Социальная идентичность: теоретико-методологические основания социологического анализа – тема научной статьи по социологическим наукам читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

Содержание

теоретико-методологические основания социологического анализа – тема научной статьи по социологическим наукам читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

Н. Л. БАЛИЧ, кандидат социологических наук,

Институт социологии НАН Беларуси, г. Минск

социальная идентичность: теоретико-методологические основания

СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

В статье рассматривается феномен социальной идентичности, теоретико-методологические основания социологического анализа в рамках функционализма, символического инте-ракционизма, феноменологической социологии, интегративного подхода и возможности их применения в современных условиях.

Ключевые слова: идентичность, социальная идентичность, идентификация, индивид, социальная группа, социальная общность.

Природа социальной идентичности и особенности ее формирования интересны не только в теоретическом, но и в практическом плане, поскольку определяют логику отбора исследовательских средств в рамках данной проблематики, а также позволяют глубже понять специфику взаимоотношений человека и общества.

Среди современных исследователей нет единого мнения относительно того, кто ввел понятие «идентичность» в психологической науке. Термин имеет много смысловых оттенков в связи с различными теоретическими парадигмами конца Х1Х-ХХ столетий. Истоки понятия «идентичность» заложены и отражены в выступлениях в работах З. Фрейда. Появление термина «идентичность» в рамках психоаналитического подхода связывают с именем Э. Эриксона [1].

Методологические основания социологии интегрируют в себе наиболее значимые и продуктивные подходы к исследованию социальной идентичности.

Это фундаментальные классические работы М. Вебера, П. Бергера, Э. Гидденса, И. Гоффмана, Э. Дюркгейма, Р. Мертона, Т. Парсонса и др.

В социологических теориях, применяемых к исследованию проблем социальной идентичности, можно выделить следующие подходы: функционализм и структурный функционализм, символический интеракционизм, феноменологическая социология, интегративный подход.

Основы функционализма и структурного функционализма наиболее полно раскрыты в теориях известных социологов Э. Дюркгейма и Т. Парсонса. В частности, Э. Дюркгейм затронул вопрос о механизмах формирования социальной идентичности и влиянии на индивида его связей с различными общностями. Не используя термин «идентичность», Э. Дюркгейм разработал теорию транс-

ляции социальных идентичностей, раскрыл структуру и процессы конструирования «социальной сущности» личности, которая представляет собой систему «надиндивидуального», отражающей в индивидах групповую принадлежность (религиозные верования, моральные нормы и принципы и т. п.), и передается в процессе социализации от поколения к поколению [2, с. 73-75]. Согласно данной теории, в традиционных обществах человек формирует свою идентичность непосредственно из присутствующей культуры, в современных -руководствуется общими и особенными для типа социальной организации нормами и ценностями.

Т. Парсонс индивидуальную идентичность описывал как систему кодов, посредством которой личностные значения символизируются (через язык, ценности и т. п.) и детерминируют социальные действия субъекта. Понятие «идентичность» относится, по мнению социолога, к двум взаимосвязанным аспектам положения индивида в обществе: знание системы, в которой действует человек, и понимание того, что есть норма и проблема самоопределения и места индивида в нормативном пространстве. В данном контексте идентичность является не состоянием, а структурной характеристикой личности [3].

В рамках функционализма и структурного функционализма идентичность рассматривается как характеристика индивида, формирующаяся в процессе интериоризации социальных норм и ценностей и передающаяся последующим поколениям в процессе социализации.

Некоторые исследователи отмечают, что анализ проблем социальной идентичности в рамках структурного функционализма возможен только в условиях стабильного общества, поскольку «понятийная разработка теории была ограничена допущением изначальной заданности конкретного структурированного объекта» [4, с. 46]. Основы теории функционализма и структурного функционализма важно учитывать и в исследованиях транзитивных обществ.

В рамках символического интеракционизма социальная идентичность освещена в трудах Ч. Х. Кули и Дж. Мида. Согласно теории Ч. Х. Кули представление индивида о себе во многом зависит от восприятия его окружающими. Человек смотрится как в «зеркало» во внешние представления и, отражая последние, создает о себе определенное мнение. Такой процесс важную роль играет на раннем этапе развития человека, когда через восприятия и реакции других людей формируются собственные идеи и суждения относительно своего Я, трансформирующиеся затем в стабильную концепцию собственной, или индивидуальной, идентичности [5].

Дж. Мид рассматривал идентичность как результат социального взаимодействия. В качестве инструмента идентификации индивида с группой он ввел понятие «обобщенный Другой» [6, с. 225]. По -скольку идентичность описывается как способность целостно воспринимать себя и социальный мир, ее структура включает не только единство элементов, но и их связи между собой и с целым. Дж. Мид различает осознаваемую и неосознаваемую идентичности: неосознаваемая — это комплекс ожиданий, исходящих от социального окружения индивида; осознаваемая — формируется

в процессе рефлексирования личностью своего Я, своего поведения. При этом осознаваемая идентичность формируется посредством категорий, зафиксированных в языке в результате социальных взаимодействий.

И. Гоффман выделил три вида идентичностей, выражающих как социальную детерминацию, так и индивидуальное своеобразие личности: социальная идентичность отражает типизацию личности другими на основе групп принадлежности — «социальное Я »; личностная идентичность — уникальный комплекс индивидуальных признаков конкретного человека, характеризующих его как объект во времени и пространстве, — «физическое Я»; Я-идентичность -субъективное восприятие индивидом своей жизненной ситуации и собственного своеобразия — «рефлексивное Я» [7]. Гоффман вводит понятие «политика идентичности» — влияние человека на информацию о себе, проецируемую на социальное окружение. Данная политика реализуется посредством следующих техник: избегания, компенсации (искажение мнения о себе), деидентификации (изменение признаков идентичности).

Ю. Хабермас личностную и социальную идентичность определяет как два неразрывных измерения, в которых реализуется балансирующая Я-иден-тичность: личностная идентичность обеспечивает жизненный путь человека, социальная — возможность выполнять требования всех ролевых систем, к которым принадлежит человек. Установление этого баланса, по мнению автора, происходит с помощью техник взаимодействия. «Вертикальное измерение -личностная идентичность — обеспечивает связь истории жизни человека. Горизонтальное измерение — социальная идентичность — обеспечивает возможность выполнять различные требования всех ролевых систем, к которым принадлежит человек. Во взаимодействии человек проясняет свою идентичность, стремясь соответствовать нормативным ожиданиям и ожиданиям партнера.

В то же время человек стремится к выражению своей неповторимости» [8, с. 369].

Таким образом, интеракционисты определяют личностную идентичность как изначально социальное образование. В основе осознания своей социальной позиции индивидом — восприятие ее другими путем противопоставления позициям иных групп и общностей. Благодаря этому люди упрощают и схематизируют правила социального взаимодействия.

Феноменологическая социология знания представлена в теории П. Бергера и Т. Лукмана. Определяя понятие «идентичность», авторы рассматривают его как синоним понятий «образ Я», Я-концепция, самоописание. Под идентичностью понимается целостный образ, составленный индивидом о самом себе, неизменный во всех жизненных ситуациях, в которых осознает себя индивид. Также идентичность определяется через понятие «идентификация», т. е. соотнесение себя с некоторой социальной группой. Это противоречие между двумя способами определения идентичности разрешается посредством диалектики социальной феноменологии.

«Идентичность, безусловно, является ключевым элементом субъективной реальности… и формируется социальным процессом. Однажды выкристаллизовавшись, она поддерживается, видоизме-

няется и даже переформируется социальными отношениями» [9, с. 279]. Самоидентификация происходит не с конкретными людьми, обладающими уникальными свойствами, а с ролью, стереотипом поведения, который является схемой деятельности и способом типизации опыта в определенных условиях. При этом не всякая самоидентификация оказывается связанной с идентичностью. Идентичность представлена как целостная иерархическая система, которая основывается на нескольких базовых принципах и относительно которой одни факты биографии выступают более значимыми, нежели другие. Обретение идентичности проходит в контексте специфической социальной структуры. «Не только ее содержание, но и меры ее «успеха» имеют социальноструктурные условия и последствия» [9, с. 263].

Таким образом, феноменологический подход основывается на идее конструирования личностью социальной реальности и «Я-образа», который может трансформироваться под воздействием перемен, происходящих в обществе и в самой личности.

Интегративный подход в концепциях П. Бурдьё, Э. Гидденса, С. Хантингтона представлен в исходном принципе многомерности самосознания, в котором присутствуют социальные, культурные и личностные аспекты, находящиеся во взаимосвязи.

Согласно теории П. Бурдьё, структурированное социальное отношение -габитус (habitus) — является системой присущих индивиду диспозиций мышления и действия, которая определяет его знания и опыт [10, с. 24], социальные правила жизнедеятельности различных групп и общностей, выделяя тех, с кем солидаризуется индивид, обладающий аналогичным «символическим капиталом». Габитус представляет собой важнейший элемент в формировании социальных идентичностей, функционирует как матрица восприятия, мышления и практик. Условия существования и сходные социальные позиции агентов определяют возникновение гомологичных габитусов, на базе которых образуются социальные общности: группы, классы.

Каждый индивидуальный габитус представляет собой специфический вариант соответствующего классового габитуса и имеет способность к самосохранению, что ограждает его от неблагоприятных условий внешней среды и от возможных ее нарушений. Габитус способен обновляться в целях социальной адаптации личности. Следует отметить, что П. Бурдьё определяет зависимость социальной идентификации от оценки индивидом своего социального положения как «интуицию практического чувства». Социальная идентичность — это сугубо индивидуальный комплекс глубоко интернализованных социальных черт объективного и субъективного характера [11].

В отличие от П. Бурдьё, не использовавшего понятие «социальная идентичность» применительно к концепту социальной идентичности, Э. Гидденс связывает эти две категории. По его мнению, идентичность следует ассоциировать с «социальной позицией, фиксирующей круг прав и обязанностей, которые актор, соответствующий идентичности (или лицо, занимающее по-

зицию), может активизировать или выполнить» [12, с. 142] в различных со-циетальных общностях. Э. Гидденс рассматривает идентичность и самоидентичность в качестве феноменов культуры современного общества, которые возникают и поддерживаются в повседневной жизни индивида. В структуре идентичности он выделил двухполюсный континуум: абсолютное приспособленчество (конформизм) и замкнутость на себе. Общая идентичность характеризуется им как часто неосознаваемая уверенность индивида в принадлежности к какому-либо коллективу, общие чувства и представления, отражающиеся в сознании [12, с. 100-112].

Американский социолог С. Хантингтон выделил несколько ключевых моментов в исследовании социальной идентичности:

1) Идентичностью обладают как индивиды, так и группы, при этом индивиды приобретают и могут изменять свою идентичность только в группах, имея возможность быть членом сразу нескольких групп и «переключать» идентичности, поскольку групповая идентичность менее гибкая, так как основывается на заранее заданных параметрах. В случае если базовые параметры групповой идентичности исчезают (например, цель, ради которой создается группа), само существование группы оказывается под угрозой до тех пор, пока не будет найдена новая побудительная причина деятельности.

2) Идентичности представляют собой конструкты, формируемые людьми по желанию, необходимости или принуждению. Не считая культурной наследственности (от которой можно и отречься), пола (который можно и сменить), возраста (с которым можно бороться), люди относительно свободны в определении собственной идентичности. Наследуемые признаки (национальность) переопределяются или вовсе отвергаются. Понимание национальной принадлежности меняется со временем, приобретая новое содержание.

3) Как группы, так и индивиды (в меньшей степени) обладают множественными идентичностями. Последние могут быть «кровными», территориальными, экономическими, культурными, политическими, социальными и национальными. Значимость перечисленных идентичностей для индивида или группы со временем и в зависимости от ситуации меняется, дополняя друг друга или конфликтуя между собой.

4) Идентичности определяются «самостью», являясь при этом результатом взаимодействия конкретного человека или группы с другими людьми или группами. Восприятие другими оказывает существенное влияние на самоидентификацию человека или группы. Если в новом социальном контексте человек оказывается в положении чужака, изгоя, он начинает считать себя таким (если большинство населения страны считает некое меньшинство отсталым и невежественным, члены этого меньшинства, скорее всего, воспримут это мнение, в результате чего оно превратится в часть их идентичности). А альтернативные идентичности, по мнению автора, зависят от ситуации [13, с. 50-53].

Исследование феномена социальной идентичности в различных направлениях западной социологии позволяет выделить две основные традиции — ма-кросоциологическую и микросоциологическую.

Западные концепции не всегда можно применить к отечественной действительности, поэтому важно учитывать опыт российских и белорусских социологов в изучении особенностей формирования социальной идентичности в условиях реальных социально-экономических преобразований. В частности, следует отметить прикладные исследования В. А. Ядова (1992-1994 гг.). которые внесли существенный вклад в изучение представительных массовых данных доминирующих тенденций формирования социальной идентичности [14]. Социально-идентификационные процессы описываются как основа возникновения устойчивых социальных интересов, что является механизмами формирования гражданского общества.

Понятие «социальная идентичность» определяется социологом как «осознание, ощущение, переживание своей принадлежности к различным социальным общностям. малая группа, класс, семья, территориальная общность, этнонациональная группа, народ, общественное движение, государство, человечество в целом» [14, с. 159]. Чувство принадлежности к социальной общности выполняет важные социальные и социально-психологические функции: обеспечивает подчинение индивида социальной группе, групповую защиту, критерии оценки и самооценки.

В российской и белорусской науке тему социальной идентичности раскрывают В. С. Агеев, Т. С. Баранова, Е. Н. Данилова, Л. М. Дробижева, С. Г. Климова, И. С. Кон, А. В. Мальцева, А. В. Микляева, П. В. Румянцева, И. С. Самошкина и др. В результате их исследований выявлен целый ряд особенностей психосоциального развития личности, изучена роль идентичности в ходе адаптации индивида в условиях социальных изменений, особенности формирования и интеграции в целостную структуру профессиональных, этнических и иных значимых идентичностей индивида.

Обобщения, достигнутые в представленных выше концепциях, помогают выработать методологическую базу исследования категории «социальная идентичность». К общесоциологическим основаниям становления социальной идентичности можно отнести: общественное разделение труда, различия статусов и ролей, процессы социализации, связи индивида с различными общностями и группами, различия культур.

При всем многообразии исследовательских подходов концепт идентичности остается одним из самых сложных и многозначных в социологической науке, что требует новых разработок и прикладных исследований, направленных на выявление основных тенденций и особенностей формирования различных форм социальной идентичности.

Литература

1. Эриксон, Э. Идентичность: юность и кризис : пер. с англ. / Э. Эриксон. — М.: Прогресс, 1996. — 342 с.

2. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда; Метод социологии / Э. Дюркгейм. -М.: Наука, 1991. — 576 с.

3. Парсонс, Т. Система современных обществ / Т. Парсонс. — М.: Аспект-Пресс, 1998. — 270 с.

4. Луман, Н. Введение в системную теорию / Н. Луман; под ред. Б. Беккера. — М.: Логос, 2007. — 360 с.

5. Кули, Ч. Х. Человеческая природа и социальный порядок / Ч. Х. Кули. — М.: Идея-Пресс, 200. — 320 с.

6. Мид, Дж. Интернализованные другие и самость / Дж. Мид // Американская социологическая мысль / Р. Мертон [и др.]; сост. Е. И. Кравченко; под общ. ред. В. И. Добренькова. -М., 1996. — С. 222-224.

7. Гоффман, И. Представление себя другим в повседневной жизни / И. Гоффман; пер. с англ. и вступ. ст. А. Д. Ковалева. — М.: Канон-пресс-Ц: Кучково поле, 2000. — 304 с.

8.Хабермас, Ю. Европейское национальное государство: его достижения и пределы. О прошлом и будущем суверенитета и гражданства / Ю. Хабермас // Нации и национализм; редкол. Б. Андерсон [и др.]. — М.: Праксис, 2002. С. 364-380.

9. Бергер, П. Социальное конструирование реальности: трактат по социологии знания / П. Бергер, Т. Лукман; пер. Е. Д. Руткевич. — М.: Медиум [и др.], 1995. — 323 с.

10. Бурдьё, П. Начала / П. Бурдьё; пер. с фр. Н. А. Шматко. — М.: Socio-Logos, 1994. — 288 с.

11. Бурдьё, П. Идентичность и репрезентация: элементы критической рефлексии идеи «региона» / П. Бурдьё // Ab Imperio. — 2002. — № 3. — С.45-60.

12. Гидденс, Э. Устроение общества: Очерк теории структурации / Э. Гидденс. — 2-е изд. -М.: Академический Проект, 2005. — 528 с.

13. Хантингтон, С. Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности / С. Хантингтон; пер. с англ. А. Башкирова. — М.: АСТ, Транзиткнига, 2004. — 635 с.

14. Ядов, В. А. Социальные и социально-психологические механизмы формирования социальной идентичности личности / В. А. Ядов // Мир России. — 1995. — №3-4 — С. 158-181.

N. L. BALIcH

social IDENTITY: THEoRETicAL AND METHoDoLoGicAL GRouNDs of sociological analysis

summary

The phenomenon of social identity is discussed in the article. Author analyzed theoretical and methodological grounds of sociological analysis of social identity in functionalism, symbolic interactionism, phenomenological sociology, integration approach and the possibility of their application in the context of modernity.

Key words: identity, social identity, identification, individual, social group, social community.

Поступила 29.10.2012 г.

(PDF) Разновидности социальной идентичности: подходы к классификации

Она может относиться к различным статусам, ролям и направлениям жизнедеятельно%

сти. Она апробирована, достроена и присвоена индивидом. Она представляет собой

наиболее высокий уровень социальной идентичности, обретенной индивидом, когда

человек знает, кто он и чего он хочет. Достигнутой идентичностью, по Дж. Марсиа, об%

ладает человек, прошедший период кризиса и самоисследований и сформировавший

определенную совокупность личностно значимых для него целей, ценностей и убежде%

ний. Таким людям присуще чувство направленности и осмысленности жизни, чувство

доверия и оптимизма в отношении будущего. Их не пугают трудности (Marcia, 1980).

Особо важным основанием для выделения разновидностей социальной идентично%

сти могут рассматриваться ее компоненты, отражающие то или иное сходство ин%

дивида с конкретными свойствами объекта как идентификационного ориентира или

с сущностными сторонами социальности, в которую он интегрирован. Можно ска%

зать, что это — содержание или профиль как набор типичных характеристик опреде%

ленной стороны социальной идентичности. Ведь процессы социальной идентифика%

ции отражают то или иное содержание социализации индивида. Поэтому выделенное

нами ранее содержание социализационного процесса в качестве классификационно%

го критерия разновидностей социализации (профессиональная, правовая, политиче%

ская, культурная и другие виды социализации) предлагается использовать и в обозна%

чении видов социальной идентичности. По содержанию можно выделить следующие

ее разновидности: статусная, ролевая, профессиональная, корпоративная, полити

ческая, культурная, этническая, историческая, национальная, гражданская, пат

риотическая, территориальная, религиозная, виртуальная, сетевая, возрастная,

гендерная, половая, психофизиологическая, телесная, европейская, азиатская, расо

вая и другие идентичности.

Статусная идентичность отражает социальное положение человека в обществе,

его принадлежность к тому или иному социальному слою. Статусы могут быть фор%

мализованными и неформализованными. Формализованные (формальные) статусы

возникают в рамках формальных институтов и групп (статус директора завода, бри%

гадира, профессора, магистра и т. д.). Неформализованные (неформальные) статусы

(статус лидера компании друзей, неформального лидера коллектива, уважаемого че%

ловека и т. д.) основаны на общественном мнении, а не на законах. Статусная идентич%

ность индивида зависит от предписанности или приобретенности его статуса. Пред%

писанный статус, как правило, человек имеет от рождения — раса, пол, родствен%

ное положение, возрастные характеристики и т. д. Индивид вынужден принимать

такой статус и соответствующую ему идентичность, а если по%другому, то его иденти%

фикация уходит в отклонение, которое в каждом конкретном случае будет особо

трактоваться социальным окружением и иметь те или иные последствия для судьбы

конкретного человека. Статусная идентичность, для достижения которой необходи%

мо приложить усилия, связана с приобретаемыми, достигаемыми статусами (статус

профессора, предпринимателя, жены, пианиста, офицера, студента и т. д.). Человек не

всегда имеет возможности достичь желаемого статуса. Он корректирует свои амби%

ции, ищет способы замещения и компенсации статусной идентичности. Личный ста%

тус — это положение, которое человек занимает в первичной группе в зависимости от

того, как он оценивается данной группой в качестве человеческого существа со свои%

ми личностными качествами.

Ролевая идентичность — осознанная человеком и выполняемая им социальная

функция, модель поведения, заданная его социальной позицией в системе социальных

94 ЗНАНИЕ

. ПОНИМАНИЕ.

УМЕНИЕ 2019 — №4

Социальная идентичность личности | Статья в журнале «Молодой ученый»



«Я», которое составляет Вас, обретает все это — тело или психику, — лишь когда само участвует в жизни.

Хосе Ортега-и-Гасет

Социальная идентичность — это понятие, с которым сталкивается каждый специалист. Что такое социальная идентичность, каковы ее типы и характерные особенности, как она влияет на личность человека?

Понятия идентичности и идентификации очень важно различать при изучении межгрупповых отношений. Основатель психоанализа Зигмунд Фрейд впервые ввел понятие идентификации. Он рассматривал идентификацию как бессознательный процесс подражания и считал это одним из способов психологической защиты личности. В социальной психологии считается, что идентификация является важным условием социализации, усвоения человеком схем и образцов поведения в обществе. В результате социализации индивид принимает свои социальные роли. Он осознает, что принадлежит к определенной группе (возрастной, профессиональной), нормам которой нужно следовать.

В современном мире идентификация рассматривается как явление, которое можно наблюдать со стороны, мы можем констатировать наличие некоего процесса, определять его результат.

Существует и такое понятие, как идентичность. Оно относится к состоянию внутреннего мира индивида. Это субъективное отнесение себя к определенной социальной группе (классу, типу, виду). Итак, идентичность в самом общем виде представляет собой отождествление человека с другими.

Согласно теории английского психолога Генри Тэджфела, можно представить идентификацию личности в виде системы, регулирующей всевозможные формы социального поведения. Данная система включает в себя две подсистемы. Первая из них — личностная идентичность. Она отвечает за то, как личность самоопределяется, является совокупностью индивидуальных интеллектуальных, физических, морально-нравственных и других характеристик человека. Вторая подсистема — групповая идентичность. Она отвечает за отнесение индивида к профессиональным и другим группам.

Самоосознание, как способность человека наблюдать и понимать себя как мыслящего и чувствующего субъекта, оценивать себя, учитывая мнения других людей, идентификация личности и Я-концепция широко представлена в рамках проекта «Мультикэмп… дальше не помню», который стартовал в 2012 году. Участники проекта — это получатели социальных услуг Психоневрологических диспансеров г. Москвы и тренеры ЦССВ «Южное Бутово».

В проекте «Мультикэмп» получатели социальных услуг ПНИ были вовлечены в коррекционную работу по направлению «Мое социальное окружение, мои ценности и социальные роли». Это:

– Формирование знания о правилах поведения в разных социальных ситуациях и с людьми разного социального статуса, со взрослыми разного возраста и детьми (старшими, младшими, сверстниками), со знакомыми и незнакомыми людьми;

– Освоение необходимых участнику проекта социальных ритуалов;

– Освоение возможностей и допустимых границ социальных контактов, выработки адекватной дистанции в зависимости от ситуации общения;

– Расширение и обогащение опыта социального взаимодействия участника в ближнем и дальнем окружении.

На начальном этапе проекта участники решали фундаментальный вопрос — доверяет ли он окружающему его миру или не доверяет. Решался этот вопрос о базовом доверии к миру в общении со взрослым. Так, например, особо стало нравиться участникам проекта, когда окружающие люди стали узнавать об их интересах, спрашивать, что им нравится или не нравится, чем они увлекаются. С большим желанием они стали сообщать общие сведения о себе: имя, фамилия, возраст, пол, место жительства, свои интересы, хобби и др.

Александр М. У меня есть свой огород. Я сам сажаю овощи и ухаживаю за ними. Потом собираю и угощаю всех. Мне нравится это делать.

Светлана К. У меня есть парень. Мы иногда ругаемся, потом миримся. Он делает мне подарки.

Участники проекта находились в непривычных для них условиях — это проживание в палатках, приготовление пищи на костре, купание в реке. Они находились в тесном контакте со средой своего обитания через впитывание звуков, цветов, света, тепла и холода, пищи, улыбок и жестов и т. д. Это позволило перейти к решению важной для них жизненной задачи — обретению самостоятельности (альтернативный/негативный вариант — неуверенность в себе, стыдливость, непрерывные сомнения).

Сергей К. Я вначале боялся. Ведь никогда не жил в палатке в лесу. Но, ребята поддержали меня. Вместе не так страшно.

В походных условиях проживания расширяется пространство жизнедеятельности участников проекта. Они начинают сами себе ставить цели, придумывать занятия, проявлять изобретательность. Это — игры, антиципации ролей, овладения реальностью посредством экспериментирования и планирования. В пространстве участников проекта появляется все больше людей. Уже не только сотрудники своего учреждения, но и другие взрослые являются предметом идентификации участником проекта себя со взрослыми как основы становления новой ступени идентичности. Так, во время театрализованной деятельности ребята примеряли на себя различные роли — бабушки, дедушки, внучки и др. Это был сложный, но полезный для них опыт.

Участники проекта овладевали различными умениями, в том числе и умением учиться. Это усвоение новых знаний, стремление делать все хорошо, заряженность на дух соревнования. Здесь формируется чувство умелости, компетентности. Овладевая новыми знаниями, участники проекта начинают идентифицировать себя с представителями отдельных профессий, для них важным становится общественное одобрение их деятельности.

Сергей К. Я научился готовить курицу. Это очень интересно. Думаю пойти учиться на повара.

Андрей С. Я в колледже учусь на садовода. В походе на поляне нет таких цветов, которые мы учили. Хочу узнать больше о полевых цветах, их пользе.

В рамках реализации проекта «Мультикэмп» были выявлены противоречия между способностью участника к развитию, которую он получил на основании благоприобретенного им опыта, и личностным застоем, медленным регрессом личности в процессе обыденной жизни. Наградой за овладение способностью к саморазвитию явилось формирование человеческой индивидуальности, неповторимости. Поднимаясь над уровнем идентичности, участник проекта обрел редкостную способность быть самим собой. Это ярко проявилось в музыкальных конкурсах самодеятельности. Песни под гитару, веселые и смешные сценки на походную тему, сольные песни и хоровое пение — все это стало ярким примером и отражением становления каждого участника как личности, осознание своей индивидуальности и неповторимости.

Лена А. Я боюсь! Я не пойду по переправе, не дойду… упаду!

История Лены А. стала ярким примером проявления аутентичности. Это способность человека в общении отказаться от различных ролей, позволяя проявляться подлинным, свойственным только данной личности эмоциям и поведению. В этой истории Лена А., осознав свой страх на переправе, и услышав команду тренера петь, выбрала свой особенный путь преодоления страха и выполнения ответственного задания. Пользуясь моральной поддержкой других участников соревнований, ей удалось перенести уверенность в навыке пения, которым она хорошо владела, на новую ситуацию — преодоления препятствия по канатной переправе, во время которой она испытала панический страх.

Аутентичность здесь — это не подражание образцу, скажем, герою, а выстраданная в борьбе с самим собой свобода в принятии своих уникальных особенностей и неповторимой стратегии построения собственной жизни. В данной ситуации аутентичное поведение предполагает цельное переживание непосредственного опыта, не искаженное психологическими защитными механизмами. Лена А. вовлечено воспринимала происходящее и затем непосредственно проявила свое эмоциональное отношение к нему. Ее мысли и действия согласованы с эмоциями. Поведение такого человека оценивается как конгруэнтное (т. е., с точки зрения стороннего наблюдателя, информация, поступающая от него по вербальному и невербальному каналам, является согласованной)

Примером аутентичного поведения может служить поведение участника тренинговой группы, который, испытывая страх перед предстоящим групповым обсуждением вопроса «Как ты сейчас себя чувствуешь?», честно признается в том, что боится.

Участие, взаимопомощь, эмоциональная поддержка, понимание, терпимость, с которыми участники проекта сталкиваются на походных тренингах, явились мощным психологическим средством раскрытия потенциальных возможностей человека, укрепляющих веру в свои силы, восстанавливающих позитивное отношение к себе. Ощущение духовного и социального благополучия базируется на осознании своей нужности кому-то или чему-то, а также на ясном понимании своей собственной независимости и самостоятельности. Это порождает в человеке чувство осмысленности существования и защищенности. Последнее связано с представлением о минимальной степени гарантированной безопасности и верой в собственные силы. Чувство осмысленности включает наличие ясных и достижимых целей, ощущение контролируемости происходящих событий, ненапрасности потраченных усилий.

Литература:

  1. Агеев В. С. Межгрупповое взаимодействие: Социально-психологические проблемы. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990.
  2. Баранова Т. С. Социальная идентификация личности. — М.: Институт социологии РАН, 1993
  3. Tajfel H., Turner J. C. An integrative theory of intergroup conflict.// W. G. Austin, S Worchel (eds.). The social psychology of intergroup relations. — Monterrey, Calif., 1979.
  4. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис: пер. с англ. М., 2006.

Основные термины (генерируются автоматически): участник проекта, лена, аутентичное поведение, идентификация, идентификация личности, социальная идентичность, способность человека.

Социальная идентичность, консолидация и коллективная память в малом городе Сибири


Please use this identifier to cite or link to this item: http://hdl.handle.net/10995/42341

Title: Социальная идентичность, консолидация и коллективная память в малом городе Сибири
Other Titles: Social identity, consolidation and collective memory in the small town of Siberia
Authors: Skudenkov, Y. V.
Скуденков, Е. В.
Issue Date: 2016
Publisher: Издательство Уральского университета
Citation: Скуденков Е. В. Социальная идентичность, консолидация и коллективная память в малом городе Сибири / Е. В. Скуденков // Культурная память и культурная идентичность : материалы Всероссийской (с международным участием) научной конференции молодых ученых (XI Колосницынские чтения).— Екатеринбург : Изд-во Урал. ун-та, 2016. — С. 343-346.
Abstract: The article examines the processes of construction of social identity and collective memory consolidation, showing the contradictions and prospects of the development environment.
В статье рассматриваются процессы конструирования социальной идентичности, консолидации и коллективной памяти, показываются противоречия перспектив и условий развития.
Keywords: SOCIAL IDENTITY
CONSOLIDATION
COLLECTIVE MEMORY
SMALL TOWNS
SIBERIA
СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
КОНСОЛИДАЦИЯ
КОЛЛЕКТИВНАЯ ПАМЯТЬ
МАЛЫЕ ГОРОДА
СИБИРЬ
URI: http://hdl.handle.net/10995/42341
Conference name: Всероссийская научная конференция молодых ученых (XI Колосницынские чтения) «Культурная память и культурная идентичность»
Conference date: 25.03.2016
RSCI ID: https://elibrary.ru/item.asp?id=27628205
ISBN: 978-5-7996-1865-0
Origin: Культурная память и культурная идентичность : материалы Всероссийской (с международным участием) научной конференции молодых ученых (XI Колосницынские чтения). — Екатеринбург, 2016.
Appears in Collections:Колосницынские чтения

Items in DSpace are protected by copyright, with all rights reserved, unless otherwise indicated.

EconPapers: Персональная или социальная идентичность в реформировании образования: коррупция или инновация

Васина Вероника Викторовна and Халитов Рашид Гусманович
Additional contact information
Васина Вероника Викторовна: Институт педагогики и психологии профессионального образования Российской академии образования (г. Казань)
Халитов Рашид Гусманович: Институт педагогики и психологии профессионального образования Российской академии образования (г. Казань)

Actual Problems of Economics and Law Актуальные проблемы экономики и права, 2014, issue 4 (32), 26-33

Abstract: Цель: разработать модель механизма возникновения выбора персональной или социальной идентичности и на его основе проанализировать психологические предпосылки возникновения коррупции на примере реформирования образования. Методы: положения вероятностной философии В. В. Налимова; положения синергетики о самоорганизующихся системах; собственные разработки авторов: метод психосоциального диссонанса, модель механизма взаимодействия. Результаты: На основе разработанной модели механизма выбора персональной или социальной идентичности показано, что коррупция связана с персональной идентичностью чиновника, личные интересы которого преобладают над общественными (а зачастую и противоположны им), несмотря на то, что занимаемая государственная должность предполагает наличие у должностного лица социальной идентичности и социального (общественного) сознания. Научная новизна: На основе использования авторских методов и моделей, которые тоже представляет научную новизну, в статье впервые исследована роль персональной и социальной идентичности в качестве предпосылки возникновения коррупции. Практическая значимость: Основные положения и выводы статьи могут быть использованы в научной и педагогической (воспитательной) деятельности при рассмотрении вопросов о коррупции и развития общества, в профилактике коррупционных преступлений.

Keywords: ПЕРСОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ; СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ; РЕФОРМА; КОРРУПЦИЯ; КОРРУПЦИОННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ; ПСИХОСОЦИАЛЬНЫЙ ДИССОНАНС; ГОТОВНОСТЬ К РЕФОРМЕ; СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ОБЩЕСТВЕ; ФОРМА САМООПРЕДЕЛЕНИЯ; ВЗЯТОЧНИЧЕСТВО (search for similar items in EconPapers)
Date: 2014
References: Add references at CitEc
Citations: Track citations by RSS feed

Downloads: (external link)
http://cyberleninka.ru/article/n/personalnaya-ili- … siya-ili-innovatsiya

Related works:
This item may be available elsewhere in EconPapers: Search for items with the same title.

Export reference: BibTeX RIS (EndNote, ProCite, RefMan) HTML/Text

Persistent link: https://EconPapers.repec.org/RePEc:scn:029045:15741808

Access Statistics for this article

More articles in Actual Problems of Economics and Law Актуальные проблемы экономики и права from CyberLeninka, Общество с ограниченной ответственностью «Татарский центр образования «Таглимат»
Bibliographic data for series maintained by CyberLeninka ().

Официальный сайт университета имени А.И. Герцена

 

Румянцева Полина Витальевна

 

 

Доцент кафедры психологии человека, кандидат психологических наук, доцент


 

Стаж работы общий / по специальности: 21 год / 21 год

 

E-mail: [email protected] 

 

Часы приёма: понедельник 14.00 — 15.00.

 

Научные интересы:

  • психология социальной идентичности
  • психология этнической идентичности
  • психология миграции и аккультурации
  • психология гендерной идентичности
  • психологическое сопровождение образовательного процесса
  • психология музыкального творчества

 

 

Научные публикации:

 

Общее количество публикаций: более 70. Основные публикации:

 

Монографии:

  • Микляева А.В., Румянцева П.В. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования (монография). – СПб.: изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2008. – 118 с. http://www.humanpsy.ru/miklyaeva/soc_ident_02
  • Микляева А. В., Румянцева П. В. Городская идентичность жителя современного мегаполиса: ресурс личностного благополучия или зона повышенного риска? СПб: «Речь», 2011. http://www.humanpsy.ru/miklyaeva/gorodskaya-identichnost

 

Главы в учебных пособиях: 

  • Социальная психология. Учебник и практикум для академического бакалавриата. Под ред. И.С. Клециной. М.: Юрайт, 2016. – 348 с. 
  • Панферов В.Н., Микляева А.В., Волохонская М.С., Румянцева П.В. Общая психология. Основные психические явления. Учебник и практикум. М.: Юрайт, 2015. 
  • Психология. Под. ред. В.Н. Панферова. СПб.: Питер, 2013. – 480 с.
  • Панферов В.Н.., Микляева А.В., Румянцева П.В. Основы психологии человека. СПб.: Речь, 2009. – 432 с.
  • Практикум по социальной психологии /  Под ред. И.С. Клециной. СПб., «Питер», 2008.
  • Технологии межэтнического, межконфессионального и межкультурного взаимодействия: Учебно-методический комплекс. СПб., Изд-во РГПУ, 2008
  • Технологии конструирования гендера: Учебно-методический комплекс. СПб., Изд-во РГПУ, 2008
  • Технология  формирования политической, этнической и религиозной толерантности: Учебно-методический комплекс. СПб., Изд-во РГПУ, 2008.
  • Гендерная психология. Практикум. 2-е изд. /  Под ред. И.С. Клециной. СПб., «Питер», 2009.

 

Учебно-методические пособия:

  • Микляева А.В., Румянцева П.В., Туманова Е.Н. ШКОЛЬНАЯ МЕДИАЦИЯ: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ. Москва, 2016. Изд-во «СВИВТ». 143 с. 
  • Иоффе Е.В., Коржова Е.Ю., Поссель Ю.А., Румянцева П.В., Сикевич З.В. Рекомендации для принятия практических мер по снижению рекрутирования молодежи в неформальные молодежные объединения экстремистской направленности. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена, 2014.
  • Микляева А.В., Румянцева П.В. Школьная тревожность: диагностика, профилактика, коррекция СПб.: Речь, 2004. – 248 с. 
  • Микляева А.В., Румянцева П.В. «Трудный класс»: диагностическая и коррекционная работа. СПб.: Речь, 2006. – 320 с. http://www.humanpsy.ru/collective/miklyaeva-a-v-rumyantseva-p-v-trudnyj-klass-diagnosticheskaya-i-korrektsionnaya-rabota
  • Сикевич З. В., Поссель Ю.А., Румянцева П.В., Смолина Т.Л. Этнопсихология: учебно-методическое пособие. СПб.: Изд-во АНО «ИПП», 2006. – 110 с.

 

Научно-популярная литература:
 

Микляева А.В., Румянцева П.В. Нам не страшен серый волк… Книга для родителей, которые хотят помочь своим детям избавиться от страхов. СПб.: Речь, 2008. – 208 с.

 

Статьи в ведущих изданиях: 

  • Микляева А.В., Румянцева П.В. Соотношение параметрической и категориальной структур социальной идентичности: результаты эмпирического исследования. // Современные проблемы науки и образования. – 2015. — № 1. – С. 1564.
  • Микляева А.В., Румянцева П.В. Соотношение центральных и периферических компонентов в структуре социальной идентичности личности / А.В. Микляева, П.В. Румянцева // Психологический журнал. — 2011. — Т. 32, № 5. — С. 36-45.
  • Микляева А.В., Румянцева П.В. Структура социальной идентичности личности: возрастная динамика // Вестник ТГПУ. 2009. Выпуск 5 (83). – С. 129-134.

 

Данные публикационной активности:

Число публикаций в РИНЦ: 80

Число цитирований из публикаций, входящих в РИНЦ: 625

Индекс Хирша по публикациям в РИНЦ: 7

 

Проекты:

• Грант РГНФ «Психологическое сопровождение начинающих психологов на этапе вхождения в профессиональную деятельность» (2003-2005 гг.). Исполнитель гранта.
• Грант РФФИ «Семья как среда формирования социальной идентичности младших школьников» (2006-2008 гг.). Исполнитель гранта.
• Грант РГНФ «Городская идентичность в структуре социальной идентичности жителя мегаполиса» (2008-2010 гг.). Исполнитель гранта.
• Грант Erasmus Mundus External Cooperation Window Programme -Triple I155699-EM1-2009-1-FI-ERAMUNDUS-ECW-LOT5 «Мультиэтническая идентичность русскоязычных иммигрантов в Финляндии» (2010 г.). Руководитель и исполнитель проекта. 
• Госконтракт по заказу Комитета по молодёжной политике и взаимодействию с общественными организациями Санкт-Петербурга «Мониторинг деятельности неформальных молодежных объединений, разработка рекомендаций для практических мер по снижению рекрутирования молодёжи в неформальные молодежные объединения экстремистской направленности» (2013 г.). Исполнитель проекта.

 

Повышение квалификации:

2017 г. — «Проектирование и организация учебного процесса в электронной информационно-образовательной среде ВУЗа». РГПУ им. А.И. Герцена.

2017 г. — «Проектирование фонда оценочных средств основной профессиональной образовательной программы высшего профессионального образования». РГПУ им. А.И. Герцена. 

2015 г. — Разработка новых модулей программ бакалавриата по укрупненной группе специальностей «Образование и педагогика» (направление подготовки — экономика), предполагающих академическую мобильность студентов в условиях сетевого взаимодействия образовательных организаций. Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Новосибирский государственный педагогический университет».

2001–2004 гг. – Школа процессуально ориентированной психотерапии (Гильдия психотерапии и тренинга Санкт-Петербурга).

1997–1998 гг. – «Класс профессиональной подготовки по психологическому консультированию» в Муниципальном учреждении дополнительного образования Социально-психологической службе Адмиралтейского района.

 

Читаемые курсы (за 2017/2018 гг.):

  • Социально-психологические технологии работы с трудным классом
  • Психологические основы работы с трудным классом
  • Социальная психология
  • Социально-психологическая адаптация в образовательном учреждении
  • Психология
  • Общая психология с практикумом
  • Психология одаренности
  • Общая психология с практикумом
  • Педагогическая социальная психология
  • Психология конфликта
  • Педагогическая антропология
  • Основы психологической работы с трудным классом

Социальная идентичность — ключ к повышению запоминаемости рекламы

Автор: Юлия Буданова, mfive

Время прочтения 2 минуты

То, как потребитель идентифицирует себя (мужчина, женщина, молодой, пожилой и т. д.) является ключевым фактором того, как он будет реагировать на рекламу. Вообще, самоидентификация оказывает существенное влияние на любые предпочтения человека: от спортивной команды, за которую он болеет, до кандидата, которого хочет видеть президентом. Сегодня мы подготовили адаптацию статьи Уильяма Клемма, старшего профессора неврологии в Техасском университете A&M, о том, как повысить запоминаемость рекламного сообщения.

Маркетинговые исследования говорят, что большинство потребительских решений основаны на памяти. Люди покупают что-либо, потому что помнят достаточно убедительную рекламу об этом. И, конечно, рекламодатели стремятся найти способы заставить потребителей помнить о своих продуктах и ​​услугах. Самый очевидный способ — повторять рекламу снова и снова. Но это стоит больших денег.

Другая рекламная стратегия направлена ​​на то, чтобы достичь целевых потребителей с помощью рекламы, которая использует социальную идентичность.

Идея состоит в том, что человек скорее предпочтет продукт, который соответствует его идентичности. Например, реклама обратной ипотеки с участием пожилой знаменитости, будет убедительна, потому что целевая аудитория — пенсионеры — смогут идентифицировать себя с ее героем и представить, как здорово было бы тоже почувствовать себя знаменитостью.

Другими словами, личная идентификация влияет на то, насколько отзывчив человек окажется к той или иной коммуникации.  Этот же принцип применяется в рекламе, в которую приглашают красивых моделей для продажи одежды или звездных спортсменов для продажи экипировки.

Однако социальная идентичность может быть поставлена ​​под угрозу, если реклама представляет потребителю события или информацию противоречащим или негативным образом. Пожилой человек, например, менее вероятно заинтересуется обратной ипотекой, если продавать ее будет молодая, роскошно выглядящая девушка-модель. Недавние исследования показывают, что подобное когнитивное отключение мешает тому, как потребители запоминают рекламные сообщения. Рекламодатели, конечно, не заинтересованы в том, чтобы создавать рекламу с угрозами идентичности, потому что потребители будут автоматически мотивированы забыть ее.

Процесс мотивированного забывания изучается профессором маркетинга Университета Гонконга Эми Далтон и ее коллегой Ли Хангом. Когда люди видят или слышат рекламу, представляющую угрозу их идентичности, у них автоматически появляется желание забыть об этом. Это защитный механизм. Естественно, эффект наиболее сильно проявляется у людей, у которых более выражена внутригрупповая идентичность. Именно поэтому рекламодатели должны быть очень осторожны, создавая рекламные сообщения, которые затрагивают такие эмоциональные вопросы, как пол, раса, религия или политические убеждения.

В своих исследованиях Далтон и Ханг используют простые рекламные сообщения, связанные с идентичностью, такие как «Женщины могут получить один напиток бесплатно» или «10% скидка для пожилых людей» и тому подобное. Чтобы усилить внимание и укрепить намеченную идентичность, они заранее инструктируют экспериментальную аудиторию.

Например, участниками одного из экспериментов были студенты. Им сказали, что данный эксперимент проводился также со студентами других университетов, тем самым укрепив их студенческую идентичность.

После этого им предложили просмотреть 20 рекламных сообщений, восемь из которых были связаны с их идентичностью с помощью упоминаний, что «действует дополнительная скидка 10% для студентов университета Гонконга». Их предупредили, что затем будет проводиться опрос о том, как хорошо они запомнили просмотренные рекламные сообщения. Но перед этим студенты читали новости о  своем университете — либо нейтральные, либо отрицательные (в группе, где намеренно создавалась угроза идентичности).

Эксперимент показал, что связь с социальной идентичностью усиливала запоминаемость рекламы. Но когда закрепленная идентичность находилась под угрозой (после прочтения негативно окрашенных новостей), запоминаемость рекламы ослабевала, отражая эффект мотивированного забывания.

В другом эксперименте была проверена роль источника нейтральных и негативных новостей с точки зрения социальной идентичности. Сопротивление испытуемых к чтению новостей из источника повышалось, если источник представлял угрозу для их идентичности. Это может объяснить, почему некоторые люди неуклонно стремятся получать новости от одного конкретного источника, такого как NBC (более либеральные зрители) или Fox News (более консервативные зрители). Такая лояльность сводит к минимуму угрозу идентичности и делает новости и мнения более запоминающимися. Очевидно, это способствует политической поляризации. В политике США, например, избиратели не идентифицируются как люди. Они определяются как избирательные блоки (темнокожие, латиноамериканцы, пожилые люди, женщины, миллениалы, бедные, богатые и т. д.). Часто эти группы противопоставляют друг другу (например, «богатые эксплуатируют бедных», «афроамериканцы становятся жертвами белого расизма» и т. д.). То, что используют политики — это и есть социальная идентичность.

В то время как в политике социальная идентичность явление очень старое, исследования потребительской идентичности пока находятся на ранних стадиях. Но их определенно будет становиться больше, поскольку у рекламодателей есть важный мотив: это поможет сделать рекламу более запоминающейся и убедительной.

Рекомендации для дальнейшего чтения:

Теория социальной идентичности — обзор

Угроза самобытности

Теория социальной идентичности утверждает, что люди стремятся достичь и поддерживать чувство положительной самобытности для членства в своей группе (Tajfel & Turner, 1986). Положительная самобытность влечет за собой чувство ценности и отличия от других групп. Стремление благосклонно относиться к нашим внутренним группам имеет интуитивный смысл с точки зрения самооценки, но самобытность также выполняет эпистемическую функцию. Членство в группах позволяет нам «познать» себя, проводя межгрупповые сравнения с аналогичными внешними группами.Однако, когда сравниваемая внутренняя и внешняя группы слишком похожи, недостаточный контраст между группами подрывает их ценность как инструментов самопознания. Когда «они» слишком похожи на «нас», различие между этими категориями теряет смысл; эта дилемма лежит в основе угрозы отличимости (Branscombe, Ellemers, Spears, & Doosje, 1999).

Люди терпят убытки из-за своей индивидуальности отчасти потому, что эти потери могут вызвать беспокойство по поводу будущей жизнеспособности своей группы как отдельной сущности.Теория социальной идентичности предсказывает, что реакция членов группы на потерю самобытности, например на культурную ассимиляцию, будет зависеть от степени их идентификации с соответствующей подгруппой; низкие идентификаторы имеют тенденцию легче ассимилироваться, а высокие идентификаторы имеют тенденцию сопротивляться ассимиляции, демонстрируя более сильную самостереотипию (Spears, Doosje, & Ellemers, 1997) и внутригрупповую предвзятость (Jetten, Spears, & Manstead, 1997). Это особенно актуально для членов групп меньшинств, идентичность которых часто затмевается культурой и ценностями группы большинства.Например, иммигранты, которые переезжают в Соединенные Штаты и пытаются использовать другой язык, кроме английского, часто сталкиваются с давлением ассимиляции, поскольку публично говорят только на английском языке.

Wohl, Giguère, Branscombe и McVicar (2011) продемонстрировали в серии экспериментов, что люди, подвергавшиеся угрозе самобытности, по сравнению с теми, кто находится в контрольном состоянии, сообщали о более высоком уровне поддержки политики, направленной на сохранение самобытности своей внутренней группы путем ее дистанцирования. из соответствующей внешней группы.Один из этих экспериментов манипулировал угрозой отличимости, выставляя некоторых участников, французских канадцев, на газетную статью о слиянии франко-канадской и англофонической культуры (условие угрозы самобытности), а оставшихся участников — на статью о географии Квебека (условие контроля ). Исследователи измерили самооценку стремления к суверенитету Квебека как основной результат, потому что суверенитет от остальной части Канады позволит французским канадцам сохранить самобытность своей группы.Как и предсказывали авторы, групповая идентификация смягчила эффект манипуляции угрозой самобытности на опасения по поводу будущего группы и стремление к суверенитету Квебека как субъекта, отдельного от Канады. Высокие идентификаторы в состоянии угрозы отличимости сообщают о большей озабоченности по поводу будущего группы и большем стремлении к суверенитету, чем низкие идентификаторы в том же состоянии. Вдобавок была найдена поддержка модели, в которой влияние угрозы самобытности на поддержку защитных действий внутри группы (суверенитет Квебека из Канады) модерировалось групповой идентификацией и опосредовано опасениями по поводу будущего группы.Эти результаты демонстрируют важность угрозы самобытности и ее потенциальных последствий для дистанцирования от инклюзивной идентичности более высокого порядка.

Такие мотивы самобытности имеют значение для отношений между меньшинствами. Действительно, исследования показывают, что относительное положение различных меньшинств в обществе по отношению к мейнстриму влияет на отношение к другим меньшинствам (White, Schmitt, & Langer, 2006). White et al. продемонстрировали, что члены группы меньшинства выражали более негативное отношение к более мейнстримовому, по сравнению с менее мейнстримом, похожей внешней группой меньшинства.Эти негативные оценки происходят потому, что сходная внешняя группа меньшинства, которая слишком похожа на мейнстрим, угрожает самобытности группы меньшинства. Например, веганы могут отрицательно оценивать вегетарианцев, потому что они стирают границы между основным течением, всеядными животными и меньшинством.

В целом, слияние с членами других групп с образованием группы высшего уровня может вызвать угрозу социальной идентичности (Branscombe et al., 1999). Угроза самобытности социальной идентичности особенно актуальна при обсуждении солидарности, потому что, как мы утверждали в этой главе, воспринимаемое сходство способствует солидарности.Более сильное воспринимаемое сходство также может спровоцировать угрозу отличимости, и этот эффект наиболее сильно проявляется при высоких идентификаторах (Spears et al., 1997).

Хотя идентификация подгруппы положительно предсказывает внутригрупповую предвзятость и восприимчивость к угрозе самобытности, она не обязательно препятствует идентификации с вышестоящей группой. Хо и Молина (2006) предполагают, что восприятие подгруппы уважает , определяемое как «… чувство, что подгруппа признается, принимается и ценится членами общей группы…» (стр.360), играют важную роль в формировании реакции членов подгруппы на перспективу более всеобъемлющей категоризации. Они описывают две точки зрения, чтобы проиллюстрировать эту дилемму. Во-первых, с точки зрения ассимиляционистов, члены подгруппы должны дезидентифицироваться со своей подгруппой, прежде чем они смогут полностью посвятить себя вышестоящей группе; эта точка зрения утверждает, что идентификация с подгруппой действует как препятствие для идентификации с вышестоящей группой. Во-вторых, с плюралистической точки зрения, члены подгруппы могут поддерживать высокий уровень идентификации с обеими группами; эта точка зрения утверждает, что сильная идентификация подгруппы сдерживает идентификацию с вышестоящей группой только тогда, когда члены подгруппы ощущают отсутствие уважения со стороны большей группы.В соответствии с этой плюралистической точкой зрения Хуо и Молина (2006) обнаружили, что большее восприятие общественного уважения к своей этнической подгруппе в Соединенных Штатах было связано с более позитивным влиянием на американцев, меньшим недоверием к системе правосудия и меньшим фаворитизмом подгруппы. Эти результаты дают надежду на формирование и поддержание более инклюзивных категорий.

Поощрение достаточной общности между группами для построения солидарности, избегая при этом угрозы самобытности, требует тонкого балансирования.Преодоление напряженности между этими конкурирующими силами представляет собой серьезное препятствие для тех, кто пытается применить эти знания. Мы рекомендуем внимательно относиться к восприятию уважения к подгруппе как к одному из многообещающих средств уменьшения угрозы самобытности. Ощущение, что членство в подгруппе ценится и уважается вышестоящей группой, должно бороться с этой тенденцией отказываться от более всеобъемлющей категоризации, когда люди испытывают угрозу самобытности.

Границы | Изучение теории социальной идентичности в корпоративной социальной ответственности: экспериментальное исследование

Введение

Представьте себе Мэри и Джона, работающих в текстильных компаниях.Мэри работает в компании, которая снижает негативное воздействие на окружающую среду. Из листовок и плакатов на работе и из местных газет Мэри много знает о волонтерских программах компании, которые охватывают не только региональные проекты, но и включают образовательные программы в странах-производителях. Мэри поддерживает этичное производство — она ​​знает, что компания справедливо платит всем работникам за границей и что они работают в безопасных условиях. Джон также читает о своей компании в газетах, но его компанию обвиняют в безответственном поведении.Он убежден, что основная стратегия его компании состоит в том, чтобы получать все больше и больше прибыли за счет сокращения ненужных затрат, часто с негативными побочными эффектами для окружающей среды и поощрения социального неравенства. В то время как Мэри удовлетворена стратегией своей компании, Джон ставит под сомнение деловую практику своего работодателя, думая об авариях в странах-производителях и разрушительном воздействии на окружающую среду. Чья идентификация со своей работой и компанией сильнее?

В настоящее время сотрудники все больше узнают о действиях и политике, которые компании проводят для поддержки местных сообществ и общего благосостояния (Raub and Blunschi, 2014), что называется корпоративной социальной ответственностью (CSR).КСО описывает «контекстно-зависимые организационные действия и политику, которые принимают во внимание ожидания заинтересованных сторон и тройной результат — экономические, социальные и экологические показатели» (Aguinis, 2011, p. 855). Долгое время исследования КСО были сосредоточены на финансовых преимуществах и повышении репутации, связанных с КСО, прежде чем индивидуальные реакции привлекли широкое внимание (Aguinis and Glavas, 2012). КСО может быть внутренней, что означает, что она ориентирована на внутренние группы заинтересованных сторон КСО, таких как сотрудники, или внешней, что означает, что она сосредоточена на группах заинтересованных сторон за пределами компании, таких как клиенты или естественная среда и общество в целом ( Рупп, Мэллори, 2015; Главас, 2016).Инициативы КСО охватывают политику и практику разнообразия, этические нормы труда, обучение сотрудников, благотворительные пожертвования, программы развития сообществ, инициативы волонтерства и программы экологической устойчивости (Rupp and Mallory, 2015). Взаимосвязь между КСО и отношением и поведением сотрудников хорошо изучена, и было доказано, что КСО положительно влияет на удовлетворенность работой, приверженность организации и гражданское поведение в организации (OCB) (Rupp and Mallory, 2015; Glavas, 2016; Gond et al. al., 2017). Подводя итог, можно сказать, что общество в целом, сама компания и сотрудники могут получить выгоду от КСО. В этом исследовании основное внимание уделяется сотрудникам, потому что с точки зрения компании они являются наиболее важными заинтересованными сторонами в отношении КСО, и они часто планируют, наблюдают и участвуют в КСО (Rupp and Mallory, 2015).

Несмотря на многочисленные исследования преимуществ КСО для сотрудников, таких как повышенная приверженность и удовлетворенность работой (Рупп и Мэллори, 2015; Гонд и др., 2017), меньше внимания уделялось механизмам того, как это положительное влияние на сотрудников проявляется.Отсутствуют экспериментальные исследования опосредующих механизмов воздействия КСО на сотрудников (Glavas, 2016; Gond et al., 2017), и мало что известно о том, что именно заставляет сотрудников быть более удовлетворенными своей работой или быть более преданными своему работодателю, когда компания социально ответственный. Этого можно достичь только с помощью экспериментальных исследований, допускающих причинно-следственные интерпретации. Настоящее исследование проливает свет на этот черный ящик. Теория социальной идентичности — это наиболее часто используемая теоретическая основа для объяснения того, как КСО благоприятно влияет на сотрудников (Gond et al., 2017), но эта теория еще недостаточно исследована экспериментально. Особенно не хватает исследований, которые включали бы все теоретические предположения, вытекающие из теории социальной идентичности в организации (Ashforth and Mael, 1989). Целью данного исследования является изучение организационной идентификации в качестве объяснительного механизма в контексте КСО и отношения и поведения сотрудников с использованием экспериментального дизайна, следуя строгим требованиям к экспериментальным исследованиям КСО (Aguinis and Glavas, 2012).Мы используем теорию социальной идентичности в организациях в качестве теоретической основы и вносим свой вклад в литературу, освещая причинно-следственные связи КСО с приверженностью организации, удовлетворенностью работой и OCB. Это исчерпывающее применение теории позволяет нам обсудить применимость организационной идентификации для объяснения того, как КСО влияет на сотрудников. Использование экспериментальной методологии виньетки позволяет повысить как внутреннюю, так и внешнюю валидность (Aguinis and Bradley, 2014). Основываясь на знаниях лежащих в основе механизмов, мы узнаем, как организации должны сообщать сотрудникам об инициативах в области КСО внутри компании, чтобы можно было реализовать предполагаемые положительные эффекты КСО.

КСО и ее связь с результатами, связанными с сотрудниками

Анализ CSR на индивидуальном уровне называется микро-CSR и включает в себя исследование влияния CSR на сотрудников или других лиц. Хорошо известно, что восприятие сотрудниками КСО очень положительно связано со многими полезными результатами, такими как идентификация, приверженность, удовлетворенность работой, OCB, вовлеченность и намерение остаться (обзоры см., Например, Aguinis and Glavas, 2012; Rupp and Mallory, 2015; Glavas, 2016; Gond et al., 2017).

В нескольких исследованиях, за исключением виньетки Рауба (2017; исследование 2), изучалась взаимосвязь между корпоративной социальной ответственностью и приверженностью, которая описывает «эмоциональную привязанность к организации, идентификацию с ней и участие в ней» (Meyer and Allen, 1991, p. 67), в корреляционном дизайне (Turker, 2009; Farooq et al., 2014). Организационная приверженность включает аффективные, нормативные и непрерывные компоненты, в то время как аффективный компонент наиболее изучен. Несмотря на то, что идентификация является частью определения приверженности, идентификация и приверженность являются разными концепциями, потому что сотрудники интегрируют ценности организации в свою самооценку, когда они идентифицируют себя со своей организацией, что не относится к приверженности (Riketta, 2005; Ashforth и другие., 2008). Когда сотрудники становятся свидетелями того, как их компании занимаются социальными и экологическими проблемами, они понимают, что компания придерживается высоких этических ценностей, и, как следствие, они с большей вероятностью будут чувствовать себя приверженными компании, в которой они работают (Kim et al., 2010).

Удовлетворенность работой — приятное или позитивное эмоциональное состояние, возникающее в результате оценки работы или опыта работы (Locke, 1976), — также часто исследовалось как результат CSR, но, насколько нам известно, только в рамках кросс-секционных исследований (Valentine and Fleischman, 2007; Shin et al., 2016). Удовлетворенность работой зависит от того, как сотрудники оценивают свою трудовую ситуацию (van Dick et al., 2004; Shin et al., 2016), что также включает восприятие инициатив КСО. Положительная оценка инициатив в области корпоративной социальной ответственности может повысить удовлетворенность работой.

Корпоративная социальная ответственность связана с увеличением OCB, что определяется как «индивидуальное дискреционное поведение, которое прямо или явно не признается формальной системой вознаграждения, и в совокупности способствует эффективному и результативному функционированию организации» (Organ , 1988, с.4), например, помощь напряженному коллеге. Когда сотрудники осознают, что их компания действует в соответствии с их этическими ценностями, они склонны вести себя в соответствии с этими ценностями как часть этой компании (Ellemers et al., 1999). Они, вероятно, будут демонстрировать позитивное поведение, такое как OCB, потому что компания служит хорошим примером и устанавливает поведенческие ориентиры с точки зрения гражданского поведения (Lin et al., 2010). Однако, насколько нам известно, эта связь была исследована только в рамках поперечных исследований (Gao and He, 2017; van Dick et al., 2019).

Хотя взаимосвязь между CSR и приверженностью, удовлетворенностью работой и OCB изучалась много раз с использованием планов корреляционных исследований, мы не знаем, действительно ли CSR имеет причинно-следственный эффект на отношение и поведение сотрудников (Aguinis and Glavas, 2012; Джонс и Рупп, 2017).

Опираясь на план экспериментального исследования, мы выводим следующую гипотезу:

Гипотеза 1: Положительная информация о КСО, включая самобытность, престиж и значимость по сравнению с отрицательной или нейтральной информацией (включая отличительность, престиж и значимость), приводит к (а) усилению приверженности, (б) повышению удовлетворенности работой и (в) повышенный ОКБ.

Идентификация организации

Остается неясным, что именно вызывает влияние КСО на сотрудников; среди исследователей нет единого мнения относительно теории и механизмов посредничества (Rupp and Mallory, 2015; Gond et al., 2017), а теории не имеют строгого экспериментального исследования. Цель этого исследования — изучить, насколько идентификация может объяснить влияние КСО на сотрудников, поскольку теория социальной идентичности является наиболее распространенной и наиболее важной теорией в исследованиях КСО на индивидуальном уровне (De Roeck et al., 2016; Gond et al., 2017). Хотя организационная идентификация широко рассматривается как механизм объяснения, а идентификация в качестве посредника исследовалась несколько раз (например, Farooq et al., 2014, 2017; Shin et al., 2016), аспекты теории социальной идентичности, ведущие к организационной идентификации были упущены из виду, поэтому мы не знаем наверняка, могут ли механизмы, лежащие в основе теории социальной идентичности, быть перенесены на микро-КСО.

Теория социальной идентичности (Tajfel, 1978; Tajfel and Turner, 1979) — это глубокая теория, изначально восходящая к ранним исследованиям в области социальной психологии.Что касается КСО, это означает, что сотрудники, воспринимающие КСО, усиливают идентификацию со своей компанией, что увеличивает их приверженность, удовлетворенность работой и OCB (например, Farooq et al., 2014, 2017; Shin et al., 2016). Растет исследовательский интерес к построению организационной идентификации, поскольку идентификация трансформирует отношения сотрудников к их работодателям и приводит к повышению производительности труда (для обзора см. Blader et al., 2017), здоровью и благополучию (Jetten et al. al., 2017).

Основные принципы, лежащие в основе теории социальной идентичности, — это процессы (само) категоризации. Люди классифицируют себя и других как членов группы и вне группы в соответствии с социальными атрибутами, такими как пол, возраст, профессия или качество инициатив КСО. Эти классификации создают чувство принадлежности. Даже простое (случайное) отнесение к группе может вызвать чувство принадлежности, как показали исследования с использованием минимальной групповой парадигмы (Tajfel et al., 1971; Otten and Moskowitz, 2000).Работа в социально ответственной компании является благоприятным социальным атрибутом, и люди стремятся к этичным компаниям как работодателям, потому что положительно оцениваемое членство в группах повышает самооценку (Ashforth and Mael, 1989). Организационная идентификация увеличивается и, в свою очередь, оказывает благоприятное влияние на дальнейшие результаты, такие как удовлетворенность работой (Shin et al., 2016), приверженность (Kim et al., 2010; Farooq et al., 2014) и OCB (Farooq et al., 2014). ., 2017). Восприятие внутренней корпоративной социальной ответственности связано с гордостью за членство в компании, что, в свою очередь, связано с повышенной идентификацией (Lythreatis et al., 2019).

Согласно Эшфорту и Мэл (1989), которые применили теорию социальной идентичности к организационному контексту, три предшествующих фактора усиливают тенденцию идентифицировать себя с организацией: самобытность, престиж и значимость чужой группы (Ashforth et al., 2008) . Самобытность описывается как уникальность группы и отличает одну группу от другой (Oakes and Turner, 1986). В контексте КСО люди, скорее всего, будут идентифицировать себя со своей компанией, когда инициативы КСО уникальны и отличаются от инициатив других компаний (Du et al., 2007). Престиж относится к желанию людей когнитивно идентифицировать себя с победителями (Ashforth and Mael, 1989), что повышает их самооценку. Престижные компании пользуются хорошей репутацией, потому что их инициативы в области КСО были отмечены наградами или освещаются в средствах массовой информации. Заметность означает, насколько легко можно вспомнить категорию группы или членство в группе (Fitzsimmons, 2013). Осведомленность других групп (значимость внешней группы) увеличивает осведомленность внутренней группы (Аллен и др., 1983; Эшфорт и Мэл, 1989). Перенесенный в контекст КСО, значимость описывает осведомленность сотрудников об инициативах КСО других компаний. Таким образом, сотрудники, скорее всего, выиграют от КСО, когда они идентифицируют себя с компанией, в которой они работают, что происходит, когда ее инициативы в области КСО уникальны, когда они престижны и пользуются хорошей репутацией, и когда сотрудники осведомлены об инициативах и стратегиях КСО. других компаний. Некоторые исследователи протестировали отдельные аспекты теории социальной идентичности в качестве посредников в контексте КСО, такие как престиж (Kim et al., 2010; Де Рок и Делоббе, 2012 г .; Farooq et al., 2017). Например, De Roeck et al. (2016) исследовали престиж как посредника в трехволновой продольной конструкции. Однако эти три антецедента — самобытность, престиж и значимость чужой группы — никогда не исследовались одновременно. Только включение всех трех аспектов позволяет нам тщательно изучить, насколько организационная идентификация объясняет влияние КСО на сотрудников.

На основе теории социальной идентичности исследователи изучили, как КСО влияет на приверженность, удовлетворенность работой и OCB, которые являются одними из наиболее важных последствий КСО для сотрудников (Glavas, 2016).Что касается взаимосвязи между корпоративной социальной ответственностью и приверженностью, идентификация была проверена как посредник рядом с доверием в кросс-секционном дизайне (Farooq et al., 2014). Идентификация была более сильным посредником, чем доверие. Согласно теории социальной идентичности, позитивное восприятие КСО усиливает организационную идентификацию. Это приводит к желанию сохранить эту позитивную идентичность и членство в группе, что выражается в приверженности. Это сильное чувство принадлежности приносит сотрудникам удовлетворение, поскольку оно повышает их самооценку (Ashforth and Mael, 1989).Используя двухволновую продольную схему, El Akremi et al. (2018) обнаружили, что связь между КСО и удовлетворенностью работой опосредована идентификацией. Shin et al. (2016) исследовали модель последовательного посредничества КСО в отношении производительности труда, последовательно опосредованную идентификацией и удовлетворенностью работой. Используя кросс-секционный дизайн, они обнаружили, что, когда сотрудники понимают, что их организация занимается КСО, они с большей вероятностью идентифицируют себя со своей организацией, что, в свою очередь, приводит к удовлетворенности работой.Что касается взаимоотношений между CSR и OCB, исследования также показывают, что идентификация играет важную посредническую роль (Shen and Benson, 2016; Farooq et al., 2017).

Хотя идентификация была проверена в качестве посредника, экспериментов и исследований, включающих три аспекта, которые параллельно усиливают организационную идентификацию — самобытность, престиж и значимость (Ashforth and Mael, 1989; Ashforth et al., 2008) — отсутствуют. Тестирование идентификации как посредника влияния КСО на отношение и поведение сотрудников не является достаточным для поддержки теории социальной идентичности; скорее, необходимо более пристальное внимание к антецедентам, которые необходимы для формирования идентификации.Чтобы проверить теорию социальной идентичности в контексте КСО и, таким образом, допустить, что самобытность, престиж и значимость имеют решающее значение для формирования идентификации, мы формулируем следующую гипотезу:

Гипотеза 2: Влияние КСО на (а) удовлетворенность работой, (б) приверженность и (в) OCB опосредовано организационной идентификацией.

Материалы и методы

План и процедура исследования

В экспериментальном исследовании виньетки, CSR манипулировали внутрисубъектным дизайном, чтобы измерить его влияние на приверженность зависимым переменным, удовлетворенность работой и OCB.Виньетки — это описания ситуаций, нацеленные на манипулирование различными уровнями независимых переменных (Aguinis and Bradley, 2014). Методология экспериментальной виньетки может повысить как внутреннюю, так и внешнюю валидность одновременно по сравнению с обычными экспериментами (Aguinis and Bradley, 2014), которые сталкиваются с дилеммой жертвовать внешним ради внутренней валидности (Scandura and Williams, 2000). Более того, представление аутентичных сценариев способствует экспериментальному реализму и позволяет манипулировать независимыми переменными.Таким образом, метод позволяет причинно-следственную интерпретацию предполагаемых эффектов (Aguinis and Bradley, 2014). Экспериментальные виньетки широко используются, например, в лидерстве (Nübold et al., 2013; Marchiondo et al., 2015; Steffens et al., 2018), организационной справедливости (Ötting and Maier, 2018; Trinkner et al., 2019), исследования дизайна работы (Thompson et al., 2015; Zacher et al., 2017).

В трех экспериментальных условиях виньетки содержали позитивное, нейтральное или негативное изображение деятельности фиктивной компании в области корпоративной социальной ответственности, служащей манипулированием независимой переменной.Инициативы КСО, описанные в виньетках, были вымышленными и разработаны на основе теории социальной идентичности, с акцентом на аспекты, которые увеличивают организационную идентификацию в соответствии с применением КСО к организациям Эшфортом и Маэлом (1989). Это означает, что инициативы были описаны как более или менее четкие и престижные и содержали информацию о КСО других компаний или нет. Это увеличивает ценность литературы, поскольку предыдущие исследования виньеток в области КСО не были разработаны на основе теоретических рамок (Tsai and Yang, 2010; Evans and Davis, 2011; Kim and Park, 2011; Zhang and Gowan, 2012; Rupp et al. al., 2013; Jones et al., 2014). Каждая виньетка содержала одно и то же введение с общей информацией об описанной инициативе КСО. Поскольку исследование проводилось в Германии, текст был представлен на немецком языке, но переведен здесь (текст в скобках указывает структуру и не был представлен участникам):

«Вы работаете в компании Elvoria GmbH [Ltd.] в отделе закупок. Компания производит различные товары, которые доступны в большинстве хозяйственных магазинов. В настоящее время у сотрудников есть возможность участвовать в проекте, ориентированном на социальную ответственность.Все сотрудники были проинформированы по электронной почте и могут подать заявку на это добровольно. Вы подали заявку и теперь являетесь частью команды проекта. Команда проекта регулярно встречается для обсуждения идей, тем и реализации проектов, которые приносят пользу обществу ».

В положительном плане инициативы в области КСО были описаны как уникальные и щедрые, чтобы подчеркнуть самобытность. Prestige был реализован путем описания компании как победителя престижной национальной премии в области корпоративной социальной ответственности. Чтобы манипулировать значимостью чужой группы, были описаны инициативы в области корпоративной социальной ответственности другой соседней компании из того же филиала:

«[Самобытность] Руководство компании инициировало проект с целью вовлечения в социальные вопросы, потому что компания рассматривает сотрудников и общество как две важные опоры.Участники проекта уже определились со специальными и инновационными проектами и сейчас их тестируют. Например, рано бросившим школу нужно дать шанс работать в компании, предложив более длительную оплачиваемую стажировку, которая открывает перспективу начала карьеры. Кроме того, для производства будут использоваться более экологически чистые ресурсы. [Престиж] В прошлом году компания была удостоена Премии Федерального правительства Германии за корпоративную социальную ответственность — премии за специальные проекты, демонстрирующие экономическую, экологическую и социальную ответственность.Кроме того, о проекте положительно рассказали различные национальные СМИ. [Особенность внешней группы] Flexirea является крупнейшим конкурентом Elvoria GmbH и предлагает своим сотрудникам аналогичный проект такого рода. В Flexirea уже есть разногласия между проектной группой и руководством. Работа над проектом здесь не является частью рабочего времени. В вашей компании, Elvoria GmbH, высвобождены достаточные мощности, поэтому никаких дополнительных работ не требуется ».

В нейтральном состоянии отличимость была реализована путем описания инициатив КСО как среднего, а средний уровень престижа был реализован путем описания компании как номинированной на местную неизвестную награду КСО.Была предоставлена ​​информация об инициативах других компаний в области корпоративной социальной ответственности, но информация о местонахождении и филиале была опущена, так что они были восприняты как заметные, но менее заметные, чем в положительном случае:

«[Самобытность] Руководство компании инициировало проект с целью более активного участия в общественной жизни, поскольку они надеются, что это повысит эффективность компании. Участники проекта уже определились с некоторыми проектными идеями и в настоящее время их планируют. Первые проекты уже реализуются.Например, был инициирован проект по безбумажному офису, чтобы сократить потребление бумаги в компании. Кроме того, необходимо закупать и обрабатывать ресурсы, которые едва ли соответствуют нормативным требованиям по охране окружающей среды. [Престиж] В прошлом году компания была номинирована на региональную премию за инновационные проекты и заняла одно из последних мест. Коллега сообщает вам, что слышал о проекте, но не может предоставить дополнительной информации. [Особенность внешней группы] Компания Flexirea предлагает своим сотрудникам аналогичный проект такого рода.Обе компании преследуют одну и ту же цель: повысить производительность компании. Каждый квартал две проектные группы проводят встречи для обмена мнениями, чтобы поддержать друг друга. Например, компания Flexirea также реализует инициативу безбумажного офиса ».

В отрицательном состоянии, чтобы не восприниматься как отдельная и уникальная, инициативы компании в области корпоративной социальной ответственности были описаны как корыстные. Чтобы понять отсутствие престижа , компания была описана как награжденная Public Eye Award, награда, присуждаемая за чисто ориентированную на прибыль глобализацию, указывающую на отрицательную репутацию.Никакой информации о других компаниях не было, так что другие компании вообще не воспринимались как выдающиеся; вместо этого была предоставлена ​​дополнительная общая информация об инициативах КСО, чтобы гарантировать, что все виньетки имеют одинаковое количество слов.

«[Самобытность] Руководство компании инициировало проект, чтобы завоевать лучшую репутацию в СМИ, потому что в последнее время из-за серьезной аварии в компании резко упала прибыль. Участники проекта уже определились с простыми, легкими и не очень оригинальными проектами и находятся в процессе их тестирования.Например, бросившим школу будет предлагаться неоплачиваемая стажировка, которая впоследствии будет преобразована во временные трудовые договоры. Кроме того, должны использоваться более рентабельные ресурсы, которые предположительно являются экологически безопасными. [Престиж] В прошлом году компания была удостоена награды Public Eye Award — награды за самые серьезные нарушения прав человека и экологические проступки со стороны компаний. Кроме того, о проекте негативно писали различные национальные СМИ. [Важность внешней группы] Проект рассчитан на следующие 2 года, и дополнительные участники проекта могут присоединиться и уйти со временем.Приложение открыто для всех сотрудников, и они могут подать заявку в любое время. Членство в проекте длится 6 месяцев, чтобы дать другим сотрудникам возможность принять участие в проекте ».

Каждая виньетка в оригинальной немецкой версии насчитывала 245 слов, чтобы поддерживать постоянство степени манипуляции в трех условиях. Виньетки были предварительно протестированы на выборке из N = 26 студентов, чтобы убедиться, что три аспекта, повышающие организационную идентификацию, манипулируются, как задумано, и сценарии воспринимаются как реалистичные.Для этого участники сообщили, насколько реалистично они воспринимают сценарии, и заполнили проверку на манипуляции (см. Ниже). По результатам нейтральная виньетка была немного адаптирована для достижения более нейтрального уровня КСО.

В начале эксперимента участники были проинформированы об исследовании и случайным образом распределились по одному из трех условий. 46 участников были отнесены к положительному состоянию, 46 участников — к нейтральному и 44 участника — к отрицательному.Затем была представлена ​​одна из виньеток, и участникам было предложено представить, что они работают в описываемой компании. Чтобы облегчить воображение участников, компании было дано вымышленное название и был разработан логотип. Далее участники заполнили анкету для оценки зависимых переменных, проверки манипуляции и демографических данных. Комитет по этике университета одобрил дизайн исследования (номер файла 1266).

Меры

Для всех исходов была дана следующая инструкция: «Пожалуйста, подумайте об описанной ситуации и живо представьте, что вы находитесь в этой ситуации прямо сейчас.Оцените следующие утверждения, как если бы вы были сотрудником этой компании. Оцените вероятность вашего согласия с утверждениями (1 = очень маловероятно и 5 = очень вероятно , а также 1 = очень маловероятно и 7 = очень вероятно , соответственно) ». Последовательность шкал измерения зависимых переменных была рандомизирована.

Организационная идентификация, предполагаемая в качестве опосредующей переменной, была измерена с помощью шести пунктов Mael и Ashforth (1992), использованных в немецком переводе (Kraus and Woschée, 2012).Ответы давали по 5-балльной шкале Лайкерта ( α = 0,80). Пример: «Когда кто-то критикует эту компанию, это кажется личным оскорблением».

Аффективная приверженность была измерена с использованием немецкой адаптации (Maier and Woschée, 2002) анкеты по организационной приверженности Портера и Смита (1970). На четырнадцать вопросов были даны ответы по 7-балльной шкале Лайкерта ( α = 0,94). Один пункт был опущен из-за сильного концептуального совпадения со шкалой организационной идентификации.Пример: «Я рассказываю об этой организации своим друзьям, как о прекрасной организации, в которой можно работать».

Удовлетворенность работой была измерена с использованием немецкой короткой адаптации (Haarhaus, 2016) Индекса описания вакансий Смита и др. (1969). Использовались только субшкалы удовлетворенности задачами, удовлетворенность возможностями развития, удовлетворенность лидерством и общая удовлетворенность работой, поскольку остальные не соответствовали сценарию, описанному в виньетках, например, удовлетворенности коллегами.На 20 вопросов были даны ответы по 5-балльной шкале Лайкерта ( α = 0,95). Пример: «Мои задачи увлекательны».

Организационное гражданское поведение измерялось с использованием немецкого перевода (Staufenbiel and Hartz, 2000) шкалы OCB Органа (1988). Двадцать пять пунктов были даны ответы по 7-балльной шкале Лайкерта ( α = 0,84). Типовой элемент: «Я делаю конструктивные предложения, которые могут улучшить работу компании».

Для проверки манипуляций участники должны были указать свое восприятие самобытности, престижа и значимости чужой группы инициатив КСО, описанных в виньетках.Участники ответили на четыре пункта по 5-балльной шкале Лайкерта ( α = 0,77). Были использованы следующие элементы: «Компания новаторская и уникальная» для отличительности, «Похоже, что описываемая компания имеет низкий социальный статус» для престижа (с обратным кодом), «Обмен между описанной компанией и другими компаниями имеет место. место »для узнаваемости внешней группы, а также« Уже запущенные инициативы в области КСО вносят значительный вклад в благо общества »для общего рейтинга КСО.

Участники

Выборка состояла из N = 136 немецких сотрудников, нанятых онлайн. В онлайн-эксперименте приняли участие 155 участников, но пятерых пришлось исключить из-за слишком большого количества пропущенных значений. Четырнадцать участников были исключены на основании индекса скорости (Leiner, 2019). Они заполняли опрос в три раза быстрее (менее 4 минут 20 секунд), чем средний респондент ( Mdn = 14 минут 27 секунд), поэтому они не могли внимательно прочитать виньетку и элементы (Breitsohl and Steidelmüller, 2018).

Окончательная выборка состояла из сотрудников в возрасте от 21 до 63 лет ( M = 33,5, SD = 11,7), работающих в среднем 33,7 часа в неделю ( SD = 9,7, Min = 15, Max. = 50). Пятьдесят шесть процентов участников составляли женщины. Что касается образования, 61% сообщили, что имеют высшее образование, а 49,3% закончили или в настоящее время отказываются от профессионального образования (разрешен множественный выбор). Половина участников работали на малых и средних предприятиях (49.3%) с менее чем 250 сотрудниками, другая половина работала в более крупных компаниях. Тридцать пять процентов участников сообщили, что у них не было опыта работы с КСО (34,6%), 32,4% сообщили о некотором опыте, 25,7% активно занимались темой КСО и 7,4% сообщили о большом опыте или активном участии в КСО.

Результаты

Описательная статистика и взаимные корреляции исследуемых переменных показаны в таблице 1. Никаких неожиданных корреляций замечено не было.

Таблица 1 . Сводка взаимосвязей, средних значений и стандартного отклонения для исследуемых переменных.

Проверка манипуляций

Результаты проверки манипуляции показывают, что CSR успешно манипулировали. Сначала мы сравнили средние значения в трех условиях (таблица 2). Своеобразие программ КСО описываемой компании было воспринято участниками как существенно различающееся в трех условиях [ F (2, 133) = 38.10, p <0,001, η 2 = 0,36], а также его престиж [ F (2, 133) = 37,08, p <0,001, η 2 = 0,36] и заметность внешней группы [ F (2, 136) = 18,13, p <0,001, η 2 = 0,22]. Кроме того, общий рейтинг КСО отличался в трех условиях [ F (2, 133) = 24,41, p <0,001, η 2 = 0.27]. Анализ средств показал, что эффекты были сформированы в заданном направлении. Поскольку гипотезы были проверены с использованием макроса PROCESS (Hayes, 2018) для статистического программного обеспечения SPSS, а PROCESS не включает систему кодирования, которая позволяла нам сравнивать все три группы одинаково, мы использовали ANOVA для проверки манипуляции.

Таблица 2 . Средства и SD для предметов манипуляционной проверки.

Во-вторых, мы проверили, опосредуют ли переменные проверки манипуляции связь между CSR и идентификацией.Статистически значимое посредничество указывает на то, что манипуляция прошла успешно. Мы нашли подтверждающие результаты для этого предположения: косвенный эффект составил 0,246. Доверительный интервал не включал ноль (95% ДИ = [0,069; 0,437]).

Проверка гипотез

Для проверки гипотез мы использовали регрессионный анализ с контрастным кодированием независимой переменной (Cohen et al., 2013). Этот метод кодирования позволяет генерировать контрасты, которые в точности отражают высказанные гипотезы.В нашем эксперименте три условия, каждое из которых представляет собой положительный, нейтральный или отрицательный CSR, были закодированы контрастом и представлены двумя переменными контраста. Первый контраст (C1) проверял положительное состояние одновременно с отрицательным и нейтральным, а второй контраст (C2) проверял нейтральное состояние против отрицательного.

Контрастное кодирование переменной с тремя уровнями требует создания двух контрастов (Cohen et al., 2013). Тем не менее, чтобы ответить на нашу гипотезу, нам нужно было интерпретировать только первый контраст.Для полноты картины вкратце сообщим результаты C2 — сравнение нейтральных и отрицательных условий.

Чтобы проверить гипотезы, мы вычислили посреднический анализ с использованием макроса PROCESS для SPSS Хейеса (2018) с категориальной независимой переменной (PROCESS версии 3.1, SPSS версии 25). Вариант кодирования Хельмерта позволил нам протестировать вышеупомянутые контрасты, и мы использовали модель 4 для тестирования посредничества. Первый контраст C1 следует логике сравнения одной группы одновременно с двумя другими группами.Пути от CSR к трем независимым переменным: удовлетворенность работой (h2a), приверженность (h2b) и OCB (h2c) в модели посредничества, обозначенные как общий эффект, проверяли гипотезы 1a – c. В таблицах 3–5 отображаются результаты. Результаты интерпретации C1 показали, что положительная информация о КСО приводит к значительно большему удовлетворению работой и приверженности по сравнению с отрицательной и нейтральной информацией о КСО, но не влияет на OCB. Гипотезы 1a (приверженность) и 1b (удовлетворенность работой) могут быть поддержаны, но гипотеза 1c должна быть отклонена (OCB).Более того, мы обнаружили, что в отношении C2 нейтральная информация CSR приводит к большему удовлетворению работой и приверженности, чем негативная информация CSR, но не OCB.

Таблица 3 . Посреднический анализ влияния информации о корпоративной социальной ответственности (C1) на приверженность, опосредованной идентификацией.

Таблица 4 . Посреднический анализ влияния информации о корпоративной социальной ответственности (C1) на удовлетворенность работой, опосредованный идентификацией.

Таблица 5 .Посреднический анализ влияния информации о CSR (C1) на OCB, опосредованный идентификацией.

Что касается анализа посредничества, все пути посредничества показаны в сводке в таблицах 3–5. Чтобы проверить гипотезы 2a-c, мы полагаемся на доверительные интервалы относительных косвенных эффектов, которые являются продуктом влияния CSR на идентификацию и влияния идентификации на результат. Мы использовали PROCESS с 5000 образцов начальной загрузки, чтобы вычислить 95% доверительные интервалы для относительных косвенных эффектов.Если доверительные интервалы не включают ноль, относительный косвенный эффект является статистически значимым и указывает на посредничество. Что касается C1, влияния CSR на приверженность, удовлетворенность работой и OCB, каждое из которых опосредовано идентификацией, доверительные интервалы для косвенных эффектов не включали ноль, что означает, что влияние CSR на приверженность (h3a), удовлетворенность работой (h3b ) и OCB (h3c) были опосредованы идентификацией (таблица 3). В случае OCB общий эффект CSR на OCB и прямой эффект CSR и идентификации на OCB не был значительным, но мы обнаружили значительный косвенный эффект, указывающий на «только косвенное посредничество» (Zhao et al., 2010). В целом, данные подтверждают гипотезы 2a – c. Более того, что касается C2, мы не обнаружили опосредованных эффектов идентификации для влияния CSR на приверженность трем результатам (Таблица 2), удовлетворенность работой (Таблица 4) и OCB (Таблица 5). Примечательно, что CSR объяснил только 4% дисперсии при прогнозировании идентификации.

Обсуждение

На рабочем месте сотрудники не только осознают, как их компания относится к своим сотрудникам, но также наблюдают за качеством взаимоотношений своей компании с другими заинтересованными сторонами.Долгое время считалось, что восприятие сотрудниками КСО привело к усилению идентификации со своей компанией, что приведет к положительному отношению и поведению, актуальному на рабочем месте, таким как приверженность, удовлетворенность работой и гражданское поведение. В исследованиях КСО на индивидуальном уровне преобладали корреляционные исследования. Предполагалось, что идентификация объясняет, почему сотрудники реагируют на корпоративную социальную ответственность, но это не было изучено в достаточной степени. Мы исследовали роль организационной идентификации как механизма объяснения воздействия КСО на сотрудников, используя экспериментальный дизайн виньетки.Результаты показывают, что восприятие КСО напрямую влияет на приверженность и удовлетворенность работой, но не на OCB. Организационная идентификация опосредует отношения между корпоративной социальной ответственностью и приверженностью зависимых переменных, удовлетворенностью работой и OCB. Это означает, что сотрудники, воспринимающие положительную КСО в своей компании, должны больше идентифицировать себя со своей компанией. Мы интерпретируем результаты, что сотрудники не только считают себя членами своей компании, но также включают свое рабочее место в свои представления о себе (Sluss and Ashforth, 2008).Это сильное чувство принадлежности проявляется в чувстве преданности своей компании. Более того, сотрудники довольны своей работой, потому что ценности их компании также основаны на их собственных представлениях о себе. Сильная организационная идентификация также вызывает OCB. Сотрудники ведут себя в соответствии с ценностями компании.

Несмотря на отсутствие полного эффекта CSR на OCB, отношения между CSR и OCB опосредованы идентификацией. Мы объясняем причину отсутствия полного эффекта от концепции идентичности (Ashforth et al., 2008). Это указывает на то, что поведение является более отдаленным аспектом личности человека, чем его отношение. Эшфорт и др. (2008) различают суть, содержание и поведение идентичности. Сотрудники могут не только думать и чувствовать свой путь к идентификации, но и действовать так, как они могут идентифицироваться. В то время как ядро ​​идентичности лежит в основе узкого определения идентичности и содержит самоопределение, важность, а также эффект, содержание и поведение идентичности являются более широкими концепциями и концептуально более далеки от ядра идентичности.Содержание идентичности включает ценности, цели, убеждения, стереотипные черты и знания, навыки и способности. В эту категорию попадают целеустремленность и удовлетворенность работой. Поведение идентичности наиболее далеки от ядра идентичности; OCB попадает в эту категорию. Основываясь на расстоянии между ядром идентичности и поведением идентичности, авторы рассматривают поведение не как «необходимый компонент» идентичности, а как «вероятный результат идентификации» (Ashforth et al., 2008, p. 311). Поскольку мы обнаружили прямую взаимосвязь между КСО и поведенческими результатами, такими как приверженность и удовлетворенность работой, вполне возможно, что КСО не может напрямую вызывать поведение идентичности, такое как OCB, из-за расстояния до ядра идентичности.Это согласуется с результатами Evans et al. (2011). Они исследовали отношения между воспринимаемой корпоративной гражданской ответственностью (PCC — другими словами, CSR) как независимой переменной и идентификацией и OCB как зависимыми переменными. Они обнаружили положительную значимую связь между PCC и идентификацией. Отношения между PCC и OCB были положительными и значимыми только для тех людей, которые высоко ценят ориентацию, что означает, что они заботятся не только о себе, но и о других.В своем исследовании они также не обнаружили прямой связи между CSR и OCB, а в своем исследовании связь между CSR и OCB была выявлена ​​только при рассмотрении других аспектов. Другие исследователи также пришли к такому выводу: идентификация передала взаимосвязь между CSR и OCB только тогда, когда принимались во внимание важность и ценности сотрудников в отношении CSR как фактора сдерживания (van Dick et al., 2019).

Хотя наши выводы, в частности, проверка нашей гипотезы, предоставляют доказательства организационной идентификации как механизма, объясняющего влияние КСО на сотрудников, низкое объяснение дисперсии привлекает внимание: КСО объясняет только 4% дисперсии при прогнозировании идентификации.Следовательно, мы не можем больше продвигать идентификацию как самый важный посреднический механизм с чистой совестью. Количество исследований, основанных на теории социальной идентичности в контексте КСО, не указывает на то, что это наиболее важное объяснение того, почему КСО влияет на сотрудников. Вместо этого мы потребуем рассмотрения других посредников или более сложных моделей посредничества, сочетающих в себе несколько механизмов посредничества в будущем. Ниже мы суммируем наиболее известные и часто цитируемые теории, которые следует изучить в будущих исследованиях.Совместное исследование будет направлять формирование теории в области микро-КСО. Примерами формирования другой теории в контексте КСО являются концепция организационной справедливости, теория сигналов или значимость (подробный обзор см. В Rupp and Mallory, 2015).

С точки зрения организационной справедливости исследователи утверждают, что восприятие сотрудниками присутствия КСО в их компании можно рассматривать как сторонние наблюдения за организационной справедливостью в той степени, в которой компания действует справедливо по отношению к другим заинтересованным сторонам (Rupp, 2011).Следовательно, сотрудники предполагают, что в этой компании к ним также будут относиться справедливо, что повышает их удовлетворенность и приверженность, а также увеличивает OCB. Теория сигналов (Rynes, 1991) основана на аналогичном принципе: наличие CSR служит положительным сигналом, так что сотрудники и соискатели ожидают для себя выгод от участия организаций в CSR, сравнимых с эффектом ореола (Nisbett and Wilson, 1977). В контексте CSR эта теория была исследована в экспериментальных условиях, а также в полевых условиях (Jones et al., 2014). Другие утверждают, что восприятие КСО обеспечивает значимость (Seivwright and Unsworth, 2016; Aguinis and Glavas, 2019). Инициативы КСО делают работу значимой, потому что сотрудники — косвенно, а в некоторых случаях даже прямо — вносят свой вклад в улучшение общества. Их личные ценности могут проявляться на работе, что увеличивает их удовлетворенность. Они также хотят отдать что-то взамен, что может проявиться в поведении, которое помогает их коллегам или OCB.

Наконец, мы продвигаем дальнейшее формирование теории, интеграцию и строгую экспериментальную проверку теории по вопросу о том, почему КСО влияет на сотрудников.Это особенно важно, если теории переносятся из других контекстов. До сих пор теории не делали никаких заявлений о негативных последствиях небольшого количества инициатив в области КСО. Это подтверждается нашими выводами, касающимися сравнения нейтрального и негативного восприятия КСО в отношении их влияния на приверженность и OCB. Нейтральное восприятие КСО связано с увеличением приверженности и удовлетворенности работой по сравнению с негативным восприятием КСО. Однако эти эффекты не опосредуются идентификацией, поэтому организационная идентификация кажется подходящим механизмом объяснения только положительного восприятия КСО.Участники могли воспринять инициативы КСО, изображенные в отрицательной виньетке, как корпоративную социальную безответственность (КСО). Однако исследования CSiR немногочисленны, но Jones et al. (2009) теоретизируют о CSiR и CSR как о континууме или линейной зависимости. КСО является противоположностью КСО и объясняет тот факт, что компании могут действовать безответственно при определенных обстоятельствах, хотя они обычно придают значение КСО и большую часть времени действуют социально ответственно. CSiR определяется как «корпоративные действия, которые приводят к (потенциальным) недостаткам и / или вреду для других участников» (Lin-Hi and Müller, 2013, p.1932 г.). CSiR может включать нарушение закона и может иметь катастрофические последствия для операционной компании (Jones et al., 2009; Lin-Hi and Müller, 2013). Эта концепция помогает компаниям выявлять слабые места и устранять их (Jones et al., 2009). Наши виньетки, скорее всего, не отражают CSiR, поскольку отрицательное состояние не было оценено как очень плохое в отношении CSR ( M = 2,84, SD = 1,12 по 5-балльной шкале; N = 44). Лин-Хи и Мюллер (2013) различают «делать добро» и «избегать зла» и полагают, что делать добро более эффективно, чем избегать зла.Наши результаты указывают на то же самое. Однако мы не можем сделать вывод, сильнее ли положительный эффект CSR, чем отрицательный эффект CSiR, из-за того, что отрицательная виньетка действует. Подводя итог, можно сказать, что формирование теории и исследование, включающее CSiR, является решающим моментом для будущих исследований, особенно если те же самые психологические механизмы объяснения применимы к CSiR, что и к CSR.

Ограничения и рекомендации для будущих исследований

Хотя наше исследование может внести несколько вкладов в литературу, тем не менее, существуют некоторые ограничения.Исследования методологии виньеток часто критикуют за угрозы внешней валидности (Scandura and Williams, 2000). Однако, представляя реалистичные сценарии, можно повысить экспериментальный реализм (Aguinis and Bradley, 2014). Мы достигли этой цели путем предварительного тестирования виньеток, и проверка манипуляции доказывает, что манипуляция CSR была успешной, поэтому мы можем предположить, что участники могли поставить себя в одну из трех описанных ситуаций и представить ее живо. Методология виньетирования обычно используется, например, в.g., лидерство (Nübold et al., 2013; Marchiondo et al., 2015; Steffens et al., 2018), организационная справедливость (Ötting and Maier, 2018; Trinkner et al., 2019) и исследования дизайна работы (Thompson et al., 2015; Zacher et al., 2017). Кроме того, этот метод позволил нам разработать виньетки строго в соответствии с теорией социальной идентичности и включить информацию об отличительности, престиже и значимости, которая никогда ранее не исследовалась. Тем не менее, мы призываем исследователей изучить влияние КСО на сотрудников с помощью интервенционных исследований.

Используя интервенционные исследования, можно манипулировать коммуникационной стратегией инициатив КСО с сотрудниками в соответствии с различными теоретическими рамками для последующего измерения результатов. Ниже мы описываем пример интервенционного исследования. В экспериментальных исследованиях вмешательства исследователи измеряют эффекты вмешательства и сравнивают их с другими вмешательствами и / или контрольной группой. В исследовании, в котором сравниваются два вмешательства по коммуникации КСО, участвуют как минимум две компании.В одной компании статья о корпоративной социальной ответственности в информационном бюллетене компании может быть написана таким образом, чтобы нацелена на идентификацию (с акцентом на самобытность и престиж), тогда как в другой компании статья может быть написана таким образом, чтобы сосредоточить внимание на восприятии справедливости третьей стороной для измерения его влияние на отношение и поведение сотрудников. Таким образом, мы можем узнать, как сотрудники реагируют на корпоративную социальную ответственность, и сравнить идентификацию и справедливость как объясняющие механизмы.

Более того, обобщаемость часто является проблемой экспериментальных планов.Однако сочетание реалистичных сценариев, описанных в виньетках, и населения, состоящего из работающих лиц, противодействует этой угрозе.

Практические рекомендации

Все теории о КСО и результатах, связанных с сотрудниками на микроуровне, объединяет то, что это зависит от того, какие действия и политику КСО воспринимают сотрудники, а не от того, что компания фактически и объективно делает с точки зрения КСО (Rupp and Mallory, 2015 ). Это также необходимо учитывать при разработке инициатив в области корпоративной социальной ответственности.Сотрудники не будут ценить никакую инициативу КСО положительно, если они даже не знают о ней, поэтому общение становится важным фактором успеха КСО (Du et al., 2010). Мы рекомендуем компаниям не только публиковать свой отчет о корпоративной социальной ответственности на своих веб-сайтах, но и сосредоточиться на внутренней коммуникации по корпоративной социальной ответственности, информируя сотрудников об инициативах в области корпоративной социальной ответственности. Поскольку наше исследование выявило причинно-следственную связь, это повысит удовлетворенность сотрудников работой и их приверженность. Внутренняя коммуникация может быть достигнута с помощью обычного информационного бюллетеня компании по электронной почте, печатной газеты, плакатов и брошюр, и это лишь некоторые из них.Включая фотографии или информационные диаграммы, сотрудники получают лучшее представление о корпоративной социальной ответственности своей компании. Партисипативный стиль лидерства также может быть благоприятным для восприятия внутренней корпоративной социальной ответственности (Lythreatis et al., 2019).

Более того, коммуникационная стратегия может быть разработана в соответствии с наиболее эффективным объяснительным механизмом. Что касается идентификации, это может включать использование «мы-языка» и таких фраз, как «двигать мир вместе» (Hyundai Motor Group, 2020), чтобы создать чувство принадлежности.Однако необходимы дополнительные исследования наиболее эффективного психологического механизма.

Заключение

Наши результаты показывают, что сотрудники реагируют на КСО и что КСО влияет на их отношения, такие как приверженность и удовлетворенность работой. Мы изучили, насколько организационная идентификация может объяснить влияние КСО на сотрудников. Используя экспериментальный дизайн методологии виньетки, мы исследовали причинно-следственную связь и обнаружили, что корпоративная социальная ответственность оказывает довольно сильное причинное влияние на приверженность и удовлетворенность работой.Хотя идентификация опосредовала влияние CSR на приверженность, удовлетворенность работой и OCB, CSR объяснил лишь небольшую вариативность идентификации. Это убедительно указывает на то, что существуют дополнительные объясняющие механизмы, которые следует учитывать. Мы призываем исследователей исследовать другие теории в экспериментальных условиях и включать CSiR в будущие исследования. В целом, наряду с широко изученной финансовой и репутационной важностью КСО для компаний в целом, это исследование подчеркивает важность КСО для сотрудников.

Заявление о доступности данных

Необработанные данные, подтверждающие выводы этой статьи, доступны по адресу https://osf.io/xd5nr/.

Заявление об этике

Исследования с участием людей были рассмотрены и одобрены этическим комитетом Билефельдского университета (номер файла 1266). Письменное информированное согласие на участие не требовалось для этого исследования в соответствии с национальным законодательством и институциональными требованиями.

Авторские взносы

У

AP была идея этой рукописи, она разработала первую версию этой рукописи и отредактировала ее.В разработке исследования участвовали AP, MD и GM. Доктор медицины провел исследование и набрал участников. AP и MD выполнили статистический анализ. GM контролировал эту работу и критически рассмотрел первый проект. Все авторы внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Мы благодарим Немецкий исследовательский фонд (DFG) и Фонд публикаций открытого доступа Билефельдского университета за финансовую поддержку в оплате обработки статьи.

Список литературы

Агуинис, Х. (2011). «Организационная ответственность: делать добро и делать хорошо» в справочнике APA по промышленной и организационной психологии . Vol. 3. изд. С. Зедек (Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация), 855–879.

Google Scholar

Агуинис, Х., и Брэдли, К. Дж. (2014). Рекомендации по передовой практике для разработки и проведения экспериментальных исследований по методологии виньеток. Орган. Res. Методы 17, 351–371. DOI: 10.1177 / 1094428114547952

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Агуинис, Х., и Главас, А. (2012). Что мы знаем и чего не знаем о корпоративной социальной ответственности. J. Manag. 38, 932–968. DOI: 10.1177 / 0149206311436079

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Агуинис, Х., и Главас, А. (2019). О корпоративной социальной ответственности, осмыслении и поиске смысла через работу. J. Manag. 45, 1057–1086. DOI: 10.1177 / 01492063176

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Аллен В. Л., Уайлдер Д. А. и Аткинсон М. Л. (1983). «Множественное членство в группах и социальная идентичность» в Исследования социальной идентичности . ред. Т. Р. Сарбин и К. Э. Шайбе (Нью-Йорк: Praeger), 92–115.

Google Scholar

Эшфорт, Б.Э., Харрисон С. Х. и Корли К. Г. (2008). Идентификация в организациях: исследование четырех фундаментальных вопросов. J. Manag. 34, 325–374. DOI: 10.1177 / 0149206308316059

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эшфорт Б. Э. и Мэл Ф. (1989). Теория социальной идентичности и организация. Acad. Manag. Ред. 14, 20–39. DOI: 10.5465 / amr.1989.4278999

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Блейдер, С. Л., Патил, С.и Пакер Д. Дж. (2017). Организационная идентификация и поведение на рабочем месте: больше, чем кажется на первый взгляд. Res. Орган. Behav. 37, 19–34. DOI: 10.1016 / j.riob.2017.09.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брейцоль, Х., Стейдельмюллер, К. (2018). Влияние методов обнаружения ответа недостаточных усилий на существенные ответы: результаты эксперимента, проверяющего неизменность параметров. Заявл. Psychol. 67, 284–308. DOI: 10.1111 / apps.12121

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Коэн, Дж., Коэн, П., Уэст, С.Г., и Эйкен, Л.С. (2013). Применял множественный регрессионный / корреляционный анализ для поведенческих наук . Нью-Йорк: Рутледж.

Google Scholar

Де Рок, К., Делоббе, Н. (2012). Служат ли экологические инициативы КСО легитимности организаций в нефтяной отрасли? Изучение реакции сотрудников с помощью теории организационной идентификации. J. Bus. Этика 110, 397–412. DOI: 10.1007 / s10551-012-1489-x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Де Рок, К., Эль Акреми, А., и Сваен, В. (2016). Последовательность имеет значение! Как и когда корпоративная социальная ответственность влияет на организационную идентичность сотрудников? J. Manag. Stud. 53, 1141–1168. DOI: 10.1111 / joms.12216

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ду, С., Бхаттачарья, К. Б., и Сен, С. (2007). Получение реляционных выгод от корпоративной социальной ответственности: роль конкурентного позиционирования. Внутр. J. Res. Отметка. 24, 224–241. DOI: 10.1016 / j.ijresmar.2007.01.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ду, С., Бхаттачарья, К. Б., и Сен, С. (2010). Увеличение отдачи бизнеса от корпоративной социальной ответственности (КСО): роль коммуникации КСО. Внутр. J. Manag. Ред. 12, 8–19. DOI: 10.1111 / j.1468-2370.2009.00276.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эль Акреми, А., Гонд, Дж. -П., Суен, В., Де Рок, К., и Игаленс, Дж. (2018). Как сотрудники воспринимают корпоративную ответственность? Разработка и валидация многомерной шкалы корпоративной ответственности заинтересованных сторон. J. Manag. 44, 619–657. DOI: 10.1177 / 0149206315569311

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эллемерс, Н., Кортекаас, П., и Оуверкерк, Дж. У. (1999). Самокатегоризация, приверженность группе и групповая самооценка как взаимосвязанные, но отдельные аспекты социальной идентичности. Eur. J. Soc. Psychol. 29, 371–389. DOI: 10.1002 / (SICI) 1099-0992 (199903/05) 29: 2 / 33.3.CO; 2-L

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эванс, Р. У., и Дэвис, В.Д. (2011). Изучение воспринимаемого корпоративного гражданства, привлечения соискателей на работу и определения рабочих ролей в сфере корпоративной социальной ответственности. Автобус. Soc. 50, 456–480. DOI: 10.1177 / 0007650308323517

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эванс, В. Р., Дэвис, В. Д., Фринк, Д. Д. (2011). Изучение реакции сотрудников на воспринимаемое корпоративное гражданство. J. Appl. Soc. Psychol. 41, 938–964. DOI: 10.1111 / j.1559-1816.2011.00742.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фарук, О., Пайо, М., Мерунка, Д., и Валетт-Флоренс, П. (2014). Влияние корпоративной социальной ответственности на приверженность организации: изучение нескольких механизмов посредничества. J. Bus. Этика 125, 563–580. DOI: 10.1007 / s10551-013-1928-3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фарук, О., Рупп, Д. Э., и Фарук, М. (2017). Множество путей, посредством которых внутренняя и внешняя корпоративная социальная ответственность влияет на идентификацию организации и многоплановые результаты: сдерживающая роль культурных и социальных ориентаций. Acad. Manag. J. 60, 954–985. DOI: 10.5465 / amj.2014.0849

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фитцсиммонс, С. Р. (2013). Мультикультурные сотрудники: основа для понимания того, какой вклад они вносят в организации. Acad. Manag. Ред. 38, 525–549. DOI: 10.5465 / amr.2011.0234

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гао, Ю., и Хэ, В. (2017). Корпоративная социальная ответственность и гражданское поведение сотрудников. Manag. Decis. 55, 294–309. DOI: 10.1108 / MD-05-2016-0284

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гонд, Дж. -П., Эль Акреми, А., Сваен, В., и Бабу, Н. (2017). Психологические микроосновы корпоративной социальной ответственности: личностно-ориентированный систематический обзор. J. Organ. Behav. 38, 225–246. DOI: 10.1002 / job.2170

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хаархаус, Б. (2016). Entwicklung und Validierung eines Kurzfragebogens zur Erfassung von allgemeiner und facettenspezifischer Arbeitszufriedenheit [Разработка и проверка краткой формы вопросника, измеряющего общую и отдельные аспекты удовлетворенности работой]. Diagnostica 62, 61–73. DOI: 10.1026 / 0012-1924 / a000136

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хейс, А. Ф. (2018). Введение в посредничество, модерацию и анализ условных процессов: подход, основанный на регрессии . 2-е изд. Нью-Йорк, Лондон: Гилфорд Пресс.

Google Scholar

Джеттен Дж., Хаслам С. А., Круис Т., Гринуэй К. Х., Хаслам К. и Стеффенс Н. К. (2017). Продвижение подхода социальной идентичности к здоровью и благополучию: продвижение программы исследований социального лечения. Eur. J. Soc. Psychol. 47, 789–802. DOI: 10.1002 / ejsp.2333

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонс Б., Боуд Р. и Тенч Р. (2009). Корпоративная безответственность и корпоративная социальная ответственность: конкурирующие реальности. Soc. Ответсиб. J. 5, 300–310. DOI: 10.1108 / 17471110

7249

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонс, Д. А., Рупп, Д. Э. (2017). «Социальная ответственность IN и OF организаций: психология корпоративной социальной ответственности среди членов организации» в Справочник SAGE по производственной, трудовой и организационной психологии: V3: Управленческая психология и организационные подходы .2-е изд. Д. С. Онес, Н. Андерсон, К. Висвесваран и Х. К. Синангил (Лондон: SAGE Publications), 333–350.

Google Scholar

Джонс, Д. А., Уиллнесс, К. Р., Мадей, С. (2014). Почему соискателей привлекают корпоративные социальные показатели? Экспериментальные и полевые испытания трех сигнальных механизмов. Acad. Manag. J. 57, 383–404. DOI: 10.5465 / amj.2011.0848

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ким, Х. -Р., Ли, М., Ли, Х. -Т. И Ким, Н.-M. (2010). Корпоративная социальная ответственность и идентификация сотрудников и компаний. J. Bus. Этика 95, 557–569. DOI: 10.1007 / s10551-010-0440-2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ким, С.-Ю., и Парк, Х. (2011). Корпоративная социальная ответственность как организационная привлекательность для потенциальных практиков по связям с общественностью. J. Bus. Этика 103, 639–653. DOI: 10.1007 / s10551-011-0886-x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Краус, Р., и Woschée, R. (2012). «Приверженность и идентификация с проектами» в Angewandte Psychologie für das Projektmanagement: Ein Praxisbuch für die erfolgreiche Projektleitung . 2-е изд. изд. М. Вастиан (Гейдельберг: Springer), 187–206.

Google Scholar

Лейнер, Д. Дж. (2019). Слишком быстро, слишком прямо, слишком странно: апостериорная идентификация бессмысленных данных в интернет-опросах. Surv. Res. Методы . 13, 229–248. DOI: 10.18148 / SRM / 2018.v13i3.7403

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Линь, К.-П., Ляу, Н.-М., Цай, Ю. -Х., Чен, В. -Й., И Чиу, Ч. -К. (2010). Моделирование корпоративного гражданства и его взаимосвязи с организационным гражданским поведением. J. Bus. Этика 95, 357–372. DOI: 10.1007 / s10551-010-0364-x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лин-Хи, Н., Мюллер, К. (2013). Итог КСО: предотвращение корпоративной социальной безответственности. J. Bus. Res. 66, 1928–1936. DOI: 10.1016 / j.jbusres.2013.02.015

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Локк, Э.А. (1976). «Природа и причины удовлетворенности работой» в Справочник по производственной и организационной психологии . Vol. 2. изд. М. Д. Даннетт (Чикаго: Рэнд МакНарлли), 360–580.

Google Scholar

Lythreatis, S., Mostafa, A.M.S., and Wang, X. (2019). Совместное лидерство и организационная идентификация в МСП в регионе MENA: проверка роли восприятия КСО и гордости за членство. J. Bus. Этика 156, 635–650. DOI: 10.1007 / s10551-017-3557-8

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маэль, Ф., и Эшфорт, Б. Э. (1992). Выпускники и их альма-матер: частичная проверка переформулированной модели организационной идентификации. J. Organ. Behav. 13, 103–123. DOI: 10.1002 / job.4030130202

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Майер Г. В. и Воши Р. М. (2002). Dieffektive Bindung an das Unternehmen: Psychometrische Überprüfung einer deutschsprachigen Fassung des Organizational Commitment Questionnaire (OCQ) von Porter und Smith (1970) [Аффективная приверженность организации: психометрическая экспертиза немецкой версии вопросника об организационной приверженности Porter and Smith (OCQ) Смит (1970)]. З. Арб. Орган. 46, 126–136. DOI: 10.1026 // 0932-4089.46.3.126

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маркиондо, Л. А., Майерс, К. Г., Копельман, С. (2015). Относительный характер построения лидерской идентичности: как и когда он влияет на воспринимаемое лидерство и принятие решений. Лидерская Кварта . 26, 892–908. DOI: 10.1016 / j.leaqua.2015.06.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Мейер, Дж. П., и Аллен, Н. Дж.(1991). Трехкомпонентная концепция организационной приверженности. Хум. Ресурс. Manag. R. 1, 61–89. DOI: 10.1016 / 1053-4822 (91)

-Z

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Нисбетт Р. Э. и Уилсон Т. Д. (1977). Эффект ореола: свидетельство бессознательного изменения суждений. J. Pers. Soc. Psychol. 35, 250–256. DOI: 10.1037 / 0022-3514.35.4.250

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Нюбольд А., Мук П. М. и Майер Г.W. (2013). Новая замена лидерству? Самооценка государственного ядра со стороны последователей. Лидер. Q. 24, 29–44. DOI: 10.1016 / j.leaqua.2012.07.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Оукс П. и Тернер Дж. К. (1986). Самобытность и значимость принадлежности к социальной категории: существует ли автоматическая предвзятость восприятия в сторону новизны? Eur. J. Soc. Psychol. 16, 325–344. DOI: 10.1002 / ejsp.2420160403

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Орган, Д.W. (1988). Организационное гражданское поведение: синдром хорошего солдата . Лексингтон, Массачусетс, Англия: Lexington Books / D. C. Heath and Com.

Google Scholar

Оттен, С., Московиц, Г. Б. (2000). Доказательства неявной оценочной внутригрупповой предвзятости: спонтанный вывод о предвзятости аффекта в минимальной групповой парадигме. J. Exp. Soc. Psychol. 36, 77–89. DOI: 10.1006 / jesp.1999.1399

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ötting, S.К., Майер Г. В. (2018). Важность процедурной справедливости в человеко-машинном взаимодействии: интеллектуальные системы как новые агенты принятия решений в организациях. Comput. Гул. Behav. 89, 27–39. DOI: 10.1016 / j.chb.2018.07.022

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Портер, Л. В., и Смит, Ф. Дж. (1970). Этиология организационной приверженности . Калифорнийский университет: Ирвин. Неопубликованная рукопись.

Google Scholar

Рауб, С.(2017). Когда сотрудники ходят по компании, говорят. Важность участия сотрудников в корпоративной благотворительности. Хум. Ресурс. Manag. 56, 837–850. DOI: 10.1002 / ч. 21806

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рауб С., Блански С. (2014). Сила осмысленной работы: как осведомленность об инициативах в области корпоративной социальной ответственности способствует значимости задач и положительным результатам работы обслуживающего персонала. Cornell Hosp. Q. 55, 10–18. DOI: 10.1177 / 1938965513498300

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рикетта, М.(2005). Организационная идентификация: метаанализ. J. Vocat. Behav. 66, 358–384. DOI: 10.1016 / j.jvb.2004.05.005

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рупп, Д. Э. (2011). Модель организационной справедливости и социальной ответственности, ориентированная на сотрудников. Орган. Psychol. Ред. 1, 72–94. DOI: 10.1177 / 2041386610376255

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рупп Д. Э., Мэллори Д. Б. (2015). Корпоративная социальная ответственность: психологическая, личностная, прогрессивная. Annu. Преподобный Орган. Psychol. 2, 211–236. DOI: 10.1146 / annurev-orgpsych-032414-111505

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рупп Д. Э., Шао Р., Торнтон М. А. и Скарлики Д. П. (2013). Реакция соискателей и сотрудников на корпоративную социальную ответственность: сдерживающее влияние взглядов на справедливость первой стороны и моральной идентичности. чел. Psychol. 66, 895–933. DOI: 10.1111 / peps.12030

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Райнс, С.Л. (1991). «Прием на работу, выбор работы и последствия после найма: призыв к новым направлениям исследований» в справочнике по промышленной и организационной психологии . 2-е изд. ред. М. Д. Даннетт, Л. М. Хаф и Х. К. Триандис (Пало-Альто, Калифорния: Консультации психологов Press), 399–444.

Google Scholar

Скандура, Т.А., и Уильямс, Е.А. (2000). Методология исследования в управлении: текущая практика, тенденции и значение для будущих исследований. Acad. Manag.J. 43, 1248–1264. DOI: 10.5465 / 1556348

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шин И., Хур В. -М. и Канг С. (2016). Восприятие сотрудниками корпоративной социальной ответственности и производительности труда: модель последовательного посредничества. Устойчивое развитие 8: 493. DOI: 10.3390 / su8050493

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Слэсс, Д. М., и Эшфорт, Б. Э. (2008). Как сходятся реляционная и организационная идентификация: процессы и условия. Орган. Sci. 19, 807–823. DOI: 10.1287 / orsc.1070.0349

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Смит П. К., Кендалл Л. М. и Хулин К. Л. (1969). Измерение удовлетворенности работой и выходом на пенсию: стратегия изучения отношения . Чикаго: Издательская компания колледжа Рэнда МакНалли.

Google Scholar

Staufenbiel, T., and Hartz, C. (2000). Организационное гражданское поведение: Entwicklung und erste Validierung eines Meßinstruments. Diagnostica 46, 73–83. DOI: 10.1026 / 0012-1924.46.2.73

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Стеффенс Н. К., Фонсека М. А., Райан М. К., Ринк Ф. А., Стокер Дж. И. и Недервен Питерс А. (2018). Как обратная связь о лидерском потенциале влияет на амбиции, приверженность организации и производительность. Лидер. Q. 29, 637–647. DOI: 10.1016 / j.leaqua.2018.06.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тайфель, Х. (ред.) (1978).«Социальная категоризация, социальная идентичность и социальное сравнение» в Дифференциация между социальными группами: исследования по социальной психологии межгрупповых отношений (Лондон: Academic Press), 61–76.

Google Scholar

Тайфел, Х., Биллиг, М. Г., Банди, Р. П., и Фламент, К. (1971). Социальная категоризация и межгрупповое поведение. Eur. J. Soc. Psychol. 1, 149–178. DOI: 10.1002 / ejsp.2420010202

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тайфель, Х.и Тернер Дж. С. (1979). «Интегративная теория межгруппового конфликта» в Социальная психология межгрупповых отношений . ред. В. Г. Остин и С. Уорчел (Калифорния: Монтерей), 33–47.

Google Scholar

Томпсон, Р. Дж., Пейн, С. К., и Тейлор, А. Б. (2015). Привлечение соискателя к гибкому графику работы: разделение влияния гибкого времени и гибкого рабочего места. J. Occup. Орган. Psychol. 88, 726–749. DOI: 10.1111 / joop.12095

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тринкнер, Р., Мэйс, Р. Д., Кон, Э. С., ван Ганди, К. Т., и Ребеллон, К. Дж. (2019). Поворот за угол теории процедурной справедливости: исследование обратной причинности с помощью экспериментальной виньетки в продольном обзоре. J. Exp. Криминол. 15, 661–671. DOI: 10.1007 / s11292-019-09358-1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Tsai, W. -C., And Yang, I.W. -F. (2010). Имеет ли значение имидж для разных соискателей? Влияние корпоративного имиджа и индивидуальных различий соискателей на привлекательность организации. Внутр. J. Sel. Оценивать. 18, 48–63. DOI: 10.1111 / j.1468-2389.2010.00488.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тюркер Д. (2009). Как корпоративная социальная ответственность влияет на приверженность организации. J. Bus. Этика 89, 189–204. DOI: 10.1007 / s10551-008-9993-8

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Валентин, С., Флейшман, Г. (2007). Программы этики, воспринимаемая корпоративная социальная ответственность и удовлетворенность работой. J. Bus. Этика 77, 159–172. DOI: 10.1007 / s10551-006-9306-z

CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван Дик, Р., Христос, О., Штельмахер, Дж., Вагнер, У., Альсведе, О., Грубба, К., и др. (2004). Мне остаться или идти? Объяснение намерений по смене персонала с помощью организационной идентификации и удовлетворенности работой. Brit. J. Manag. 15, 351–360. DOI: 10.1111 / j.1467-8551.2004.00424.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван Дик Р., Crawshaw, J.R., Karpf, S., Schuh, S.C. и Zhang, X. -A. (2019). Идентичность, важность и их роли в том, как корпоративная социальная ответственность влияет на отношение и поведение на рабочем месте. J. Bus. Psychol. 14:20. DOI: 10.1007 / s10869-019-09619-w

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Захер, Х., Диркерс, Б.Т., Корек, С., и Хьюз, Б. (2017). Влияние характеристик работы на привлечение рабочих мест в зависимости от возраста: исследование с учетом политики. Фронт. Psychol. 8: 1124. DOI: 10.3389 / fpsyg.2017.01124

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Чжан Л. и Гоуэн М. А. (2012). Корпоративная социальная ответственность, индивидуальные особенности соискателей и организационная привлекательность: подход человека и организации. J. Bus. Psychol. 27, 345–362. DOI: 10.1007 / s10869-011-9250-5

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Чжао, X., Линч, Дж. Г., и Чен, Q. (2010). Переосмысление Барона и Кенни: мифы и правда об анализе медиации. J. Consum. Res. 37, 197–206. DOI: 10.1086 / 651257

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Frontiers | Анализ социальной идентичности изменения климата и отношения и поведения к окружающей среде: идеи и возможности

Введение

Серьезность экологических проблем, с которыми в настоящее время сталкивается мир, возрастает, несмотря на значительное внимание исследований и усилия местных, национальных и международных экологических организаций. Изменение климата — яркий тому пример.Несмотря на то, что это одна из самых важных экологических проблем нашего времени, прогресс в разработке эффективной политики и целей по смягчению последствий изменения климата был медленным, отчасти из-за скептицизма сегментов общества, обычно идеологических консерваторов, которые ставят под сомнение реальность или антропогенную основу. изменения климата. Резкое разделение между левыми и правыми политиками в отношении изменения климата (и экологических проблем в более широком смысле; Dunlap et al., 2001; Dunlap and McCright, 2008) — не единственное разделение в области окружающей среды: фермеры и ученые вступают в конфликт из-за распределения воды (Poff et al., 2003), сообщества выступают против расширения добычи полезных ископаемых из-за угроз для местной окружающей среды (Urkidi, 2010), а сельские землевладельцы выступают против защитников окружающей среды по поводу защиты или повторного интродукции угрожаемых видов (Wilson, 1997; Opotow and Brook, 2003).

Эти примеры подчеркивают межгрупповой аспект экологических проблем: поддержка или противодействие определенным экологическим проблемам может зависеть от того, с какой группой вы себя идентифицируете, а группы регулярно вступают в конфликты из-за экологических проблем.Эти межгрупповые противоречия и конфликты являются напоминанием о мощном влиянии, которое социальный контекст и группы, к которым мы принадлежим, могут оказывать на наше отношение к окружающей среде, убеждения и действия. Действительно, наше экологическое поведение и то, поддерживаем ли мы конкретное экологическое действие или политику, может в значительной степени определяться членством в нашей группе. Наша цель в данной статье — использовать подход социальной идентичности (Tajfel and Turner, 1979; Turner et al., 1987; Hogg and Abrams, 1988; Hornsey, 2008) как способ понять влияние членства в группах на окружающую среду. отношения и поведение.Мы отмечаем растущий интерес к использованию теории социальной идентичности для анализа экологических проблем. Например, Colvin et al. (2015a) использовали теорию социальной идентичности для анализа движущих сил конфликтов в контексте управления природными ресурсами. В данной статье мы обращаем внимание на групповое измерение многих экологических проблем, стимулируем исследования, которые могут затрагивать межгрупповой контекст по отношению к экологическим проблемам, и предлагать решения на основе социальной идентичности, которые могут устранить потенциально негативные последствия межгрупповых контекстов. .

Подход социальной идентичности

Подход социальной идентичности включает две взаимосвязанные теории — теорию социальной идентичности и теорию самокатегоризации, каждая из которых стремится объяснить, как на индивидуальные отношения, эмоции и поведение влияет принадлежность к группе, к которой мы принадлежим. Каждая теория имеет разные фокусы — теория социальной идентичности традиционно фокусировалась на межгрупповых отношениях, тогда как теория самокатегоризации традиционно фокусировалась на внутригрупповых процессах, но каждая из них разделяет одни и те же предположения и метатеоретические позиции.В результате стало обычным обращаться к ним в одном духе с «подходом социальной идентичности», и это тот язык, который мы здесь используем.

Проще говоря, подход социальной идентичности утверждает, что наша самооценка включает в себя как личную, так и социальную идентичность; личная идентичность включает в себя идиосинкразические аспекты личности, тогда как социальная идентичность происходит от групп, к которым мы принадлежим. Членство в социальных группах может быть крупномасштабными социальными категориями (например, пол, этническая принадлежность), группами, к которым мы выбираем принадлежать, например, профессиональными группами (например.например, психолог) или группы по интересам (например, экологические группы). Когда человек классифицируется с точки зрения определенной социальной идентичности, процесс категоризации вызывает усиление сходства между собой и другими членами внутренней группы, а также усиление различий между собой и членами внешней группы. Таким образом, категоризация приводит к тому, что индивидуальные установки, убеждения и поведение ассимилируются с нормами основной социальной группы и отдаляются от соответствующих норм внешней группы.

Опираясь на теорию социального сравнения (Suls and Wills, 1991), теория социальной идентичности также утверждает, что для поддержания позитивной и ясной самооценки члены группы психологически мотивированы видеть свои группы отдельно от других соответствующих групп, и как более позитивные, чем другие соответствующие группы. Следовательно, члены внутренней группы предпочитают других членов внутренней группы членам внешней группы при оценке и распределении ресурсов (обзоры см. В Brown, 2000; Hewstone et al., 2002).Например, мы считаем, что члены внутренней группы более симпатичны, осведомлены и заслуживают доверия, чем члены внешней группы (Tanis and Postmes, 2005; Foddy et al., 2009). Будет ли этот этноцентризм иметь явные последствия для экологических результатов, зависит от природы социального контекста; межгрупповые отношения могут быть более или менее гармоничными или конфликтными в зависимости от статусных отношений между группами. Если статусные различия воспринимаются как законные, конфликт вряд ли возникнет, тогда как статусные различия между группами, которые считаются незаконными, могут вызвать межгрупповой конфликт.

В оставшейся части статьи мы используем подход социальной идентичности как способ понимания отношений между человеком и окружающей средой. Существует небольшой, но растущий объем исследований, в которых принципы социальной идентичности применяются для понимания изменения климата, отношения и поведения к окружающей среде. Существуют также исследования, которые конкретно не связаны с социальной идентичностью, но тем не менее предоставляют доказательства влияния концепций социальной идентичности на проэкологические переменные. Сила подхода социальной идентичности заключается в том, что он: (1) формулирует, как процессы, вытекающие из категоризации себя с точки зрения членства в определенной группе, могут стимулировать (или препятствовать) более решительную приверженность решению экологических проблем, и (2) признает, что отношения между внутренними и внешними группами может означать значительный прогресс в продвижении экологической политики.В заключение мы приводим ряд основанных на социальной идентичности предложений по продвижению важной и позитивной экологической политики и поведения, а также рекомендаций для будущих исследований.

Подход социальной идентичности и отношение к окружающей среде и поведение

Идентичность и ассимиляция внутригрупповым нормам

Как отмечалось выше, когда социальная идентичность становится заметной, сходства между членами внутренней группы и различия между членами внутренней и внешней группы усиливаются. В результате члены внутренней группы ассимилируют свое отношение и поведение к нормам внутри группы и уходят от норм внешней группы.Возможно, самый яркий пример этого процесса можно увидеть в отношении влияния принадлежности к политической партии на отношение к изменению климата. МакКрайт и Данлэп (2011) показали, что демократы в США больше верят в изменение климата и беспокоятся об этом, чем республиканцы. Эти политические взгляды подтверждаются другими исследованиями США (O’Connor et al., 2002; Pew Research Center for the People and the Press, 2006) и распространяются на другие страны. Например, в Австралии сторонники и политики Лейбористской партии (левоцентристская партия) и партии зеленых больше верили в антропогенное изменение климата, чем (консервативные) сторонники и политики либералов / националистов (Tranter, 2011; Fielding et al., 2012).

Очевидно, что связь между политической принадлежностью и верой в изменение климата, вероятно, будет двусторонней. Некоторые люди будут привлечены к той или иной партии на основе их независимо сформированного отношения к изменению климата, что означает, что социальная идентичность следует за формированием индивидуального отношения. Но подход, основанный на социальной идентичности, предполагает, что другой причинный путь — аффилированность влияет на отношения — будет еще более явным. Пример этого пути был предоставлен Коэном (2003), который показал, что партийные демократы и республиканцы реагировали на одну и ту же политику благосостояния , совершенно по-разному, в зависимости от того, какие участники партии считали инициаторами политики: политика исходила от республиканской партии, они считали политику гораздо менее моральной и приемлемой, чем когда та же политика приписывалась демократам (и наоборот).Это исследование показывает, что сообщение может быть отклонено или принято полностью на основании групповой принадлежности посланника (Hornsey, Imani, 2004; Esposo et al., 2013). Политическая идентичность обеспечивает выдающиеся взгляды, убеждения и нормы, которые описывают и предписывают взгляды сторонников партии по этим вопросам. Большинство свидетельств в пользу этого аргумента являются корреляционными, но одно недавнее исследование предоставляет экспериментальные свидетельства. Ансуорт и Филдинг (2014) показали, что когда политическая идентичность стала заметной, участники, которые были связаны с консервативными либеральными / национальными партиями в Австралии, меньше верят в антропогенное изменение климата и с меньшей вероятностью будут поддерживать политику в области изменения климата, чем те, чья идентичность не была сделал заметным.

Еще одно свидетельство влияния внутригрупповых норм исходит из теории фокуса на норму, которая проводит различие между предписывающими социальными нормами, которые описывают то, что одобряется или желательно членами группы, и описательными нормами, которые описывают, что на самом деле делает большинство членов группы (Cialdini et al., 1990 ). Независимые и интерактивные эффекты этих норм были продемонстрированы в области окружающей среды, в том числе в отношении замусоривания (Cialdini et al., 1990), повторного использования полотенец в отелях (Goldstein et al., 2008), поведение энергосбережения (Nolan et al., 2008; Dwyer et al., 2015), поведение рециркуляции (Fornara et al., 2011; Long et al., 2014; Schwab et al., 2014), эко- доброжелательное поведение потребителей (Kim et al., 2012) и намерение принять участие в работе группы по защите климата в районе (Rees and Bamberg, 2014). С другой стороны, когда американским участникам была предоставлена ​​информация о том, что американцы являются чрезмерными потребителями энергии (отрицательная описательная норма), они меньше беспокоились об изменении климата и меньше поддерживали политику в области изменения климата, чем когда они узнали, что Китай является чрезмерным потребителем энергии или они не получил информации (Jang, 2013).Другими словами, американские участники соответствовали описательной норме внутригрупповой, хотя и отрицательной.

Goldstein et al. (2008) также проверили, влияют ли нормы, исходящие от разных личностей, на повторное использование полотенец по-разному. Они обнаружили, что на повторное использование полотенец наибольшее влияние оказали нормы, относящиеся к наиболее актуальной и непосредственной идентичности — бывшим гостям нынешнего гостиничного номера участников. Хотя нынешние гости могут не обязательно сильно отождествлять себя с прошлыми гостями, они разделяют идентичность, и поведение прошлых гостей дает важный сценарий того, как вести себя в этом конкретном контексте.Таким образом, этот вывод согласуется с подходом социальной идентичности, согласно которому люди будут руководствоваться нормами наиболее значимой в поведении ингруппы в конкретном контексте.

Другое исследование показало, что несогласованность или конфликт норм может ослабить влияние на поведение. Например, когда отсутствует согласованность между тем, что одобряет внутренняя группа, и тем, что они на самом деле делают в отношении энергосбережения, намерения членов внутренней группы по сохранению энергии подрываются (Смит и др., 2012). Кроме того, восприятие конфликта в проэкологических описательных нормах внутри группы может либо активизировать, либо демотивировать намерения действовать проэкологическим образом в зависимости от ранее существовавшего экологического отношения членов группы (McDonald et al., 2012, 2013).

Подход социальной идентичности также признает, что влияние внутригрупповых норм должно быть сильнее для тех, кто в большей степени идентифицируется с группой (Ellemers et al., 1999). Например, социальная идентификация с потребителями экологически чистых продуктов предсказывает готовность покупать органические продукты (Bartels and Reinders, 2010; Bartels and Onwezen, 2014), членство в экологической группе предсказывает намерения экологического активизма (Fielding et al., 2008a), а идентификация с защитниками окружающей среды предсказывает экологическое поведение и экологическую активность (Dono et al., 2010). Более того, более четко идентифицированные члены группы с большей вероятностью намерены участвовать в нормативном поведении внутри группы, таком как переработка отходов (Terry et al., 1999; White et al., 2009) и устойчивые методы ведения сельского хозяйства (Fielding et al., 2008b). Другими словами, чем более четко определены члены группы, тем более заметными будут нормы группы и с большей вероятностью они будут определять поведение.Недавнее исследование, изучающее различные аспекты внутригрупповой идентификации, также показало, что именно самоинвестиционное измерение идентификации (то есть важность и удовлетворенность группой) влияет на соблюдение внутригрупповых норм, касающихся сокращения выбросов углерода (Masson and Fritsche, 2014). .

Влияние межгруппового конфликта

Как мы отмечали ранее, негативные и конкурентные межгрупповые отношения могут возникать, когда члены внутренней группы воспринимают незаконные статусные различия между своей собственной группой и другими соответствующими внешними группами (Branscombe et al., 1999; Ellemers et al., 2002). В дополнение к изменению климата, многие другие экологические проблемы отмечены именно этим типом контекста: эти вопросы очень обсуждаются и часто связаны с навязыванием правил и решений влиятельными внешними группами. Примеры включают введение экологических норм для фермеров; решения о распределении воды, которые делают выбор между водой для окружающей среды, сельского хозяйства и общества; или конфликт между группами из-за гидроразрыва газа из угольных пластов. Эти последние контексты часто рассматриваются как ситуации «Давида и Голиафа», когда горнодобывающие компании и государственные учреждения воспринимаются как влиятельные агенты, пропагандирующие односторонние решения.Хотя теория социальной идентичности не утверждает, что все межгрупповые контексты приводят к внутригрупповым предубеждениям и отступлениям от чужих, различия в силе и мнимая неправомерность, проистекающие из этих типов контекстов, могут привести к тому, что члены внутренней группы будут воспринимать решения как несправедливые и сопротивляться им. Исследование Fielding et al. (2008b), например, показали, что когда сельские землевладельцы воспринимали более негативные отношения между сельской и городской Австралией (с городской Австралией, где правительство разрабатывает правила, влияющие на сельских землевладельцев), у них были более низкие намерения управлять своими прибрежными зонами.

Когда люди вступают в конфликт из-за экологических проблем или ресурсов, их социальная идентичность выходит на первый план. Люди стереотипируют друг друга в пользу внутренней группы (например, «мы — защитники окружающей среды, они — разрушители»), а члены внешней группы очерняются и могут быть морально исключены из сферы правосудия (Opotow and Weiss, 2000; Opotow и Брук, 2003). Исследования Опотова и Брука (2003) предоставляют доказательства этих процессов в контексте регулирования защиты окружающей среды.Когда был введен закон об угрожаемых видах, владельцы ранчо и защитники окружающей среды вступили в конфликт. Владельцы ранчо считали, что находящиеся под угрозой исчезновения виды незначительны, а не владеющие ранчо владельцы считали их неопытными, безответственными и причиной проблемы. В отличие от них, владельцы ранчо считали себя защитниками окружающей среды, принимающими справедливые экологические решения. Несмотря на приверженность охране окружающей среды, владельцы ранчо с осторожностью относятся к государственному регулированию защиты дикой природы, и эта позиция укрепляет мнение экологов о том, что владельцы ранчо выступают против окружающей среды.

Интересно, что некоторые экологические проблемы могут привести к возникновению групповой идентичности, которая сосредоточена вокруг устойчивых позиций [то есть групп, основанных на мнениях (McGarty et al., 2009)]. Например, Bliuc et al. (2015) обнаружили, что респонденты из США рассматривали свою позицию «сторонника климата» или «скептика» как самостоятельную социальную идентичность и что они воспринимали друг друга сквозь призму враждебных межгрупповых отношений. Когда политическая принадлежность пересекается с этими основанными на мнениях идентичностями, могут возникать недостатки идентичности, которые делают объективную оценку доказательств психологически неправдоподобной.Другой пример конфликта, порождающего возникающую социальную идентичность, — конфликт, возникший из-за гидроразрыва угольных пластов в Австралии. Маловероятные союзы возникли между членами экологической группы, фермерами, консервативными политиками и ведущими СМИ, которые выступают против гидроразрыва, с правительственными агентствами и горнодобывающими компаниями, которые воспринимаются как выдающаяся внешняя группа (Hutton, 2012; Colvin et al., 2015b).

Эти идентичности имеют важные последствия, возникающие в результате экологического конфликта.Согласование отношения к изменению климата с идентичностью политической партии придает интенсивную и конкурентную межгрупповую динамику беспристрастным дискуссиям о науке и истине. В рамках укоренившегося межгруппового контекста решения, предлагаемые одной политической партией, скорее всего, будут отклонены политическими оппонентами просто потому, что они исходят от внешней группы. Точно так же в отношении движения «Запри ворота» возникающая социальная идентичность становится кратчайшим путем для принятия решения о том, является ли кто-то другом или врагом, и следует ли обращать внимание на информацию от него или доверять ей.В той степени, в которой информация исходит от людей, которые считаются связанными с внешней группой, члены внутренней группы с большей вероятностью отклонят ее, независимо от ее правдивости (Abrams et al., 1990; Mackie and Queller, 2000; Esposo et al., 2013). Таким образом, межгрупповые различия укрепляются, и возможность достижения компромисса или выработки жизнеспособных решений становится менее вероятной.

Хотя межгрупповой конфликт может означать прогресс в решении экологических проблем, следует отметить, что некоторая степень межгруппового конфликта неизбежна, когда подталкивает к социальным изменениям, и что альтернативой конфликту часто является нездоровый застой.Модель социальной идентичности коллективных действий (SIMCA; van Zomeren et al., 2008) подчеркивает тот факт, что коллективные действия являются важным предвестником изменений и что готовность участвовать в коллективных действиях частично обусловлена ​​идентификацией с социальными группами. В своем метаанализе литературы о коллективных действиях van Zomeren et al. (2008) показали, что более сильная социальная идентификация связана с большей готовностью участвовать в коллективных действиях, и что это особенно верно, когда идентификация измерялась по отношению к обездоленной группе или социальному движению (так называемые «политизированные» идентичности).Другое исследование демонстрирует, что групповая идентификация положительно связана с верой в то, что группа может быть эффективной в достижении своих коллективных целей (van Zomeren et al., 2010), предлагая благотворный цикл идентификации, ведущий к действию, ведущему к позитивным изменениям, ведущим обратно к идентификации. .

Конечно, реальность более сложна, чем это: будет ли готовность к коллективным действиям рассматриваться как позитивная и законная, вероятно, будет зависеть от типа коллективных действий (будь то насильственные или ненасильственные; предполагает ли это компромисс с экономическими соображениями). цели и т. д.). Более того, хотя в коллективных действиях в области окружающей среды часто участвуют люди из самых разных слоев общества, исследования показали, что люди придерживаются негативных стереотипов об экологах как воинственных, агрессивных, нетрадиционных и эксцентричных (Bashir et al., 2013). Башир и др. (2013) показали, что у участников были более низкие проэкологические намерения, когда они увидели статью, пропагандирующую экологическую устойчивость, написанную журналистом, который был типичным защитником окружающей среды (то есть человеком, который организовывал митинги протеста против вредных химикатов), чем тем, кто был нетипичным эколог.Имея это в виду, легко увидеть, как сообщения, исходящие от экологических групп, которые воспринимаются как экстремальные, могут получить мало поддержки среди широких слоев населения и даже могут заставить людей отказаться от поддержки важных экологических проблем (Bliuc et al., 2015) .

Текучесть социальной идентичности

Подход социальной идентичности признает, что социальная идентичность не фиксирована; скорее, они динамичны и гибки, меняются в сознании людей в зависимости от сравнительного контекста.Два ключевых фактора влияют на то, какие социальные идентичности определяют поведение: пригодность и доступность (Oakes et al., 1991). Под сравнительным соответствием понимается степень, в которой социальная идентичность рассматривается как отражение реальных различий между группами. Нормативное соответствие признает, что категоризация — это динамический процесс, отражающий восприятие воспринимающих; то есть люди с большей вероятностью разделятся на внутренние и внешние группы, если различия между группами совпадают со стереотипными ожиданиями. Социальные идентичности также с большей или меньшей вероятностью станут основой для самоопределения в зависимости от того, насколько они доступны; некоторые из них быстро доступны, если их загрунтовать (например,g., идентичность одного гостя в гостиничном номере), тогда как другие постоянно доступны, потому что они часто активируются (например, социальная идентичность на рабочем месте).

Некоторые недавние исследования демонстрируют изменчивый характер социальной идентичности в экологической сфере. Рабинович и др. (2012) показали, что британские участники оценивали британцев как более экологичных, когда менее экологичная нация (США) была заметной внешней группой, тогда как британцы считались менее экологичными, когда более экологическая нация (Швеция) была заметной внешней группой.Более того, экологические ценности, намерения и поведенческий выбор участников изменились в соответствии с национальным стереотипом. Таким образом, стереотип о группе и представлении о себе членов группы поляризовался от внешней группы сравнения. Аналогичным образом, когда ученики сравнивали себя с прошлыми учениками (предполагается, что они менее ориентированы на окружающую среду), они считали, что нынешние ученики более ориентированы на окружающую среду, но при сравнении нынешних учеников с будущими учениками (предполагаемыми, что они более ориентированы на окружающую среду) они оценили нынешние студенты должны быть менее экологичными (Ferguson et al., 2011). Готовность к устойчивому поведению также варьировалась в соответствии с воспринимаемыми внутригрупповыми нормами, то есть была большая готовность, когда участники по сравнению с прошлыми учениками, чем когда они по сравнению с будущими учениками.

Эти результаты демонстрируют, как межгрупповой сравнительный контекст может влиять на содержание социальной идентичности способами, которые могут способствовать или препятствовать более активному участию в проэкологическом поведении и большей поддержке проэкологической политики.Хотя коммуникаторы могут интуитивно поддаться искушению выделить превосходную экологическую репутацию соответствующей внешней группы как способ мотивировать действия внутри группы, это может оказаться бесполезным, поскольку может послать негативное описательное сообщение о норме членам внутренней группы. С другой стороны, выделение более высоких экологических показателей внутренней группы по сравнению с другими выдающимися внешними группами могло бы помочь построить более проэкологический стереотип внутренней группы, который может иметь дополнительные преимущества с точки зрения влияния на собственное экологическое поведение членов группы или их поддержки. экологическая политика.

Интеграция подхода социальной идентичности с другими соответствующими теориями

В ходе нашего анализа возникает вопрос, способствует ли подход социальной идентичности пониманию экологических проблем помимо других известных теоретических основ. В этом разделе мы исследуем сходства и различия между подходом социальной идентичности и другими соответствующими теориями с целью выделения возможностей для интеграции и стимулирования будущих направлений в рамках различных структур.

Одной из наиболее ярких теоретических линз, применяемых для понимания убеждений об изменении климата, является теория культурного познания, которая адаптирует теоретизацию Дугласа и Вильдавски (1982) о культурных влияниях и восприятии риска. Теория культурного познания (Kahan, 2010; Kahan et al., 2010) опирается на сеточную / групповую таксономию Дугласа — индивидуально-коммунитарный и иерархически-эгалитарный и утверждает, что эти культурные ориентации формируют оценку людьми риска, свидетельства , и научный консенсус.Например, люди, которые придерживаются относительно индивидуалистических и иерархических ценностей, предпочитают самостоятельность, конкуренцию и решения свободного рынка. Напротив, люди, которые придерживаются относительно общинных и эгалитарных ценностей, озабочены социальной несправедливостью, с подозрением относятся к власти (включая промышленность) и привержены сотрудничеству. Следовательно, те, кто высоко ценит индивидуализм и иерархию, более склонны ценить промышленность, преуменьшать ее риск для окружающей среды и выступать против регулирования. Исследования, проводимые с использованием этой теоретической основы, продемонстрировали эмпирические доказательства влияния этих культурных ценностей.Например, на экспертные оценки повлияла степень соответствия позиции эксперта культурным ценностям участников в отношении изменения климата, ядерных отходов и законов об оружии (Kahan et al., 2011). В частности, когда эксперт представлял изменение климата как высокий риск, участники эгалитарного сообщества с гораздо большей вероятностью соглашались с тем, что они были экспертами, чем участники иерархического индивидуализма, и наоборот, когда эксперт представлял изменение климата как низкий риск (см. Также Price et al. al., 2014). Действительно, метаанализ показывает, что рейтинги иерархичности и индивидуализма имеют прочные и средние отношения со скептицизмом людей относительно реальности антропогенного изменения климата (Hornsey et al., В печати).

Подход культурного познания и социальной идентичности объединяет представление о том, что люди фильтруют информацию через определенную линзу — либо через призму мировоззрения (в случае теории культурного познания), либо через призму социальной идентичности и связанных с ней норм.Следовательно, обе точки зрения заключают, что представления об изменении климата будут зависеть от того, как изменение климата согласуется с этими важными смыслообразующими психологическими структурами. Подход социальной идентичности отходит от культурного познания в том, что он сосредоточен на контекстно-зависимой природе идентичности. Мировоззрение и ценности относительно статичны или, в лучшем случае, медленно меняются, тогда как идентичность изменчива и может стать более или менее заметной в зависимости от контекста. Если мы объединим эти две точки зрения, теория культурного познания предполагает, что люди с индивидуалистическими и иерархическими ценностями с большей вероятностью будут идентифицировать себя с консервативными политическими партиями.Если они это сделают и идентичность станет заметной, то нормы этой идентичности будут определять ответы на вопросы, относящиеся к группе, такие как политика в области изменения климата. Эта интеграция предполагает, что идентичность может быть посредником между культурным мировоззрением и отношениями и поведением, связанными с окружающей средой.

Тем не менее, можно представить себе, что в некоторых контекстах могут выдвигаться на первый план идентичности, которые превзойдут или, по крайней мере, ослабят культурные мировоззрения. Например, на рабочем месте, где политика в области изменения климата поддерживается и усиливается, теория социальной идентичности предсказывает, что идентичность на рабочем месте будет самым непосредственным образом влиять на отношение и поведение человека к изменению климата, по крайней мере, для тех людей, которые идентифицируют себя. с их организацией.Для тех, кто менее известен, их мировоззрение может иметь большее влияние на их отношение к политике в области изменения климата на рабочем месте. Будущие исследования, объединяющие эти две теории, могут проверить эти гипотезы.

В литературе по психологии окружающей среды есть две ключевые теории, которые часто составляют основу исследований, направленных на понимание решений и поведения окружающей среды: теория запланированного поведения (TPB; Ajzen, 1991) и теория ценности-веры-нормы (VBN) (Stern et al., 1999; Стерн, 2000). Привлекательность TPB заключается в том, что это экономная модель — она ​​предлагает, чтобы отношения, субъективные нормы и воспринимаемый поведенческий контроль предсказывали намерения, которые, в свою очередь, предсказывают поведение. Еще одно преимущество модели состоит в том, что ее простота позволяет интегрировать в модель другие релевантные переменные, тем самым увеличивая ее предсказательную силу (Conner and Armitage, 1998). Исследователи социальной идентичности интегрировали концепции социальной идентичности в TPB двумя основными способами: во-первых, они использовали теорию социальной идентичности, чтобы ответить на вопрос, почему субъективные нормы часто оказываются самым слабым предиктором намерений (Armitage and Conner, 2001).С точки зрения социальной идентичности, не обязательно нормы важных других в целом , которые будут предсказывать намерения в отношении поведения окружающей среды, а скорее нормы наиболее поведенчески релевантной группы (Terry and Hogg, 1996; Terry et al., 1999) . Терри и др. (1999) показали, что воспринимаемые нормы референтной группы, имеющей отношение к поведению, были связаны с намерениями рециркуляции для членов группы, которые были четко идентифицированы. Филдинг и др. (2008b) также включили восприятие межгруппового контекста, особенно городских и сельских отношений, в TPB, чтобы предсказать намерения фермеров участвовать в устойчивом управлении природными ресурсами.Они показали, что эти межгрупповые представления выступили в качестве дополнительного предиктора помимо переменных TPB. Следовательно, подход социальной идентичности дополняет TPB и может увеличить его потенциал для понимания и прогнозирования поведения, связанного с окружающей средой. Он разъясняет, какие нормы могут влиять на поведение, и подчеркивает потенциал межгруппового контекста влиять на экологические намерения.

Другой хорошо зарекомендовавший себя подход к пониманию экологически значимого индивидуального поведения — это теория VBN, предложенная Стерном и др.(1999) и Стерн (2000). Эта теория предлагает причинную последовательность, которая переходит от стабильных ценностей и экологических мировоззрений к осознанию последствий для ценного объекта (например, окружающей среды). Это, в свою очередь, влияет на чувство ответственности за действия, которое, в свою очередь, влияет на личные нормы (понимаемые как чувство личной ответственности человека действовать от имени окружающей среды). На первый взгляд центральная роль личных норм в VBN противоречит верховенству социальных норм с точки зрения социальной идентичности.Однако подход социальной идентичности рассматривает «я» как составную часть социальной идентичности и личностных идентичностей, и поэтому эти два подхода не противоречат друг другу. Более того, VBN является производным от теории активации моральных норм Шварца, и Шварц (1973) утверждал, что индивидуальные ожидания, лежащие в основе личных норм, проистекают из общих социальных норм (см. Bratt, 1999 для демонстрации этой взаимосвязи в отношении повторного использования). Стерн (2000) также признает, что существует ряд факторов, влияющих на поведение в среде, включая особенности личного, социального и экономического контекста, и что влияние личных норм на поведение будет зависеть от важности контекстуальных факторов.Там, где влияние контекстуальных факторов велико, факторы отношения, указанные в VBN, будут относительно слабыми предикторами поведения в окружающей среде.

Эта концептуализация допускает комфортное сосуществование подхода социальной идентичности и VBN — в некоторых обстоятельствах личные нормы будут основным мотиватором поведения, тогда как в других соображения социальной идентичности на основе группы выходят на первый план. Однако вместо того, чтобы рассматривать эти два теоретических подхода как параллельные процессы, можно также представить себе петлю обратной связи между социальной и личной идентичностью.Членство в социальных группах, которые ценят окружающую среду, может привести к тому, что члены группы усвоят эти групповые нормы так, чтобы они стали сильной личной нормой. Конечно, также возможно, что люди присоединяются к группам на основе своих ценностей, и поэтому наличие экологически ориентированных ценностей предрасполагает людей к объединению в группы, которые укрепляют эти ценности. В конечном счете, необходимо продольное исследование, чтобы разобраться в причинно-следственной последовательности. Без этого можно было бы ожидать, что личные нормы будут усилены или ослаблены в зависимости от социальной идентичности, которая является заметной, и от того, соответствуют ли нормы этой идентичности личным нормам человека.

Стратегии социальной идентичности для поощрения более позитивных экологических результатов

Если мы согласимся с тем, что подход социальной идентичности предлагает полезную теоретическую линзу, через которую можно исследовать отношение и поведение к окружающей среде, то он также должен быть в состоянии предложить решения для решения экологических проблем и конфликтов. Ниже мы приводим некоторые стратегии, основанные на социальной идентичности, а их краткое изложение можно найти в таблице 1. Они не являются исчерпывающими, но вместо этого предназначены для обеспечения отправной точки, которая может стимулировать будущие исследования для эмпирической проверки и дальнейшего совершенствования подходов к социальной идентичности, связанных с окружающей средой. .Хотя некоторые из этих стратегий обсуждались ранее (см., Например, Reynolds et al., 2015; Ferguson et al., В печати), мы видим преимущество в представлении ряда стратегий, которые возникают как логический результат нашего анализа социальной идентичности. отношения к окружающей среде и поведения.

ТАБЛИЦА 1. Стратегии социальной идентичности для поощрения более проэкологического отношения и поведения.

Использование мессенджеров Ingroup

Когда вы думаете о том, как способствовать более позитивным экологическим результатам, важно учитывать, откуда исходят сообщения.В соответствии с теорией социальной идентичности мы знаем, что источники внутри группы считаются более надежными и заслуживающими доверия и, следовательно, более влиятельными (Hornsey et al., 2002; Kahan et al., 2011). Это говорит о том, что проэкологические сообщения должны исходить от членов группы, когда это возможно.

Конечно, это не всегда возможно; иногда экологическая проблема носит научный или технический характер, требуя специальных знаний. Даже в этом случае представитель внешней группы может подчеркнуть общую высшую идентичность с аудиторией.В качестве примера Шульц и Филдинг (2014) показали, что, когда ученый предоставил информацию об оборотной воде — потенциально спорном решении для решения проблем нехватки воды, — и подчеркнули социальную идентичность, которую она разделяла с участниками (т. Е. Все они проживали в определенном регионе ), высоко идентифицированные участники оказали большую поддержку этому устойчивому источнику воды.

Создание превосходной идентичности для уменьшения межгрупповых экологических конфликтов

Конфликт между группами по экологическим вопросам может помешать прогрессу в решении этих проблем.Как мы указали выше, межгрупповой конфликт укрепляет границы между группами, так что члены группы больше относятся друг к другу как члены группы и, следовательно, с большей вероятностью будут демонстрировать отношение и поведение, благоприятствующие группе. Если подумать таким образом, легко увидеть, как этот тип межгруппового контекста может стоять на пути разработки двусторонней политики в отношении изменения климата или устойчивого распределения ресурсов, которое приносит пользу окружающей среде, а также другим заинтересованным сторонам.

Одним из способов трансформации негативных межгрупповых отношений является формирование более всеобъемлющей вышестоящей идентичности, охватывающей конфликтующие подгруппы (Gaertner et al., 1993; Гертнер и Довидио, 2000; Опотов и Брук, 2003). Сосредоточение внимания на членах подгруппы на групповой идентичности более высокого порядка помогает сместить контекст с одного из «них» и «нас» на «мы». Прошлые исследования показали, что эта стратегия может уменьшить предрассудки и дискриминацию (Gaertner and Dovidio, 2000), потому что члены внешней группы теперь являются частью внутренней группы и, следовательно, получают преимущества членства в внутренней группе. Баталья и Рейнольдс (2012) подчеркивают важность высшей идентичности как способа развития более эффективных глобальных переговоров по смягчению последствий изменения климата.Опираясь на модель актуализации социальных и личных ресурсов идентичности (модель ASPIRe; Haslam et al., 2003), они утверждают, что переговоры могут быть более эффективными, если сформированы подгруппы, отражающие взаимные заботы и интересы единомышленников, и что эти подгруппы затем работайте вместе, чтобы создать структуру высшего уровня. Модель ASPIRe обеспечивает процесс формирования вышестоящей идентичности, начиная с определения текущих социальных идентичностей, которые люди используют для самоопределения, с последующим формированием подгрупп и формулированием целей подгруппы.Заключительные шаги включают в себя всеобъемлющую организационную группу, включающую все подгруппы, и формулирование целей вышестоящей группы, которые определяют последующие действия. В более широком смысле, литература по социальной идентичности предполагает, что условиями для превращения такой группы, как вышестоящая идентичность, в «настоящую», являются доступность идентичности, соответствие (как обсуждается в разделе «Текучесть социальной идентичности») и энтитативность (т. Е. Сочетание взаимозависимости, общей судьбы, физической близости, сходства; Oakes et al., 1991; Шерман и др., 1999).

Samuelson et al. (2003) также представляют собой конкретный пример того, как конфликт между заинтересованными сторонами по поводу усилий по восстановлению водораздела может быть трансформирован путем создания новой высшей идентичности. Создание Совета водораздела Сан-Антонио включало объединение различных заинтересованных сторон в структурированную коммуникационную среду, которая позволила совместное обучение. Формирование новой групповой идентичности позволило заинтересованным сторонам из разных подгрупп, которые пришли с противоположными позициями, достичь консенсуса и разработать набор рекомендаций по улучшению качества водораздела.

Однако формирование высшей идентичности не должно приводить к утрате членами группы или отрицанию своей идентичности подгруппы. На самом деле, исследования показали, что межгрупповая предвзятость уменьшается в большей степени, когда люди идентифицируют себя как со своей подгруппой, так и с вышестоящей группой одновременно (Hornsey and Hogg, 2000a, b). В контексте межгрупповых экологических конфликтов Опотов и Брук (2003) утверждают, что сохранение идентичности подгруппы может позволить позитивным установкам, которые могут развиваться из-за общей идентичности вышестоящей группы, распространиться на более широкую подгруппу.Например, в контексте конфликта, связанного с гидроразрывом газа из угольных пластов в Австралии, Альянс Lock the Gate включает в себя фермеров и защитников окружающей среды, группы, которые обычно не состоят в союзе. В той степени, в которой члены «Lock the Gate» сохраняют идентичность своей подгруппы, это повышает вероятность того, что фермеры и защитники окружающей среды могут сформировать более позитивные, тонкие и менее стереотипные впечатления о группах друг друга. Сохранение идентичностей подгрупп также снижает риск того, что идентичности подгрупп находятся под угрозой (Hornsey and Hogg, 2000a), и позволяет оценить самобытность идентичностей подгрупп, таких как знания и опыт конкретных подгрупп (Opotow and Brook, 2003).

Объединение идентичности и экологических результатов

С точки зрения социальной идентичности, простой способ способствовать более позитивным проэкологическим результатам — это сделать заметной идентичность, включающую проэкологические нормы, и / или предоставить людям возможности для более сильной идентификации с проэкологической социальной идентичностью. Простая демонстрация последнего подхода дается в исследовании Van der Werff et al. (2013, 2014), хотя они сосредоточены на создании заметной самоидентификации, а не групповой идентичности.Они показывают, что напоминание людям об их прошлых действиях в защиту окружающей среды помогает им укрепить свою идентичность как человека, выступающего за окружающую среду, что впоследствии ведет к дальнейшему проэкологическому поведению. Легко представить себе, как этот подход может быть расширен с помощью простых сообщений, в которых людей просят поразмышлять над своими прошлыми действиями, которые помогают защитить окружающую среду. Кампании, направленные на решение местных экологических проблем, таких как засуха, также дают возможность продемонстрировать проэкологические нормы (т.е., относящиеся к сохранению воды) как определяющий элемент идентичности. Таким образом, активизация региональной идентичности может сделать более заметными и укрепить нормы водосбережения и может привести к снижению текущего потребления воды в регионе.

Содействие соблюдению экологических норм Ingroup

Исходя из вышеизложенного, есть убедительные доказательства того, что люди с большей вероятностью будут действовать экологически чистыми способами, когда нормы поведенчески значимой внутренней группы — особенно той, с которой люди высоко себя идентифицируют, — поддерживают действия в защиту окружающей среды.Не всегда возможно сделать заметной социальную идентичность с помощью поддерживающих экологических норм, и, как мы отмечали ранее, часто бывает так, что внутригрупповые группы имеют положительные экологические предписания, но отрицательные экологические описательные нормы (т. Е. Большинство членов группы поддерживают про-экологические нормы). действия, но на самом деле в нем участвует лишь меньшинство). Исследования показали, что уделение большего внимания предписывающей норме может помочь преодолеть проблему отрицательной описательной нормы (Schultz et al., 2007; Смит и Луи, 2008 г.). Таким образом, вместо того, чтобы привлекать внимание к отрицательным внутригрупповым описательным нормам (например, лишь меньшинство молодых людей участвует в действиях по защите окружающей среды), необходимо сосредоточить внимание на положительной предписывающей норме (большинство молодых людей поддерживают действия, которые защищают окружающую среду). среда).

Если внутригрупповые нормы не являются проэкологическими, другая стратегия, поддерживаемая подходом социальной идентичности (и обсуждавшаяся выше), состоит в том, чтобы сделать заметной социальную категорию более высокого порядка, которая действительно имеет проэкологические нормы.Например, данные показывают, что молодые люди в меньшей степени проявляют экологическое поведение, чем старшие возрастные группы (Евробарометр, 2011). Следовательно, выделение идентичности более высокого порядка — например, национальной идентичности, которая охватывает большее количество проэкологических возрастных групп — может помочь укрепить проэкологические нормы и положительно повлиять на проэкологическое поведение, поскольку эти нормы и поведение могут быть справедливо отнесены к более широкая группа. Эта стратегия может быть более эффективной, когда категория более низкого порядка (например,g., молодые люди) представлены как часть более широкой социальной группы (Hornsey and Hogg, 2000a). Например, общение, напоминающее людям о том, что члены их страны поддерживают политику и поведение в защиту окружающей среды, может сопровождаться изображениями, охватывающими широкий круг граждан, в том числе более молодых. Может ли этот подход работать в контекстах, где подчиненная идентичность особенно заметна, например, когда молодые люди принимают экологические решения в присутствии своих сверстников, остается эмпирическим вопросом.

К этому моменту мы описали стратегии, которые могут помочь изменить восприятие внутригрупповых норм. Более прямой подход предложен Seyranian (2014) и Seyranian et al. (2015), которые продвигают концепцию формирования социальной идентичности как способ формирования содержания внутригрупповой идентичности. Этот подход описывает процесс, с помощью которого лидер может изменить содержание социальной идентичности в направлении, которое может способствовать позитивным социальным изменениям. Они подчеркивают необходимость того, чтобы лидеры могли донести до членов группы свое видение, используя инклюзивный язык внутри группы (например,г., мы, нас). Например, когда лидеры внутри группы выступали за возобновляемые источники энергии, используя инклюзивный язык, поддержка возобновляемых источников энергии воспринималась как более нормативный элемент внутри группы, и со стороны членов группы было больше намерений действовать в отношении возобновляемых источников энергии (Seyranian, 2014). Необходимы дальнейшие исследования для определения критических элементов, которые наиболее эффективно изменяют содержание внутригрупповой идентичности.

Перспективы будущего

В этой статье мы выделили интересные и важные вопросы, которые могут быть решены исследователями в рамках социальной идентичности.В частности, в разделе «Стратегии социальной идентичности для поощрения более позитивных экологических результатов» были выделены решения, основанные на социальной идентичности, многие из которых нуждаются в дальнейшем тестировании для проверки их эффективности и граничных условий. При рассмотрении направлений будущих исследований мы рекомендуем исследователям, применяющим подход социальной идентичности, сосредоточиться на вопросах, которые могут иметь значительное влияние на окружающую среду. Психологические исследования в области окружающей среды в значительной степени ориентированы на индивидуальные действия, такие как переработка отходов или сбережение энергии и воды.Но необходимо расширить наше внимание и исследовать зависимые переменные, которые имеют большее влияние.

В свете отсутствия прогресса в разработке политики в области изменения климата и окружающей среды в большинстве стран, исследователи социальной идентичности должны уделять большое внимание принятию политики и предоставлению коммуникаторам инструментов, чтобы убедить людей в необходимости политики защиты окружающей среды. С точки зрения подхода социальной идентичности неприятие политики отражает то, что экологические цели не являются нормативными для многих групп, и это может частично возникать из-за межгрупповых конфликтов, которые создают разногласия, а не мосты между группами.Важной задачей для исследователей социальной идентичности является определение фреймов, которые могут понравиться лицам, принимающим решения, и объединить разрозненные группы, конфликтующие из-за экологических проблем. Например, как лучше всего сформулировать политику в области изменения климата, которая вызовет положительную реакцию как политических консерваторов, так и либералов? Исследователи начали осознавать важность поиска рамок, апеллирующих к разным ценностям и идеологиям, например, Feygina et al. (2010) показали, что консерваторы с большей вероятностью поддержат охрану окружающей среды, когда она была сформулирована как защита американского образа жизни, а Bain et al.(2012) продемонстрировали, что представление ответных мер на изменение климата как улучшение общества или как стимулирование развития усиливает экологические гражданские намерения скептиков по изменению климата по сравнению с рамками, сосредоточенными просто на защите окружающей среды. Сосредоточение внимания на фреймах, которые нравятся лицам, принимающим решения, и элитам может быть особенно важным, учитывая их способность обращаться к более широкой группе. В настоящее время мало исследований, подтверждающих, что работает, а что нет.

Еще одним важным направлением для исследователей социальной идентичности является понимание готовности людей принимать участие в коллективных действиях по защите окружающей среды.В разделе «Влияние межгруппового конфликта» мы подчеркнули, что масштабы экологических проблем означают, что для эффективного решения многих экологических проблем потребуются коллективные действия, и этот момент был поддержан ведущими исследователями экологической психологии (например, Стерн , 2000). Эффективные коллективные действия могут повлиять на сегменты сообщества, которые в настоящее время не имеют мнения или заинтересованности в том или ином вопросе, а также послать сигнал элите и лицам, принимающим решения. Как мы отмечали ранее, SIMCA ясно продемонстрировала, что социальная идентичность является ключевым предиктором коллективных действий и что чем более политизирована идентичность, тем сильнее отношения (van Zomeren et al., 2008).

Традиционные формы коллективных действий сосредоточены на участии в протестах или митингах. Марш вместе с людьми, которые разделяют ваши убеждения и видение, может вызвать чувство общей групповой идентичности и потенциально укрепить ощущение того, что группа может эффективно решать экологические проблемы, тем самым помогая создать политизированную групповую идентичность (см. Van Zomeren et al., 2010). Но распространение новых средств массовой информации и коммуникационных технологий меняет характер коллективных действий: многие группы существуют в сети и практически не взаимодействуют лицом к лицу между участниками.С одной стороны, эти новые способы проведения коллективных действий могут охватить широкую международную аудиторию; онлайн-кампании иногда просматривают миллионы людей и приводят к быстрой реакции со стороны бизнеса и лиц, принимающих решения. Это повышает вероятность того, что этот тип коллективных действий может привести к более сильному чувству эффективности (чем, например, более традиционные протесты), хотя также поднимает вопрос о том, какой групповой идентичности они будут способствовать. Подход социальной идентичности кажется подходящим, чтобы обеспечить основу для исследования и понимания этих новых форм экологических коллективных действий (например,g., McGarty et al., 2014), но работа над этим только начинается и, насколько нам известно, еще не применима к экологическому контексту.

Некоторые подходы к созданию поддержки для решения проблем, связанных с изменением климата и окружающей средой, исходят от массовых движений, которые объединяют людей в небольшие группы для создания ощущения эффективности изменения поведения (например, Staats et al., 2004; Dowd et al., 2012). Хотя эти массовые подходы могут различаться по формату, в их основе лежит представление о том, что участие в группе даст людям возможность вносить изменения в свою жизнь и потенциально стать образцом для подражания для других, которые не являются членами непосредственной группы.Однако исследования, основанные на подходе социальной идентичности, имели тенденцию сосредотачиваться на крупномасштабных категориях и группах (например, на гендерной, этнической и политической идентичности). Подход социальной идентичности уделяет меньше времени изучению мобилизации малых групп, и это может помочь объяснить, почему работа над низовыми экологическими движениями возникла в значительной степени независимо от подхода социальной идентичности. Но пропасть между этими литературами начинает преодолеваться, в частности, работа, показывающая, как нормы и идентичности создаются и согласовываются отчасти посредством обсуждения и общения в малых группах, и как это, в свою очередь, включает действия в рамках социальной идентичности (Smith et al. ., 2015). Насколько нам известно, эти идеи еще предстоит применить и проверить в контексте экологической мобилизации. Но в соответствии с анализом, представленным в разделе «Подход социальной идентичности и отношение к окружающей среде и поведение», подход социальной идентичности подчеркивает важность деятельности малых групп, которые развивают чувство общей идентичности, что ставит на первый план позитивные экологические внутригрупповые нормы (как предписывающие, так и описательные). ), и которые помогают членам группы сформировать более широкое чувство экологической идентичности, которое они могут перенести на другие групповые ситуации, такие как контекст семьи и рабочего места.Таким образом, подход социальной идентичности обеспечивает глубину и широту теоретических рассуждений о групповых процессах, которые могут предложить понимание, позволяющее максимизировать эффективность этих групп в изменении отношения и поведения к окружающей среде.

Заключение

Совершенно очевидно, что социальная идентичность оказывает мощное влияние на отношения, убеждения и действия, связанные с изменением климата и окружающей средой в более широком смысле. Как мы обозначили выше, свидетельством этого является то, что: (1) если мы воспринимаем себя с точки зрения определенной социальной идентичности, мы с большей вероятностью будем принимать проэкологические решения и участвовать в проэкологическом поведении, если нормы группа выступает за охрану окружающей среды; (2) межгрупповые сравнения могут изменить наше представление об экологических характеристиках ингруппы, что, в свою очередь, может повлиять на проэкологическое отношение и поведение членов группы; и (3) негативные межгрупповые отношения могут выступать в качестве препятствия для разработки решений экологических проблем, поскольку межгрупповая предвзятость приводит к недоверию к сторонним членам и меньшей вероятности выработки консенсусных решений.Понимание влияния социальной идентичности на экологические решения и поведение также предлагает стратегии по продвижению более экологически устойчивого мира. К ним относятся: (1) использование внутригрупповых мессенджеров, (2) формирование высшей идентичности для уменьшения межгруппового экологического конфликта, (3) связь идентичности и проэкологических результатов и (4) продвижение проэкологических внутригрупповых норм. Прошлые исследования в некоторой степени способствовали предоставлению эмпирических данных в поддержку этих утверждений, однако есть еще способ протестировать эти решения, основанные на социальной идентичности, а также предоставить понимание социальной идентичности для решения экологически значимых проблем.

Авторские взносы

Оба автора сотрудничали для исследования и написания этой обзорной статьи. Первый черновик статьи был написан KF и MH, отредактировал и внес в статью разделы.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарность

Это исследование финансировалось Австралийским исследовательским советом по грантам FT100100704 и DP120100961.

Список литературы

Абрамс Д., Ветерелл М., Кокрейн С., Хогг М. А. и Тернер Дж. С. (1990). Знать, что думать, зная, кто вы: самокатегория и природа формирования норм, конформизм и групповая поляризация. Br. J. Soc. Psychol. 29, 97–119. DOI: 10.1111 / j.2044-8309.1990.tb00892.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Айзен И. (1991). Теория запланированного поведения. Орган. Behav. Гул.Decis. Процесс. 50, 179–211. DOI: 10.1016 / 0749-5978 (91)

-T

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Армитаж, К. Дж., И Коннер, М. (2001). Эффективность теории запланированного поведения: метааналитический обзор. Br. J. Soc. Psychol. 40, 471–499. DOI: 10.1348 / 014466601164939

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бейн, П. Г., Хорнси, М. Дж., Бонджорно, Р., и Джеффрис, К. (2012). Содействие защите окружающей среды от отрицателей изменения климата. Nat. Клим. Чанг. 2, 600–603. DOI: 10.1038 / nclimate1532

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бартельс Дж. И Онвезен М. К. (2014). Готовность потребителей покупать товары с экологическими и этическими требованиями: роль социальных представлений и социальной идентичности. Внутр. J. Consum. Stud. 38, 82–89. DOI: 10.1111 / ijcs.12067

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бартельс, Дж., И Рейндерс, М. Дж. (2010). Социальная идентификация, социальные представления и инновационность потребителей в контексте органических продуктов питания: межнациональное сравнение. Food Qual. Предпочитать. 21, 347–352. DOI: 10.1016 / j.foodqual.2009.08.016

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Башир Н. Ю., Локвуд П., Честин А. Л., Надольный Д., Нойес И. (2013). Ироничное влияние активистов: негативные стереотипы уменьшают влияние социальных изменений. Eur. J. Soc. Psychol. 43, 614–626. DOI: 10.1002 / ejsp.1983

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Баталья, Л., и Рейнольдс, К. Дж. (2012). Стремление к смягчению последствий изменения климата: приоритетная идентичность в глобальных переговорах по климату. Полит. Psychol. 33, 743–760. DOI: 10.1111 / j.1467-9221.2012.00896.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Блюк, А. М., Макгарти, К., Томас, Э. Ф., Лала, Г., Берндсен, М., и Мисажон, Р. (2015). Общественное разногласие по поводу изменения климата коренится в противоречивых социально-политических идентичностях. Nat. Клим. Чанг. 5, 226–229. DOI: 10.1038 / nclimate2507

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бранскомб, Н. Р., Эллемерс, Н., Спирс, Р., и Doosje, B. (1999). «Контекст и содержание угрозы социальной идентичности», в Социальная идентичность: контекст, приверженность, содержание , ред. Н. Эллемерс, Р. Спирс и Б. Дузье (Oxford: Blackwell Science).

Google Scholar

Братт, К. (1999). Влияние норм и предполагаемых последствий на поведение в области утилизации. Environ. Behav. 31, 630–656. DOI: 10.1177 / 0013

21972272

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Браун Р. (2000).Теория социальной идентичности: прошлые достижения, текущие проблемы и будущие вызовы. Eur. J. Soc. Psychol. 30, 745–778. DOI: 10.1002 / 1099-0992 (200011/12) 30: 6 <745 :: AID-EJSP24> 3.0.CO; 2-O

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Чалдини Р. Б., Рино Р. Р. и Каллгрен К. А. (1990). Фокус теории нормативного поведения: переработка концепции норм для уменьшения количества мусора в общественных местах. J. Pers. Soc. Psychol. 58, 1015–1026. DOI: 10.1037 / 0022-3514.58.6.1015

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Колвин, Р. М., Витт, Г. Б., и Лейси, Дж. (2015a). Подход социальной идентичности к пониманию социально-политического конфликта в управлении окружающей средой и природными ресурсами. Glob. Environ. Чанг. 34, 237–246. DOI: 10.1016 / j.gloenvcha.2015.07.011

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Колвин, Р. М., Витт, Г. Б., и Лейси, Дж. (2015b). Странные соратники или расстановка ценностей? Изучение ценностей заинтересованных сторон в альянсе заинтересованных граждан против добычи газа из угольных пластов. Политика землепользования 42, 392–399.

Google Scholar

Коннер М. и Армитаж К. Дж. (1998). Расширение теории запланированного поведения: обзор и направления дальнейших исследований. J. Appl. Soc. Psychol. 28, 1429–1464. DOI: 10.1111 / j.1559-1816.1998.tb01685.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Доно Дж., Уэбб Дж. И Ричардсон Б. (2010). Взаимосвязь между экологическим активизмом, про-экологическим поведением и социальной идентичностью. J. Environ. Psychol. 30, 178–186. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2009.11.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дуглас, М., и Вильдавски, А. (1982). Риск и культура: эссе по выбору технологических и экологических опасностей. Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет Press.

Google Scholar

Дауд А., Эшворт П., Карр-Корниш С. и Стеннер К. (2012). Energymark: дает возможность отдельным австралийцам снизить потребление энергии. Энергетическая политика 51, 264–276. DOI: 10.1016 / j.enpol.2012.07.054

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Данлэп Р. Э. и МакКрайт А. М. (2008). Увеличивающийся разрыв: республиканские и демократические взгляды на изменение климата. Environ. Sci. Политика Sustain. Dev. 50, 26–35. DOI: 10.3200 / ENVT.50.5.26-35

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Данлэп Р. Э., Сяо К. и Маккрайт А. М. (2001). Политика и окружающая среда в Америке: партийные и идеологические расколы в общественной поддержке защиты окружающей среды. Environ. Полит. 10, 23–48. DOI: 10.1080 / 714000580

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Дуайер, П. К., Маки, А., Ротман, А. Дж. (2015). Содействие энергосбережению в общественных местах: влияние социальных норм и личной ответственности. J. Environ. Psychol. 41, 30–34. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2014.11.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эллемерс Н., Спирс Р. и Дузье Б. (1999). Социальная идентичность: контекст, приверженность, содержание. Оксфорд: Блэквелл.

Google Scholar

Эллемерс, Н., Спирс, Р., Дусье, Д. (2002). Я и социальная идентичность. Annu. Rev. Psychol. 53, 161–186. DOI: 10.1146 / annurev.psych.53.100901.135228

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эспозо, С. Р., Хорнси, М. Дж., И Спур, Дж. Р. (2013). Стрельба по посланнику: посторонние, критикующие вашу группу, отвергаются независимо от качества аргументов. Br. J. Soc. Psychol. 52, 386–395.DOI: 10.1111 / bjso.12024

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Евробарометр (2011 г.). Отношение европейских граждан к окружающей среде. Специальный отчет Евробарометра 365. Брюссель: Европейская комиссия.

Google Scholar

Фергюсон, М.А., Бранскомб, Н.Р., и Рейнольдс, К.Дж. (2011). Влияние межгруппового сравнения на готовность к устойчивому поведению. J. Environ. Psychol. 31, 275–281.DOI: 10.1016 / j.jenvp.2011.04.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фергюсон М.А., Макдональд Р.И. и Бранскомб Н.Р. (в печати). «Глобальное изменение климата: перспектива социальной идентичности на основе информационных и структурных вмешательств», в «Понимание мира и конфликтов через теорию социальной идентичности: современные и всемирные перспективы», , ред. С. Маккеун, Р. Хаджи и Н. Фергюсон (New Йорк, Нью-Йорк: Спрингер).

Фейгина И., Йост Дж. Т.и Голдсмит Р. Э. (2010). Системное обоснование, отрицание глобального потепления и возможность «санкционированных системой изменений». чел. Soc. Psychol. Бык. 36, 326–338. DOI: 10.1177 / 0146167209351435

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Филдинг, К. С., Хед, Б. В., Лаффан, В., Вестерн, М., и Хуг-Гулдберг, О. (2012). Убеждения австралийских политиков об изменении климата: роль политической приверженности и политической ориентации. Environ. Полит. 21, 712–733. DOI: 10.1080 / 09644016.2012.698887

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Филдинг К. С., Макдональд Р. и Луис В. Р. (2008a). Теория запланированного поведения, идентичности и намерений заниматься экологической активностью. J. Environ. Psychol. 28, 318–326. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2008.03.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Филдинг, К. С., Терри, Д. Дж., Массер, Б. М., и Хогг, М. А. (2008b).Интеграция теории социальной идентичности и теории запланированного поведения для объяснения решений о применении устойчивых методов ведения сельского хозяйства. Br. J. Soc. Psychol. 47 (Pt 1), 23–48. DOI: 10.1348 / 014466607X206792

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Фодди, М., Платоу, М. Дж., И Ямагиши, Т. (2009). Групповое доверие к незнакомцам: роль стереотипов и ожиданий. Psychol. Sci. 20, 419–422. DOI: 10.1111 / j.1467-9280.2009.02312.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Форнара, Ф., Каррус, Г., Пассафаро, П., и Бонн, М. (2011). Выявление источников нормативного влияния на проэкологическое поведение: роль местных норм в переработке бытовых отходов. Group Proceses. Intergroup Relat. 14, 623–635. DOI: 10.1177 / 1368430211408149

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гертнер, С. Л., и Довидио, Дж. Ф. (2000). Снижение межгрупповой предвзятости: модель общей идентичности внутри группы. Филадельфия, Пенсильвания: Психология Пресс.

Google Scholar

Гертнер, С. Л., Довидио, Дж. Ф., Анастасио, П. А., Бахман, Б. А., и Руст, М. С. (1993). Общая модель внутригрупповой идентичности: повторная категоризация и уменьшение межгрупповой предвзятости. Eur. Rev. Soc. Psychol. 4, 1–26. DOI: 10.1080 / 14792779343000004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гольдштейн, Н. Дж., Чалдини, Р. Б., и Грискявичюс, В. (2008). Комната с точкой зрения: использование социальных норм для мотивации сохранения окружающей среды в отелях. J. Consum. Res. 35, 472–482. DOI: 10.1086 / 586910

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хаслам, С. А., Эггинс, Р. А., и Рейнольдс, К. Дж. (2003). Модель Aspire: актуализация ресурсов социальной и личной идентичности для улучшения организационных результатов. J. Occup. Орган. Psychol. 76, 83–113. DOI: 10.1348 / 096317

1208907

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хьюстон М., Рубин М. и Уиллис Х. (2002). Межгрупповая предвзятость. Annu. Rev. Psychol. 53, 575–604. DOI: 10.1146 / annurev.psych.53.100901.135109

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хогг, М.А., и Абрамс, Д. (1988). Социальная идентификация. Лондон: Рутледж.

Google Scholar

Хорнси, М. Дж., Харрис, Э. А., Бейн, П. Г. и Филдинг, К. С. (в печати). Метаанализ детерминант и результатов веры в изменение климата. Nat. Клим. Смена

Хорнси, М., и Имани, А. (2004). Критика групп изнутри и снаружи: взгляд на идентичность на эффект межгрупповой чувствительности. чел. Soc. Psychol. Бык. 30, 365–383. DOI: 10.1177 / 0146167203261295

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хорнси, М. Дж. (2008). Теория социальной идентичности и теория самоклассификации: исторический обзор. Soc. Чел. Psychol. Компас 2, 204–222. DOI: 10.1111 / j.1751-9004.2007.00066.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хорнси, М.Дж. И Хогг М. А. (2000a). Ассимиляция и разнообразие: интегративная модель отношений в подгруппах. чел. Soc. Psychol. Ред. 4, 143–156. DOI: 10.1207 / S15327957PSPR0402_03

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хорнси, М. Дж., И Хогг, М. А. (2000b). Подгрупповые отношения: сравнение моделей снижения предубеждений между взаимной межгрупповой дифференциацией и общей внутригрупповой идентичностью. чел. Soc. Psychol. Бык. 26, 242–256. DOI: 10.1177 / 0146167200264010

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хорнси, М.Дж., Оппес Т. и Свенссон А. (2002). «Ничего страшного, если мы так говорим, но нельзя»: ответы на межгрупповую и внутригрупповую критику. Eur. J. Soc. Psychol. 32, 293–307. DOI: 10.1002 / ejsp.90

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хаттон, Д. (2012). Замок ворот объединяет: коки, блоки, обрезки и зелень. Цепная реакция. 115, 16–17.

Google Scholar

Янг, С. М. (2013). Обрамление ответственности в дискурсе об изменении климата: предвзятость этноцентрической атрибуции, предполагаемые причины и политические установки. J. Environ. Psychol. 36, 27–36. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2013.07.003

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кахан, Д. М., Браман, Д., Монахан, Дж., Каллахан, Л., и Питерс, Э. (2010). Культурное познание и государственная политика: на примере законов об амбулаторном обязательстве. Law Hum. Behav. 34, 118–140.

Google Scholar

Кахан, Д. М., Дженкинс-Смит, Х., Браман, Д. (2011). Культурное познание научного консенсуса. J. Risk Res. 14, 147–174. DOI: 10.1080 / 13669877.2010.511246

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ким, Х., Ли, Э.-Дж., и Хур, В. М. (2012). Нормативное социальное влияние на экологичное поведение потребителей: сдерживающий эффект требований экологического маркетинга. Одежда Текстиль Res. J. 30, 4–18. DOI: 10.1177 / 0887302X12440875

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лонг, Дж., Харре, Н., Аткинсон, К. Д. (2014). Понимание изменений в поведении в отношении утилизации отходов и мусора в школьной социальной сети. Am. J. Community Psychol. 53, 462–474. DOI: 10.1007 / s10464-013-9613-3

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маки, Д. М., и Квеллер, С. (2000). «Влияние членов группы на убеждение: пересмотр темы« Кто что кому говорит и с каким эффектом? »» В «Отношения, поведение и социальный контекст: роль норм и членство в группе», , ред. DJ Terry и MA Hogg (Махва , Нью-Джерси: Эрльбаум).

Google Scholar

Массон, Т., и Фриче, I. (2014). Соблюдение внутригрупповых норм, связанных с изменением климата: имеют ли значение параметры групповой идентификации? Eur. J. Soc. Psychol. 44, 455–465. DOI: 10.1002 / ejsp.2036

CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакКрайт, А.М., и Данлэп, Р.Э. (2011). Политизация изменения климата и поляризация взглядов американской общественности на глобальное потепление, 2001-2010 гг. Sociol. Q. 52, 155–194. DOI: 10.1111 / j.1533-8525.2011.01198.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макдональд, Р.И., Филдинг К. С., Луис В. Р. (2012). Противоречивые нормы подчеркивают необходимость действий. Environ. Behav. 46, 139–162. DOI: 10.1177 / 00132453992

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Макдональд Р. И., Филдинг К. С. и Луис В. Р. (2013). Возбуждающий и демотивирующий эффект конфликта норм. чел. Soc. Psychol. Бык. 39, 57–72. DOI: 10.1177 / 0146167212464234

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакГарти, К., Блюк, А. М., Томас, Э. Ф., и Бонджорно, Р. (2009). Коллективные действия как материальное выражение членства в группе, основанной на мнениях. J. Soc. Выпуски 65, 839–857. DOI: 10.1111 / j.1540-4560.2009.01627.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

МакГарти, К., Томас, Э. Ф., Лала, Г., Смит, Л. Г. Э. и Блюк, А.-М. (2014). Новые технологии, новая идентичность и рост массового противостояния «арабской весны». Полит. Psychol. 36, 725–740. DOI: 10.1111 / население 12060

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Нолан, Дж. М., Шульц, П. В., Чалдини, Р. Б., Гольдштейн, Н. Дж., И Грискявичюс, В. (2008). Нормативное социальное влияние недооценивается. чел. Soc. Psychol. Бык. 34, 913–923. DOI: 10.1177 / 0146167208316691

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Оукс П. Дж., Тернер Дж. К. и Хаслам С. А. (1991). Восприятие людей как членов группы: роль соответствия в значимости социальных категорий. Br. J. Soc. Psychol. 30, 125–144. DOI: 10.1111 / j.2044-8309.1991.tb00930.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

О’Коннор Р. Э., Борд Р., Ярнал Б. и Вифек Н. (2002). Кто хочет сократить выбросы парниковых газов? Soc. Sci. Q. 83, 1–17. DOI: 10.1111 / 1540-6237.00067

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Опотов С. и Брук А. (2003). «Идентичность и исключение в конфликте пастбищ» в Идентичность и естественная среда , ред.Клейтон и С. Опотов (Кембридж, Массачусетс: MIT Press).

Google Scholar

Опотов, С., и Вайс, Л. (2000). Новые способы мышления об окружающей среде: отрицание и процесс морального исключения в экологическом конфликте. J. Soc. Выпуски 56, 475–490. DOI: 10.1111 / 0022-4537.00179

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пофф, Н. Л., Аллан, Дж. Д., Палмер, М. А., Харт, Д. Д., Рихтер, Б. Д., Артингтон, А. Х. и др. (2003). Речные потоки и водные войны: новая наука для принятия экологических решений. Фронт. Ecol. Environ. 1: 298–306. DOI: 10.1890 / 1540-9295 (2003) 001 [0298: RFAWWE] 2.0.CO; 2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Прайс, Дж. К., Уокер, И. А., и Боскетти, Ф. (2014). Измерение культурных ценностей и представлений об окружающей среде для определения их роли в ответных мерах на изменение климата. J. Environ. Психол. 37, 8–20. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2013.10.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рабинович А., Мортон Т.А., Постмес, Т., и Верпланкен, Б. (2012). Коллективная самооценка и индивидуальный выбор: влияние межгруппового сравнительного контекста на экологические ценности и поведение Br. J. Soc. Psychol. 51, 551–569. DOI: 10.1111 / j.2044-8309.2011.02022.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рис, Дж. Х. и Бамберг, С. (2014). Для защиты климата необходимы изменения в обществе: детерминанты намерения участвовать в коллективных действиях по борьбе с изменением климата. Eur. Дж.Soc. Psychol. 44, 466–473. DOI: 10.1002 / ejsp.2032

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Рейнольдс, К. Дж., Субашич, Э., и Тиндалл, К. (2015). Проблема изменения поведения: от социальных норм к внутригрупповой направленности. Soc. Чел. Psychol. Компас 9, 45–56. DOI: 10.1111 / spc3.12155

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Самуэльсон, К. Д., Петерсон, Т. Р., и Патнэм, Л. Л. (2003). «Групповая идентичность и конфликт заинтересованных сторон в управлении водными ресурсами», в Идентичность и природная среда , ред.Клейтон и С. Опотов (Кембридж, Массачусетс: MIT Press).

Google Scholar

Шульц, П. В., Нолан, Дж. М., Чалдини, Р. Б., Гольдштейн, Н. Дж., И Грискявичюс, В. (2007). Конструктивная, деструктивная и реконструктивная сила социальных норм. Psychol. Sci. 18, 429–434. DOI: 10.1111 / j.1467-9280.2007.01917.x

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шульц, Т., и Филдинг, К. (2014). Общая модель внутригрупповой идентичности улучшает информирование о оборотной воде. J. Environ. Psychol. 40, 296–305. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2014.07.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шваб Н., Хартон Х. К. и Каллум Дж. Г. (2014). Влияние возникающих норм и взглядов на переработку отходов. Environ. Behav. 46, 403–422. DOI: 10.1177 / 00132466093

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шварц, С. Х. (1973). Нормативные объяснения помогающего поведения: критика, предложение и эмпирический тест. J. Exp. Soc. Psychol. 9, 349–364. DOI: 10.1016 / 0022-1031 (73) -1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сейранян В. (2014). Социальная идентичность, формирующая коммуникативные стратегии для мобилизации социальных изменений. Лидер. Q. 25, 468–486. DOI: 10.1016 / j.leaqua.2013.10.013

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сейранян В., Синатра Г. М., Поликофф М. С. (2015). Сравнение коммуникационных стратегий для снижения потребления воды в жилищах. J. Environ. Psychol. 41, 81–90. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2014.11.009

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Шерман, С. Дж., Гамильтон, Д. Л., и Льюис, А. С. (1999). «Воспринимаемая сущность и ценность социальной идентичности членства в группах», в Социальная идентичность и социальное познание , редакторы Д. Абрамс и М. А. Хогг (Malden: Blackwell).

Google Scholar

Смит, Дж. Р., и Луис, В. Р. (2008). Делайте, как мы говорим, и как делаем: взаимодействие описательных и предписывающих групповых норм в отношениях отношения к поведению. Br. J. Soc. Psychol. 47, 647–666. DOI: 10.1348 / 014466607X269748

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Смит, Дж. Р., Луис, В. Р., Терри, Д. Дж., Гринуэй, К. Х., Кларк, Дж. Р. и Ченг, X. (2012). Соответствующие или противоречивые? Влияние запретительных и описательных норм на экологические намерения. J. Environ. Psychol. 32, 353–361. DOI: 10.1016 / j.jenvp.2012.06.001

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Смит, Л.Г. Э., Томас, Э. Ф., и Макгарти, К. (2015). «Мы должны быть теми изменениями, которые хотим видеть в мире»: интеграция норм и идентичностей посредством социального взаимодействия. Полит. Psychol. 36, 543–557. DOI: 10.1111 / pops.12180

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Staats, H., Harland, P., and Wilke, H.A.M (2004). Обеспечение устойчивых изменений: командный подход к улучшению экологического поведения в семье. Environ. Behav. 38, 341–367. DOI: 10.1177 / 00133260163

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Штерн, П.С. (2000). К последовательной теории экологически значимого поведения. J. Soc. Выпуски 56, 407–424. DOI: 10.1111 / 0022-4537.00175

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Стерн, П. К., Дитц, Т., Абель, Т., Гуаньяно, Г. А., и Калоф, Л. (1999). Теория ценности-веры-нормы поддержки социальных движений: пример энвайронментализма. Хум. Ecol. Ред. 6, 81–97.

Google Scholar

Сулс, Дж., И Уиллс, Т. А. (1991). Социальное сравнение: современная теория и исследования. Hillsdale, NJ: Lawrence Erlbaun Associates.

Google Scholar

Тайфель Х. и Тернер Дж. (1979). «Интегративная теория межгруппового конфликта», в Социальная психология межгрупповых отношений, , ред. У. Г. Остин и С. Уорчел (Монтерей: Брукс / Коул).

Google Scholar

Танис, М., Постмес, Т. (2005). Подход социальной идентичности к доверию: межличностное восприятие, членство в группе и доверительное поведение. Eur. J. Soc.Psychol. 33, 413–424. DOI: 10.1037 / a0037737

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст

Терри Д. Дж. И Хогг М. А. (1996). Групповые нормы и отношения отношения к поведению: роль в групповой идентификации. чел. Soc. Psychol. Бык. 22, 776–793. DOI: 10.1177 / 0146167296228002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Терри Д. Дж., Хогг М. А. и Уайт К. М. (1999). Теория запланированного поведения: самоидентификация, социальная идентичность и групповые нормы. Br. J. Soc. Psychol. 38, 225–244. DOI: 10.1348 / 0144666949

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Трантер Б. (2011). Политические разногласия по вопросам изменения климата и окружающей среды в Австралии. Environ. Полит. 20, 78–96. DOI: 10.1080 / 09644016.2011.538167

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тернер, Дж. К., Хогг, М. А., Оукс, П. Дж., Райхер, С. Д., и Ветерелл, М. С. (1987). Новое открытие социальной группы; Теория самоопределения. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Блэквелл.

Google Scholar

Ансуорт, К. Л., Филдинг, К. С. (2014). Это политический вопрос: как значимость политической идентичности меняет убеждения в отношении изменения климата и политическую поддержку. Glob. Environ. Чанг. 27, 131–137. DOI: 10.1016 / j.gloenvcha.2014.05.002

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уркиди, Л. (2010). Глокальное экологическое движение против добычи золота: Паскуа-Лама в Чили. Ecol. Экон. 70, 219–227.DOI: 10.1016 / j.ecolecon.2010.05.004

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван дер Верфф, Э., Стег, Л., Кейзер, К. (2013). Это моральный вопрос: взаимосвязь между экологической самоидентификацией, внутренней мотивацией, основанной на обязательствах, и про-экологическим поведением. Glob. Environ. Чанг. 23, 1258–1265. DOI: 10.1016 / j.gloenvcha.2013.07.018

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ван дер Верфф, Э., Стег, Л., Кейзер, К. (2014).Я такой, какой я есть, глядя в прошлое: влияние биосферных ценностей и прошлого поведения на экологическую самоидентификацию. Environ. Behav. 46, 626–657.

Google Scholar

ван Зомерен, М., Лич, К. В., и Спирс, Р. (2010). Повышает ли эффективность группы идентификацию группы? Разрешение их парадоксальных отношений. J. Exp. Soc. Psychol. 46, 1055–1060. DOI: 10.1016 / j.jesp.2010.05.006

CrossRef Полный текст | Google Scholar

ван Зомерен, М., Постмес, Т., и Спирс, Р. (2008). К интегративной модели социальной идентичности коллективных действий: количественный синтез трех социально-психологических перспектив. Psychol. Бык. 134, 504–535. DOI: 10.1037 / 0033-2909.134.4.504

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уайт, К. М., Смит, Дж. Р., Терри, Д. Дж., Гринслейд, Дж. Х. и Маккимми, Б. М. (2009). Социальное влияние в теории запланированного поведения: роль описательных, предписывающих и внутригрупповых норм. Br. J. Soc. Psychol. 48, 135–158. DOI: 10.1348 / 014466608X295207

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уилсон, М.А. (1997). Волк в Йеллоустоне: наука, символ или политика? Разбирая конфликт между защитой окружающей среды и разумным использованием. Soc. Nat. Ресурс. 10, 453–468. DOI: 10.1080 / 08941929709381044

CrossRef Полный текст | Google Scholar

спортивных болельщиков: теория социальной идентичности

спортивных фанатов: теория социальной идентичности

Жизнь в социальном мире
Psy 324: Advanced Social Psychology
Spring, 1998

Социальные Теория идентичности: спортивная принадлежность и самооценка
by
Merritt Posten «Упаковщики похожи на дети.Вы любите их не потому, что они хорошие. Вы любите их, потому что они ВАШИ . «Фанат Пакерс, Стив Гей,

Почему люди становятся настолько фанатичными по отношению к спортивной команде? Они покупают майки, платят деньги за билеты, собирать, покупать и обменивать спортивные карточки? Это может даже превратиться в фантазию, где болельщики могут выбирать себе игроков и создавать свои команды. Теория социальной идентичности, применительно к любителям спорта помогает объяснить их поведение. Теория социальной идентичности утверждает что люди мотивированы вести себя таким образом, чтобы поддерживать и повышать их самооценку.Высокая самооценка — это, как правило, восприятие себя как привлекательного, компетентного, компетентного человека. симпатичный и морально хороший человек. Эти атрибуты делают человека более привлекательным для окружающих. вне социального мира и делая более желанным, чтобы другие были в позитивном настроении отношения с ними. [Логотип любезно предоставлен AllSports]

Без чувства собственного достоинства и положительных сторон что это приносит в жизнь человека, человек чувствует себя одиноким, и эта изоляция вызывает глубокое беспокойство. Спорт может работать на повышение самооценки человека по ассоциации и принадлежности.Нося команды цвета, посещая каждую игру и зная имена всех игроков, их позиции и статистики, болельщики начинают чувствовать себя неотъемлемой частью команды. Следовательно, когда команда преуспевает, они чувствуют высокую самооценку в связи с их командой победа. Они общаются с командой, как если бы они сами играли в игру.

Эта связь, которую болельщики развивают по отношению к их команде , является тип внутригруппового фаворитизма, который помогает человеку развить социальную идентичность, присоединяясь и достигая членства в группе, имеющей ценность и значение для них (Tajfel 1972).Затем фанат стремится присоединиться и сохранить членство. в тех группах, которые имеют наибольший потенциал для положительного вклада в его или ее идентичность, а значит, и укрепление собственной самооценки. Исследование, проведенное Ли (1985) ясно продемонстрировали эффект самооценки и ее связь с группой. идентификация. В исследовании приняли участие студенты-мужчины, которым задавали вопросы по вопросник, связанный с университетом, а затем после того, как им сообщили их оценку, они были попросили описать благоприятный или неблагоприятный баскетбольный матч.Те, которые преуспели на анкета показала большую принадлежность к их собственной университетской команде, чем те, которые сделали плохо. Каждая из групп использовала разные стратегии для поддержания или повышения самооценка.

Даже когда команда проигрывает, теория социальной идентичности утверждает, что человек по-прежнему будет смотреть на команду так же положительно из-за угрозы поражения его или ее собственного достоинства, теперь, когда человек идентифицировал себя с командой. Если человек слабо связан, методы управления впечатлением от BIRGing и CORFing (купание в отраженной славе и отсечение отраженной неудачи) могут быть использовал.Но если поклонник тесно связан, теория социальной идентичности утверждает, что Перед лицом поражения индивидуум будет так же положительно относиться к своей команде.

Это явление, когда любимая команда человека рассматривается как положительно после поражения, это связано с предубеждениями и дискриминационным поведением человека по отношению к другим команды, и он или она будет приписывать поражение или поражение внешним сигналам, а не собственная команда. Тогда «настоящий» болельщик найдет повод объяснить проигрыш и возложить вину везде, кроме самой команды.Клуб ненавистников Packer Haters Club предлагает множество отличные примеры этих стратегий атрибуции, и огромное количество ответов показывает, как Некоторые фанаты глубоко укоренились в успехах или неудачах их команд. Вентилятор остановится нечего защищать свою любимую или домашнюю команду. Особенно выделяется одна цитата: «Упаковщики похожи на ваших детей. Вы не любите их, потому что они хорошо. Вы любите их, потому что они , ваши . «- Фанат Пакерс, Стив Гей.

Вернуться к началу
Вернуться на вступительную страницу

Назад На главную страницу Psy 324
Вернуться на Psybersite

Обратите внимание: оригинальные материалы на этих страницах могут быть использованы для исследования и образование, но, пожалуйста, укажите авторов и источник.Все материалы, защищенные авторским правом, используются здесь с разрешения и не могут быть повторно использованы без обращение к правообладателю.



Социальная психология / Майами Университет (Огайо, США). Последнее изменение: вторник, 11 марта 2014 г., 23:11:03. Этот документ был доступ 1 раз с 1 января 1998 г. Комментарии и Вопросы к Р. Шерману

Ваше полное Я: Социальная идентичность и рабочее место

Какое отношение имеют личные данные к работе организации? Ну все.Успешные организации принимают во внимание различные социальные особенности своих сотрудников, чтобы создать благоприятную рабочую среду и удовлетворить потребности всех участников. Чтобы полностью придерживаться принципов многообразия, справедливости и интеграции, организациям необходимо работать не только для найма людей с разными социальными идентичностями. Им также необходимо понимать, как эта социальная идентичность влияет на опыт их сотрудников, и работать над тем, чтобы все сотрудники чувствовали себя желанными, уважаемыми, поддерживаемыми и ценными.Это помогает создать инклюзивную рабочую среду, в которой все люди чувствуют себя комфортно, вкладывая в работу все свое «я» или личность.

«Большая восьмерка» социальных идентичностей

В YW Boston мы определяем идентичность как «то, как человек думает о себе, как на него смотрит мир, и на характеристики, которые его определяют». В частности, социальных идентичностей представляют собой особый тип идентичности, который является «результатом совместных построений и социальных отношений», основанных на социальных нормах, созданных людьми (Johnson, 2006).

Существует почти бесконечное количество способов, которыми общество классифицирует людей с течением времени. Полезно взглянуть на социальные идентичности, которые сегодня наиболее отчетливы и влиятельны в американской жизни. Во время нашего семинара «Понимание социальной идентичности» YW Boston глубоко погружается в социальную идентичность «большой восьмерки». Когда вы читаете следующий список, подумайте, как вы себя идентифицируете:

  • Раса: Социальная конструкция, которая относится к группам людей, которые имеют различия и сходства по физическим характеристикам (цвет кожи, структура костей, текстура волос и т. Д.), которые общество считает социально значимыми (YW Boston)
  • Пол: Социальный и правовой статус и набор ожиданий от общества в отношении поведения, характеристик и мыслей, основанных на воспринимаемых сексуальных органах человека (YW Boston)
  • Возраст: Как люди классифицируются в зависимости от восприятия обществом различных возрастных групп. (Государственный университет Аппалачей)
  • Способности: Разнообразные различия в физическом, умственном, когнитивном, развивающем, обучающем и / или эмоциональном уровне.Он также включает психическое здоровье и влияние социального опыта, такого как травмы и пережитое насилие. (Государственный университет Аппалачей)
  • Сексуальная ориентация: Физическое и сексуальное влечение человека или любое его отсутствие по отношению к другим людям (YW, Бостон)
  • Религия: Убеждения человека или группы в отношении существование Бога или богов и / или отождествление с определенной религией или набором духовных практик. (Государственный университет Аппалачей)
  • Иммиграционный статус: Способ, которым человек находится в Соединенных Штатах.(Национальная сеть латиноамериканцев)
  • Класс: Социальное положение человека или группы, определяемое сочетанием образования, дохода и занятия (YW Boston)

Идентичность подобна уникальной головоломке, и то, как индивид классифицирует себя на основе социальной идентичности, составляет части головоломки. Термин «интерсекциональность» относится к тому, как эти социальные идентичности пересекаются и влияют друг на друга, создавая перекрывающиеся и взаимозависимые системы дискриминации или ущемления прав.

Социальная идентичность нечеткая

Просматривая приведенный выше список социальных идентичностей, вы, возможно, изо всех сил пытались ответить, как именно вы себя идентифицируете. Это нормально — иметь больше знаний и опыта с определенными социальными идентичностями, чем с другими. Для людей важно найти время, чтобы изучить свою социальную идентичность, то, как они воспринимают себя, как другие воспринимают их, как эти идентичности формируют их мировоззрение и опыт и как их идентичности взаимодействуют друг с другом.Эта практика важна для всех, потому что наше понимание социальной идентичности со временем может меняться.

Каждый человек будет чувствовать различную связь с разными аспектами своей личности. Это может относиться к личностям, о которых вы думаете чаще всего, или к тем, которые, по вашему мнению, оказывают наибольшее влияние на вашу повседневную жизнь. Например, если вы являетесь гражданином США и большинство ваших друзей и родственников также являются гражданами США, вы можете не очень часто задумываться о своем статусе гражданства или о том, как это может повлиять на вашу повседневную жизнь.Если вы не задумываетесь об этом часто, вы, скорее всего, не будете рассматривать или узнавать об опыте людей с другим иммиграционным статусом.

Другая причина, по которой может быть трудно определить социальную идентичность, заключается в том, что то, как человек видит себя, не всегда коррелирует с тем, как они воспринимаются другими. Люди часто делают предположения о людях вокруг них, основываясь на предвзятых представлениях и на том, что видно или воспринимается, и поэтому делают поспешные выводы о своей личности.Взаимодействие людей с коллегами, учреждениями и системами зависит от того, как люди их воспринимают.

Социальная идентичность определяет отношение каждого человека к власти и привилегиям

Идентичность играет большую роль в том, как мы движемся по миру, и, следовательно, в том, как люди и системы относятся к нам, а также в тех возможностях, которые нам доступны.

Каждая из перечисленных выше социальных идентичностей взаимодействует с системами преимущества и угнетения, существующими в Соединенных Штатах.В нашу повседневную жизнь укоренились политики и практики, которые приносят пользу людям с определенной социальной идентичностью по сравнению с другими, тем самым сохраняя власть тех, кого считают «привилегированной» идентичностью.

В YW Boston мы определяем привилегию как «социальные, политические, экономические и психологические преимущества членства в группе, обладающей институциональной и структурной властью», а власть как «влияние, оказывающее влияние на поведение людей». я и другие, и / или власть, официальное разрешение на совершение поведения и принуждение к нему.«В то время как ваши привилегии неизменны на основе вашей личной и предполагаемой социальной идентичности, власть зависит от их личного положения внутри и среди институтов. Привилегия и власть часто взаимосвязаны. Тем не менее, организация может работать над расширением прав и возможностей людей любой социальной идентичности, тем самым разрывая эту связь.

В явном виде, системы, которые отдают предпочтение определенным группам над другими, присутствуют в идентичностях «большой восьмерки» следующим образом:

  • Расизм: Система преимуществ, основанная на расе и поддерживаемая институциональными структурами, политикой и практикой, которые создают и поддерживают выгоды для доминирующей группы и структурируют дискриминацию, угнетение и невыгодное положение для людей из неблагополучных расовых групп.
  • Сексизм: Система преимуществ, которая служит привилегиям мужчин, подчиненным женщинам, очерняют определяемые женщинами ценности и практики, усиливают мужское доминирование и контроль и укрепляют формы мужественности, которые унижают человеческое достоинство и наносят ущерб мужчинам; а также Циссексизм : Система преимуществ, которая приносит пользу цисгендерам и ставит в невыгодное положение трансгендеров.
  • Возраст: Система преимуществ, которая приносит пользу взрослым по сравнению с молодежью и пожилыми
  • Ableism: Практики и доминирующие отношения в обществе, которые обесценивают и ограничивают потенциал людей с ограниченными возможностями (stopableism.org)
  • Гомофобия: Предрассудки или дискриминация по отношению к ЛГБТКИА + людям, идеям, которые навязываются экономическими структурами, насилием, гомофобией и трансфобией
  • Религиозная дискриминация: Различное отношение к человеку или группе из-за определенных убеждений держаться за религию.
  • Нативизм: Политика защиты интересов коренных жителей или коренных жителей от интересов иммигрантов. (Оксфордский словарь)
  • Классизм: Систематическое угнетение подчиненных классовых групп с целью получения преимущества и усиления доминирующих классовых групп.(classism.org)

Перечисленные выше системы влияют на власть и привилегии каждого человека, будь то преимущества или недостатки, и это влияет на то, как человек взаимодействует на рабочем месте.

Найдите минутку, чтобы разместить свои личные данные, которые вы указали ранее, и поместите их на колесо ниже. Те, кто находится ближе всего к краю круга, считаются привилегированными идентичностями, а те, кто ближе всего к центру, считаются ущемленными идентичностями. Помните, что эти категории не являются четкими, а системы преимуществ и недостатков не являются бинарными.Это упражнение может просто помочь вам визуализировать, как системы влияют на вашу личность.

Обсуждение социальной идентичности на рабочем месте

Социальная идентичность лежит в основе того, как мы как люди воспринимаем мир. Мы не теряем свою социальную идентичность, когда выходим на работу. Вместо этого они информируют о том, как мы работаем вместе, и часто определяют, кто имеет доступ к власти в организации. По этой причине крайне важно уделять время тому, чтобы все сотрудники понимали социальную идентичность и свое отношение к власти и привилегиям.После достижения общего понимания организации могут предоставить сотрудникам возможность рассказать о том, как их личная социальная идентичность влияет на их работу, включая их отношения с коллегами и политику организации.

Социальная идентичность лежит в основе того, как мы как люди воспринимаем мир. Мы не теряем свою социальную идентичность, когда выходим на работу. Вместо этого они информируют о том, как мы работаем вместе, и часто определяют, у кого есть доступ к власти. Нажмите, чтобы твитнуть

Предоставляя возможность говорить об идентичности, организации могут работать над тем, чтобы определить, являются ли их политика и методы справедливыми, например, влияет ли социальная идентичность на оплату труда сотрудников или доступ к продвижению по службе.Это также влияет на то, чувствует ли сотрудник, что он может «полностью посвятить себя работе», или чувствует, что его выражение каждой из своих социальных идентичностей будет приветствоваться, уважаться, поддерживаться и цениться.

Ни одна организация не может позволить себе отвлекаться от различных социальных идентичностей своих сотрудников и от того, как эти идентичности влияют на индивидуальный и коллективный опыт внутри организации. Как заявляет McKinsey & Company, приверженность организаций принципам разнообразия, справедливости и инклюзивности напрямую коррелирует с улучшением экономических показателей.

Наша модель InclusionBoston признает важность выдвижения на первый план этих дискуссий о социальной идентичности, особенно расовой идентичности, при работе над созданием более инклюзивного рабочего места. Первые две сессии пятинедельной части диалогов InclusionBoston проводят участников через « Кто я?» и «Кто мы?» , чтобы укрепить доверие и понимание. С помощью этого фундамента участники могут углубить свое понимание того, как методы и политика их организации взаимодействуют с системами преимуществ и недостатков, и начать планирование действий по созданию более справедливого рабочего пространства для людей любой идентичности.

___

О компании InclusionBoston

InclusionBoston продвигает разнообразие, равенство и инклюзивность, сотрудничая с организациями, стремящимися к улучшенным результатам. Используя наш расширенный инструмент оценки и новейшие исследования поведенческих и организационных изменений, мы сотрудничаем с организациями, чтобы создать план действий и предоставить им ресурсы, необходимые для осуществления устойчивых изменений. Наш индивидуальный, основанный на фактах подход создает внутренний потенциал и способствует культурным изменениям, поддерживая организации на протяжении всего их пути.YW Boston также предлагает однодневные семинары, на которых участники исследуют основы, развивают знания и участвуют в диалоге.

Готовы раскрыть силу разнообразия на рабочем месте? Щелкните здесь, чтобы узнать больше о InclusionBoston и запросить бесплатную консультацию.

Важность социальной идентичности ребенка

Детство — важный период социального развития, особенно в формировании социальной идентичности или осознания человеком своей принадлежности к группе.Для некоторых детей то, как они относятся к себе и своей социальной идентичности, может способствовать их уязвимости перед депрессией. Депрессия — это сложное состояние, на которое влияет ряд факторов, но есть свидетельства того, что социальные факторы могут играть решающую роль.

Что такое социальная идентичность?

У каждого ребенка есть социальная идентичность, то есть то, как мы воспринимаем наши различные роли в обществе по отношению к другим. Будь то социальное положение, культура или этническая принадлежность, интересы, достижения или убеждения, дети черпают гордость, самооценку и последовательность в своей социальной идентичности.

Когда социальная идентичность быстро меняется, подвергается угрозе или ставится под сомнение, ребенок может стать уязвимым для депрессии.

Люди вокруг нас

Чтобы иметь социальную идентичность, нам нужны окружающие нас люди, которые подтверждают или опровергают. Чтобы идентифицировать себя как «лучший друг Келли», Келли должна подтвердить это.

Окружающие нас люди также влияют на нашу социальную идентичность и то, как мы относимся к себе. Если ребенок очень застенчивый и замкнутый, вполне вероятно, что другие дети уловят социальные сигналы этого ребенка и оставят их в покое, тем самым подтверждая социальную идентичность ребенка как «застенчивого и замкнутого».»В свою очередь, ребенок может не получать удовлетворения от своей социальной роли, чувствовать себя одиноким или разочаровываться в попытках освободиться от этой идентичности.

Почему важна социальная идентичность

Социальная идентичность позволяет людям быть частью групп и обрести чувство принадлежности к их социальному миру. Эти идентичности играют важную роль в формировании самооценки.

Чем больше людей отождествляет себя с определенной группой, тем большую роль эта группа играет в формировании того, как люди относятся к себе.Членство в этой группе становится важным для того, как человек относится к себе и своим способностям, поэтому получение статуса в группе может помочь людям почувствовать себя более уверенными, довольными и уважаемыми.

Когда люди находятся в депрессии, они склонны к социальной изоляции. Исследования показали, что социальные факторы также могут быть важными причинами депрессии. Например, исследования показали, что периоды одиночества являются предикторами начала депрессии.

Социальная идентификация важна, потому что она влияет на то, как люди видят себя и как они взаимодействуют с другими.Если люди положительно относятся к своей идентичности в группе, они с большей вероятностью будут хорошо относиться к другим в этой группе и испытывать положительные эмоции по отношению к себе.

Исследователи предполагают, что к другим важным преимуществам социальной идентичности относятся:

  • Помогает продвигать просоциальные действия, например, заботиться о других, получающих социальную поддержку
  • Помогает удовлетворить психологическую потребность в уважении других
  • Он дает людям чувство принадлежности к социальной группе

Все разные

Но не все дети, которые испытывают изменения или угрозы своей социальной идентичности, будут испытывать депрессию.Вместо этого считается, что те, кто идентифицирует себя с ограниченным количеством социальных ролей, больше подвержены риску развития депрессии, когда роль потеряна или находится под угрозой.

Например, ребенок, который видит себя только звездным футболистом, может испытывать дискомфорт и чувство потери, если он внезапно получит травму и не сможет больше играть в футбол. Ребенок может потерять статус звездного спортсмена, проводить меньше времени со своими товарищами по команде и друзьями и, в конечном итоге, может увидеть снижение самооценки, что открывает дверь для депрессии.

Это не означает, что ребенок не может развить новую социальную идентичность, но это просто подчеркивает важность того, как ребенок воспринимает себя по отношению к окружающему миру.

Как поддержать личность вашего ребенка

Как родитель вы можете поддерживать социальную роль своего ребенка, признавая, что и кто для него важен. Старайтесь не придавать слишком большого значения какой-либо одной социальной роли. Вместо этого поощряйте их пробовать новые и разные вещи и напоминайте им о других важных ролях, которые они играют в жизни, таких как ребенок, внук, брат или сестра, двоюродный брат, студент, член сообщества, адвокат подростка, сосед и т. Д.

Для вашего ребенка нормально чувствовать грусть после разочарования или потери значимых отношений, но если вы заметили, что у вашего ребенка проявляются симптомы депрессии, обратитесь за советом к педиатру или другим специалистам в области психического здоровья.

Знаки, которых следует остерегаться

Некоторые признаки того, что у вашего ребенка могут быть социальные проблемы или симптомы депрессии, включают:

  • Потеря интереса к любимым занятиям
  • Более или менее продолжительный сон
  • Проблемы с концентрацией на школьной работе
  • Есть больше или меньше обычного
  • Выражение чувства печали или безнадежности
  • Быть более раздражительным, чем обычно
  • Изоляция от друзей или семьи

Если какой-либо из этих симптомов продолжается более двух недель, возможно, пришло время проконсультироваться с педиатром или специалистом в области психического здоровья.

Теория социальной идентичности в социальной психологии

Определение и история теории социальной идентичности

Теория социальной идентичности объясняет, как самооценка связана с членством в группе и групповым и межгрупповым поведением. Он определяет членство в группе с точки зрения идентификации, определения и оценки людьми себя как членов группы (социальная идентичность) и определяет когнитивные, социальные интерактивные и социальные процессы, которые взаимодействуют, чтобы произвести типичные групповые явления.

Возникшая в работах Генри Тайфеля в конце 1960-х и в сотрудничестве с Джоном Тернером в 1970-х, теория социальной идентичности имеет ряд различных концептуальных ориентиров. Двумя наиболее значительными являются теория социальной идентичности межгрупповых отношений и теория социальной идентичности группы, последняя называется теорией самокатегоризации. Теория социальной идентичности превратилась в один из наиболее значительных и широко цитируемых в социальной психологии анализов межгрупповых и групповых явлений, например, предрассудков, дискриминации, стереотипов, сотрудничества и конкуренции, соответствия, норм, группового принятия решений, лидерства и отклонений. .

Как люди представляют себя

У людей есть репертуар различных способов представить себя; у них много разных идентичностей, которые можно классифицировать как личную идентичность или социальную идентичность. Личная идентичность — это определения и оценки себя с точки зрения идиосинкразических личных качеств (например, щедрость, застенчивость) и личных отношений (например, друг X, супруг Y). Социальная идентичность — это определения и оценки самого себя с точки зрения атрибутов конкретных групп, к которым он принадлежит (например,г., мужчина, медсестра, индус). Личная идентичность связана с личным «я» и связана с межличностным или идиосинкразическим индивидуальным поведением; социальная идентичность связана с коллективным «я» и связана с групповым и межгрупповым поведением. Недавно теоретики утверждали, что в некоторых культурах социальная идентичность в большей степени опирается на сети отношений внутри группы и, таким образом, связана с личностью, основанной на отношениях.

Как люди представляют группы

Человеческие группы — это социальные категории, которые люди мысленно представляют как прототипы, сложные (нечеткие) наборы взаимосвязанных атрибутов, которые фиксируют сходства внутри групп и различия между группами.Прототипы максимизируют энтитативность (степень, в которой группа является отдельным объектом) и оптимизируют метаконтрастность (степень сходства внутри и различия между группами). Если кто-то говорит вам «норвежец», сразу приходит в голову ваш прототип этой национальной группы. В подавляющем большинстве люди делают бинарные классификации, в которых одна из категорий — это группа, в которой они находятся, внутренняя группа. Таким образом, прототипы не только фиксируют сходства внутри внутренней группы, но и подчеркивают различия между группой человека и конкретной внешней группой.Таким образом, прототипы внутри группы могут меняться в зависимости от того, с какой внешней группой вы сравниваете свою группу. Таким образом, прототипы зависят от контекста.

Категоризация и деперсонализация

Процесс категоризации кого-либо имеет предсказуемые последствия. Вместо того, чтобы видеть этого человека как особенного человека, вы видите его или ее через призму прототипа; человек становится обезличенным. Восприятие членов внешней группы на основе прототипов чаще называют стереотипами; вы считаете их похожими друг на друга и имеющими атрибуты внешней группы.Точно так же вы можете обезличить членов своей группы и себя. Когда вы классифицируете себя, вы рассматриваете себя с точки зрения определяющих атрибутов внутренней группы (самостереотипирование), и, поскольку прототипы описывают и предписывают подходящие для группы способы мышления, чувств и поведения, вы думаете, чувствуете и ведете себя в группе. прототипно. Таким образом, самокатегоризация порождает нормативное поведение среди членов группы.

Чувства членов группы

Социальная категоризация влияет на то, как вы относитесь к другим людям.Чувства зависят от того, насколько прототипом группы, по вашему мнению, являются другие люди, а не от личных предпочтений, дружбы и вражды; симпатия становится обезличенным социальным влечением. Более того, поскольку внутри одной группы обычно существует согласие по поводу прототипичности, прототипные члены нравятся всем; они популярны. Точно так же менее прототипные члены непопулярны и могут быть маргинализованы как нежелательные девианты. Другой аспект социальной привлекательности состоит в том, что члены внешней группы нравятся меньше, чем члены внутренней группы; аутгрупперы не являются прототипами ингруппы.Социальная привлекательность также возникает потому, что прототипы внутри группы обычно более благоприятны, чем прототипы из другой группы; Таким образом, симпатия отражает прототипичность и значимость прототипа.

Межгрупповое поведение

Тенденция к тому, чтобы внутригрупповые прототипы были более благоприятными, чем чужие прототипы, представляет собой этноцентризм, веру в то, что все внутри группы превосходит все вещи из внешней группы. Этноцентризм существует из-за соответствия через социальную идентичность между тем, как оценивается группа, и тем, как оценивается человек.Таким образом, межгрупповое поведение — это борьба за относительный статус или престиж своей внутренней группы, борьба за позитивную внутригрупповую самобытность и социальную идентичность. Группы с более высоким статусом борются за защиту своего оценочного превосходства; Группы с более низким статусом изо всех сил пытаются сбросить свою социальную стигму и продвигать свой позитив.

Стратегии, применяемые группами для управления своей идентичностью, зависят от субъективных структур убеждений, убеждений членов о природе отношений между их группой и конкретной внешней группой.Убеждения сосредоточены на статусе (каково социальное положение моей группы по отношению к внешней группе?), Стабильности (насколько стабильны эти статусные отношения?), Легитимности (насколько законны эти статусные отношения?), Проницаемости (насколько легко людям измениться их социальная идентичность, переходя во внешнюю группу?), и когнитивные альтернативы (мыслимы ли другие межгрупповые отношения?).

Структура убеждений социальной мобильности зависит от веры в проницаемость. Это приводит к тому, что члены групп с более низким статусом как изолированные индивиды перестают идентифицироваться со своей группой, чтобы попытаться присоединиться к внешней группе с более высоким статусом; они пытаются «пройти».«Структура убеждений в социальных изменениях зависит от признания низкой проницаемости. Это заставляет группы с низким статусом участвовать в социальном творчестве, поведении, направленном на переопределение социальной ценности своей группы и ее атрибутов, в сочетании с попытками избежать (восходящего) сравнения с группами с более высоким статусом и вместо этого участвовать в (боковом или нисходящем) сравнении с другими. группы ниже в социальной иерархии. Когда структура убеждений в социальных изменениях сочетается с признанием того, что социальный порядок незаконен, члены группы участвуют в социальной конкуренции, прямой конкуренции с внешней группой за статус, которая может варьироваться от дебатов через протест, до революции и войны.

Мотивации социальной идентичности

Групповое стремление к позитивной самобытности отражается в желании людей иметь относительно благоприятную самооценку, в данном случае через позитивную социальную идентичность. Гипотеза самооценки выводит эту логику: процессы социальной идентичности мотивируются индивидуальным стремлением к относительно благоприятной самооценке и, возможно, глобальным человеческим стремлением к самооценке. Исследования показывают, что членство в группе обычно заставляет людей чувствовать себя хорошо, даже если группа относительно стигматизирована, но хорошее или плохое отношение к себе нелегко предсказать, действительно ли человек будет идентифицировать себя с группой.

Согласно теории уменьшения неопределенности, существует еще одна основная мотивация процессов социальной идентичности. Люди стремятся уменьшить чувство неуверенности в своем социальном мире и своем месте в нем; им нравится знать, кто они такие и как себя вести, а также кто такие другие и как они могут себя вести. Социальная идентичность связывает самоопределение и поведение с предписывающими и описательными прототипами. Социальная идентичность снижает неуверенность в том, кто вы и как вы и другие будете себя вести, и особенно эффективна, если социальная идентичность четко определяется членством в отличительной группе с высокой энтузиазмом.Исследования подтверждают, что неуверенность, особенно в отношении самого себя или связанная с ним, действительно мотивирует идентификацию, особенно в группах с высокой энтузиазмом.

Когда в игру вступает социальная идентичность?

Социальная идентичность вступает в игру психологически, чтобы управлять восприятием, установками, чувствами и поведением, когда это психологически значимо. Люди опираются на легко доступные социальные идентичности или категоризации (например, пол, профессия), те, которые являются ценными, важными и часто используемыми аспектами самооценки (хронически доступны в памяти) или потому, что они самоочевидны и очевидны с точки зрения восприятия. в непосредственной ситуации (ситуативно доступный).Люди используют доступные идентичности, чтобы понять свой социальный контекст, проверяя, насколько хорошо категоризация учитывает сходства и различия между людьми (структурное / сравнительное соответствие) и насколько хорошо стереотипные свойства категоризации учитывают поведение людей (нормативное соответствие). Люди пробуют разные категории, и категоризация с оптимальным соответствием становится психологически важной. Хотя это в значительной степени автоматический процесс, заметность определяется мотивацией использовать категоризацию, которая благоприятствует внутренней группе и не вызывает неуверенности в себе.

Социальное влияние в группах

Люди в группах придерживаются схожих стандартов, имеют схожее отношение и ведут себя одинаково. Они подчиняются групповым нормам и ведут себя как прототипы группы. Самокатегоризация — это когнитивный процесс, отвечающий за поведение отдельного члена группы, которое является прототипом, трансформируя его или ее самооценку и поведение, чтобы они соответствовали идентичности. При оценке того, что является подходящей групповой нормой, люди обращают внимание на поведение людей, которые наиболее информативны о норме, как правило, очень прототипных членов и лидеров, но также, в качестве якорей контраста, маргинальных членов и девиантов и даже членов внешней группы (референт теория информационного воздействия).

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts