Дабл байнд: Дабл-байнд (двойные послания) в семейной системе с абьюзом.

Содержание

Дабл-байнд (двойные послания) в семейной системе с абьюзом.

Двойное послание, двойная связь (англ. double bind) — концепция, разработанная Грегори Бейтсоном и его сотрудниками, описывающая коммуникативную ситуацию, в которой субъект получает взаимно противоречащие указания, принадлежащие к разным уровням коммуникации.

Субъект, получающий двойное послание, воспринимает противоречивые указания или эмоциональные послания на различных коммуникативных уровнях: например, на словах выражается любовь, а параллельное невербальное поведение выражает ненависть; либо ребёнку предлагают говорить свободно, но критикуют или заставляют замолчать всякий раз, когда он так делает. При этом «индивид не имеет возможности высказываться по поводу получаемых им сообщений, чтобы уточнить, на какое из них реагировать, то есть он не может делать метакоммуникативные утверждения». Субъект также не способен прекратить общение, выйти из ситуации. Источник директив является значимым для субъекта, а неспособность выполнить эти противоречивые директивы наказывается (например, прекращением выражения любви к ребёнку). (с) Википедия

Дабл-байнд (double bind) – это ситуация «тройного капкана», в которой человек получает от значимого лица два противоположных друг другу послания, сопровождающихся третьим посланием, запрещающим — как осознавать наличие противоречия в этих посланиях, так и сообщать (заявлять) об этом.(с)

Почему она не ушла? САМАДУРАВИНОВАТА!

Человек, попавший в абьюз, сам не может ответить на вопрос: «Почему не ушел?» Самый быстрый ответ: потому что попал в фабулу безумия личности с патологией психики. Погружался туда медленно, а чтобы не всплыл, был опутан дабл-байндами — двойными посланиями.
Двойные послания люди в своей жизни получают не так уж и редко.Но, если у человека была нормальная, а не дисфункциональная родительская семья, он обычно таким посланиям может противостоять (когнитивный диссонанс тогда в своей голове слышен сразу). На постсоветском пространстве не про многие семьи можно сказать, что они не имеют дисфункцию (причины: алкоголизм, раскулачивание, войны, гулаг, строительство коммунизма, демографическая ситуация с мужчинами и т. д). Поэтому, практически все мы получали двойные послания в детстве; женщины много чаще мужчин (гендерная социализация девочек «тыжедевАчка»).

Человек не уходит из абьюза при первых звоночках именно по причине дабл-байндов. Это потом уже запускаются такие механизмы, как идентификация с агрессором, Стокгольмский синдром и организм начинает функционировать по принципу биполярного расстройства.*

* Причинами биполярного расстройства часто называют частые стрессовые ситуации. Хотя на сегодняшний день причины не установлены.

Если дабл-байнды срезонировали с дабл-байндами, сделанными родителям, то шансы вырваться при первых звоночках —  нулевые. Про дабл-байнды очень важно знать, чтобы прекратить рвать на себе волосы винить себя за то, что вы не разглядели абьюзера  сразу.

Как работают дабл-байнды?
Когда партнер или родитель хочет поддерживать с вами связь, но не испытывает к вам чувство любви, то он вынужден имитировать любовь и позитивное отношение к вам. Тогда мы и получаем от такого партнера или родителя двойные послания. Мы инстинктивно тянемся к человеку, которого любим, сближаемся с ним, максимально открывая границы своей личности. Но нелюбящий человек (а абьюзеры в принципе не способны любить…не только вас лично, а вообще) не выносит сближения, начинает действовать механизм отталкивания, который не может проявиться в прямой и недвусмысленной форме и маскируется каким-нибудь косвенным способом: в придирках по любому случайному поводу; находится какой-нибудь недостаток, вы всегда оказываетесь в чем-нибудь виноваты; или ваша любовь объявляется неискренней, потому что вы не сделали того или другого. Так вами воспринимаются противоположные сообщения, выражающие притяжение и отталкивание, и обычно на разных логических уровнях: притяжение выражается в более простой и прямой форме, а отталкивание – в более сложном, замаскированном виде, с помощью несловесной коммуникации или рассуждений, ставящих под сомнение вашу любовь к партнеру или абьюзеру.
по материалам http://modernproblems.org.ru/philosofy/98-double.html

Чем опасны дабл-байнды?
Грегори Бейтсон считал двойные послания основой для развития шизофрении. Очень высокие риски имеют люди со слабой личностной структурой, низкой жизненной энергией, не имеющие или утратившие способность сопротивляться лицемерию абьюзера. (Помним, что даже если до абьюза предыдущие слова не о вас, то после длительно психотравмирующей ситуации они вполне могут стать описательными характеристиками вашей личности).
Здоровая реакция на дабл-байдинги — сопротивление. Для того, чтобы «выцепить» из потока взаимодействия с другим человеком двойные послания с противоречивыми требованиями, неоходимо иметь развитое критическое мышление, интуицию и отсутствие паралича в сфере чувств. А самое главное, и не выполнимое в обычных отношениях: у вас не должно быть зависимости от партнера или родителя: ни эмоциональной, ни экономической.

Маркером дабл-байндов, являющихся непременным атрибутом абьюза, является запрет комментировать поведение партнера или родителя (про родителей даже речи нет — они ВСЕГДА правы!:-)) Запрет может быть прямым, или выражаться в угрозах покинуть вас, совершить суицид, заболеть, сойти с ума и т. п.
Когда вам отказано в праве сопротивляться через банальное комментирование поведения партнера, через попытки выстроить диалог, происходит подавление способности различать сигналы, обозначающие характер коммуникации, что и составляет зачаток шизофрении. Чем дольше абьюз и газлайтинг через дабл-байнды, тем ниже ваша способность различать логические типы сообщений не только в отношениях с партнером, но и вообще.
Если у вас есть сомнения в том, стоит ли рвать отношения детей с родителем-абьюзера, сходите по вышеуказанной ссылке. (Моя статья частичный плагиат, но с другой расстановкой акцентов.)

Дополнительно рекомендую почитать про искусственную шизофренизацию сознания http://www.kara-murza.ru/books/sc_b/sc_b99.htm.

Сейчас, когда подведены итоги многих исследований массового сознания в годы перестройки, психологи ввели в оборот термин искусственная шизофренизация сознания. Шизофрения (от греческих слов schizo расщепляю + phren ум, рассудок) — это расщепление сознания. Один из ее характерных симптомов — утрата способности устанавливать связи между отдельными словами и понятиями. Это разрушает связность мышления. Ясно, что если удается «шизофренизовать» сознание, люди оказываются неспособными увязать в логическую систему получаемые ими сообщения. Их рассуждения становятся некогерентными. (с)

Именно через механизм двойных посланий происходит «оболваниевание» жертвы абьюзера, что потом называют «приворожил», «парализовал волю», «сама не понимаю, что на меня нашло», «раньше я ничего подобного не делала» и т.п.

Двойными посланиями могут быть не только слова, но и расхождение между декларируемыми ценностями и поступками, умалчивание правды (скрытая ложь), сплетни о вас (в глаза одно, за глаза другое), демонстрация во внешней среде поведения, отличающегося от «домашнего», др.

Двойные послания обязательный атрибут семейной системы с абьюзом. Это маркер абьюза. При восстановлении после ситуации абьюза одной из важных частей работы над собой является выявление дабл-байндов, сделанных родителями и абьюзером (для профилактики от нового абьюза и для нормального воспитания своих детей).

Берегите себя и своих детей!

Манипуляция «Дабл-Байнд». Как ваши близкие «делают» из вас шизофреника | Бизнес. Психология. Деньги.

Концепция дабл-байнд (двойных посланий) была разработана Грегори Бейтсоном, британо-американским психологом и философом. Суть в том, что человеку регулярно посылают противоречащие, взаимоисключающие друг друга послания.

Как показал ряд исследований, со многими людьми, больными шизофренией, общение в детстве и юности их близкие строили по этому же принципу. Собственно, именно поэтому в #нлп эту концепцию так и называют #шизофреногенные паттерны

Ловушка двойных посланий. Не так-то просто ее заметить. А даже когда точно понял, что тебя держит этот капкан, — не всегда получается быстро из него выбраться.

Двойные послания в наш адрес могут направлять наши супруги, родители, родственники, друзья и начальство.

Вот классические примеры таких посланий:

— Женщина должна быть ухоженная и красивая. Ну вот опять вырядилась и всю зарплату спустила на шмотки.

— Для меня в отношениях самое главное – это семья, близость, чтобы мы были в курсе всех дел друг друга. Каждый человек свободен и никому ничего не должен

— Я тебя очень люблю. Ну все отстань, давай заниматься делами

— Ты такая красивая, козявочка моя мелкая

— Я хочу, чтобы ты больше зарабатывал. Какого фига тебя всегда нет дома, ты пропадаешь на работе

Короче, это коммуникация из разряда: «Стой там, почему не идешь сюда?»

Вот главные признаки, что вы в такой ловушке:

1) Вы понимаете, что в большинстве случаев все равно проиграете. Все равно будете не правы.

Хоть накраситесь вы, хоть в пижаме остаетесь. Хоть устроитесь на новую работу, хоть дома будете сидеть. Хоть попытаетесь быть ближе, хоть отдалитесь.

2) Такой подход в отношении к вам партнер использует часто.

Это не разовая ситуация, это его привычная тактика.

3) Вы всегда не правы, виноваты, вам приходится оправдываться и уговаривать партнера.

Делай – не делай, а результат один: он хороший, святой, а вы – вечно доставляющий проблемы неудачник.

4) У вас нет ясности в данной ситуации.

Так где хорошо, где плохо? Так что именно он от меня хочет?

5) Вы понимаете, что наказание неизбежно.

В ваш адрес партнер применит «санкции» в любом случае.

6) Вы зависите от этого человека

Соответственно, не так-то просто резко ответить, оборвать контакт. Создалась такая ситуация, когда вы в чем-то зависите от данного человека, когда он распределяет ресурсы, выносит вердикт.

Не удивительно, что человек сходит с ума, утрачивает реалистичную почву под ногами. Где система координат? К чему стремиться, каким надо быть?

Что делать в такой ситуации?

Здесь невозможно дать простой и быстрый ответ. Скажи «абра-кадабра», и он сразу начнет говорить конкретно. Или, скажи, что тебе это не нравится, и он сразу перестроится.

Как правило те люди, которые практикуют двойные послания, являются не совсем психически здоровыми. Или, в ряде случаев, это очень «крепкие» и опытные #манипуляторы Они понимают, что так можно, и это срабатывает. Двойные послания по сути это #манипуляция Вас выводят на определенные эмоции, вас подчиняют своей воле. Хотя вы сами понимаете, что человек напрямую на вас не давит – он просто высказывает мнение.

Если вы понимаете, что эта #ситуация про вас и ваших близких, вот на что стоит ориентироваться:

— Необходимо работать над обретение финансовой, эмоциональной независимости от данного человека

— Важно в моменте передачи шизофреногенного паттерна осознавать, что сейчас именно оно, и не пытаться его исполнить

— Просить конкретизировать и прояснить мысль

Конечно, не всегда, но это срабатывает. Предъявить вашему близкому два взаимоисключающих утверждения и попросить пояснить. Не отставать до него до тех пор, пока не выберем что-то одно.

Опять же, все равно в такой ситуации особо не расслабишься. Как правило, практикующие такие послания люди вновь и вновь прибегают к данному методу. Решайте сами, насколько вы потянете жизнь в таких условиях. Возможно, ради сохранения здоровой психики стоит, как минимум, ужесточить границы.

Если вам нужны услуги психолога – обращайтесь

Узнать подробности : WhatsApp/Viber/Telegram: +7-963-231-37-12

Дорогие читатели, а вы знаете примеры таких посланий?

Ловушка двойного послания. Почему простые слова доводят тебя до слез?

Я все делаю не так, сама не знаю, что на меня нашло. Зачем я только заговорила об этом“, – типичный монолог жертвы двойного послания. Если в ответ на банальную просьбу ты вдруг ощущаешь смесь апатии с раздражением и желание побиться головой (не обязательно своей) об стенку, проверь, не попалась ли ты в ловушку.

С точки зрения психологии, двойное послание – это способ контроля над человеком без прямого принуждения. Вот его основные признаки:

 

  • Двойные послания исходят от авторитетных для тебя людей, тех, от кого ты в чем-то зависишь и поэтому не можешь взять, да и показать фигу.

 

  • Первая часть послания обычно состоит в требовании что-то сделать или чего-то не делать. В противном случае тебя ожидает некое возмездие, например, гнев, отказ в любви.

 

  • Вторая часть послания делает выполнение первого невозможным.

 

  • Зачастую послания исходят от человека на разных уровнях коммуникации. Например, мама говорит ребенку “Умница, я тебя люблю” (вербальный уровень, ребенок должен реагировать радостью и сближением), при этом раздраженно от него отстраняется (телесный уровень, ребенок должен отстать и не мешать).

Дабл-байнд это ситуации типа “куда ни кинь, всюду клин, а если вовсе не кидать – то, тем более, клин”. Они очень распространены в отношениях между детьми и родителями. “Иди на свою дискотеку, раз ты такая самостоятельная, изнасилуют – твои проблемы!В итоге, подросток слышит запрет. Пойдешь на дискотеку, и родители будут недовольны, даже если вернешься домой целой и невредимой, а в случае проблем, еще и лишат помощи. Но останешься дома – продемонстрируешь свою несамостоятельность и покажешь, что родители в полном праве указывать тебе как ребенку.

Главный кошмар двойного послания заключается в том, что оно разрушает возможность здорового общения. Дабл-байнд практически всегда подразумевает наказание за попытку прояснить ситуацию. Он напоминает капкан из фильма ужасов, который убивает героя, вне зависимости от того, справится тот со сложным замком или нет.

Вот типичные фразы, которые нередко сопровождаются двойным посланием:

 

  • Пойди, обними дедушку, ты же его любишь
  • Говори, когда тебя спрашивают. Не смей огрызаться
  • Тебе не нужно было идти ко мне домой, а теперь тебе все равно никто не поверит
  • Поедем к моим родителям, когда ты захочешь
  • Тебе что, не нравится мой подарок?
  • Конечно, я тебя, дурочку, люблю!

Человек, привыкший в детстве к манипуляциям такого рода, с возрастом, столкнувшись с двойным посланием, теряет способность к общению. Как большой и грозный пес боится газетки, потому что боялся ее маленьким щенком, так и серьезная взрослая женщина может разрыдаться или раскричаться из-за невинной с виду фразы-ловушки родом из детства. А это, конечно, даст повод обвинять тебя в неадекватности и излишней эмоциональности.

Двойные послания вызывают у людей чувство подавленности, апатии, а иногда – необъяснимого отвращения к себе или своему партнеру. Не лучшая основа для отношений.

Как защититься от дабл-байнда

  • Не уходи в себя, а отходи в сторону. Старайся оторваться от деталей и эмоций и рассматривать картину вашего общения в целом, словно с высоты птичьего полета

 

  • Не оправдывайся

 

  • Резко выходи из игры. Я пас, я в этом не участвую

 

  • Ищи альтернативы

Перечисленные способы помогают в ситуациях, когда двойное послание формируется ненамеренно, без злого умысла.

В случае, если манипуляция осознана, перекидывай эту горячую картошку тому, кто первым ее запустил: “Или твое образование, или наш брак! – Нет, я учусь дальше, а ты или остаешься в браке или нет”.

Автор текста: Елизавета Пономарёва

Не забудь поделиться статьей:

Хотите получать одну интересную непрочитанную статью в день?

Дабл-байнд.

Двойное послание как метод манипуляции

http://beth5ever.livejournal.com/2419292.html?view=31500892#t31500892
Написала о двойных посланиях. Не стала трогать историческую часть. Хотя она довольно интересна и, очевидно, ошибочна. Идея выросла из предположения, что шизофреникам давали такие послания в детстве. Например, мать на одном уровне говорила одно («Я тебя люблю»), а на другом — другое (телесное послание — мать брезгливо отдергивается от ребенка).
http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html

Но сегодня двойное послание это уже немного о другом.

Ловушка двойного послания. Почему простые слова доводят тебя до слез?

“Я все делаю не так, сама не знаю, что на меня нашло. Зачем я только заговорила об этом“, – типичный монолог жертвы двойного послания. Если в ответ на банальную просьбу ты вдруг ощущаешь смесь апатии с раздражением и желание побиться головой (не обязательно своей) об стенку, проверь, не попалась ли ты в ловушку.

С точки зрения психологии, двойное послание – это способ контроля над человеком без прямого принуждения. Вот его основные признаки:

Двойные послания исходят от авторитетных для тебя людей, тех, от кого ты в чем-то зависишь и поэтому не можешь взять, да и показать фигу.
Первая часть послания обычно состоит в требовании что-то сделать или чего-то не делать. В противном случае тебя ожидает некое возмездие, например, гнев, отказ в любви.
Вторая часть послания делает выполнение первого невозможным.
Зачастую послания исходят от человека на разных уровнях коммуникации. Например, мама говорит ребенку “Умница, я тебя люблю” (вербальный уровень, ребенок должен реагировать радостью и сближением), при этом раздраженно от него отстраняется (телесный уровень, ребенок должен отстать и не мешать).
Дабл-байнд это ситуации типа “куда ни кинь, всюду клин, а если вовсе не кидать – то, тем более, клин”. Они очень распространены в отношениях между детьми и родителями. “Иди на свою дискотеку, раз ты такая самостоятельная, изнасилуют – твои проблемы!” В итоге, подросток слышит запрет. Пойдешь на дискотеку, и родители будут недовольны, даже если вернешься домой целой и невредимой, а в случае проблем, еще и лишат помощи. Но останешься дома – продемонстрируешь свою несамостоятельность и покажешь, что родители в полном праве указывать тебе как ребенку.

Главный кошмар двойного послания заключается в том, что оно разрушает возможность здорового общения. Дабл-байнд практически всегда подразумевает наказание за попытку прояснить ситуацию. Он напоминает капкан из фильма ужасов, который убивает героя, вне зависимости от того, справится тот со сложным замком или нет.

Вот типичные фразы, которые нередко сопровождаются двойным посланием:

Пойди, обними дедушку, ты же его любишь
Говори, когда тебя спрашивают. Не смей огрызаться
Тебе не нужно было идти ко мне домой, а теперь тебе все равно никто не поверит
Поедем к моим родителям, когда ты захочешь
Тебе что, не нравится мой подарок?
Конечно, я тебя, дурочку, люблю!

Человек, привыкший в детстве к манипуляциям такого рода, с возрастом, столкнувшись с двойным посланием, теряет способность к общению. Как большой и грозный пес боится газетки, потому что боялся ее маленьким щенком, так и серьезная взрослая женщина может разрыдаться или раскричаться из-за невинной с виду фразы-ловушки родом из детства. А это, конечно, даст повод обвинять тебя в неадекватности и излишней эмоциональности. Двойные послания вызывают у людей чувство подавленности, апатии, а иногда – необъяснимого отвращения к себе или своему партнеру. Не лучшая основа для отношений.

Как защититься от дабл-байнда

Не уходи в себя, а отходи в сторону. Старайся оторваться от деталей и эмоций и рассматривать картину вашего общения в целом, словно с высоты птичьего полета
Не оправдывайся
Резко выходи из игры. Я пас, я в этом не участвую
Ищи альтернативы
Перечисленные способы помогают в ситуациях, когда двойное послание формируется ненамеренно, без злого умысла. В случае, если манипуляция осознана, перекидывай эту горячую картошку тому, кто первым ее запустил: “Или твое образование, или наш брак! – Нет, я учусь дальше, а ты или остаешься в браке или нет”.

Ссылка на пикс: http://www.pics.ru/lovushka-dvojnogo-poslaniya-pochemu-prostye-slova-dovodyat-tebya-do-slez

С чего Бейтсон взял свою теорию двойной связи (дабл-байнд) (например,…

elena_hochnadel

С чего Бейтсон взял свою теорию двойной связи (дабл-байнд) (например, Бейтсон «К теории шизофрении»).

У больных шизофренией бывают когнитивные нарушения (далеко не такие сильные, как у больных с деменцией), выражающиеся главным образом в том, что они не могут распознавать намерения других людей (слабая эмпатия). Отсюда трудности в понимании: трудно понять, или человек шутит, или он угрожает, или что-то еще, непонятно, на что намекают и что имеют в виду, и трудно понять, как другие люди к нему (или к ней) относятся.

Многие (не только больные шизофренией, но и аутисты, например, у которых те же когнитивные трудности) обходят эти трудности тем, что не ищут скрытого от них смысла и понимают все буквально. И лично я считаю это очень хорошим приемом при трудностях в общении. Другие же стараются найти объяснения и впадают в паранойю (структурированный, или организованный, бред).

Сам Бейтсон явно испытывал трудности в общении — те же самые когнитивные трудности. И многие (или даже все) его сторонники и последователи. Конечно, это не значит, что они больны шизофренией, или что у них деменция, или что они аутисты — скорее всего, интроверты, шизотимы, испытывающие трудности в общении и нуждающиеся поэтому в теории, которая объяснит им эти трудности и которая, может быть, может им помочь в общении.

Ниже копия постинга одного психиатра и психолога (dmitry_thinker    ), последователя Бейтсона, который распространил бейтсоновскую теорию «шизофреногенной матери» на матерей наркоманов. В этом постинге речь идет о матери, которая привела к нему на прием 18-летнюю дочь. Дмитрий стал лечить девушку иглоукалыванием, дочь постанывала, а мать сказала ей, чтобы она терпела, когда ей ставят иглы, как терпел Иисус Христос, когда его прибивали гвоздями. Дмитрий из этих слов матери делает вывод, что дочь колет себе наркотики — и все по материнскому наущению. То, что мать сказала в его кабинете по поводу иглоукалывания, она должна была говорить постоянно — про иглы. А дочь не слушается и пререкается, потому что не хочет стать наркоманкой. — Очень похоже на структурированный бред параноиков.

Еще ниже копия из статьи Бейтсона. Как Бейтсон объяснил такой случай, когда к нему на прием пришла женщина и дала ему письмо от мужа. А это было не письмо Бейтсону, а конспект того, что жена должна была сказать Бейтсону, по мнению мужа. Поэтому и написано от ее имени. Бейтсон же вообразил, что женщина эта своей тиранией довела мужа до того, что он забыл о том, кто он сам, и стал себя идентифицировать с ней (а сына она довела до шизофрении, по Бейтсону).

Про генеральных секретарей КПСС с написанными для них речами было много анекдотов (Генсек: «Я же просил речь на час, а ты мне написал речь на три часа.» — Советник: «Это была речь на один час, но в трех экземплярах.»), но никому и в голову приходило, что такие советники само-деструктивны, потеряли свою идентичность и полностью идентифицируют себя с генсеком, или что с «неграми» в литературе такое происходит.

Что типично для такого типа теорий — это изобретение подоплеки. Словам приписывается скрытое значение, собеседнику приписывается намерение скрыть это значение, себе самому приписывается проницательность (отсутствующая у всех других и особенно у членов семьи). Как сказал dmitry_thinkerв комментарии к цитированному ниже постингу: «А мы не наивные. Мы правду иными способами добываем. Нас обмануть не так-то легко.» И вот эти-то «иные способы» и бывают слишком часто параноидными.

Бейтсон и сам удивлялся необычности своей собственной проницательности: «Того, что уже было сказано, достаточно для указания типов стратегий — или возможно их следует назвать симптомами — которых следует ожидать в этом странном образовании — шизофренической семье. Однако удивительно, что эти стратегии могут постоянно и привычно практиковаться без того, чтобы друзья или соседи заметили что-то ненормальное.» — но тут же нашел этому логическое объяснение (что и характеризует структурированный бред — кажующаяся логичность): «Из теории мы можем предсказать, что каждый участник такого образования должен защищать свои собственные имманентные состояния действия и длительные адаптивные привычки, т.е. защищать свое Я. … В нормальной жизни подобные вещи достаточно обычны и проходят незамеченными. Но если сфокусировать внимание на характерных стратегиях, эти само-защитные и само-деструктивные маневры становятся очевидными. Внезапно обнаруживается, что в подобных семьях такие стратегии доминируют над всеми остальными.»

И кажется мне, что такое «фокусирование внимания» и «внезапность», с которой скрытое и незамеченное становится «очевидным», тоже часто характерны для паранойи.

  • Apr. 17th, 2008 at 1:52 PM

О том, как происходит коммуникация между пациентом и врачом в медицине. Не секрет, что пациенты часто стараются обмануть врача. По разным причинам, благородным и не очень. И не догадываются, как хорошо видна правда по их поведению. Я опишу маленькую рабочую ситуацию, на мой взгляд интересную и показательную. К ней добавлю крошечные ремарки. Полукомментарии-полуподсказки.
К рефлексотерапевту на приём пришли мама с дочерью 18 лет. Проблемы, естественно, у дочери. Основные — бессоница, настроение неустойчивое. Кроме того, конфликты дома случаются часто, дочь не слушается, пререкается.
(Ага! Это уже говорит о многом. Что же проявится дальше?)
Ещё маму волнует пристрастие дочери к пиву, сигаретам, праздному времяпрепровождению в ночных клубах.
(Очень интересно! Осталось совсем чуть-чуть!)
Мама очень религиозна, постоянно ходит в церковь, занимается там какой-то общественной работой по этой линии. Молится по нескольку раз каждый день, в основном о здоровье и здравомыслии дочери.
(Всё ясно. Самого главного мама не скажет. Но и правды скрыть не сумеет).
А как дочь в смысле религии? Ну… В общем-то она тоже верующая, крещёная… Молится иногда под настроение. Больше, конечно, по маминому настоянию.
В итоге. Мамины пожелания: в первую очередь избавить дочь от бессонницы, выровнять и поднять настроение. Если возможно — «поставить блок», снять тягу к алкоголю и никотину. Дочь в принципе согласна с такими целями, обещает быть умницей и потерпеть, если будет больно.
Ну что ж, вполне реальные цели, рефлексотерапия может помочь.
Во время сеанса дочь вскрикивает и жалобно постанывает в момент введения игл. Мама сидит рядом, смотрит на неё с некоторой долей сочувствия и произносит замечательную фразу: «Вспомни Христа! Ведь он терпел, когда его прибивали гвоздями к кресту! Так и тебе сейчас ставят иглы, и ты страдаешь, как он. Потерпи!»
В общем, мама с дочерью продемонстрировали прекрасные образцы созависимого поведения. Хотя и не сказали ничего про употребление дочерью наркотиков, но всё было предельно ясно.

Из статьи Бейтсона:

Один пример для иллюстрации: мой коллега несколько недель работал с одной такой семьей, состоящей из отца, матери и взрослого сына-шизофреника. На сеансах присутствовали все члены семьи сразу. Это, очевидно, вызвало тревогу у матери, и она потребовала личных встреч со мной. Это заявление было обсуждено на следующей совместной встрече, после чего она появилась у меня. Она сделала несколько замечаний, затем открыла сумочку и протянула мне кусок бумаги со словами «кажется, это написал мой муж». Я развернул бумагу и обнаружил лист с печатью через один интервал, начинающийся со слов «Мой муж и я высоко ценим возможность обсудить с Вами наши проблемы». Далее документ намечал определенные вопросы, которые «я хотела бы поднять».

Оказалось, что муж просидел за печатной машинкой всю предыдущую ночь и написал это письмо ко мне, словно оно было написано его женой, в котором он намечал вопросы, которые ей следовало обсудить со мной.

В нормальной жизни подобные вещи достаточно обычны и проходят незамеченными. Но если сфокусировать внимание на характерных стратегиях, эти само-защитные и само-деструктивные маневры становятся очевидными. Внезапно обнаруживается, что в подобных семьях такие стратегии доминируют над всеми остальными. Вряд ли приходится удивляться, что идентифицированный пациент демонстрирует поведение, являющееся карикатурой на ту потерю идентичности, которая характерна для всех членов семьи.

Дабл байнд — Верь, бойся, проси.

— LiveJournal

В психологии очень много говорится и пишется про ответственность второй стороны во взаимоотношениях. Но я считаю, что есть явление, на которое очень сложно повлиять второй стороне, потому что сложно выявить и сложно от него не разваливаться на части.
Этакое химическое оружие.
Я говорю про дабл байнд (двойное послание). Гарантированная потеря опоры под ногами, полный вынос, от которого хочется рыдать от бессилия не останавливаясь. И если я в общем чаще всего за слёзы в терапии, то слёзы от бессилия при встрече с дабл байнд обычно иссушают и лишают сил.
И будет благословен день, когда этот дабл байнд будет найден в отношениях. Тогда будет возможность найти почву под ногами, оперевшись на свои ценности и агрессию.
Как найти дабл байнд, если он есть?
Только из личного опыта:
1. Прежде всего встреча с отчаянием и бессилием, которому вроде нет логического объяснения. Не факт, конечно, что это от дабл байнда, но повод задуматься.
2. Пытаться найти что-то общее в изматывающих моментах взаимодействия с другим. Так называемый фильтр «игра». Искать неписаные правила, по которым строятся отношения.
3. При попытке выяснить собственные потребности в ситуации дабл-байнда, обычно обнаруживается, что вот мне, лично мне и так и эдак «ок», а все предъявы, которые хочется кидать партнёру, они не о том и не выражают настоящей сути конфликта. Как я писала в первом пункте, и конфликта как такового не видно, нет его, нельзя выделить. В общем такая и задумка у хитрой психики партнёра, рождающего дабл байнды во взаимодействии: скрыть конфликт, не предъявлять себя через него.
4. С течением времени из потока неостанавливающихся мыслей при встрече с болью можно будет выделить фразы:
А) «Он/она требует (хочет), чтобы я была и…, и…».
Б) «Я не могу одновременно быть и…, и…».
Вот пара таких фраз вполне себе повод сказать себе «стоп!» и попытаться выделить каким противоречивым посланиям хочется соответствовать.
После того, как дабл байнд найден, он, по моему опыту теряет большую часть своей огромной разрушительной силы (но всё ещё может нанести урон).
Как только найдена своя позиция по вопросу, поднимающемуся в дабл байнде, когда найдено сострадание к партнёру (конечно, сначала позлившись на него) как к неидеальному человеку, отчего-то рождающему дабл байнды, живущему в своей войне, у которой нет конца, потому что нет цели, тогда становится сильно проще.
И последнее: каждый из нас может организовывать дабл байнды во взаимодействии. Их делают не какие-то орки нелюди из Мордора, а живые тёплые люди. Всякие люди. Поэтому за собой смотреть тоже полезно, как и важно не вешать ярлыков.

12 самых модных женских ругательств, которые тебе надо знать

Виктимблейминг

Пример: «Да, ты говорил, что эти туфли мне малы, но не смей с таким видом смотреть на мой вывихнутый палец — это виктимблейминг!»

Что это значит

Переводится термин как «обвинение жертвы». В принципе, ничего хорошего в виктимблейминге нет: если говорить, что Красную Шапочку поделом съели, ибо нечего быть такой толстенькой и аппетитной, недолго прослыть бессердечным человеком.

С другой стороны, отказ от любых сомнений в безупречности жертвы тоже не совсем верное поведение, и человек, который признает, что маленьким девочкам все-таки не стоит болтать с незнакомыми волками, в целом будет совершенно прав. Любое драматическое событие заставляет нас строить модели, прикидывая, при каких условиях этой драмы можно было избежать или хотя бы минимизировать ее риск.

Так что общество в конечном счете вырабатывает максимально удобные и приемлемые для большинства правила поведения (не влезай — убьет, не стой под стрелой и т.д.). Но дело в том, что современная политкорректность очень часто запрещает виктимблейминг в любой форме, так что во многих дискуссиях вопрос «кто прав?» часто имеет ответы «тот, кто слабее» и «тот, кто больше пострадал».

Как реагировать

В близких отношениях с девушками важно соблюдать несколько правил, которые необязательны при общении с лицами э-э-э… несколько другого пола. Не надо, взирая на разнообразные женские беды, указывать на причины этих бед и напоминать, что ты давно предупреждал.

Страдание — это не повод для нотаций и намеков на то, что ты могучий гений, а она чахлая идиотка. Она и сама помнит, что ты просил ее не щекотать гиене брюшко. Оставь эту истину при себе, а сам просто и убедительно пожалей и ее, и ее откушенное ухо.

Газлайтинг

Пример: «Что значит „нет, вчера не было дождя“, когда он был! Ты что, занимаешься газлайтингом?!»

Что это значит

Термин придуман в честь фильма «Газовый свет», где герой долго и планомерно сводил с ума героиню, убеждая и ее, и окружающих, что у нее провалы в памяти и галлюцинации. Любое твое замечание в стиле «Тебе показалось», «Ты просто придумываешь себе проблемы», «Это все твои фантазии» и «Да не смотрел я на эту официантку, тебе очки пора заказывать!» может быть расценено как газлайтинг.

То есть выраженное вслух сомнение в умственных способностях, памяти и адекватности партнера.

Как реагировать

Теоретически можно применить «политику зеркала»: «Нет, это ты занимаешься газлайтингом, убеждая меня в том, что я делал то, чего я не делал! Лично я чувствую, что это не я съел тот кусок торта, и ты не заставишь меня сомневаться в моих чувствах!»

С другой стороны, обвинения в газлайтинге — очень нехороший звоночек, свидетельствующий о том, что между вами уже змеится трещинка в пару верст глубиной. Упреки в газлайтинге — это, собственно говоря, требование полного твоего отказа от сомнений в каких-либо словах и чувствах упрекающего, шантаж и ультиматум.

Поэтому правильнее всего будет иногда спускать дело на тормозах: «Ну, возможно, ты права, а я напутал» или «Мне так показалось, но, возможно, ты видишь ситуацию яснее». Однако если такие разговоры заводятся слишком часто, то, похоже, пора паковать чемоданы. Отсутствие взаимного доверия — плохой фундамент для дальнейшего совместного счастья.

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка |
Биопсихология |
Сравнительный |
Познавательная |
Развивающий |
Язык |
Индивидуальные различия |
Личность |
Философия |
Социальные |
Методы |
Статистика |
Клиническая |
Образовательная |
Промышленное |
Профессиональные товары |
Мировая психология |


Клинический:
Подходы ·
Групповая терапия ·
Техники ·
Типы проблем ·
Области специализации ·
Таксономии ·
Терапевтические вопросы ·
Способы доставки ·
Проект перевода модели ·
Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в коммуникации, при которой индивидуум (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, поскольку человеческое общение и разум функционируют аналогично экосистемам.Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его важной частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами. Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойные узы могут быть чрезвычайно стрессовыми и стать разрушительными, когда кто-то попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут ни игнорировать их, ни разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку приказывают «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам с противоречиями в их жизни таким образом, чтобы это помогло им лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыигрышной ситуации, жертва в основном не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся в положении на выше по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Первичный судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. вторичное предписание накладывается на жертву, что вступает в конфликт с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, на потерпевшего накладывается третичный судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва находится в напряженных отношениях; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. И, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания — это два конфликтующих требования, по каждое на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполняла требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Изначально двойная привязка была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойной привязки — поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный и беспроигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

Согласно философу и теологу Алану Уоттсу, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых мастерами дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на этот вопрос. Это.В качестве примера коана студента можно попросить представить мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего, что он не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через reductio ad абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (хозяину) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны делать это, , это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается по собственной воле; быть заставили играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении учитывает сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, тогда это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ «Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии»
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0
    6257

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка |
Биопсихология |
Сравнительный |
Познавательная |
Развивающий |
Язык |
Индивидуальные различия |
Личность |
Философия |
Социальные |
Методы |
Статистика |
Клиническая |
Образовательная |
Промышленное |
Профессиональные товары |
Мировая психология |


Клинический:
Подходы ·
Групповая терапия ·
Техники ·
Типы проблем ·
Области специализации ·
Таксономии ·
Терапевтические вопросы ·
Способы доставки ·
Проект перевода модели ·
Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в коммуникации, при которой индивидуум (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, поскольку человеческое общение и разум функционируют аналогично экосистемам. Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его важной частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами. Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойные узы могут быть чрезвычайно стрессовыми и стать разрушительными, когда кто-то попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут ни игнорировать их, ни разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку приказывают «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам с противоречиями в их жизни таким образом, чтобы это помогло им лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыигрышной ситуации, жертва в основном не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся в положении на выше по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Первичный судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. Вторичный запрет налагается на потерпевшего, который конфликтует с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, на потерпевшего накладывается третичный судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва находится в напряженных отношениях; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. И, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания — это два конфликтующих требования, по каждое на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполняла требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Изначально двойная привязка была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойной привязки — поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный и беспроигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

Согласно философу и теологу Алану Уоттсу, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых мастерами дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на этот вопрос. Это.В качестве примера коана студента можно попросить представить мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего, что он не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через reductio ad абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (хозяину) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны делать это, , это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается по собственной воле; быть заставили играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении учитывает сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, тогда это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ «Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии»
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0
    6257

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка |
Биопсихология |
Сравнительный |
Познавательная |
Развивающий |
Язык |
Индивидуальные различия |
Личность |
Философия |
Социальные |
Методы |
Статистика |
Клиническая |
Образовательная |
Промышленное |
Профессиональные товары |
Мировая психология |


Клинический:
Подходы ·
Групповая терапия ·
Техники ·
Типы проблем ·
Области специализации ·
Таксономии ·
Терапевтические вопросы ·
Способы доставки ·
Проект перевода модели ·
Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в коммуникации, при которой индивидуум (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, поскольку человеческое общение и разум функционируют аналогично экосистемам. Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его важной частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами. Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойные узы могут быть чрезвычайно стрессовыми и стать разрушительными, когда кто-то попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут ни игнорировать их, ни разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку приказывают «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам с противоречиями в их жизни таким образом, чтобы это помогло им лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыигрышной ситуации, жертва в основном не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся в положении на выше по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Первичный судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. Вторичный запрет налагается на потерпевшего, который конфликтует с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, на потерпевшего накладывается третичный судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва находится в напряженных отношениях; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. И, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания — это два конфликтующих требования, по каждое на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполняла требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Изначально двойная привязка была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойной привязки — поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный и беспроигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

Согласно философу и теологу Алану Уоттсу, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых мастерами дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на этот вопрос. Это.В качестве примера коана студента можно попросить представить мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего, что он не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через reductio ad абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (хозяину) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны делать это, , это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается по собственной воле; быть заставили играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении учитывает сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, тогда это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ «Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии»
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0
    6257

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка |
Биопсихология |
Сравнительный |
Познавательная |
Развивающий |
Язык |
Индивидуальные различия |
Личность |
Философия |
Социальные |
Методы |
Статистика |
Клиническая |
Образовательная |
Промышленное |
Профессиональные товары |
Мировая психология |


Клинический:
Подходы ·
Групповая терапия ·
Техники ·
Типы проблем ·
Области специализации ·
Таксономии ·
Терапевтические вопросы ·
Способы доставки ·
Проект перевода модели ·
Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в коммуникации, при которой индивидуум (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, поскольку человеческое общение и разум функционируют аналогично экосистемам.Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его важной частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами.Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойные узы могут быть чрезвычайно стрессовыми и стать разрушительными, когда кто-то попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут ни игнорировать их, ни разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку приказывают «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам с противоречиями в их жизни таким образом, чтобы это помогло им лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыигрышной ситуации, жертва в основном не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся в положении на выше по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Первичный судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. Вторичный запрет налагается на потерпевшего, который конфликтует с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, на потерпевшего накладывается третичный судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва находится в напряженных отношениях; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. И, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания — это два конфликтующих требования, по каждое на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполняла требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Изначально двойная привязка была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойной привязки — поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный и беспроигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

Согласно философу и теологу Алану Уоттсу, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых мастерами дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на этот вопрос. Это.В качестве примера коана студента можно попросить представить мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего, что он не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через reductio ad абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (хозяину) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны делать это, , это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается по собственной воле; быть заставили играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении учитывает сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, тогда это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ «Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии»
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0
    6257

Взаимодействие с двойной связью | Психология Вики

Оценка |
Биопсихология |
Сравнительный |
Познавательная |
Развивающий |
Язык |
Индивидуальные различия |
Личность |
Философия |
Социальные |
Методы |
Статистика |
Клиническая |
Образовательная |
Промышленное |
Профессиональные товары |
Мировая психология |


Клинический:
Подходы ·
Групповая терапия ·
Техники ·
Типы проблем ·
Области специализации ·
Таксономии ·
Терапевтические вопросы ·
Способы доставки ·
Проект перевода модели ·
Личный опыт ·


Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

.

Тип эксперимента см. Двойной слепой.

Двойное связывание — это дилемма в коммуникации, при которой индивидуум (или группа) получает два или более конфликтующих сообщения, причем одно сообщение отрицает другое; ситуация, в которой успешный ответ на одно сообщение означает неудачный ответ на другое, и наоборот, так что человек автоматически ошибается независимо от ответа.И человек не может ни прокомментировать конфликт, ни разрешить его, ни выйти из ситуации.
Двойная привязка обычно включает разные уровни абстракции в порядке сообщений, и эти сообщения могут быть сформулированы или неявно выражены в контексте ситуации или переданы тоном голоса или языком тела. Дальнейшие осложнения возникают, когда частые двойные привязки являются частью продолжающихся отношений, которым привержен человек или группа. [1] [2]

Теория двойной связи более четко понимается в контексте сложных систем и кибернетики, поскольку человеческое общение и разум функционируют аналогично экосистемам.Бэйл, Л. 1995, Грегори Бейтсон, Кибернетика и социальные / поведенческие науки Теория сложных систем помогает нам понять взаимозависимость частей сообщения и обеспечивает «упорядочение того, что для ньютоновцев выглядит хаосом». [3]

Термин «двойная связь» впервые был использован антропологом Грегори Бейтсоном и его коллегами в их дискуссиях о сложности общения в связи с шизофренией. Но Бейтсон ясно дал понять, что такие сложности существуют и в обычных обстоятельствах, особенно в «игре, юморе, поэзии, ритуалах и художественной литературе» (см. «Логические типы»).Их результаты показали, что путаница в общении, часто диагностируемая как шизофрения, не обязательно является результатом органической дисфункции мозга. Вместо этого они обнаружили, что деструктивные двойные привязки были частым паттерном общения между семьями пациентов, и предположили, что взросление среди постоянных двойных привязок может привести к усвоенным паттернам путаницы в мышлении и общении. (Среди коллег Бейтсона были Дон Д. Джексон, Джей Хейли и Джон Х. Уикленд),

Сложность в общении [править | править источник]

Человеческое общение сложно, 90% невербального общения (см. Альберт Мехрабиан , и контекст является его важной частью.Коммуникация состоит из сказанных слов и того, как они соотносятся с тем, что было сказано в прошлом, что не сказано, но подразумевается, и как они видоизменяются невербальными сигналами, окружающей средой, в которой это сказано, и так далее.
Например, если кто-то говорит: «Я люблю тебя», следует учитывать, кто это говорит, тон его голоса и язык тела, а также контекст, в котором это сказано. (Является ли это декларацией страсти или безмятежным подтверждением, публичным или частным, неискренним и манипулятивным, звучит ли это так, как будто они говорят: «Пожалуйста, передайте соль», или они говорят это в шутку, даже если они раздражены у вас?)

Конфликты в общении — обычное дело, и мы часто спрашиваем: «Что вы имеете в виду?» или попросите разъяснений другими способами.Это называется метакоммуникацией — общением о коммуникации. Но иногда попросить разъяснений невозможно. Коммуникационные трудности обычны в повседневной жизни и чаще всего возникают, когда системы метакоммуникации и обратной связи отсутствуют, неадекватны или нет времени.

Двойные узы могут быть чрезвычайно стрессовыми и стать разрушительными, когда кто-то попадает в ловушку дилеммы и наказывается за поиск выхода, но поиск правильного выхода из ловушки может привести к эмоциональному росту.

Классический пример отрицательного двойного связывания — это когда мать говорит своему ребенку, что любит его, и в то же время с отвращением отворачивается. [4] Ребенок не знает, как реагировать на конфликт между словами или языком тела, и, поскольку его основные потребности зависят от матери, он находится в затруднительном положении. Маленьким детям особенно трудно сформулировать противоречия вербально, и они не могут ни игнорировать их, ни разорвать отношения.

Другой пример — когда человеку приказывают «быть спонтанным». Сама команда противоречит спонтанности, но становится двойной связью только тогда, когда нельзя игнорировать команду или прокомментировать противоречие.

Часто противоречие в общении не очевидно для посторонних, не знакомых с предыдущими сообщениями. Приемлемое выражается устно, а неприемлемое — невербально.

Но Бейтсон также описал позитивные двойные связывания, как в отношении дзен-буддизма с его путями духовного роста, так и использование терапевтического двойного связывания психиатрами, чтобы противостоять своим пациентам с противоречиями в их жизни таким образом, чтобы это помогло им лечить.Один из консультантов Бейтсона, Милтон Х. Эриксон (5 томов под редакцией Росси) продемонстрировал на своей собственной жизни необыкновенные и положительные возможности двойных переплетов, ярко осветив эту технику.

Двойную связь часто неправильно понимают как простую противоречивую ситуацию, когда жертва оказывается в ловушке двух противоречащих друг другу требований. Хотя верно, что в основе двойной связи лежат два противоречащих друг другу требования, разница заключается в том, как они навязываются жертве, как жертва понимает ситуацию и кто (или что) предъявляет эти требования к жертве. .В отличие от обычной безвыигрышной ситуации, жертва в основном не осознает точную природу парадоксальной ситуации, в которой находится. Противоречие может быть совершенно невидимым в непосредственном контексте, в котором оно возникает (и, следовательно, невидимым для внешних наблюдателей). . Это становится очевидным только при рассмотрении более широкого контекста. Обычно требование предъявляется к жертве кем-то, кого она уважает (родителем, учителем или врачом), но само требование по своей сути невозможно выполнить, потому что это запрещено в более широком контексте.Бейтсон и его коллеги определили двойную привязку следующим образом: [1] (перефразировано):

  1. Ситуация затрагивает двух или более человек, один из которых для целей определения обозначен как «жертва». Остальные — это люди, которые в некотором роде находятся в положении на выше по отношению к жертве: авторитетная фигура, такая как родитель, которого жертва уважает.
  2. Повторный опыт. Двойная связь — повторяющаяся тема в опыте жертвы, и как таковая не может быть решена как единичный травмирующий опыт.
  3. Первичный судебный запрет налагается на потерпевшего другим лицом в одной из двух форм: (а) Сделайте «Х», или я накажу вас. (б) Не делайте «Х», иначе я тебя накажу. Предполагается, что наказанием будет либо отказ от любви, выражение ненависти и гнева, либо оставление, являющееся результатом выражения крайней беспомощности авторитетной фигурой.
  4. Вторичный запрет налагается на потерпевшего, который конфликтует с первым на более высоком и более абстрактном уровне.Например: «Делай то, что я тебе сказал, но делай это только потому, что хочешь». Это предписание не обязательно выражать устно.
  5. При необходимости, на потерпевшего накладывается третичный судебный запрет , чтобы помешать им избежать дилеммы.
  6. Наконец, Бейтсон заявляет, что полный список предыдущих требований может быть ненужным — в том случае, если жертва уже просматривает свой мир в шаблонах двойной привязки. Бейтсон дает общие характеристики таких отношений:
    1. Когда жертва находится в напряженных отношениях; то есть отношения, в которых он чувствует жизненно важно, чтобы он точно различал, какого рода сообщение передается, чтобы он мог ответить соответствующим образом;
    2. И жертва попадает в ситуацию, в которой другой человек в отношениях выражает два порядка сообщения, и один из них отрицает другой;
    3. И, жертва не может комментировать передаваемые сообщения, чтобы исправить свое различение порядка сообщений, на которые следует отвечать: i.е., он не может сделать метакоммуникативное заявление.

Таким образом, суть двойного связывания — это два конфликтующих требования, по каждое на разном логическом уровне , ни одно из которых нельзя игнорировать или избежать, что оставляет жертву разорванной в обоих направлениях, так что в зависимости от того, какое требование они попытайтесь удовлетворить, другое требование не может быть выполнено. «Я должен это сделать, но не могу» — типичное описание опыта двойной привязки.

Чтобы двойная привязка была эффективной, жертва не видит, что требование, предъявляемое к ней первичным судебным запретом, находится в прямом конфликте с вторичным судебным запретом.В этом смысле двойная привязка отличается — от простого противоречия до более невыразимого внутреннего конфликта, когда жертва энергично хочет, чтобы выполняла требования первичного предписания, но каждый раз терпит неудачу, потому что жертва не видит, что ситуация полностью несовместима с требованиями вторичного судебного запрета. Таким образом, жертвы могут выражать чувство крайней тревоги в такой ситуации, когда они пытаются выполнить требования первичного предписания, но сталкиваются с очевидными противоречиями в своих действиях.

Изначально двойная привязка была представлена ​​как ситуация, которая могла бы привести к шизофрении, если бы ее применяли к маленьким детям или просто к детям с нестабильным и слабым характером. Создание ситуации, при которой жертва не может сделать никаких комментариев или «метакоммуникативных заявлений» о своей дилемме, теоретически усугубит их состояние психической тревожности. Сегодня это более важно как пример подхода Бейтсона к сложностям общения.

Одно из решений двойной привязки — поместить проблему в еще более широкий контекст, состояние, которое Бейтсон определил как Обучение III, шаг вперед по сравнению с Обучением II, которое требует только выученных реакций на ситуации вознаграждения / последствий.В «Обучении III» двойная привязка контекстуализируется и понимается как невозможный и беспроигрышный сценарий. Бейтсон утверждал, что в случае шизофреника двойная связь проявляется постоянно и обычно в семейном контексте. К тому времени, когда ребенок становится достаточно взрослым, чтобы идентифицировать ситуацию двойной привязки, она уже усвоена, и ребенок не может противостоять ей. Решение, таким образом, состоит в том, чтобы избежать противоречивых логических требований двойной связи в мире бредовой системы.

Согласно философу и теологу Алану Уоттсу, двойная привязка долгое время использовалась в дзен-буддизме в качестве терапевтического инструмента. Дзен-Мастер целенаправленно налагает двойную связь на своих учеников (с помощью различных «искусных средств», называемых упая ) в надежде, что они достигнут просветления ( сатори ). Одна из наиболее известных техник, используемых мастерами дзэн (особенно школы Риндзай), называется коан , , в котором мастер задает своим ученикам вопрос и инструктирует их направить всю свою умственную энергию на поиск ответа на этот вопрос. Это.В качестве примера коана студента можно попросить представить мастеру свое подлинное «я»: «Покажи мне, кто ты на самом деле». По словам Уоттса, ученик со временем поймет, что он ничего не может сделать, а также ничего, что он не может сделать, чтобы представить свое истинное «я», и, таким образом, он действительно изучает буддийскую концепцию анатмана (не-я) через reductio ad абсурд.

  • Мать говорит своему сыну: «Ты должен любить меня».
Основным предписанием здесь является сама команда; вторичный запрет — это невысказанное требование, чтобы ребенок искренне, по собственному желанию любил мать.
  • Дзен-коан: «Будь искренним» или «Кто ты?»
Уоттс утверждает, что это основная тема всех дзэн-коанов, идея здесь состоит в том, чтобы представить роси (хозяину) свое истинное «я». Чем больше ученик пытается, тем он фальшивее, и даже отказ от попыток — это просто еще одна версия попытки.
Свобода — это способность быть спонтанной и делать все, что вы хотите; Если вам говорят, что вы, , должны делать это, , это означает, что вы подчиняетесь заповеди, согласно которой приказывает вам выражать состояние свободы.(Ярким примером этого является лозунг штата Нью-Гэмпшир «Живи бесплатно или умри», который также относится к сфере выбора Хобсона).
  • Мать сыну: «Покажи родным, как ты играешь».
Детские игры — это спонтанный процесс, которым ребенок занимается по собственной воле; быть заставили играть не играть. Это очень похоже на двойную привязку: «Ты должен быть свободен».
  • Растлитель малолетних: «Вы должны были сбежать от меня в предыдущем случае, теперь уже слишком поздно — потому что теперь никто не поверит вам, что вы не согласились на то, что я сделал с вами» в то время как в то же время предотвращение любой из предыдущих попыток ребенка сбежать различными способами.
  • «Вы должны любить играть с детьми, как другие отцы»
То же, что и двойная связь между матерью и сыном.

Теория двойной связи Грегори Бейтсона очень сложна и проверена лишь частично; в имеющихся психологических и экспериментальных данных, необходимых для установления причинной связи, есть пробелы. Текущие субъективные оценки людей, которым предстоит принять серьезное решение, столкнувшись с противоречивыми сообщениями, отражают чувство тревоги.Утверждается, что, если теория двойной связи действительно должна опровергнуть результаты, указывающие на генетическую основу шизофрении, необходимы более всесторонние психологические и экспериментальные исследования с разными типами семьи и в различных семейных контекстах. [5] Современное понимание шизофрении учитывает сложное взаимодействие генетических, неврологических, а также эмоциональных факторов стресса, включая семейное взаимодействие.

Нейролингвистическое программирование [править | править источник]

В области нейролингвистического программирования также используется выражение «двойная связь».Гриндер и Бэндлер (оба имели личный контакт с Бейтсоном) утверждали, что сообщение может быть составлено из нескольких сообщений, в результате чего получателю сообщения создается впечатление выбора, даже если оба варианта имеют одинаковый результат на более высоком уровне намерение. В терминологии НЛП это называется «двойной привязкой». [6] Применяется как в продажах, так и в терапии. Продавец может спросить: «Вы хотите платить наличными или кредитной картой?» Оба исхода предполагают, что человек совершит покупку, тогда как третий вариант — отказ от покупки — намеренно исключен из списка возможных вариантов.Собственно говоря, «наличными или кредитной картой»? не является двойным переплетом, потому что здесь нет противоречия.

Если продавец продавал книгу о пороках коммерции, тогда это могло быть «истинное» двойное связывание, но только в том случае, если покупатель уже считал коммерцию злом и чувствовал себя обязанным купить книгу.

  1. 1.0 1.1 Бейтсон, Дж., Джексон, Д. Д., Хейли, Дж. И Уикленд, Дж., 1956, К теории шизофрении. (в: «Поведенческая наука», том 1, 251-264)
  2. Бейтсон, Грегори (1972). Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии , University Of Chicago Press.
  3. ↑ «Шаги к экологии разума: сборник очерков по антропологии, психиатрии, эволюции и эпистемологии»
  4. ↑ Koopmans, Mathijs. http://www.goertzel.org/dynapsyc/1997/Koopmans.html] Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи 1997.
  5. ↑ includeonly> Koopmans, Mathijs. «Шизофрения и семья: пересмотр теории двойной связи», 1997.
  6. ↑ Bandler, R., Grinder, J. (1981) Reframing: Neuro-Linguistic Programming and the Transformation of Meaning Real People Press. ISBN 0
    6257

Двойная связь отношений: от разочарования к просветлению

Источник: Алекси Берри

Будь проклят, если ты это сделаешь, проклят, если нет. Сколько раз вы это слышали? Что еще более важно, сколько раз вы говорили это о ситуации, в которой оказались? Это называется двойной связью: ощущение того, что какое бы решение вы ни приняли, вы ошибаетесь.Каждый в какой-то момент испытывает это; некоторые более восприимчивы к нему, чем другие.

В 50-х годах заявления о двойном связывании были одной из характеристик, определяющих шизофреногенную мать. Согласно этой теории, помимо того, что мать холодна и эмоционально недоступна, а также чрезмерно опекается, она также имеет привычку давать ребенку противоречивые сообщения. Эти сообщения поставили ребенка в безвыходную ситуацию и вызвали замешательство и беспокойство. Эта теория потеряла популярность с годами, когда были выявлены биологические факторы, участвующие в шизофрении.

Хотя эта теория больше не является важным объяснением этиологии психических заболеваний, двойные связи распространены в нашем мире и влияют на нас. Эти двойные привязки одновременно вызывают стресс, сбивают с толку и вызывают беспокойство. Они могут разрушить отношения. Парадоксально, но в буддийской традиции ситуации двойного связывания воспринимаются как полезные в поисках просветления.

Человеческое общение сложно; прожить жизнь без двойных уз маловероятно.Есть много случаев, когда отношения создают ситуацию двойной привязки. Один из примеров — ревность. Большинство людей не хотят, чтобы партнера охватила ревность; в то же время человек может удивиться, почему его партнер никогда не ревнует. В результате не ревнивый партнер может испытать двойную связь.

Другой пример, который привел некоторые пары на терапию, — это один партнер, который ожидает, что другой исполнит их желания, но ему не сказали, что это за желания. Это очевидно, когда один партнер говорит: «Я не хочу, чтобы ты делал это, потому что я просил тебя; я хочу, чтобы ты делал это, потому что ты этого хотел.»Выражение чувств важно в отношениях, но в этом случае другой партнер ставится в двойную зависимость: если они это делают, желающий партнер думает, что это было сделано только потому, что они высказались, если этого не произошло, он не удовлетворять потребности своего партнера. И, что еще хуже, если они не хотят этого делать, это может считаться признаком того, что любовь в отношениях не сильна.

Многие люди чувствительны к этим двойным связям. Во многом это результат детского опыта.Возможно, родители непреднамеренно поместили их в ситуации двойного связывания. Вероятно, они получали двойные сообщения чаще, чем сверстники, такие как «Я люблю тебя», когда чувствовали, что язык тела родителей отвергает их. Сегодняшний опыт отражает ощущение, что они не могут «победить» в своих межличностных отношениях.

Ощущение неприемлемости образа действий из-за двойного связывания может способствовать снижению самооценки, чувству обиды на партнера или апатии. В классическом психологическом исследовании, когда люди и животные попадали в ситуации, в которых, казалось, не было правильного курса действий для исправления ситуации, они сдались.Термин для этого — выученная беспомощность. Апатия — опасное чувство для отношений. Слишком многие отказались от попыток доставить удовольствие своему партнеру.

Восприятие двойных привязок в отношениях может быть просто проблемой общения; это также может быть чувствительность к этим кажущимся ситуациям двойного связывания со стороны одного партнера. Восприятие — неотъемлемая часть любого вопроса. Восприятие двойных привязок может указывать на некоторую негибкость мышления. Например, не все ситуации одинаковы. То, что может быть правильным курсом действий в одной ситуации, может потребовать совсем другого курса действий в аналогичной ситуации.Решением может быть подход, более похожий на дзен. Это, безусловно, приведет к более гибкому мышлению.

В дзен-буддийских писаниях двойная связь — это путь к просветлению. Коаны (неразрешимые задачи, поставленные перед учеником мастером), например: «Каким было ваше лицо до рождения?» нужно было медитировать, пока ученик не представил соответствующий ответ. Поскольку нет возможного правильного ответа, цель состояла в том, чтобы ученик так разочаровался в поисках, что эго откажется от своей хватки, и ученик достигнет просветления.Коаны, согласно учению дзэн, ведут к видению сквозь ложный разум двойственности.

Цель для тех, кто интересуется двойным связыванием более выгодным способом, — сначала осознать роль восприятия в восприятии двойного связывания. Затем следует оценка того, действительно ли эта ситуация является двойной связью. Возможно ли, что вы чувствительны к подобным ситуациям, но это не двойная привязка? Даже если ситуация определяется как двойная, ее можно переосмыслить, если поймет, что все ситуации в чем-то разные.Другая стратегия — полностью присутствовать в этой ситуации, отпустить прошлую ситуацию, которая похожа на эту, и подумать о том, что вашему партнеру нужно в данный момент. Двойная связь — это возможность для вас полностью присутствовать, более эффективно общаться и стать просветленным.

Copyright 2011 Уильям Берри.

31 Двойные привязки — когнитивное поведение

Двойные привязки и другие нарушения

Классический подход — рассматривать человека с серьезными и постоянными проблемами, живущего изолированно от своего окружения.Предполагается, что он / она оторваны от «реальности». Сторонники этой точки зрения предполагают, что:

… регресс к более примитивным уровням мышления — основная черта шизофрении. По сути, более дифференцированные и ориентированные на реальность «вторичные» мыслительные процессы, которые следуют правилам логики и принимают во внимание внешнюю реальность, заменяются «первичными» мыслительными процессами, которые включают нелогичные идеи, фантазию и магическое мышление. (Карсон, 330)

Напротив, межличностный подход рассматривает человека в отношении его / ее окружения, в частности, его исходной семьи.В книге «Шаги к экологии разума» Грегори Бейтсон обсуждает теорию шизофрении, которая была результатом исследовательского проекта, предпринятого Бейтсоном, Доном Д. Джексоном, Джеем Хейли и Джоном Х. Уиклендом. Теория рассматривает поведение человека с шизофренией в контексте его или ее семьи. Они предполагают, что шизофреническое поведение «имеет смысл», если смотреть с этой точки зрения. Другими словами, поведение развивается не изолированно, а в результате нашего взаимодействия.

Бейтсон предполагает, что у человека с шизофренией «… проблемы с идентификацией и интерпретацией тех сигналов, которые должны сообщать человеку, что это за сообщение, т.е.е. проблемы с сигналами того же логического типа, что и сигнал «Это игра» ». (1, 194) Bateson et al. предполагают, что у человека, попавшего в «двойную привязку» — ситуацию, в которой независимо от того, что человек делает, он «не может победить» — могут развиться симптомы шизофрении. В двойной связке есть два конфликтующих уровня общения и запрет на комментирование конфликта. Ниже приводится часто цитируемый пример из их статьи «К теории шизофрении», демонстрирующий эту связь:

Молодого человека, который довольно хорошо оправился от острого приступа шизофрении, посетила в больнице его мать.Он был рад ее видеть и импульсивно обнял ее за плечи, после чего она застыла. Он убрал руку, и она спросила: «Разве ты меня больше не любишь?» Затем он покраснел, и она сказала: «Дорогой, ты не должен так легко смущаться и бояться своих чувств». Пациенту удалось побыть с ней всего несколько минут, а после ее ухода он напал на помощника и был помещен в ванны. (Watzlawick 12, 36)

В этом сценарии мать передает сыну противоречивые вербальные и невербальные сообщения, и он, кажется, не может ответить на это несоответствие.Согласно теории логических типов Бейтсона, человек с шизофренией не может комментировать смысл общения своей матери.

По словам Бейтсона, «Способность говорить о коммуникации, комментировать значимые действия себя и других необходима для успешного социального общения». В нормальных отношениях мы постоянно комментируем действия и общение других людей, говоря такие вещи, как: «Мне неудобно, когда ты так смотришь на меня», «Ты шутишь?» или «Что вы имеете в виду?».Чтобы мы могли точно различать значение нашего собственного или чужого общения, мы должны иметь возможность комментировать это выражение, но человеку, страдающему шизофренией, такие комментарии фактически запрещены.

По словам Карлоса Слуцкого, двойной переплет имеет следующие характеристики:

(1) два или более человека;
(2) повторный опыт;
(3) первичный запретительный запрет;
(4) вторичное предписание, противоречащее первому на более абстрактном уровне, и, как и первое, осуществляется наказаниями или сигналами, которые угрожают выживанию;
(5) третичный запретительный запрет, запрещающий жертве убегать с поля;
(6), наконец, полный набор ингредиентов больше не нужен, когда жертва научилась воспринимать свою вселенную в виде двойных связей.(9, 209)

При внимательном рассмотрении двойного переплета Пол Ватцлавик описал четыре вариации на эту тему. Первый и, вероятно, наиболее часто используемый — это то, что он называет парадоксом «будь спонтанным». Жена, которая хочет, чтобы муж удивил ее цветами, сталкивается с подобной дилеммой. Она просит его сделать что-то, что по своей природе должно быть спонтанным. «Один из недостатков человеческого общения заключается в том, что невозможно вызвать спонтанное удовлетворение потребности от другого человека, не создавая саморазрушительного парадокса», — говорит Ватцлавик.(12, 15-26)

Второй вариант двойного связывания включает ситуацию, в которой человека наказывают за правильное восприятие внешнего мира. В этой ситуации ребенок научится не доверять собственному сенсорному восприятию в пользу оценки ситуации родителями. Одним из примеров может быть ребенок, который вырос в семье, где царит насилие, но ожидается, что его родители будут любящими и миролюбивыми. В более позднем возрасте этому человеку будет сложно определить, как вести себя надлежащим образом в различных ситуациях.В самом деле, этот человек потратит чрезмерное количество энергии, пытаясь понять, как именно ему / ей «следует» интерпретировать ситуацию.

Третья вариация на эту тему — это вариант, в котором ожидается, что у человека будут чувства, отличные от тех, которые он испытывает на самом деле. Мать, которая хочет, чтобы ее ребенок «хотел» делать уроки, попадает в эту категорию. Ребенок часто будет чувствовать себя виноватым, когда не может достичь «правильных» чувств.

Четвертый вариант, согласно Ватцлавику, возникает, когда мы требуем и запрещаем одновременно.Родитель, который требует честности и поощряет победу любой ценой, ставит ребенка в такие ограничения. Ребенок ставится в положение, когда ему приходится не подчиняться, чтобы подчиняться.

Как на человека повлияет взросление в среде, где он / она не может прокомментировать эти кажущиеся несоответствия? Научится ли этот человек в конце концов доверять только одной части своего опыта и отрицать или не доверять остальному?

В 1967 году группа исследователей опубликовала результаты своего дальнейшего исследования двойной связи.Они предположили, что операционный компонент двойной привязки — это ее модель дисквалификации — средство, с помощью которого опыт одного человека обесценивается в результате наложенной привязки. Они привели пять методов дисквалификации предыдущего сообщения.

Уклонение или смена темы — первый метод дисквалификации. Если предыдущее утверждение (a) явно не завершает тему обсуждения, а следующее утверждение (b) не подтверждает переключение в теме, то второе утверждение дисквалифицирует первое утверждение:

а.Сын: Можно пойти в парк и поиграть в футбол?
г. Отец: Какой прекрасный день для работы в саду.

Второй метод дисквалификации — ловкость рук. Ловкость рук возникает, когда второй ответ (b) отвечает на первый (a), но меняет содержание предыдущего утверждения:

а. Дочь: Мы всегда хорошо ладили.
г. Мама: Да, я всегда любила тебя. . .

В приведенном выше примере мать ответила дочери, но переключила вопрос с хороших отношений на любовь.

Литерализация, третий тип дисквалификации, происходит, когда содержимое предыдущего утверждения (a) переключается на буквальный уровень во втором утверждении (b) без подтверждения смены кадра:

а. Сын: Ты относишься ко мне как к ребенку.
г. Отец: Но ты мой ребенок.

Четвертый метод, дисквалификация статуса, происходит, когда человек использует либо личный статус, либо высшие знания, чтобы дать понять, что предыдущее сообщение недействительно:

а.Мать: Я заметила, что он не очень хорошо играет с другими детьми.
г. Сын: Но я знаю, мама!
а. Мать: Он не понимает, потому что он такой маленький. . .

Повторяющиеся вопросы используются, чтобы выразить сомнения или несогласие, не заявляя об этом открыто:

а. Дочь: Со всеми лажу.
г. Мать: Со всеми, Кэти?

Авторы завершают свою статью следующим наблюдением:

Мы постоянно находим в семьях, где есть члены с шизофренией, дисквалификации, за которыми следуют особые типы последовательностей, такие как описанные, которые имеют тенденцию укреплять связь и, следовательно, усиливать идиосинкразические способы взаимодействия.В этом процессе, который подразумевает целый стиль отношений с миром и в котором определенные стимулы систематически отрицаются, определенные значения систематически подавляются, непризнание усиливается и вознаграждается, а прояснение наказывается — в этом мы соглашаемся с тем, что верим, может дать отдых контексту шизофрении. (Слуцки 9, 228)

— Джей Хейли рассматривает шизофрению с точки зрения межличностных отношений. Существует основное правило теории коммуникации, которое утверждает, что для человека практически невозможно «избежать определения или взять под контроль определение своих отношений с другим».В любых отношениях в первую очередь необходимо решить, какими они будут.

Отношения определяются как дополнительные или симметричные. Симметричные отношения — это отношения, в которых две стороны соответствуют поведению. Если один человек рассказывает об отпуске, который он / она провел, второй отвечает, рассказывая об отпуске, который он / она только что взял. Здесь подчеркивается симметрия, насколько они похожи. Эти отношения имеют тенденцию быть соревновательными.

Дополнительные отношения — это отношения, в которых поведения дополняют друг друга.Один человек учит, а другой учится; между поведением есть компромисс. После того, как первый человек расскажет о своем отпуске, второй будет нажимать на кнопку, чтобы получить дополнительную информацию.

Со временем характер отношений изменится. По мере взросления ребенок переходит от дополнительных отношений со своими родителями к более симметричным отношениям.

Между учителем и учеником обычно существуют дополнительные отношения. Но когда ученик задает вопрос, подразумевающий, что он / она знает больше, чем учитель, он / она маневрирует, чтобы изменить эти отношения.Учитель может решить восстановить старые отношения или позволить взаимодействию измениться. «Такие маневры постоянно меняются в любых отношениях и, как правило, характерны для нестабильных отношений, когда два человека нащупывают общее определение своих отношений». (4, 11)

Было высказано предположение, что люди с шизофренией в детстве испытывали большую путаницу в отношении определения своих отношений как дополнительных или симметричных.Другими словами, между ребенком и опекуном было большое несоответствие в определении их отношений. Примером может служить ребенок, который воспринимает отношения как взаимодополняющие и реагирует соответствующим образом — только для того, чтобы опекун переключился на симметричные отношения.

Стоит ли тогда удивляться, что эти взаимодействия, описанные Хейли, являются попыткой избежать определения природы этих отношений?

Человек может избежать определения своих отношений, отрицая любой или все эти четыре элемента.Он может:

(a) отрицают, что он / она что-то сообщал,
(b) отрицают, что что-то было передано,
(c) отрицают, что это было передано другому человеку, или
(d) отрицают контекст, в котором это было передано. (4, 89)

Люди общаются на множестве уровней. Мы можем общаться с помощью гораздо большего, чем просто слова. Например, наша физическая поза и жесты обеспечивают другой уровень общения, а также высоту, тон и темп нашей речи. Существует множество возможностей одновременно относиться к другому человеку и отрицать отношения с ним.Говорят, что люди, страдающие шизофренией, несомненно, являются мастерами в этом ремесле, но в повседневной жизни есть множество примеров, демонстрирующих, как это делается.

Мы все знакомы с неоднозначными сообщениями. Один из примеров — собака, которая одновременно виляет хвостом и рычит. Мужчина, который отвечает на просьбу своей жены помочь ей на кухне, говоря: «Конечно, я буду рад помочь вам», и усаживается глубже в свое мягкое кресло, сразу же принимает ее просьбу о помощи и одновременно общается что он ей не поможет.Женщина, которая говорит: «Я хотела бы помочь вам, но у меня болит голова», определяет свои отношения как совместные, в то же время используя свою головную боль, чтобы свести на нет эти отношения.

Сравните это поведение с поведением человека, который конгруэнтно говорит: «Нет, я тебе не помогу», садясь на стул. Он четко определил свои отношения как отношения, в которых ему не скажут, что делать. Точно так же, как человеку понять мое общение, если я говорю «Я люблю тебя» ровным голосом, глядя в другую сторону? Мужчина говорит: «Это увлекательный предмет», глядя на часы.Женщина спрашивает своего ребенка, хочет ли он / она ее обнять, когда она тянет его / ее к себе для объятий. Подобные взаимодействия обычны в повседневной жизни. Во многом наша способность понимать окружающий мир зависит от нашей способности распознавать и комментировать противоречивые сообщения, которые мы получаем.

Человек с шизофренией, с другой стороны, сталкивается с дилеммой расшифровки, на какую часть сообщения он / она может безопасно ответить, поскольку комментирование несоответствия не входит в доступный репертуар поведения.Можно представить, что это похоже на жизнь в зоне боевых действий, где любое общение представляет собой угрозу личной безопасности. Столкновение с задачей раскрыть смысл чужого общения, в то время как мне запрещено комментировать или признавать собственное замешательство, кажется ужасным. Стоит ли удивляться, что общение структурировано так, чтобы не указывать на существование отношений?

Похоже, что из-за раннего влияния многократного попадания в двойные узлы у людей с шизофренией развивается защитный подход к общению, который проявляет стойкость в своей способности сказать что-то и в то же время ничего не сказать.Их цель в жизни — не быть прикованным ни к чему. К сожалению, они так же безнадежно запутаны в сети заблуждений, как и люди, вступающие с ними в контакт.

Пограничная личность

Согласно Джеймсу Мастерсону («Поиски настоящего« я »: разоблачение личностных расстройств нашего времени»), пограничная личность также является усвоенной реакцией на окружающую среду детства. Мастерсон утверждает, что в результате влияния детства человек может развить то, что он назвал «ложным я», чтобы защитить «настоящее я» от дальнейших травм.Он предполагает, что настоящее «я» ориентировано на овладение реальностью; но как только эти усилия терпят поражение, ложное «я» меняет ориентацию с овладения окружающей средой на избегание плохих чувств.

В своей книге «Я ненавижу тебя — не покидай меня: понимание пограничной личности» Джерольд Дж. Крейсман, доктор медицины, и Хэл Страус выделяют пять дилемм, которые преследуют пограничную личность. Первый они называют «Будь проклят, если сделаешь, и проклят, если нет».

Это относится к видам коммуникаций, которые пограничные люди дают другим людям.Название этой книги — хороший пример этого затруднительного положения. Другой пример — женщина, которая спросила своего парня о его впечатлениях от ее любительского публичного выступления, по поводу которого у нее были опасения. Он ответил: «Вам действительно нужно мое честное мнение?» Она настаивала на этом. Но когда он рассказал ей о своей оценке выступления — что не особо обнадежило — она ​​ответила, сказав ему, насколько неправильным было его восприятие. Ее общение было типичным запутанным сообщением, которое мешает пограничным отношениям.

Вторая тенденция, которую они называют типичной для пограничной, — это «плохое самочувствие». Вместо того, чтобы пытаться понять чувства или справиться с ними, пограничный человек пытается избавиться от нежелательных чувств. Человек, который «должен» быть счастлив, добавляет дополнительные уровни вины и других сложных эмоций к уже подавленной или сердитой персоне, что способствует, казалось бы, бесконечной спирали плохого самочувствия.

Многолетняя жертва — третий образец, который они наблюдали.Пограничный человек чувствует себя во власти событий и людей вокруг него. Женщина, счастье которой зависит от финансового успеха ее мужа, является одним из примеров такой жертвы. Человек, который организует свою жизнь так, что решение его проблем находится в руках других, проявляет пограничную тенденцию. «Если бы она только понимала меня лучше …» Это один из способов, с помощью которого жертва перекладывает ответственность за свое счастье на другого человека.

Четвертое — это поиск смысла жизни.Границы постоянно ищут то, что заполнит пустоту, которую они испытывают. Отношения и наркотики — два общих решения для заполнения этой пустоты.

Неустанный поиск постоянства у пограничного человека — пятое наблюдаемое поведение. Граница существует в ненадежном и непоследовательном мире. Дружба, работа и навыки всегда под вопросом. Пограничной личности не хватает способности ощущать последовательность и предсказуемость. Как будто весь их опыт напрасен.

Шестой и последний элемент пограничной личности — это то, что авторы характеризуют как «ярость невинности». Пограничная ярость непредсказуема и интенсивна, когда выходит на поверхность. Возникшая из-за, казалось бы, незначительных событий, она может возникать без предупреждения и часто несет в себе угрозу реального насилия.

Рассматривая корни пограничной личности, Мастерсон предполагает, что исследование Джона Боулби привязанности к младенцу и опекуну имеет большое значение. Боулби изучал процесс оплакивания, который испытывали дети в возрасте 13-32 месяцев, когда они были разлучены со своими матерями в результате госпитализации по причине физического заболевания.

Боулби отметил три стадии траура, которые прошли эти дети в результате разлуки с их опекуном. Первый этап — протестный и может длиться от нескольких часов до нескольких недель. На второй стадии безнадежности ребенок: впадает в отчаяние и может даже перестать двигаться. Он имеет тенденцию монотонно или с перерывами плакать, становится замкнутым и более неактивным, не предъявляя никаких требований к окружающей среде по мере того, как состояние траура углубляется. (6, 58)

На третьей стадии, непривязанности, ребенок больше не отвергает медсестер, но когда мать возвращается в гости, сильная привязанность к матери, типичная для детей этого возраста, разительно отсутствует.Вместо того, чтобы приветствовать ее, он может вести себя так, как будто почти не знает ее; вместо того, чтобы цепляться за нее, он может оставаться отстраненным и апатичным; вместо того, чтобы расплакаться, когда она уйдет, он, скорее всего, вяло отвернется. Похоже, он потерял к ней всякий интерес.

Мастерсон понял, что те же три стадии скорби и защиты, которые они производят, очевидны у подростков и взрослых с пограничными личностями:

Когда они проходят через переживание разлуки, от которого они защищались всю свою жизнь, они, кажется, реагируют точно так же, как младенцы Боулби во второй стадии отчаяния.Разлука вызывает катастрофический набор чувств, которые называются депрессией покинутости. Чтобы защититься от этого психического состояния, человек может уйти в защитные паттерны, поощряемые ложным «я», которые, как они усвоили с годами, предотвратят эту депрессию отказа.

У взрослых, не осознающих себя, депрессия отказа символизирует повторение инфантильной драмы: ребенок вернулся за поддержкой и ободрением, но мать была недоступна или не могла ее предоставить.Признания и одобрения, столь важных для развития способности к самовыражению, уверенности и приверженности, просто не было. (6, 59) Мастерсон предполагает, что для пограничной личности характерна чрезмерная зависимость от примитивных защитных механизмов, усвоенных в раннем детстве: отрицание и цепляние, избегание и дистанцирование, проекция и отыгрывание.

«Для того, чтобы создать связное ощущение себя, ребенок в первые три года жизни должен понять, что он не является слитой симбиотической единицей с матерью, — говорит Мастерсон (6, 51).Как этого добиться? В своей книге A Secure Base Боулби обсуждает элементы, которые он считает наиболее необходимыми для того, чтобы этот процесс происходил у детей:

. . . обычная чувствительная мать быстро настраивается на естественные ритмы своего ребенка и, обращая внимание на детали его поведения, обнаруживает, что ему подходит, и ведет себя соответственно. Тем самым она не только успокаивает его, но и привлекает его к сотрудничеству.

Это подводит нас к центральной особенности концепции воспитания детей — обеспечению обоими родителями безопасной базы, из которой ребенок или подросток может совершать вылазки во внешний мир и куда он / она может вернуться, зная наверняка, что / его будут приветствовать, когда он / она придет туда, получить физическое и эмоциональное питание, утешить, если он обеспокоен, успокоить, если он напуган.По сути, эта роль заключается в том, чтобы быть доступным, готовым ответить, когда вас попросят ободрить и, возможно, помочь, но активно вмешиваться только тогда, когда это явно необходимо. (2, 9-11)

Что происходит в раннем развитии, чтобы помешать усилиям ребенка развить самоощущение — идентичность, отдельную и отличную от личности опекуна? Крейсман и Штраус утверждают, что существует большое количество анекдотических и статистических данных, демонстрирующих, что дети, подвергшиеся жестокому обращению или оставленные без присмотра, могут быть связаны с пограничными тенденциями во взрослом возрасте.

Мастерсон предполагает, что у многих пограничных клиентов были матери, которые сами имели нарушенное самоощущение. Следовательно, матери не в состоянии обеспечить безопасную основу, с которой ребенок может выходить на улицу и исследовать мир. Он привел один пример матери с низкой самооценкой и страхом разлуки, которая, как правило, воспитывала этот страх разлуки в своем ребенке. Она призвала его оставаться зависимым от нее, чтобы поддерживать ее собственное эмоциональное равновесие:

Казалось, что она находится под огромной угрозой из-за растущей индивидуальности ее ребенка, что звучало как предупреждение о том, что ему суждено навсегда покинуть ее.Не имея возможности справиться с тем, что она воспринимала как брошенность, она не могла поддерживать усилия ребенка отделиться от нее и выразить себя через игру и исследование мира. Ее защитные маневры, направленные на то, чтобы избежать собственных тревог разлуки, влекли за собой цепляние за ребенка, чтобы предотвратить разлуку, и препятствовать его движениям к индивидуации, отказываясь от ее поддержки. (6, 54-55)

Подумайте о том, что Мастерсон предположил о возможных корнях пограничной личности: это похоже на окончательную двойную связь — мир, который ожидает, что человек вырастет и станет самодостаточным, в то время как смотритель награждает того же человека за то, что он остается зависимым и беспомощным.

Через двадцать лет после того, как была опубликована теория шизофрении двойной связи, один из авторов, Джон Уикленд, опубликовал статью, в которой предположил, что, возможно, они слишком сосредоточились на шизофрении. Он предполагает, что реальное значение теории заключалось в ее точке зрения, согласно которой поведение и общение тесно связаны. Эта теория диаметрально противоположна устоявшейся парадигме, согласно которой эмоциональные проблемы являются ответом на внутрипсихические конфликты. Возможно, предположил он, двойная привязка имеет далеко идущие последствия при многих видах эмоциональных расстройств, и ее исследования не должны ограничиваться случаями с диагнозом шизофрения.

Карлос Слуцки, похоже, пришел к такому же выводу в своей статье с провокационным названием «Двойная связь как универсальная патогенная ситуация».

Слуцкий отмечает, что ребенок проходит три стадии эволюции:

(1) инфантильная зависимость, отмеченная относительным отсутствием дифференциации между собой и не-я и преобладанием включения или «принятия» объектов;
(2) переход; и
(3) зрелая зависимость, характеризующаяся «отношениями между двумя независимыми существами, которые полностью дифференцированы; и преобладанием отдачи »в объектных отношениях.(10, 231)

Переходный этап ставит перед собой основную дилемму умственного развития: зависимость или независимость.

Задача развития ребенка — уравновесить потребность в безопасности и зависимости с его или ее потребностью двигаться к независимости. Если родители хотят помочь ребенку выйти из зависимости к независимости, им необходимо «стимулировать импульс к независимости и нейтрализовать потребность в зависимости». (10, 231) Без поддержки родителей ребенку трудно противостоять неопределенности и рискам на пути к независимости.

Sluzki описывает три типа отношений между родителем и ребенком; это включает те области жизни ребенка, в которых он является зависимым, независимым или переходит от зависимости к независимости с помощью и надзором родителей. Например, зависимость — это когда ребенок не может ходить в школу без помощи родителей. Независимость — это когда ребенок может добраться до школы без посторонней помощи. Третья область связана с моментом времени, когда ребенок, возможно, при поддержке и поддержке родителей изучает дорогу в школу и обратно, но не готов сделать это самостоятельно.

По мере того, как ребенок живет по жизни, он и его родители должны постоянно пересматривать эти границы. В лучшем случае это очень сложная задача; если родители сами не уверены в этих границах, то их детям придется столкнуться с большим недоумением относительно того, что они могут, а что не могут.

Одним из примеров двойной привязки, которая препятствует развитию ребенка к независимости, является родитель, который находится в конфликте из-за желания ребенка быть независимым и желания ребенка «быть совершенным».Способность ребенка мыслить и вести себя творчески становится все более ограниченной, если, например, ему говорят думать самостоятельно, а затем повторно угадывать, какие действия он выберет. Я знаю одного ответственного молодого человека, который пролил растворитель для краски и просто ушел от него, потому что не знал, чем его очистить. Казалось, он попал в ловушку типа «проклят, если я сделаю, черт возьми, если нет». Похоже, он думал, что лучше уйти от беспорядка, чем подвергнуться критике за то, что он использовал неправильный инструмент для его уборки.Он обнаружил, что безопаснее погрузиться в беспомощность и зависимость, чем рисковать ошибиться на пути к независимости.

Изучение этих видов общих привязок может дать нам полезные сведения о поведении пограничных личностей и шизофреников. Может ли быть так, что поведение, которое мы наблюдаем при каждом диагнозе, является различным проявлением одного и того же узла коммуникации — двойной связи? Если это так, то, возможно, основная роль терапии состоит в том, чтобы распутать сознательные и бессознательные двойные оковы, чтобы человек мог переориентировать себя на более полезные цели и мотивации.

Цитируемых работ:

  1. Бейтсон, Грегори. Шаги к экологии разума. Нью-Йорк: Баллантайн, 1972 г.
  2. Боулби, Джон. Безопасная база: привязанность родителей к детям и здоровое человеческое развитие. Нью-Йорк: Базовый, 1988.
  3. Карсон, Роберт С. и Джеймс Н. Бутчер и Джеймс К. Коулман. Аномальная психология и современная жизнь. Восьмое изд. Гленвью: Скотт, 1988,
  4. Хейли, Джей. Стратегии психотерапии. 2-е изд. Роквилл: Треугольник, 1990.
  5. Крейсман, Джерольд Дж., и Хэл Штраус. Я ненавижу тебя — не покидай меня: понимание пограничной личности. Нью-Йорк: Эйвон, 1989.
  6. .

  7. Мастерсон, Джеймс Ф. Поиск истинного «я»: разоблачение расстройств личности нашего века. Нью-Йорк: Бесплатно, 1988.
  8. Маккеллар, Питер. Аномальная психология: ее опыт и поведение. Лондон: Рутледж, 1989.
  9. .

  10. Sluzki, Карлос Э. и Джанет Бивин, «Симметрия и комплементарность: рабочее определение и типология диад». Интерактивный взгляд / Под ред.Пол Ватцлавик и Джон Х. Уикленд. Нью-Йорк: Нортон, 1977. 71–87.
  11. Sluzki, Карлос Э., Джанет Бивин, Алехандро Тарнопольски и Элисео Верон, «Дисквалификация транзакций: исследование двойной привязки». Интерактивный взгляд: исследования в Институте психических исследований, Пало-Альто, 1965–1974. Эд. Пол Ватцлавик и Джон Х. Уикленд. Нью-Йорк: Нортон, 1977. 208-227.
  12. Слуски, Карлос Э. и Элисео Верон. «Двойная связь как универсальная патогенная ситуация». Интерактивный взгляд: исследования в Институте психических исследований, Пало-Альто, 1965–1974.Эд. Пол Ватцлавик и Джон Х. Уикленд. Нью-Йорк: Нортон, 1977, 228–240.
  13. Watzlawick, Paul., Janet Beavin Bavelas. И Don D. Jackson. Прагматика человеческого общения: исследование паттернов взаимодействия, патологий и парадоксов. Нью-Йорк: Нортон, 1967.
  14. Watzlawick, Пол. Насколько реально реально: путаница, дезинформация, общение. Нью-Йорк: Vintage-Random, 1977.
  15. Watzlawick, Paul and John H. Weakland., Eds. Интерактивный взгляд: исследования в Институте психических исследований, Пало-Альто, 1965–1974.Нью-Йорк: Нортон, 1977.
  16. Watzlawick, Пол. Язык изменения: элементы терапевтического общения. Нью-Йорк: Basic Books, 1978.
  17. Уикленд, Джон Х. «Теория двойной связи», основанная на саморефлексивной ретроспективе ». Исследования интерактивного взгляда в Институте психических исследований, Пало-Альто, 1965–1974. Эд. Пол Ватцлавик и Джон Х. Уикленд. Нью-Йорк: Нортон, 1977.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts