даже когнитивная наука религия прочно утвердилась к 1990-м годам, и антропология религию можно проследить по крайней мере до девятнадцатого век. Переходя от содержания к стилю, многие удивляются воинственности некоторых новых атеистов, но было много агрессивных атеисты, которые задолго до Харриса относились к религии с большим неуважением, Докинз и Хитченс.(Деннет не особенно воинственен.) Наконец, стереотип о том, что новый атеизм является религиозным или квазирелигиозным, или идеологическим, каким-то беспрецедентным образом, явно ложный и тот, который Новый Атеисты отвергают. (Подробную информацию по этим вопросам см. В Zenk 2013.)

Еще одна подкатегория атеизма – «дружеский атеизм», которую Уильям Роу (1979) определяет как позицию, что, хотя Бог не существует, некоторые (интеллектуально развитые) люди оправдано верой в то, что Бог существует.Роу, дружелюбный атеист сам противопоставляет дружественный атеизм враждебному атеизму и равнодушный атеизм. Недружественный атеизм – это мнение, что атеизм правда, и что никакая (изощренная) теистическая вера не оправдана. В несмотря на его весьма вводящее в заблуждение название, этого мнения могли придерживаться самый дружелюбный, самый открытый и религиозно терпимый человек можно вообразить. Наконец, хотя Роу говорит о «равнодушных» атеизм »как« позиция », это не предложение но вместо этого психологическое состояние, в частности, состояние атеист, который не является ни дружелюбным, ни недружелюбным, то есть не верит, что дружеский атеизм верен, и не верит, что недружелюбный атеизм – это правда.

Возможно, еще более интересное различие между проповедниками Бога атеизм и антибожий атеизм. Сторонник Бога, атеист, такой как Джон Шелленберг (кто придумал термин) – это тот, кто в некотором реальном смысле любит Бога или по крайней мере, идея Бога, который очень старается представить, что за чудесные миры, которые такое существо могло бы создать (вместо того, чтобы просто предполагать что такое существо создаст мир что-то вроде мир, который мы наблюдаем), и кто (по крайней мере частично) именно по этой причине считает, что Бога не существует.Такой атеист мог бы сочувствовать к следующим настроениям:

Верить в Бога – оскорбление для Бога. С одной стороны, это предположим, что он совершил акты неисчислимой жестокости. На с другой стороны, это значит предположить, что он извращенно дал свою человеческую создания инструмент – их интеллект – который должен неизбежно приведет их, если они беспристрастны и честны, к отрицанию его существование. Заманчиво заключить, что если он существует, то это атеистов и агностиков, которых он любит больше всего, среди тех, у кого претензии на образование.Потому что они те, кто взял его очень серьезно. (Стросон, 1990)

Напротив, атеисты, выступающие против Бога, такие как Томас Нагель (1997: 130–131) находят всю идею Бога оскорбительной и, следовательно, не только верят, но и также очень надеюсь, что , что такого существа не существует. Нагель часто называется «антитеистом» (например, Kahane 2011), но этот термин здесь намеренно избегают, так как он имеет много разных смыслов (Кахане 2011: примечание 9). Кроме того, ни в одном из этих смыслов от человека не требуется быть атеист, чтобы быть антитеистом, поэтому антитеизм – это не разновидность атеизма.

2. Определения «агностицизма»

Термины «агностик» и «агностицизм» были известная идея, придуманная в конце девятнадцатого века англичанами биолог, Т. Хаксли. Он сказал, что изначально он

изобрел слово «агностик» для обозначения людей, которые, как и [сам], признают себя безнадежно невежественными в отношении множество вопросов, о которых метафизики и теологи, как православные и инославные, догматизируют с величайшей уверенностью.(1884)

включая, конечно, вопрос о существовании Бога. Он не, тем не менее, определяйте «агностицизм» просто как состояние бытия агностик. Вместо этого он часто использовал этот термин для обозначения нормативного гносеологический принцип, нечто похожее на (хотя и более слабое) то, что мы сейчас называем «эвиденциализмом». Грубо говоря, Хаксли принцип говорит, что неправильно говорить, что кто-то знает или верит, что утверждение верно без логически удовлетворительных доказательств (Хаксли 1884 и 1889).Но это было применение Хаксли этого принцип теистической и атеистической веры, которая в конечном итоге наибольшее влияние на значение термина. Он утверждал, что, поскольку ни одно из этих убеждений не подтверждается должным образом доказательствами, мы должны приостановить суд по вопросу о том, существует ли Бог.

В настоящее время часто используется термин «агностик» (когда вопрос в существовании Бога) для обозначения тех, кто следует Рекомендация, выраженная в заключении аргумента Хаксли: агностик – это человек, который высказал предположение, что является Богом, но не верит ни в то, что это правда, ни в ложь.Поэтому неудивительно, что термин «агностик ism » часто определяется как в философии, так и за ее пределами, а не как принцип или любое другое предложение, но вместо этого как психологическое состояние агностика. Назовите это «психологическим» смысл термина. Конечно, полезно иметь термин для обозначения люди, которые не являются ни теистами, ни атеистами, но философы могут желаю, чтобы какой-нибудь другой термин помимо «агностик» (Возможно, «теологический скептик»?). Проблема в том, что для философских целей очень полезно иметь название эпистемологической позиции, вытекающей из посылки Аргумент Хаксли, позиция, согласно которой ни теизм, ни атеизм известно, или наиболее амбициозно, что ни вера в существование Бога ни вера в то, что Бога не существует, не имеет положительного эпистемологического статуса любого рода.Так же, как метафизический вопрос о Боге существование занимает центральное место в философии религии, так же как и эпистемологический вопрос о том, известен ли теизм или атеизм или имеет какой-то другой положительный эпистемический статус. И учитывая этимология слова «агностик», что может быть лучше? за отрицательный ответ на этот эпистемологический вопрос, чем “агностицизм”? Кроме того, как предлагалось ранее, для очень веская причина, типичная для философии использовать суффикс «-Изм» для обозначения предложения, а не состояния или условие, так как только первое может быть разумно проверено аргумент.

Если, однако, «агностицизм» определяется как суждение, тогда “агностик” должен быть определен в терминах «Агностицизм», а не наоборот. В частности, «агностик» следует определять как человека, который считает, что утверждение «агностицизм» верно вместо того, чтобы определять «агностицизм» как состояние быть агностиком. И если речь идет о том, что ни теизм или атеизм, как известно, истинны, тогда термин «Агностик» больше не может служить ярлыком для тех, кто не являются ни теистами, ни атеистами, поскольку можно постоянно верить что атеизм (или теизм) верен, отрицая этот атеизм (или теизм), как известно, верна.

В этом гносеологическом смысле термин «Агностицизм» вполне естественно может быть расширен за пределы вопрос о том, что известно или может быть известно, чтобы охватить большую семью должностей, в зависимости от того, какой «положительный эпистемический статус» под вопросом. Например, его можно отождествить с любым из следующие позиции: что ни теистическая вера, ни атеистическая вера оправдано, что ни теистическая вера, ни атеистическая вера не являются рационально требуется, чтобы ни одно из убеждений не было рационально допустимым, что ни один из них не имеет гарантии, что ни один из них не является разумным, или что ни один вероятно.Кроме того, чтобы избежать неприятного вопроса о природе знания, можно просто выделить как отдельные члены «Семья агностицизма» каждое из следующих утверждений о интеллектуально развитые люди: (i) ни теизм, ни атеизм не являются адекватно поддерживаются внутренним состоянием таких людей, (ii) ни теистическая вера, ни атеистическая вера не согласуются с остальной частью их верования, (iii) ни теистическая, ни атеистическая вера не приводит из надежных процессов создания убеждений, (iv) ни теистические убеждения ни атеистическая вера не является следствием способностей, направленных на истину, которые функционирует должным образом в подходящей среде и т. д.

Заметьте также, что, даже если агностицизм был определен как довольно крайняя позиция, что ни теистическая вера, ни атеистическая вера когда-либо имел положительный эпистемический статус любого вида , он не следовало бы по определению , что никакой агностик не либо теист, либо атеист. Некоторые фидеисты, например, считают что ни атеистические, ни теистические убеждения не поддерживаются или санкционировано каким-либо образом по причине, потому что разум оставляет вопрос о существовании Бога полностью не решен.Но у них есть вера в то, что Бог существует, и такая вера (по крайней мере, в некоторых случаях) включает вера. Таким образом, некоторые фидеисты являются крайними агностиками в в эпистемологическом смысле, даже если они не агностики в психологический смысл.

Также стоит упомянуть, что даже во времена Хаксли некоторые апофатические теисты приняли термин «агностик», утверждая, что что все хорошие христиане поклонялись «неизвестному Богу». Более в последнее время некоторые атеисты гордо называют себя «агностиками». атеисты », хотя с дальнейшим отражением симметрии между эта позиция и фидеизм могут заставить их задуматься.Однако более вероятно, что то, что утверждают эти самоидентифицированные атеисты-агностики, является что, хотя их вера в то, что Бога не существует, имеет положительный какой-то эпистемологический статус (минимально не иррациональный), это не имеет того положительного эпистемического статуса, который может стать правдой вера в знания.

Несомненно, оба смысла «агностицизма», психологический и эпистемологический, будут по-прежнему использоваться как внутри, так и вне философии. Надеюсь, контекст поможет устранить неоднозначность.Однако в остальной части этой записи термин «Агностицизм» будет использоваться в его эпистемологическом смысле. Это имеет огромное значение для вопроса об оправдании. Рассмотреть возможность, например, этот отрывок, написанный агностиком Энтони Кенни (1983: 84–85):

Я сам не знаю ни одного аргумента в пользу существования Бога, который я найти убедительным; я думаю, что во всех них я могу найти недостатки. В равной степени я не знаю ни одного аргумента против существования Бога, который абсолютно убедительно; в доводах, которые я знаю против существования Боже, я тоже могу найти недостатки.Так что моя собственная позиция по поводу существования Бога агностик.

Одно дело спросить, не удается ли Кенни найти аргументы, которые убеждают его в существовании или несуществовании Бога оправдывает его лично в приостановлении суждения о существовании Бог. Совсем другое дело – спросить, не является ли эта неспособность (или что-то еще) иначе) оправдывал бы его веру в то, что никто (или, по крайней мере, никто, кто достаточно умен и хорошо информирован) имеет обоснованное убеждение о существовании Бога.

Если агностицизм (в одном смысле этого слова) – это позиция, что ни теизм и атеизм не известны, тогда было бы полезно использовать термин «Гностицизм» для обозначения противоречия позиция, то есть позиция, что либо теизм, либо атеизм известен. У этого взгляда, конечно, были бы две разновидности: теистический. гностицизм – точка зрения, что теизм известен (и, следовательно, атеизм не) – и атеистический гностицизм – точка зрения, что атеизм известно (а значит, теизм – нет).

3.Глобальный атеизм против местного атеизма

Жанин Диллер (2016) отмечает, что просто поскольку большинство теистов имеют в виду определенную концепцию Бога, когда утверждают, что Бог существует, большинство атеистов имеют определенное представление о Боге в виду, когда они утверждают, что Бога не существует. Действительно, многие атеисты лишь смутно осознают разнообразие представлений о Боге, которые Существуют. Например, есть Боги классики и неоклассический теизм: ансельмианский бог, например, или что-то еще скромно, всемогущий, всезнающий и совершенно добрый Бог-творец, которому уделяется столько внимания в современной философии религии.Есть также боги специфических западных теистических религии, такие как христианство, ислам, иудаизм и сикхизм, которые могут или не могут быть лучше всего поняты как классические или неоклассические боги. Там также являются панентеистическими и теистическими богами процесса, а также разнообразными других концепций Бога, как западного, так и незападного происхождения, которые в значительной степени игнорируются даже самыми хорошо информированными атеистами. (Со своей стороны, философски изощренные теисты часто действуют как если опровержение натурализма устанавливает существование особого своего рода Бога, в которого они верят.) Диллер выделяет местные атеизм, который отрицает существование одного вида Бога, из глобальных атеизм, то есть утверждение, что нет никаких богов вроде – что всем законным представлениям о Боге не хватает примеров.

Глобальный атеизм очень трудно оправдать (Diller 2016: 11–16). В самом деле, очень немногие атеисты имеют веские причины считают, что это правда, поскольку подавляющее большинство атеистов сделали никаких попыток поразмышлять над более чем одним или двумя из многих законных концепции Бога, существующие как внутри, так и вне различных религиозные общины.Они также не задумались о том, какие критерии должны быть удовлетворенным, чтобы представление о Боге считалось «Законным», не говоря уже о возможности законного Концепции Бога, которые еще не были задуманы, и их значение этой возможности для вопроса о том, является ли глобальный атеизм оправдано. Более того, самые амбициозные атеистические аргументы, популярные с философами, которые пытаются показать, что концепция Бога бессвязно или что существование Бога логически несовместимо либо с существованием определенных видов зла, либо с существование определенных видов неверия [Schellenberg 2007]), конечно, этого недостаточно, чтобы оправдать глобальный атеизм; потому что даже если они здравые, они полагают, что для того, чтобы быть Богом, существо должно быть всемогущим, всеведущ и совершенно хорош, и, как указывает персонаж Клеанф в начале части XI «Диалоги » Юма (см. также Nagasawa 2008), существуют религиозно адекватные концепции Бога. которые не требуют, чтобы Бог обладал этими атрибутами.

Глобальные атеисты могут возразить против этого, даже если атеизм и (метафизические) натурализм не тождественны, вера в первый может быть основана на вера в последнее; другими словами, если есть веские аргументы в пользу мнение о том, что природа – это замкнутая система, то снимает любую нагрузку рассматривать каждую концепцию Бога отдельно, пока все законные концепции Бога подразумевают, что Бог является сверхъестественным существом, то есть сущность, которая не является естественной, но воздействует на природу. Было ли это стратегия оправдания глобального атеизма работает, зависит от того, можно определить «натурализм» достаточно узко, чтобы подразумевать несуществование всех богов, но не настолько узко, чтобы не убедить можно привести аргументы в пользу его истинности.Это непростая задача, особенно учитывая недавние работы по натуралистическим формам теизма (например, Bishop 2008; Buckareff & Nagasawa 2016: Часть V; Диллер и Кашер 2013: Часть ИКС; и Эллис 2014). Также не очевидно, что доказательные аргументы зло может быть распространено на все законные концепции Бога, хотя, если все подлинные теизмы влекут за собой, что конечная реальность и добро и спасение (в некотором религиозно адекватном смысле «Высший» и «спасительный»), тогда, возможно, они может. Однако решающим моментом является то, что никто еще не сделал этого. дело.

Что касается вопроса о том, что именно считается законным или религиозно адекватное представление о Боге, различные подходы могут быть взятый. Одна общая стратегия – определить религиозную роль или роли что все, что заслуживает имени или титула «Бог», должно играть, а затем различать законные и незаконные представления о Боге в зависимости от того, подпадает ли что-либо под рассматриваемую концепцию может или будет успешно играть эту роль. (См., Например, Le Пойдевин 2010: 52; и Лефтоу 2016: 66–71.)

Второй подход (совместимый с первым) правдоподобно предполагает, что слово «Бог» – это титул, а не имя собственное и затем спрашивает, какая квалификация требуется, чтобы носить этот титул (Pike 1970). В тот факт, что в большинстве названий указывается либо ранг, либо функция, предполагает, что значение слова «Бог» имеет какое-то отношение к занимая положение в иерархии или выполняя какую-либо функцию. Для Например, общее словарное определение «Бога» как Высшее Существо и ансельмианская идея Бога как величайшего возможного предполагая, что титул «Бог» указывает на ранг, в то время как определение «Бога» как «властителя Вселенная »хорошо сочетается с представлением о том, что« Бог » указывает на функцию и объясняет, почему обычное существительное класса, «Бог» может быть определен как «правитель какой-то части Вселенной или какой-либо сферы человеческой деятельности »(e.грамм., Нептун, бог моря, и Марс, бог войны).

Третий подход (совместимый с первыми двумя) – начать с тесная связь по смыслу между «Богом» и “поклонение”. Поклонение кажется важным для теистического религий и, следовательно, важную роль, которую должно играть любое существо, чтобы претендовать на звание «Бог» означает быть подходящим объектом поклонения. В самом деле, хотя здесь есть риск округлости, если «Поклонение» определяется с точки зрения действий или отношения должным образом направленный на «Бога», это не было бы очевидно ошибочно утверждать, что быть достойным какой-то формы религиозное поклонение не только необходимо для божественности, но и достаточно, как хорошо, особенно если достоинство поклонения влечет за собой достоинство верность.Конечно, формы поклонения сильно различаются в зависимости от религии. другому, поэтому даже если достоинство поклонения является единственным определяющим черта Бога, это не означает, что убеждения о том, что эти Боги не сильно различаются от одной религии к другой. Другой. В некоторых религиях, особенно (но не только) в некоторых западных монотеистические, поклонение включает в себя полную преданность и безусловную обязательство. Чтобы быть достойным такого поклонения (если это даже возможно, когда пул потенциальных прихожан автономных агентов, подобных большинству взрослых людей) требует особо впечатляющего Бога, хотя это спорно, требует ли он идеального один.

Если двусмысленность, возникающая в результате определения «Бога» в терминах достоин поклонения добродетельна, тогда может возникнуть соблазн принять следующий взгляд на глобальный атеизм и его противоположность: «Разносторонний теизм»:

глобальный атеизм: нет существ, достойных религиозного поклонения.

разносторонний теизм: существует по крайней мере одно существо, достойное какая-то форма религиозного поклонения.

Обратите внимание, что в связи с «глобальным атеизмом» атеист отрицает существование только существ, достойных поклонения.Таким образом, даже глобальный атеист не стремится отрицать существование всего, что кто-то назвал богом или “Бог”. Например, даже если древние египтяне поклонялись Солнцу и считали его достойным такого поклонения, глобальному атеисту не нужно отрицать существование Солнца. Вместо этого глобальный атеист может утверждать, что древние египтяне ошибались в думая, что Солнце достойно религиозного поклонения.

Точно так же рассмотрим этот отрывок в начале раздела XI книги. «Естественная история религии» Дэвида Юма :

Если мы исследуем, без предубеждений, древнюю языческую мифологию, как содержится в поэтах, мы не обнаружим в нем такого чудовищного абсурд, как мы можем поначалу постичь.Где трудность в понимании того, что одни и те же силы или принципы, что угодно они были, которые сформировали этот видимый мир, люди и животные, породили также вид разумных существ, более утонченных и больший авторитет, чем у остальных? Что эти существа могут быть капризный, мстительный, страстный, сладострастный, легко зачат; и никакие обстоятельства между нами не более склонны порождать такие пороки, чем лицензия абсолютной власти. Короче говоря, весь мифологическая система настолько естественна, что в огромном разнообразии планет и миров, содержащихся в этой вселенной, кажется больше чем вероятно, что, где-то или иначе, это действительно внесено в исполнение .(Юм [1757] 1956: 53, курсив мой)

Существует много споров о том, был ли Юм атеистом, деистом или ни то, ни другое, но никто не использует этот отрывок, чтобы поддержать мнение, что он был на самом деле политеист. Возможно, это потому, что даже если есть естественные инопланетные существа, которые, как и древнегреческие и римские боги, намного превосходят людей по силе, но очень похожи по своим моральным и другие психологические качества, предположительно никого, по крайней мере в наши дни, было бы искушение считать их достойными религиозных поклонение.

Один из возможных недостатков предлагаемой теории глобального атеизма состоит в том, что она похоже, подразумевает совпадение деизма и атеизма. Конечно, это не так давно все деисты считались атеисты. Однако в наши дни термин «деистический атеист» или «атеистический деист» звучит как оксюморон. Из Конечно, не все деисты будут считаться атеистами по предложенному счет, но некоторые будут. Например, рассмотрим деиста, который верит что, хотя сверхъестественный человек намеренно спроектировал вселенную, это божество специально не намеревалось, чтобы разумная жизнь развивалась и не имеет никакого отношения к состоянию или судьбе такой жизни.Такое божество не достойно чьего-либо поклонения, особенно если достоинство поклонения влечет за собой достоинство преданности, и поэтому возможно, не был бы (теистическим) богом, что подразумевает, что атеист мог бы по предложенному определению последовательно верить в существование такого божества. Может быть, тогда «глобальный атеизм» должен быть определяется как позиция, согласно которой и разносторонний теизм, и (разносторонний) деизм ложны – что нет существ, достойных религиозных поклонения, а также никаких космических творцов или разумных дизайнеров, будь то достойны поклонения (и верности) или нет.Даже этот рассказ о «Глобального атеизма», однако, может быть недостаточно. включительно, поскольку религиозные роли тесно связаны с титул «Бог» (и, таким образом, возможно, законные представления о Боге) это может быть воспроизведено чем-то, что не является подходящим ни объект поклонения, ни космический дизайнер или создатель.

4. Аргумент в пользу агностицизма

Согласно одной относительно скромной форме агностицизма, ни универсальный теизм и его отрицание, глобальный атеизм, как известно, правда.Робин Ле Пойдевен (2010: 76) отстаивает эту позицию следующим образом: следует:

  • (1) Есть нет твердого основания судить о том, что теизм или атеизм по сути более вероятно, чем другой.
  • (2) Есть нет твердой основы, на которой можно было бы судить о том, что все доказательства в пользу теизм или атеизм важнее другого.
Из (1) и (2) следует, что
  • (3) Есть нет твердого основания судить о том, что теизм или атеизм более вероятно, чем другой.
Из (3) следует, что
  • (4) Агностицизм верно: ни теизм, ни атеизм не известны быть правдой.

Ле Пойдевен понимает «теизм» в самом широком смысле (который я призыв относиться к утверждению о том, что существует существо, которое является конечная и преднамеренная причина существования Вселенной и высший источник любви и нравственного знания (2010: 52). (Он не использует термин «разносторонний теизм», но это было бы его объяснением его значения.) вероятность »предложения, он имеет в виду, грубо говоря, вероятность того, что предложение «до того, как появятся доказательства» войти »(2010: 49).Эта вероятность зависит исключительно от a. априори соображения, такие как внутренние особенности контента рассматриваемого предложения (например, размер этого содержания).

Ле Пойдевен защищает первую посылку этого аргумента, утверждая, что что, хотя внутренняя вероятность достоверно зависит от специфика претензии (чем менее конкретна претензия, тем больше способов есть, чтобы это было правдой, и поэтому более вероятно, что это правда), невозможно показать, что разносторонний теизм более конкретен или менее конкретный, чем его отрицание.Эта защита кажется неполная, поскольку Ле Пойдевен никогда не показывает, что внутренняя вероятность предложения зависит от только от его специфики, а там веские основания полагать, что это не так (см. например, Swinburne 2001: 80–102). Ле Пойдевен мог ответить: однако эта специфика – единственный бесспорный критерий внутренняя вероятность, и это отсутствие консенсуса по другим критериям все что нужно для достойной защиты помещения (1).

Один из способов защитить вторую посылку – проанализировать соответствующие доказательства и утверждают, что это неоднозначно (Le Poidevin 2010: глава 4; и Draper 2002).Другой способ – указать на атеизм, просто утверждение, что теизм ложен, совместимо с множество самых разных гипотез, и эти гипотезы сильно различаются по тому, насколько хорошо они учитывают все свидетельства. Таким образом, чтобы оценить, насколько хорошо атеизм объясняет все свидетельства, можно было бы необходимо рассчитать средневзвешенное значение того, насколько хорошо эти разные атеистические гипотезы учитывают все свидетельства, где веса были бы разные внутренние вероятности каждого из этих атеистические гипотезы.Эта задача кажется непомерно сложной (Дрейпер 2016) и ни в коем случае не предпринималось, что подтверждает утверждение. что нет твердой основы, на которой можно было бы судить о том, доказательства поддерживают теизм или атеизм.

Так называемые «реформатские эпистемологи» (например, Плантинга 2000) может оспорить вторую посылку аргумента обосновывает, что многие представления о Боге, как и многие представления о прошлом, являются «собственно основными» – результатом функционирования базовая когнитивная способность, называемая « sensus divinitatis »- и поэтому они, по сути, являются частью полное доказательство, в отношении которого вероятность любого утверждения зависит от.Однако агностик мог бы ответить, что это чувство божественное, в отличие от памяти, действует спорадически и далеко от повсеместно. Кроме того, в отличие от других базовых когнитивных способностей, он может легко сопротивляться, и существование убеждений, которые оно должно можно легко объяснить, не предполагая, что способность существует вообще. Таким образом, аналогия с памятью слабая. Следовательно, в отсутствие более прочного основания для суждения о том, что верования о Боге являются собственно частью основы систем верований некоторых теистов, предпосылка (2) стоит.

Конечно, даже если две посылки аргумента Ле Пойдевена верны, из этого не следует, что аргумент хороший. Для аргумент также содержит два вывода (из шагов 1 а также 2 к шаг 3 и с шага 3 на шаг 4), ни то, ни другое явно не верно. Что касается первого предположим, например, что даже если нет фирмы основание, на котором можно судить, какой из теизма и атеизма по своей сути более вероятно (то есть первая посылка Ле Пойдевена верна), есть твердое основание судить о том, что теизм не так часто более вероятен по сути, чем какая-то конкретная версия атеизма, скажем, редуктивный физикализм.И предположим, что даже если нет твердое основание, на котором можно судить, какой из теизма и атеизма предпочтительнее по совокупности свидетельств (то есть вторая посылка Ле Пойдевена верно), есть твердое основание судить о том, что все доказательства очень сильно отдает предпочтение редуктивному физикализму теизму (в смысле что антецедент во много раз более вероятен с учетом редуктивного физикализм, чем дан теизм). Отсюда следует, что оба Le Посылки Пойдевена верны, но (3) ложны: есть твердое основание (что включает случайную версию теоремы Байеса, примененную к теизму и редуктивный физикализм вместо теизма и атеизма) судить что редуктивный физикализм более вероятен или даже во много раз больше вероятнее, чем теизм, и, следовательно, теизм, вероятно, или даже очень вероятно ложь.Возможно, подобной стратегии нет может быть использован, чтобы показать, что теизм, вероятно, верен, несмотря на Ле Оба предположения Пойдевена верны. Так что, может быть, Ле Посылки Пойдевена, если они адекватно поддержаны, устанавливают, что теистический гностицизм ложен (то есть либо агностицизм, либо атеистический гностицизм – это правда), даже если они не утверждают, что агностицизм это правда.

5. Аргумент в пользу глобального атеизма?

Почти все известные аргументы в пользу атеизма являются аргументами в пользу частный вариант местного атеизма.Одно возможное исключение из этого Правило – это аргумент, недавно ставший популярным среди некоторых новых атеистов, хотя это придумали не они. Гэри Гаттинг (2013) называет это Аргумент «аргумент без аргументов» в пользу атеизма:

  • (1) отсутствие веских причин полагать, что Бог существует, само по себе является хорошим причина полагать, что Бога не существует.
  • (2) Есть нет веских оснований полагать, что Бог существует.
Из (1) и (2) следует, что
  • (3) Есть веская причина полагать, что Бога не существует.

Обратите внимание на очевидное отношение этого аргумента к агностицизму. По словам одного видного члена семьи агностицизма, у нас есть нет веских причин полагать, что Бог существует, и нет веских причин для верю, что Бога не существует. Ясно, что если первая предпосылка этого аргумент верен, то эта версия агностицизма должна быть ложной.

Может ли аргумент без аргументов быть истолкован как аргумент для глобального атеизм? Можно возразить, что это, строго говоря, не аргумент в пользу любого вида атеизма, поскольку его вывод не в том, что атеизм – это правда, но есть веские основания полагать, что атеизм это правда.Но это всего лишь придирка. В конечном итоге, действительно ли это аргумент, который можно использовать для защиты глобального атеизма, зависит от того, как Помещение охраняется.

Обычный способ защиты – получить его от какого-нибудь общего принцип, согласно которому отсутствие оснований для претензий определенного sort – хорошая причина отклонить эти претензии. Ограничение этого принцип претензий «определенного рода» имеет решающее значение, поскольку принцип отсутствия оснований для иска во всех случаях веская причина полагать, что утверждение ложно, довольно очевидно ложный.Например, у кого-то может не быть оснований полагать, что в следующий раз, когда кто-то подбросит монету, выпадет орел, но это не веская причина полагать, что это не поднимет голову.

Более многообещающий подход ограничивает принцип утверждениями о существовании, тем самым превратив ее в разновидность бритвы Оккама. В соответствии к этой версии принципа, отсутствие оснований, подтверждающих положительное экзистенциальное утверждение (например, «Бог существует »- независимо от того, понимается ли« Бог ») является хорошим причина полагать, что утверждение ложно (McLaughlin 1984).Один возражение против этого принципа состоит в том, что не все вещи такие что, если бы он существовал, у нас, вероятно, были бы веские основания полагать что он существует. Рассмотрим, например, разумную жизнь в далеком галактики (ср. Morris 1985).

Возможно, однако, более узко ограниченный принцип подойдет. уловка: всякий раз, когда предположение, что положительное экзистенциальное утверждение истинно, заставило бы ожидать наличия оснований для его истинности, отсутствие таких оснований является веским основанием полагать, что иск ложный.Тогда можно было бы утверждать, что (i) Бог, скорее всего, предоставить нам убедительные доказательства Ее существования и так (ii) отсутствие таких доказательств – веская причина полагать, что Бог не существует. Это преобразует аргумент без аргументов в аргумент от божественного сокрытия. Это также превращает его в лучшем случае аргумент в пользу местного атеизма, поскольку даже если бог, скажем, классического теизм не скроет, не все законные концепции Бога таковы, что создание экземпляра этой концепции, вероятно, предоставит нам убедительные доказательства его существования.

6. Два аргумента в пользу местного атеизма

6.1 Как отстаивать местный атеизм

Тот вид Бога, в небытии которого философы кажутся наиболее заинтересовано вечное, нефизическое, всемогущее, всеведущее и всемогущий (то есть нравственно совершенный) Бог-Творец, которому поклоняются многие теологически ортодоксальные мусульмане, евреи и христиане. Давай позвоним предположение, что такой Бог существует «Омнитеизм». Возникает интересный вопрос: как лучше приводить доводы в пользу атеизма, понимаемого на местном уровне как утверждение, что омнитеизм ложен.

Часто утверждают, что веский аргумент в пользу атеизма невозможен. потому что, хотя, по крайней мере, можно доказать, что что-то определенного рода существует, невозможно доказать, что ничего из этого сортировка существует. Одна из причин отклонить это утверждение заключается в том, что описания некоторых видов объектов внутренне противоречивы. Например, мы можем доказать, что кругового квадрата не существует, потому что такой объект имел бы быть одновременно круглым и некруглым, что невозможно. Таким образом, один способ аргументировать несуществование Бога омнитизма (или Для краткости «вселенский Бог») означает утверждать, что такой Бог является невозможный объект вроде круглого квадрата.

Было сделано много попыток построить такие аргументы. Например, утверждалось, что всемогущественное существо было бы безупречным и поэтому неспособен к проступку, в то время как всемогущее существо было бы вполне способен делать то, что было бы неправильно. Есть, тем не менее, сложные и правдоподобные ответы на подобные аргументы. Что еще более важно, даже если такой аргумент удастся, омнитеисты могут правдоподобно утверждать, что под «всемогущим» они имеют в виду, не максимально мощный, но оптимально мощный, где оптимальный степень мощности не может быть максимальной, если максимальная мощность исключает обладающий оптимальной степенью некоторого другого совершенства, например морального доброта.

Подобные проблемы сталкиваются с попытками показать, что омнитеизм должен быть ложным. потому что это несовместимо с некоторыми известными фактами о мире. Такие аргументы обычно зависят от подробных и оспариваемых интерпретации божественных атрибутов, таких как всемогущество.

Совершенно иной подход основан на идее, что опровержение не требует быть демонстративным. Цель этого подхода – показать, что существование всевластия настолько невероятно, что уверенная вера в отсутствие такого Бога оправдано.Два таких аргумента подробно обсуждается ниже: «аргумент низкого априорного значения» и «аргумент решающего доказательства». Каждый из этих аргументов использует ту же конкретную стратегию, которая состоит в том, чтобы утверждать, что некоторые гипотеза, альтернативная омнитеизму, во много раз более вероятна, чем омнитеизм. Это не означает, что альтернативная гипотеза вероятно, правда, но это означает, что омнитеизм очень вероятно ложный. В случае второго аргумента альтернативная гипотеза (эстетический деизм), возможно, является формой теизма, и даже в случае первого аргумента можно утверждать, что альтернативная гипотеза (исходный физикализм) совместим с некоторыми формами теизма (в частные, в которых Бог является возникающей сущностью).Это не проблема для любого аргумента, однако, именно потому, что оба аргументы в пользу местного атеизма вместо глобального атеизма.

6.2 Аргумент с низким приоритетом

Основная идея аргумента о низком априорном значении заключается в том, что даже если агностик прав в том, что когда дело доходит до существования Бога, доказательства неоднозначны или отсутствуют вовсе, далее следует не то, что Теизм имеет среднюю вероятность, учитывая все обстоятельства, но вместо этого что теизм, скорее всего, ложен. Говорят, что это следует потому, что теизм начинается с очень низкой вероятностью до того, как учитывать любые доказательства.(«Доказательства» в данном контексте относятся к к факторам, не относящимся к гипотезе, которые повышают или понижают ее вероятность.) Поскольку двусмысленные или отсутствующие доказательства не влияют на это априорная или внутренняя вероятность, апостериорная или с учетом всех обстоятельств вероятность теизма также очень низкая. Если, однако, теизм очень вероятно, ложь, тогда атеизм должен быть очень вероятно правдой, и это подразумевает (по мнению защитника аргумента), что атеистический вера оправдана. (Этот последний предполагаемый подтекст рассматривается в разделе 7.)

Аргументы такого рода очень актуальны для вопроса о том, какой из атеизм и теизм – подходящая позиция «по умолчанию». Если теизм имеет достаточно низкую внутреннюю вероятность, то атеизм возможно, правильная позиция по умолчанию в том смысле, что неоднозначная или отсутствие доказательств оправдывает, не приостанавливая вынесения решения по данному вопросу о существовании Бога, но вместо этого полагая, что Бог не существовать. Вот почему аргумент Ле Пойдевена в пользу агностицизма включает, а не просто предпосылку, утверждающую, что соответствующие доказательства двусмысленно, но также утверждают, что, по крайней мере, в случае многогранный теизм, мы находимся в неведении, когда дело доходит до вопроса какой из теизма и атеизма имеет более высокую внутреннюю вероятность.К сожалению, много дискуссий о том, какая позиция является правильная «позиция по умолчанию» или кто несет «бремя доказательства »отвлекается на плохие аналогии с Санта-Клаусом, летающие монстры из спагетти и Бертрана Рассела ([1952] 1997) знаменитый китайский чайник на эллиптической орбите вокруг Солнца (см. Гарви 2010 и van Inwagen 2012 за критику некоторых из этих аналогий). Аргумент низкого априорного значения неявно обращается к этой важной проблеме в гораздо более изощренный и перспективный способ.

В сформулированной ниже версии аргумента низкой априорной вероятности основной подход, описанный выше, улучшен за счет сравнения омнитеизма, а не просто к его отрицанию, но вместо этого к более конкретному атеистическому Гипотеза получила название «исходный физикализм».В отличие от онтологического физикализм, исходный физикализм – это утверждение об источнике ментального сущности, а не об их природе. Источник физикалистов, будь они являются онтологами-физикалистами или онтологическими дуалистами, считают, что физический мир существовал до ментального мира и вызвал ментальный мир, который предполагает, что все ментальные сущности причинно зависят от физических лиц. Далее, даже если они онтологические дуалисты, физикалисты-источники не должны утверждать, что ментальные сущности никогда не вызывают физических или других ментальных сущностей, но они должны заявить, что не было бы ментальных сущностей, если бы не предшествующее существование (и причинные силы) одного или нескольких физических сущности.Аргумент протекает следующим образом:

  • (1) полные доказательства не отдают предпочтение омнитеизму над источником физикализм.
  • (2) Источник физикализм во много раз более вероятен по своей природе, чем омнитеизм.
Из (1) и (2) следует, что
  • (3) Источник физикализм во много раз вероятнее омнитеизма.
Из (3) следует, что
  • (4) Омнитеизм очень вероятно, неверно.
Из (4) следует, что
  • (5) Атеизм (понимаемое здесь как отрицание омнитеизма) очень вероятно правда.

Только две посылки аргумента – шаги (1) и (2) – спорны. Остальные шаги в аргументе все четко следуйте из предыдущих шагов.

Тщательное рассмотрение аргументов за и против посылки (1) здесь, очевидно, невозможно, но это невозможно. Стоит отметить, что защита этой предпосылки не должна утверждать, что известные факты естественные богословы обычно считают, что омни-теизм предпочтительнее конкурирующие гипотезы, подобные исходному физикализму, не имеют силы.Вместо этого можно было бы утверждать, что любая сила, которую они имеют, компенсируется, по крайней мере, в некоторой значительной степени. более конкретными фактами в пользу исходного физикализма над омнитеизмом. Естественные богословы обычно игнорируют эти более конкретные факты и таким образом, кажется, совершает то, что можно было бы назвать «ошибкой недооценки свидетельство”. Точнее суть вот в чем. Даже когда естественно богословы успешно идентифицируют некоторые общие факты по теме, которые более вероятно, учитывая омни-теизм, чем исходный физикализм, они игнорировать другие более конкретные факты по той же теме, факты, которые, с учетом общего факта представляется значительно более вероятным с учетом источник физикализма, чем данный омнитеизм.

Например, даже если омнитеизм подтверждается общим фактом, что Вселенная сложна, не следует игнорировать более конкретный факт, ученые обнаружили, что в основе этой сложности на уровне в котором мы воспринимаем вселенную, это намного более простая ранняя вселенная из которого возникла эта сложность, а также гораздо более простой современный Вселенная на микроуровне, состоящая из относительно небольших количество различных видов частиц, все из которых существуют в одной из относительно небольшое количество различных состояний.Короче важно принять во внимание не только тот общий факт, что Вселенная, мы напрямую воспринимаем наши чувства, это чрезвычайно сложно, но также более конкретный факт, что два вида скрытой простоты внутри Вселенная может объяснить эту сложность. Учитывая, что сложная вселенная существует, этот более конкретный факт – именно то, что можно было бы ожидать от источник физикализма, потому что, как лучшие естественные богословы (например, Swinburne 2004) говорят, что сложность Вселенной требует объяснение в терминах чего-то более простого.Однако нет причина вообще ожидать этого более конкретного факта об омни-теизме, поскольку, если те же самые естественные богословы правы, тогда простой Бог дает простое объяснение наблюдаемой сложности Вселенная, независимо от того, объясняется ли эта сложность какими-либо проще опосредовать физические причины.

Другой пример касается сознания. Его существование действительно кажется быть более вероятным данным омнитизмом, чем данным исходным физикализмом (и таким образом, чтобы повысить отношение вероятности омнитеизма к вероятность исходного физикализма).Но мы знаем гораздо больше о сознание, чем просто то, что оно существует. Мы также знаем, частично спасибо к относительно новой дисциплине нейробиологии, этой сознательной констатирует в целом и даже саму целостность наших личностей, не говоря уже о кажущемся единстве личности, зависят от очень высокая степень на физических событиях, происходящих в мозгу. Учитывая общий факт, что сознание существует, у нас есть причина по источнику физикализма, которого у нас нет на теизме, чтобы ожидать этого большего конкретные факты.Учитывая теизм, было бы совсем не удивительно, если бы наши умы были более независимы от мозга, чем они есть на самом деле. После все, если омни-теизм истинен, то по крайней мере один разум, Бог, совершенно не зависеть ни от чего физического. Таким образом, когда в наличии свидетельства о сознании полностью изложены, они далеко не ясны что он значительно способствует омнитеизму.

Подобные проблемы угрожают подорвать призывы к тонкой настройке – это апеллирует к тому факту, что ряд кажущихся независимыми физические параметры имеют значения, которые, хотя и не фиксируются текущим физическая теория, тем не менее, попадает в относительно узкий «допустимый для жизни» диапазон, предполагающий отсутствие изменений в другие параметры.Возможно, учитывая, что тонкая настройка требуется для разумной жизни и что у Вседержителя есть причина создавать разумные жизни, у нас больше оснований ожидать точной настройки омнитеизма, чем источник физикализма. Однако, учитывая такую ​​тонкую настройку, гораздо больше удивительнее по омни-теизму, чем по исходному физикализму, что наша Вселенная не кишит разумной жизнью и что самое впечатляющее разумные организмы, о существовании которых мы знаем, всего лишь люди: эгоцентричные и агрессивные приматы, которые слишком часто убивают, насилуют и истязают каждого Другие.

Однако, справедливости ради омнитизма, большинство этих людей морально настроены. агенты и многие имеют религиозный опыт, очевидно, от Бога. В проблема в том, что, хотя существование моральных агентов «Предсказано» омни-теизмом лучше, чем источником физикализм, верно также и то, что, учитывая их существование, разнообразие и частота легко устранимых состояний, которые способствуют морально плохим поведение, и это серьезно ограничивает свободу, свободу действий и автономию бесчисленные человеческие существа гораздо более склонны к физикализму источника.А также в то время как религиозные переживания, явно связанные с Богом, несомненно, должны быть Ожидается, что если существует Вселенский Бог, чем если бы люди были продуктом слепые физические силы, верно также и то, что, учитывая, что такие опыты действительно происходят, различные факты об их распространении, которые должно удивить теистов, это именно то, что можно было бы ожидать от источник физикализма, например, тот факт, что у многих людей их никогда не было и тот факт, что у тех, у кого они есть, почти всегда есть предыдущая вера в Бога или обширное знакомство с теистической религией.

Таким образом, кажется, что когда дело доходит до доказательств в пользу омнитеизма, над исходным физикализмом Господь дает, а Господь берет. Кроме того, в сочетании с тем фактом, что то, что мы знаем об уровне благополучия живых существ и степени их страданий возможно, гораздо более вероятным по исходному физикализму, чем по теизму, очень веский, хотя, по общему признанию, противоречивый аргумент в пользу предпосылки (1) могут быть сделаны.

А как насчет помещения (2)? Опять же, его истинность может иметь серьезные основания.Такой случай сначала сравнивает исходный физикализм не с омнитеизмом, а с его противоположностью, источник идеализма. Источники-идеалисты считают, что ментальный мир существовал до физического мира и заставил физический мир возникать. Этот взгляд согласуется как с онтологическими идеализм и онтологический дуализм, а также с физическими сущностями имеющие как физические, так и психические эффекты. Однако из этого следует, что все физические лица, в конечном счете, причинно зависят от одного или нескольких ментальных сущностей, и поэтому не согласуется с онтологическими физикализм.Симметрия исходного физикализма и исходного идеализма равна хороший pro tanto причина полагать, что они равновероятны по сути. Они одинаково специфичны, у них одинаковые онтологические обязательства, ни одно из них не может быть сформулировано более элегантно, чем другой, и каждый кажется одинаково связным и одинаково вразумительно. Они расходятся в вопросе причинной зависимости на что, но если Юм прав и отношения причинной зависимости могут быть обнаруженным наблюдением, а не априори , то не повлияет на внутренних вероятностей двух гипотезы.

Однако омнитеизм – это очень специфическая версия исходного идеализма; это влечет за собой, что исходный идеализм истинен, но выходит далеко за пределы источника идеализма, делая ряд очень конкретных заявлений о «Ментальный мир», породивший физический мир. Для Например, он добавляет утверждение, что единый разум создал физическое Вселенная и что этот разум не только могущественен, но и особенно всемогущим и не просто знающим, а особенно всеведущим. В кроме того, он предполагает ряд противоречивых метафизических и метаэтические утверждения, утверждая, кроме того, что это существо является одновременно вечное и объективно нравственно совершенное.Если какой-либо из этих конкретных утверждения и предположения ложны, тогда омнитеизм ложен. Таким образом, омнитеизм – очень специфическая и, следовательно, очень рискованная форма идеализма источника, и, следовательно, во много раз менее вероятно внутренне чем источник идеализма. Следовательно, если, как указывалось выше, источник физикализм и исходный идеализм внутренне равновероятны, тогда следует, что посылка (2) верно: исходный физикализм во много раз более вероятен внутренне чем омнитеизм.

6.3 Аргумент решающего доказательства

Обратите внимание, что общая стратегия конкретной версии низкого априорный аргумент, обсужденный выше, заключается в поиске альтернативы омнитеизм, который гораздо менее специфичен, чем омнитеизм (и частично по этой причине гораздо более вероятно внутренне), в то же время имея достаточно контента нужного типа, чтобы соответствовать совокупность соответствующих данных, по крайней мере, не хуже теизма. В другими словами, цель состоит в том, чтобы найти бегун, подобный источнику физикализма, который начинает гонку с большим преимуществом и, таким образом, побеждает с большим преимуществом. маржи, потому что он ведет гонку за подтверждающими доказательствами и, следовательно, за вероятность примерно с той же скоростью, что и омнитеизм.Этот не показывает, что источник физикализма вероятен («большой маржа »в данном контексте означает большое отношение одной вероятности к другому, небольшая разница между вероятностями), потому что в гонке могут быть даже лучшие бегуны; это, однако, показывает этот омнитеизм значительно проигрывает гонке и, следовательно, очень вероятно ложь.

Альтернативная стратегия – найти бегуна, который начинает гонку с ничьей. с омни-теизмом, но гонка за доказательной поддержкой проходит намного быстрее чем омнитеизм, таким образом, снова выиграв гонку с отрывом это достаточно велико для продолжения аргументации.Хорошее название аргумента, преследующего эту вторую стратегию, – это «Убедительное доказательство аргумента». Выбор альтернативы Гипотеза здесь имеет решающее значение, как и в аргументе низкой априорной вероятности. Один многообещающий выбор – «эстетический деизм». (Другой бы быть более подробной версией исходного физикализма, который, в отличие от исходного физикализм в целом делает соответствующие данные гораздо более значимыми вероятнее, чем теизм.) и эстетический деизм начинают гонку в одном старте линия, то есть иметь одинаковые внутренние вероятность – «эстетический деизм» лучше всего определяется в таким образом, что это почти идентично омнитеизму.Таким образом, это может быть оговаривали, что, как и омнитеизм, эстетический деизм подразумевает, что вечное, нефизическое, всемогущее и всеведущее существо создало Физический мир. Единственная разница между Богом омнитеизм и божественность эстетического деизма – вот что ими движет. Омнитеистический Бог был бы морально совершенен и так сильно мотивированы соображениями благополучия разумных существ. С другой стороны, эстетический деистический Бог будет отдавать приоритет эстетические товары выше моральных.Хотя такое существо хотело бы прекрасная вселенная, возможно, лучшая метафора здесь не метафора космический художник, а вместо космического драматурга: автор природы, который прежде всего хочет написать интересное сказка.

Как известно, хорошие истории никогда не начинаются со строчки «и они жили долго и счастливо », и эта строка является последней строкой любой истории, которая его содержит. Далее, содержащая такую ​​строку вряд ли необходимо, чтобы рассказ был хорошим. Если эстетический деизм истинен, тогда вполне может быть правдой, что «весь мир стадии, и все мужчины и женщины всего лишь игроков » (курсив мой).В любом случае гипотеза эстетического деизма заставляет «Предсказания» о состоянии живых существ в мир, который сильно отличается от тех, о которых гипотеза омнитеизм делает. В конце концов, то, что делает хорошую историю хорошей, часто какая-то напряженная борьба между добром и злом, и все хорошие истории содержат некоторую смесь пользы и вреда. Это говорит о том, что наблюдаемая смесь добра и зла в нашем мире решительно благоприятствует эстетический деизм над омнитеизмом. И если это так, тогда эстетический деизм далеко опережает омнитеизм в гонке за вероятность, тем самым доказывая, что омнитеизм очень маловероятен.

Вот одна из возможных формулировок этого аргумента:

  • (1) Эстетический деизм по крайней мере так же внутренне вероятен, как омнитеизм.
  • (2) полные свидетельства, исключая «данные о добре и зле», не отдавайте предпочтение омнитеизму эстетическому деизму.
  • (3) Дано полное свидетельство, исключая данные добра и зла, данные добро и зло решительно отдают предпочтение эстетическому деизму. омнитеизм.
Из (1), (2) и (3) следует, что
  • (4) Эстетический деизм во много раз вероятнее, чем омнитеизм.
Из (4) следует, что
  • (5) Омнитеизм очень вероятно, неверно.
Из (5) следует, что
  • (6) Атеизм (понимаемое здесь как отрицание омнитеизма) очень вероятно правда.

Шаги (4) – (6) этого аргумента аналогичны шагам (3) – (5) аргумента низкого априорного значения, за исключением того, что «источник физикализм »на шаге (3) аргумента низкого априорного значения заменяется «эстетическим деизмом» в шаге (4) решающего доказательства аргумент. Это не имеет значения, поскольку вывод из шага (4) к шагу (5).Этот вывод, как и выводы из шаги (1) – (3) до шага (4) и от шага (5) до шага (6), однозначно правильно. Таким образом, ключевой вопрос заключается в том, могут ли посылки (1), (2), и (3) все верны.

Несмотря на почти полное совпадение омнитеизма и эстетический деизм Ричард Суинберн (2004: 96–109) посылка вызова (1) на том основании, что эстетический деизм, в отличие от омнитеизма, должен постулировать плохое желание объяснить, почему божество не делает то, что морально Лучший. По мнению Суинберна, омнитеизму этого не нужно, потому что то, что лучше всего с моральной точки зрения, является лучшим в целом, и, следовательно, всеведущее существо по необходимости будет делать то, что морально лучше всего, пока у него нет желаний, кроме желаний, которые он имеет просто в силу зная, что лучше всего делать в той или иной ситуации.Этот Однако проблема зависит от весьма сомнительной мотивационной интеллектуализм: он преуспевает только в том случае, если просто верит, что действие хорошо влечет за собой желание это делать. По большинству теорий мотивации между интеллектом и желанием есть логический разрыв. Если такой разрыв существует, то казалось бы, что омнитеизм больше не вероятен по сути, чем эстетический деизм.

Трудно придумать правдоподобный вызов для предпосылки (2) потому что, по крайней мере, когда дело доходит до обычных доказательств, принимаемых в пользу теизм по сравнению с конкурирующими гипотезами, такими как натурализм, эстетический деизм объясняет это свидетельство по крайней мере так же хорошо, как и омнитеизм.Для Например, божеству, интересующемуся хорошим повествованием, нужен мир, в котором сложный и вместе с тем упорядоченный, содержащий красоту, сознание, интеллект и моральная свобода. Возможно, есть больше причин ожидать существование либертарианской свободы воли на омнитизме, чем на эстетический деизм; но если не исходить из истины омни-теизма, похоже, нет оснований полагать, что у нас есть такая свобода. И даже если серьезно относиться к интроспективному или другому не теологическому доказательства свободы воли либертарианцев, нетрудно построить «Deodicy» здесь: хорошее объяснение с точки зрения эстетики деизм либо о существовании либертарианской свободы воли, либо о том, почему очевидно сильное, но в конечном итоге вводящее в заблуждение свидетельство существование.Например, если открытые теисты правы, то даже всеведущее существо может с уверенностью знать, что (либертарианское) бесплатно выбор будет сделан в будущем, тогда эстетический деизм может для либертарианской свободы воли и других видов неопределенности, требуя что история с настоящими сюрпризами лучше, чем та, которая полностью предсказуемо. В качестве альтернативы, что может быть важно для история состоит только в том, что персонажи думают, что у них есть свобода воли, а не в том, что они действительно есть.

Наконец, есть предпосылка (3), который утверждает, что данные о добре и зле решительно благоприятствуют эстетический деизм над теизмом.В этом контексте «данные хорошего и зло »включают все, что мы знаем о том, как живые существа, включая людей, получают пользу или вред. Полное обсуждение этого посылка здесь невозможна, но признание ее правдоподобия кажется старым, как сама проблема зла. Считайте, что для Например, Книга Иова, главный герой которой, праведник, ужасно страдает, обвиняет Бога в недостаточной приверженности моральная ценность справедливости. Подавляющее большинство комментаторов соглашается что Бог не отвечает напрямую на обвинение Иова.Вместо, говоря из вихря, Он описывает Свой замысел космоса. и животного царства явно предназначенным для того, чтобы подчеркнуть Его сила и величие Его творения. Если бы не теологические беспокойство о нравственном совершенстве Бога, самое естественное интерпретация этой части истории была бы либо то, что Бог соглашается с обвинением Иова в том, что Он несправедлив или что Бог отрицает что Иов может разумно применять такие термины, как «просто» и «Несправедливым» по отношению к Нему, потому что Он и Иов не являются членами какого-либо разделяемое моральное сообщество (готовится к печати Морристон; противоположная точка зрения см. Пень 2010: глава 9).Вот почему первый ответ Иова на Речь Бога (перед тем, как капитулировать в его втором ответе) просто чтобы отказаться повторять его (без ответа) обвинение. На этом толкование, творец, противостоящий Иову, не тот Бог, ожидаемый и определенно не Бог омни-теизма, а скорее существо гораздо больше похоже на божество эстетического деизма.

Те, кто утверждает, что Бог может допустить зло, потому что это неизбежно результат того, что Вселенная управляется законами природы, также дает поддержать, хотя и непреднамеренно, идею о том, что если есть автор природы, то это существо, скорее всего, мотивировано эстетические проблемы, чем моральные.Например, может быть, что создавая вселенную, управляемую несколькими законами, которые можно выразить как математические уравнения – впечатляющее достижение, не только из-за мудрости и силы, необходимых для такой задачи, но также из-за эстетической ценности такой вселенной. Это значение может очень Однако зависит от того, решит ли автор не вмешиваться регулярно в природе, чтобы защитить Свои создания от вреда.

Большая часть эстетической ценности животного мира может также зависеть от это результат длительного эволюционного процесса, движимого такие механизмы, как естественный отбор.Как сказал Дарвин (1859 г.) в последние строки О происхождении видов естественным путем Выбор ,

В этом взгляде на жизнь есть величие, с его несколькими силами, изначально вдохнули в несколько форм или в одну; а также что, пока эта планета двигалась на велосипеде в соответствии с установленным закон всемирного тяготения, с самого начала бесконечные формы прекрасные и чудесные были и развиваются.

К сожалению, такой процесс, если он должен произвести разумную жизнь, может также влекут за собой много страданий и бесчисленное количество ранних смертей.Один сомнительное предположение некоторых теоретиков естественного порядка – думать что такие связи между эстетическими товарами и страданием обеспечивают мораль оправдание позволения Бога ужасное страдания. Возможно, гораздо более правдоподобно, что в таком сценарии значение предотвращения ужасных страданий, с моральной точки зрения, намного перевешивают ценность регулярности, возвышенности и повествования. Если так, тогда морально совершенный Бог не променял бы прежнее на последнее, хотя божество, мотивированное в первую очередь эстетическими соображениями, нет сомневаюсь.

Подводя итог, можно сказать, что почти все согласны с тем, что в мире есть и то, и другое. добро и зло. Удовольствие и боль, любовь и ненависть, достижения и неудача, процветание и увядание, добродетель и порок – все существует в большое изобилие. Несмотря на это, некоторые видят признаки космического телеология. Те, кто отстаивают версию о решающих доказательствах Приведенный выше аргумент не должен отрицать телеологию. Им действительно нужно показать, что гораздо легче разобраться в «странной смеси добра и зла, которое проявляется в жизни »(Hume Dialogues , XI, 14), когда эта телеология интерпретируется как аморальная, а не как моральная (ср.Mulgan 2015 и Murphy 2017) и, в частности, когда это интерпретируется как направленный на эстетические цели, а не на моральные цели.

7. Аргумент против агностицизма

Тема в Раздел 4 был аргументом Ле Пойдевена в пользу истинности скромной формы агностицизм. В этом разделе приводится аргумент в пользу ложности более будет рассмотрена амбициозная форма агностицизма. Потому что своего рода агностицизм, рассматриваемый в этом разделе, более амбициозен, чем отстаиваемый Ле Пойдевен, вполне возможно, что оба аргумента будут успешными. в обосновании своих выводов.

В аргументе Ле Пойдевена термин «агностицизм» относится к позиции, что ни разносторонний теизм, ни глобальный атеизм, как известно, правда. В этой секции, «Агностицизм» относится к позиции, которая ни вера в то, что омнитеизм истинна, ни вера в то, что это false рационально допустимо. Эта форма агностицизма более амбициозен, потому что знание сильнее (в логическом смысле), чем рациональная допустимость: его можно рационально допустимо верить предложениям, которые неизвестны быть правдой, но утверждение не может быть известно тому, кто рационально не допускается в это верить.Таким образом, соответствующий название этой формы агностицизма – «сильный агностицизм”.

Другое различие касается объекта двух форм агностицизм. Агностицизм в аргументе Ле Пойдевена касается разносторонний теизм против глобального атеизма. В этом разделе цель омни-теизм против местной атеистической позиции, согласно которой омни-теизм ложный. В предыдущем разделе основное внимание уделялось двум аргументам в пользу Вывод о том, что эта форма местного атеизма, весьма вероятно, верен. В В этом разделе вопрос заключается в том, можно ли это заключение, если установлено, может обосновать успешный аргумент против сильного агностицизм.

Такой аргумент можно сформулировать так:

  • (1) Атеизм (понимаемое здесь как отрицание омнитеизма) очень вероятно правда.
  • (2) Если атеизм очень вероятно, правда, тогда атеистическая вера рационально допустимо.
Из (1) и (2) следует, что
  • (3) Атеистическая вера разумно допустима.
  • (4) Если прочный агностицизм (об омни-теизме) истинен (то есть, если отказ от суждение об истинности или ложности омнитеизма рационально требуется), то атеистическая вера не рационально допустимо.
Из (3) и (4) следует, что
  • (5) Сильный агностицизм (об омни-теизме) ложен.

Помещение (1) был защищен в раздел 6, посылка (4) верна по определению «сильного агностицизм », и шаги (3) а также (5) следуйте из предыдущих шагов по modus ponens и modus толленс соответственно. Это оставляет предпосылку (2), предположение о том, что если атеизм с большой долей вероятности верен, то атеистический вера разумно допустима.

Можно попытаться защитить эту предпосылку, заявив, что вероятности в помещение (2) являются рациональными доводами и, следовательно, истиной так называемого Локковского диссертация (Foley 1992) оправдывает (2):

Для человека рационально верить утверждению S P тогда и только тогда, когда это рационально для доверия S в P , чтобы быть достаточно высоким, чтобы сделать положение S в сторону P одно веры.

Однако тезис Локка нуждается в обосновании.К счастью, ничего более сильного, чем тезис Локка, не нужно. защищать посылка (2). Во-первых, все, что нужно защитнику (2), – это «если», а не «если и только если». Также защитнику (2) нужны не приравнивать, как тезис Локка, отношение веры к имеющий высокое доверие. Таким образом, все, что требуется, это следующее более скромный тезис (назовем его « Т »):

  • (Т) Если это рационально допустимо для доверия S к предложению P быть (очень) высоким, то это рационально допустимо для S полагать P .

Однако даже этот более скромный тезис вызывает споры, потому что принятие его заставляет придерживаться позиции. это рациональное (т. е. рационально допустимое) убеждение не закрывается соединением. Другими словами, он обязывает человека придерживаться позиции, согласно которой каждое из ряда убеждений может быть рациональным, даже если дополнительное убеждение в том, что все эти убеждения истинны, не является рациональным.

Чтобы понять, почему это так, представьте, что был продан миллион лотерейных билетов.Каждый игрок купил только один билет, и только один из игроков обязательно выиграет. А теперь представьте себе, что у информированного наблюдателя есть четкое представление о каждом из миллиона отдельных игроков, которых этот конкретный игрок проиграет. Согласно тезису T , каждое из этих миллионов убеждений является рациональным. Например, если Сью является одним из игроков, то, согласно T , вера наблюдателя в проигрыш Сью является рациональной, поскольку для наблюдателя рационально иметь (очень) высокую степень доверия к предположению о том, что Сью проиграет.Поскольку, однако, очевидно, что кто-то выиграет, для наблюдателя также рационально полагать, что кто-то выиграет. Это не рационально, однако иметь противоречивые убеждения, поэтому для наблюдателя это не рационально верить, что ни один игрок не выиграет. Однако это означает, что рациональное убеждение не закрывается соединением, так как утверждение что ни один игрок не выиграет, – это сочетание всех предложения, которые говорят о каком-то отдельном игроке, что они будут терять.

Защитники помещение (2) будет утверждать, очень правдоподобно, что значение T этого рационального убеждения не закрывается под союзом совершенно безобидно.Не очевидно, например, что было бы неразумно ошибаться человека, чтобы поверить, что все их многочисленные убеждения верны, даже если бы каждое из этих убеждений было рациональным? Другие (например, Oppy 1994: 151), тем не менее, обратите внимание на вывод, что рациональное убеждение не закрыто в сочетании как неприемлемый и по этой причине отклонит посылка (2). Так что даже если можно показать, что омнитеизм очень вероятно, ложь, все равно не всем будет очевидно, что Рационально допустимо быть местным атеистом в отношении омнитизма, и поэтому не всем будет очевидно, что сильный агностицизм в отношении омнитеизма ложен.

агностицизм | Определение, убеждения, история и факты

Агностицизм (от греч. agnōstos , «непознаваемый»), строго говоря, доктрина, согласно которой люди не могут знать о существовании чего-либо, кроме явлений их опыта. Этот термин стал в народе приравниваться к скептицизму в отношении религиозных вопросов в целом и, в частности, к отказу от традиционных христианских верований под влиянием современной научной мысли.

Слово агностицизм впервые было публично введено в употребление в 1869 г. на собрании Метафизического общества в Лондоне Т. Хаксли, британский биолог и поборник дарвиновской теории эволюции. Он придумал это как подходящий ярлык для своей должности. «Это пришло мне в голову как явно противоположное« гностику »церковной истории, который заявлял, что знает так много о тех самых вещах, о которых я не знал».

Природа и виды агностицизма

Утверждение Хаксли выявляет как тот факт, что агностицизм имеет какое-то отношение к незнанию, так и то, что это незнание относится, в частности, к сфере религиозной доктрины.Однако этимология, а теперь и обычное употребление, допускает менее ограниченное использование этого термина. Советский лидер Владимир Ленин, например, в своей работе «Материализм и эмпириокритицизм » (1908) выделил крайности истинного материализма, с одной стороны, и смелый идеализм Джорджа Беркли, идеалиста XVIII века, с другой. Он признал попыткой найти промежуточное звено между ними «агностицизмы» шотландского скептика Дэвида Юма и великого немецкого критического философа Иммануила Канта – агностицизмы, которые здесь заключались в их утверждениях о непознаваемости природы или даже о существовании «вещей». в себе »(реальности за пределами видимости).

Джордж Беркли

Джордж Беркли, деталь картины маслом Джона Смиберта, ок. 1732; в Национальной портретной галерее в Лондоне.

Предоставлено Национальной портретной галереей, Лондон

Нерелигиозный агностицизм Хаксли

Суть агностицизма Хаксли – и его утверждение, как изобретателя этого термина, должно быть особенно авторитетным – не было профессией полного невежества и даже полное невежество в одной особенной, но очень большой сфере. Скорее, настаивал он, это был «не кредо, а метод, суть которого заключается в неукоснительном применении единственного принципа», а именно, следовать разуму «настолько далеко, насколько это возможно», но затем, когда вы честно и откровенно установили как можно больше, чтобы признать пределы своих знаний.Это тот же принцип, который позднее был провозглашен в эссе «Этика веры» (1876 г.) британского математика и философа науки У.К. Клиффорд: «Всегда, везде и для всех неправильно верить чему-либо при недостаточных доказательствах». Примененный Хаксли к фундаментальным христианским утверждениям, этот принцип приводит к характерным скептическим выводам: говоря, например, об апокрифах (древних писаниях, исключенных из библейского канона), он писал: «Можно подозревать, что чуть более критическая дискриминация расширилась бы. Апокриф немаловажен.В том же духе сэр Лесли Стивен, литературный критик 19 века и историк мысли, в книге «Апология агностика и другие очерки » (1893) упрекал тех, кто делал вид, что очертил «природу Всемогущего Бога с точностью от которые скромные натуралисты уклонятся, описывая происхождение черного жука ».

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Агностицизм в его первичной ссылке обычно противопоставляется атеизму следующим образом: «Атеист утверждает, что Бога нет, тогда как агностик утверждает только то, что он не знает.Это различие, однако, вводит в заблуждение в двух отношениях: во-первых, сам Хаксли определенно отвергал как откровенно ложные – а не как неизвестные как истинные или ложные – многие широко популярные взгляды на Бога, его провидение и посмертную судьбу человека; и, во-вторых, если бы это было решающим различием, агностицизм почти для всех практических целей был бы таким же, как атеизм. Именно из-за этого недоразумения Хаксли и его соратники подверглись нападкам как со стороны восторженных христианских полемистов, так и со стороны Фридриха Энгельса, сотрудника Карла Маркса, как «атеистов со стыдливым лицом» – описание, которое вполне применимо ко многим из тех, кто в настоящее время принимают более удобный лейбл.

Более того, агностицизм – это не то же самое, что скептицизм, который во всеобъемлющей и классической форме, воплощенной древнегреческим скептиком Секстом Эмпириком (2-й и 3-й века н. Э.), Уверенно бросает вызов не только религиозным или метафизическим знаниям, но и всем знаниям, утверждающим, что выход за рамки непосредственного опыта. Агностицизм, чего, конечно, не мог быть скептицизм, совместим с подходом позитивизма, который подчеркивает достижения и возможности естественных и социальных наук, хотя большинство агностиков, в том числе Хаксли, тем не менее, сохраняли резервы относительно более авторитарных и эксцентричных черт системы. Огюста Конта, основателя позитивизма XIX века.

Религиозный агностицизм

Можно также говорить о религиозном агностицизме. Но если это выражение не должно быть противоречивым, его следует рассматривать как относящееся к принятию агностического принципа в сочетании либо с убеждением, что по крайней мере некоторый минимум утвердительной доктрины может быть установлен на адекватных основаниях, либо с таким видом религии или религиозности, которая не предъявляет очень существенных или спорных доктринальных требований. Если допустить эти две разновидности агностицизма, то первоначальный агностицизм Хаксли можно отличить от последнего как (не религиозного, но) светского, а от первого как (не религиозного, а) атеистического, понимая здесь слово «атеист» как полностью отрицательное. и нейтральный как «атипичный» или «асимметричный».Они, без уничижительных намеков, означают просто «нетипичный» или «несимметричный» (атеист, таким образом, – это тот, кто просто не верит в Бога).

Сам Хаксли допускал возможность агностицизма, который был в этом смысле религиозным – даже христианским – в противоположность атеистическому. Так, в другом эссе 1889 года «Агностицизм и христианство» он противопоставил «научное богословие», с которым «агностицизм не спорит», «экклезиастике, или, как наши соседи по другую сторону Ла-Манша, клерикализм», и его жалобе на Сторонники последнего заключались не в том, что они приходят к существенным выводам, отличным от его собственных, а в том, что они утверждают, что «морально неправильно не верить определенным утверждениям, независимо от результатов строгого научного исследования доказательств этих утверждений.Вторая возможность – агностицизма, который является религиозным, а не светским, – была, пожалуй, наиболее ярко реализована в Будде. Как правило, церковный христианин настаивал на том, что абсолютная уверенность в некотором минимально утвержденном списке утверждений, касающихся Бога и общей божественной схемы вещей, была полностью необходима для спасения. Столь же типично, согласно традиции, Будда обходил все подобные умозрительные вопросы. В лучшем случае они могли только отвлечь внимание от неотложной задачи спасения – спасения, конечно, в его собственном совершенно ином толковании.

Что означает «агностик»? | Психология сегодня

Источник: от Agnostic в TrekEarth

«Может быть, Бог есть, а может, и нет. Я просто не уверен. Я имею в виду, кто на самом деле может сказать? »

Если вы когда-нибудь произносили такие слова или слышали, как кто-то их произносит, вы имеете дело с агностицизмом.

«Агностик» – это ярлык, который люди часто используют для обозначения ориентации где-то между безмятежной уверенностью в знании того, что Бог существует, и убеждением в том, что его нет.

То есть, в то время как теист – это тот, кто верит в Бога, а атеист – это тот, кто не верит в Бога, агностик – это тот, кто не убежден в существовании Бога, но в то же время не может быть полностью уверен, что Бога не существует. А учитывая недостаток знаний относительно вопроса о существовании Бога – или отсутствие какой-либо возможности такого знания – агностик просто вздыхает и пожимает плечами, предлагая непримиримое «Кто знает?» ко всему делу.

По словам философа Джулиана Баггини, агностик «утверждает, что мы не можем знать, существует ли Бог, и поэтому единственный рациональный вариант – оставить суждение».«Это не только скромная позиция, но и довольно распространенная; согласно последним подсчетам, сегодня в мире насчитывается более ста миллионов агностиков. И он существует уже довольно давно – возможно, первым известным агностиком в мире был древнегреческий философ Протагор, живший в V веке до нашей эры, который замечательно заметил: «Что касается богов, я не могу понять, существуют они или нет … ибо есть много препятствий для познания, темнота предмета и краткость человеческой жизни.”

Сам термин происходит из греческого языка («гнозис» означает знание, а приставка «а» означает «без»), и он был придуман для современного использования в 1860-х годах английским биологом Томасом Генри Хаксли. Он предложил термин «агностик», чтобы отразить идеологическую позицию, которая выражала пределы экзистенциального знания и пределы нашей способности с эмпирической достоверностью знать, где находится Бог или нет.

Таким образом, в основе агностицизма лежит принятие эпистемологических границ человеческого знания и в конечном итоге размытых границ человеческого понимания.Агностицизм также влечет за собой глубокое понимание экзистенциальной тайны. Как выразился британский ученый XIX века Лесли Стивен, «мы – компания невежественных существ, пробирающихся сквозь туман и тьму… смутно различающих свет, достаточный для наших повседневных нужд, но безнадежно различающиеся всякий раз, когда мы пытаемся описать изначальное происхождение… [и, таким образом, ] мы будем довольны тем, что открыто признаем … что человек ничего не знает о Бесконечном и Абсолютном ». Или, говоря лаконично поэтическими словами американского оратора XIX века Роберта Ингерсолла: «Никто не знает, как это бывает.Человеческий разум недостаточно велик, чтобы ответить на вопросы о происхождении и судьбе ».

Большинство людей в мире верят в Бога. Эта вера обеспечивает им комфорт и безопасность; это дает им надежду, когда жизнь тяжелая; он убеждает их, что смерть – это не конец; он предлагает им правила поведения; он заверяет их, что хорошие люди будут вознаграждены в загробной жизни, а плохие люди будут наказаны.

Но для постоянно растущего числа людей такие убеждения не выдерживают никакой критики; они основаны не на доказательствах, а на принятии желаемого за действительное.Конечно, они не могут быть уверены, что где-то там нет бога. Может быть, все-таки есть. Но таким людям в любом случае не хватает знаний, чтобы их можно было убедить. На самом деле они подозревают, что такое убедительное знание недостижимо.

Они агностики.

Что значит быть агностиком?

В 2018 году журнал Scientific American опубликовал статью под названием «Число американцев без религиозной принадлежности растет», в которой рассматривалось растущее число американцев, не относящихся к какой-либо религии.В 2018 году опрос, проведенный исследовательским центром Pew Research Center, показал, что от 34 до 36 процентов миллениалов идентифицируют себя как атеисты, агностики или просто «ничего особенного».

В то время как большинство людей имеют общее понимание атеизма, агностицизм может быть немного более запутанным, поскольку он попадает в серую зону между полной верой и полным неверием в существование высшей силы и / или Бога.

В этой статье мы исследуем, что значит быть агностиком. Сначала мы дадим определение термину агностицизм и поговорим о том, как агностицизм выглядит на практике, а затем погрузимся в различия между агностиком и агностиком.атеист. Наконец, мы поделимся списком известных людей, которые являются агностиками.

Итак, приступим!




Определение агностика: понимание происхождения термина

Давайте определим агностик. Этот термин был впервые введен в употребление английским биологом Томасом Генри Хаксли в 1884 году, который ввел термин «агностик» для обозначения людей, которые:

«… признают себя безнадежно невежественными в отношении множества вопросов, по которым метафизики и богословы, как ортодоксальные, так и инославные, догматируют их с величайшей уверенностью.”

Для Хаксли быть агностиком означало признать, что нельзя уверенно верить в ортодоксальность религии или метафизики или не верить в них.

Идея Хаксли по-прежнему является ключевым элементом того, что значит быть агностиком сегодня. Согласно словарю Merriam-Webster Dictionary, агностическое определение – это «человек, который придерживается точки зрения, что любая конечная реальность (например, Бог) неизвестна и, вероятно, непознаваема». Другими словами, тот, кто является агностиком, «не привержен вере ни в существование, ни в несуществование Бога», бога, богов или какой-либо высшей силы.

Так что именно это означает? Чтобы понять это, мы сначала должны взглянуть на то, что значит верить в бога. Многие из основных мировых религий, таких как христианство, иудаизм, ислам и индуизм, верят, что существует высшая сила, которая контролирует вселенную и руководит событиями в жизни человека. Эти религии верят, что эта высшая сила невероятно мощна и трансцендентна, а это означает, что она полностью вне человеческого понимания.

Хотя эти религии расходятся во мнениях относительно того, кто и / или что есть бог, все они согласны в одном: Вселенная была создана высшей силой, которая продолжает вмешиваться как в мир, так и в человеческую жизнь.

Однако, когда кто-то является агностиком, этот человек не верит и не не верит в существование какой-либо высшей силы. Другими словами, агностики не убеждены аргументами о существовании Бога (или богов, в зависимости от обстоятельств) … и не убедительными аргументами о том, что Бога не существует. Что еще более важно, они считают, что существование более высокой степени не может быть доказано или опровергнуто, как объяснил Хаксли еще в 1884 году.

Короче говоря, если вы ответите на вопрос «Существует ли Бог?» с «я не знаю», вы, вероятно, агностик!

Три категории агностицизма

Термин «агностик» означает нахождение посередине между верой и неверием в богов (ов), что делает его универсальным термином для всех, кто не уверен, существует ли или нет. не высшая сила.Но это не объясняет , почему агностики думают именно так! Вот почему философы склонны разбивать агностицизм на три отдельные категории , о которых мы поговорим ниже.

Категория 1: Сильный агностицизм

Сильные агностики – которых иногда называют жесткими или абсолютными агностиками – считают, что никто не может знать без тени сомнения, что Бог существует .Точно так же они не верят, что любой, , может полностью, на 100 процентов доказать, что Бога не существует ! Это потому, что мы можем знать только то, что переживаем, а это означает, что наша вера в Бога субъективна, , а не объективна.

Вот что мы имеем в виду. Проверяемое, доказуемое, объективное Наблюдение – это то, что – с помощью проверяемой науки или универсального опыта – каждый может увидеть как истинное. Хорошим примером объективного факта является то, что солнце встает и заходит каждый день в большинстве частей света. Даже без научных расчетов, подтверждающих, что это происходит, это явление, наблюдаемое повсеместно. Поэтому все согласны, что это бывает! Из-за этого вы можете думать о восходе и заходе солнца как о объективном факте .

A субъективное наблюдение – это наблюдение, основанное на индивидуальных мыслях, взглядах и чувствах человека по поводу предмета.Например, представьте себе знакомого, который ненавидит острую пищу. Для них острая пища – это неприятный – а может быть, даже болезненный! – опыт, поэтому они избегают всего, что содержит острый перец. Вы, однако, можете жить ради острой пищи настолько, что добавляете острый соус практически ко всему, что едите! Ни вы, ни другой человек не ошибаетесь … просто у вас были разные субъективные переживания , которые влияют на то, как вы думаете о перце хабанеро.

И в этом разница между объективным наблюдением и субъективным: субъективные наблюдения верны только для человека, который их испытывает.

Сильные агностики считают, что никому не может доказать без тени сомнения, что Бог не существует и не существует. Это означает, что любые аргументы, которые люди приводят в пользу той или иной стороны, используют субъективные аргументы, чтобы попытаться доказать свою точку зрения. И поскольку они зависят от уникальных убеждений, мыслей и опыта человека, они не являются объективными … а это означает, что аргументы ни одной из сторон о существовании высшей силы не могут считаться «фактами».”

Слабый агностицизм не означает, что он ломается под давлением. Это больше связано с тем, можно ли когда-нибудь доказать существование Бога!

Категория 2: Слабый агностицизм

Слабый агностицизм – который также известен как мягкий или открытый агностицизм – согласуется с сильным агностицизмом в том, что, по их мнению, никто в настоящее время не знает, существует ли высшая сила. Но слабые агностики считают, что то, что что-то не может быть доказано прямо сейчас , не означает, что никогда не может быть доказано!

Теория зародышей – хороший пример того, как недоказанные ранее идеи могут стать реальностью.В 1546 году итальянский ученый по имени Джироламо Фракасторо писал, что эпидемические заболевания вызываются крошечными семеподобными организмами, называемыми Seminaria morbi , которые распространяются через прикосновение или по воздуху. Пройдет еще 300 лет, прежде чем такие ученые, как Луи Пастер и Роберт Кох, докажут, что гипотеза Фракасторо о микробах верна!

Тот факт, что Фракасторо не смог доказать свою идею в 1546 году, не означал, что никогда не будет доказана, что верна … это та же идея, что лежит в основе слабого агностицизма.Таким образом, люди, которые являются слабыми агностиками, агностики, потому что ждут объективных свидетельств. Они не верят, что ответ на этот вопрос навсегда останется непознаваемым … они просто думают, что ответ еще не известен . Во многих отношениях слабых агностиков можно рассматривать как «воздерживающихся от суждения» о том, существует ли Бог, до тех пор, пока не будут представлены неопровержимые факты.

Категория 3: Апатичный агностицизм

Третья категория агностицизма – апатичный агностицизм.Как и первые две школы агностицизма, апатичные агностики также верят, что нет никаких доказательств того, что высшая сила существует или не существует. Но, в отличие от сильных и слабых агностиков, апатичные агностики верят, что, в конце концов, это не имеет значения.

Вот почему: апатичные агностики верят, что любой Бог (или боги), которые могут существовать, кажется, совершенно не заботится о благополучии мира или его жителей. Они указывают на такие проблемы, как война, голод и разрушение окружающей среды…и отсутствие видимого божественного вмешательства. Таким образом, апатичные агностики считают, что, поскольку любая высшая сила, которая может существовать, не вмешивается в дела людей, не имеет значения, существует эта сущность или нет. Они думают о споре о Боге как о академическом упражнении, а не о том, что имеет какое-либо влияние на реальный мир.

Хотя есть группы агностиков, к которым вы можете присоединиться, агностики не поклоняются и не оказывают услуг, как теисты (или верующие в Бога).

Как кто-то практикует агностицизм?

Поскольку агностик – это ярлык для людей, которые не верят или не верят в высшую силу, этот термин служит широкой категорией, охватывающей людей всех рас, классов и слоев общества. Таким образом, агностицизм известен своей инклюзивностью.

Поскольку агностицизм не имеет набора правил и ритуалов, которые может практиковать человек, легче понять агностицизм как способ мышления, а не систему убеждений.(Они больше соответствуют организованной религии, которая, как мы упоминали ранее, относится к «убеждениям» в уравнении «существует ли высшая сила?».) Это означает, что вы, вероятно, не найдете конкретно «агностика». »Здания или групповые службы в вашем городе, например, для религиозных организаций. (Однако есть агностические организации, к которым вы можете присоединиться, например, атеисты и агностики-унитаристы-универсалисты или Центр расследований.)

Так же, как и эти туфли, у атеизма и агностицизма много общего…но они не совсем такие же!

Агностик против атеиста: в чем разница?

Теперь, когда вы знаете больше об агностицизме, вы, вероятно, задаетесь вопросом, чем он отличается от атеизма. Ответ на самом деле довольно прост: Мерриам-Вебстер определяет атеиста как «человека, который не верит в существование бога или каких-либо богов» или «того, кто поддерживает атеизм или поддерживает его».

Другими словами, в то время как агностики не уверены в существовании (или несуществовании) Бога, атеисты не верят, что какой-либо бог существует. В отличие от агностиков, которые отвечают на вопрос «Существует ли Бог?» «Не знаю» атеисты отвечают на тот же вопрос твердым «нет».

Подобно агностицизму, атеизм можно разбить на подкатегории в зависимости от того, почему человек не верит в существование высшей силы. Сильные атеисты (иногда называемые «позитивными» атеистами) твердо утверждают, что нет Бога, богов или контролирующей высшей силы . Сильные атеисты настолько тверды в своей позиции, что считают несуществование Бога фактом.

Слабые атеисты, которых иногда называют «отрицательными» атеистами, также не верят в существование какой-либо высшей силы. Однако, в отличие от сильных атеистов, которые активно верят, что несуществование Бога (ов) является фактом, слабый атеизм лучше понимать как отсутствие веры в высшую силу. Хотя слабые атеисты не верят в Бога, они также не утверждают, что Бога нет как факт. Кто-то, кто является слабым атеистом, может резюмировать свои убеждения следующим образом: «Я не верю, что существует высшая сила, но я не могу сказать со 100-процентной уверенностью, что высшей силы не существует.Я просто знаю, что аргументы в пользу существования Бога неубедительны, поэтому я не верю, что Бог существует ».

Теперь вернитесь и посмотрите на определения сильного и слабого агностицизма. Вы заметите, что ключевое различие между атеизмом и агностицизмом зависит от их позиции относительно существования Бога. В то время как как сильные, так и слабые атеисты верят, что Бога (ов) нет, агностики всех мастей считают, что невозможно узнать, реален ли Бог. Из-за этого агностики не верят и не не верят, что высшая сила существует, тогда как атеисты верят, что никакой высшей силы не существует.

6 известных агностиков

Хотя противоречие между атеизмом и религией привлекает наибольшее внимание, есть много людей, которые попадают в среднюю, серую зону агностицизма. Вот некоторые известные люди, которые идентифицируют себя как агностики:

Что теперь?

Думаете ли вы использовать свой опыт с агностицизмом в качестве темы для одного из своих эссе для поступления в колледж? Обязательно ознакомьтесь с нашим пошаговым руководством по написанию сочинений, чтобы убедиться, что вы пишете сочинение, которое привлечет внимание приемной комиссии!

Если вы не знаете, как выглядит хорошее эссе для поступления в колледж , не волнуйтесь.Вот список из 101 примера эссе с экспертным анализом, чтобы вы начали с правильного пути.

Но что такое приемные комиссии колледжей? Узнайте больше о приемной комиссии колледжа и ее роли в процессе приема здесь.

Агностицизм намного хуже атеизма – Коллегия Скалистых гор

Res Stecker

Религия помогает людям, в этом нет никаких сомнений. Теистическая жизнь может позволить кому-то поверить в нечто большее, чем он сам, а также помогает уменьшить страх смерти.Последователи религии, как известно, делают великие дела для других во имя своей веры. Таким образом, совершенно понятно, почему люди выбирают следовать определенному Богу или религии.

Часто, когда люди обнаруживают мое отсутствие веры в нашем христианском обществе, они рассказывают мне о преимуществах религиозности или спрашивают, почему я не верю. Стремление навесить на меня ярлык атеиста очень распространено. Я не отвергаю такой ярлык, но я думаю, что он почти ставит атеизм на стол как религию сам по себе.Это ошибка, потому что это не коллективная группа, которая собирается для выполнения практик, направленных против поклонения. Вместо этого я, как Алан Алда, просто не верю.

Были описаны две группы людей, каждая из которых имеет свои достоинства и недостатки, но существует третья группа людей, которые, похоже, не желают выбирать сторону. Многие люди должны понимать, что хуже той стороны, которая не согласна с вами, является только та, которая отказывается выбирать сторону.

Агностицизм в религиозном контексте, согласно Уильяму Роу, в основном заключается в том, что человеческий разум неспособен узнать, существует ли религиозное божество или нет.По сути, эти люди сидят за забором, не желая или неспособные принимать важные жизненные решения. Ричард Докинз соглашается, заявляя, что постоянный агностицизм – это «интеллектуальная трусость». По сути, агностики – это Швейцария (не) теистического мира.

Чрезвычайно важно знать вашу позицию по очень ключевым вопросам, вещам, которые имеют центральное значение для идентичности человеческого существования. В то время как временное положение сомнения в божестве, мы надеемся, приведет к постоянной должности в отделе постоянного неверия, движение в другом направлении также более предпочтительно, чем застойная безработица.Блез Паскаль утверждал, что даже если бы не было доказательств существования Бога, человеку в конечном итоге лучше поверить в него, на всякий случай. По сути, ожидаемая ценность Бога больше, чем просто жизнь в отрицании. Таким образом, если вы строго смотрите на шансы, Паскаль предлагает выбрать теистический путь.

JFK был однажды описан своей женой, как сказал: «Я лучше держу нос в чистоте, на случай, если Он там наверху». Похоже, что Кеннеди, по крайней мере, в какой-то момент, был больше озабочен охраной всех основ, чем откровенной набожностью.Кажется, это общая тема или проблема агностицизма: люди вынуждены поддерживать то, что стало фарсом, из-за страха неприязни со стороны других. Кеннеди, вероятно, никогда бы не избрали, если бы он сказал: «Я агностик». Таким образом, похоже, что выбор агностицизма больше связан с удовлетворением других, чем с познанием самого себя. Это основная проблема данной позиции; он заставляет людей жить как ложь. Если бы они выбрали ту или иную сторону, они могли бы отбросить всю глупость притворства веры.

Отчет за 2012 год, опубликованный Центром Пью, показывает, что агностики составляют около 3,3 процента населения США. Очень небольшое число, особенно по сравнению со всем миром, который, согласно исследованию, составляет около 16 процентов агностиков или нерелигиозных. Соединенные Штаты почти единственные в западном мире с точки зрения религиозных убеждений, наши значительно выше, чем почти все другие аналогичные страны. Хотя существует множество факторов, влияющих на то, почему многие из нас верят в ненаблюдаемое божество, надеюсь, это не связано с «интеллектуальной трусостью» агностиков.

Возможно, есть заслуга в том, чтобы сказать: «Я не могу доказать, существует ли божество, и вы тоже». Таким образом, люди занимают позицию «подожду и посмотрю». Но оставаться там пожизненно кажется немного смешным. Представьте, что вы стоите и смотрите в микроволновую печь и ждете, пока еда будет приготовлена, но вместо этого обратный отсчет никогда не заканчивается. Рано или поздно вам придется либо уйти, либо достать неудовлетворительную холодную еду и съесть ее, возможно, запивая небольшим количеством Kool-aid.

Мораль этой истории состоит в том, что выбрать сторону и рискнуть ошибиться гораздо более заметно, чем сидеть посередине и вообще не выбирать.

Рес Стеккер доволен своим неверием, потому что, по крайней мере, он выбрал сторону. Любовь и ненависть можно отправлять по адресу [email protected]

Вкратце:

Просто не верю, но это лучше, чем сидеть на заборе.

Прикрывать свои базы, когда дело доходит до религии, неуместно для заядлых верующих.

Рисковать ошибиться хуже, чем вообще не выбирать, и с этим нужно остановиться.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts