Если человек материться что это значит: Почему люди матерятся? Потому что приятно

Содержание

Почему люди матерятся? Потому что приятно

  • Ананд Джагатия и Кэти Эдвардс
  • Би-би-си

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Все мы ругаемся матом, но некоторые делают это громче других

Почему ругаться матом так приятно?

Только потому, что мы понимаем, что делаем что-то «плохое», или ругань действительно влияет на состояние нашего мозга и тела?

Это происходило со всеми: ударившись ногой о ножку стола, застряв в пробке или пролив кофе, мы выкрикиваем матерное слово, а иногда и извергаем трехэтажную ругань.

Инстинктивно в такие моменты мы прибегаем именно к запрещенным словам — обычно они содержат приятную череду взрывных согласных — и как будто по волшебству, мы начинаем испытывать легкое удовлетворение.

Да, кто-то матерится чаще, чем другие, а иногда люди прибегают к запретным словам на радостях.

Но нужно признать, что мат существует во всех языках и культурах мира… а возможно даже у животных (об этом позже).

Что он представляет собой с научной точки зрения?

Что такое мат

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В каждой культуре есть моральный кодекс, и если вы его нарушаете, это нужно понимать

«Дать точное определение мата очень, очень сложно», — говорит эксперт, автор книги «Материться — полезно» Эмма Бирн.

Мат это язык, к которому мы прибегаем, будучи в шоке, удивляясь, на радостях, в шутку или чтобы кого-то оскорбить… но как культурный феномен мат работает только в пределах своего «родного» сообщества, лингвистической группы, общества, страны или региона, говорит она.

«Мы решаем, какие слова являются матерными, на основе консенсуса. А этот консенсус во многом основан на том, какие табу существуют в каждой конкретной культуре: где-то очень оскорбляются, услышав название части тела, где-то — название болезни, а в других местах нецензурным считают упоминание функций организма», — объясняет Бирн.

Но мат везде объединяет одно: «Чтобы слова имели эмоциональный вес, вам нужно играть с табуированной в конкретном обществе темой».

Если вы сомневаетесь, то вот еще один критерий от Эммы Бирн: «Это такой язык, который вы бы не стали употреблять в определенных обстоятельствах, например, на собеседовании на работу или первом знакомстве с родителями партнера».

Почему мы материмся?

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Кто-то делает это за рулем

«В стрессовой ситуации или когда происходит что-то неожиданное, выругаться — это как рефлекс. Это по-своему приятно!» — говорит слушатель радио Би-би-си по имени Гади.

Другие слушатели согласны.

«Ситуация, в которой я ругаюсь, может быть радостной, я могу выругаться от удивления, от глубокого сожаления или злости. Это, видимо, самый выразительный способ показать эмоции», — говорит слушатель Михаил.

Наверняка существуют люди, которые вообще никогда не матерятся, но многие из нас поймут, о каком чувстве облегчения говорят слушатели. Мы испытываем его, когда от души ругаемся, некоторые слова как будто заряжены какой-то энергией.

По словам автора книги «Материться — полезно» Эммы Бирн, одна из самых интересных ее находок, это то, что даже люди, перенесшие гемисферэктомию, то есть потерявшие половину головного мозга, не полностью теряют способность к речи.

«Когда человеку удаляют левую половину мозга, или она повреждается, например, из-за инсульта, и этот человек теряет большую часть речевых способностей, то как правило они не теряют способности ругаться матом», — говорит доктор.

«Судя по всему, мы устанавливаем очень сильные эмоциональные связи с некоторыми словами, и они хранятся в нашем мозге отдельно от других слов. Можно удалить часть мозга и способность употреблять язык вдумчиво и спланированно, как я сейчас. Но человек сохранит способность ругаться матом».

Можно ли заменить мат на другое слово?

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В большинстве случаев «работает» только настоящий мат

«Мне было интересно, имеет ли смысл ругаться, когда человек испытывает боль — помогает ли это», — говорит ученый-психолог Ричард Стивенс, глава «Лаборатории мата» Килского Университета.

В лаборатории проводят эксперименты. Один из них, например, заключается в том, чтобы засунуть руку в ведро, полное льда — один раз с матом, второй — используя цензурные аналоги матерных слов, и посмотреть, сколько человек выдержит.

Сотрудники лаборатории обнаружили, что использование настоящего мата работает лучше: матерившиеся люди дольше держали руку в ведре. Подобранные случайно слова не работают вообще — у них нет такого эмоционального веса.

Но как это объяснить?

«Когда человек матерится, его пульс как правило учащается. Это, судя по всему, означает, что мат вызывает эмоциональную реакцию, и мы знаем, что мат — это язык эмоций», — говорит Стивенс.

«Наша рабочая гипотеза состоит в том, что когда люди матерятся, испытывая боль, они искусственно повышают свой уровень стресса, и в игру вступает феномен под названием стрессовое обезболивание, то есть чувствительность к боли снижается, это часть более широкого психологического механизма «бей или беги», — говорит Стивенс.

«Обычно я не матерюсь, — говорит Колин, еще один слушатель. — Но несколько лет назад у меня была травма в горах, и меня пришлось спасать. У меня была дислокация плеча, и с горы меня спускали на санях. Я ощущал каждую кочку и мог только ругаться матом, до самого подножья. Другие слова не помогали.

На разных языках

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

«Черт побери!»

Зная все это, можно ли сказать, что мат во всех культурах ощущается одинаково.

Наши слушатели и здесь готовы прийти на помощь.

«Мат на испанском — очень творческий, — говорит Клара. — Если кто-то действительно зол, они будут материться полными предложениями и рассказывать целые истории, все матом».

Джейн с Мальты говорит: «Самое оскорбительное матерное слово можно перевести как «сперма». И это довольно странно, потому что в других культурах, если обозвать кого-то спермой, то на тебя просто косо посмотрят».

«Русский — лучший язык для мата, — говорит Михаил. Есть столько оскорбительных слов, и любое слово можно сделать оскорбительным! Наша культура мата уходит корнями в литературу, а представить русского, который не матерится, невозможно».

«В мандаринском диалекте китайского есть интересное матерное выражение, означающее «совершить поступок, который коснется чьих-то предков в 18-м поколении, — рассказывает Жаклин. — Можно сказать: «я делаю это с твоей матерью, бабушкой, со всеми предками до 18-го колена». Я иногда говорю так отцу».

Есть еще одно китайское выражение, которое касается черепашьих яиц и поверия, что черепахи женского пола постоянно «ходят налево»… так что обозвать кого-то черепашьим яйцом значит усомниться в том, что кто-то его или ее отец.

Итак, несмотря на то, что мат разный во всем мире, он судя по всему является универсальным аспектом человеческой культуры.

Мат у животных

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Вы удивитесь…

Но материться могут не только люди. Эмма Бирн рассказывает об удивительных экспериментах с шимпанзе, в ходе которых обезьян по сути растили в формате расширенной семьи.

В ходе этого эксперимента американские эксперты по приматам Дебора и Роджер Футс «при шимпанзе общались только на языке глухонемых, и обучили обезьян самым разным словам», — рассказывает эксперт.

В естественных условиях шимпанзе общаются главным образом перебрасываясь фекалиями, однако Футсы превратили это в табу, приучив обезьян к туалету.

«После этого мартышки начали использовать знак, означающий «грязь или фекалии» примерно так же, как англоговорящие люди используют соответствующее слово», — говорит она.

«Они использовали этот знак, чтобы выразить раздражение, чтобы оскорбить и чтобы обозвать соперника «грязной мартышкой», это было для них самым тяжким оскорблением».

Вдобавок ко всему этому, обезьяны начали шутить про фекалии, говорит Бирн.

«Роджер и Дебора Футс пишут, что шимпанзе шлепали себя по подбородку тыльной стороной ладони (это означало «грязный») так сильно, что у них стучали зубы.

Это значит, что вместо перебрасывания фекалиями мартышки начали «перебрасываться» идеей фекалий.

«Мне это показалось самой интересной частью моих исследований: я поняла, что как только появляется табу и способ о нем говорить, возникает мат», — говорит она.

Почему человек матерится и как избавиться от дурной привычки – советы лингвистов

Культура

Получить короткую ссылку

354200

В настоящее время мат завоевывает языковое пространство. Если раньше считалось, что это характерно для условных «сапожников», то теперь использовать обсценные слова на публике не стесняются как рядовые граждане, так и известные медийные личности. Насколько оправдано использование мата в языке и как взять его под контроль, рассказали эксперты

НУР-СУЛТАН, 3 июн — Sputnik. Обсценную лексику некоторые считают богатством любого национального языка, однако эксперты-филологи призывают не забывать, что с этой частью словарного запаса надо обращаться весьма осторожно.

Частое использование «крепких» выражений ради «красного словца» может сыграть злую шутку с их пользователем. Мат имеет свойство выходить из-под контроля человека. Как его «обуздать» и какое значение имеет эта до недавнего времени запретная часть языка, РИА Новости рассказали лингвисты и эксперты по этикету в преддверии Дня русского языка*.

Материться — проще

По мнению педагога-консультанта по этикету и деловому протоколу Татьяны Николаевой, в силу лексического многообразия русского языка при общении можно спокойно обойтись без нецензурной лексики.

«Чтобы это получалось, нужно тренироваться, но многие поступают проще, и поэтому переходят на мат… Если есть привычка употреблять эти самые матерные слова, надо написать их себе в столбик и подобрать к каждому цензурную замену и употреблять именно это, когда очень хочется сказать нецензурно», — отметила специалист по этикету.

Николаева подчеркнула, что правила хорошего тона не допускают использования мата.

Научитесь улыбаться глазами — эксперт по этикету Татьяна Полякова

«Вы понимаете, этикет и мат, может быть, вещи несовместимые, но жизнь есть жизнь. На все есть спрос, тут вопрос уместности, прежде всего, чтобы не оскорбить чувства окружающих при этом… Все мы живые люди, никто из нас не может сказать, что мы таких слов не слышали. Но этикет все-таки требует их не употреблять, чтобы не оскорбить окружающих и их чувства. У всех разный духовный мир, у кого-то он очень ранимый, поэтому употреблять это все-таки не надо», — добавила она.

Что говорит мат окружающим

Профессор кафедры общего и русского языкознания Государственного института русского языка имени А. С. Пушкина Владимир Карасик согласен с тем, что в публичном общении мат абсолютно недопустим, это агрессивная демонстрация неуважения к окружающим.

Названы самые забавные ошибки участников «Тотального диктанта»

«Что же касается приватного общения, то есть общения с теми людьми, которые являются близкими, понимающими и так далее, и это не предназначено для других ушей – это право говорящего. Лучше, конечно, этого не делать, но в приватное общение мы не имеем права входить. Я хотел бы привести вам высказывание Цицерона, который говорил, что самое главное в любом общении – это уместность, это та же самая идея, о которой я говорил. Это главная характеристика речи», — сказал филолог.

Мат в культуре

Говоря о нецензурной лексике в произведениях культуры, Карасик подчеркнул, что творческие люди, используя мат, создают себе имидж.

«Что тут можно сказать? Это расширение своего приватного общения на определенную группу людей. Не только Пушкин, в современной поэзии это часто бывает. Точно так же мы в современной культуре можем столкнуться с очень неприятными видами перформанса самого разного. Тут нужно понимать, что это сразу может многим не понравиться», — отметил филолог.

Николаева, в свою очередь, рассказала о великих русских поэтах, в том числе Пушкине, Владимире Маяковском и Сергее Есенине, которые иногда использовали в своих произведениях мат. Эксперт отметила, что когда им на ум пришли строчки стихов, они предпочли выразить мысль таким образом, «это их право, это не отменяет ценности их личности и ценности их творчества».

*День русского языка отмечается 6 июня в день рождения поэта Александра Сергеевича Пушкина

Влияние мата на здоровье, сознание, жизнь человека

Жизнь сейчас такова, что мат звучит практически везде, даже в местах, с которыми он несовместим, — в образовательных учреждениях, в семейном кругу, в общественных местах. И после очередного столкновения с этой чужеродной разрушительной энергией появилось желание систематизировать мысли, возникающие по этому поводу. Начнем с определения мата, данного в Википедии: «Мат (матерщина, матерный язык, матерная ругань, матюки, (устаревшее) лая матерная) — наиболее грубая, обсценная разновидность ненормативной лексики в русском и в близких к нему языках».

В древнерусских рукописях мат рассматривается как черта бесовского поведения. Произнося нецензурные слова, человек, даже если он делает это невольно, призывает темные силы и участвует в изуверском культе. Матерщина выполняла у славян в функцию проклятья. Например, одно из матерных слов на букву «е», которое имеет славянское происхождение, переводится как «проклинать». Человек, произносящий его, тем самым проклинает себя и окружающих. Человек, который произносит матерные слова, автоматически призывает все самое грязное и больное на себя, своих детей и весь свой род. При этом матерщинник часто выражает удивление и сожаление по поводу серьезных проблем с органами прежде всего мочеполовой системы, онкологических и других заболеваний, продолжая при этом сквернословить.

Здесь уместно вспомнить известную сказку, относящуюся к европейскому фольклору. У девушки, говорившей доброжелательно и сердечно, из уст падали розы. А у девушки, говорившей грязно и грубо, изо рта выпрыгивали жабы и выползали змеи… Какой точный художественный образ.

Что такое «ругательное» слово, что такое «мат»? Есть мнение, что происхождение того или иного ругательства, его этимологическая составляющая не имеют большого значения. Эти слова традиционно считаются «самыми плохими». И когда человек решает их почему-то употребить, то очевидно, что заставляет его так поступить или крайняя злоба, или яростное презрение к кому-то, или полное невладение собой. Мистическая составляющая нецензурной брани — это мистика злобы, кипящей в человеческом сердце, злобы, которая соединяет человека с разрушительными силами Вселенной, делает его рабом, в то время как любовь соединяет с Создателем.

Доктор биологических наук, академик медико-технических наук П. Гаряев опытным путем установил, что хромосомы белка содержат всю информацию, необходимую для формирования живого организма. В ходе многочисленных экспериментов он доказал, что генетический аппарат любого живого существа одинаково реагирует на внешние воздействия, вызывая изменения в генах. Как это происходит? Известно, что человек состоит более чем на 75% из воды. Произносимые человеком слова изменяют структуру воды, выстраивая ее молекулы в сложные цепочки, меняя их свойства, а следовательно, меняя генетический код наследственности. При регулярном отрицательном воздействии слов происходит видоизменение генов, которые влияют не только на самого человека, но и на его потомство. Видоизменение генов ускоряет старение организма, способствует развитию различных болезней и таким образом сокращает срок жизни. И наоборот, при воздействии позитивных слов и мыслей улучшается генетический код человека, задерживается старение организма и увеличивается срок жизни.

Другой ученый, доктор биологических наук И.И. Белявский в течение многих лет занимался проблемой взаимосвязи между словом и сознанием человека. С математической точностью он доказал, что не только человек характеризуется определенным спектром энергии, но и каждое его слово несет энергетический заряд. И слово воздействует на гены, либо продлевая молодость и здоровье, либо приближая болезни и раннюю старость, значительно ухудшая общее качество жизни.

Таким образом, еще раз было доказано, что в сквернословии таится огромная разрушительная сила. И если бы человек мог видеть, какой мощный отрицательный заряд, словно ударная волна взорвавшейся бомбы, распространяется во все стороны от матерной речи, он бы никогда не произнес ее. С матерными словами связано еще одно интересное наблюдение. В тех странах, в национальных языках которых отсутствуют ругательства, указывающие на детородные органы, не обнаружены заболевания Дауна и ДЦП, в то время как в России, например, эти заболевания встречаются нередко. Если человек при выбросе отрицательной энергии вспоминает половые органы, то это оказывает на них негативное влияние. Это явление изучает психосоматика (др. греч. душа и тело) — направление в медицине и психологии, изучающее влияние психологических факторов на возникновение и течение соматических (телесных) заболеваний. Поэтому матерщинники рано становятся импотентами или приобретают урологические заболевания. Сложность еще и в том, что необязательно браниться самому, достаточно нечаянно услышанной ругани, из-за чего страдают заболеваниями и люди, живущие в окружении матерщинников. Конечно, можно и нужно развивать в себе способность противостоять негативным ударам извне. Но даже если такая способность сформирована, сколько сил уходит на постоянную нейтрализацию «лингвистической бомбежки»… Мат употребляют с целью выразить откровенное зло, проявляющееся как гнев и осквернение. Они и выполняют свое предназначение, уничтожая ум, здоровье как производящих матерщину, так и услышавших ее, даже просто случайных прохожих.

Историческая справка. У древних славян мат приравнивался к проклятию. Подобное его применение зафиксировано в славянской письменности. В болгарской хронике слово «изматерили» обозначало не «обругали», а просто «прокляли». На Руси до середины ХIХ века сквернословие не только не было распространено даже в деревнях, но долго являлось уголовно наказуемым. За нецензурную брань в общественном месте даже по Уголовному кодексу СССР полагалось 15 суток ареста. В современной России нецензурная брань в общественных местах влечет за собой административную ответственность — штраф или административный арест на срок до 15 суток, это предусмотрено статьей 20.1 Административного кодекса «Мелкое хулиганство».

Однако запреты не решают серьезных внутренних проблем. Большинство людей признает, что нелитературные выражения унижают человека, но это же большинство тем не менее употребляет эти выражения. Трудно представить хозяйку, выливающую ведро помоев посреди комнаты, но сквернословие является теми же помоями. Детей наказывают за нехорошие слова, а взрослых никто не наказывает, и ребенок, слыша скверное слово, ухмыляется, чтобы потом повторить его. Так замыкается круг.

Когда встречаешь человека, использующего мат, поневоле задумываешься: а все ли у него в порядке с головой? Потому что так часто упоминать в разговорной речи половые органы и половой акт может только больной, сексуально озабоченный человек.

Часто можно услышать, что в мате ничего плохого нет, человек просто сбрасывает негативную энергию, и язык не может обойтись без мата. Однако есть и другое мнение. Язык не просто отражает систему ценностей человека и общества (непотребная лексика, скажем, указывает на явную вульгаризацию таких ценностей), но и мощно воздействует на эту систему, подчиняет ее себе, определяет само мировоззрение человека, его поведение. В результате изменяются характер народа в целом, общественное сознание, ход исторических событий.

Матерщина основана прежде всего (хотя и не исключительно) на гнусно-оскорбительном употреблении слова «мать». Одно из самых высоких понятий для человека принижается до уровня цинично-вульгарного. Здесь уместно привести слова А.П. Чехова: «Сколько остроумия, злости и душевной нечистоты потрачено, чтобы придумать эти гадкие слова и фразы, имеющие целью оскорбить и осквернить человека во всем, что ему свято, дорого и любо».

Ущербность всегда агрессивна, и эта агрессивность проявляется прежде всего на уровне языка. Мат — это «формат» неудачников, слабых, неуравновешенных людей, которые не способны найти свое место в жизни. Мат засоряет язык, разрушает его красоту и стройность, ведет к деградации личности.

Мат затрудняет общение. Матерящийся человек не способен донести свою мысль до собеседника в полном объеме и заполняет сквернословием пустоты, обусловленные собственным скудоумием. Мат — демонстрация неуважения не только к собеседнику, но и к миру в целом, он подрывает доверие между людьми, выставляет того, кто ругается, в самом невыгодном свете. Да, есть социальные слои, где тот, кто не ругается, предстается неполноценным членом соответствующей группировки. Но мы говорим сейчас о мате не с позиций маргинальных кругов, а с позиций нормальных людей.

В медицинской практике есть случаи, когда люди с определенными видами паралича не могут сказать ни одного нормального слова, но без запинки произносят целые выражения, состоящие исключительно из мата. Это удивительное явление свидетельствует о том, что матерная речь формируется по совсем иным нервным цепочкам, не так, как обычная человеческая речь, что наводит на размышления… Ученые, исследуя феномен мата, пришли к выводам, что от его использования страдает общее здоровье человека и снижается общее качество жизни. Они эмпирическим путем доказали, что произнесенное или услышанное матерное слово несет в себе энергетический заряд, который негативно воздействует на человека. Несколько лет исследователи вели наблюдение за двумя группами людей. В одну входили те, у кого в речи был только мат, а вторая группа наблюдаемых вообще не использовала грубых слов. Результаты говорят сами за себя: у людей, применявших мат, обострились хронические заболевания; у членов другой группы состояние организма было значительно лучше, а их биологический возраст оказался на несколько лет моложе их паспортного возраста.

Влияет мат прежде всего на мужскую потенцию и женское здоровье. Мужчина, используя нецензурную лексику, провоцирует формирование бесплодия. Именно мужское бесплодие вызывает в настоящее время особую тревогу у специалистов. На мужской фактор приходится примерно 40% причин бесплодного брака, в последние десятилетия наблюдается необъяснимое с общепринятых медицинских позиций прогрессивное уменьшение числа сперматозоидов в эякуляте. Примерно 6-8% мужчин являются бесплодными. Около 40% приходится на долю женского бесплодия и 20% — на долю смешанного. Организм регулярно ругающейся женщины переходит на функционирование, во многом сходное с функционированием по мужскому типу. Ребенка, который постоянно слышит сквернословие, покидает чувство стыда, а это мостик к будущей деградации. Ругань заметно отражается на интеллекте. Дети существенно отстают в умственном развитии, этот факт научно доказан.

«Слово ласковое — мастер дивных див. Слово — полководец человечьей силы». А иногда так красиво звучит тишина — спокойная, осознанная, доброжелательная.

у людей, которые умело матерятся, богаче словарный запас / Хабр

Если кто-то упрекает вас, что ругаться матом некрасиво, можете смело возразить — наука на нашей стороне. Новое исследование

британских

американских учёных выявило, что люди с хорошим набором ругательств скорее имеют богатый словарный запас, чем вежливые люди без набора ругательств.

Другими словами, если вы знаете много разнообразных ругательств, то вы, скорее всего, умный и интеллектуально развитый человек.

Результаты исследования противоречат распространённому заблуждению, что человек ругается тогда, когда не может подобрать слов, чтобы выразить своё мнение.

В первом эксперименте участвовало 43 человека (30 женщин) возрастом от 18 до 22 лет. Каждый из них должен был за 60 секунд назвать максимальное количество матных, бранных и табуированных слов. Затем, им требовалось вспомнить как можно больше названий животных и назвать их за те же 60 секунд. Исследователи считали тест с именами животных индикатором величины словарного запаса. Это условия стандартных одноминутных FAS-тестов на вербальные способности. В общей сложности участники эксперимента назвали 533 различных ругательства.

Во втором эксперименте принимали участие 49 человек (34 женщины) того же возраста. Условия эксперимента были аналогичными, но только все ругательства и все животные должны были начинаться на букву «а».

В итоговой научной работе, которая опубликована в журнале Language Sciences, исследователи приводят несколько выводов. Например, они обращают внимание на отсутствие значительной разницы в наборе ругательств у мужчин и женщин. Представители обоих полов знают примерно одинаковое количество матных слов.

При этом обнаружена положительная корреляция между количеством известных человеку ругательств и общим словарным запасом.

«Объёмный запас табуированной лексики может скорее быть индикатором здоровых вербальных способностей, а не признаком словарного дефицита, — заключают авторы исследования. — Ораторы при использовании матных слов понимают их общее экспрессивное содержание, а также нюансы смыслов, которые следует иметь в виду для правильного нанесения оскорблений. Способность понимать нюансы смыслов указывает скорее на более, а не менее продвинутые лингвистические способности».

Надо ли запрещать мат?

Ключевые моменты программы:

– В последнее время мат получил очень широкое распространение российском обществе, несмотря на то что эта лексика официально табуирована и ее употребление в общественных местах административно наказуемо.

– Эксперты связывают это с тем, что выросло более свободное поколение, которому доступны разные регистры языка, и эти люди чувствуют фальшь и ложь официальной пропаганды, и таким образом реагируют на все это.

– Еще одна причина: когда можно беспрерывно говорить о высоком (например, о религии или о любви к родине, причем любить родину тебя учат люди, которые сами ее и разворовали), эту сферу заполняет обычная речь, а на место обычной речи поднимается нижний план языка.

– Мат – это выражение скрытой агрессии, а стало быть, и показатель агрессивности, разлитой в общественном сознании.

– Язык реагирует на атмосферу насилия и милитаризма, которой очень много в обществе, причем она как раз во многом исходит от тех людей, пытающихся табуировать мат.

– Чем больше запретов, тем больше протеста: одной из таких форм протеста и является мат на улицах.

В последнее время мат все чаще и чаще можно услышать на улице, причем от девушек, от детей

Сергей Медведев: Когда, наши дорогие зрители и слушатели, вы последний раз ругались матом? Лично я ругался совсем недавно – по дороге на этот эфир, когда ехал за рулем машины, и меня подсекали. Но ругался я про себя!

В последнее время мат все чаще и чаще можно услышать на улице, причем от девушек, от детей, от групп школьников, которые идут и совершенно свободно разговаривают матом, чего совершенно не было во времена моей школьной юности. Стал ли мат еще более распространен в нашей жизни, чем прежде? Подробности в сюжете Антона Смирнова.

Антон Смирнов: «Мат», «матерщина», «матерная ругань» – все это названия бранных слов, не допускаемых общественной моралью. Нецензурная брань в общественных местах может караться административно. И если раньше матерная лексика использовалась осознанно, как гипербола, как словесное оружие, то в наши дни ситуация изменилась. Этот пласт лексики повсеместно проник в современный русский язык.

Матерятся все – от банковского топ-менеджмента до школьников и их учителей. Матерщина перестала быть своего рода оружием русского языка и зачастую не осмысляется как запрещенная лексика. Скорее, теперь мат выступает в качестве дискурсивной и повсеместной лексики, тем самым опрощая современный русский язык.

Матерятся все – от банковского топ-менеджмента до школьников и их учителей

Пожалуй, единственная сфера, где матерная брань сохраняет статус особой лексики, – это литература. Именно в ней он используется осознанно, как стратегия, направленная на освобождение языка от излишней серьезности.

Сергей Медведев: Обсудить проблему мата в русской жизни и в русском языке мы пригласили филолога Гасана Гусейнова, профессора Школы филологии Высшей школы экономики, и режиссера Владимира Мирзоева.

Полная версия программы

Меня удивляет, как свободно начинают разговаривать на этом языке 12–15-летние школьники.

Гасан Гусейнов: Люди чувствуют себя свободнее. Мат в публичном пространстве не изучался на протяжении многих десятилетий, и поэтому многие так болезненно на это реагируют.

Люди чувствуют себя свободнее

Сам мат прекрасно описан. Когда-нибудь из вас читал подробное исследование объяснений, которые дает матерному языку, например, Федор Михайлович Достоевский в «Записках из мертвого дома»? Не читали! Потому что об этом никогда не говорилось, а тема очень известная. На эту тему написана масса книг немцами, американцами…

Сергей Медведев: Потому что есть десятки ситуаций, в которых он используется.

Гасан Гусейнов: Конечно. И есть простая гипотеза, которая объясняет, почему это так. Я думаю, это больше говорит о нас с вами, чем о самих молодых людях. Они выросли в воздухе свободы, и им доступны разные регистры языка, не говоря уже о том, что они чувствуют всю эту фальшь и ложь, которая течет сверху. Они реагируют так, и это будет усиливаться.

Сергей Медведев: Владимир, вы тоже считаете, что это признак освобождения языка и раскрепощения морали?

Владимир Мирзоев: Я думаю, стоит поговорить вообще о лексике, табуированной в культуре. Невозможно материться на сцене, невозможен мат в кинематографе, на телевидении.

Сергей Медведев: Это после нового закона от 1 июля 2014 года?

Владимир Мирзоев: Да, конечно. Возник целый ряд табу, связанных с этой лексикой. Естественно, молодые люди, которые чувствуют, что кто-то пытается управлять их сознанием через язык, на это реагируют. И чем больше будет табу, тем больше вы будете слышать мата на улицах – это неизбежно.

Чем больше будет табу, тем больше вы будете слышать мата на улицах – это неизбежно

В сюжете хорошо сказано, что это гипербола. Разве наша жизнь не является гиперболой? Оглянемся вокруг – это же все выглядит как невероятное преувеличение, чего не коснись, в том числе и табу – они невероятно преувеличены! Их значение перекрывает все смыслы. На самом деле эти табу необходимы как инструмент манипуляции, не более того. В реальности никто не заботится о нашей нравственности и чистоте нашего языка.

Сергей Медведев: Это в каком-то смысле часть той большой сферы, которую я бы назвал биополитикой, – это регламентирование человеческой телесности: все эти демографические законы, начиная с «закона Димы Яковлева» и кончая законом о гомосексуальной пропаганде. В данном случае государство как бы заботится о здоровой речи.

Гасан Гусейнов: Да, государство, конечно, пытается влезть везде, где можно, а вернее сказать, даже не государство, а люди, которые объявляют себя носителями государственной идеологии.

Здесь есть еще одно важное обстоятельство. Дело в том, что в культуре табуируется ведь не только низменное, но и возвышенное. И когда снимается табу с возвышенного, когда каждый человек может говорить о боге, постоянно пустосвятствовать… Вот ответ на пустосвятство – это как раз мат. Потому что когда можно беспрерывно трындеть о высоком (например, о любви к родине: любить родину тебя начинают учить люди, которые сами, может быть, ее разворовали), в этот момент у тебя эту верхнюю сферу заполняет обычная речь. Тебе же надо как-то выражать свои чувства, и обыденная речь у тебя поднимается наверх. А что делать внизу? Нижний план языка поднимается и становится обыденной речью.

Ответ на пустосвятство – это как раз мат

Приведу очень просто доказательство. Русский язык необычайно гибок, он умеет обрабатывать иноязычные слова, но и матерные слова он делает пригодными для обыденной речи. Вот когда говорят, например, «блин», или «ёж мою мышь», или «елки-палки», то ведь люди прекрасно знают выражения, которые они заменяют этими словами. Это значит, что у нас грандиозное пиршество лицемерия. Человек, говорящий «блин», прекрасно знает, что он заменяет этим «блином», и исходит из того, что другой тоже это знает. Человек-цензор, который печатает вместо какого-то слова три точки, исходит из того, что читающий понимает, какое это слово!

Такого рода цензура является чистым, неприкрытым лицемерием. И нормальный человек, в том числе ребенок, подросток, конечно, не может терпеть это лицемерие. И это, конечно, проблема взрослого общества. Мы прекрасно знаем, что наше общество в этом смысле совершенно не взрослое.

Например, вы упомянули гомофобную политику последних лет. Она совершенно безобразна – в каком смысле? Это действительно биополитика, которая возвращает население в состояние советского лицемерия, но главным образом дикарства! Можно было быть уже вполне сведущими людьми и понимать, что есть такая природа, и есть культура, которая приспосабливается к этой природе. И транслировать пещерные представления под видом какой-то там древней традиционной культуры – это верх лицемерия!

Сергей Медведев: Это сознательная архаизация.

Гасан Гусейнов: Да, и, конечно, люди отвечают на это соответствующим образом, архаичным же языком. Ты думаешь, что ты сейчас все прикроешь, и все будут контролировать два попа – решать, что правильно, а что неправильно. Не будут они контролировать! Их будут ловить на том, что они запрещают.

Сергей Медведев: Владимир, вернемся к детскому мату. Меня это немножко коробит. Я понимаю, что это как бы акт языковой трансгрессии, ответ на лицемерие взрослой речи. Но это же какие-то неосознанные речевые акты?

Как только возникли эти табу, я, не любящий мат на сцене, счел, что мой долг – пользоваться этим языком

Владимир Мирзоев: Я думаю, это происходит интуитивно. Я вот, например, к мату на сцене отношусь скорее плохо как режиссер, но как зритель – нейтрально. Я считаю, что мат дает на сцене довольно горячую энергию, которая сжигает тонкую атмосферу, с таким трудом создаваемую в театре. Но как только возникли эти табу, я, не любящий мат на сцене, счел, что мой долг – пользоваться этим языком, потому что культура занимается табуированными вещами: касаются ли они языка, психологии, политики – чего угодно. Для этого и нужен театр, нужна культура – чтобы работать с табу. Следовательно, дети, которые чувствуют, что кто-то пытается контролировать их сознание через язык, интуитивно реагируют на это, и по-другому быть не может.

Сергей Медведев: То есть государство проводит границы, и культура тут же выходит на эту границу, начиная где-то ее тестировать и прогибать?

Владимир Мирзоев: Совершенно верно.

Сергей Медведев: Но ведь русское общество материлось всегда. Или всегда в российской жизни были периоды лицемерия? Насколько вообще мат является неофициальным вторым русским языком? С какой эпохи это начинается? Ведь мы читаем матерные «Заветные сказки» Афанасьева и даже пушкинский язык, и понимаем, что эта табуированная лексика уже по меньшей мере сотни лет находится в крестьянском языке.

Мат – это ответ на идеологию

Гасан Гусейнов: Но тут нужно иметь в виду, что свою нынешнюю функцию мат приобрел в условиях очень развитой письменности и печатного слова, в условиях, когда носитель языка стал грамотным и обнаружил, что его собственная речь – это крошечный сегмент наличного гигантского словаря текстов, которые написаны на этом языке.

Гасан Гусейнов

Читатель «Современника» в XIX веке или читатель толстых романов прекрасно понимает, как незаметна эта особенность его устной речи на фоне громадного словаря. И начинается игра с матерным словом, для того чтобы это слово не прожигало. В советское время на это наложилась идеология. Мат – это ответ на идеологию.

Свою нынешнюю функцию мат приобрел в условиях очень развитой письменности и печатного слова

Есть некий верх жизни – православие, но есть и низ, есть бог, и есть черт. И если ты живешь в этом мире, то ты должен понимать эти слова. В общем, я вижу, что люди очень редко пользуются ими в реальности. Так говорят в неких средах – в армии, в каких-то закрытых сообществах. А в публичной сфере в этом нет необходимости.

Сергей Медведев: О роли мата в современной русской жизни и культуре рассуждает поэт Кирилл Корчагин.

90-е годы мат играл освобождающую, подрывную роль

Кирилл Корчагин: Предубеждений у меня нет, хотя я стараюсь трепетно относиться к людям. И в тех случаях, когда я подозреваю, что человек может на это нервно реагировать, я предпочитаю держать себя в руках, хотя иногда чувствую себя таким персонажем из 90-х – Виктором Степановичем Черномырдиным, которому, как известно, в повседневной речи не хватало матерных слов. Иногда из-за этого возникают какие-то странные паузы.

В 90-е годы и в жизни, и в литературе, и в искусстве было очень много мата. Он играл освобождающую, подрывную роль. Это было интересно, хорошо и правильно. Во многом это ушло уже во второй половине 2000-х, и сейчас этого мало. С этим ушел какой-то дух – может быть, свободы. Ведь мат – это самый простой способ освободить и тексты, и искусство, и все, что угодно. Честно говоря, хотелось бы, чтобы это в каком-то виде вернулось.

Дело еще и в том, что вошла в моду какая-то такая серьезность во всем, как бы стремление решить все проблемы напролом, без попытки иронически от них отстраниться. А мат в искусстве – это во многом признак иронии и дистанции по отношению к объекту.

На художественные языки не должно быть никаких ограничений. Без иронии дело не выгорит. И художники, поэты, писатели должны делать все, чтобы как-то вернуться к той языковой свободе, призрак которой существовал в 90-е. По факту так и происходит.

На художественные языки не должно быть никаких ограничений

В сообществах интеллектуалов, художников мат функционирует, скорее, как в английском языке, то есть он практически не маркирован. Но за пределами этих сред мат во многом до сих пор табуирован: это страшная лексика, которую используют мужики в гаражах. Эту ситуацию надо разрушать всеми возможными средствами.

Гасан Гусейнов: Я думаю, поэты как раз и разрушают эти границы. Причем в тех случаях, когда везде царит мат, они готовы его убрать и обратиться к высокой речи, а когда его запрещают, они, наоборот, готовы дать ему маленькую комнатку, где он может существовать.

Но главная опасность в наших рассуждениях состоит в том, что мы противопоставляем мат всему остальному языку, тогда как в языке гораздо больше менее приятных вещей, чем мат: например, всякое сюсюканье, всякие словечки, которые не имеют никакого смысла, но люди ими пользуются. Хотя, конечно, мат очень неприятен в качестве речевой смазки, и это очень глупо и нелепо. Мы же не используем сливочное или растительное масло вместо перца, а здесь происходит именно это.

И, конечно, тут есть проблема насилия. Мат – это ведь выражение скрытой агрессии. Что такое мат? Это всего несколько слов, которые описывают половой акт в его насильственной грубой форме – все, больше ничего за этим не стоит! И то, что в нашем языке это превратилось во что угодно: этими словами можно заменить все остальное, – это до некоторой степени такая гипербола насилия на микроуровне.

Сергей Медведев: В общественных отношениях все это проникает на уровень грамматики.

Мат – это выражение скрытой агрессии

Гасан Гусейнов: И на уровень самых глубоких реакций. Когда мы материмся в ответ на то, что кто-то нас подрезал, это означает, что мы готовы к насилию по отношению к себе.

Сергей Медведев: Мат – это разрядка эмоциональной ситуации. В армии говорят, что без мата армия просто рассыплется – это скорость отдачи команды, это передача всего нужного клубка эмоций при этой команде.

Владимир Мирзоев: Да, язык реагирует на атмосферу насилия, на агрессивную атмосферу, которой очень много в обществе. И что интересно: она как раз во многом исходит от тех людей, которые пытаются табуировать мат. Никому в голову не приходит, что мат – это реакция на милитаризм, на культуру насилия, которая сегодня является основным инструментом управления обществом. В беззаконном обществе остается один закон – закон насилия. Конечно, это эмоциональная реакция на эту ситуацию, в том числе и у детей, которые чувствуют атмосферу, но у них нет аппарата рефлексии, чтобы понять, что происходит, с чем они имеют дело в политическом и социальном смысле. И если мы хотим, чтобы наши дети не матерились, нужно менять атмосферу в стране, искоренять культуру насилия, милитаризма как такового.

Сергей Медведев: Гасан, часто говорят о тюркских корнях мата.

Гасан Гусейнов: Нет, это древнегреческий, древнеславянский, индоевропейский – старые корни.

Сергей Медведев: И это, по-моему, имело какие-то обрядовые значения в связи с культами плодородия.

Гасан Гусейнов: Да. Вот известное слово из трех букв – это просто «шишка». Мы активно используем слово женского рода «хвоя», а в мужском роде «хвой» – как брат и сестра.

Язык реагирует на атмосферу насилия, на агрессивную атмосферу, которой очень много в обществе

Владимир Мирзоев: Мат имеет отношение к карнавалу и к внутренней необходимости смены полюсов, к неким перевертышам, о которых сейчас, я думаю, говорят не только интеллигентные люди, но и школьники: что все в нашем мире слишком статично, что эти полюса застыли, они заморожены. Это касается и социальной жизни, и политики, культуры. Все это хотят заморозить, поэтому карнавал, ирония, юмор, в том числе и юмор, связанный с низом, тоже становится инструментом расколдовывания этой заморозки.

Сергей Медведев: Действительно, и периоды острых общественных перемен, общих сломов тоже всегда сопровождаются матом. Например, Всешутейший собор Петра Великого (устраивали матерные литургии) – это некая реакция на резкий слом российской общественной жизни.

Владимир Мирзоев: Сорокин – главный писатель 90-х, да во многом и нашего времени: феномен, связанный с этим.

Сергей Медведев: Да, 90-е в этом отношении – огромное раскрепощение. Я вспоминаю некие тексты, которые возникали из контркультуры: например, «Низший пилотаж», «Срединный пилотаж» Баяна Ширянова. В театре, по-моему, раскрепощение произошло с новой драмой, когда пришел этот язык.

Владимир Мирзоев: Конечно. Это все очень связано с кризисными ситуациями в жизни.

Сергей Медведев: А сейчас в театре этот язык может себе позволить только «Театр.doc»?

В беззаконном обществе остается один закон – закон насилия

Владимир Мирзоев: Ну, есть какие-то маленькие независимые театрики, которые пытаются не сдаваться, но это, конечно, очень трудно, потому что оппоненты, апологеты культуры насилия, в общем-то, несмотря на весь свой постмодернизм, все-таки смертельно серьезны. И вот эта смертельная серьезность противостоит карнавальной культуре, в том числе и мату.

Владимир Мирзоев

Сергей Медведев: Гасан, вы, совершенно не смущаясь, используете мат у себя в фейсбуке. Вы не боитесь какой-то санкции за это?

Гасан Гусейнов: Во-первых, это более-менее приватное пространство. Во-вторых, я исхожу из того, что филолог должен описывать реальность. Вот она такая. Я все время езжу в электричках, в трамваях, хожу по улицам. Вчера зашел в «Бургер Кинг», и там сидела группа молодых людей лет по 16-17, наверное, еще школьники. И они говорили на этом языке, посматривая на меня в ожидании: «А вот сейчас этот гриб нам что-то скажет»… А гриб им ничего не говорит, наоборот, я сижу и наматываю на ус. (Смех в студии.)

Сергей Медведев: А конструкции-то хоть новые, интересные?

Гасан Гусейнов: Нет, к сожалению, ничего нового. У девчонок еще довольно интересно, они придумывают какие-то словечки, а вот у мальчиков это как раз такая речевая смазка – просто через каждое слово. Я думаю, без иронии, без какой-то дистанции это невозможно воспринимать. Конечно, можно сказать: «Куда смотрит школа, родители?! Как это так?!» А потом ты думаешь: «Ну, а что эта школа? Разве училка, которая им объясняет, что не надо ходить на митинги, надо слушаться старших, является для них авторитетом?» Конечно, не является.

Проблема российского общества в том, что здесь нет речевых авторитетов

Проблема нашего общества еще в том, что у нас нет речевых авторитетов. Мы все время слышим матерный или полуматерный подтекст в речах политических деятелей верхнего уровня. Естественно, возникает вопрос: «Почему именно эти люди должны быть для меня авторитетом?!»

Кроме того, у нас сейчас масса иностранных заимствований. А с иностранщиной очень сложные отношения у всех мировых языков: они как-то ее обрабатывают, иногда дополняют. Мы все знаем, что делают с фотошопом: что-то там надо отфотошопить, и сразу же возникает замена «ш» на «ж». И это естественный процесс в языке. Язык немножко снижает чужое.

Сергей Медведев: А вообще, филологи много изучают мат. Я, например, вспоминаю совершенно упоительный разбор Александром Жолковским фразы «нам татарам все равно: что любить подтаскивать, что любленных оттаскивать». Там текст страниц на 50.

Гасан Гусейнов: Это как раз и есть ощущение свободы, и это прекрасно! И Юрий Левин этим занимался.

Сергей Медведев: А насколько словарь русского мата Плуцера-Сарно – серьезная филологическая работа?

Гасан Гусейнов: Это очень серьезная работа, но у нее есть одна проблема: она выделяет из очень большого поля языка только этот сегмент и делает его главным.

Вот второе издание словаря Даля, который сделал Бодуэн де Куртенэ в 1918 году, надо было бы переиздать: там матерный язык просто включен в фон словаря, и он там растворен.

Сергей Медведев: В дальнейших изданиях словаря Даля этого уже нет.

Владимир Мирзоев: Если вы сейчас набираете в интернете, скажем, синонимы к слову «убей», то мат включен число в нормальных синонимов.

Сергей Медведев: В сетевом тезаурусе это абсолютно не так, как в словаре Даля.

Владимир Мирзоев: А молодежь-то не лезет к книжкам, она тут же в сети ищет то, что ей необходимо, а там все присутствует – никаких проблем. Там язык живет в своей полноте.

Сергей Медведев: Я слышал: природа русского языка дает такое огромное разнообразие матерных слов и словообразований, что мало какой язык может приблизиться к богатству этого матерного тезауруса.

В этом и состоит глупость запретов: ты вводишь запрет, и у тебя матерным становится обычное слово

Гасан Гусейнов: Речь скорее идет об иронически-саркастическом обыгрывании к случаю. Понятно, что если мы берем все эти суффиксы или окончания: «-ня» (фигня, чертовня и так далее), то матерное слово очень легко подтягивается к таким ситуациям. Понятно, что мы можем использовать таким образом слова, заменяя одну или несколько букв. Например, человек может сказать: «Мне это остолбенело», и все прекрасно понимают, что ему и как, но при этом человек знает исходное слово. И в этом большая проблема.

У нас это богатство – как раз следствие запретов, табуирования. В этом и состоит глупость запретов: ты вводишь запрет, и у тебя матерным становится обычное слово. Мы это видим на примере обычных языковых суеверий, которые все время наблюдаем. Сейчас, например, нельзя говорить «последний», надо говорить «крайний». Это какой-то бред!

Сергей Медведев: Это пошло из языка саперов и летчиков.

Гасан Гусейнов: Нельзя сказать «садитесь», обязательно говорят «присаживайтесь». Вот этот план языка – это тоже ответ на табуирование. Мне кажется, гораздо лучше, когда человек время от времени в сердцах матерится, чем когда этот же человек говорит: «Ой-ой, не говори «садитесь», только – «присаживайтесь». Масса нелепейших речевых суеверий!

Владимир Мирзоев: Мне кажется, это тоже часть архаики, навалившейся на культуру. Это ветерок с той стороны.

Сергей Медведев: Об особенностях использования матерной речи рассуждает поэтесса Екатерина Захаркив.

Екатерина Захаркив: Когда что-то явлено в ситуации вседозволенности, это становится некоторым диктатом – выбирай из огромного количества, когда ты уже ничего не хочешь выбирать. И мат в таком случае становится наиболее агрессивным каналом реакции на эту гиперинформированность пространства, в котором мы находимся. Это показатель того, что и внутренний личностный контроль сильно ослаблен. Мне не очень симпатичны такие ситуации.

Граница табуированности мата проходит по человеческой осознанности

Если исчезнет институт семьи и институт иерархической лестницы воспитания, в том числе языкового, возможно, исчезнут и все табу в языке. Пока все это продолжает существовать во всей красе.

Но условно табуированные вещи в языке останутся. Я не вижу в ближайшем будущем вариантов иного развития событий. Да, в качестве художественного высказывания я, можно сказать, даже поддерживаю использование мата, потому что при восприятии произведения искусства человек как раз находится в наиболее контролирующем, осознающем себя состоянии. Он прекрасно понимает или, по крайней мере, пытается понять, зачем здесь используется этот мат. И, как правило, он там совершенно не случайно. И даже если он делает вид, что он там случайно, это все равно некая стратегия на освобождение, на ответную реакцию в ситуации гиперинформирования. В художественном высказывании я ни разу не попадала в такие ситуации, когда я чувствую, что меня это трогает и кажется излишним.

Для меня граница табуированности мата проходит по человеческой осознанности. Это значит, что если мат используется как осознанная стратегия (например, в художественном высказывании) или даже как агрессивный выпад в сторону человека во время ссоры или агрессивной коммуникации, то это вполне может быть дозволено. Но если мат неосознанно используется в быту, в дружеской коммуникации и, как говорится, между делом, тогда это просто показатель низкого уровня культуры человека и его внутреннего состояния бесконтрольности и речевой распыленности.

Сергей Медведев: А тут должно быть какое-то государственное регулирование? Или вы, Гасан, вообще против всякого нормативного регулирования этой речи?

Речь – это результат культурных договоренностей

Гасан Гусейнов: Я совершенно не против этого. Я считаю, что есть какая-то область, в которой просто неуместно использование некоторых слов. Но как только появляется слово «вседозволенность»… Ну, какая вседозволенность?! Мы же прекрасно понимаем, что речь – это результат культурных договоренностей. Даже когда выключатся все микрофоны и камеры, мы не перейдем в разговоре друг с другом на матерный язык.

Владимир Мирзоев: Не факт! Я уже чувствую дискомфорт – целый час сдерживаюсь! (Смех в студии.)

Гасан Гусейнов: Я все-таки думаю, что не перейдем. Когда мы рассказываем нашим студентам о разных явлениях в культуре, мы тоже не переходим непосредственно на этот язык. Нам нужно до некоторой степени смириться с противоречивостью нашего бытия: прежде всего, с тем, что правильное – это вовсе не обязательно то, что нам нравится. Матерная речь может не нравиться, но в определенных социальных и бытовых ситуациях она может оказаться правильной.

А с точки зрения места государства в этой истории… Я вообще хотел бы, чтобы государство стало немножко другим. Мне бы хотелось, чтобы его институции формировались не так, как сейчас. И, как только они начнут формироваться нормально, выяснится, что масса людей просто удивятся нашей постановке вопроса: да какое нам дело до того, как они говорят?

Когда начнет уходить физическое, телесное насилие, начнет уходить и агрессивный мат

Конечно, надо объяснять детям речевые ситуации, недопустимость насилия. Уже к детскому саду они должны понять, что чужое тело неприкосновенно: его нельзя бить, толкать. А почему они дерутся? Потому что видят, как мамаша шлепает своего ребенка. И как только маленький ребенок осознает, что от матери он не только ждет защиты, но может и огрести побои, у этого ребенка ломается картина мира. И в этой сломанной картине мира мат начинает играть очень большую роль. Поэтому начинать нужно с мамаш, с папаш, с этих микрогрупп, в которых к детям применяют насилие. И когда насилие физическое, телесное начнет уходить, в эту минуту начнет уходить и агрессивный мат в этой внутренней коммуникации.

Сергей Медведев: Куда может завести эта политика регулирования? Как бывший курильщик я приветствую то, что появились пространства, свободные от курения. Но умом либертарианца я понимаю, что нарушаются некоторые права. И мне кажется, что с матом может произойти то же самое: будут какие-то определенные салоны брани, закрытые просмотры кино, где будет мат.

Владимир Мирзоев: Это уже есть: на кинофестивалях мат допустим.

Сергей Медведев: Потому что там не нужно прокатного удостоверения.

Невозможно всех заткнуть: люди будут говорить

Гасан Гусейнов: Я бы поспорил с этим сравнением, ведь можно курить, а можно и не курить, но, например, нельзя не заниматься половой жизнью. Ограничить эту тему в обществе невозможно, потому что люди существуют ради того, чтобы продолжался род и просто получать удовольствие. И невозможно всех заткнуть: люди будут говорить. И там, где есть эта потребность в речи, нелепо пытаться насильственно ее регулировать! Это всегда приведет к обратному результату.

Владимир Мирзоев: Но обратите внимание, что власть в этом очень последовательна. Ведь попытка регулировать экономику, попытка ввести разновидность государственного капитализма, попытка регулировать выборы, попытка регулировать все с помощью бюрократии логична, если они пытаются регулировать, в том числе, и язык. Это как бы следующий шаг. Это, видимо, попытка рационализировать то, что невозможно рационализировать, то, что должно свободно расти и развиваться, просто естественно существовать.

Иными словами, наши власти хотят выстроить свой космос. Они считают, что вокруг них хаос, а они хотят создать космос, но на самом деле вокруг них космос, а они привносят в этот космос хаос. И это корневая ошибка, в том числе и по отношению к языку.

Мат – это огромная часть национального фольклора, национальной культуры

Сергей Медведев: Абсолютно обратный эффект: то, что государство хочет предотвратить, то и получается. Так вышло с Украиной: хотели предотвратить ее западный дрейф и вступление в НАТО, а получилось ровно наоборот. То же самое получается и с матом: хотели отрегулировать, а в результате мат выходит на улицы.

Мат – это огромная часть национального фольклора, национальной культуры. И это в каком-то смысле культура вообще, потому что культура, наверное, возникает там и в тот момент, когда человек вместо того, чтобы ударить своего оппонента, обругал его. Помните об этом, когда в следующий раз задумаете употребить какое-либо табуированное слово.

значит честный? / Авторские материалы / Радиостанция «Вести FM» Прямой эфир/Слушать онлайн

Если человек матерится — значит не врет! К такому выводу пришли ученые из Нидерландов. Они провели исследование и доказали, что люди, которые используют в речи бранную лексику, чаще говорят правду. В качестве довода они приводят в пример избранного президента США Дональда Трампа — он во время своих выступлений также употребляет крепкие словечки. И делает это намеренно, уверены специалисты, чтобы подчеркнуть свою честность. Впрочем, русские ругаются вовсе не из-за честности, говорят отечественные психологи и филологи. Тему продолжит корреспондент «Вестей ФМ» Татьяна Григорьянц.

276 добровольцев, соцсети и шкала лжи по Айзенку — всё что понадобилось нидерландским ученым, чтобы оправдать сквернословов перед обществом. Мол, ругаются они не от скудности речи, а от избытка чувств. Испытуемых попросили перечислить любимые бранные слова, затем предложили заполнить опросники со шкалой лжи по Айзенку. Анкеты были не простыми, а с хитростью: несколько ответов были заведомо ложными. Полученные данные ученые сопоставили со списком любимых ругательств. Оказалось, что люди, склонные ко лжи, реже использует бранную лексику. А вот сквернословы почти никогда не ставят своей целью кого-то обидеть! Выводы интересные, но весьма спорные, говорит психолог Анна Иотко. Сама жизнь их не подтверждает, уверена она:

«Если мы проанализируем социальные элементы, которые «профессионально» используют мат, то среди них будет гораздо больше мошенников и преступников. И более-менее культурные, интеллигентные люди используют другую лексику, но это не значит, что среди них все — вруны! Наоборот, они умеют открыто и честно общаться. Мне удивительны такие выводы, и я в жизни не вижу им подтверждения«.

Есть множество других примет, позволяющих определить, врет человек во время разговора или нет, поясняет Анна Иотко. И бранных слов среди них нет:

«Если слова не повторяются, громкость, тон, скорость разговора соответствуют теме, если человек не зацикливается на одном и том же, если он достаточно открыт к разным темам разговора, скорее всего, он честен».

Психолог Марат Латыпов в целом согласен с коллегой. Хотя, по его мнению, нидерландские специалисты, несмотря на некоторую ограниченность своего эксперимента, не так уж далеки от истины. По крайней мере можно назвать их выводы логичными:

«Как правило, крепкие словечки в обычной жизни не употребляются. И если человек их начинает использовать, то он говорит правду… То есть он сдерживает себя обычно. Соответственно, если он это проговаривает, то и другие его слова являются правдой. Второе: ненормативная лексика часто привязана к эмоциям человека, к его чувствам, содержанию. То есть он выражает при помощи таких вот резких словечек свои чувства и эмоции».

Или прибегает к ругательствам, когда все аргументы уже кончились, а очень хочется донести свою позицию, как героине Людмилы Гурченко в известной картине «Любовь и голуби»:

Что голландцу хорошо, то русскому… Ну, если не смерть, то точно не благо. Слишком разные народы, говорит профессор Московского педагогического университета Янина Солдаткина. И ругаемся по-разному. Но у россиян ругательства, как правило, — это показатель несдержанности. К искренности и честности это не имеет никакого отношения, замечает профессор:

«Разные даже степени запретности, поскольку наши слова исторически связаны с наименованием сакральных действий, сакральных частей тела, которые не упоминаются в обыденной жизни. У них нет этого в таком количестве, в таком богатстве словоформ и в таком четком виде, как в русском языке».

А посему российские специалисты приглашают голландцев в нашу страну, чтобы завершить свое исследование. Возможно, они сделают и более удивительные выводы.

 

Почему люди матерятся? Мат — следствие неуверенности в себе

— Начиная разговор о мате, уточним, что мы говорим не о тех людях, которые раз в год могут выругаться в сердцах, а о тех, которые приправляют всю свою речь матерными словами. Эти люди явно отличаются от тех, которые не матерятся. Какие психологические причины могут подвинуть их к этому?

— Эти психологические причины легко понять на основе нашего с вами обывательского опыта. Что такое мат как языковый институт? Это какая-то табуированная часть языка, то есть язык, которым нельзя разговаривать. Странно: почему должен существовать язык, на котором нельзя разговаривать? Он есть, но говорить на нем нельзя. Если над этим противоречием задуматься, тогда чисто логически становится понятно: он нужен, чтобы показать, что я этот культурный барьер проламываю, я с ним не считаюсь. Вот я какой мощный, вот я какой крутой, вот я какой независимый!

Это инструмент, регулирующий отношения. Можно сказать, что мат у людей — аналог рычания у животных, предупредительный сигнал: я небезопасен.

Люди чаще матерятся, когда у них обостряется потребность в защите, в самоутверждении. Это не от бескультурья и не от избытка сил. Наоборот, это судорога неуверенности в себе, это состояние, в котором человек особенно жадно прибегает к внешним атрибутам своей значимости. Проще говоря, чем больше люди перепуганы, тем больше они матерятся!

Испуганы мы бываем по самым разным причинам. Из расшифровок «чёрных ящиков» известно: последним, что говорят пилоты, успевшие понять неизбежность гибели, является не слово «конец», а его матерный аналог.

Но вы спрашиваете о других людях, которые матерятся вроде бы безо всякой видимой причины. В таких случаях причиной является другой страх, действительно невидимый и не сознаваемый самими «матерщинниками», но сильный: это страх собственной несамодостаточности, безотчётный страх того, что «я плохой», и что меня за это ждёт наказание.

Есть другое представление о том, почему люди матерятся: это представление о «дурном примере», от которого все родители хотят оградить своих детей. Кажется, что если ребёнок услышит «много новых слов» от приятеля, он захочет ему подражать и тоже начнёт материться.

Это поверхностное представление. Ведь этот пример матерщины (и любой другой агрессии) предъявлен более-менее всем на свете детям и подросткам. Но все по-разному ему следуют, все с разной податливостью ему подчиняются. И с большим энтузиазмом ему следуют неуверенные в себе люди. Чем меньше чувство самодостаточности, тем больше желание сойти за своего.

— Но ведь есть примеры крутости и самодостаточности совершенно другого рода. Есть люди интеллигентные, умные. Почему из всех примеров крутости будущие матерщинники выбирают именно такую крутость?

— Крутость для них важна именно как физическая внешняя защита. Ведь им страшно!

Еще раз вернемся к природе матерщины. Какое впечатление на нас этот язык производит? Прежде всего, впечатление повышенной агрессивности. От матерщины до удара гораздо меньше дистанция, чем от корректной фразы: «Ну, Васильич, ты меня и удивил» (как в известном анекдоте). И поэтому перепуганные люди энергично матерятся. Мол, не тронь, а то вот-вот ударю. И поэтому для детей, которые чувствуют себя незащищенными, подлежащими заслуженно плохому обращению с собой, это такой заманчивый щит.

— А можно предположить, что влияют такие факторы, как недостаточность словарного запаса? Человек не знает, как выразить свою мысль или эмоцию. И вот он прибегает к этим словам. Возможна такая связь: человек недостаточно читал книжки, поэтому у него не хватает чисто выразительных средств?

— Нет, такой прямой связи нет. Если у психологически сохранного человека не хватает слов, чтобы выразить какое-то тонкое чувство или описать какую-то новую реалию, он может испытывать затруднения, может прибегать к междометиям, «мекать — бекать», но у него не будет потребности материться. Тем более что мат заменяет пустоты в эмоциональном плане, но не в смысловом, он не помогает собеседнику лучше понять: о чем, собственно идет речь.

На самом деле связь между бескультурьем и матом есть, но не прямая, а, так сказать, опосредованная. Нехватка слов для выражения тех самых тонкостей возникает от того, что ребёнок этих слов просто не слышит. Это ребёнок, в чьей семье говорили в основном на конкретные материально-хозяйственные темы. «Дай соль. Уже поздно. Сколько раз тебе повторять». А о тонких чувствах не говорили, красотой не восхищались, чужому горю не сочувствовали. Значит, в той семье не говорили и о чувствах самого ребёнка, и его переживаниями не сочувствовали. Так и формируется неуверенность ребёнка в себе, чувство непринятости, которое потом провоцирует его на «матерщинную защиту».

— Имеется в виду неблагополучная среда в психологическом и нравственном отношении, или то, что окружающие матерятся, и это как заражение?

— Это одно и то же. Внешне это может выглядеть так, что отец матерится, сосед матерится, и поэтому наш пациент матерится. Но это не инфекция, которая передается воздушно-капельным путем. Эта «инфекция» передается иначе. Если отец матерится, значит, у него повышена агрессивность (то есть, как мы поняли, страх). А это в свою очередь означает, что отец мало принимающий, он не будет сильно вникать в состояние ребенка, да и жены. Поэтому ребенок будет чувствовать себя незащищенным, испуганным. Вот от этого у него будет потребность материться.

— Как влияет привычка материться на способность человека поддерживать полноценное общение с близкими людьми?

— Влияет очень сильно, но только не сама матерщина, а её истоки. Те же психологические причины, что провоцируют мат, портят отношения человека с окружающими.

Для наших близких полноценным является такое общение, когда мы принимаем в них участие. Когда мы к ним реально присоединяемся, представляем себе их чувства, сосредотачиваемся на их обстоятельствах. Когда мы больше выслушиваем, чем выговариваемся.

Посмотрев на отношения под этим углом зрения, вы сразу заметите, что участливые люди гораздо меньше матерятся, чем люди, чьё участие остаётся в основном виртуальным. Вы не увидите человека, который склонен выслушивать, сосредотачиваться на собеседнике, и при этом энергично матерится. Это какие-то разные образы.

— То есть человек, который матерится, испытывает трудности в близком общении?

— Да. Не потому, что он матерится, а по той же причине, по которой он матерится: из-за неуверенности в себе. От этого он матерится, и от этого же такой человек бывает менее участлив. Его собственный психологический дискомфорт так велик, что ему трудно сосредотачиваться на дискомфорте другого человека. Мат как проблема речи отражает проблему его менталитета. Очень редко человек матерщиной сопровождает предложение помочь. Как правило, матерщина сопровождает отказ в помощи: «Да пошел ты… туда-то и туда-то». Матерящийся человек бывает более негативен для окружающих, для домочадцев.

Есть и другая сторона этой проблемы. Жизненная позиция матерщинника близка к позиции кулачного бойца. А надо сказать, что люди любят или не любят себя ровно за то же, за что они любят или не любят окружающих. Поэтому кулачный боец безотчётно не любит себя. У него, как говорят психологи, негативное самопринятие. Ведь никто из нас — ни интеллигенты, ни отъявленные матерщинники, — никто не любит партнера, который стоит перед тобой в кулачной стойке. Поэтому когда человек в такой стойке живет, у него развивается аутоиммунная агрессия, он себя не любит.

— У нас издавна принято женщин ограждать от мата, говорить, когда кто-то матерится: «Что ты делаешь, здесь же женщины, дети». Можете как-то это психологически объяснить?

— Мне кажется, это связано с двумя причинами. Главная — то, что мат действительно является прелюдией к удару, к толчку, к негативному физическому воздействию. И женщин и детей первыми уводят из-под этого удара. Другая причина состоит в том, что словарь мата на 90 % связан с сексуальными реалиями.

— Сейчас мы видим, что молодые девушки зачастую не смущаются, а сами матерятся. Можете как-то прокомментировать это?

— С чем это связано, точно не скажу, у меня есть два предположения. Одно состоит в том, что это есть закономерное следствие общего феминистического движения, на мой взгляд, губительного для человеческой культуры и человеческой психики.

А второе объяснение состоит в том, что сейчас матерщина вообще гораздо больше пропитывает всю культуру, язык, в том числе публичные выступления, чем это было 15-20 лет тому назад. И, если справедлива наша логика, что матерятся перепуганные люди, то это есть результат гигантской социальной ломки, вследствие которой люди в своей массе сейчас перепуганы. Старые устои приемлемой жизни сломаны, а новые не только еще не сформировались, их даже еще не видно на горизонте. И люди потеряны, поэтому чувствуют обостренную потребность в самоутверждении.

— У человека есть разные способы удовлетворения своих потребностей. Здоровые, не здоровые. Вот мат — это один из способов удовлетворения потребности в защищенности и самоутверждении. Вот человек матерится. И что происходит с его потребностью при этом?

— Ничего хорошего. Это наркотик, а не витамин С.

— Кстати, слово «наркотик» очень подходит, в контексте следующего вопроса. Вопрос о том, как люди отучаются от этого дела. Мы знаем, что от наркотика очень тяжело отучиться, и мы все встречали людей, которые когда-то матерились, теперь они засоряют язык какими-то странными междометиями, типа «ля» (кусочек одного матерного ругательства). Это делает из них каких-то клоунов. Смотришь, человек взрослый, серьезный, а как только он начинает «лялякать», представление о нем меняется. Почему они не могут легко отучиться и говорить нормально?

— Вы приводите случаи чисто механического избавления от мата. Механического, а не содержательного. То есть человек осознал, что лучше бы не материться, и начинает бороться с этим на уровне лексики, а не на уровне причины. Тогда неизбежно возникают всякие эвфемизмы, тот или другой. Иногда эти эвфемизмы выглядят комично, иногда вполне культурно. Например, человек начинает без конца говорить «как бы».

В чем состоит содержательная борьба с матом, как с наркотиком? Действительно, это хорошая аналогия. Пока наркоман не найдет, не нащупает своей правильной, содержательной деятельности, никакие химические, медицинские меры не окажутся долгосрочными. Он быстро скатится обратно. Здесь то же самое. Поскольку матерщина провоцируется ощущением собственной несамодостаточности, то вытесняется этот негатив поиском собственной достаточности.

Прежде всего, речь идет о развитии своей участливости, о навыке сосредотачиваться на любом человеке, который появился в поле зрения. Это трудно. Чем более человек истощен, тем труднее, но в преодолении этой трудности его главное спасение.

— Попробуем поставить себя на место этого человека. Он держался за мат как за некую оболочку, защищающую от внешнего мира, он был как ощетинившийся ежик. И вдруг он эти иголки сбросил, он ощущает себя таким голеньким и беззащитным. Наверное, ему будет страшно, «как я такой без мата, меня все могут обидеть»? И как его участливость поможет ему переменить отношение к людям, поможет чувствовать, что они не угроза, а наоборот, что они, может быть, нуждаются в его участии, защите, и так далее?..

— Справедливые сомнения. Значит, надо начинать не с того, чтобы усилием воли держать себя за горло и отказываться мата, это такому человеку будет страшно, поэтому практически непосильно. Ему надо начинать с того, чтобы, ещё отучаясь от мата, приучаться мысленно сосредотачиваться на собеседнике. Приучаться представлять себе: что этот человек хотел бы от него сейчас услышать. Чего он хочет: спать ли, в туалет ли, поделиться ли впечатлениями от фильма? Поначалу это будет очень трудно. Тут не надо себя насиловать, надо идти на то усилие, пусть небольшое, которое сейчас доступно. Пусть он ограничится одним-двумя вопросами и на этом свернёт разговор. Чем чаще он будет предпринимать даже такие ограниченные усилия, тем больше у него будут расти эти возможности. Как мускулатура накачивается. А мат потом сам по себе отпадет.

 © Realisti.ru

Об авторе: Колмановский Александр Эдуардович 

 ( 90 голосов: 4.19 из 5 )

Определение и значение ругательства | Словарь английского языка Коллинза

Примеры «ругаться» в предложении

клянусь

Эти примеры были выбраны автоматически и могут содержать конфиденциальный контент. Прочитайте больше… Он помнит клятву верности, которую дал.

Эндрю Бриджфорд 1066: и скрытая история гобелена из Байё (2004)

А как насчет криков и ругательств?

Солнце (2010)

Члены жюри клянутся вынести вердикт.

Times, Sunday Times (2010)

А есть те, кто лукаво пытается заставить комментатора ругаться.

Times, Sunday Times (2007)

Они кричали и ругались на офицера.

Times, Sunday Times (2008)

Все может пойти не так, если ей придется принести клятву в суде.

Солнце (2011)

Было много ругани и крика.

Солнце (2008)

Затем младший кричал и ругался, когда тюремные надзиратели вытаскивали его с пристани.

The Sun (2008)

Некоторые смеются над агрессивным поведением других автомобилистов, в то время как другие ругаются или кричат ​​в ответ.

Солнце (2011)

Он ругается и кричит больше и кажется таким злым.

Солнце (2016)

Подробнее …

Но крики и ругань были только одной ее стороной.

Times, Sunday Times (2014)

Тот, кто привык клясться и ругаться много лет, теперь больше не ругался.

Христианство сегодня (2000)

Достаточно, чтобы святой поклялся.

Солнце (2008)

Но это я подошел, дал клятву и ответил на вопросы судьи.

Мартин, апрель «Руководство по воспитанию детей гомосексуалистам и лесбиянкам» (1993)

Комбинации этих двух вещей было бы достаточно, чтобы заставить многих людей негодовать.

Times, Sunday Times (2015)

Днем он прячется в самых темных верхушках деревьев, ища убежища от орлов-рыб, которые являются его заклятым врагом.

Times, Sunday Times (2009)

Мы оба были в восторге от использования ругани, которая казалась одновременно разумной и безрассудной.

Times, Sunday Times (2008)

Но как президент он знал, что монопольная полиция вызовет его, чтобы под присягой поклясться, что произошло.

Фредерик Алан Максвелл ПЛОХОЙ БАЛЛМЕР (2002)

Они будут ругаться и ругаться.

Times, Sunday Times (2012)

Она не поняла, что необоснованная ругань не делает тебя крутым.

Times, Sunday Times (2007)

Определение клятвы Merriam-Webster

\ ˈSwer \ поклялся \ ˈSwȯr \; под присягой \ ˈSwȯrn \; ругань

переходный глагол

1 : произнести или торжественно принести (присягу)

: Утвердить как истину или пообещать под присягой под присягой аффидевит присягнул соблюдать Конституцию

б : утверждать или обещать решительно или серьезно поклялся , что в следующий раз он будет больше учиться

: принести присягу : принести присягу

б : связать клятвой поклялся их хранить в секрете

4 устаревший : призывать имя (священного существа) в клятве

5 : привести в указанное состояние руганью поклялся его жизнь прочь клясться

: , чтобы доверять клянется своим механиком

клянусь за ругаться : поклясться воздержаться от : отказаться ругаться курить

Беспокоитесь о том, что слишком много ругаетесь? Наука говорит, что не стоит быть

Ну, черт возьми.Может быть, ты первым делом поранил палец на ноге утром. Или какой-то легкомысленный пассажир заставил вас нажать на педаль тормоза на работу. Возможно, вам все это надоело, и вам хочется упасть на колени и проклинать небеса.

Если вы когда-либо подавляли желание выпустить на волю череду непристойностей, возможно, подумайте еще раз. Некоторые исследования показывают, что, возможно, было бы лучше просто позволить грязи улететь.

С научной точки зрения склонность к ненормативной лексике не такая уж плохая вещь.Исследования показали, что ругань снимает стресс, притупляет чувство боли, способствует духу товарищества среди сверстников и связана с такими качествами, как беглость речи, открытость и честность.

И эффекты проклятия бывают как физическими, так и психическими. Исследование, проведенное в 2018 году по психологии спорта и физических упражнений, показало, что произнесение нескольких избранных слов во время тренировки на самом деле может сделать вас сильнее. В исследовании участники, которые ругались вслух, сжимая тиски, могли сжимать сильнее и дольше.ты, чем ударить кого-нибудь, — добавляет Джей, всемирно известный эксперт по проклятиям. «Мы разработали этот очень эффективный способ выражать свои эмоции и передавать их другим».

Обезболивающее

Любой, кто когда-либо ударил молотком по большому пальцу, может подтвердить, что ругань — довольно частая реакция на боль. Но в течение многих лет некоторые специалисты по боли считали, что проклятия в таких ситуациях мало помогают. Они предположили, что ругань может иметь «катастрофический» эффект, то есть побуждает людей преувеличивать или преувеличивать тяжесть боли.

В 2009 году исследователи из Школы психологии Кильского университета в Великобритании решили изучить, влияет ли ругань на чье-то переживание боли. Основываясь на предыдущих предположениях о том, что ругань является «дезадаптивной» реакцией на боль, ученые предположили, что ругань может усилить боль.

Но, к удивлению, ученые обнаружили, что ругань на самом деле увеличивает переносимость боли человеком. Команда поручила 67 студентам-добровольцам погрузить руки в ледяную воду так долго, пока они смогут справиться с этим, повторяя при этом нецензурное слово по своему выбору.Затем они снова провели эксперимент, но на этот раз студенты произнесли нейтральное, не табуированное слово. Исследовательская группа обнаружила, что добровольцы могли дольше держать руки в холодной воде, повторяя ругательство.

Кроме того, поскольку ругань сопровождалась учащением пульса, ученые полагают, что ругань может вызвать у человека реакцию «бей или беги». Они предполагают, что ругань вызывает негативные эмоции, которые служат сигнальным звонком, предупреждая кого-то об опасности и активируя врожденный защитный механизм.

Damn Honest

Исследования показали, что ругань не только влияет на тело и разум, но и влияет на нашу социальную динамику. Исследование 2012 года показало, что ругань может повысить эффективность и убедительность аргументации. Кроме того, проклятия также могут вызывать эмоциональную реакцию на что-либо, не прибегая к физическому насилию.

И хотя многие могут посчитать ругань менее пикантной, недавнее исследование показало, что люди, которые ругаются, на самом деле меньше лгут и обладают большей честностью.

После того, как ученые выяснили, как часто участники используют ненормативную лексику, они провели серию тестов, чтобы определить, насколько правдивым был человек. Исследовательская группа обнаружила положительную связь между ненормативной лексикой и честностью. Проклятия ассоциировались с меньшим количеством обмана на межличностном уровне и с более высоким уровнем честности в целом.

Свободно владеет сквернословием

Для многих использование ненормативной лексики не просто признак хамского поведения — распространено мнение, что люди ругаются, потому что им не хватает словарного запаса, образования или даже интеллекта, чтобы выразить себя другими способами.Другими словами, когда язык не подходит, мы ругаемся.

«Это форма лингвистического снобизма», — говорит Джей, имея в виду предполагаемую связь между руганью и интеллектом. «Это культурный стереотип. Но чем больше я углублялся в изучении языков, тем больше я понимал, что каждый ученый-лингвист знает, что это неправда ».

Чтобы развенчать этот миф, в 2015 году Джей и его исследовательская группа исследовали еще одну возможность — что «беглость — это беглость», независимо от лингвистического содержания. Психологи обнаружили, что свободное владение английским языком связано с беглостью ругательств.Другими словами, ругань на самом деле может быть признаком большего, а не меньшего интеллекта и более крепкого словарного запаса.

В ходе исследования исследователи попросили добровольцев придумать как можно больше слов, начинающихся с определенной буквы алфавита, за одну минуту. После этого они попросили добровольцев выговорить как можно больше нецензурных слов за один и тот же промежуток времени. Сравнивая оценки в обоих экспериментах на беглость речи, ученые обнаружили, что те, кто набрал больше очков в беглости речи, также были лучше подготовлены к тому, чтобы извергать непристойные выражения.

«Люди, которые умеют говорить, умеют произносить ругательства», — добавляет Джей. «Это не потому, что у них нет языка — это потому, что у них есть целый набор инструментов, полный слов».

Много ругательств означает, что вы более честны

Ваша мать могла бы отругать: «Следите за своим языком», но не позволяйте ее деликатной чувствительности обуздать ваши проклятия. Согласно новому исследованию, ругань — также известное как «искреннее выражение эмоций без фильтров» — может означать, что вы более честны.

Ученые из Кембриджского университета недавно опросили 276 человек относительно их наиболее часто используемых нецензурных слов и того, как часто они их произносят или пишут. Тест также измерял честность участников, задавая вопросы об обвинении других, обмане в играх и использовании людей.

И сюрприз, сюрприз: меньше всего врали те, кто больше всего употреблял соленый язык.

«Есть два взгляда на это. Вы можете подумать, что если кто-то много ругается, это негативное социальное поведение», — сказал Daily Mail соавтор исследования Дэвид Стилвелл.« С другой стороны, они не фильтруют свой язык, поэтому они, вероятно, также не пропускают свои истории о происходящем через аналогичные фильтры, которые могут превратить их в неправду».

По сути, если вы сбросите несколько F-бомб, вы, вероятно, не слишком беспокоитесь о том, чтобы выглядеть лучше перед другими людьми.

Второй, более крупный эксперимент с почти 74 000 пользователей Facebook показал тот же вывод. Исследователи сравнили частоту ненормативной лексики и фраз, указывающих на правду, таких как местоимения от первого лица, такие как «я», и слова, вызывающие тревогу, такие как «обеспокоен».«Оказалось, что люди, которые следят за чистотой, также стараются выглядеть круче в Интернете, даже если это связано с фальсификацией правды.

Исследование, принятое к публикации в журнале Social Psychological and Personality Science , дает оправдание, которое необходимо услышать всем пустякам. И если кто-то огорчается из-за этих четырехбуквенных слов, ответьте самым известным камбэком из всех: «Честно говоря, моя дорогая, мне наплевать».

[ ч / т СЕГОДНЯ

Этот контент создается и поддерживается третьей стороной и импортируется на эту страницу, чтобы помочь пользователям указать свои адреса электронной почты.Вы можете найти больше информации об этом и подобном контенте на сайте piano.io.

Наука утверждает, что ругань полезна для вас

ругань обычно рассматривается как просто ленивый язык или оскорбительный упадок вежливости. Но, как показывает Эмма Бирн в своей книге Клятва — это хорошо для вас: удивительная наука ненормативной лексики , новое исследование показывает, что ненормативная лексика имеет много положительных достоинств, от поощрения доверия и совместной работы в офисе до повышения нашей терпимости к боли.

Когда National Geographic догнал Бирн в ее доме в Лондоне, она объяснила, почему люди — не единственные приматы, которые могут проклинать, и почему, хотя женщины сегодня ругаются больше, чем раньше, многие все еще считают это « неженски ».

Предоставлено W.W. Norton & Company

Соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Вы пишете: «Я гордился своим умением красочно и своевременно ругаться». Расскажите о своем отношении к ненормативной лексике и в каком смысле это хорошо для нас?

Моим первым воспоминанием о наказании за брань было то, что я назвал младшего брата четырехбуквенным словом twat , что, как мне показалось, было странным произношением слова twit .Мне было тогда около восьми лет; мой брат все еще учился в дошкольном учреждении. Моя мать замерла, потом обняла меня ремнем вокруг уха. Это заставило меня понять, что некоторые слова обладают значительно большей силой, чем другие, и что простого сдвига в гласной достаточно, чтобы полностью изменить эмоциональное воздействие слова.

Мне всегда было любопытно, что, как мне говорили, я не должен интересовать, поэтому в своей карьере я оказался в области искусственного интеллекта, в которой преобладают мужчины.В моей личности есть определенная ругательство, что означает, что, как только кто-то говорит: «Нет, это не для тебя», я абсолютно должен знать об этом .

Однозначно, моё отношение к ругани. Я склонен использовать это как способ обозначить себя как более похожий на моих коллег-мужчин, например, иметь практическое знание правила офсайда в футболе. Это хороший способ убедиться, что меня не воспринимают как странного, другого человека в зависимости от моего пола.

В Австралии и Новой Зеландии было проведено большое исследование, которое, возможно, не удивительно, в котором говорится, что шутливые оскорбления, особенно ругательства среди друзей, являются сильным сигналом степени доверия, которое разделяют эти друзья.Когда вы смотрите на стенограммы этих тематических исследований эффективных команд в таких секторах, как производство и ИТ, те, кто может шутить друг с другом, нарушая вежливую речь, которая включает в себя много ругательств, как правило, сообщают, что они доверяют друг другу больше .

Одна из причин такой сильной корреляции заключается в том, что ругань оказывает такое эмоциональное воздействие. Вы демонстрируете, что у вас есть сложная теория разума в отношении человека, с которым вы разговариваете, и что вы выяснили, где находится предел между тем, чтобы быть достаточно шокирующим, чтобы заставить его хихикать, или заметить, что вы использовали ее, но не настолько. шокирует, что они будут смертельно обижены.Трудно попасть прямо в яблочко. Использование нецензурных слов, подходящих для этого человека, показывает, насколько хорошо вы его знаете; и насколько хорошо вы понимаете их ментальную модель.

Исследователи изучают, что смех может сделать для нашего здоровья. Смех — это не просто форма общения, он помогает людям процветать.

На написание этой книги вас вдохновило исследование, проведенное

доктором Ричардом Стивенсом . Расскажите об эксперименте и о том, почему он был важен для нашего понимания ругани.

Ричард Стивенс работает из Кильского университета в Великобритании. Он поведенческий психолог, которого интересует, почему мы делаем вещи, которые, как нам говорили, вредны для нас. В течение многих лет медицинские работники говорили, что ругань невероятно вредна для вас, если вы испытываете боль. Это то, что называется «катастрофической реакцией» — сосредоточение внимания на произошедшем негативном событии. По его мнению, если это так неадекватно, почему мы продолжаем это делать?

Изначально у него было 67 добровольцев, хотя он повторял это несколько раз.Он погрузил их руки в ледяную воду и произвел случайную выборку, использовали ли они ругательство или нейтральное слово, и сравнил, как долго они могут держать руки в ледяной воде. В среднем, когда они ругались, они могли держать руки в ледяной воде вдвое меньше, чем когда они использовали нейтральное слово. Это показывает, что результаты что-то, но не адаптируются. Ругательства действительно позволяют дольше терпеть боль.

Всегда ли мужчины клялись больше женщин? И если да, то почему?

Однозначно не ! Историки английского языка описывают, как женщин одинаково хвалили за их умение выражать оскорбления и ругательства, вплоть до того момента, когда в 1673 году была опубликована книга Ричарда Аллестри под названием The Ladies Calling .Аллестри говорит, что женщины, которые ругаются, ведут себя биологически несовместимо с тем, чтобы быть женщиной, и в результате начинают приобретать мужские характеристики, такие как отрастание волос на лице или бесплодие. Он писал: «Нет звука более отвратительного для ушей Бога, чем клятва в устах женщины».

Сегодня мы ужасно все еще на том же месте, мужчин по сравнению с женщинами, которые ругаются. Хотя считается, что женщины по-прежнему ругаются реже мужчин, из исследований мы знаем, что это не так.Они ругаются так же сильно, как и мужчины. Однако опросы общественного мнения показывают, что и мужчины, и женщины склонны гораздо более жестко судить о бранях женщин. И это суждение может иметь серьезные последствия. Например, когда женщины с раком груди или артритом ругаются из-за своего состояния, они с гораздо большей вероятностью потеряют друзей, особенно подруг. В то время как мужчины, которые ругаются по поводу таких состояний, как рак яичек, как правило, более тесно связаны с другими мужчинами, использующими тот же словарный запас. Представление о том, что ругань является законным средством выражения негативных эмоций, гораздо более ограничено для женщин.

Я был очарован, обнаружив, что ругаются не только люди, но и приматы! Расскажите о

Project Washoe .

В дикой природе шимпанзе заядлые потребители своих экскрементов, чтобы пометить свою территорию или показать свое раздражение. Итак, первое, что вы делаете, если хотите научить приматов языку жестов, — это приучать их к горшку. Это означает, что, как и человеческие дети того же возраста, у них в конечном итоге наложено табу на экскременты. В Project Washoe признаком «грязного» было поднятие суставов пальцев к нижней части подбородка.И произошло то, что произошло спонтанно, без учения ученых, так это то, что шимпанзе начали использовать знак «грязный» точно так же, как мы используем наши собственные матерные слова.

Уошу — самка шимпанзе, которую в 1960-х годах усыновили Р. Аллен Гарднер и Беатрикс Т. Гарднер. Позже ее взял на себя исследователь из штата Вашингтон по имени Роджер Фаутс. Уошу был матриархом трех младших шимпанзе: Лоулис, Тату и Дар. К тому времени, когда они привезли Лулиса, самого младшего, люди перестали учить их языку, поэтому они посмотрели, будут ли шимпанзе передавать язык из поколения в поколение, что они и сделали.

И не только это: как только они усвоили табу на туалет со знаком «грязный» как нечто постыдное, они начали использовать этот знак в качестве предостережения или выражения гнева, например ругательства. Когда Уошо и другие шимпанзе действительно злились, они ударяли костяшками пальцев по нижней стороне подбородка, так что вы могли слышать этот звук щелканья шимпанзе.

Уошу и другие шимпанзе подписывали такие вещи, как «Грязный Роджер!» или «Грязная обезьяна!» когда они были в гневе. Люди не учили их этому! Случилось так, что они усвоили это табу, у них был знак, связанный с этим табу, так что внезапно этот язык стал невероятно мощным и был разбросан, как настоящие экскременты, выбрасываемые дикими шимпанзе.

Вы говорите: «ругань — это сигнал — канарейка с грязным клювом в угольной шахте, — который говорит нам, каковы наши социальные табу». Расскажите нам об этой идее и о том, как она менялась на протяжении веков.

Пример, который знакомо большинству людей в англоязычных странах, — это богохульство. Некоторые части США по-прежнему более соблюдают христианство, чем другие, но в целом те языки, которые в другие эпохи привели бы к цензуре, теперь свободно используются в печатных и телевизионных СМИ.Тем не менее, «n-слово», которое когда-то использовалось в качестве названия книги Агаты Кристи и даже в детских стихотворениях, теперь является табу, потому что есть большее понимание того, что это болезненное напоминание о том, как афроамериканцы страдали из-за расизм на протяжении веков. В некоторых сообществах, где это использование восстанавливается, они говорят, что, если я использую его, он иммунизирует меня от его негативных последствий.

Это пример слова, выпавшего из общего разговора и литературы в область невыразимого.Она сильно отличается от совокупительной или экскреторной ругани тем, что вызывает разногласия. Самое замечательное в совокупительной и экскреторной ругани в том, что они присущи всему человечеству.

В цифровом мире вы можете ругать кого-то, даже не будучи лицом к лицу. Это меняет то, как мы ругаемся? И как будет выглядеть ругань в завтрашнем мире?

Одна из трудностей, связанных с руганью в онлайн-дискурсе, заключается в том, что она не имеет прямого воздействия, поэтому она позволяет людям набрасываться на человека, не считая человека, с которым они разговаривают, полностью человечным.Но проблема не в ругательствах. Можно сказать, что кто-то стоит меньше как человек, исходя из его расы, пола или сексуальной ориентации, используя самые вежливые выражения. Например, когда Дональд Трамп назвал Хиллари Клинтон «мерзкой женщиной» вместо того, чтобы использовать c-слово, большинство из нас смогли взломать код. Мы знали, что он имел в виду, но поскольку он не поклялся, это было воспринято как приемлемый дискурс.

Я думаю, что в будущем ругань неизбежно будет изобретена заново; мы видели, как это так сильно изменилось за эти годы.По мере того, как меняются наши табу, меняется и ядро ​​языка, способное удивлять, шокировать или оглушать эмоциональную часть мозга. Но я не могу предсказать, куда исчезнут эти табу.

Это интервью было отредактировано для большей ясности.

Саймон Уорролл курирует Книжный разговор . Следуйте за ним на Twitter или на simonworrallauthor.com .

Что ваша ругань говорит о вас

Мы все пытаемся контролировать свой язык, но это намного легче сделать, когда вы понимаете, почему это происходит в первую очередь.

Итак, откуда берутся нецензурные слова?

По словам Бенджамина К. Бергена, автора книги «Что за чертовщина: что ругань говорит о нашем языке, нашем мозге и нас самих», есть две основные причины.

Это связано с происхождением самих слов.

Есть множество аспектов человеческого опыта, которые являются табу; вещи, которые мы предпочитаем хранить в тайне у себя дома, чтобы другие люди не видели, как мы их делаем. Эти области опыта часто поддаются словам, которые также являются табу.

Вот почему многие из самых сильных ругательств в английском языке связаны с сексом или функциями тела.

История продолжается под рекламой

СЛУШАТЬ: Бенджамин К. Берген выступает на шоу Джона МакКомба CKNW

Нецензурные слова могут существовать также из-за своей социальной истории. Не все слова, относящиеся к функциям организма, являются плохими словами, так как многие из них можно сказать перед врачом или детьми.

В какой-то момент мы решили, что есть определенные слова, которые доставляют нам дискомфорт, и мы учим этому наших детей.

Популярные истории

  • Лесные пожары в Канаде могут стоить миллиарды долларов и привести к гибели тысяч, если ничего не предпринять: доклад

  • Няня из США обвиняется в убийстве мужчины после того, как его трясли в младенчестве

Говорим ли мы им напрямую или отговариваем других взрослых использовать определенный язык вокруг них, дети изучают его интуитивно и эмоционально, что с этими «плохими словами» что-то не так, и мы носим это с собой на протяжении всей жизни .

«Если бы не запрет на эти слова, то ни у кого больше не было бы такой реакции»

История продолжается под рекламой

Вредные слова по-разному влияют на нас; частота сердечных сокращений и артериальное давление увеличивается, кровь течет к конечностям, и мы можем измерить пот на кончиках пальцев. Мы остро реагируем на эти слова из-за уроков, которые мы усвоили в детстве.

ПОДРОБНЕЕ: Канадцы говорят на большем количестве языков, чем когда-либо прежде, тагальский — самый быстрорастущий родной язык

Люди с ограниченным образованием или словарным запасом больше ругаются?

Согласно Бергену, данные фактически указывают на обратное.Эксперименты показали, что когда вы измеряете IQ человека и его общий словарный запас, вы обнаруживаете, что его способность ругаться положительно коррелирует.

«Другими словами; чем больше они могут ругаться, тем выше их вербальный и общий IQ »

Являются ли люди, которые клянутся, более честными, чем те, кто не ругается?

Согласно совместному исследованию Маастрихтского университета, Гонконгского университета науки и технологий, Стэнфордского университета и Кембриджского университета, те, кто ругаются, как моряки, считаются более искренними, чем те, кто не ругается и не хранит ненормативную лексику. минимум.

«Мы намеревались дать эмпирический ответ на противоречивые взгляды на взаимосвязь между ненормативной лексикой и честностью», — говорится в статье. «Мы обнаружили устойчивую положительную взаимосвязь между ненормативной лексикой и честностью; ненормативная лексика ассоциировалась с меньшим количеством лжи и обмана на индивидуальном уровне и с большей честностью на уровне общества ».

История продолжается под рекламой

ПОДРОБНЕЕ: Исследователи языка говорят, что традиционные алфавитные книги сбивают детей с толку

Так почему мы ругаемся, когда случайно поранились?

Глубоко внутри мозга есть нечто, называемое базальными ганглиями, и его задача — выбирать какое-либо действие на основе сильной эмоции.

«У людей есть много вещей, которые базальные ганглии приказывают нам делать при сильных эмоциях: драться или убегать, кричать от боли или рычать от гнева», — объясняет Берген.

За свою жизнь мы приучили себя использовать намеренный или вежливый язык. Однако именно базальные ганглии пытаются подавить это, когда мы выражаем сильные эмоции … или ударяем ногой!

© 2017 Global News, подразделение Corus Entertainment Inc.

Публичная ругань по-прежнему незаконна, но, вероятно, вам не будут предъявлены обвинения, если вы белый.

Эта статья содержит ненормативную лексику.


Можно ли ругаться? да. Нецензурная брань может быть вполне приемлема, если она используется для того, чтобы донести до определенной аудитории определенную точку зрения, улучшить комедийную презентацию или уменьшить боль.

Я уверен, что в этом последнем контексте акушерки и партнеры слышали все это много раз.И никто не пожалел бы о такой возможности для роженицы. Но по моему опыту, ненормативная лексика обычно неуместна, неоднократно предназначена для оскорбления и, на мой взгляд, часто является признаком лени в речи.

На самом деле, доставка ничего не подозревающей группе, особенно в присутствии детей, может быть признана уголовным преступлением.

Итак, что говорит закон о том, чтобы позволить летать с несколькими хорошо подобранными ругательствами?

Кевину Радду аплодировали после того, как он сказал по телевидению «политическую бурю дерьма».

Не говори ебать перед детьми

Публичная ненормативная лексика является правонарушением во всех юрисдикциях Австралии. Закон Южной Австралии о суммарных правонарушениях является хорошим примером такого запрета:

Лицо, использующее непристойные или непристойные выражения или поющее непристойные или непристойные песни или баллады в общественном месте; или в полицейском участке; или который слышен из общественного места; или который слышен в соседних или прилегающих к занимаемых помещениях; или с намерением оскорбить или оскорбить какое-либо лицо виновно в правонарушении.Максимальный штраф 250 долларов.

Но контекст решает все. Сказать «ебать» перед семьями на местной спортивной площадке, скорее всего, приведет к штрафу, если кто-то пожалуется в местную полицию. Но те же слова, которые использует комик на представлении, чтобы заплатить покровителям позже той же ночью, не влекут за собой таких санкций.

Любой, кто регулярно посещал живые выступления в последнее десятилетие, или кто смотрит телевизор поздно ночью или слушает ночное радио, знает, что с годами использование нецензурной лексики стало широко распространенным.


Прочитайте больше: «С-слово» может быть последним табу на ругань, но не шокирует, как раньше.


Действительно, язык постоянно развивается. Слова, которые раньше произносились умеренно, теперь, конечно же, используются в СМИ. Они подпадают под «языковые предупреждения» в соответствии с различными кодексами поведения на радио и телевидении, причем в кодексах телевидения особо учитывается вероятность просмотра детьми.

Норм и Ахмед

Любая современная история закона о ненормативной лексике в Австралии должна начинаться с истории пьесы Алекса Бузо 1968 года «Норм и Ахмед», которую суждено было увидеть только взрослой публике.


Прочитайте больше: Сквернословные миньоны? Некоторые мифы о детях и ругани


В пьесе Бузо представляет расовые предрассудки как глубоко иррациональные в поведении обычных австралийцев.Сценарий спектакля изначально заканчивался строчкой «чертовски хрен». Для своего дебютного спектакля в 1968 году «fuckin» стало «кровавым». Но в следующем году в Брисбене использовалась оригинальная линия Бузо.

После одного спектакля был арестован Норман Стейнс, актер, произнесший эту реплику. Но внимание двух полицейских, поднявшихся на сцену, привлекло не использование ужасного расового оскорбления, а использование слова «гребаный».

Приговор мирового судьи Стейнсу был позже отменен Верховным судом Квинсленда на том основании, что это слово не было непристойным в контексте пьесы.Позднее Высокий суд согласился.

Нет сомнений в том, что решения этих судов создали прецедент. Теперь ругань была допустима, если использовалась в контексте развлечения для взрослых.

Расистские аресты

На эту тему есть и интересные социально-правовые труды. Криминолог Пол Уилсон обнаружил в городке Мори в глубинке Нового Южного Уэльса в конце 1970-х годов, что полиция широко использовала слово «ебать» в своих шутках друг с другом, при этом регулярно арестовывая мужчин-аборигенов на улице за то, что они использовали одно и то же слово на улице. Основание было «оскорбительным».

Уилсон на основании своего исследовательского опыта пришел к выводу, что создатели правил часто являются самыми вопиющими нарушителями правил.


Прочитайте больше: Нам нужна реформа законодательства, основанная на доказательствах, чтобы сократить количество заключенных из числа коренного населения


Более того, практикующие юристы по уголовным делам знают, что полиция регулярно использует закон о ненормативной лексике, чтобы дать им как можно более широкий спектр оправданий для ареста кого-то, доставляющего им горе.

Трудно сказать, сколько людей сегодня в Австралии обвиняются в использовании оскорбительных, нецензурных или оскорбительных выражений в течение одного года, но вы можете с уверенностью предположить, что это тысячи.

Что мы можем сказать на основании свидетельств в Новом Южном Уэльсе, так это то, что коренные народы, составляющие 3% населения, составляют примерно одну треть лиц, которым предъявлены обвинения и предстали перед судом из-за их использования языка, который полиция считает оскорбительным.


Прочитайте больше: FactCheck Вопросы и ответы: коренные австралийцы — самые заключенные люди на Земле?


Совсем недавно, в 2015 году, политический активист носил табличку с сэндвич-доской, на которой бывшего премьер-министра Тони Эбботта было слово «с».Активиста арестовали и обвинили в оскорбительном поведении.

Затем дело дошло до суда. Два года спустя судья Жаклин Милледж пришла к выводу, что закон касается того, что могло бы оскорбить «гипотетического разумного человека», сказав:

Это не тот, у кого тонкая кожа, которого легко обидеть […] Это тот, кто может пережить некоторые грубости жизни.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Related Posts