Автор теории позитивизма: Ошибка 404. Страница не найдена

Содержание

История и основы критики правового позитивизма Г.Л.А. Харта в философии права Р. Дворкина | Коваль

1. Дворкин 2004 – Дворкин Р. О правах всерьез. – М.: РОССПЭН, 2004.

2. Дидикин 2016 – Дидикин А.Б. Аналитическая философия права: истоки, генезис и структура. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2016.

3. Финнис 2012 – Финнис Дж. Естественное право и естественные права. – М: ИРИСЭН; Мысль, 2012.

4. Фуллер 2016 – Фуллер Л.Л. Мораль права. – М.; Челябинск: ИРИСЭН; Социум, 2016.

5. Харт 2007 – Харт Г.Л.А. Понятие права. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2007.

6. Bix 2004 – Bix B.H. Natural Law: The Modern Tradition // The Oxford Handbook of Jurisprudence and Philosophy of Law. / ed. by Coleman J.L., Himma K.E., Shapiro S.J. – Oxford: Oxford University Press, 2004. P. 62–103.

7. Carrio 1971 – Carrio G. Legal Principles and Legal Positivism. – Buenos Aires: Abeledo-Perrot, 1971.

8. Christie 1968 – Christie G. The Model of Principles // Duke Law Journal. 1968. Vol. 17. No. P. 649–669.

9. Coleman 2001 – Coleman J. Essays on the Postscript to the Concept of law. – New York: Oxford University Press, 2001.

10. Dworkin 1967 – Dworkin R. The Model of Rules // University of Chicago Law Review. 1967. Vol. 35. No. 1. P. 14–46.

11. Dworkin 1971 – Dworkin R. Social Rules and Legal Theory // The Yale Law Journal. 1972. Vol. 81. No. 5. P. 855–890.

12. Dworkin 1975 – Dworkin R. Hard Cases // Harvard Law Review. 1975. Vol. 88. No. 6. P. 1057–1109.

13. Dworkin 1977 – Dworkin R. Taking Rights Seriously. – Cambridge: Harvard University Press, 1977.

14. Dworkin 1986a – Dworkin R. A Matter of Principle. – New York: Oxford University Press, 1986.

15. Dworkin 1986b – Dworkin R. Law’s Empire. Cambridge. – Cambridge, MA: Harvard University Press, 1986.

16. Dworkin 2017 – Dworkin R. Hart’s Posthumous Reply // Harvard Law Review. 2017. Vol. 130. P. 2096 – 2130.

17. Gardner 2001 – Gardner J. Legal Positivism: 5½ Myths // The American Journal of Jurisprudence. 2001. Vol. 46. No. 1. P. 199–227.

18. Hart 1961 – Hart H.L.A. The Concept of Law. – Oxford: Oxford University Press, 1961.

19. Hart 1982 – Hart H.L.A. Legal Duty and Obligation // Essays on Bentham. Studies in Jurisprudence and Political Theory. – New York: Oxford University Press, 1982. P. 127–161.

20. Hart 1994 – Hart H.L.A. Concept of Law (second edition). – New-York: Oxford University Press, 1994.

21. Hart 1983a – Hart H.L.A. American Jurisprudence through English Eyes: The Nightmare and the Noble Dream // Essays in Jurisprudence and Philosophy. – New York: Oxford University Press, 1983. P. 123–144.

22. Hart 1983b – Hart H.L.A. 1776–1976 Law in the Perspective of Philosophy // Essays in Jurisprudence and Philosophy. – New York: Oxford University Press, 1983. P. 145–158.

23. Leiter 2003 – Leiter B. Beyond the Hart/Dworkin Debate: The Methodology Problem in Jurisprudence // American Journal of Jurisprudence, 2003. Vol. 48. P. 17–51.

24. MacCallum 1963 – MacCallum G. Dworkin on Judicial Discretion // Journal of Philosophy, 1963. Vol. 60. P. 638–641.

25. Marmor 2006 – Marmor A. Legal Positivism: Still Descriptive and Morally Neutral // Oxford Journal of Legal Studies. 2019. Vol. 26. No. 4. P. 683– 704.

26. Moore 1998 – Moore M. Hart’s Concluding Scientific Postscript // Legal Theory. 1998. Vol. 4. No. 3. P. 301–328.

27. Postema 2012 – Postema G. Legal Positivism Early Foundations // The Routledge Companion to Philosophy of Law / ed. by Marmor A. – New York: Routledge, 2012. P. 31–47.

28. Raz 1972 – Raz J. Legal Principles and the Limits of Law // The Yale Law Journal. 1972. Vol. 81. No. 5. P. 823–854.

29. Sebok 1998 – Sebok A. Legal Positivism in American Jurisprudence. – Cambridge, UK: Cambridge University Press, 1998.

30. Shapiro 2007 – Shapiro J.S. The “Hart-Dworkin” Debate: A Short Guide for the Perplexed // Ronald Dworkin / ed. by Ripstein A. – Cambridge, UK: Cambridge University Press, 2007.

P. 22–55.

31. Schauer 2015 – Schauer F. The Path-Dependence of Legal Positivism // Virginia Law Review. 2015. Vol. 101. No. 4. P. 957–976.

32. Stavropoulos 2017 – Stavropoulos N. The Debate that never was // Harvard Law Review. 2017. Vol. 130. No. 8. P. 2082–2095.

33. Wacks 2006 – Wacks R. Philosophy of Law: A Very Short Introduction. – Oxford: Oxford University Press, 2006.

ПОЗИТИВИЗМ — информация на портале Энциклопедия Всемирная история

ПОЗИТИВИЗМ (Французское positivisme, от латинского positivus — по­ло­жи­тель­ный) — фи­лософское на­прав­ле­ние XIX-XX веков, под­чёр­ки­ваю­щее на­дёж­ность и цен­ность опи­раю­ще­го­ся на опыт на­учного по­зна­ния по срав­не­нию с ме­та­фи­зи­кой и ины­ми фор­ма­ми ду­хов­ной дея­тель­но­сти.

Тер­мин «Позитивизм» впер­вые ис­поль­зо­вал А. Сен-Си­мон для обо­зна­че­ния ме­то­да нау­ки, ко­то­рый дол­жен рас­про­стра­нить­ся и на фи­ло­со­фию. В сво­ём раз­ви­тии позитивизм про­шёл три эта­па, со­хра­няя при этом не­ко­то­рые основные ус­та­нов­ки, ко­то­рые при­да­ют ему чер­ты еди­но­го на­прав­ле­ния фи­лософской мыс­ли. Яд­ро позитивизма со­став­ля­ют сле­дую­щие по­ло­же­ния: сци­ен­тизм — под­лин­ное зна­ние да­ют толь­ко кон­крет­ные (по­зи­тив­ные) нау­ки; те­зис о един­ст­ве на­ук — все нау­ки, как ес­те­ст­вен­ные, так и со­ци­аль­но-гу­ма­ни­тар­ные, долж­ны ис­поль­зо­вать еди­ные на­учные ме­то­ды на­блю­де­ния и обоб­ще­ния дан­ных, вы­дви­же­ния ги­по­тез и их эм­пи­рической про­вер­ки; от­ри­ца­ние при­чин­но­сти, в при­ро­де её нет, есть лишь ре­гу­ляр­но­сти, с ко­то­ры­ми со­бы­тия од­но­го ро­да сле­ду­ют за со­бы­тия­ми дру­го­го ро­да; учё­ные в сво­их объ­яс­не­ни­ях не долж­ны стре­мить­ся от­ве­тить на во­про­сы «по­че­му», они долж­ны лишь ус­та­нав­ли­вать за­ко­ны то­го, «как» ве­дут се­бя яв­ле­ния и ве­щи; на­блю­де­ния и фак­ты как твёр­дое ос­но­ва­ние зна­ния об­ла­да­ют при­ори­те­том пе­ред тео­ре­тич.

по­ло­же­ния­ми, ко­то­рые яв­ля­ют­ся ги­по­те­ти­че­ски­ми; жё­ст­кая ан­ти­ме­та­фи­зическая ус­та­нов­ка: спе­ку­ля­тив­ные рас­су­ж­де­ния, объ­яс­не­ния че­рез «сущ­но­сти», «ко­неч­ные при­чи­ны» и тому подобное яв­ля­ют­ся ус­та­рев­шим и бес­плод­ным ти­пом мыш­ле­ния, от ко­то­ро­го нуж­но очи­стить как нау­ку, так и че­ло­ве­че­ское мыш­ле­ние в це­лом.

Ро­до­на­чаль­ни­ком позитивизма явил­ся О. Конт, ко­то­рый в сво­ём «Кур­се по­зи­тив­ной фи­ло­со­фии» (1830-1842) сфор­му­ли­ро­вал его основные по­ло­же­ния. С середины XIX века позитивизм стал мно­го­чис­лен­ным ин­тер­на­цио­наль­ным дви­же­ни­ем. В Анг­лии его сто­рон­ни­ка­ми бы­ли Дж.С. Милль и У. Дже­вонс, ло­ги­ко-ме­то­до­ло­гические ра­бо­ты ко­то­рых за­ло­жи­ли ос­но­вы фи­ло­со­фии нау­ки. Г. Спен­сер со­еди­нил по­зи­ти­ви­ст­ский под­ход с эво­лю­ци­он­ным уче­ни­ем Ч. Дар­ви­на, эта ли­ния раз­ви­ва­лась за­тем в ра­бо­тах Э. Гек­ке­ля, В. Вунд­та и других. Во Фран­ции пре­об­ла­дал со­ци­аль­ный позитивизм, свя­зан­ный с идея­ми Кон­та о со­ци­аль­ном про­грес­се и не­об­хо­ди­мо­сти раз­ра­бот­ки со­цио­ло­гии как по­зи­тив­ной нау­ки (Э.

 Ре­нан, И. Тэн, Э. Дюрк­гейм). Зна­чительное влия­ние позитивизм ока­зал на русскую фи­ло­со­фию и на­учную мысль. По­сле­до­ва­тель­ным при­вер­жен­цем позитивизма был русский учёный и фи­ло­соф Г.Н. Вы­ру­бов (1843-1913), став­ший в 1867 году со­из­да­те­лем (совместно с французским лек­си­ко­гра­фом и фи­ло­со­фом Э. Лит­тре, 1801-1881 годы) французский журнал «По­зи­тив­ная фи­ло­со­фия» («La philosophie positive»). В.В. Ле­се­вич раз­ра­ба­ты­вал тео­рию по­зна­ния, стре­мясь со­еди­нить позитивизм с не­ко­то­ры­ми идея­ми нео­кан­ти­ан­ст­ва. Наи­бо­лее силь­ным был вклад позитивизма в русскую со­цио­ло­гию, где его пред­ста­ви­те­ля­ми бы­ли Н.К. Ми­хай­лов­ский, Е. Де Ро­бер­ти, М.М. Ко­ва­лев­ский, Н.И. Ка­ре­ев и другие.

В конк XIX — начале XX веков воз­ник так называемый вто­рой позитивизм, ли­де­ром ко­то­ро­го был австрийский фи­зик и фи­ло­соф Э. Мах. В его уче­нии, по­лу­чив­шем название «эм­пи­ри­ок­ри­ти­цизм», был дан кри­тический ана­лиз ос­но­ваний клас­сической нау­ки.

На­ря­ду с ним, вид­ны­ми фи­гу­ра­ми это­го эта­па позитивизма бы­ли Р. Аве­на­ри­ус, уче­ник Ма­ха немецкий фи­ло­соф И. Пет­цольд (1862-1929) и его английский по­сле­до­ва­тель К. Пир­сон.

Тре­тий этап позитивизма от­счи­ты­ва­ет­ся с середины 1920-х годов, ко­гда сфор­ми­ро­вал­ся и бы­ст­ро за­вое­вал ши­ро­кую по­пу­ляр­ность ло­гический позитивизм, или нео­по­зи­ти­визм Вен­ско­го круж­ка (смотреть Ана­ли­ти­че­ская фи­ло­со­фия). Его от­ли­чительная ха­рак­те­ри­сти­ка со­стоя­ла в том, что при со­хра­не­нии основных ус­та­но­вок по­зи­ти­ви­ст­ской фи­ло­со­фии он пе­ре­нёс ак­цент на ана­лиз язы­ка нау­ки и ис­поль­зо­ва­ние средств современной ло­ги­ки для фор­му­ли­ров­ки и ре­ше­ния фи­лософско-ме­то­до­ло­гических про­блем. В 1950-е годы сто­лет­нее раз­ви­тие  за­вер­ши­лось, и он прак­ти­че­ски со­шёл с фи­лософской сце­ны, вы­тес­нен­ный различными кон­цеп­ция­ми пост­по­зи­ти­виз­ма. Од­на­ко раз­ра­бо­тан­ный в позитивизме язык и ме­то­ды ана­ли­за про­дол­жа­ют со­хра­нять из­вест­ное зна­че­ние в современной фи­ло­со­фии нау­ки и в ана­ли­тической фи­ло­со­фии.

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)

Позитивизм против нравственности

ПОЗИТИВИЗМ ПРОТИВ НРАВСТВЕННОСТИ

Насколько отечественное судопроизводство далеко от верховенства права?

 
Евгений НАГОРНЫЙ,
заведующий Кимрским филиалом № 2
Тверской областной коллегии адвокатов
Дурное состояние правосудия – одна из главных помех народному благосостоянию.

Соловьёв С.М. Чтения и рассказы по истории России.
М., 1989. С. 490.


В «АГ» № 7 (072) была опубликована статья «Репрессивно-трусливое правосудие», в которой акцентировано внимание на узловых проблемах современной российской юстиции и судебной системы, в частности дефектах уголовного судопроизводства. Полностью соглашаясь с выводами автора указанной статьи, хочу еще раз остановиться на некоторых аспектах обозначенных им системных проблем.
«Суд является бюрократической структурой, где есть судьи-начальники и судьи-подчиненные, где судья, принявший неудобное начальству решение, рискует потерять мантию».

В развитых правопорядках в судьи выходят традиционно из судебных адвокатов после определенного количества лет самостоятельной практики ведения судебных дел. И эта практика себя оправдывает. В России судьями становятся помощники судей, судебные секретари, юрисконсульты, сотрудники милиции и прокуратуры.
По существу, сегодня российские судьи являются государственными чиновниками от судебной власти. Между тем человек получающий статус судьи, берущийся судить – применять право, соотносить право и закон, принимая судебный акт, помимо соответствующего юридического образования и юридической практики должен иметь соответствующее духовно-нравственное образование и житейскую мудрость, иметь развитое чувство права. В противном случае он не судья, а действительно лишь чиновник от судопроизводства, разрешающий судебные дела по технически-бюрократическим меркам в соответствии с указаниями судейского начальства, в зависимости от политических веяний, нужных показателей и т. п.

С духовно-нравственной точки зрения принять статус судьи – значит принять тяжелейшее бремя ответственности. Судебные акты решают не только судьбы людей, но определяют общественное правосознание и состояние правовой культуры в обществе. А быть беспристрастным судьей в больном правовым нигилизмом и системной коррупцией обществе чрезвычайно тяжело и по силам далеко не каждому. Поэтому имеем, соответствующее сложившемуся положению уважение и доверие к суду.

«Уровень доверия к правосудию сегодня как никогда низок, а реальная зависимость этой системы от исполнительной власти сопоставима с советской практикой “телефонного права”».

Уважение и доверие к суду определяются состоянием правового, духовно-нравственного образования и правовой культуры, правосознания как в обществе в целом, так и в судейском сообществе в частности.
Судебная практика – это важнейшая часть правовой действительности и аморально ее приукрашивать, демонстрируя по телеканалам судебные спектакли. От такого фарса государство правовым не станет и доверия к суду не добавится, а вот ценность права и без того невысокая в России, станет еще ниже.
Именно судебная практика является основным показателем такой категории, как ценность права. Ценность права в жизни людей выражается, по словам профессора С.С. Алексеева, в «безопасности человека в конфликтных ситуациях, определенности и гарантированности его прав, обеспечении истины, правды при решении юридических вопросов» (Алексеев С.С. Теория права. Харьков, 1994. С. 131). В то время как «ограниченно вменяемая юстиция» действительно «представляет потенциальную опасность для каждого человека, живущего в нашей стране».
«Юридический позитивизм господствует в правосознании правоприменителей. Этот подход к пониманию права не только игнорирует достижения естественно-правовой и социологической школ юридической науки, но и относит юриспруденцию к сугубо прикладным дисциплинам, отводя ей роль вечного сателлита переменчивой воли законодателя»

Юридический позитивизм не случайно торжествует в современной правовой действительности. Идея естественного права, которая противостоит юридическому позитивизму, никогда не имела успеха в истории России. Поэтому на фоне декларирования государственной властью либерально-демократических ценностей Запада, мы наблюдаем широкомасштабное пренебрежение правами человека, которые суть идеи естественного права. Россия прочно занимает свое место в первой пятерке европейских государств по количеству жалоб, поступающих от граждан в Европейский Суд по правам человека на Российскую Федерацию.

Конечно, ратифицировав Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, государство вынуждено было «частично имплементировать международные нормы» в судебную практику. Однако, приняв политическое решение, необходимо проявить должную политическую волю, дабы непосредственно-социальные права, которые охвачены идеей естественного права и являются правами человека, могли свободно осуществляться в стране и иметь эффективную защиту. Но это возможно только тогда, когда юридический позитивизм судейского сообщества и чиновников от юстиции уравновешивается ценностями естественного права, которые придают гуманитарную направленность правоприменению, и, только при условии изменения направления господствующей правовой идеологии от юридического позитивизма, чиновничьей вседозволенности и беспредела к верховенству права в правовой действительности, где приоритет имеют непосредственно-социальные права.

«Опасения правящей элиты, связанные с перспективой гуманизации системы юстиции и установления на практике международных стандартов»

В условиях кризиса ценностных ориентиров и утверждения стереотипов неправомерного поведения неправомерное поведение чиновников носит массовый, устойчивый характер и становится системным коррупционным поведением, которое вовлекает в свою орбиту все больше и больше должностных лиц органов правопорядка и судей. Только в таком состоянии общественного правосознания и правовой действительности возможно быстрое личное обогащение отдельных социальных групп и лиц за счет общенародного достояния и государственных ресурсов посредством коррупции.

Гуманитарный подход к организации системы юстиции и установление международных стандартов верховенства права в правовой действительности означает подрыв устоев юридического позитивизма изнутри, изменение бытующего догматического мировоззрения на уровне государственной политики, иными словами, изменение системы правовых установок, бытующих в управлении государством на всех уровнях, что неизбежно влечет повышение прозрачности деятельности государственных чиновников, в том числе системы юстиции. Естественно, что правящие элиты не желают ломать «вековые» управленческие стереотипы и схемы «решения вопросов».

Действительно, «нужна новая идеология правоохранительной и судебной деятельности», и она есть. Основы этой идеологии давно изложены в трудах ряда российских юристов и философов. Этой идеологией является «юридическое мировоззрение, как система твердых взглядов и установок, основанных на доминирующей высшей роли права в жизни общества, на непреложности устоев правового государства, придание общепризнанным правам и свободам человека значения определяющего звена, центра демократической правовой системы» (Алексеев С.С. Ук. соч. С. 217). Между тем юридическое мировоззрение может существовать и утвердиться только при наличии здоровых представлений и суждений о праве как у законодателей, так и у правоприменителей, что именуется правосознанием – субъективной стороной правоприменения, правовой действительности. Поскольку, по словам выдающегося русского мыслителя профессора И. А. Ильина, «здоровое правосознание творит право не только тогда, когда изобретает новые лучшие законы, но и тогда, когда применяет действующие законы к живым отношениям людей» (Ильин И.А. Грядущая Россия. Минск, 2009. С. 535).

Недостаток политической воли, традиционное отсутствие обеспечения выполнения политических решений и традиционная безответственность за их неисполнение, дефицит высокопрофессиональных кадров, массовое принятие дефектных и противоречивых законов, а также динамичный процесс деградации правосознания являются основными препятствиями для утверждения в России юридического мировоззрения, именуемого в западных правопорядках верховенством права (rule of law).

«Народная присказка “Рука руку моет” исключительно актуальна для нашей юстиции, которая отражает все разнообразие коррупционных отношений нашего социума» 

Как известно, эффективность законодательных норм можно определить как соотношение между фактическим результатом их действия и теми социальными целями, для достижения которых эти нормы были приняты.

Пожалуй, невозможно в математических категориях точно определить масштабы коррупции в России, можно лишь констатировать, что она уже системная, т.е. ее метастазы пронизывают все уровни государственных и муниципальных органов и все социальные группы общества. Что требуется от тех, кто понимает, что такое сегодня масштабная системная коррупция для России и противостоит ей в силу профессионального долга? Думается, что прежде всего они должны обладать не только соответствующим профессионализмом, но и высоким уровнем профессионального правосознания и естественно иметь на вооружении действенный правовой механизм для борьбы с коррупцией.

Принят Федеральный закон «О противодействии коррупции», так долго лежавший под сукном, и за ним последовали нормативные акты о декларировании чиновниками своих доходов, антикоррупционной экспертизе. Очевидно, что Закон имеет общую, главным образом профилактическую направленность правового регулирования противодействия коррупции. Он не предоставляет жесткие правовые средства, не обеспечивает жесткий правовой режим по противодействию коррупции. В нем даже нет понятия такого специального субъекта как «жертва коррупции». Между тем, как показывает международный опыт, в противодействии коррупции наиболее эффективным с точки зрения применяемых правовых средств является междисциплинарный подход. Иными словами, эффективное противодействие коррупции восстановление прав и реабилитация жертв коррупции, достигается посредством применения норм административного, гражданского и уголовного права. При этом нормам гражданского права в качестве правовых средств восстановления прав и реабилитации жертв коррупции отдается предпочтение. Более подробнее новости музыки вы можете прочитать на fmboard.ru.

Коррупционное поведение сотрудников правоохранительных органов, судей является источником конфликтных ситуаций, которые развиваются в острые деструктивные социальные конфликты. В связи с этим коррупция является как причиной, так и следствием не разрешенных (неурегулированных) конфликтов, которые возникают и развиваются на разных уровнях общественного бытия и продолжают существовать в общественном сознании в виде негативных стереотипов, формируя и нагнетая конфликтопотенциал в российском обществе. В правосознании людей, столкнувшихся с коррупцией при отстаивании своих прав или выполнении служебного долга, происходит внутриличностный конфликт в связи с оценкой неправомерных действий, соизмерения событий прошлого и реалий настоящего. Поэтому человек, права и интересы которого нарушены коррупционными действиями, является именно жертвой коррупции.

«Болезненная ситуация сложилась и в гражданском судопроизводстве» (Авт.)

Автор статьи «Репрессивно-трусливое правосудие» остановился на дефектах уголовного судопроизводства. Не менее болезненная ситуация сложилась и в гражданском судопроизводстве, где иногда накал страстей и острота конфликтов даже превосходят противостояния в уголовном судопроизводстве.

По мнению проф. Е.А. Суханова, «в Гражданском кодексе все базируется на этике, все имеет нравственную основу. Законное решение не должно противоречить нравственным и этическим нормам. К сожалению, наше современное законодательство радости не вызывает: оно и противоречивое, и лоббистское, и постоянно меняющееся» («АГ» № 23 за 2009 г. ).

Не вызывает радости и отношение судей к нравственно-этическим основам Гражданского кодекса, соблюдению в судах права человека на справедливое судебное разбирательство (ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод) как в отношении толкования норм материального права, так и в отношении применения норм процессуального права. Например, правовые позиции, изложенные в судебных актах Европейского суда по вопросам защиты собственности (ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции) или права на уважение частной и семейной жизни (ст. 8 Конвенции) для большинства судей городских и районных судов не указ. Для них непререкаемым, высшим судебным авторитетом остаются указания кураторов областного (краевого) суда, о чем они сами открыто говорят. Собственно говоря, юридическое мировоззрение судьи отражается в мотивации принятого им судебного акта.

Что касается судей кассационной инстанции, то их отношение к практике Европейского суда не сильно отличается от отношения, которое демонстрируют судьи первой инстанции: в иных кассационных определениях чуть ли не слово в слово повторяются выводы суда первой инстанции. По спорам, где возникают вопросы политико-правовые, такие, как соблюдение баланса между интересами гражданина и государства, муниципалитета, суды привычно исходят из доктрины юридического позитивизма, превалирования интересов государства и игнорируют непосредственно-социальные права человека, существо справедливости.

Качество гражданского судопроизводства оставляет желать лучшего. Чего стоит вольное обращение судей с нормами ГПК РФ в отношении процессуальных сроков. Мне лично в течение последних восьми месяцев пришлось подготовить и подать, выполняя поручения клиентов, три жалобы председателю Тверского областного суда на предмет волокиты судей Кимрского городского суда Тверской области с составлением мотивированного решения по гражданскому делу и направлением двух других гражданских дел в кассационную инстанцию. Кроме того, жалобу в квалификационную коллегию судей о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности за волокиту по составлению мотивированного решения (свыше двух месяцев).

Стала нормой волокита с изготовлением протоколов судебных заседаний, составлением мотивированного решения, передачей дела в суд кассационной инстанции, что по смыслу п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод является нарушением права человека на судебное разбирательство гражданского дела в разумный срок. Поэтому не случайно вопрос о неоправданном затягивании судебного разбирательства по гражданским делам неоднократно становился предметом разбирательства в Европейском суде по жалобам граждан против России, что, видимо, послужило одной из причин принятия Федерального закона от 30 апреля 2010 г. № 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок». Данный закон во многом напоминает Федеральный закон «О противодействии коррупции»: и тот и другой имеют многообещающие названия, но являются «ограниченно дееспособными» в смысле эффективности применения их норм. Очевидно, что Федеральный закон № 68-ФЗ разрабатывался в авральном режиме, поэтому его положения при пристальном рассмотрении противоречат духу и содержанию права человека на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, закрепленному п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Очевидно, что обозначенные тенденции и дефекты судебной системы имеют крайне негативное влияние и на гражданское судопроизводство, в результате чего этические и нравственные основы Гражданского кодекса, о которых говорит профессор Е.А. Суханов, в российском гражданском процессе нивелируются и подменяются юридическим позитивизмом, а понятие «справедливое судебное разбирательство» до крайней степени формализуется.

«АГ» № 12, 2010

Юридический позитивизм. Теория Дж. Остина. Философия права [Курс лекций]

Юридический позитивизм. Теория Дж. Остина

Юридический позитивизм_возникает как реакция на классическую теорию естественного права. Его исходная идея — резко выраженное различие между правом и моралью. Основоположниками юридического позитивизма явились англичане Джереми Бентам и Джон Остин (1790-1859).

Джон Остин первым сформулировал основные положения теории юридического позитивизма. Остин заявил, что философия права (или юриспруденция, как он предпочитал называть ее) имеет две важные, но различные задачи. Он провел границу между аналитической юриспруденцией и нормативной юриспруденцией. Аналитическая юриспруденция занимается безоценочным анализом понятий и структуры права. Нормативная юриспруденция включает в себя оценку, критику права и делает утверждения о том, каким право должно быть. Это разграничение двух разделов юриспруденции подразумевает, что вся концепция Остина основана на отрицании теории естественного права. По теории естественного права, право есть право только в том случае, если оно соответствует некоторым нормативным стандартам, если оно такое, каким ему предписано быть, а несправедливый закон — это не закон вообще.

Право, установленое (posited, given its position) человеческими властями, называется позитивным правом, поэтому и название данной группы теорий — юридический позитивизм.

Теорию Остина часто называют командной теорией права, потому что он делает понятие команды (повеления) главным в своей концепции закона. Остин утверждает, что все законы — это команды (повеления), даже тогда, когда они не выражены в повелительной форме. Почему он делает такое утверждение? На основании чего решает, что именно концепция команды отразит истинную сущность закона? Остин выявил недобровольный характер требований законодательства.

Закон — это принудительный метод социального контроля. Он требует внимания и повиновения от тех, к кому обращает свои директивы. Согласно Остину, утверждение: «Есть закон против X, но вы все равно можете делать X безнаказанно» — бессмысленно. Такой «закон» не способен контролировать социальное поведение, а значит, противоречит самой идеи закона.

Что такое команда? Остин определяет команду во-первых, как обозначение своего желания; во-вторых, как способность нанести вред или ущерб за неудовлетворение этого желания. Скомандовать людям: «делайте X», — означает просто высказать свое желание, чтобы они делали X, и дать им понять, что в нашей власти нанести им какой-то вред или ущерб, если они не сделают X. Остин называет этот возможный вред или ущерб санкцией. Человек, которому отдали команду, согласно Остину, обязан, должен, или имеет обязательство сделать то, что было приказано.

Поначалу, такая концепция команды и основанная на ней теория права может показаться несколько странной. Должен ли я хотеть или желать получить некоторый результат, чтобы отдать вам команду? Разве не может сержант приказать солдату выполнить какое-то опасное поручение, руководствуясь представлениями о собственном долге, но втайне надеясь, что солдат не выполнит его команды и не погибнет.

Законодатели в парламенте часто голосуют за те или иные законы, подчиняясь партийной дисциплине, и нередко дают команды, совершенно не понимая смысла законов и, соответственно, не имея желания реализовать цели этих законов. Конечно, было бы странно, если бы люди всегда или в общем и целом отдавали команды типа «сделайте то-то», не имея ни малейшего желания, чтобы это было сделано, но связь между желанием и командой не является такой сильной, чтобы команда включала в себя желание по определению.

Кроме того, кажется странным утверждать, что человеку не отдали команду, если у «командующего» нет реальной возможности применить карательные меры в случае неподчинения. Допустим, гражданин Сидоров не подчиняется распоряжению начальства или закону и бежит в Аргентину, где до него не могут добраться. Никакие санкции против него невозможны. Означает ли это, что на самом деле никакой команды ему отдано не было, что никакого закона он не нарушил? Если это так, то можно сказать, что чем более хитро и изворотливо кто-то избегает санкций, которыми ему угрожают, тем более он свободен от правовых обязанностей.

Чтобы избежать этих абсурдных сентенций, один из теоретиков юридического позитивизма XX в., Ханс Кельзен (1881-1973), единственным условием, позволяющим выражению желания приобрести статус команды, предложил считать провозглашение или требование этим желанием санкции. При этом не обязательно должна быть существенная вероятность, что санкция будет действительно реализована.

Но даже если так — разумно ли полагать, что концепция санкции сущностно связана с концепцией права? Должны ли все законы иметь санкции? Есть основания думать, что нет. Если брать уголовное право в качестве модели права, то теория закона как санкции будет выглядеть весьма правдоподобно. Уголовное законодательство имеет целью помешать людям делать некоторые дела. Метод предотвращения здесь — санкция. К каждому поступку как бы привешивается ярлык с ценой: если ты сделаешь это, то заплатишь своей собственностью, свободой, жизнью.

Но когда мы начинаем рассматривать другие области права, то теория санкций кажется менее правдоподобной. Возьмем правила заключения контрактов. Они существуют не для того, чтобы запрещать нам совершать некоторые поступки, но для чтобы позволить нам сделать что-либо официально. Они говорят: «Если вы хотите сделать X (например, сделать ваш контракт законным в этой стране) вы должны сделать Y (например, оформить его в письменном виде)». Если мы не следуем законам о контрактах, то никакого наказания нам законы не предусматривают. Мы просто тогда не можем сделать то, чего хотим.

Остин отдавал себе отчет в том, что многие реально существующие законы плохо укладываются в его схему. Но он не готов был от нее отказаться и шел на всякие теоретические ухищрения, вроде «молчаливой команды» или попыток найти санкции даже в законах о браке. Один из его последователей, X. Кельзен, попытался провести границу между тем, что он называет «наказывающими» и «лишающими» санкциями.

Что значит подвергнуться наказывающей санкции? Это значит, быть наказанным государством, как в случае с уголовным правом. А что значит подвергнуться «лишающей» санкции? Это значит лишиться официального утверждения ваших сделок со стороны государства (это и происходит, когда мы не следуем законам о заключении контрактов).

Подобные усложнения, однако, выглядят искусственными. Они напоминают попытку показать, что правила игры в футбол — это на самом деле система наказаний игроков судьей, или что все люди, несмотря на то, что некоторые из них явные альтруисты, все-таки «по своей сути эгоисты».

Г. Харт критиковал теорию санкций, утверждая, что она смешивает понятия «должен» (в смысле «вынужден») и «имею долг» (в смысле «мой долг сделать то-то и то-то», «у меня есть обязанность сделать то-то и то-то»). Должен ли я отдать деньги преступнику, который наставил на меня пистолет и требует «кошелек или жизнь»?

Должен, если хочу сохранить свою жизнь. Но можно ли сказать: «Мой долг — отдать этому человеку деньги»? А что получается по Остину? Если преступник желает моих денег, высказывает это желание мне и ясно дает понять, что он намеревается и имеет возможность нанести вред мне, в случае невыполнения его требований, значит, по определению Остина, он дал мне команду, чтобы я отдал ему деньги. Но, согласно Остину, получить команду — значит иметь обязанность (долг), следовательно, получается, что мой долг — отдать деньги преступнику, что выглядит абсурдным. Кроме того, выходит, что преступник, поскольку он дает команды, законодательствует.

Однако Остин видит эту опасность и поясняет свою идею следующим образом: закон не должен отождествляться с любой командой, закон — это особая разновидность команды. Мы, естественно, хотим отличать команды государства, которые являются законами, от беззаконных команд преступника, поэтому мы должны найти те специфические черты, которые позволят нам из всех команд выявлять правовые по своей природе команды. Что именно делает команду законом? Что мы должны добавить к команде, чтобы сделать ее законом?

Ответ Остина таков: правовое отличается от неправового по происхождению[11]. Тест на определения законности таков: З есть закон в некоторой правовой системе С, если можно установить происхождение З от лица или группы лиц, чьи действия определяют законность для С. Остин называет это лицо или группу лиц сувереном. Поэтому окончательная формулировка главной идеи Дж. Остина такова: право — это команда суверена. Настоящие законы (и законные распоряжения) исходят (прямо или опосредовано) от суверена. Другие команды (например, незаконная команда преступника) не имеют такого происхождения, поэтому не являются законами.

Верна ли эта теория? Для ответа на этот вопрос мы должны

разобраться с концепцией суверенитета. Что Остин имеет в виду, называя лицо или группу лиц сувереном? Есть ли «явно суверенные» лица или группы лиц во всех тех системах, которые мы называем правовыми? Если обнаружится, что концепция суверенитета противоречива или не дает ничего для понимания реально существующих систем позитивного права, то ценность данной концепции будет весьма сомнительной.

Так как Остин желает избежать всякого смешения правовой и моральной проблематики, то он не определяет суверенитет через нравственные или оценочные понятия. Он, например, не говорит, что суверен — это тот, кто имеет право править, или тот, кто правит легитимно. Вместо этого он дает чисто эмпирическую характеристику суверенитета: «Сущностная специфика позитивного права (или разница между позитивным правом и правом не позитивным) может быть определена следующим образом. Каждый позитивный закон, то есть каждый закон, строго так называемый, устанавливается суверенным лицом или группой лиц для члена или членов независимого политического общества, в котором это лицо или группа лиц является сувереном, или высшей властью. Или, иначе говоря, устанавливается монархом, или группой правителей, для лица или лиц, находящихся в подчинении у автора (авторов) закона. Даже если он [закон. — С. М.] прямо происходит из другого источника (например, обычаев или морали), он все равно есть позитивный закон, или закон, строго так называемый, в силу института суверена как высшей политической власти <. . .> Высшая власть, называемая суверенитетом, и независимое политическое общество, которое предполагается суверенитетом, отличается от другой высшей власти и от другого общества следующими чертами или особенностями:

1. Большинство членов данного общества обычно повинуются или подчиняются определенной и общей для них высшей власти, будь то некий индивид, или организация, или группа лиц.

2. Этот индивид или группа лиц не повинуется обычно определенному высшему лицу <…>

3. Если определенному высшему лицу, не повинующемуся обычно подобному высшему лицу, обычно повинуется большая часть населения данного общества, то это определенное высшее лицо есть суверен в данном обществе и общество (включая высшее лицо) есть общество политическое и независимое»[12].

Это — очень фактологическая и эмпирическая характеристика суверенитета и права. Если какому-то человеку повинуется большинство (более 50 % населения данного общества), а он не повинуется никому другому, значит, этот человек — суверен. Если он выражает желания, чтобы было сделано то-то и то-то, и делает правдоподобные угрозы причинить вред тем, кто не исполнит его желания, значит, он отдает команды и, учитывая его статус суверена, эти команды суть законы.

Можно ли принять данную теорию права? Эта теория проста и элегантна. Все сложные особенности правовых систем она объясняет с помощью нескольких простых понятий — «желание», «санкция», «угроза», «привычка» и т. д. Идея того, что правовой статус определяется происхождением есть выдающаяся находка Остина, которая используется и современными теоретиками позитивизма. Однако многое в теории Джона Остина не выдерживает критики[13].

Правовой позитивизм, юридический позитивизм

Понятие правового, юридического позитивизма

Определение 1

Правовой позитивизм (юридический позитивизм) заключается в признании в качестве правовых норм лишь норм позитивного права и сведении любого права к нормам, действующим в данном обществе, в данную историческую эпоху, вне зависимости от того , справедливым является данное право или же нет.

Исследователи выделили три главные версии правового позитивизма:

  • Социологическую;
  • Этатистскую;
  • Нормативистскую.

Этатистская версия или же легизм

По этатистской версии право представляется некоторой автономной дисциплиной, которая отождествляется с государственной волей, отражением которой это право и представляется. В этой ситуации не могут возникать конфликты меж государством и правом, где государство является выступающим его единым источником, мутация или эволюция которого могутповлечь за собой соответственные перемены в праве. Право редуцируется до степени государственных атрибутов и часто может оборачиваться произволом политикой силы или власти.

Доктрины позитивизма часто исходят из неопределённостей, которые порождены разнообразием прав позитивизма и представлением, что какая угодно идея справедливого, если к ней применяются эпитеты «универсальная» и «неизменная», оказывается следствием искусственной.

Так, в 16 веке Ж. Боден, являющийся теоретиком идеологии абсолютной монархии, а в 17 столетии Боссюэ , который воспевал королевскую власть, стали привязывать право к верховной власти монарха, подчинив последнюю требованию соблюдения «божественных и естественных законов».

В отличие от них, Макиавелли утверждал прежде всего, что право и государство никаким образом не подчиняются морали или естественному праву с того момента, как образуется вопрос об интересах государства, правитель не может колебаться в выборе средств, которые позже оправдаются успехом.

Т. Гоббс увязал понятие общественного договора с понятием абсолютной власти: как результат общественного договора, который предназначен для обеспечения порядка, люди признали право законодателя за абсолютным монархом, законы которого являются везде справедливыми, потому как служат общим интересам, даже если они находят противоречия божественной воле.

Позже идеология государственного позитивизма поддерживалась трудами Гегеля. Делая попытки примирения противоречий истории и единообразия разума, а так же нейтрализовать оппозицию реального мира и идеальной мысли посредством диалектики, Гегель устремлялся отождествлять рациональное и реальное, признавая главенствующую роль за государством, он трактовал право через осуществляющийся факт и через силу, он выделял отождествление права и государства.

Как и Гегель, юрист немецкого происхождения Р. Иеринг усматривал в государстве единственный источник права; выделяя роль принуждения в форме неотъемлемого свойства нормы права, он признал лишь позитивное право, внушать почтение которого в силах лишь государство, посредством принудительного воздействия.

Замечание 1

В юриспруденции современного периода получала развитие теория позитивизма права, в базис которой положены принципы правового урегулирования согласно историческим закономерностями функционирования политически сформированного общества, а также отделения и кооперации труда как базисы самостоятельного сохранения и государственного прогресса. В России данный концепт сформировал профессор С.Дробышевский.

Социологическая и нормативистская теории

Сторонники социологического позитивизма приняли за первооснову права правовые отношения. С их точки зрения право является реальным порядком общественных отношений; закон с меньшей или большей адекватностью зафиксировали правила, которых люди должны придерживаться в собственных взаимных отношениях, и получает жизнь, только будучи реализованным в них. Социологическая версия изучает право в образе реального социального явления, применяя притом методики позитивистской социологии.

Нормативистская версия принципиальным образом разнится от этатисткой применением понятия нормы в качестве исходного понятия. Государство притом подвергается рассмотрению как произведенное от норм права явление.

Отцы идеологии юридического позитивизма

Юридический позитивизм привлек внимание ученых ясностью и простой собственных положений. Казалось, что юристы в лице данной теории наконец-то отделили предмет собственного научного интереса – изучение законодательства действующего в настоящий момент, которое принято государством, согласно установленным законодательными процессиями, и методом научного исследования является формально-логическое исследование юридических текстов на предмет выделения и уничтожения в законе противоречий. Для множества юристов становится очевидным, что не существует и не может существовать для них другой критики законов, кроме как формальной критики и всяческие ссылки на несоответственные моменты закона нормам другого порядка недопустимы.

Первые представители идеологии юридического позитивизма:

  • Джереми Бентам;
  • Джон Остин.

Их труды и на сегодняшний день признаны авторитетными источниками. Так же яркими представителями этого течения становятся Карл Бергбом, а так же, в некоторой мере, Р. Иеринг с собственным трудом «юриспруденция интересов» и А.Эсмен с трудом «национальный суверенитет».

Иеремия Бентам является английским правоведом и философом-моралистом кон. 18-начала 19 в., основателем утилитаризма.

Правовое учение Дж. Бентама привлекло внимание ученых от момента его образования, и по настоящий момент. Широчайшую известность обрели его труды по теории права, гражданскому, конституционному, международному и уголовному праву, пенологии, уголовному процесс. Идеи мыслителя обрели ценность для любой правовой отрасли, ведь их лейтмотив состоит в обновлении и гуманизации законодательства, увеличении уровня его эффективности.

позитивизма | Определение, история, теории и критика

Позитивизм , в западной философии, как правило, любая система, которая ограничивается данными опыта и исключает априорные или метафизические спекуляции. В более узком смысле этот термин обозначает мысль французского философа Огюста Конта (1798–1857).

Как философская идеология и движение, позитивизм впервые приобрел свои отличительные черты в работах Конта, который также назвал и систематизировал социологию.Затем он прошел несколько стадий, известных под разными названиями, такими как эмпириокритицизм, логический позитивизм и логический эмпиризм, окончательно слиясь в середине 20 века с уже существующей традицией, известной как аналитическая философия.

Основные утверждения позитивизма таковы: (1) все знания, касающиеся фактов, основаны на «положительных» данных опыта и (2) что за пределами области фактов лежит чистая логика и чистая математика. Эти две дисциплины уже были признаны шотландским эмпириком и скептиком 18-го века Дэвидом Юмом как связанные только с «отношениями идей», а на более поздней стадии позитивизма они были классифицированы как чисто формальные науки.Что касается негативной и критической стороны, позитивисты стали известны своим отказом от метафизики, то есть от предположений относительно природы реальности, которые радикально выходят за рамки любых возможных свидетельств, которые могли бы поддержать или опровергнуть такие утверждения о «трансцендентном» знании. Таким образом, в своей основной идеологической позиции позитивизм является мирским, секулярным, антитеологическим и антиметафизическим. Строгое следование свидетельствам наблюдений и опыта — важнейший императив позитивизма. Этот императив нашел отражение также в вкладе позитивистов в этику и моральную философию, которые в целом были утилитарными до такой степени, что что-то вроде «величайшего счастья для наибольшего числа людей» было их этической максимой.В этой связи примечательно, что Конт был основателем недолговечной религии, в которой объектом поклонения было не божество монотеистических верований, а человечество.

Дэвид Хьюм

Дэвид Хьюм, холст, масло Аллана Рамзи, 1766; в Шотландской национальной портретной галерее, Эдинбург.

Fine Art Images — Heritage Images / age fotostock

В античной философии есть явные предвосхищения позитивизма. Хотя отношение Протагора — софиста V века до н.э., например, к более поздней позитивистской мысли было лишь отдаленным, было гораздо более выраженное сходство с классическим скептиком Секстом Эмпириком, жившим на рубеже III века. ce, и Пьера Бейля, его возродителя 17-го века.Более того, средневековый номиналист Уильям Оккам имел явное сходство с современным позитивизмом. Предшественником 18 века, имевшим много общего с позитивистской антиметафизикой следующего столетия, был немецкий мыслитель Георг Лихтенберг.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Непосредственные корни позитивизма, однако, явно лежат во французском Просвещении, которое подчеркивало ясный свет разума, и в британском эмпиризме 18-го века, особенно в эмпиризме Юма и епископа Джорджа Беркли, который подчеркивал роль чувственного опыта.На Конта особенно повлияли энциклопедисты Просвещения (такие как Дени Дидро, Жан Даламбер и другие), и, особенно в его социальном мышлении, решающее влияние оказал основатель французского социализма Клод-Анри, граф де Сен-Симон, чьим учеником он был в ранние годы и от которого происходит само обозначение позитивизм .

Социальный позитивизм Конта и Милля

Позитивизм Конта был основан на утверждении так называемого закона трех фаз (или стадий) интеллектуального развития. По мнению Конт, существует параллель между эволюцией моделей мышления во всей истории человечества, с одной стороны, и в истории развития человека от младенчества до взрослой жизни, с другой. На первом, так называемом богословском, этапе природные явления объясняются как результат действия сверхъестественных или божественных сил. Не имеет значения, является ли религия политеистической или монотеистической; в любом случае считается, что наблюдаемые события вызывают чудодейственные силы или воля.Конт критиковал эту стадию как антропоморфную, то есть основанную на слишком человеческих аналогиях. Обычно анимистические объяснения, сделанные на основе воли душеподобных существ, действующих за внешними проявлениями, отвергаются как примитивные проекции непроверяемых сущностей.

Огюст Конт

Огюст Конт, рисунок Тони Туллиона, XIX век; в Национальной библиотеке в Париже.

H. Roger-Viollet

Вторая фаза, называемая метафизической, в некоторых случаях представляет собой просто обезличенное богословие: предполагается, что наблюдаемые природные процессы возникают из безличных сил, оккультных качеств, жизненных сил или энтелехий (принципов внутреннего совершенствования). ).В других случаях область наблюдаемых фактов рассматривается как несовершенная копия или имитация вечных идей, как в метафизике чистых форм Платона. И снова Конт заявил, что никаких реальных объяснений не происходит; Таким образом, вопросы, касающиеся окончательной реальности, первопричин или абсолютных начал, объявляются абсолютно неотвечиваемыми. Метафизические поиски могут привести только к выводу, высказанному немецким биологом и физиологом Эмилем дю Буа-Реймоном: «Ignoramus et ignorabimus» (лат. «Мы есть и будем невежественны»).Это обман с помощью словесных приемов и бесплодное представление концепций как реальных вещей.

Плодотворность, которой ему не хватает, может быть достигнута только на третьей фазе, научной, или «позитивной», — отсюда и название величайшего труда Конта: Cours de Philоphie Positive (1830–42), потому что он утверждает, что озабочен только положительными фактами. Задача наук и знания в целом состоит в том, чтобы изучать факты и закономерности природы и общества и формулировать закономерности в виде (описательных) законов; объяснение явлений может состоять не более чем в отнесении частных случаев к общим законам. Человечество достигло полной зрелости мысли только после отказа от псевдообъяснений теологической и метафизической фаз и замены неограниченной приверженности научному методу.

В своих трех этапах Конт соединил то, что он считал описанием исторического порядка развития, с логическим анализом выровненной структуры наук. Расположив шесть основных и чистых наук друг над другом в пирамиде, Конт подготовил почву для логического позитивизма, который «свел» каждый уровень к тому, что ниже.Он поместил на фундаментальный уровень науку, которая не предполагает никаких других наук, а именно, математику, а затем упорядочил уровни над ней таким образом, чтобы каждая наука зависела от науки, находящейся ниже ее на шкале, и использовала их. : таким образом, арифметика и теория чисел объявляются предпосылками геометрии и механики, астрономии, физики, химии, биологии (включая физиологию) и социологии. Каждая наука более высокого уровня, в свою очередь, добавляет к содержанию знаний науки или наук на уровнях ниже, тем самым обогащая это содержание за счет последовательной специализации. Психология, которая не была основана как формальная дисциплина до конца XIX века, не была включена в систему наук Конта. Предвидя некоторые идеи бихевиоризма и физикализма 20-го века, Конт предполагал, что психология, какой она была в его время, должна стать разделом биологии (особенно нейрофизиологии мозга), с одной стороны, и социологии, с другой. Как «отец» социологии, Конт утверждал, что социальные науки должны исходить от наблюдений к общим законам, как это делают (по его мнению) физика и химия.Он скептически относился к самоанализу в психологии, будучи убежденным, что при внимании к собственным психическим состояниям эти состояния будут безвозвратно изменены и искажены. Таким образом, настаивая на необходимости объективного наблюдения, он был близок к основному принципу методологии бихевиоризма ХХ века.

Среди учеников или сторонников Конта были Чезаре Ломброзо, итальянский психиатр и криминолог, и Поль-Эмиль Литтре, Ж.-Э. Ренан и Луи Вебер.

Несмотря на некоторые принципиальные разногласия с Контом, английского философа XIX века Джона Стюарта Милля, также логика и экономиста, следует считать одним из выдающихся позитивистов своего века.В своей «Системе логики » (1843 г.) он разработал полностью эмпирическую теорию познания и научного мышления, зайдя даже так далеко, что рассматривал логику и математику как эмпирические (хотя и очень общие) науки. Широко синтетический философ Герберт Спенсер, автор доктрины «непознаваемого» и общей эволюционной философии, был рядом с Миллем выдающимся представителем позитивистской ориентации.

Джон Стюарт Милль

Джон Стюарт Милль, 1884.

Библиотека Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия.К. (Neg. Co. LC-USZ62-76491)

позитивизм | Определение, история, теории и критика

Позитивизм , в западной философии, как правило, любая система, которая ограничивается данными опыта и исключает априорные или метафизические спекуляции. В более узком смысле этот термин обозначает мысль французского философа Огюста Конта (1798–1857).

Как философская идеология и движение, позитивизм впервые приобрел свои отличительные черты в работах Конта, который также назвал и систематизировал социологию.Затем он прошел несколько стадий, известных под разными названиями, такими как эмпириокритицизм, логический позитивизм и логический эмпиризм, окончательно слиясь в середине 20 века с уже существующей традицией, известной как аналитическая философия.

Основные утверждения позитивизма таковы: (1) все знания, касающиеся фактов, основаны на «положительных» данных опыта и (2) что за пределами области фактов лежит чистая логика и чистая математика. Эти две дисциплины уже были признаны шотландским эмпириком и скептиком 18-го века Дэвидом Юмом как связанные только с «отношениями идей», а на более поздней стадии позитивизма они были классифицированы как чисто формальные науки.Что касается негативной и критической стороны, позитивисты стали известны своим отказом от метафизики, то есть от предположений относительно природы реальности, которые радикально выходят за рамки любых возможных свидетельств, которые могли бы поддержать или опровергнуть такие утверждения о «трансцендентном» знании. Таким образом, в своей основной идеологической позиции позитивизм является мирским, секулярным, антитеологическим и антиметафизическим. Строгое следование свидетельствам наблюдений и опыта — важнейший императив позитивизма. Этот императив нашел отражение также в вкладе позитивистов в этику и моральную философию, которые в целом были утилитарными до такой степени, что что-то вроде «величайшего счастья для наибольшего числа людей» было их этической максимой.В этой связи примечательно, что Конт был основателем недолговечной религии, в которой объектом поклонения было не божество монотеистических верований, а человечество.

Дэвид Хьюм

Дэвид Хьюм, холст, масло Аллана Рамзи, 1766; в Шотландской национальной портретной галерее, Эдинбург.

Fine Art Images — Heritage Images / age fotostock

В античной философии есть явные предвосхищения позитивизма. Хотя отношение Протагора — софиста V века до н.э., например, к более поздней позитивистской мысли было лишь отдаленным, было гораздо более выраженное сходство с классическим скептиком Секстом Эмпириком, жившим на рубеже III века. ce, и Пьера Бейля, его возродителя 17-го века.Более того, средневековый номиналист Уильям Оккам имел явное сходство с современным позитивизмом. Предшественником 18 века, имевшим много общего с позитивистской антиметафизикой следующего столетия, был немецкий мыслитель Георг Лихтенберг.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Непосредственные корни позитивизма, однако, явно лежат во французском Просвещении, которое подчеркивало ясный свет разума, и в британском эмпиризме 18-го века, особенно в эмпиризме Юма и епископа Джорджа Беркли, который подчеркивал роль чувственного опыта.На Конта особенно повлияли энциклопедисты Просвещения (такие как Дени Дидро, Жан Даламбер и другие), и, особенно в его социальном мышлении, решающее влияние оказал основатель французского социализма Клод-Анри, граф де Сен-Симон, чьим учеником он был в ранние годы и от которого происходит само обозначение позитивизм .

Социальный позитивизм Конта и Милля

Позитивизм Конта был основан на утверждении так называемого закона трех фаз (или стадий) интеллектуального развития.По мнению Конт, существует параллель между эволюцией моделей мышления во всей истории человечества, с одной стороны, и в истории развития человека от младенчества до взрослой жизни, с другой. На первом, так называемом богословском, этапе природные явления объясняются как результат действия сверхъестественных или божественных сил. Не имеет значения, является ли религия политеистической или монотеистической; в любом случае считается, что наблюдаемые события вызывают чудодейственные силы или воля.Конт критиковал эту стадию как антропоморфную, то есть основанную на слишком человеческих аналогиях. Обычно анимистические объяснения, сделанные на основе воли душеподобных существ, действующих за внешними проявлениями, отвергаются как примитивные проекции непроверяемых сущностей.

Огюст Конт

Огюст Конт, рисунок Тони Туллиона, XIX век; в Национальной библиотеке в Париже.

H. Roger-Viollet

Вторая фаза, называемая метафизической, в некоторых случаях представляет собой просто обезличенное богословие: предполагается, что наблюдаемые природные процессы возникают из безличных сил, оккультных качеств, жизненных сил или энтелехий (принципов внутреннего совершенствования). ).В других случаях область наблюдаемых фактов рассматривается как несовершенная копия или имитация вечных идей, как в метафизике чистых форм Платона. И снова Конт заявил, что никаких реальных объяснений не происходит; Таким образом, вопросы, касающиеся окончательной реальности, первопричин или абсолютных начал, объявляются абсолютно неотвечиваемыми. Метафизические поиски могут привести только к выводу, высказанному немецким биологом и физиологом Эмилем дю Буа-Реймоном: «Ignoramus et ignorabimus» (лат. «Мы есть и будем невежественны»).Это обман с помощью словесных приемов и бесплодное представление концепций как реальных вещей.

Плодотворность, которой ему не хватает, может быть достигнута только на третьей фазе, научной, или «позитивной», — отсюда и название величайшего труда Конта: Cours de Philоphie Positive (1830–42), потому что он утверждает, что озабочен только положительными фактами. Задача наук и знания в целом состоит в том, чтобы изучать факты и закономерности природы и общества и формулировать закономерности в виде (описательных) законов; объяснение явлений может состоять не более чем в отнесении частных случаев к общим законам.Человечество достигло полной зрелости мысли только после отказа от псевдообъяснений теологической и метафизической фаз и замены неограниченной приверженности научному методу.

В своих трех этапах Конт соединил то, что он считал описанием исторического порядка развития, с логическим анализом выровненной структуры наук. Расположив шесть основных и чистых наук друг над другом в пирамиде, Конт подготовил почву для логического позитивизма, который «свел» каждый уровень к тому, что ниже.Он поместил на фундаментальный уровень науку, которая не предполагает никаких других наук, а именно, математику, а затем упорядочил уровни над ней таким образом, чтобы каждая наука зависела от науки, находящейся ниже ее на шкале, и использовала их. : таким образом, арифметика и теория чисел объявляются предпосылками геометрии и механики, астрономии, физики, химии, биологии (включая физиологию) и социологии. Каждая наука более высокого уровня, в свою очередь, добавляет к содержанию знаний науки или наук на уровнях ниже, тем самым обогащая это содержание за счет последовательной специализации.Психология, которая не была основана как формальная дисциплина до конца XIX века, не была включена в систему наук Конта. Предвидя некоторые идеи бихевиоризма и физикализма 20-го века, Конт предполагал, что психология, какой она была в его время, должна стать разделом биологии (особенно нейрофизиологии мозга), с одной стороны, и социологии, с другой. Как «отец» социологии, Конт утверждал, что социальные науки должны исходить от наблюдений к общим законам, как это делают (по его мнению) физика и химия.Он скептически относился к самоанализу в психологии, будучи убежденным, что при внимании к собственным психическим состояниям эти состояния будут безвозвратно изменены и искажены. Таким образом, настаивая на необходимости объективного наблюдения, он был близок к основному принципу методологии бихевиоризма ХХ века.

Среди учеников или сторонников Конта были Чезаре Ломброзо, итальянский психиатр и криминолог, и Поль-Эмиль Литтре, Ж.-Э. Ренан и Луи Вебер.

Несмотря на некоторые принципиальные разногласия с Контом, английского философа XIX века Джона Стюарта Милля, также логика и экономиста, следует считать одним из выдающихся позитивистов своего века.В своей «Системе логики » (1843 г.) он разработал полностью эмпирическую теорию познания и научного мышления, зайдя даже так далеко, что рассматривал логику и математику как эмпирические (хотя и очень общие) науки. Широко синтетический философ Герберт Спенсер, автор доктрины «непознаваемого» и общей эволюционной философии, был рядом с Миллем выдающимся представителем позитивистской ориентации.

Джон Стюарт Милль

Джон Стюарт Милль, 1884.

Библиотека Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия.К. (Neg. Co. LC-USZ62-76491)

За пределами позитивизма: 9780415109116: Economics Books @ Amazon.com

.a-tab-content> .a-box-inner {padding-top: 5px; padding-bottom: 5 пикселей; } #mediaTabs_tabSetContainer .a-tab-content {border-radius: 0px; } #mediaTabsHeadings {white-space: nowrap; переполнение: скрыто; } # mediaTabsHeadings.nonJSTabs {white-space: normal; } #mediaTabsHeadings ul.a-tabs {background: # f9f9f9; } #mediaTabsHeadings.mediaTab_heading .mediaTab_logo {padding-left: 3px; вертикальное выравнивание: базовая линия; } #mediaTabsHeadings #mediaTabs_tabSet {margin-top: 5px; плыть налево; граница справа: 0 пикселей; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading {margin-left: -1px; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading a {color: # 111; граница справа: сплошной 1px #ddd; padding-top: 8 пикселей; padding-bottom: 7 пикселей; } #mediaTabsHeadings .mediaTab_heading.a-active a {color: # c45500; маржа сверху: -5 пикселей; padding-top: 11 пикселей; граница слева: сплошной 1px #ddd; border-top-width: 3px;} #mediaTabsHeadings.tabHidden {display: none! important; } #bookDescription_feature_div {дисплей: встроенный блок; ширина: 100%;} ]]>

Доставка и продажа на Amazon.com.

Доступно по более низкой цене у других продавцов, которые могут не предлагать бесплатную доставку Prime. Доступно по более низкой цене у других продавцов, которые могут не предлагать бесплатную доставку Prime.

История социологии | Безграничная социология

Традиция против науки

Социологи начали применять научный метод, чтобы понять быстрые изменения, сопровождающие модернизацию и индустриализацию.

Цели обучения

Отличить позитивиста от интерпретирующего социологического подхода

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Начиная с 17 века, естественная философия, основанная на наблюдениях, была заменена естествознанием, которое пыталось определить и проверить научные законы.
  • Социальные науки продолжили эту тенденцию, пытаясь найти законы, объясняющие социальное поведение, которое стало проблематичным с упадком традиций и подъемом современности и индустриализации.
  • Социология — неоднородная область; он включает противоречия между количественной и качественной социологией, позитивистской и интерпретативной социологией, а также объективной и критической социологией.
  • Первыми мыслителями, которые попытались совместить научные исследования с исследованием человеческих взаимоотношений, были Эмиль Дюркгейм во Франции и Уильям Джеймс в Соединенных Штатах.
  • Социальные науки заимствовали количественные измерения и статистические методы естествознания, чтобы найти законы социального поведения, как показано в книге Эмиля Дюркгейма «Самоубийство». Но социология может использовать и качественные методы.
  • Позитивистская социология (также известная как эмпирик) пытается предсказать результаты на основе наблюдаемых переменных. Интерпретативная социология (которую Макс Вебер называл verstehen, по-немецки «понимание») пытается понять культуру или явление на их собственных терминах.
  • Социология воплощает в себе несколько противоречий, например, между количественными и качественными методами, между позитивистской и интерпретационной ориентациями, а также между объективным и критическим подходами.
  • Социальные науки заимствовали количественные измерения и статистические методы естествознания, чтобы найти законы социального поведения, как показано в книге Эмиля Дюркгейма «Самоубийство». Но социология может использовать и качественные методы.
  • Позитивистская социология (также известная как эмпирик) пытается предсказать результаты на основе наблюдаемых переменных.Интерпретативная социология (которую Макс Вебер называл Verstehen, по-немецки «понимание») пытается понять культуру или явление на их собственных терминах.
  • Объективная социология пытается объяснить мир; критическая социология пытается это изменить.
Ключевые термины
  • Критическая социология : Критическая теория — это школа мысли, которая делает упор на изучение и критику общества и культуры, опираясь на знания социальных и гуманитарных наук.
  • научный метод : метод открытия знаний о мире природы, основанный на создании фальсифицируемых прогнозов (гипотез), их эмпирической проверке и разработке рецензируемых теорий, которые наилучшим образом объясняют известные данные.
  • Позитивистская социология : всеобъемлющий методологический принцип позитивизма состоит в том, чтобы проводить социологию в целом так же, как естествознание. Акцент на эмпиризме и научном методе призван обеспечить проверенную основу для социологического исследования, основанного на предположении, что единственное достоверное знание — это научное знание, и что такое знание может быть получено только путем положительного подтверждения с помощью научной методологии.

В античной философии не существовало разницы между гуманитарными науками — математикой и изучением истории, поэзии или политики; только с развитием математических доказательств постепенно возникло ощутимое различие между научными дисциплинами и гуманитарными или гуманитарными науками. Таким образом, Аристотель изучал движение планет и поэзию одними и теми же методами, а Платон смешал геометрические доказательства с его демонстрацией состояния внутреннего знания.

Однако к концу 17, 90, 160, века, появилась новая научная парадигма, в частности, с работами Исаака Ньютона в области физики.Ньютон, совершив революцию в том, что тогда называлось натурфилософией, изменил базовые рамки, с помощью которых люди понимали то, что было научным. Хотя Ньютон был просто архетипом ускоряющейся тенденции, его работа подчеркивает важное отличие. Для Ньютона математическая истина была объективной и абсолютной: она вытекала из реальности, независимой от наблюдателя, и действовала по своим собственным правилам. Математика была золотым стандартом знаний. В сфере других дисциплин это вызывало необходимость выражать идеи в форме математических соотношений или законов.Такие законы стали образцом для подражания другим дисциплинам.

В конце 19–90–160 – х годов 90–161 века ученые все чаще пытались применить математические законы для объяснения человеческого поведения. Среди первых попыток были законы филологии, которые пытались отобразить изменение звуков языка во времени. Сначала ученые искали математическую истину с помощью логических доказательств. Но в начале 20–90–160-х годов 90–161 века статистика и теория вероятностей предложили новый способ познания математических законов, лежащих в основе всевозможных явлений.По мере развития статистики и теории вероятностей они применялись к эмпирическим наукам, таким как биология, и к социальным наукам. Первыми мыслителями, которые попытались совместить научные исследования с исследованием человеческих взаимоотношений, были Эмиль Дюркгейм во Франции и Уильям Джеймс в Соединенных Штатах. Социологические теории Дюркгейма и работы Джеймса по экспериментальной психологии оказали огромное влияние на последователей.

Уильям Джеймс : Уильям Джеймс был одним из первых американцев, исследовавших человеческие отношения с научной точки зрения.

Количественные и качественные методы

Социология воплощает в себе несколько противоречий, например, между количественными и качественными методами, между позитивистской и интерпретационной ориентациями, а также между объективным и критическим подходами. Позитивистская социология (также известная как эмпирика) пытается предсказать результаты на основе наблюдаемых переменных. Интерпретативная социология пытается понять культуру или явление на ее собственных терминах.

Ранние социологические исследования рассматривали эту область как аналог естественных наук, таких как физика или биология.Многие исследователи утверждали, что методология, используемая в естественных науках, идеально подходит для использования в социальных науках. Используя научный метод и делая упор на эмпиризм, социология зарекомендовала себя как эмпирическая наука и отличалась от других дисциплин, которые пытались объяснить состояние человека, таких как теология, философия или метафизика.

Ранние социологи надеялись использовать научный метод для объяснения и предсказания человеческого поведения, точно так же, как естествоиспытатели использовали его для объяснения и предсказания природных явлений.До сих пор социологи часто интересуются предсказанием результатов, зная о переменных и взаимосвязях. Такой подход к занятиям наукой часто называют позитивизмом или эмпиризмом. Позитивистский подход к социальной науке стремится объяснить и предсказать социальные явления, часто используя количественный подход.

Понимание культуры и поведения вместо прогнозирования

Но вскоре человеческое общество оказалось менее предсказуемым, чем мир природы.Такие ученые, как Вильгельм Дильтей и Генрих Риккерт, начали каталогизировать способы, которыми социальный мир отличается от мира природы. Например, человеческое общество имеет культуру, в отличие от обществ большинства других животных, которая основана на инстинктах и ​​генетических инструкциях, которые передаются от поколения к поколению биологически, а не через социальные процессы. В результате некоторые социологи предложили новую цель социологии: не предсказывать человеческое поведение, а понимать его. Макс Вебер и Вильгельм Дильтей ввели понятие verstehen, или понимание.Цель verstehen — не столько предсказывать поведение, сколько понимать поведение. Он нацелен на понимание культуры или явления на их собственных терминах, а не на попытку разработать теорию, позволяющую делать прогнозы.

Неспособность социологии точно предсказать поведение людей привела к тому, что некоторые назвали ее «мягкой наукой». «Хотя некоторые могут посчитать этот ярлык уничижительным, в некотором смысле его можно рассматривать как признание удивительной сложности людей как социальных животных. И хотя для достижения универсального понимания культуры используется более субъективный подход, он, тем не менее, использует систематические методологии, такие как научный метод.И позитивистский, и Verstehen подходы используют научный метод, поскольку они проводят наблюдения и собирают данные, выдвигают гипотезы и проверяют свои гипотезы при формулировании теорий.

Ранние мыслители и граф

Одной из самых влиятельных первых фигур в социологии был Огюст Конт, предложивший позитивистскую социологию с научной базой.

Цели обучения

Вспомните самые важные достижения Огюста Конта

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Огюст Конт был одним из основателей социологии и ввел термин социология.
  • Конт считал, что социология может объединить все науки и улучшить общество.
  • Конт был позитивистом, утверждавшим, что социология должна иметь научную основу и быть объективной.
  • Конт теоретизировал трехступенчатое развитие общества.
  • В социологии научные методы могут включать количественные опросы или качественный культурно-исторический анализ.
  • Одним из распространенных научных методов в социологии является анкетирование.
Ключевые термины
  • Закон трех стадий : Закон трех стадий — идея, разработанная Огюстом Контом.Он утверждает, что общество в целом и каждая отдельная наука развивается через три мысленно осмысленных стадии: (1) теологическую стадию, (2) метафизическую стадию и (3) позитивную стадию.
  • позитивизм : Доктрина, утверждающая, что единственное достоверное знание — это научное знание, и что такое знание может быть получено только в результате положительного подтверждения теорий посредством строгого научного метода, отвергающего все формы метафизики.
  • Огюст Конт : Исидор Огюст Мари Франсуа Ксавье Конт (19 января 1798 — 5 сентября 1857), более известный как Огюст Конт, был французским философом.Он был основателем социологии и доктрины позитивизма.

Огюст Конт считается одним из основоположников социологии. Он ввел термин «социология» в 1838 году, объединив латинский термин socius (товарищ, партнер) и греческий термин logia (изучение речи). Конт надеялся объединить все науки под социологией. Он считал, что социология может улучшить общество и направить человеческую деятельность, в том числе и другие науки.

Его стремление объединить науки не было уникальным.Другие мыслители XIX века (например, Герберт Спенсер) преследовали аналогичные цели. Этот период стал ключевым поворотным моментом в определении дисциплинарных границ. На заре социологии дисциплинарные границы были менее четко определены, чем сегодня. Многие классические теоретики социологии (в том числе Карл Маркс, Фердинанд Туннис, Эмиль Дюркгейм, Вильфредо Парето и Макс Вебер) прошли подготовку по другим академическим дисциплинам, включая историю, философию и экономику. Разнообразие их тренингов находит отражение в исследуемых ими темах и в случайном стремлении объединить науки в универсальном объяснении человеческой жизни.

Один из центральных вопросов Конта заключался в том, как общества развиваются и меняются, что известно как социальная динамика. Он также изучал тенденции в обществе, которые не меняются, что известно как социальная статика. Сегодня социология опирается на эти категории, хотя немногие социологи продолжили теоретические работы Конта в этом направлении.

Хотя его теория больше не применяется в социологии, Конт, как и другие мыслители эпохи Просвещения, считал, что общество развивается поэтапно. Он выступал за понимание общества, которое он назвал «законом трех стадий».«Первым был теологический этап, когда люди относились к обществу с религиозной точки зрения. Второй был метафизическим этапом, когда люди воспринимали общество как естественное, а не сверхъестественное. Последней стадией Конта была научная или позитивистская стадия, которую он считал вершиной общественного развития. На научной стадии обществом будет управлять надежное знание, и его будут понимать в свете знаний, производимых наукой, в первую очередь социологией. Хотя сегодня подход Конта считается в высшей степени упрощенным и необоснованным способом понимания социального развития, он, тем не менее, раскрывает важные идеи его взглядов на то, каким образом социология в рамках третьего этапа могла бы объединить науки и улучшить общество.

Огюст Конт : Огюст Конт был одним из основоположников социологии.

Ни его видение единой науки, ни его трехступенчатая модель не выдержали испытания временем. Напротив, сегодня Конта помнят за то, что он придавал социологии позитивистскую ориентацию и требовал научной строгости. Как объяснялось в предыдущем разделе, ранние социологические исследования проводили аналогию от социологии к естественным наукам, таким как физика или биология. Многие исследователи утверждали, что социология должна принять научную методологию, используемую в естественных науках.Этот научный подход, поддерживаемый Огюстом Контом, лежит в основе позитивизма, методологической ориентации с целью строгого, объективного научного исследования и предсказания.

С XIX века идея позитивизма получила широкое развитие. Хотя теперь позитивизм имеет более широкий диапазон значений, чем предполагал Конт, вера в научную строгую социологию, по сути, сохранилась. Научный метод применялся к социологическим исследованиям во всех сферах жизни общества, включая правительство, образование и экономику.

Сегодня социологи, придерживающиеся позитивистской ориентации Конта, используют различные методы научных исследований. В отличие от естествоиспытателей, социологи редко проводят эксперименты, поскольку ограниченные исследовательские ресурсы и этические принципы предотвращают крупномасштабное экспериментальное манипулирование социальными группами. Тем не менее, иногда социологи могут проводить полевые эксперименты. Хотя количественные методы, такие как опросы, чаще всего ассоциируются с позитивизмом, с научной точки зрения можно использовать любой метод, количественный или качественный.

Ранние социальные исследования и Мартино

Харриет Мартино была английским социальным теоретиком и писателем-вигом, которую часто называют первой женщиной-социологом.

Цели обучения

Вспомните самые важные достижения Гарриет Мартино

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Хотя сегодня Мартино редко упоминается, она сыграла решающую роль в раннем росте социологии.
  • Мартино известна своей прогрессивной политикой.В своих статьях она представила феминистские социологические перспективы и затронула упущенные из виду проблемы, такие как брак, дети, семейная жизнь, религиозная жизнь и расовые отношения.
  • В 1852 году Мартино перевел работы Огюста Конта, придумавшего термин «социология». Благодаря этому процессу она прояснила его работу и сделала ее доступной для англоязычных читателей.
  • Размышления Мартино об обществе в Америке, опубликованные в 1837 году, являются яркими примерами ее подхода к тому, что позже будет известно как социологические методы.
Ключевые термины
  • Харриет Мартино : Харриет Мартино (12 июня 1802 — 27 июня 1876) была английским социальным теоретиком и писателем-вигом, которую часто называют первой женщиной-социологом.
  • laissez-faire : политика невмешательства государства в экономические или конкурентные дела; относящиеся к капитализму свободного рынка
  • Виг : член политической партии США 19 века, выступающей против Демократической партии

Харриет Мартино

Харриет Мартино (12 июня 1802 — 27 июня 1876) — английский социальный теоретик и писатель-виг, которую часто называют первой женщиной-социологом.Хотя сегодня Мартино редко упоминается, она сыграла решающую роль в раннем росте социологической дисциплины. Мартино написал 35 книг и множество эссе с социологической, целостной, религиозной, бытовой и, что, возможно, наиболее важно, женской точки зрения. Она зарабатывала достаточно, чтобы полностью поддерживать ее писательством, что было непростым подвигом для женщины викторианской эпохи. Как теоретик, она считала, что для понимания статуса женщин необходим тщательный социальный анализ. Она отличается прогрессивной политикой.Мартино представила феминистские социологические перспективы в своих трудах и обратилась к забытым вопросам, таким как брак, дети, семейная жизнь, религиозная жизнь и расовые отношения.

Харриет Мартино, 1802–1876 гг. : Гарриет Мартино познакомила Конта с англоязычным миром, переведя его произведения.

Переводчик

Хотя Огюсту Конту приписывают создание социологической науки, о нем могли бы забыть, если бы не Мартино, который перевел текст Конта 1839 года « Cours de Philosophie Positive, » с французского на английский.Переводя эту статью, она также сжала работу Конта в более ясных и доступных терминах. В 1853 году ее перевод был опубликован в двух томах под названием The Positive Philosophy of Auguste Comte . Ее перевод настолько радикально улучшил работу, что сам Конт предложил своим ученикам читать ее переводы, а не его оригинальную работу. Что особенно важно, ее перевод принес произведения Конта в англоязычный мир.

Написание Мартино

Еще в 1831 году Мартино писал на тему «Политическая экономия» (так называлась тогда область экономики).Ее цель состояла в том, чтобы популяризировать и проиллюстрировать принципы капитализма laissez faire, хотя она не претендовала на оригинальное теоретизирование.

Рефлексивное письмо

Мартино, опубликованное в журнале « Society in America » в 1837 году, является ярким примером ее подхода к тому, что в конечном итоге будет известно как социологические методы. Ее идеи в этой области изложены в ее книге 1838 года « Как соблюдать мораль и нравы». Она считала, что некоторые очень общие социальные законы влияют на жизнь любого общества, включая принцип прогресса, появление науки как наиболее продвинутого продукта интеллектуальных усилий человека, а также значение динамики населения и естественной физической среды.

Спенсер и социальный дарвинизм

Герберт Спенсер создал то, что он назвал «социологией», синтетическую философию, которая пыталась найти набор правил, объясняющих социальное поведение.

Цели обучения

Проанализировать понятие «прогресс» в синтетической философии Герберта Спенсера

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Согласно синтетической философии Спенсера, законы природы без исключения применялись к органической сфере в такой же степени, как и к неорганической, и к человеческому разуму в такой же степени, как и ко всему остальному творению.
  • Спенсер концептуализировал общество как «социальный организм», который эволюционировал от более простого состояния к более сложному в соответствии с универсальным законом эволюции.
  • Спенсер, пожалуй, наиболее известен тем, что ввел термин «выживание наиболее приспособленных», позже получивший название «социальный дарвинизм».
Ключевые термины
  • выживание наиболее приспособленных : Естественный отбор.
  • Социальный дарвинизм : теория, согласно которой законы эволюции путем естественного отбора также применимы к социальным структурам.
  • позитивизм : Доктрина, утверждающая, что единственное достоверное знание — это научное знание, и что такое знание может быть получено только в результате положительного подтверждения теорий посредством строгого научного метода, отвергающего все формы метафизики.

Хотя Огюст Конт ввел термин «социология», первая книга с термином «социология» в названии была написана в середине 90–160-х годов века английским философом Гербертом Спенсером. Следуя за Контом, Спенсер создал синтетическую философию, которая попыталась найти набор правил, объясняющих все во Вселенной, включая социальное поведение.

Синтетическая философия Спенсера

Как и Конт, Спенсер видел в социологии потенциал объединения наук или развития того, что он называл «синтетической философией». Он считал, что естественные законы, открытые естествоиспытателями, не ограничиваются природными явлениями; эти законы раскрыли основополагающий порядок Вселенной, который мог объяснить как природные, так и социальные явления. Согласно синтетической философии Спенсера, законы природы применимы как к органическому царству, так и к неорганическому, и к человеческому разуму в такой же степени, как и ко всему остальному творению.Даже в своих трудах по этике он утверждал, что можно открыть законы морали, имеющие такой же авторитет, что и законы природы. Это предположение привело Спенсера, как и Конта, к принятию позитивизма как подхода к социологическому исследованию; научный метод лучше всего подходил для раскрытия законов, которые, по его мнению, объясняли социальную жизнь.

Спенсер и Прогресс

Но Спенсер пошел дальше Конта, заявив, что не только научный метод, но и само научное знание универсальны.Он считал, что все законы природы можно свести к одному основному закону — закону эволюции. Спенсер утверждал, что все структуры во Вселенной развиваются от простой недифференцированной однородности до сложной дифференцированной неоднородности, сопровождаясь при этом процессом большей интеграции дифференцированных частей. Спенсер считал, что этот эволюционный процесс действует во всем космосе. Это был универсальный закон, применимый как к звездам и галактикам, так и к биологическим организмам, и к человеческой социальной организации в той же мере, что и к человеческому разуму.Таким образом, синтетическая философия Спенсера была направлена ​​на то, чтобы показать, что законы природы неумолимо ведут к прогрессу. Он утверждал, что все вещи — физический мир, биологическое царство и человеческое общество — претерпевают прогрессивное развитие.

В некотором смысле вера Спенсера в прогрессивное развитие перекликалась с собственной теорией Конта о трехэтапном развитии общества. Однако, написав после важных достижений в области биологии, Спенсер отверг идеологические предположения трехэтапной модели Конта и попытался переформулировать теорию социального прогресса с точки зрения эволюционной биологии.Следуя этой эволюционной логике, Спенсер концептуализировал общество как «социальный организм», который эволюционировал от более простого состояния к более сложному в соответствии с универсальным законом эволюции. Он утверждал, что эта социальная эволюция является примером универсального эволюционного процесса от простой недифференцированной однородности к сложной дифференцированной неоднородности.

Разрабатывая теорию, он предложил два типа общества: воинствующее и индустриальное. Воинствующее общество, построенное на иерархии и подчинении, было простым и недифференцированным.Индустриальное общество, основанное на добровольном поведении и принятых договорных социальных обязательствах, было сложным и дифференцированным. Спенсер задался вопросом, приведет ли эволюция общества к мирному анархизму (как он сначала полагал) или это указывает на сохранение роли государства, хотя и сведенной к минимальным функциям — обеспечение выполнения контрактов и внешняя защита. Спенсер считал, что по мере развития общества иерархические и авторитарные институты воинствующего общества устареют.

Социальный дарвинизм

Спенсер, пожалуй, наиболее известен тем, что ввел термин «выживание наиболее приспособленных», позже получивший название «социальный дарвинизм». Но, согласно распространенному мнению об обратном, Спенсер не просто применил и обобщил работу Дарвина по естественному отбору; Спенсер неохотно включил теорию естественного отбора Дарвина в свою существовавшую ранее синтетическую философскую систему. Эволюционные идеи Спенсера были напрямую основаны на эволюционной теории Ламарка, который утверждал, что органы развиваются или уменьшаются в результате использования или неиспользования, и что возникающие в результате изменения могут передаваться будущим поколениям.Спенсер считал, что этот эволюционный механизм необходим для объяснения «высшей» эволюции, особенно социального развития человечества. Более того, в отличие от Дарвина, Спенсер считал, что эволюция имеет направление и конечную точку — достижение конечного состояния равновесия. Эволюция означала прогресс, улучшение и, в конечном итоге, совершенствование социального организма.

Критика

Хотя Спенсеру справедливо приписывают значительный вклад в раннюю социологию, его попытка внедрить эволюционные идеи в сферу социальных наук в конечном итоге не увенчалась успехом.Многие считали это активно опасным. Критики позитивистской синтетической философии Спенсера утверждали, что социальные науки существенно отличаются от естественных наук и что методы естественных наук — поиск универсальных законов не подходят для изучения человеческого общества.

Герберт Спенсер : Герберт Спенсер построил на теории эволюции Дарвина, экстраполируя ее на сферы этики и общества. Вот почему теории Спенсера часто называют «социальным дарвинизмом».”

Классовый конфликт и Маркс

Маркс фокусируется на объяснении классового конфликта из-за средств производства, которые, как он утверждал, были движущей силой социальной эволюции.

Цели обучения

Соотнесите концепцию класса Маркса с его взглядом на исторические изменения

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Маркс видит развитие общества поэтапно. Он сосредотачивается на диалектическом конфликте классов за контроль над средствами производства как движущей силе социальной эволюции.
  • Согласно Марксу, общество развивается посредством различных способов производства, в которых верхний класс контролирует средства производства, а нижний класс вынужден предоставлять рабочую силу.
  • Согласно диалектике Маркса, классовый конфликт на каждой стадии обязательно ведет к развитию следующей стадии (например, феодализм ведет к капитализму).
  • Маркс особенно критически относился к капитализму и предвидел коммунистическую революцию.
  • Маркс предсказал, что классовый конфликт между буржуазией и пролетариатом приведет к падению капитализма.
  • Согласно Марксу, при капитализме рабочие (пролетариат) должны отчуждать свой труд.
  • Буржуазия пытается сохранить капитализм, продвигая идеологии и ложное сознание, которые удерживают рабочих от восстания.
  • Понимание истории Марксом называется историческим материализмом, потому что оно сосредоточено на истории и материалах (а не на идеях).
Ключевые термины
  • буржуазия : класс капиталистов.
  • пролетариат : рабочий или низший класс
  • ложное сознание : ложное понимание истинного характера социальных процессов из-за идеологии.
  • диалектический : Относящийся к природе логической аргументации или имеющий отношение к ней.

Маркс, один из главных архитекторов современной социальной науки, считал, что история состоит из этапов, движимых классовым конфликтом. Известно, что Маркс написал в «Манифесте коммунистической партии » : «История всего существовавшего до сих пор общества — это история классовой борьбы. Классовая борьба в результате диалектического процесса подталкивала общество от одной стадии к другой. На каждом этапе класс собственности контролирует средства производства, в то время как более низкий класс предоставляет рабочую силу для производства.Два класса вступают в конфликт, и этот конфликт ведет к социальным изменениям. Например, на феодальной стадии феодалы владели землей, используемой для производства сельскохозяйственных товаров, а крепостные обеспечивали рабочую силу для посадки, выращивания и сбора урожая. Когда крепостные восстали и свергли феодалов, феодальная стадия закончилась и открыла новую стадию: капитализм.

Средства производства, производственные отношения

Согласно Марксу, способ организации общества зависит от текущих средств производства и того, кто ими владеет.К средствам производства относятся вещи, необходимые для производства материальных благ, такие как земля и природные ресурсы. Они также включают технологии, такие как инструменты или машины, которые люди используют для производства вещей. Средства производства в любом обществе могут меняться по мере развития технологий. В феодальном обществе средства производства могли включать в себя простые инструменты, такие как лопата и мотыга. Сегодня средства производства включают передовые технологии, такие как микрочипы и роботы.

На разных этапах истории разные группы контролировали средства производства.В феодальные времена феодалы владели землей и орудиями труда. Сегодня крупные корпорации владеют многими средствами производства. На разных этапах существуют разные производственные отношения или разные формы социальных отношений, в которые люди должны вступать по мере приобретения и использования средств производства. На протяжении всей истории производственные отношения принимали самые разные формы — рабство, феодализм, капитализм, — при которых работники заключали договор с работодателем о предоставлении рабочей силы в обмен на заработную плату.

Способы производства

Вместе средства производства и производственные отношения составляют способ производства определенного периода. Маркс различал разные исторические эпохи с точки зрения их различных способов производства. Он считал, что способ производства является определяющим элементом любого исторического периода, и называл эту экономическую структуру основой этого общества. Напротив, он считал, что идеи и культура данной стадии произошли от способа производства.Он называл идеи и культуру «надстройкой», выросшей на более фундаментальной экономической «основе». «Из-за того, что он сосредоточил свое внимание на экономической основе над культурой и идеями, Маркса часто называют экономическим детерминистом.

Согласно диалектике Маркса, классовый конфликт на каждой стадии обязательно ведет к развитию следующей стадии.

Маркс был менее заинтересован в объяснении устойчивой организации любого данного исторического этапа, чем в объяснении того, как общество меняется от одного этапа к другому.Маркс считал, что классовый конфликт, присутствующий на любой стадии, обязательно приведет к классовой борьбе и, в конечном итоге, к концу этой стадии и началу следующей. Феодализм положил конец классовой борьбе между крепостными и помещиками и породил новую стадию — капитализм.

Неустойчивость капитализма

Работа Маркса в основном сосредоточена на объяснении присущей капитализму нестабильности и предсказании его возможного падения и перехода к социализму. Маркс утверждал, что капитализм нестабилен и подвержен периодическим кризисам.Маркс считал, что экономический рост будет перемежаться все более серьезными кризисами, поскольку капитализм проходит циклы роста, краха и дальнейшего роста. Более того, он считал, что в долгосрочной перспективе этот процесс обязательно обогатит и расширит возможности капиталистического класса, и в то же время он приведет к обеднению более бедного рабочего класса, который он называл пролетариатом.

В конце концов, пролетариат станет классово сознательным — осознает, что его, казалось бы, индивидуальные проблемы были созданы экономической системой, ставящей в невыгодное положение всех тех, кто не владеет средствами производства.Маркс полагал, что как только пролетариат разовьет классовое сознание, он поднимется и захватит средства производства, свергнув капиталистический способ производства и приведя к социалистическому обществу. Маркс считал, что социалистическая система, установившаяся после пролетарской революции, будет поощрять социальные отношения, которые принесут пользу всем в равной степени, упразднит эксплуататорских капиталистов, положит конец их исключительной собственности на средства производства и введет систему производства, менее уязвимую для циклических кризисов.Для Маркса это окончательное восстание было неизбежным с учетом структурных противоречий, присущих капитализму, и неизбежности классового конфликта.

Коммунистический манифест Маркса, иллюстрированный карикатурами : Коммунистический манифест дает обзор теории классового конфликта Маркса и поддерживает его позицию, согласно которой социологи должны также быть публично активными социальными критиками. В этом видео испытание манифеста проиллюстрировано мультипликационными клипами, демонстрирующими глубокое и непреходящее наследие философии Маркса для современной культуры.

Дюркгейм и социальная интеграция

Эмиль Дюркгейм изучал, как общества поддерживают социальную интеграцию после того, как традиционные связи были заменены современными экономическими отношениями.

Цели обучения

Сравните разные способы социальной интеграции по Дюркгейму

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Дюркгейм считал, что общество оказывает мощную силу на людей. Согласно Дюркгейму, человеческие нормы, убеждения и ценности составляют коллективное сознание или общий способ понимания и поведения в мире.
  • Коллективное сознание связывает людей вместе и создает социальную интеграцию.
  • Дюркгейм считал рост плотности населения ключевым фактором наступления современности. По мере того, как количество людей в данном районе увеличивается, увеличивается и количество взаимодействий, и общество становится более сложным.
  • По мере того, как люди больше участвуют в экономической деятельности с соседями или дальними торговцами, они начинают ослаблять традиционные узы семьи, религии и моральной солидарности, которые ранее обеспечивали социальную интеграцию.Дюркгейм опасался, что современность может предвещать распад общества.
  • Более простые общества основаны на механической солидарности, в которой самодостаточные люди связаны с другими тесными личными узами и традициями. Современные общества основаны на органической солидарности, в которой люди связаны своей зависимостью от других в разделении труда.
  • Хотя современное общество может подорвать традиционные узы механической солидарности, оно заменяет их узами органической солидарности.
  • В «Элементарных формах религиозной жизни» Дюркгейм представил теорию функции религии в аборигенных и современных обществах и описал феномен коллективного возбуждения и коллективного сознания.
  • Дюркгейма называют структурным функционалистом, потому что его теории сосредотачиваются на функции, которую определенные институты (например, религия) играют в поддержании социальной солидарности или социальной структуры.
Ключевые термины
  • органическая солидарность : Это социальная сплоченность, основанная на зависимости людей друг от друга в более развитых обществах.
  • механическая солидарность : Обычно она действует в «традиционных» и малых обществах. В более простых обществах (например, племенных) солидарность обычно основана на родственных связях семейных сетей.

Наряду с Марксом и Вебером французский социолог Эмиль Дюркгейм считается одним из основоположников социологии. Одна из основных целей Дюркгейма состояла в том, чтобы проанализировать, как современные общества могут поддерживать социальную интеграцию после того, как традиционные узы семьи и церкви были заменены современными экономическими отношениями.

Дюркгейм считал, что общество оказывает мощную силу на людей. Нормы, убеждения и ценности людей составляют коллективное сознание или общий способ понимания и поведения в мире. Коллективное сознание связывает людей вместе и создает социальную интеграцию. Для Дюркгейма коллективное сознание было решающим в объяснении существования общества: оно порождает общество и удерживает его. В то же время коллективное сознание создается людьми через их действия и взаимодействия.Общество — это социальный продукт, созданный действиями индивидов, который затем оказывает на них принудительную социальную силу. Дюркгейм утверждал, что благодаря своему коллективному сознанию люди осознают друг друга как социальные существа, а не только как животные.

Формирование коллективного сознания

Согласно Дюркгейму, коллективное сознание формируется через социальные взаимодействия. В частности, Дюркгейм думал о тесном взаимодействии между семьями и небольшими сообществами, группами людей, исповедующих общую религию, которые могут вместе есть, вместе работать и проводить свободное время вместе.Однако повсюду Дюркгейм наблюдал свидетельства быстрых социальных изменений и исчезновения этих групп. Он видел увеличение плотности населения и рост населения как ключевые факторы в развитии общества и наступлении современности. Он утверждал, что по мере увеличения количества людей в данной области растет и количество взаимодействий, и общество становится более сложным. Рост населения создает конкуренцию и стимулы для торговли и способствует разделению труда. Но по мере того, как люди все больше участвуют в экономической деятельности с соседями или дальними торговцами, они начинают ослаблять традиционные узы семьи, религии и моральной солидарности, которые ранее обеспечивали социальную интеграцию.Дюркгейм опасался, что современность может предвещать распад общества.

Дюркгейм и современность

Следуя социоэволюционному подходу, напоминающему Конта, Дюркгейм описал эволюцию общества от механической солидарности к органической солидарности. Он утверждал, что более простые общества основаны на механической солидарности, в которой самодостаточные люди связаны с другими тесными личными узами и традициями (например, семьей и религией). Кроме того, в таких обществах у людей гораздо меньше возможностей в жизни.Современные общества, с другой стороны, основаны на органической солидарности, в которой люди связаны своей зависимостью от других в разделении труда. Модернизация, как утверждал Дюркгейм, основана, во-первых, на росте населения и увеличивающейся плотности населения, во-вторых, на увеличении «моральной плотности» (то есть развитии более сложных социальных взаимодействий) и, в-третьих, на возрастающей специализации в работе (т.е. труда). Поскольку современное общество является сложным, а работа, которую выполняют люди, настолько специализирована, люди больше не могут быть самодостаточными и должны полагаться на других, чтобы выжить.Таким образом, хотя современное общество может подорвать традиционные узы механической солидарности, оно заменяет их узами органической солидарности.

Органическое против механической солидарности

Далее, утверждал Дюркгейм, органическая солидарность современных обществ может иметь преимущества перед традиционной механической солидарностью. В традиционных обществах люди самодостаточны, и поэтому общество мало нуждается в сотрудничестве и взаимозависимости. Институты, требующие сотрудничества и согласия, часто должны прибегать к силе и репрессиям, чтобы сохранить общество.Поэтому традиционная механическая солидарность может быть авторитарной и принудительной. В современных обществах при органической солидарности люди неизбежно более взаимозависимы. Специализация и разделение труда требуют сотрудничества. Таким образом, солидарность и социальная интеграция необходимы для выживания и не требуют такого же принуждения, как при механической солидарности.

В органической солидарности человек считается жизненно важным, даже священным. В органической солидарности человек, а не коллектив, становится центром прав и обязанностей, центром общественных и частных ритуалов, скрепляющих общество — функцию, когда-то выполнявшуюся религией.Чтобы подчеркнуть важность этой концепции, Дюркгейм говорил о «культе личности». Однако он ясно дал понять, что культ личности сам по себе является социальным фактом, произведенным обществом; почтение к личности — это не врожденная человеческая черта, а социальный факт, возникающий в определенных обществах в определенное время.

Социологическая теория: Эмиль Дуркхием и социальная солидарность : профессор Дэн Криер из Университета штата Айова объясняет теории Дюркгейма о социальной солидарности и современности.

Протестантская рабочая этика и Вебер

Вебер отошел от позитивистской социологии, вместо этого подчеркнув Verstehen , или понимание, как цель социологии.

Цели обучения

Обобщите взгляд Вебера на отношения между протестантизмом и капитализмом

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Макс Вебер был немецким социологом и политическим экономистом, оказавшим глубокое влияние на социальную теорию, социальные исследования и саму социологию.
  • В своем наиболее устойчивом тексте «Протестантская этика и дух капитализма» Вебер предположил, что аскетический протестантизм был одним из основных «выборных сходств», связанных с подъемом капитализма, бюрократии и рационально-правового национального государства на Западе. Мир.
  • Вебер утверждал, что протестантизм, и особенно аскетические протестантские или кальвинистские деноминации, изменили определение связи между трудом и благочестием.
  • Вебер попытался объяснить социальное действие в современном обществе, сосредоточив внимание на рационализации и секуляризации.
  • Вебер также разработал теорию политической власти и современного государства, определив три типа власти: традиционный, харизматический и рационально-правовой.
Ключевые термины
  • предопределение : Доктрина о том, что все было предопределено Богом, особенно о том, что одни люди были избраны для спасения, а иногда также, что другие обречены на осуждение.
  • Протестантская этика и дух капитализма : книга, написанная Максом Вебером, в котором утверждается, что рост аскетического протестантизма, особенно таких деноминаций, как кальвинизм, был связан с подъемом современного капитализма на Западе.
  • секуляризация : трансформация общества от тесной идентификации с религиозными ценностями и институтами к нерелигиозным (или «нерелигиозным») ценностям и светским институтам.
  • рационализация : процесс или результат рационализации

Макс Вебер

Макс Вебер был немецким социологом и политическим экономистом, оказавшим глубокое влияние на социальную теорию, социальные исследования и саму социологию.В 1919 году он основал кафедру социологии в Мюнхенском университете Людвига-Максимилиана.

Вебер, наряду с Марксом и Дюркгеймом, считается одним из трех основных отцов современной социальной науки. При этом Вебер разработал уникальную методологическую позицию, которая отличала его от других социологов. В отличие от позитивистов, таких как Конт и Дюркгейм, Вебер был ключевым сторонником методологического антипозитивизма. Он представил социологию как неэмпирическую область, цель которой состояла не в сборе данных и прогнозировании результатов, а в понимании смысла и целей, которые люди придают своим собственным действиям.

Протестантская этика и дух капитализма

В своем самом известном тексте Протестантская этика и дух капитализма Вебер предположил, что аскетический протестантизм был одним из основных «выборных сходств», связанных с подъемом капитализма, бюрократии и рационально-правового национального государства в России. западный мир. Хотя некоторые считают аргумент Вебера исследованием религии, его также можно интерпретировать как введение к его более поздним работам, особенно к его исследованиям взаимодействия между различными религиозными идеями и экономическим поведением.В отличие от «исторического материализма» Маркса, Вебер подчеркивал, что культурные влияния, заложенные в религии, могут быть средством понимания генезиса капитализма. Вебер рассматривал религию как одну из основных сил общества.

Вебер предположил, что аскетический протестантизм имеет избирательную близость с капитализмом, бюрократией и рационально-правовым национальным государством в западном мире. Под избирательным сродством Вебер имел в виду нечто менее прямое, чем причинность, но нечто более прямое, чем корреляция.Другими словами, хотя он не утверждал, что религия вызывает экономические изменения, Вебер обнаружил, что аскетический протестантизм и современный капитализм часто появляются в обществах бок о бок. Кроме того, Вебер заметил, что и аскетический протестантизм, и капитализм поощряют культурные практики, которые усиливают друг друга. Он никогда не утверждал, что религия была полной, простой и изолированной причиной возникновения капитализма на Западе. Вместо этого он считал, что это часть культурного комплекса, в который входили следующие объекты:

  • рационализм научных поисков
  • слияние наблюдения с математикой
  • Все более научный метод исследования и юриспруденции
  • Рациональная систематизация государственного управления и хозяйственного предприятия
  • Повышение бюрократизации

В конце концов, исследование социологии религии, согласно Веберу, сосредоточилось на одном отличительном факте западной культуры — упадке веры в магию.Он назвал это явление «разочарованием мира». ”

Доказательства и аргументы Вебера

В качестве доказательства для своего исследования Вебер отметил, что аскетический протестантизм и развитый капитализм имеют тенденцию совпадать друг с другом. Вебер заметил, что после Реформации протестантские страны, такие как Нидерланды, Англия, Шотландия и Германия, приобрели экономическое влияние над католическими странами, такими как Франция, Испания и Италия. Более того, в обществах, исповедующих разные религии, наиболее успешными бизнес-лидерами были протестанты.

Жан Кальвин, первый капиталист? : Вебер видел избирательную близость между капитализмом и протестантизмом, особенно кальвинизмом.

Чтобы объяснить эти наблюдения, Вебер утверждал, что протестантизм, и особенно аскетические протестантские или кальвинистские деноминации, изменили определение связи между трудом и благочестием. Исторически христианская религиозная преданность сопровождалась отказом от мирских дел, включая экономические занятия. Напротив, Вебер показал, что определенные типы протестантизма, особенно кальвинизм, поддерживали мирскую деятельность и рациональное стремление к экономической выгоде.Из-за сугубо кальвинистского взгляда на мир эта деятельность приобрела моральное и духовное значение. В этих религиях верующие выражали свое благочестие по отношению к Богу через упорный труд и достижения в светском призвании. Из-за этой религиозной ориентации человеческие усилия были смещены от созерцания божественного к рациональным усилиям, направленным на достижение экономической выгоды. Более того, протестантская этика, поощряя погоню за экономической выгодой, избегала гедонистических удовольствий.Таким образом, верующих поощряли зарабатывать деньги, но не тратить их. Это побудило верующих работать, чтобы быть успешным в бизнесе, и реинвестировать прибыль, а не тратить их на легкомысленных удовольствий. Кальвинистское представление о предопределении также означало, что материальное богатство можно было рассматривать как знак спасения в загробной жизни. Предопределение — это вера в то, что Бог избрал, кто будет спасен, а кто нет.

Верующие протестанты таким образом примирили и даже поощряли погоню за прибылью с религией.Вместо того, чтобы считаться морально сомнительными, жадными или амбициозными, финансово успешные верующие рассматривались как мотивированные высоконравственной и уважаемой философией, «духом капитализма». В конце концов, рациональные корни этой доктрины переросли свои религиозные корни и стали автономными культурными чертами капиталистического общества. Таким образом, Вебер объяснил подъем капитализма, рассматривая системы культуры и идей. Эту теорию часто рассматривают как опровержение тезиса Маркса о том, что экономическая «основа» общества определяет все другие его аспекты.

Развитие социологии в США

Лестера Уорда, первого президента Американской социологической ассоциации, обычно считают основоположником американских социологических исследований.

Цели обучения

Обсудить взгляды Лестера Уорда на роль социологии в обществе

Основные выводы

Ключевые моменты
  • Уорд был позитивистом, который рассматривал социологию как научный инструмент для улучшения жизни.
  • Он критиковал теории невмешательства и выживание Спенсером наиболее приспособленной теории и разработал свою собственную теорию социального либерализма.
  • Уорд считал, что в больших, сложных и быстрорастущих обществах человеческая свобода может быть достигнута только с помощью сильного демократического правительства, действующего в интересах личности.
  • Уорд оказал сильное влияние на подрастающее поколение прогрессивных политических лидеров, в том числе на администрации президентов Теодора Рузвельта, Вудро Вильсона и Франклина Д. Рузвельта, а также на современную Демократическую партию.
Ключевые термины
  • Американская социологическая ассоциация : Американская социологическая ассоциация (ASA), основанная в 1905 году как Американское социологическое общество, является некоммерческой организацией, занимающейся развитием дисциплины и профессии социолога.
  • laissez-faire : политика невмешательства государства в экономические или конкурентные дела; относящиеся к капитализму свободного рынка
  • Социальный либерализм : Вера в то, что законная роль государства включает решение экономических и социальных проблем, таких как безработица, здравоохранение и образование, при одновременном расширении гражданских прав; эта вера поддерживает капитализм, но отвергает неконтролируемую экономическую политику невмешательства.

Лестера Уорда обычно считают основоположником американских социологических исследований.Он был первым президентом Американского социологического общества, основанного в 1905 году (которое позже изменило свое название на Американскую социологическую ассоциацию), и был назначен председателем социологии Брауновского университета в 1906 году.

Работы и идеи

Подобно Конту и позитивистам-основателям социологии, Уорд принял научный этос. В 1883 году Уорд опубликовал свой двухтомник, 1200 страниц, Динамическая социология, или прикладная социальная Наука , основанная на статистической социологии и менее сложных науках , в которой он надеялся установить центральную важность экспериментов и научных исследований. метод в области социологии.

Но для Уорда наука была не объективной и отстраненной, а ориентированной на человека и ориентированной на результат. Как он сказал в предисловии к Dynamic Sociology :

«Настоящая цель науки — принести пользу человеку. Наука, которая не может этого сделать, как бы ни было приятно ее изучение, безжизненна. Социология, которая из всех наук должна принести человеку наибольшую пользу, находится в опасности попасть в класс вежливых развлечений или мертвых наук. Цель этой работы — указать метод, с помощью которого дыхание жизни можно вдохнуть в ноздри.«

Таким образом, Уорд воплотил то, что стало отличительной чертой американской социологии. Хотя он посвятил себя развитию социологии как строгой науки, он также считал, что социология обладает уникальным потенциалом как инструмент для улучшения общества. Он считал, что научную методологию социологии следует использовать в интересах решения практических проблем реального мира, таких как бедность, которую, как он полагал, можно свести к минимуму или устранить путем систематического вмешательства в жизнь общества.

Критика невмешательства

Уорда чаще всего помнят за его критику теории невмешательства, выдвинутой Гербертом Спенсером и популярной среди его современников.Спенсер утверждал, что общество будет естественным образом развиваться и развиваться, позволяя выжить наиболее приспособленным и отсеивая социально непригодные. Таким образом, социальные недуги, такие как бедность, будут естественным образом уменьшены, если будут отбираться непригодные бедные; никакого вмешательства не потребовалось. Хотя эти идеи возникли у Спенсера, они были продвинуты в Соединенных Штатах Уильямом Грэмом Самнером, экономистом и социологом из Йельского университета. Уорд не соглашался со Спенсером и Самнером и, в отличие от их подхода невмешательства, поощрял активное вмешательство.

В качестве политического подхода система Уорда стала известна как «социальный либерализм» в отличие от классического либерализма 18 и 19 веков. В то время как классический либерализм (с участием таких мыслителей, как Адам Смит и Джон Стюарт Милль) стремился к процветанию и прогрессу посредством политики невмешательства, «американский социальный либерализм» Уорда стремился ускорить социальный прогресс за счет прямого государственного вмешательства. Уорд считал, что в больших, сложных и быстрорастущих обществах человеческая свобода может быть достигнута только с помощью сильного демократического правительства, действующего в интересах личности.Характерным элементом мышления Уорда была его вера в то, что правительство, действующее на основе эмпирических и научно обоснованных результатов социологической науки, может быть использовано для создания почти утопического социального порядка.

Уорд оказал сильное влияние на подрастающее поколение прогрессивных политических лидеров, в том числе на администрации президентов Теодора Рузвельта, Вудро Вильсона и Франклина Д. Рузвельта, а также на современную Демократическую партию. Фактически, его называют «отцом современного государства всеобщего благосостояния».«Либерализм сегодняшних демократов — это не либерализм Смита и Милля, который подчеркивал невмешательство правительства в экономические вопросы, а либерализм Уорда, который подчеркивал уникальную позицию правительства для достижения позитивных изменений. Хотя эксперименты Рузвельта в области социальной инженерии были популярными и эффективными, полный эффект сил, приведенных в движение Уордом, проявился через полвека после его смерти в программах Великого общества президента Линдона Б. Джонсона и войны во Вьетнаме.

Влияние на академическую социологию

Несмотря на впечатляющее политическое наследие Уорда, он во многом вычеркнут из истории социологии.То, что делало Уорда наиболее привлекательным в XIX веке, — его критика laissez faire, делало его опасно радикальным для постоянно осторожного академического сообщества в Америке начала XX века. Это восприятие было усилено растущим социалистическим движением в Соединенных Штатах, возглавляемым марксистской русской революцией и подъемом нацизма в Европе. В учебниках истории Уорд был фактически заменен на Дюркгейма, что было легко осуществить, потому что взгляды Дюркгейма были аналогичны взглядам Уорда, но без безжалостной критики lassiez faire и без призывов Уорда к сильному центральному правительству и «социальной инженерии».В 1937 году Талкотт Парсонс, гарвардский социолог и функционалист, который почти единолично составлял академическую программу американской социологии в середине 20 века, написал, что «Спенсер мертв», тем самым отвергнув не только Спенсера, но и самого сильного критика Спенсера.

Лестер Уорд : Лестера Уорда, первого президента Американской социологической ассоциации, обычно считают основателем американских социологических исследований.

Теория человеческого непонимания »

Огюст Конт (1798–1857) кажется ярким примером влиятельного мыслителя, который когда-то был влиятельным человеком, которого почти никто не чувствует виноватым за то, что он не читал.Вы можете иметь некоторое представление о нем как о создателе позитивизма, не зная, какое отношение он имеет к тому виду позитивизма, о котором все еще упоминается (часто полемически) почти два столетия спустя. Но, скорее всего, ваше любопытство по этому поводу не горит.

У меня точно не было, когда пару недель назад я упал в конскую кроличью нору. Мое восхищение было не столько им, сколько магнетизмом, когда-то порожденным его довольно скучными книгами. В нынешнем (относительно) обычном смысле позитивизм используется для строгого отождествления знания с постоянным накоплением поддающихся проверке фактов, из которых могут быть извлечены общие законы.Конт согласится, но не претендует на оригинальность этого, поскольку Фрэнсис Бэкон понимал развитие знания более или менее в тех же терминах добрых 200 лет назад.

Позиционизм Конта с большой буквы пошел еще дальше, настаивая на том, что знания не просто накапливаются, но и консолидируются в прочную и всеобъемлющую систему, в которой различные науки являются слоями. Биология опиралась на химию, в то время как химия основывалась на физике и так далее, возвращаясь к безупречной строгости и достоверности математики.Грандиозное здание, конечно, все еще строилось, но Конт знал, что в конечном итоге будет на самом верху: форма знания, которую он назвал «социологией». Он будет одновременно воплощать кульминацию человеческого понимания и поможет справиться с социальными напряжениями, вызванными прогрессом и его последствиями. Социологи походили бы на философов-королей Платона, но с гораздо большей базой данных. Позже Конт продвинулся на несколько шагов дальше, превратив позитивизм в своего рода гуманистическую религию со священниками и ритуалами, а также святыми (в том числе Бэкон).Кто-то назвал это «католицизмом минус христианство».

Вы можете видеть, как это видение сплоченной, прогрессивной совокупности знаний, основанных на рациональном анализе с упором на реформы, могло бы иметь определенную привлекательность. Молодого Джона Стюарта Милля до некоторой степени сильно привлекали идеи Конта. Он не занимался религиозной частью. Но это сделали несколько человек по всему миру. Некоторое время в Нью-Йорке, помимо других мест, существовала позитивистская церковь, а также довольно значительное присутствие в Бразилии, о чем свидетельствуют слова «Ordem e Progresso» («Порядок и прогресс»), которые все еще красуются на флаге страны.

Но это может быть на одну кроличью нору слишком много на данный момент. Решив на время отложить квазимессианскую систему Конта, одной из новых книг, которые я прочитал в прошлом месяце, была книга Бобби Даффи «Почему мы ошибаемся почти во всем: теория человеческого непонимания» (Основные книги). Только сейчас у меня выскочила связь. Автор, который является директором Института политики Королевского колледжа Лондона, опирается на сотни исследований общественного мнения, проведенных им и его коллегами по различным социальным и политическим вопросам в ряде стран.Книга является настолько позитивистской, насколько это возможно в сегодняшнем смысле: это продукт обширного сбора фактов и статистического анализа, поиска поддающихся проверке тенденций в том, как люди понимают мир. Вернее, как мы это неправильно понимаем. Даффи считает, что распространение дезинформации (случайное или преднамеренное) можно уменьшить, если не остановить, с помощью рациональных усилий. Это далеко от позитивистской социальной инженерии, но Конт бы одобрил.

«Практически весь существующий анализ, — говорит Даффи, — имеет тенденцию сосредотачиваться на одной или другой стороне: на нашем ошибочном человеческом мозге или на манипулятивной информационной среде, которая сбивает нас с пути.Это отражает нашу человеческую потребность в простоте и решениях: мы хотим видеть проблемы как вызванные тем или иным, обеспечивая четкий фокус для обвинения и единственного ответа. «Мы склонны к заблуждениям, но также и к заблуждениям относительно наших заблуждений. Фактически, это «бесчисленные взаимодействия и петли обратной связи» среди наших когнитивных сбоев », которые вместе создают систему заблуждений», совершенно не считая любой поддельной информации от людей, пытающихся воспользоваться нами.

Один из таких сбоев, на который ссылается Даффи, — это «то, что бихевиористы называют« эвристикой доступности », мысленным сокращением, с помощью которого мы добираемся до легкодоступной информации, даже если она не совсем соответствует ситуации или не дает нам полной картины.»Классический пример взят из исследования, в котором некоторым испытуемым был зачитан список известных мужчин и менее известных женщин, а другим — список, в котором пропорции были обратными. Когда позже спросили, было ли в списке больше мужских или женских имен, испытуемые «с большей вероятностью сказали, что было больше представителей пола из группы с более известными именами».

Другая тенденция — сделать вывод о том, что уровень внимания, сфокусированного на чем-либо, соответствует распространенности самого явления.Даффи и его коллеги собрали данные как о подростковой беременности, так и о публичных оценках ее частоты. «Подростковая беременность в 38 странах, которые мы изучили, встречается редко, — пишет автор, — около 2 процентов девочек в возрасте от 15 до 19 рожают в любой конкретный год. Однако в среднем, по оценкам людей, 23 процента девочек-подростков рожали каждый год «. Цифры по США близко соответствовали этому среднему значению, в то время как в Германии респонденты предположили, что 16 процентов девочек-подростков рожали детей, когда реальный показатель был равен нулю.6 процентов. По словам Даффи, у большинства из нас «нет доказательств, опровергающих фокусировку СМИ» на подростковой беременности, «поэтому [это] кажется частым явлением».

Искаженная перспектива, отраженная в этих цифрах, служит примером «эмоциональной бесчисленности»: тенденции «переоценивать то, о чем мы беспокоимся, равно как и беспокоиться о том, что мы переоцениваем». Тема иммиграции — еще один очевидный пример. Автор сообщает, что каждый проведенный им опрос американцев или британцев показал, что они убеждены в том, что уровень иммиграции «примерно вдвое превышает реальный уровень».«

Затем добавьте укрепляющую эго склонность переоценивать то, что и сколько мы знаем. Одно исследование показало, что треть американцев заявили, что, по их мнению, «авария в Северной Дакоте» скрывается правительством, хотя такого инцидента не было. В другом исследовании «респондентов просили оценить свои знания по 150 различным темам, — пишет Даффи, — от Наполеона до« двусмысленности », но при этом были добавлены полностью выдуманные примеры, такие как« хорамин »и« Эль-Пуэнте ».«Респонденты утверждали, что обладают хотя бы некоторым знанием 44% реальных тем, но также утверждали, что знают что-то о 25% надуманных тем».

Среда массовой информации не создала ни одной из этих тенденций, хотя это не совсем помогает. Для Конта прогресс подразумевал рост когда-либо достоверных и всеобъемлющих знаний. Даффи, кажется, разделяет этот оптимизм в принципе или, по крайней мере, хочет его почувствовать, но при этом подразумевает, что заблуждение и самообман остаются стандартными режимами взрослого ума.

Одна из немногих действительно обнадеживающих вещей, о которых он сообщает, — это исследование Стэнфордского университета, «как 10 докторов философии историков, десять профессиональных проверяющих фактов и 25 студентов Стэнфорда оценивали действующие веб-сайты и искали информацию по социальным и политическим вопросам». Полученные данные свидетельствуют о том, что решающим фактором был не уровень образования как таковой. И профессора, и студенты «часто попадались на поддельные веб-сайты, которыми легко манипулировать, например, на профессионально выглядящие логотипы. Несмотря на то, что это были хорошо образованные группы, они, как правило, оставались внутри веб-сайтов.«Специалисты по проверке фактов, напротив, использовали гораздо более латеральный подход, открывая несколько вкладок для быстрого сбора внешних мнений о правдивости информации… [и приходя] к правильным выводам за меньшее время, чем это потребовалось другим группам. «

Что касается «теории непонимания», обещанной подзаголовком книги, она, кажется, была разработана в отрывке, который Даффи цитирует из Бэкона в 1620 году: «Человеческое понимание, когда оно однажды приняло мнение… привлекает все остальное в поддержку и согласен с этим.И хотя на другой стороне можно найти большее количество и вес примеров, тем не менее, он либо игнорирует, либо презирает, либо каким-то отвлечением отбрасывает и отвергает «. Настоящий прогресс означает усвоение этого урока — и повторное рассмотрение его как необходимо.

Латиноамериканский позитивизм: новые историко-философские очерки

Лексингтон Книги

Страниц: 202 • Отделка: 6 x 9

978-0-7391-7848-5 • Твердый переплет • Декабрь 2012 г. • 97 долларов США.00 • (75 фунтов стерлингов)

978-0-7391-7849-2 • электронная книга • декабрь 2012 г. • 92,00 $ • (71,00 £)

Грегори Д. Гилсон получил докторскую степень. из Университета Висконсина в Мэдисоне. Он работал редактором «Вестника латиноамериканских проблем в философии» (журнала Комитета Американской философской ассоциации по латиноамериканской философии), а в настоящее время — редактором Межамериканского философского журнала.Он опубликовал педагогические очерки о преподавании латиноамериканской философии. Он также является соавтором словаря основных деятелей латиноамериканской философии, включенного в «Компаньон латиноамериканской философии» (Нью-Йорк: Wiley-Blackwell, декабрь 2010 г.). В настоящее время он является адъюнкт-профессором и заведующим кафедрой истории и философии Техасского университета — Панамериканский.

Ирвинг В. Левинсон, стипендиат программы Фулбрайта, получил докторскую степень. с отличием Университета Хьюстона и в настоящее время является доцентом латиноамериканской истории в Университете Техаса — Панамериканский.Он специализируется на истории Мексики и является автором книги «Войны внутри войны: мексиканские партизаны, внутренние элиты и Соединенные Штаты Америки, 1846–1848 годы», а также нескольких статей, в том числе «Политика Испании на северных рубежах: ограниченные ресурсы и разнообразные ответы. »И« Новая парадигма старого конфликта: война между Мексикой и США ».

Введение
Часть 1: Идеология
Глава 1: Смерть позитивизма и рождение мексиканской феноменологии
Глава 2: Латиноамериканский и логический позитивизм
Глава 3: Хорошее и полезное вместе: Колумбийский позитивизм в век конфликтов
Глава 4 : От позитивизма к антипозитивизму: некоторые примечательные преемственности
Глава 5: Почему позитивизм потерпел неудачу Латинская Америка
Часть 2: Реализация
Глава 6: Положительно катастрофическая реализация идеологии Конта в Мексике: 1876-1910 годы
Глава 7: Военные позитивисты Бразилии: еще один миф нуждаются во взрыве
Глава 8: Рождение новой политической философии: религия и позитивизм в девятнадцатом веке Бразилия
Глава 9: Герцог при буржуазном дворе: позитивизм и порфиризм в трудах Мануэля Гутьерреса Наджера
Об авторах Индекс

Грегори Д.Гилсон и Ирвинг В. Левинсон составили наиболее полную коллекцию эссе о латиноамериканском позитивизме, доступную в настоящее время англоязычным читателям. Впервые опубликованные в печати, эти эссе возродят интерес к плодотворному интеллектуальному периоду в Латинской Америке. Они являются незаменимым источником для исследователей истории, позитивизма и латиноамериканской философии.
Сусана Нуччетелли, Государственный университет Сент-Клауда

Влияние Огюста Конта на Томаса Харди

Роман — это не что иное, как философия, воплощенная в образах.- Альбер Камю

Введение

Положительная философия Огюста Конта (1798-1857), отвергавшая идею божественного творения и провидения, оказала значительное влияние на развитие взглядов Томаса Харди на религию, историю, общество и мораль. Харди часто и критически изучал Конта и имел тесные контакты с английскими позитивистами, но сам он так и не стал провозглашенным позитивистом, хотя в своих романах и стихах он использовал различную позитивистскую терминологию и идеи.

Позитивная философия Огюста Конта

Огюст Конт сформулировал очень влиятельную философию и идеологию позитивизма, которая также привлекла внимание многих интеллектуалов в викторианской Англии. Он утверждал в своем большом большом труде «Cours de философский позитив» (1830-1842), что общество прошло три стадии:.

  1. Богословская
  2. Метафизический
  3. Scientific (положительный результат)

Теологический этап, продолжавшийся до эпохи Просвещения, характеризовался преобладающим влиянием религии на общественную жизнь.Метафизический этап, начатый Французской революцией, дал оправдание тому, что универсальные права человека, такие как свобода и равенство, превосходят любой божественный или индивидуальный авторитет человека. Третий этап, научный или позитивный, отрицает обоснованность религиозных или абстрактных спекуляций и утверждает, что научные законы являются единственным критерием человеческого знания.

В его второй крупной работе Systeme de politique positive: ou, Traité de sociologie, instituant la Religion de l’humanité (1851-1854), переведенном на английский язык Дж.Х. Бриджес и другие как «Система позитивной политики» или «Трактат о социологии, устанавливающий религию человечества» (1875-1877), Конт преобразовал свою позитивную философию в то, что он назвал «Религией человечества » и провозгласил себя ее верховным жрецом. Он составил подробные планы позитивистской церкви, Катехизиса позитивной религии со светскими таинствами и празднованиями, а также позитивистского календаря, посвященного памяти великих деятелей из истории науки и человеческого прогресса.Многие из его последователей и учеников отвергли эту трансформацию контизма, и Джон Стюарт Милль, один из его ближайших соратников, проводил различие между «хорошим» Контом (автором Курса) и «плохим» Контом (автором Курса). Система) (Фадул и Эсток 3).

Позитивизм в Англии

Позитивная философия была популяризирована в Англии после 1853 года Харриет Мартино, которая «свободно перевела и сжала» до двухтомного шеститомного Конта «Кур де философия позитивного» как «Позитивная философия Огюста Конта».В предисловии она объявила:

.

Мы внезапно обнаруживаем, что живем и движемся посреди вселенной, — как ее часть, а не как ее цель и объект. Мы живем не в капризных и произвольных условиях, не связанных с конституцией и движениями целого. , но по великим, общим, неизменным законам, которые действуют на нас как на часть целого. [xiv]

Перевод Мартино, который был более читабельным, чем оригинальная работа Конта, способствовал распространению знаний о позитивной философии в Англии.Двумя другими важными приверженцами и популяризаторами позитивизма были Джордж Генри Льюис, опубликовавший в 1853 году «Философию наук» Конта и в 1867 году «Историю философии от Фалеса до Конта», и Джон Стюарт Милль, опубликовавший в 1865 году «Огюста Конта и позитивизма». Мартино, как Льюис и Милль. позже отверг многие идеи Конта, в частности его взгляды на роль женщин, свободу и его реакционные политические взгляды (Hill and Hoecker-Drysdale 173)

В 1850-х годах работы Конта оказали большое влияние на группу студентов Вадхэм-колледжа в Оксфорде, которые вели богословские дискуссии.Среди них были Фредерик Харрисон, Эдвард Спенсер Бизли и Джон Генри Бриджес, которые сформировали дискуссионный клуб, известный как Конфедерация ученых Вадхэма, где они обсуждали социальные, политические и религиозные вопросы. Их наставником и наставником был Ричард Конгрив (1818-1899), которого Конт назвал в письме «моим выдающимся учеником» (Bryson 347). В 1854 году Конгрив ушел с поста научного сотрудника и наставника Вадхама и посвятил себя проповедованию Религии человечества Конта в Англия Вскоре Харрисон последовал по пути своего учителя и отправился в Париж, где встретил Конта, который побудил его изучать физические науки, чтобы он мог лучше понять принципы позитивной философии.После смерти Конта в 1857 году Конгрив, Харрисон и другие продолжали распространять позитивную философию в Англии.

Бриджес перевел «Общий взгляд на позитивизм» (1865 г.), Конгрив перевел «Катехизис позитивной религии» (1858 г.), а Бриджес, Харрисон и другие переводили «Систему позитивной политики» (1875–1877 гг.). В 1867 году Конгрив и Харрисон основали Лондонское позитивистское общество для обсуждения социальных, экономических и политических вопросов с точки зрения позитивизма. В 1870 году Конгрив открыл школу позитивистов на 9 Чапел-стрит в Холборне, Лондон.В 1878 году Конгрив и небольшая группа его последователей основали Церковь человечества в бывшей школе на Чапел-стрит. В 1881 году отколовшаяся группа во главе с Харрисоном создала отдельный комитет позитивистов в Ньютон-холле на Феттер-лейн и начала публикацию ежемесячного журнала The Positivist Review, который оставался под этим названием до 1924 года, когда он изменил свое название на Humanity. .

Некоторые приверженцы позитивной философии Конта обратились в его «Религию человечества», описанную в «Системе позитивной политики», которая обещала заменить христианство многим агностикам и атеистам, искавшим новые светские догмы и ритуалы.Возможность замены христианства альтернативной религией, основанной на научных принципах и гуманистических ценностях, могла быть привлекательной для Харди. Однако его интеллектуальный наставник Томас Генри Хаксли по прозвищу «Бульдог Дарвина» резко критиковал теорию Конта еще в 1869 г .:

В той мере, в какой мое исследование того, что конкретно характеризует позитивную философию, привело меня, я нахожу в них мало или совсем ничего, имеющее научную ценность, и очень много, что столь же глубоко антагонистично самой сути науки, как и все, что в ультрамонтанском католицизме. .Фактически, философию Конта на практике можно обобщенно описать как католицизм минус христианство. [141]

Харди несколько раз встречался с Хаксли в Лондоне и восхищенно отзывался о нем: «как о человеке, объединяющем бесстрашный ум с самым теплым сердцем и самыми скромными манерами» (124). Помня резкое замечание Хаксли о философии Конта, Харди, вероятно, подошел к нему с некоторой оговоркой.

Трагическое видение Томаса Харди и контовский позитивизм

г.В. Шерман утверждает, что «философия Харди была любопытной смесью Дарвина и Конта» (432). Харди впервые попал под влияние позитивизма, когда его друг и наставник Гораций Мул дал ему копию книги Конта «Общий взгляд на позитивизм с предисловием Фредерика Харрисона». Это был переработанный и сокращенный отчет Cours de Philosophie Positive, который появился в полном английском переводе в 1896 году как The Course of Positive Philosophy. В книге изложены эпистемологические принципы позитивизма, указаны пути внедрения философии или доктрины Конта в общество и, наконец, представлена ​​светская религия человечества, основанная на принципе «любви, порядка и прогресса», которая должна была заменить христианскую религию как объект духовного поклонения.«Хотя Харди не мог разделить эволюционный оптимизм Конта, на этом идеалистическом этапе его жизни Конт оказал на него особое влияние и, вероятно, способствовал постепенному разрушению его религиозных убеждений» (Харви 15).

Харди, похоже, обнаружил в трудах Конта этические альтернативы христианству, что могло побудить его разработать свою собственную философию «эволюционного мелиоризма», хотя он довольно скептически относился к религии человечества. Как и Конт, Харди враждебно относился к христианской доктрине спасения.Он ценил философию Конта за то, что она предлагала нерелигиозную мораль, основанную на научных основаниях. Кроме того, позитивная философия Конта включала понятие детерминизма, которое было одним из важнейших философских принципов Харди. Вдохновленный Контом, Харди использовал в своей художественной литературе и поэзии некоторые термины и мотивы, заимствованные из позитивной философии. Как отмечает Леннарт А. Бьорк, «Жизнь показывает, что Харди так много читал« Позитивную философию »Конта и сочинения этой школы» в начале 1870-х, что его собственный словарный запас приобрел позитивистский подтекст »(44). ссылок и аннотаций на Конта и английских позитивистов, Гарриет Мартино, Лесли Стивен, Джорджа Льюиса, Дж.Х. Бриджес, Эдвард Спенсер Бизли, Джон Морли и Фредерик Харрисон. Находясь в Лондоне, Харди иногда посещал лекции позитивистов в Ньютон-холле.

Некоторые персонажи Харди можно охарактеризовать как позитивистов, а некоторые термины и идеи позитивной философии Конта можно найти во всех основных романах Харди. Наиболее характерное влияние оказала этическая доктрина альтруизма Конта. Харди использовал принципы альтруистической этики в своей главной художественной литературе. По словам Джорджа Уоттона:

Мы находим его альтруистические взгляды, содержащиеся в его вере в эволюционный мелиоризм и в его «доктрине» «сочувствия» Вселенной, в вере, подкрепляемой законом эволюции, который, как он писал, «сместил центр альтруизма с человечества на весь сознательный мир коллективно ».[6]

Точно так же Сюзанна Кин отмечает, что Харди способствовал распространению концепции альтруизма Конта, которая привела к формированию современной идеи эмпатии, то есть способности разделять или распознавать эмоции или чувства, испытываемые другим человеком, реальным или вымышленным.

Использование Харди слова альтруизм для описания того, что мы бы назвали эмпатией, подчеркивает важный викторианский источник того, что психология двадцатого века называет гипотезой эмпатии-альтруизма: ответ викторианской психологии на позитивизм.[Keen]

В своем произведении Харди умело противопоставлял человеческое сочувствие божественной нечувствительности. (Maynard 153) Его повествовательная стратегия побуждала читателей сопереживать трагическим персонажам, таким как Клайм Йобрайт и Юстасия Уай, Уайлдив и Томазин (Возвращение туземца), Хенчард (мэр Кэстербриджа), Тесс и Энджел Клэр (Тесс из d’Urbervilles), Сью Брайдхед и Джуд Фоли (Джуд Неизвестный).

Томас Харди, как и ряд викторианских интеллектуалов и писателей, отказавшихся от своей религиозной веры, был привлечен позитивистскими идеями Огюста Конта.На него особенно повлияла его теория этической эволюции и социальной динамики (социальных изменений). Однако утопический и причудливый план Конта по созданию идеального позитивистского общества не понравился Харди. Его пессимистическое видение человеческого существования доминирует в его романах и стихах, затмевая случайные проблески научного оптимизма Конта. Идея Конта об альтруизме кажется наиболее очевидным и прочным влиянием в романах Харди.

Ссылки и дополнительная литература

Бейли, Дж.О. «Эволюционный мелиоризм в поэзии Томаса Харди», Исследования по филологии, 60 (3), 1963, 569-587.

Бьорк, Леннарт. Психологическое видение и социальная критика в романах Томаса Харди. Стокгольм: Almquist & Wiksell International, 1987.

Блум, Гарольд, изд. Томас Харди. Филадельфия: Chelsea House Publishers, 2004.

Батлер, Лэнс Сент-Джон, изд. Томас Харди после пятидесяти лет. Тотова, Нью-Джерси: Роуман и Литтлфилд, 1977.

Бреннеке, Эрнест-младший.Вселенная Томаса Харди: исследование разума поэта. Бостон: Small Maynard and Company, 1924.

Жакетт, Дейл, изд. Шопенгауэр, философия и искусство. Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1996.

Даффин, Х. Томас Харди: Исследование романов Уэссекса, стихов и династий. Манчестер: University Press, 1964.

Госсин, Памела. Новая вселенная Томаса Харди: астрономия, космология и гендер в пост-дарвиновском мире. Олдершот: Ashgate Publishing, Ltd., 2007.

Харди, Эвелин. Томас Харди. Лондон: Hogarth Press, 1954.

Хайман, Вирджиния Р. Этическая перспектива в романах Томаса Харди. Порт Вашингтон: Нью-Йорк: Издательство Национального университета, 1975.

Карл, Фредерик Р. «Мэр Кэстербриджа, определение новой беллетристики», «Современные художественные исследования», VI (3), 1960, 195-213.

Крамер, Дейл, изд., Кембриджский компаньон Томаса Харди. Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1999.

Маллет, Филипп, изд.Томас Харди в контексте. Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 2013.

.

Миллер, Дж. Хиллис. Томас Харди: Расстояние и желание. Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета, 1970.

Ньютон К. М. Современная литература и трагедия. Эдинбург: Издательство Эдинбургского университета, 2008.

Пейдж, Норман, изд. Oxford Reader’s Companion для Харди. Оксфорд: Oxford University Press, 2001.

.

Пайт, Ральф. Томас Харди: Охраняемая жизнь. Нью-Хейвен, штат Коннектикут: Издательство Йельского университета, 2006.

Томалин, Клэр. Томас Харди. Лондон: Penguin Books, 2006.

.

Вебер, Карл Дж. Харди из Уэссекса, его жизнь и литературная карьера. Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета, 1940.



Викторианский
Интернет


Авторы


Томас
Харди


Философия

Последнее изменение 6 сентября 2014 г.

.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts