Определение космос в философии: Космос (философия) — Психологос

Содержание

человек, миф, космос – тема научной статьи по философии, этике, религиоведению читайте бесплатно текст научно-исследовательской работы в электронной библиотеке КиберЛенинка

С.А. Гудимова

АНТИЧНОСТЬ: ЧЕЛОВЕК, МИФ, КОСМОС

Аннотация. Миф для древних греков был воплощением высшей реальности. Греки воспринимали мир эстетически, им было свойственно неустанное стремление к гармонии, поэтому античная культура самопознания и меры создала совершеннейшие образцы искусства, которые по праву называются классическими.

Ключевые слова: хаос; космос; титаны; олимпийский мир; «игра богов»; жизнь как сценическая игра; рок; Дионис; Аполлон; музы; Платон; Плотин.

Abstract: For ancient Greeks the myth was the highest embodiment of the reality. The Greeks perceived the world aesthetically, permanent aspiration to the harmony was usual for them that is why ancient culture self-knowledge created perfect samples of art that rightly considered classical.

Keywords: chaos; space; the Titans; Olympic world; Gods’ play; life as theatrical performance; doom; Dionis; Apollo; the Muses; Platon; Plotin.

«Гений Греции любой аффект окружал покровами мифа, — форма кристаллизовалась вокруг мифа согласно законам притяжения», — писал Гёррес (12, с. 95).

Ф. Шлегель определял этот миф так: «Никогда еще не бывало более остроумного и нравственного. Греческий миф — подобно верному отпечатку в прозрачном зеркале — представляет собой самый определенный и нежный язык образов для выражения всех вечных желаний человеческой души со всеми ее удивительными и необходимыми противоречиями, малый завершенный мир прекрасных предчувствий…

Поэзия, песня, танец и общение — праздничная радость составляла те дружественные узы сообщества, которые соединяли людей и богов. И действительно, подлинно божественное — чистейшая человечность -составляло смысл их сказаний, обычаев и особенно празднеств, предмет их почитания. В пленительных образах греки чтили свободную полноту, самостоятельную силу и закономерное согласие. […] У одних греков искусство всегда было равно свободным от давления потребностей и господства рассудка» (11, с. 133; 131).

Греки воспринимали мир эстетически, им было свойственно эстетическое «переживание жизни» (В.М. Жирмунский), неустанное стремление к гармонии.

Традиционно образ Древней Греции ассоциируется со «страной, где было все так юно и прекрасно»:

Обожествленная преданьями народа, Цвела и нежилась могучая природа… Где, внемля набожно оракула словам, Доверчивый народ бежал к своим богам С веселой шуткою и речью откровенной, Где боги не были угрозой для вселенной, Но идеалами великими полны. .. Где за преданием не прятолося чувство, Где красоте лампады возжены, Где Эрос сам был бог, а цель была искусство; Где выше всех венков стоял венок певца, Где пред напевами хиосского слепца Склонялись мудрецы, и судьи, и гетеры; Где в мысли знали жизнь, в любви не знали меры…

(А.Н. Апухтин. Греция)

Но грек знал и ощущал страхи и ужасы существования: чтобы вообще иметь возможность жить, он вынужден был заслонить себя блестящим порождением грез — олимпийцами. Именно чтобы иметь возможность жить, подчеркивает Ф. Ницше в своей знаменитой работе «Рождение трагедии из духа музыки» (7), греки должны были, по глубочайшей необходимости, создать этих богов. Тот же инстинкт, что вызывает к жизни искусство, как дополнение и завершение бытия, со-150

блазняющее на дальнейшую жизнь, — создал и олимпийский мир, как преображающее зеркало, поставленное перед собой эллинской «волей». Так боги оправдывают человеческую жизнь, сами живя этой жизнью. Существование под яркими солнечными лучами таких богов ощущается как нечто само по себе достойное стремления (7, с. 66-67). И действительное страдание гомеровского человека связано с ранним уходом из жизни. Грека не привлекает призрачное существование в мире теней. «Лучше б хотел я живой, как поденщик работая в поле, / Службой у бедного пахаря хлеб добывать свой насущный, / Нежели здесь, над бездушными мертвыми царствовать мертвый», — говорит Ахилл (Оа. XI, 488-491).

Грека страшит Хаос, Тартар, Аид, Тьма и Бездна.

В античной культуре Хаос представляется как величественный трагический образ космического первоединства, где расплавлено все бытие, из которого оно появляется и в котором оно погибает. Для греков Хаос — универсальный принцип сплошного и непрерывного, бесконечного и беспредельного становления. Античный Хаос есть предельное разряжение и распыление материи. Он — континуум, лишенный всяких разрывов, пустых промежутков и даже вообще всяких различий. Хаос — принцип и источник всякого становления, вечно творящее живое лоно. Но в нем заключаются только первоначальные истоки жизни, а не сама жизнь. Античный Хаос всемогущ, безлик, бесформен и вечен. Он мировое чудовище, сущность которого есть пустота и ничто. Для греков Хаос — это такое ничто, которое стало мировым чудовищем, это бесконечность и нуль одновременно. Хаос -бесформенная, ужасная, всепоглощающая бездна (6, т. 2).

И после устроения космоса Вселенная чаще всего понимается как некий центр, как видимая поверхность; периферия же (вовне и внизу) остается не только менее космизованной, но и иногда толкуется как остаток Хаоса, время от времени угрожающего миру, космосу. Мифо-поэтические описания мировых катастроф как раз и предполагают не полное изгнание Хаоса, а только его оттесненность.

С остатками Хаоса на земле связан ужас, страх, порождаемые тьмой, ночью, бесформенностью, отсутствием надежных границ между человеком и царством Хаоса. Аякс в «Илиаде» молит Зевса: «Зевс, наш владыка, избавь аргивян от ужасного мрака! / Дневной свет возврати нам, дай нам видеть очами! / И при свете губи нас, когда уже так восхотел ты» (XVII, 645-648). Этот страх архетипичен: «И бездна нам обнажена с своими

страхами и мглами, и нет преград меж ней и нами — вот отчего нам ночь страшна» (Ф.И. Тютчев). Царство смерти, с которым тоже связан страх, нередко описывается как своего рода Хаос (в двух вариантах: или бесформенность и разъятость, или противоположность этому свету).

Олимпийцы 10 лет сражались с Титанами — первым поколением богов, которые не ведали разумности, упорядоченности и меры. Они были низринуты в Тартар, и первобытная дикость Титанов уступила место героизму и мудрой гармонии космоса олимпийского периода греческой мифологии.

Из «бронзового» века с его битвами Титанов под «властью аполлонического стремления к красоте развился гомеровский мир» (7, с. 71).

Читателей Гомера поражал веселый «неугасимый» хохот олимпийцев над страданиями людей и собственными божественными раздорами. На этот неудержимый смех пирующих богов обратил внимание неоплатоник Прокл (V в. н.э.), который, комментируя «Государство» Платона, толкует божественное устроение мира как «детскую игру богов», как «щедрую энергию, направленную на все, и причину порядка того, что находится в мире» (цит. по: 8, с. 434). Если демиур-гическая деятельность богов неистощима, то и смех их «неугасим».

Игра мировых сил — естественное состояние Универсума. «Злой мировой хаос, — отмечал А.Ф. Лосев, — сам себя порождающий и сам себя поглощающий, есть в сущности только милые и невинные забавы ребенка, не имеющего представления о том, что такое хаос, зло и смерть» (цит. по: 8, с. 435).

Платон видит в людях «чудесные куклы богов, сделанные ими либо для забавы, либо с какой-то серьезной целью» (цит. по: там же). В конечном счете людьми управляют боги, дергая за прилаженные к куклам нити. Из них только одна нить золотая, руководимая разумом, а все остальные — грубые, железные, влекомые человеческими страстями. «Миф о том, что мы куклы, — заключает Платон, — способствовал бы сохранению добродетели» (там же). Добродетель, по мнению философа, несомненно укрепится, если признать человека игрушкой бога и видеть в жизни каждого мужчины и каждой женщины «прекраснейшую игру», источник которой есть само божество, всегда разумное, знающее и совершенное. «Надо жить играя» — утверждает Платон. Что же это за игра? Философ отвечает: «Жертвоприношения, песни, пляски, чтобы уметь снискать к себе милость богов, а врагов отразить и победить в битвах» (цит. по: там же). 152

В «Политике» Платон среди искусств называет «пятый род», включая в него искусство украшения, живопись, музыку. Весь этот род он называет «игра», так как все это делается ради забавы. Но забава эта помогает «искусству царя» править государством. Так объединяется у Платона игра и жизнь идеального общества.

У неоплатоника Плотина, отмечает А.А. Тахо-Годи, Вселенная сурова к человеку и проницательна. Она непрестанно создает людей, «прекрасные и милые видом живые игрушки». Их слезы и заботы, даже самые глубокие, есть с точки зрения вечности только пустая забава. «Люди, — пишет Плотин, — принимают свои игрушки за нечто важное, так как им неведомо то, что действительно важно, и потому, что сами они игрушки» (цит. по: 8, с. 436).

В греческой культуре человек смыкался со всей мировой материей, где все мыслилось вечным — и смерть, и рождение. Жизнь человека управляется божеством, которое еще не отделимо от мирового хаоса и вечно изменчивых стихий земли, огня, воздуха и воды.

Однако у греков беззаботная игра божественных сил никогда не противоречила осмыслению мира и человека как направляемых вполне целесообразной и разумной волей, открытой лишь мудрецам, пророкам и поэтам.

Стихийность и разумность в Древней Греции не исключали, а дополняли друг друга. Мудрые законы судьбы постоянно вмешивались в человеческую жизнь, осмысляя и направляя ее. Ананка-Необходимость главенствует у Платона над космосом, вращая мировое веретено. Ее дочери (или ее ипостаси), богини судьбы, три Мойры, помогают ей вращать веретено. Они присоединяют свои голоса к пению сирен, сидящих на каждой из восьми небесных сфер веретена, и своим пением создают гармонию Вселенной.

В эпоху эллинизма беззаботность игры мировых стихий воплощает Тюхэ-Случай. Вся человеческая жизнь представляется уже не беспринципной игрой, а игрой сценической, управляемой мудрым хоре-гом, умело распределяющим роли, жестко следящим за их исполнением и не допускающим для актера никаких вольностей.

Картину именно такой человеческой трагедии рисует Платон в «Законах». Граждане идеального государства состязаются с профессиональными поэтами в театральной постановке. Они «сами творцы трагедии, наипрекраснейшей и сколь возможно наилучшей» (цит. по: 8, с. 438). «Прекрасная» и «наилучшая» жизнь в их государстве, отме-

чает А.А. Тахо-Годи, не что иное, как «наиболее истинная трагедия», и весь государственный строй в «Законах» представляет собой ее подражание (mimesis). Поэты и граждане города — творцы, они «соперники» по искусству в «наипрекраснейшем действе».

Но человеческая трагедия, разыгрываемая в наилучшем из государств, несоизмерима с трагедией, созданной искусством, поскольку, как полагает Платон, трагедия жизни выше трагедии вымысла.

Лукиан рассматривает человеческую жизнь как театральное шествие, где распоряжается хорег (Случай), который дает участникам шествия маски и сбрасывает их по своему желанию. Поэтому один носит маску царя, другой — раба, один — прекрасен, другой — смешон. От воли Тюхэ зависят одеяния актера этой жизненной драмы.

О жизни как сценической игре, поставленной высшим разумом, пишет и Плотин. В хорошем государстве, отмечает Плотин, не бывает равенства граждан, как и в драме, где все действующие лица, естественно, не могут быть героями. Человек — живая игрушка, рожденная Вселенной. Поэтому смерть и катастрофы людей подобны театральному зрелищу на сцене. Человеку не дозволено упрекать божество, как сценическому персонажу бранить создавшего его актера.

Всякое сопротивление року в античной драме заканчивалось поражением человека. Этим определялся «античный пессимизм». Однако вера во всемогущество рока была такова, что человек, попавший во власть рока, поднимался до божества. Рок уравнивал всех.

Жизнь человека — действие, и не простое, а задуманное художественно. Она напоминает движение танцовщика. Искусство танца руководит его движениями, жизнь движет созданным ею существом.

«Разум Вселенной, — пишет Плотин, — строго и неукоснительно соблюдает единство и связь вещей, как полагается для драматического сюжета, где, благодаря вводимым автором связям, гармонично объединены все столкновения и сложности» (цит. по: 8, с. 440-441). Добро и зло противостоят друг другу как два полухория в драме. Хороший и злой человек находятся на своих местах, как положено в драме, где автор каждому предназначает свою роль. Добро и зло распределены соответственно природе и разуму.

Каждая душа в мире получает свою роль от поэта, т.е. создателя Вселенной, как в драме, где автор создает маски и костюмы, чтобы актер выявил в задуманной роли свои качества. Как драматург награждает актера или лишает его возможности играть, так и душа, «войдя 154

в поэму Вселенной», или вознаграждается, или наказывается. Но не следует забывать, что актеры жизненной драмы играют на сцене, несоизмеримой с обычной театральной, и им дается несоизмеримая свобода действия «поэтом Вселенной».

«Строгая распорядительность космического драматурга, — пишет Плотин, — создает из Вселенной прекрасно налаженный инструмент, лиру или флейту Пана, где каждая душа на своем месте отличается своим музыкальным тоном. Во Вселенной все обосновано и продуманно так же, как в театре, где актер никогда не может выйти за пределы авторского текста. Мировое зло и добро поэтому на сцене Вселенной являются частями универсального разума, как роли в театральном представлении являются непременными частями драмы» (цит. по: 8, с. 442).

Симметрия фронтонной композиции греческого храма воплощает представление об упорядоченности, соразмерности космоса, а развернутость фронтонной композиции воплощает представление об обширности небесного пространства.

М. Хайдеггер писал: «…греческий храм… заключает в себе облик бога и, замыкая его в своей затворенности, допускает, чтобы облик бога через открытую колоннаду вступал в священную округу храма. Посредством храма бог пребывает в храме. И это пребывание бога само по себе есть эта простирающаяся и замыкающаяся в своих пределах округа. Храм и округа храма не теряются в неопределенности очертаний. Творение храма слагает и собирает вокруг себя единство путей и связей, на которых и в которых рождение и смерть, проклятие и благословение, победа и поражение, стойкость и падение создают облик судьбы человеческого племени. Владычественный простор этих разверстых связей есть мир народа в его историческом совершении. Из этих просторов, в этих просторах народ впервые возвращается к самому себе, дабы исполнить свое предназначение» (9, с. 282).

«Стоя на своем месте, храм впервые придает вещам их вид, а людям впервые дарует взгляд на самих себя. И такой вид и такой взгляд до тех пор остается разверстым, пока творение остается творением и пока бог не оставил его. То же самое и скульптурное изображение бога, которое посвящает ему победитель игр. Бог изображается не для того, чтобы легче было принять к сведению, как он выглядит; изображение — это творение, которое дает богу пребывать, а поэтому само есть бог» (9, с. 283).

Свое отношение к миру и свое ощущение мира эллины со всей полнотой выразили в пластике. «Юный взор грека, — писал Жан-Поль, -сам по себе прежде всего направлен на мир тел, — но здесь очертания четче, чем в мире духов, и это придает грекам особую легкость в обращении с пластическим материалом. Но мало и этого! Вместе с мифологией им была уже дана обожествленная природа, поэтический Град Божий, — им оставалось лишь населять его и жить в нем, но не приходилось его строить. Они могли воплощать там, где мы только воображаем или даже абстрагируем, могли обожествлять там, где мы едва способны наделять душой, они могли полнить божествами горы, рощи и потоки, в которые нам с величайшим трудом удается вдохнуть душу олицетворения. Они обрели великое преимущество, — тела становились у них живыми и облагороженными, духи — воплощенными. Лирику миф приближал к неотступно следующим вперед эпосу и драме» (3, с. 103).

Действительно, классический идеал возник из самого духа природы, из глубин пластического сознания. «Безоблачная светлая радость, струящаяся с возвышенных фигур богов, — писал Гёррес, — это выражение полноты их внутренней природы, способной вольно изливаться и принимать черты любой индивидуальности; в руках богов — бесконечность, когда они разжимают руку, все конечное слетает с их пальцев, как ручей бежит с горы; не отдельными сокровищами они владеют, но самой тайной, камнем мудрости, обращающим в золото любой негодный булыжник. Возвышенные статуи богов, описывающие многообразием своих форм весь круг божественного, — вот настоящая душа, вот средоточие Пластического искусства. […] скульптура по самому своему существу ближе к Идее… а идеи любят для себя идеальное облачение. ..» (12, с. 240-241).

Искусству эллинов покровительствуют Аполлон и девять олимпийских муз — дочерей Зевса и Мнемосины. Во времена архаики муз было три — Милета (опытность), Мнема (память) и Аойда (песня) -бурные, неистовые спутницы Диониса-Мусагета. Музы олимпийского мира — богини поэзии, искусств и наук — обитают на священной горе Геликон, воспевая все поколения богов и даруя людям вдохновение. По мере дифференциации искусств у каждой музы появилась своя сфера творчества и свои символы: Эрато — муза лирической поэзии с лирой в руках, Эвтерпа с флейтой сопровождает лирическую песнь, Каллиопа — муза эпической поэзии и знания со свитком и палочкой 156

для письма, Клио («дарующая славу») — муза истории с теми же атрибутами, Мельпомена — муза трагедии с трагической маской и венком из плюща, Полигимния — муза серьезной гимнической поэзии, Терпсихора — муза танца с лирой и плектром, Талия — муза комедии с комической маской, Урания («небесная») — муза астрономии с небесным сводом и циркулем. Их вождь — блюститель космической гармонии, прекрасный солнечный бог Аполлон.

Аполлон, пишет Ницше, — бог всех сил, творящих образами, и в то же время бог, вещающий истину, возвещающий грядущее. Он, по корню своему «блещущий», божество света, царит и над иллюзорным блеском красоты во внутреннем мире фантазии. Аполлон — бог искусств, делающих жизнь возможной и жизнедостойной. «Гомеровская «наивность», — отмечает Ницше, — может быть понята лишь как совершенная победа аполлонической иллюзии: это та иллюзия, которой так часто пользуется природа для достижения своих целей… В греках хотела «воля» узреть самое себя, в преображении гения в мире искусства; для своего самопрославления ее создания должны были сознавать себя достойными такой славы, они должны были узреть и узнать себя в некоей высшей сфере, но так, чтобы этот совершенный мир их созерцаний не мог стать для них императивом или укором. Таковой была сфера красоты, в которой они видели свои отражения олимпийцев» (7, с. 68).

Аполлонийская мудрость требует отдаваться всецело текущему мгновению и в то же время не терять душевного равновесия, когда одно мгновение сменяется новым, стирающим предыдущее, любить все мгновения своей жизни одинаково сильно, предпочитая всем прошедшим и будущим текущее мгновение.

Можно сказать, что аполлонический сон покоится на дне мгновения, и каждая смена мгновений нарушает его. Следовательно, связь Аполлона со временем несомненна. Ведь Аполлон не только Мусагет -вождь муз, он Мойрагет — вождь Мойр — богинь судьбы, ведавших настоящим, прошлым и будущим. Именно Аполлон обладал даром пророчества и наделял оракулов этим даром.

Он — бог часов, возобновитель времени, и он — Хоромедон -«Вождь времени». Так, в олимпийской мифологии на смену страшному богу времени Кроносу, пожирающему своих детей, пришел солнечный, прекрасный вождь времени Аполлон. Современная археология установила, что календарная служба Европы I тыс. до н.э. прочно

связана с именем Аполлона. Античные авторы рассказывают о таинственных странствиях Аполлона и служителей его культа, по велению которых в разных точках Европы, от Италии до Британии, устанавливались святилища Аполлона, которые на самом деле представляли собой древние обсерватории. Жрецы этих храмов-обсерваторий обменивались сведениями, и таким образом в Европе под знаком Аполлона была создана единая календарная служба.

С путешествиями Аполлона связаны легенды о гипербореях и их стране, где под знаком милости Аполлона процветали мораль и искусства.

Греки верили, что несокрушимая власть Аполлона таится в той творческой силе, что всегда дает новый росток. Сила Аполлона — в стройном согласии девяти муз. Греки верили, что бессмертие — не в отдельных произведениях искусства, а в силе, их созидающей. Гениальность — не достояние смертного человека, она — откровение солнечного бога.

Аполлонической культуре всегда приходится разрушать царство титанов, поражать насмерть чудовищ, и с помощью могущественных фантасмагорий и радостных иллюзий одерживать победы над ужасающей глубиной миропонимания и болезненной склонностью к страданию, пишет Ницше.

Аполлон — обоготворение индивидуализации. Аполлон как этическое божество требует от всех меры и, чтобы иметь возможность соблюдать таковую, самопознания. Рядом с эстетической необходимостью красоты стоят требования: «Познай самого себя» и «Сторонись чрезмерного». Самопревозношение и чрезмерность рассматривались как враждебные демоны неаполлонической сферы, а посему как свойства до-аполлонического времени, века титанов, и вне-аполлонического мира — мира варваров.

В диалоге «Пир» Платон так интерпретирует девиз Аполлона: «Познай самого себя»: «Так вот, каждый из нас есть символ человека, обтесанный наподобие камбалы, из одного — два. И потому-то ищет каждый раз свой, из своего человека вырубленный символ» (Пир 191 Ь). Согласно Платону, каждый из нас действительно есть лишь символ человека, неполная и вечно тяготеющая к восполнению его часть, но цельность человека не в обретении родного тела или родной души в возлюбленном, но в обретении самого себя. Именно так он интерпретирует дельфийскую мудрость «Познай самого себя» в диа-158

логе, носящем название «Первый Алкивиад». Подзаголовок диалога «О природе человека», действующие лица — Сократ и Алкивиад, лейтмотив — любовь к тому, что есть в человеке истинно сущее, а не внешнее и преходящее.

«Всякое дело, — говорит Сократ, — боится своего мастера, кто хочет действовать, должен обладать знаниями, желающий властвовать над людьми должен знать человека. Но и на царском престоле рабом останется тот, кто не познал самого себя, кто полагается на выдающиеся свойства своей натуры — рост, красоту, крепость рук и твердость воли, забывая о том, что все это лишь свойства того, что есть он сам. А что же есть сам человек? Что вообще значит «сам человек», «сама вещь», «самое само»?» (129 Ь).

По словам Сократа, познает себя лишь тот, кто познает свою душу, тот же, кто знает свое тело, знает свое собственное, но не себя (131 аЬ). И кто любит красоту, молодость, силу, тот любит собственное любимца, но не его самого. Собственное преходяще, душа — нет.

«Познать самого себя — это обратить взор внутрь своей души и постичь присутствие в ней мудрости-софии, разумения, справедливости и блага — таков итог и смысл этого диалога о природе человека» (1, с. 30). В этом сочинении Платона человек предстает как символ своего существа. Сам человек — это душа человека, но душа человеческая не есть сам человек. Душа, как здесь сказано, есть вместилище софии (133 Ьс). Душа тоже символ — символ божественной премудрости, и поэтому она тоже охвачена любовью к совершенствованию той несовершенной части софии, какая ей врожденна. Любовь к другой человеческой душе — не тяготение к слиянию ради восполнения целого, а возвышающее, божественное призвание человека.

Платон сознательно и решительно рассекает существо человека на два символа — тело и душу, принадлежащих к двум разным ценностям: преходящему миру сотворенных и порожденных вещей и миру вечных идей (1).

Идеалом для древних греков был мудрец-созерцатель. Его идеальный портрет можно найти в «Сатирах» Горация:

Кто же свободен? Мудрец, который владеет собою:

Тот, кого не страшат ни бедность, ни смерть, ни оковы;

Кто не подвластен страстям, кто на почести смотрит с презреньем;

Тот, кто довлеет себе, кто, как шар, и круглый, и гладкий,

Все отрясает с себя, что его ни коснется снаружи;

Тот, перед кем и Фортуна опустит бессильные руки. ..

(Сатиры, 11, 7, 83-88. Перевод М. Дмитриева)

Сравнение с шаром — в духе античной традиции. Шар в античной культуре был символом вечности, «шар — это обтекание мира завершенным смыслом, это единство, но единство развитое, расцветшее, явленное, вышедшее из своих темных глубин и превратившееся из неизмеряемой точки в зрелое и пышное тело вечности» (5, с. 43).

Аполлоническому греку действие дионисийского начала представлялось титаническим и варварским, хотя он и не скрывал от себя при этом своего внутреннего родства с поверженными титанами. Дорическое государство и дорическое искусство, пишет Ницше, — это постоянный воинский стан аполлонического начала: лишь при непрерывном противодействии титаническо-варварской сущности дионисийского начала могли столь долго продержаться такое искусство, такое воинское и суровое воспитание, такая жесткая государственность.

Греки времен Гомера не знали синего цвета и не имели в языке слова для его обозначения. В греческой живописи было то же самое: во времена Полигнота (VI в. до н.э.) живописная гамма ограничивалась черным, белым, желтым и красным цветами. Синяя же краска, давно известная египтянам и употреблявшаяся греками при раскраске погребальных статуй, не проникала в живопись. Ее впервые начинает употреблять Апеллес (IV в. до н.э.). Зеленая краска была известна греческой живописи только как смешение черной и желтой, т.е. в своих притупленных, сероватых тонах. Символически эта гамма красно-желто-черного цвета говорит о творчестве земном, реалистическом, каковым мы и знаем греческое искусство, но — на фоне глубокого пессимизма.

Когда человеческие жертвоприношения и неистовство дионисий-ских оргий превратились в трагедию, в которой дионисийские страсти получили аполлоническое воплощение, греки — этот «народ неврастеников» (М. Волошин) — создали «золотой век» — век Перикла и Фидия. Творения этого века можно назвать высшей красотой. Это, по мнению Шлегеля, совершеннейший пример недостижимой идеи, которая становится здесь как бы видимой, — прообраз искусства и вкуса.

Созидая свой гармоничный мир, греки трепетали перед Роком. Но именно Рок, по Жан-Полю, и есть мировой дух эпоса, «Немизида дра-160

мы». «В эпосе пребывает Рок. Сюда смеет явиться самый совершенный характер, даже сам бог его, стремясь и борясь. Он служит целому, и поскольку является здесь не жизненный путь, а мировой ход, то судьба героя тает во всеобщем. Герой — течение, пересекающее океан, здесь Немизида карает не столько индивида, сколько роды людей и целые миры. […] В эпосе неизбежны чудеса; ибо царит вселенная, а сама она — чудо, в ней — все, а стало быть, и чудеса; все может совершаться на двойной сцене — неба и земли, и не может занять ее один земной герой, и не может даже один небесный герой и сам бог, но занимают боги и люди. Поэтому в эпосе эпизод — едва ли вообще эпизод, как нет эпизодов всемирной истории. […] В распоряжении эпической Музы должен быть обширный исторический мир, — только опираясь на него, можно сдвинуть с места мир поэтический» (3, с. 240-241).

Эпос — это история всебытия, поэтому у него нет начала и конца. На эту особенность эпоса указывает и сам Гомер, когда говорит:

Внимают певцу, вдохновленному свыше богами,

Песнь о великом поющему людям, судьбине подвластным,

В них возбуждая желание слушать его непрестанно.

(Оа., XVII, 518)

Ф. Шлегель в статье «О ценности изучения греков и римлян» называл искусство эллинов вечным «кодексом» человеческой души, естественной историей нравственного и духовного человека. «Изучение греков и римлян, — писал он, — это школа великого, благородного, доброго и прекрасного, школа гуманности; пусть черпают здесь свободную полноту, живую силу, простоту, соразмерность, гармонию, законченность, которую ограничивало, расщепляло, запутывало, искажало, разрывало все еще грубое искусство современной культуры!» (11, с. 84).

Античность — «вершина естественной культуры изящного искусства» (Ф. Шлегель) — остается высшим прообразом художественного развития для всех времен. «В ней завершен и замкнут весь круговорот органического развития искусства, высшая эпоха которого, когда способность к прекрасному могла выразиться свободнее и полнее всего, содержит в себе всю полноту ступеней развития вкуса» (11, с. 154). Античная культура самопознания и меры создала классическую

скульптуру, архитектуру, драму, поэзию, античная культура создала и классическую музыкальную эстетику, которая по сей день определяет музыкальную жизнь Европы.

Список литературы

1. Васильева Т.В. Символы человека у Платона и платоническая любовь // Античная культура и современная наука. — М.: Наука, 1985. — С. 27-31.

2. ВолошинМ. Лики творчества. — Л.: Наука, 1989. — 848 с.

3. Жан-Поль. Приготовительная школа эстетики. — М.: Искусство, 1981. -448 с.

4. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. — М.: Мысль, 1993. — 959 с.

5. ЛосевА.Ф. Эллинистически-римская эстетика I—II вв. н.э. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1979. — 415 с.

6. Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 т. — М.: Советская энциклопедия, 1991. — Т. 1. — 671 с.; Т. 2. — 719 с.

7. Ницше Ф. Рождение трагедии из духа музыки // Ницше Ф. Сочинения: В 2 т. -М.: Мысль, 1990. — Т. 1. — С. 57-157.

8. Тахо-Годи А.А. Жизнь как сценическая игра в представлении древних греков // Тахо-Годи А.А., Лосев А. Ф. Греческая культура в мифах, символах и терминах. — СПб.: Алетейя, 1999. — С. 433-442.

9. ХайдеггерМ. Исток художественного творения // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX-XX вв.: Трактаты, статьи, эссе. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1987. -С. 264-312.

10. ШиллерИ.Х.Ф. Собр. соч.: В 6 т. — М.; Л.: Госполитиздат, 1950. — Т. 6: Статьи по эстетике. — 762 с.

11. Шлегель Ф. Эстетика. Философия. Критика: В 2 т. — М.: Искусство, 1983. -Т. 1. — 479 с.

12. Эстетика немецких романтиков. — М.: Искусство, 1987. — 736 с.

13. Эстетика раннего французского романтизма. — М.: Искусство, 1982. — 480 с.

Лучшие книги о космосе

Проект «Вселенная книг МИФа» — это буквально целые созвездия книг, загадочных и манящих как ночное небо. А на этой странице мы отобрали для вас книги о вселенной, в которой мы живем.

Книги для взрослых

Почему E=mc²?

Книга для всех, кто мечтает понимать физику. Физики Брайан Кокс и Джефф Форшоу доступно объясняют идеи Эйнштейна с позиций современной науки. Попутно и так же просто они рассказывают о теории относительности, объясняют физику частиц и отвечают на самые разные вопросы. Что такое энергия и масса? Как с ними связана скорость света? Почему твердое на самом деле не твердое? И возможно ли перемещение назад во времени? Ответы в этой книге.

Из космоса границ не видно

Американский астронавт, полковник ВВС Рон Гаран налетал 71 миллион миль вокруг нашей планеты. Вместе со специалистами из 15 стран он работал на международной космической станции. МКС была и остается самой большой и сложной орбитальной станцией Земли. Такой проект человечеству под силу сделать только сообща. Ученым, врачам и космонавтам пришлось научиться справляться с разногласиями, политикой и культурным недопониманием. В книге Рон Гаран призывает перенести этот опыт из космоса обратно на Землю, чтобы сообща решить проблемы с климатом, войной и нищетой.

В космосе меня покорила простая идея: наш мир потому до сих пор страдает от множества нерешенных вопросов, потому что мы так и не научились работать сообща.

Интерстеллар

Главное правило «Интерстеллара»: ничто в фильме не должно противоречить законам физики и знаниям о Вселенной. Кип Торн показывает в книге, что это правило действительно не нарушали. Невероятные события картины и физические эффекты, которые мы никогда раньше не видели, возможны с позиций современной науки.

Вы прочтете о черных дырах, кротовых норах, гравитационных аномалиях, пятом измерении, путешествиях в космосе и удивительных законах, которые управляют нашей Вселенной.

Книги для детей

Профессор Астрокот и его путешествие в космос

Куда уходит на ночь солнце? Из чего сделаны звезды? Одни ли мы во Вселенной? Как услышать Большой взрыв? Отправляйтесь исследовать просторы Вселенной вместе с детьми и самым мудрым ученым котом на свете. Фактами о космосе и устройстве Вселенной для самых маленьких делится великолепный профессор Астрокот.

Увлекательная астрономия

Путешествие по галактике для детей 5-7 лет. В этой книге компанию читателям составит рыжий, веселый и не в меру любопытный Чевостик, которого придумала детская писательница Елена Качур. В книжке собраны рассказы о солнце, луне и звездах, космические рекорды и самые главные секреты Вселенной.

Например, вы узнаете, почему солнце можно сравнить с апельсином.

Если представить Солнце как апельсин, то Юпитер рядом с ним будет как вишенка. А наша Земля — вообще как песчинка.

Солнце такое большое, что, даже если все планеты собрать вместе, их общий вес будет в тысячу раз меньше веса Солнца.

Космос

Это рассказ об истории космонавтики в замечательных картинках. О «безумном мечтателе» Циолковском и о тех, кто воплотил его мечты. Вы увидите Королева, Гагарина, Титова и современных космонавтов и ученых, которые продолжают писать историю космоса.

Не исключено, что после прочтения дети вновь захотят стать космонавтами, как хотели до этого в детстве их родители, бабушки и дедушки.


Книжку сделали фотограф Дмитрий Костюков и иллюстратор Зина Сурова.
Рассматривать всю эту красоту не надоест часами.

Я — робот

Чтобы сделать почти настоящего робота, вам нужна коробка, дети и эта книжка. Нет, без детей нельзя. Внутри книги комиксы, смешные наклейки на робота и простые инструкции:


Инструкция из книжки будет понятна даже ребенку

Если совсем честно, ребенок и без вас отлично справится. Идите и занимайтесь своими скучными взрослыми делами. Пара часов — и ваш собственный робот уже пищит и передвигается по квартире.

Собери свою галактику

Хотите собрать Спока из лего? Да, прямо в униформе и с теми самыми острыми ушами. Вот вам книга инструкций от фанатов лего и звездных саг для таких же бешеных фанатов. Ребята придумали свои методы строительства: от мини-фигурок и звездолетов настольного формата до больших и сложных зданий и космического транспорта.


Вот так можно собрать Улу — лучшую танцовщицу короля преступного мира Джабы Хатта из «Звёздный Войн».

Соберите сцены из «Звездных войн», «Стар Трека» и «Космического патруля». Научитесь хитростям работы с лего и соберите вообще всё, что хотите. Главное, чтобы хватило деталек.

Вконтакте

Facebook

Twitter

сравниваем главные понятия • Arzamas

Бытие, свобода, душа, любовь и вино — чем они стали после Христа

Автор Арсений Куманьков

Античная культура серьезно повлияла на становление и развитие хри­стиан­ства. Что составляло основу мировоззрения образованного человека Антич­ности? Что думали об устройстве мира и о своем месте в нем древние греки и римляне? Как сформированный ими язык описания был воспринят в христиан­ской традиции? Cравниваем античное и христиан­ское значение важнейших для обеих культур понятий.

Бытие

В античности: всё, что существует

Бытием греки начали называть все, что существует, все сущее. Древнегре­ческий философ Парменид (ок. 540–470 до н. э.) уточнял, что бытие — это все, что можно познать при помощи разума. Такому полученному посредством разума — истинному — знанию противопоставлены результаты чувственного познания: они формируют мнения, которые могут различаться. С определе­нием Парменида многие спорили, но соглашались в противо­поставлении истинного бытия и изменчи­вого мира. Бытие для античного человека, то есть полнота, целостность всего, что суще­ствует, отождествляется с благом, истиной, добром, неизменностью, красотой.

В христианстве: всё, что сотворено Богом

Для христианских мыслителей полнотой бытия обладает Бог. Он творит мир из ничего, но сам является несотворенным. При этом в мире наблюдается градация бытия: кому-то дано больше, кому-то меньше, но все сотворенное, так или иначе, не достигает полноты его бытия. Пришествие Христа в мир — явление и демонстрация возможности истинного и полного бытия.

Природа

В античности: сущность вещей

Природа главным образом понималась как сущность чего-либо (например, природа человека). Природа гармонична, упорядо­ченна и прекрасна. Отсюда, например, идеал греческих и римских стоиков  Стоицизм — философская школа, возникшая около 300 года до н. э. Стоиками были, например, Зенон Китийский, Цицерон. — жизнь в согласии с приро­дой, то есть по законам гармонично устроенного космоса и разум­ного начала в человеке.

В христианстве: часть мира

Весь мир сотворен Богом по его доброй воле, поэтому в каждой вещи можно встретить указание на него, в том числе и в природе. С другой стороны, мир иерархичен, и человек, созданный по образу Божию, выделяется из мира живой природы, занимая наивысшее положение среди живых существ. Однако это не означает, что он полно­власт­ный хозяин этого мира: человек поставлен выше, но не распоряжается миром. Важно также, что сама по себе природа не является разумной или благой — это серьезно отличает христианское пред­ставление о природе от античного.

Человек

В античности: разумная часть космоса

В основе античного понимания человека — платоновское представление о двойственном существе, состоящем из души и тела. Душа невидима, бес­смертна и божественна, тело конечно и видимо. Душа отвечает за позна­ние, но тело препятствует знанию и порабо­щает душу. Тело — темница души.

Аристотель добавил, что человек — это часть упорядоченного, гармоничного космоса. Как часть живого мира он одновременно «растительное» и разумное существо, способное к суждению и речи, при помощи которых можно обсу­ждать абстрактные вещи: полезное, доброе, справедливое. При этом в душе человека постоянно происходит борьба между низменными и высокими порывами. Но именно разумность отличает человека, это его ключевое свойство: «Все люди от природы стремятся к знанию»  Из «Метафизики» Аристотеля.. В-третьих, человек — это «животное политическое»  Из «Политики» Аристотеля.: он может быть человеком, только когда живет среди других людей. В противном случае он либо зверь, либо бог. При этом сущность человека, его природа, неизменна — он может быть самым искусным из всех или знать больше других, но это никак не меняет его места в этом мире: он всегда останется человеком.

В христианстве: образ Бога

Христианство впитало ветхозаветный тезис о сотворении человека по образу Божию — таким образом, человек ставится суще­ственно выше всех прочих живых существ. Христос, будучи соприродным с людьми, делает возможным для человека обожение, соединение с Богом. Теперь положение, место чело­века, которое он занимает по отношению к Богу, меняется в зависи­мости от его образа жизни: человек может превратиться в растение, если занимается только поддержанием жизни в себе  См. у Джованни Пико делла Мирандола, «Речь о достоинстве человека»: «Рождаю­щемуся человеку Отец дал семена и заро­дыши разнородной жизни и соответственно тому, как каждый их возделает, они вырастут и дадут в нем свои плоды. И если зародыши растительные, то человек будет растением, если чувственные, то станет животным, если рациональные, то сделается небесным суще­ством, а если интеллектуальные, то станет ангелом и сыном Бога» (пер. Л. Брагиной )., но также способен приблизиться к Богу и уподобиться ему.

Душа

В античности: бессмертная сущность в тюрьме тела

В Античности признавали, что начало, которое обеспечивает жизнь челове­ческого тела, — душа. Постепенно появляется идея души как бессмертной и неуничтожимой сущности, отвечающей за мышление и мораль. Душа начинает противопо­ставляться телу, которое Платон называл могильной плитой, скрывающей душу.

В христианстве: творение Бога, как и тело

Христианское учение о душе во многом наследует античному. Человек — это соединение души и тела, однако тело не подвергается столь резкому порица­нию, как это было у Платона. Тело, как и душа, — творение Божие, поэтому требует любви. Христос своей жертвой и последующим воскресением указал на возможность победы над смертью как над разделением тела и души: в буду­щей жизни с Богом душа вновь воссоединится с телом. Впрочем, несмотря на принятие в христианстве положения о бессмертии души, Господь может покарать, лишив душу вечной жизни и отправив в геенну огненную  Геенна — символ Судного дня в иудаизме и христианстве. Слово образовано от названия долины Еннома к юго-западу от Иерусалима, где сжигали мусор и мертвых животных..

Добродетель

В античности: способность поступать наилучшим образом

В Античности учение о добродетели во многом связывалось с учением о душе. Платон, разделяя душу на три части (вожделеющую, яростную и разумную), указывал, что каждой из них соответствует своя добродетель: соответственно, воздержа­ние, или умеренность, мужество и мудрость, или благоразумие. Соче­тание трех идеалов поведения приводит к высшей добродетели человека — справедливости. Аристотель связывает эту высшую добродетель со способ­ностью отыскивать золотую середину, то есть с умением избегать избытка и недостатка.

Вообще добродетель, по Аристотелю, — это способность поступать наилучшим образом во всем, что касается удовольствий и страда­ний, и жизнь в соответ­ствии с законами разума. 

В христианстве: уподобление Богу

В христианстве добродетель понимается в первую очередь не как моральная категория, а как теологическая, духовная. Во всей полноте все добродетели были проявлены в Христе, а человек должен стремиться к тому, чтобы ему уподобиться. Перечни добродетелей разнятся в разных христианских тради­циях. В западной теологии, в частности у Августина Блажен­ного  Аврелий Августин (354–430) — с 395 года епископ Гиппонский, христианский богослов, влиятельнейший проповедник, один из От­цов Церкви. Святой католической, право­слав­ной и лютеранской церквей., утвердился список из семи: четыре из них — кардинальные добродетели — воспроизводят античные (умеренность, мужество, благоразумие, справед­ливость). К ним Августин, следуя Первому посланию апостола Павла к корин­фянам, добавляет еще три — теологические: веру, надежду, любовь. Без последних трех невоз­можно действительно следовать кардинальным добродетелям.

Человек стремится к добродетелям не ради выгод, но единственно для того, чтобы обрести жизнь в Боге. В этом христианами наследуется античная (стоическая) традиция понимания добродетели как источника блаженства.

Справедливость

В античности: наивысшая добродетель человека

Для античного человека справедливость — это мера должного и законного. Отсюда выводится состояние полной упорядочен­ности и умиротворенности: справедливый человек умиротворен. Справедливость — это наивысшая добро­детель. Бывает общая справедливость — соблюдение законов природы, гармо­нии в отношениях с другими людьми. Так, например, справедливой считается война с варварами и обращение их в рабство, поскольку по природе своей они склонны жить в подчинении. И суще­ствует частная справедливость. Она регулирует вопросы распределения благ. По Аристотелю, в различных ситуа­циях частная справедливость может быть разного вида: распределитель­ная, воздающая и меновая. На последней держится, например, торговля.

В христианстве: абсолютно справедлив только Бог

Понятие справедливости в христианстве используется для оценки действий человека, определения степени его греховности и надлежащей меры его осуждения. Хотя определение «справедливость — это воздаяние каждому должного» уходит корнями в Античность. 

Апостол Павел говорил, что никого из людей нельзя назвать справедливым, поскольку «никто не ищет Бога; все совратились с пути»  Рим. 3:11–12.. Бог представляется эталоном справедливости и ее источником, в мире же наблюдается своеобраз­ная иерархия отпадения от справедливого Бога (надо уточнить, что человеку не всегда понятно, что Бог считает справедливым для него). Это означает, что есть более справедливые, мудрые люди, которые прислушиваются к Богу, а потому они могут осудить других, назвать их грешниками, призвать к ответу и наказать.

Любовь

В античности: жажда целостности

Для людей Античности любовь — одно из чувств, в котором воспроизводятся принципы космической взаимосвязанности. А именно чувство, вызванное жаждой целостности и стремления к ней. Любовь обеспечивает единение и пол­ноту. Именно поэтому греки считали, что первые люди были наделены андрогинностью  Андрогинность (греч. ανδρεία, «мужчина», + γυνής, «женщина») — свойство человека про­являть одновременно и женские, и мужские качества, не обязательно в равной степени., кото­рой впоследствии лишились. Древнегре­ческий и ла­тинский языки знают сразу несколько способов выражения слова «любовь» в зависимости от контекста описываемой ситуации: страстная, чувственная любовь — желание (eros/amor), любовь дружеская (philia/fraternitas, amicitia), любовь-милосердие (agape/caritas) и семейная любовь — привязанность (storge/affectio).

В христианстве: милосердие, сострадание и забота

Для христиан любовь также оказывается одним из ключевых понятий, опреде­ляющих их отношения с Богом и другими людьми. Это один из важнейших, в первую очередь нравственных принципов поведения. Христианская любовь имеет сразу множество значений: милосердие, сострадание, забота. «Будьте милосердны, как и Отец ваш мило­серд», — говорится в Евангелии от Луки  Лк. 6:36.. Через любовь к Богу христианин открывает любовь ко всему, что сотворено Богом, и, наоборот, через любовь к ближнему — любовь к Богу. Но здесь также открывается и основание для неприятия всего, что удаляется от Бога, — то есть ненависти ко греху.

В Евангелии мы встречаем проповедь любви, которую невозможно было бы представить в античном мире. Христос в Нагорной проповеди говорит: «Люби­те врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благо­тво­рите ненавидя­щим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас»  Мф. 5:44.. Тем самым христиа­нин направляется к высшему добродетельному состоянию, в котором гнев, ненависть, злоба перестают быть значимыми.

Свобода

В античности: самоконтроль

Греки и римляне воспринимали свободу как одно из важнейших состояний, на которых основывается их самоиденти­фикация. Так, Аристотель утверждал, что эллины по своей внутренней природе склонны к свободе, что можно под­твердить отсутствием в греческих полисах деспотической власти. Это же может быть отнесено и к римлянам: после изгнания последнего царя Таркви­ния I Гордого (509 год до н. э.) там не было единоличной деспотической власти как минимум на протяжении пяти веков, до установления принципата (то есть до появления империи).

Проблема свободы затрагивается также этикой и религией. Например, стоики считали, что человек абсолютно несвобо­ден — он подчинен судьбе и природе (которую стоики обожествляли). В то же время они требовали, чтобы человек достиг состояния апатии — освобождения от страстей, которые мешают ему понять происходящее. Такой человек контролирует себя и подчинен только разуму, а это залог добродетельной жизни. Впоследствии идея такой подчи­ненности природе проявит себя в христианстве как требование полного подчинения воле Бога.

В христианстве: жизнь без греха

Будучи сотворенным по образу Божию, человек свободен от предзаданности (в отличие от растений или животных, подчиняющихся инстинкту) и способен самостоятельно определять свое существо­вание и свое положение в мире. Но после того, как человек согрешил в первый раз (грехопадение), он удаляется от Бога, и теперь уже человек как таковой не может не грешить — в этом его несвобода. Обрести состояние свободы снова возможно через жизнь без греха.

Вино

В античности: часть повседневности

В жизни людей Античности вино играло не меньшую роль, чем разговоры о справед­ливости и свободе. Греки считали себя искусными виноделами, и на протяжении нескольких столетий их вина были эталоном у народов Средизем­номорья. Вино было частью повседневности. Большой популяр­но­стью пользовались симпосии (латинский вариант — конвивиум или комис­сатио) — пиры, застолья, на которых мужчины праздновали свои успехи, слушали поэтов и музыкантов, обсуждали философию, спорили или играли. Для поддержания общественного порядка женщины чаще всего не допускались на подобные мероприятия. Кроме того, вино было важнейшим товаром, на нем можно было сделать капитал. Также оно использовалось в медицине и в рели­гиозных обрядах. Весной в честь бога виноделия Диониса (Вакха) проводились дионисийские мистерии и вакханалии, в которых участвовали в основном женщины. Они переодевались в шкуры животных, танцевали, а вино было одним из способов достижения экстатического состояния.

В христианстве: символ крови Христа

Первое чудо, сотворенное Христом, связано именно с вином. На свадьбе в Кане Галилей­ской Христос превратил воду в вино, когда гости выпили все хозяйские запасы алкоголя  Ин. 2:1–11.. Во время последней совместной трапезы с учениками Христос разделяет с ними хлеб и вино («И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя нового завета, за многих изливае­мая во оставление грехов»  Мф. 26:26–28.). По сей день во время таинства евхари­стии  Евхаристия (греч. εὐ-χᾰριστία — «благода­рение, благодарность, признательность», от εὖ, «добро, благо», + χάρις, «почитание, честь, уважение») — одно из таинств Церкви. Заключается в освящении хлеба и вина, их употреблении, посредством чего христианин может «соединиться с Богом во Христе»., отсылающего к Тайной вечере, христиане принимают хлеб и вино, которые претворяются в тело и кровь Христа, соединяясь таким образом с Богом.

Христианство было настроено враждебно по отношению к античному культу Диониса и практикам вакханалий. Постепенно они были преданы почти полному забвению. Но традиции виноделия не пресеклись, и даже сейчас многие монастыри могут похвастаться своим вином, пивом и более крепкими алкогольными напитками. Пол­ный запрет на употребление вина установлен лишь в некоторых христианских церквях и деноминациях.  

Человек и космос в античной философии

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

В античности природа есть космос, сосредоточение логоса, идеал смысловой упорядоченности и совершенства, к которому принадлежит и сам человек. Природа неизмеримо превосходит человека, который должен стремиться жить в согласии с ней.

Так, например Эмпедокл (ок. 484-421 гг. до н.э.) говорил о любви и ненависти, как о движущих космических силах. Четыре начала – вода, воздух, земля и огонь ведомы двумя космическими силами – Любовью и Ненавистью. Эти четыре начала соединяются в различные комбинации силой Любви, а разрушаются под действием Вражды.

В конце IV в. до н.э. Зеноном была основана школа Стоя (Стоя – Портик; не будучи афинянином, Зенон не имел права арендовать целое здание, поэтому он проводил свои лекции в некоем Портике). Как и досократики, стоики видели мир возникшим, а  значит, и разрушимим. На исходе времени придет мировой пожар, в огне которого сгорит космос, и мир очистится. На пепле возродится новый мир, все повторится снова: тот же космос, обреченный на разрушение и на репродукцию. Выходит нечто вроде теории «вечного возвращения»: всякий человек вновь родится на земле и будет таким же, как в предыдущей жизни, вплоть до мельчайших черт. Человек, занимает доминирующую позицию, ибо он, как никто другой, участвует в божественном Логосе. Человек состоит не только из тела, но и из души, которая является фрагментом космической души, душа же телесна.

Плотин (родился в 205 году), говорил, что материя нуждается в Душе, формирующей ее, связывающей ее с бытием. Физический мир рождается, следовательно, так: 1) сначала Душа полагает материю, которая находится на периферии световой окружности, где наступают сумерки; 2) затем этой материи дается форма, которая освещает, насколько это возможно, материю.

Рождение и смерть становятся не чем иным, как подвижной игрой души. Человек рождается не тогда, когда он появляется в физическом мире, но предсуществует в состоянии чистой души: «Прежде нашего рождения мы обитали свыше: мы были людьми, индивидуально определенными, и даже Богами, чистыми душами».

Человек – это фундаментальным образом душа, и все виды активности жизни зависят от его души.

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

Все программы исследования космоса так или иначе посвящены поискам внеземной жизни – Наука – Коммерсантъ

ответы Лев Зеленый академик, директор Института космических исследований РАН

вопросы Елена Краузова

фотографии Иван Ерофеев

Насколько современная российская наука о космосе стала преемницей советской — и русского космизма с его религиозно-философской версией освоения космоса?

Надо сказать, что труды Циолковского, освещающие его философскую теорию (во многом опирающуюся на идеи Николая Федорова, первого русского космиста), в советское время не печатались. Научное сообщество и публика знали только его технические работы. «Научная этика» Циолковского предполагала, что заниматься освоением космоса нужно, в первую очередь, для расселения воскресшего человечества — как практик Циолковский задался этим вопросом, как и Федоров, размышляя о будущем. «Человечество не останется вечно на Земле, но в погоне за светом и временем сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет себе все околосолнечное пространство», — одна из самых известных цитат Циолковского. Но мало кто знает, что эта фраза имеет для него более глубокий смысл, чем просто утверждение широких возможностей пилотируемой космонавтики. Циолковский действительно придумал ракетные поезда, вывел формулу для определения скорости летательного аппарата под воздействием ракетного двигателя (хотя на самом деле она стала частным случаем уравнения Мещерского), обосновал применение реактивных аппаратов для межпланетных исследований.

Но им двигали при этом другие соображения — в каком-то смысле улучшения человечества. И все же я думаю, что именно благодаря таким людям, которые опирались пусть даже на ложные, как мы сейчас понимаем, посылки, Россия и оказалась в ряду космических держав. А дальше книги Циолковского прочел Сергей Королев, который вряд ли знал про теорию воскрешения, увлекся, стал переписываться с автором. И вот уже выросло новое поколение людей — практиков, не абстрактно мечтавших о ракетоплавании, а взявшихся за конструирование летательных аппаратов. Именно потому, что духовную почву для изучения космоса заложили такие люди, как Циолковский и Федоров, СССР, в 1920-е и 1930-е годы не самая продвинутая в техническом смысле страна, стала первой космической державой. Сейчас можно услышать много насмешек в адрес утопичных идей русских космистов, но мы должны уважать их как предвестников советской космической эры.

Кстати, часто забывают о другом русском космисте — Александре Чижевском. Он во многом способствовал известности Циолковского, а сам занимался теорией солнечных циклов. Не зная физики процессов влияния Солнца на Землю, Чижевский предположил (в своей книге «Земное эхо солнечных бурь»), что 11-летний цикл солнечной активности отражается в периодичности изменений климата Земли и даже истории человечества. В книге у него есть интересные графики, которые показывают, например, как периоды солнечной активности накладываются на социальные потрясения и даже на изменения популяций грызунов и число изнасилований и немотивированных убийств во Франции. Конечно, то, что социальные процессы объяснялись таким образом, противоречило марксистской философии, Чижевский был репрессирован, самые плодотворные годы жизни провел в ссылке, а вернувшись в Москву в 1950-е годы, как бывший репрессированный не смог начать работать с Королевым, который его очень ценил. Фактически Чижевский предвосхитил открытие солнечного ветра, существование которого было доказано лишь с началом работы первых спутников.

Преемственность идей — от Федорова к Циолковскому, от Циолковского к Чижевскому — очевидна, и мы видим, как философия космизма удалялась от мистицизма, уступая место конкретике. Русский космизм в каком-то смысле сродни путешествию Колумба, который, намереваясь доплыть до Индии, открыл Америку.

Кстати, не только из ложных посылок, но и из ошибок вырастают большие результаты. Из мемуаров Сахарова и Чертока, например, следует, что Сахаров оказался одним из первых инициаторов запуска спутника. Проведя расчет веса термоядерного заряда, необходимого для доставки в США, Сахаров получил огромные цифры, и группа Королева занялась конструированием межконтинентальной баллистической ракеты, которая была бы рассчитана на столь большую массу головной части. Именно тогда Королев придумал принцип «семерки» (Р-7), многоступенчатой ракеты, у которой центральный блок (вторая ступень) был дополнен четырьмя боковыми блоками (первая ступень). Но к тому времени, когда работа была завершена, Сахаров подкорректировал расчеты — оказалось, что масса заряда может быть и не такой большой. А Р-7, как выяснилось, может не только доставить «полезную нагрузку» до другого континента, но и, развив первую космическую скорость, вывести небольшой груз — несколько сотен килограммов — на околоземную орбиту. О запуске спутника в проекте — изначально исключительно военном — не шло и речи. Королев смог добиться разрешения на использование двух ракет Р-7 для запуска первых искусственных спутников Земли. Так и получилось, что просчеты Сахарова оказались причиной первенства СССР.

В годы советской космической эры освоение Вселенной воспринималось как одна из важнейших задач человечества. Сейчас у многих вызывает сомнения сама идея масштабного освоения космоса…

Если проследить достижения технологического развития в каждом веке, то выяснится, что самыми высокими темпами прогресса человеческой цивилизации был ознаменован XIX век, хотя мы и привыкли воспринимать как самое быстрое время развития технологий век двадцатый. Вся вторая половина XX века при этом прошла для человечества под знаменем освоения космоса. Во многом это было обусловлено гонкой между СССР и США, поэтому исследования Вселенной воспринимались зачастую в «спортивном» ключе. Обычные люди смотрели на достижения отечественной космонавтики как на победы своих соотечественников в Олимпийских играх или как мы сейчас смотрим на игру нашей национальной сборной по футболу — было важно, чтобы «мы были первыми», о высоких же целях космической науки, прикладных применениях этих технологий задумывались меньше. А ведь именно в то время сделаны открытия, заставившие ученых совершенно иначе посмотреть на Вселенную: различные особенности активности Солнца, реликтовое изучение, а еще гамма-всплески, которые открыли перед нами мистерию Вселенной — смерть массивных звезд, столкновения черных дыр.

Космические технологии уже давно пронизывают нашу жизнь, а мы не всегда отдаем себе в этом отчет. Подключая спутниковое телевидение, пользуясь GPS-навигаторами или слушая прогнозы погоды, большинство людей не осознает, что пользуется результатами космических открытий. Люди привыкли к космосу. И это во многом связано с тем, что закончился романтический период увлечения космосом. У людей появились другие, более практические и более близкие к их повседневным проблемам интересы.

И пожалуй, это хорошо. Мы будем видеть все больше сугубо практических применений космических технологий. Это происходит уже сейчас. Например, дистанционное зондирование Земли позволяет вести наблюдение за биологическими, экологическими и другими процессами. Представьте себе: благодаря наблюдению из космоса, можно предсказать волну распространения вредителей на полях пшеницы или выявить заболевание культур, следить за созреванием посевов, контролировать загрязненность поверхностных вод и территорий. Во время сильнейших лесных пожаров в Сибири и Якутии в 2012 году по данным космической съемки удалось выяснить, что пораженные огнем территории намного больше тех, о которых говорилось в официальных отчетах местных властей. Площади, охваченные лесными пожарами, оказались столь велики, что съемки с самолетов было недостаточно — нужны были данные из космоса. Постепенно самые сложные технологии, ставшие результатом космических открытий, войдут в нашу жизнь — настолько прочно и органично, что мы не будем их замечать, как сейчас вряд ли кто-то задумывается о пути GPS-сигнала, строя маршрут в приложении смартфона.

Космические исследования часто называют драйвером для развития многих научных отраслей…

Конечно, освоение космоса останется огромным источником знаний для многих других наук. Например, для того, чтобы изучать поведение вещества и излучения при высоких энергиях, человечество строит ускорители, разгоняет частицы. А ведь в космосе все те же процессы уже идут, во Вселенной мы можем найти самые экстремальные состояния вещества. Взрывы сверхновых дают нам информацию о том, что происходит с мельчайшими частицами в условиях, которые невозможно смоделировать на Земле. В космосе скорость наблюдаемых частиц на 5-10 порядков больше, чем в любых ускорителях частиц на Земле. Физика термоядерных реакций получила огромный толчок благодаря изучению реакций на Солнце. Исторически время создания водородных бомб совпало со временем изучения звезд — и не случайно. Сейчас идет работа по воспроизведению на Земле того типа реакции синтеза, который — теперь мы это точно установили — идет на самой близкой к нам звезде. Если мы повторим процессы, идущие внутри Солнца, — получим доступ к новому типу энергии. Самые новые открытия о Вселенной — например, темная материя — ждут своих «земных» следствий.

Другой пример знаний, пришедших в физику из космических исследований, — открытие гелия. Он был обнаружен на Солнце исследователями Жансеном и Локьером. Опять же, задумываемся ли мы о космических исследованиях, держа в руке воздушный шарик с гелием?

Каким наукам, кроме физики в первую очередь, наука о космосе «поставляет» знания?

Прорывным направлением становится астробиология. Все программы исследования космоса — страшно подумать — так или иначе посвящены поиску следов жизни. Например, Россия участвует в совместной с Европейским космическим агентством программе «ЭкзоМарс» — она предполагает изучение распределения водяного льда в грунте Марса в 2016 году и поиск следов жизни с помощью марсохода в 2018 году. Исследователи планируют искать жидкую воду и жизнь на спутнике Юпитера — Европе, а также на спутнике Сатурна — Титане. Все эти миссии преследуют одну цель: выяснить, существует ли во Вселенной иной генетический код, отличный от генетического кода, присущего всему живому на Земле? Если окажется, что способ кодирования аминокислотной последовательности белков в цепочке нуклеотидов, известный нам, не уникален, это станет колоссальнейшим открытием. Поэтому наука о космосе так пристально изучает потенциальные места присутствия иного механизма воспроизводства жизни — даже если он будет обнаружен в примитивных организмах или в мертвых. Кстати, этим же обусловлен пристальный интерес ученых к кометам — они, как «споры» Вселенной, могут переносить следы жизни от планеты к планете.

Как-то я рассказывал по телевидению, что, если мы найдем другой генетический код, это станет ударом по креационистским религиозным концепциям. На следующий день мне позвонил один из представителей Церкви и спросил: «Почему вы так считаете? Бог не должен создавать части Вселенной по одному чертежу. Вы недооцениваете его мудрости». Открытия, которые докажут или опровергнут существование иного способа «кодировки» живого, могут последовать уже совсем скоро, в ближайшие 5-7 лет.

А как вы оцениваете перспективы частного космоса?

Я уверен, что фундаментальные исследования космоса никогда и нигде не будут проводиться на частные деньги. Я бы вообще не разделял науку о космосе на фундаментальную и прикладную: любое фундаментальное исследование даст практический результат; вопрос только в сроке, который может затянуться на десятилетия. Сомневаюсь, что кто-то из коммерсантов готов ждать так долго. Потому вряд ли частный капитал будет финансировать изучение черных дыр или реликтового излучения — если мы говорим о частном космосе как о бизнесе, а не о безвозмездной поддержке исследователей. Что касается практических внедрений — да, здесь частные компании могут эффективно работать. То же зондирование Земли, подготовка снимков стали огромным рынком, и в России есть такие компании. Мощные компании в США, которые уже проводят запуски на МКС, — им можно только пожелать удачи.

Тот самый соревновательный принцип освоения космоса, о котором вы говорили, сейчас остается актуальным?

Космические исследования позволили перевести военную агрессию в русло мирного соревнования. Сегодня изучение космоса стало международным, произошла конвергенция интересов разных стран. Мы все время жалуемся, что у России нет своих удачных запусков, но российские приборы, например, установлены на аппаратах наших зарубежных коллег для изучения Марса, Луны, Венеры. А в проекте «Интербол», направленном для изучения взаимодействия магнитосферы Земли и солнечного ветра с помощью системы спутников, в 1990-х принимали участие 18 стран. И этот курс на сотрудничество не исключает личных амбиций самих ученых стать первыми. Сейчас, когда идут сведения с «Розетты» — зонда, впервые совершившего посадку на комету, — в научные журналы льется поток исследований на основе полученных данных: всем важно первыми опубликовать, застолбить место для себя как для автора, впервые обосновавшего ту или иную мысль. Так что если «соревновательность» между странами в эпоху координации усилий видна не так отчетливо, то конкуренция между людьми как главный мотив для работы ученых никуда не уйдет.

Какова ниша России в освоении космоса?

Во многом то, чем сильна Россия в космических исследованиях, определяется исторически. Советская космическая программа была известна своими технологиями посадки на небесные тела. Именно аппараты СССР впервые совершили посадку на Венеру, мы впервые провели посадку на Марс и на Луну, сделали много посадок на Луну, с которой трижды доставляли грунт. В наших международных проектах мы продолжим это направление: две посадки на Луну в ближайшем десятилетии, а в проекте «ЭкзоМарс» Россия взяла одну из самых сложных задач: создание посадочной платформы, которая должна будет опустить комплекс научной аппаратуы и марсоход (его делают коллеги из Европейского космического агентства) на поверхность Марса. Другая ниша, где у Советского Союза и России есть большой опыт, — исследования магнитосферы Земли, в частности ее радиационных поясов, областей повышенной концентрации высокоэнергичных частиц. Там, на расстоянии 50?-?60 тыс. км от поверхности Земли, происходят разнообразные физические явления, определяющие космическую погоду на Земле. Именно на их изучение был направлен проект «Интербол», о котором я упоминал и который длился около 8 лет, а сейчас мы хотим сделать проект в его продолжение — под названием «Резонанс». Он предполагает измерения волновых процессов и частиц в малых масштабах (несколько километров) и в больших (тысячи километров), за счет запуска двух небольших и двух крупных спутников. И еще одно направление, в котором первенство России не вызывает сомнений, — это медико-биологические исследования. Ни у одной другой страны нет такого опыта изучения жизни космонавтов в долговременных полетах и опыта сохранения работоспособности человека после почти полуторагодичных полетов. Как известно, первые космонавты, выходя из капсулы, не могли пройти и короткого расстояния даже после 2?-?3 недель полета. Сейчас мы научились поддерживать работоспособность космонавтов после длительных перелетов, и, кстати, многие методики космической медицины нашли применение в «земной».


Лев Зеленый:

Я преподаю в МФТИ и на протяжении многих лет видел, что студенты, приехавшие в Москву, куда старательнее и талантливее москвичей. Местные ребята были «подпорчены» капитализмом — охотнее шли в экономисты, в менеджеры. Но ведь тот, кто переехал, по окончании института сталкивался с проблемой: где жить? Так что им мы помогали найти работу по профилю за границей — у друзей и коллег. Но после кризиса 2008?-?2009 гг. ситуация изменилась: последние пять лет я вижу очень много усердных молодых людей и из Москвы.

Сам я смотрел на звезды последний раз в Планетарии. Я не астроном, я изучаю данные со спутников. И здесь возникает совсем другое чувство, которое, думаю, известно всем, кто занимается наукой. Когда вдруг видишь, как из хаоса разрозненных данных выстраивается модель, рождается концепция, и объясняешь те вещи, которые раньше казались необъяснимыми, — это высшее счастье исследователя.

Я очень люблю книгу Станислава Лема «Возвращение со звезд». Роман описывает возвращение астронавта на Землю почти через 130 лет. Земля становится для главного героя, Эла Брегга, и его команды совершенно чужой — люди считают полеты в космос неоправданным риском. Так и произойдет: в какой-то момент ажиотаж вокруг пилотируемых полетов стихнет, человечество смирится с тем, что во Вселенной (и даже в Солнечной системе) есть границы, которые человек объективно не сможет пересечь. Например, у Юпитера или Сатурна настолько сильные радиационные пояса, что высокий уровень «захваченной» магнитным полем радиации делает невозможным полет туда человека. Думаю, освоение космоса будет идти с помощью роботов. Мы будем смотреть красивые картинки, анализировать возрастающий объем данных о Вселенной, но увлечение космосом — возвышенное, мечтательное и восторженное, которое было связано именно с идеей расширения присутствия человека в галактиках, космическими путешествиями, — пройдет. До конца XXI века мы, скорее всего, станем свидетелями полета человека к Марсу, увидим создание обитаемых станций на Луне — но потом окажется, что лететь дальше некуда.

Отголоски мировоззрения и философии Константина Циолковского в русской культуре on JSTOR

Abstract

The ideas of Konstantin Tsiolkovskii, the world’s first rocket inventor, offered a whole host of opportunities to Russian writers and artists who, at the beginning of the 20th century, were seeking a new world view to broaden their sources of artistic and ideological inspirations. However, his views as a philosopher and thinker received little attention, despite the fact that he was decorated with the Soviet State Medal of Honor in recognition of his brilliant achievements as a scientist. This paper examins Tsiolkovskii’s thoughts on science and philosophy together with his influence on contemporary Soviet intellectuals, especially those who have been less studied so far rather than those who have already been explored in association with Tsiolkovskii in the context of Soviet fantasy literature. Tsiolkovskii’s scientific theories and ideas are discussed in relation to contemporary literature in three categories: confidence in evolution and world transformation by overcoming the law of entropy; conviction of human immortality based on pantheism and animism; and the manifestation of spiritual evolution in theosophy.

Journal Information

Die Zeitschrift für Slavische Philologie wurde 1924 von Max Vasmer gegründet: Fortgeführt haben sie Margarete Woltner und Herbert Bräuer. Bis heute sieht sie ihre Aufgabe darin, unter Mitwirkung in- und ausländischer Wissenschaftler die slavische Philologie in ihrer Gesamtheit – d.h. mit allen slavischen Sprachen und Literaturen – und in einem umfassenden Sinn zu fördern, ohne Einengung auf ein spezielles Gebiet oder eine besondere Forschungsrichtung.

Publisher Information

Universitätsverlag WINTER is an academic publisher located in Heidelberg, Germany, who covers the whole field of Humanities with particular interest in literature and language studies. Founded already in 1822, the publishing house is closely associated with ‘Heidelberg Romanticism’. Today, WINTER publishes eleven journals like Amerikastudien, Anglistik, Beiträge zur Namenforschung, the journal devoted to German literary history (now over a century old) Euphorion, the Germanisch-Romanische Monatsschrift, Gymnasium, a journal dealing with traditional humanistic education embracing the teaching of classical languages, the Romanistische Zeitschrift für Literaturgeschichte, Sprachwissenschaft, the Zeitschrift für Slavische Philologie, and Trumah, the journal of the College of Jewish Studies in Heidelberg. Recently added to this collection has been Comparatio, offering theoretically advanced comparartive studies. WINTER also presents about 150 monographs and collections per year within a number of well-established series, several of them in co-operation with Heidelberg University and the Heidelberg Academy of Sciences.  

Антрополог космоса Денис Сивков — о параллельном мире коммерческой космонавтики, мышах в стратосфере и метафорах Илона Маска

Почему сегодня мы осуждаем всё маскулинное и колониальное, при этом колонизация остаётся легитимным термином? Какие метафоры использует Илон Маск, говоря о космосе? Что должны изобрести учёные и философы, чтобы корректно описать неземные места? На эти вопросы пытается ответить Денис Сивков, доцент кафедры теоретической социологии и эпистемологии ИОН РАНХиГС, антрополог космоса, исследователь любительской космонавтики в России.

Существует определённая монополия учёных-естественников и инженеров на космос, и если вдруг философы, социологи или антропологи начинают говорить о космосе, то это скорее вызывает недоумение. При этом строение и эволюция Вселенной (космология) — не единственное место, где наука о космосе встречается с философией и социальными знаниями. Практическая деятельность человека — орбитальные и межпланетные путешествия, колонизация других планет, терраформирование (адаптация климатических условий космических тел для обитания земных организмов) — также могут стать предметом рефлексии.

 

ДОМАШНИЙ КОСМОС

Мышенавт. Фото: metronews.ru

Меня как исследователя-антрополога в первую очередь интересуют люди, которые занимаются «домашним» освоением космоса. Непрофессиональная и некоммерческая космонавтика в России представлена несколькими проектами. Одна из таких команд-любителей из Петербурга, возглавляемая Никитой Поповым, грезила идеей запустить мышь в стратосферу и вернуть её живой, обеспечив ей все необходимые условия для выживания. Инженеры и биологи для обогрева мыши использовали грелку для кружки, работающую от USB-входа, а информацию о необходимом количестве воздуха для животного нашли в интернете. В другом проекте, работая над механизмом раскрытия отражающего паруса спутника «Маяк», Денис Ефремов подбирал обычную измерительную рулетку в строительном магазине. Буквально перебирал все возможные рулетки и на глаз смотрел, какая из них дольше не согнётся. Любители хотели бы показать, что освоение космоса может быть доступно каждому даже без диплома технического вуза.

 

ГЛОБАЛЬНЫЙ КОСМОС

Чтобы понять, что такое любительское освоение космоса, необходимо обратить внимание на концепты и метафоры, которые выстраиваются вокруг этого процесса. Освоение космоса и Константином Циолковским, и Илоном Маском только кажется нейтральным научным или технологическим предприятием, которое реализуется ради какой-то возвышенной идеи. Космонавтика со времён «Аполлона» опирается на метафору шагов и скачков, которые совершает всё человечество, а не отдельные люди. Начиная с известной фразы Нила Армстронга на Луне и знаменитой речи президента Джона Кеннеди в университете Райса, сформировалось представление о том, что мы осваиваем космос ради всего человечества и от имени всего человечества. Любопытно, что эта идея работает до сих пор.

Один из адвокатов движения NewSpace после успешного запуска ракеты Falcon 9 компанией Илона Маска Space X сказал: «Это гигантский скачок для коммерческой космонавтики, но это маленький шаг к космическому фронтиру». Американский антрополог Дэвид Валлентайн проводил исследование представителей движения NewSpace и показал, что в коммерческой космонавтике целью является не возможность быстро и много заработать. Для Маска и его коллег освоение космоса означает вывод всего человечества за пределы Земли или Солнечной системы в эволюционной перспективе.

Этот фрейм имеет глобальный масштаб; здесь нет отдельных государств или людей. Подобное воображение, например, поддерживается визуальными образами вроде The Blue Marble, знаменитой фотографии полностью освещённой планеты Земля, сделанной 7 декабря 1972 года экипажем космического корабля «Аполлон-17» с расстояния примерно в 29 тысяч километров от поверхности Земли. Известный американский антрополог Маргарет Мид стала одной из первых, кто сразу после запуска советского спутника собрала учёных в Америке, чтобы осмыслить общими силами значение этого red moon («советского спутника») и понять, поменяет ли это событие человеческую природу.

В своём эссе «Час Земли» она писала о том, что на изображениях, подобных The Blue Marble, «нет границ, кроме тех, что сделаны водой и горами. В этой картине Земли исчезают суровые безличные структуры мировой политики; нет зон влияния, политических спутников, международных блоков, только люди, живущие на земле, которую они лелеют». Такой взгляд на Землю стирает границы и различия, тем самым обращая внимание на «всё человечество» сразу.

 

НАЦИОНАЛЬНЫЙ КОСМОС

С этим допущением глобального масштаба успешно конкурирует риторика космической гонки, в которой сталкиваются и соперничают национальные государства. Антрополог Шон Митчелл занимался исследованием бразильской космической программы. За двадцать лет в стране сформировалась военная диктатура, а все президенты были генералами. Промышленность была заточена на оборонный заказ, и страна стала пятым в мире экспортёром вооружения. Военные провозгласили курс на вступление в клуб космических держав. В начале 80-х началось строительство космодрома Алькантара, расположенного близко к экватору, откуда дешевле делать запуски в космос.

Шон Митчелл интересовался реакцией на это событие квиломболаса. Так называли местных в XIX веке, беглых рабов, бежавших с плантаций и организующих свои поселения «квиломбу». Сейчас эти люди претендуют на создание отдельной этнической группы. Строительство космодрома и переселение квиломбу стало способствовать тому, что эти люди стали осознавать себя как особую силу, некую общность, противостоящую правительству, так как им не нравилось, что их переселяют с их традиционных мест обитания. Для этих людей космос — не всё человечество и даже не космическая гонка. Космос — это земля, с которой сгоняют квиломболас.

 

ЛОКАЛЬНЫЙ КОСМОС

У освоения космоса есть и третий масштаб — локальный, связанный с тем, что обычные люди оказываются как-то связаны с исследованием и освоением космоса. Локальный масштаб позволяет увидеть, что космос — не дело больших корпораций и государства, а персональная история.

В Казахстане Кульшат Медеуова изучает то, как люди используют обломки космических кораблей в быту. Например, жители одной казахской деревни покрыли мечеть металлом от ракет: для них космос — это железки, которые падают им на голову, и ресурс, который можно сдать в металлолом.

Мечеть в Казахстане с крышей из металла от ракет

Странным образом космос оказывается локализованным в некоторых особых местах. Американский антрополог Джанет Вертези провела исследование интернациональной и распределённой команды, которые управляли марсоходами. Это учёные, примерно 150 человек из разных стран, — физики, компьютерщики, геологи, биологи — вынуждены жить по марсианскому времени, чтобы максимально эффективно координировать свои усилия для управления марсоходом.

В связи с этим главный руководитель команды был вынужден установить правила, как разговаривать, как договариваться и приходить к консенсусу. Учёные хотят делать красивые открытки марсианских видов, а инженеры заботятся о сохранности марсохода. То, какие фото Марса получатся в итоге, зависят от того, какой социальный порядок сложится внутри этой команды, которая распределена по разным местам и в то же время собрана в виртуальном месте скайп-конференций.

В фокусе исследования антрополога Питера Редфилда находится космодром Куру во Французской Гвиане. Значительная часть населения Французской Гвианы — приезжие из соседних стран, которые обслуживают инфраструктуру космодрома. Во время запусков ракет единственная дорога, которая проходила через космодром, постоянно перекрывалась. Люди стали протестовать и перекрывать дорогу, вызвав тем самым политическое движение за деколонизацию. Как говорил французский философ Бруно Латур: «Даже длинная сеть остаётся локальной во всех своих точках».

Если вы хотите запустить ракету на другой конец Вселенной, нужно для начала решить кучу земных проблем. Космос оказывается привязанным к земным местам и политическим проблемам.

Мы видим, что нет какого-то единственного правильного фрейма, который позволил бы нам говорить об освоении космоса. Скорее речь идёт о столкновении и конкуренции различных масштабов — глобального, национального и локального. Исследователь Катарина Дамьянов, занимающаяся исследованиями нечеловеческого присутствия в космосе, обратила внимание на Договор о космосе 1967 года, подписанный и ратифицированный практически всеми странами Земли. В нём космонавты считаются эмиссарами всего человечества, а вещи в космосе принадлежат конкретному государству — каждая отдельная страна ответственна за то, что может упасть на голову. Здесь, например, сталкиваются глобальный и национальный масштаб.

 

ДРУГОЙ КОСМОС

Удивительно другое. Казалось бы, активисты и социальные учёные деколонизировали и эмансипировали всё и вся: нельзя быть маскулинным, колониальным, а универсальные категории типа «всего человечества» объявляются иллюзией. При этом, говоря о космосе, колонизация остаётся легитимным термином.

Освоение космоса осуществляется всем человечеством, а в популярных историях и фильмах типа «Марсианина» герой всё ещё остаётся маскулинным персонажем, преодолевающим космический фронтир и подчиняющим себе инопланетную природу.

Всё это свидетельствует о силе глобального масштаба в освоении космоса. Влияние масштаба — глобального, локального и национального — также зависит от различных мест и инструментов, которые обеспечивают возможность воображать, видеть и соединять пространства и времена, людей и технологии. Как показал Бруно Латур, для того, чтобы в эпоху Великих географических открытий представлять земной шар и путешествовать по нему, нужны были особые места — кабинеты картографов в королевских дворцах Европы. Получается, что некоторые места локализуют, глобализуют и национализируют космос.

Однако антрополог Дэвид Валлентайн обратил внимание, что в этих других местах — на Марсе, на орбите, на астероидах — притяжение или его отсутствие (невесомость) является препятствием для земных описаний и представлений космоса. Действительно, как показывает опыт пребывания космонавтов на орбите, невесомость влияет не только на состояние организма, но также на способы взаимоотношения с вещами. На Земле в блоках станции и в космических кораблях верх и низ маркируются в соответствии с земными координатами, поскольку тренировки происходят на Земле. В космосе же ориентация оказывается ситуативной: верх и низ зависят от положения космонавта в невесомости. Таким образом, серьёзным вызовом в освоении космоса остаются радикально другие неземные места, для которых, возможно, не подходят никакие земные масштабы.

Определение космоса по Merriam-Webster

cos · mos | \ ˈKäz-məs , чувства 1 и 2 также -ˌmōs, -mäs \ б (1) : упорядоченная гармоничная систематическая вселенная — сравните хаос

2 : сложная упорядоченная автономная система

3 множественный космос \ ˈKäz- məs , — məz \ также космо \ ˈKäz- mə- səz \ [Новая латынь, название рода, от греческого kosmos ] : любой из рода ( Cosmos ) тропических американских композитных трав. особенно : Широко культивируемый высокорослый однолетник ( C.bipinnatus ) с желтыми или красными дисками и эффектными лучевыми цветками

Иерархия и Порядок — Несотворенный Космос — Мир, Описанный, Хаос и Идеи

Понимание Вселенной как иерархического порядка возникло в ранней античности и нашло отражение в мифологических концепциях.Древнегреческая мифология и философия выдвинули эту идею в концепции Космоса как противоположного Хаосу. Космос (что означает «красивый» в самом древнем его определении) скульптурно организован по законам красоты и, как таковой, подобен прекрасному человеческому телу. Итак, согласно платонической мысли, порядок Космоса подобен порядку человеческого существа. Космос не создан каким-либо богом, а это означает, что существует как сложная диалектика Космоса и Хаоса, так и идея иерархического верховенства Космоса над всем остальным, включая богов и людей.Последняя идея выражена в мифологии концепцией судьбы, которая определяет точное место любой вещи в порядке Космоса. Ни бог, ни человек не могут избежать судьбы, поэтому, например, Эдип обречен на ослепление, а Юнона, жена и сестра верховного римского бога Юпитера, не может повлиять на жизнь Энея, которому суждено было стать основателем. Рима.

Диалектика Космоса и Хаоса — один из самых загадочных вопросов греческой философии. В мифологии эта диалектика описывается как рождение иерархии богов из первобытного Хаоса.Согласно Теогонии Гесиода , «Поистине, вначале возник Хаос, а затем — Земля с широкой грудью, незыблемая основа всего» (строка 116). Однако это «возникновение» описано в досократической философии как сложный процесс циркуляции Хаоса и Космоса. Согласно греческому философу Гераклиту (ок. 540 – ок. 480– до н. Э. ), огонь, являющийся основой мира, временами вспыхивает и гаснет. Угасание огня интерпретируется как рождение мирового порядка, а всемирный пожар — это смерть Космоса.Согласно Эмпедоклу (ок. 490–430, до н. Э., ), другому философу досократического периода, Космос организован в результате борьбы двух составляющих сил: Любви ( Philia ) и Раздора ( Oikos ). Эта борьба порождает четыре стадии развития мира, первая из которых — Хаос (состоящая из абсолютного преобладания Раздора), а последняя — абсолютное единство всего в форме сферы (которая организована преобладающей Любовью).

В платонической традиции материальный Космос — лишь тень порядка идей ( kosmos noēticos ).Идеи, будучи иерархически первичными по отношению к материальным вещам, понимаемые Платоном как формы ( eidoi ), причины ( logoi ) и образцы ( paradeigmai ) вещей, сами организованы в иерархическом порядке. Идея Добра ( ta kalon ), будучи самой общей из всех идей ( eidos tōn eidōn ), находится на самой вершине этой иерархии. Вещи стремятся к своим прототипам, и это стремление, по той же причине, отвечает за поддержание мирового порядка.Однако сама природа отношений между царством идей, которое находится в каком-то запредельном месте ( hyprauranios topos ), и миром вещей проблематична в контексте платоновского учения и описывалась по-разному в вариантах Платонизм. Для Платона за создание мира отвечал Мастер ( Demiourgos ), и природа стремления вещей к своим идеям описывается как деятельность Мировой Души. Римский философ Плотин (205–270– гг. До н. Э.E. ), отец неоплатонизма, описал создание мирового порядка как процесс эманации Единого (с по ), а Космос должен быть точкой отсчета для самосознательного существования Вселенной. Душа. Однако в обеих платоновских традициях возникает другая проблема: вопрос об очевидных дефектах миропорядка. А именно, если идеальный Космос хорош (потому что самая общая идея — это идея Добра), кто несет ответственность за происхождение зла? По Платону, это результат несовершенного отражения идей в материи.Материя описывается как чистая энергия существования. Таким образом, это на самом деле ничто ( mēon ), хотя потенциально может быть чем-то. Отсюда следует, что если зло является результатом материальности вещей, его также можно описать как ничто, то есть как дефект отражения. Под влиянием гностиков второго века г. н.э. г., которые объяснили существование зла несовершенством или даже злом Бога-Творца ( Demiourgos ), Плотин описал происхождение зла как результат ошибки, совершенной Душой. в оценке его выражений в физическом Космосе над созерцанием божественных Форм.

Пифагореизм — Число, Космос и Гармония — Пропорция, Платон, Пифагор и Божественное

В то время как Пифагор не оставил писаний, центральный фокус учения Пифагора остается ясным. Число — это универсальный архетип, «принцип, источник и корень всего сущего». В частности, все состоит из «элементов числа», которые пифагорейцы определили как Ограниченное и Неограниченное. Пифагорейцы занимались изучением теории чисел или арифметики (число само по себе), геометрии (числа в пространстве), теории гармоник или настройки (число во времени) и астрономии (числа в пространстве и времени).Эти описания хорошо соответствуют современному определению математики как «изучения закономерностей в пространстве и времени».

Поскольку число и его качества, такие как полярность, гармония и пропорция, являются архетипическими принципами, лежащими в основе физического проявления, математика скорее открыта, чем изобретена, и обладает способностью отражать сущностную природу реальности, а не просто моделировать или описывать ее. Более того, с точки зрения Пифагора, поскольку число универсально, оно также и божественно.В то время как современная наука понимается в экспериментальных терминах, древнегреческая наука была математической; и хотя математика имеет практическое применение, подход Пифагора поднял математику до уровня исследования, которое стоит преследовать выше любых чисто утилитарных целей, для которых она использовалась ранее.

Пифагор был первым человеком, который назвал вселенную космосом. Греческий термин, который является корнем слова косметический, относится к одинаковому присутствию порядка и красоты.Вселенная — это космос, потому что явления природы воплощают геометрические формы и пропорции. Эти пропорции позволяют вещам разворачиваться и функционировать наиболее элегантно и эффективно (что является естественным фактом), но также порождают красоту (которая является ценностью). Таким образом, миры «фактов» и «ценностей» не являются отдельными областями, а по своей сути связаны. В более широком смысле все вещи связаны через отношения «целое-часть» и пропорциональные отношения ( аналог ), как в экосистеме.Из-за этого классическая пифагорейская метафора уподобляет вселенную живому организму, а не неодушевленной машине. Платон хорошо описывает пифагорейское воззрение, когда он описывает космос как «единое целое» и как «единое живое существо, которое включает в себя все живые существа, находящиеся в нем» ( Timaeus 33 A и 30 D ).

Пифагорейцы (к числу которых следует отнести Платона) осознавали фундаментальную взаимосвязь между пропорцией и принципом справедливости, при которой «каждая часть целого получает должное.»Они считали, что сущность справедливости может быть понята путем изучения непрерывной геометрической пропорции ( analogia ) и изучения математических соотношений музыкальной шкалы, в которой две крайности музыкальной шкалы соединяются через различные типы математической пропорции. Центральное место в греческой концепции пропорции занимает идея поиска «средств» или типов посредничества между крайностями. В теории настройки пифагорейцы определили арифметические, геометрические и гармонические средства, которые также лежат в основе музыкальной гаммы. как совершенные созвучия музыки, которые представляют собой математические соотношения: октава (1: 2), совершенная квинта (2: 3) и совершенная четверть (3: 4).Пифагорейцы сравнивали справедливое и упорядоченное общество с хорошо настроенной лирой. В то время как каждая нота сохраняет свою индивидуальность, все они пропорционально связаны друг с другом в единое целое, образуя музыкальную гамму, и все они взаимозависимы с точки зрения их зависимости друг от друга. (См. Plato, Republic 443 D –444). Справедливость присутствует в любом хорошо функционирующем организме, обществе, а также в душе.

Согласно пифагорейской мысли, число порождает пропорцию, а пропорция порождает гармонию.Греческое слово гармония означает «соединение» или «соединение». Гармония и справедливость — это результат проявленной хорошей пропорции, а сама kosmos представляет собой гармонию, в которой все части пропорционально связаны друг с другом. Хотя каждый организм, включая космос, является единством, именно гармония позволяет частям функционировать вместе как единое целое. Гармония, справедливость и пропорция относятся к греческой медицинской теории, потому что здоровые организмы обладают типом динамического баланса, в котором различные элементы работают вместе; когда преобладает несогласованность, наступит болезнь.

Понимание космоса необходимо для самопонимания, потому что человечество — это микрокосм, отражение всего мироустройства в миниатюре. Знание сил, присутствующих в большом космосе, включая божественные силы порядка, красоты и разума, позволяет людям осознать божественные универсальные принципы, отраженные в нашем собственном существе. Таким образом, наука рассматривалась как духовное начинание, потому что созерцание космического образца помогает ассимиляции души с божественным.Еще раз Платон ясно подчеркивает эту мысль, когда пишет, что «человек должен походить на то, с чем ему доставляет удовольствие ассоциировать … Следовательно, философ через ассоциацию с тем, что является божественным и упорядоченным ( kosmios ), становится божественным и упорядоченным ( космиос ) постольку, поскольку может »( республика 500 C ).

Пифагореизм, с его упором на настройку души на видение глубочайшего уровня реальности посредством изучения математики и пропорций, лежит в основе образовательной программы Платона, описанной в «Республике ». Платон имел личные контакты с членами пифагорейской школы, включая Архита Тарентского; дух пифагореизма оживлял произведения Платона и передавался через более позднюю платоническую традицию. Платон расстался с Пифагором в его подавляющем акценте на трансцендентном. Для Пифагора божественный порядок имманентен космосу, где он может встречаться; но Платон подчеркивал трансцендентную метафизику форм или примеров, доступную только очищенному интеллекту, оторванному от явлений природы.В любом случае и пифагореизм, и платонизм подчеркивали эпистемологию, в которой люди могут познать глубинную структуру мира из-за существенного родства разума с его архетипической структурой.

Пифагореизм оставался активным в средневековой философской, научной и эстетической мысли, оказывая влияние на символизм и архитектуру готических соборов. Он также повлиял на исламскую космологическую мысль и архитектуру через универсальную энциклопедию Братьев чистоты ( Ikhwan al-Safa ), составленную в X веке г.E. Но именно с астрономом Иоганном Кеплером (1571–1630) пифагорейская традиция добилась своего наиболее впечатляющего триумфа на заре современной эры, когда Кеплер открыл три закона движения планет.

Мотивированный верой в то, что божественные гармонии оживляют небесный порядок, Кеплер наконец доказал предположение Платона о существовании элегантного математического порядка, лежащего в основе движения планет, несмотря на кажущиеся наблюдаемые нарушения ретроградного движения. Таким образом, Кеплер примирил математическую науку греков — и пифагорейский дух — с абсолютно строгим эмпиризмом, который стал отличительной чертой современной физики.

БИБЛИОГРАФИЯ

Гатри, В. К. С. История греческой философии. Том. 1: Ранние досократики и пифагорейцы. Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press, 1962.

Гатри, Кеннет С. и Дэвид Р. Фиделер, ред. Пифагорейский справочник и библиотека: Антология древних писаний, относящихся к Пифагору и пифагорейской философии. Гранд-Рапидс, Мичиган: Phanes Press, 1987.

Навиа, Луис Э. Пифагор: аннотированная библиография. Нью-Йорк: Гарленд, 1990.

Vogel, Cornelia J. de. Пифагор и ранний пифагореизм: интерпретация забытых свидетельств о философе Пифагоре. Ассен, Нидерланды: Ван Горкум, 1966.

Определение нашего места в космосе

Как узнать, где ты сейчас? Как мы узнаем, где мы находимся в космосе? Как Международная космическая станция или новейший космический зонд отслеживает свое местоположение во Вселенной? Лучшим ответом будет — с большим трудом! С тех пор, как самые ранние философы впервые рассмотрели наше место во Вселенной, всегда было естественным первым шагом определить наше положение в общем порядке и структуре космоса.

Одному из первых греческих философов, Гераклиту, часто приписывают развитие концепции «все меняется или panta rhei»; философия, развивающая представление о том, что Вселенная непрерывно движется, как река. Если мы рассмотрим Землю, Солнечную систему и Вселенную в целом, от земли под нашими ногами до некоторых из самых больших объектов во Вселенной, на самом деле ничто не является неподвижным. На Земле тектонические плиты под нашими ногами движутся, хотя и медленно! А когда мы смотрим за пределы Земли, абсолютной точки отсчета все равно нет.Земля вращается на экваторе со скоростью полкилометра в секунду и движется вокруг Солнца со скоростью 29 километров в секунду; наше Солнце также движется в космосе со скоростью около 19 километров в секунду и вращается вокруг центра Млечного Пути (нашей галактики) со скоростью около 215 километров в секунду. Увеличивая масштаб, Млечный Путь движется к скоплению Девы, которое также находится в движении. В качестве дополнительного осложнения продолжающееся расширение Вселенной должно быть включено в крупномасштабные измерения расстояний.Свет, который мы видим сегодня, приходящий от далеких объектов, достиг нас так долго, что Вселенная расширилась за время прохождения света. Таким образом, задача определения единой системы отсчета, по которой можно определить местоположение любого другого объекта в пространстве, является особенно сложной. Традиционно для этого требовались очень точные измерения положения многих опорных звезд с каталогом их движения по небу в течение года с привязкой к их положению в конкретную точную дату и время.

Международный астрономический союз (МАС) отвечает за определение универсальной системы координат. Эта работа затрагивает многие аспекты нашей повседневной жизни настолько, что без стандартной системы отсчета многие из наших современных гаджетов в лучшем случае были бы несовместимы друг с другом, а в худшем случае — неточными или не подходящими по назначению.

В настоящее время многие люди используют глобальную систему позиционирования (GPS) в своей повседневной жизни. GPS требует определения нескольких аспектов универсальной системы координат.Например, системы, которые управляли запусками спутников GPS, должны были прекрасно понимать положения звезд, элементы орбиты и определения различных единиц, чтобы установить спутник на правильную орбиту, необходимую для завершения «созвездия». »Спутников. Комиссия МАС A1 (Астрометрия ) и Комиссия X2 (Эфемериды Солнечной системы ) предоставляют ценную информацию о «физическом положении» и «положении во времени» соответственно, в основном астрономам и исследователям космоса.Астрономам также необходимо иметь точные определения таких понятий, как небесный экватор — воображаемая линия на небе над экватором на Земле — и эклиптика — путь Солнца по небу — поскольку некоторые более ранние системы отсчета основывались на них.

Однако для создания универсальной системы отсчета необходимо учитывать гораздо больше, чем базовый позиционный ввод. Ученые должны согласовать определения некоторых ключевых эталонных единиц или параметров. Эти темы рассматриваются другими комиссиями IAU, включая Комиссию 31 (, время ).В контексте Универсальной системы отсчета работа отдела A WG Time Metrology Standards также тесно связана с Комиссией A2 Вращение Земли , поскольку знание постоянно меняющейся ориентации Земли в космосе необходимо для связи наземных и небесные рамки. Земля не неподвижна и не движется так, как это просто описывается, так много работы уходит на измерение и определение этого сложного движения. Такие явления, как прецессия, медленный, примерно 25 000-летний цикл, движения направления оси Земли и нутация, постоянное «кивок» оси Земли, в основном из-за приливных сил Солнца и Луны, — все они имеют следует учитывать при определении универсальной системы отсчета.

В 1997 и 1998 годах МАС в сотрудничестве с Международной службой вращения Земли и систем отсчета (IERS) и Международной службой интерферометрии со сверхдлинной базой (IVS) Международной системой отсчета небесных тел (ICRF). ICRF использует относительные положения 212 внегалактических радиоисточников, чтобы установить начало координат системы в центре масс Солнечной системы, и оси координат, которые выровнены с обычными осями небесного экватора и равноденствия (точка, в которой Солнце пересекает экваториальную плоскость, двигаясь с юга на север) эпохи J2000.0 (1200 часов земного времени 1 января 2000 г.), но получены способом, не зависящим от динамики вращения Земли. 20 августа 1997 года на 23-й Генеральной ассамблее МАС в Киото, Япония, МАС принял ICRF, и небесный экватор и эклиптика больше не были центральными в установлении небесной или универсальной системы отсчета.

В последние годы более точные измерения позволили уточнить ICRF, что позволило создать гораздо более точную систему. На Генеральной ассамблее IAU в 2003 году рабочая группа IAU по ICRF была распущена, и ее работа затем была покрыта основными рабочими группами системы отсчета: Комиссия 8, Уплотнение оптической системы отсчета и Отдел 1, секунд. Реализация международной небесной системы отсчета .24 августа 2006 г. на Генеральной ассамблее МАС в Праге были приняты новые резолюции, направленные на улучшение нашего определения универсальной системы координат. Группа A WG Третья реализация международной небесной системы отсчета в настоящее время работает над этой темой.

Что такое космология? Определение и история

Космология — это отрасль астрономии, которая включает в себя происхождение и эволюцию Вселенной от Большого взрыва до сегодняшнего дня и в будущем.Согласно НАСА, определение космологии — это «научное исследование крупномасштабных свойств Вселенной в целом».

Космологи ломают голову над экзотическими концепциями, такими как теория струн, темная материя и темная энергия, а также над тем, существует ли одна вселенная или несколько (иногда называемых мультивселенной). В то время как другие аспекты астрономии имеют дело с отдельными объектами и явлениями или коллекциями объектов, космология охватывает всю вселенную от рождения до смерти, с множеством загадок на каждой стадии.

История космологии и астрономии

С течением времени человечество значительно изменило понимание Вселенной. В ранней истории астрономии Земля считалась центром всего, вокруг нее вращались планеты и звезды. В 16 веке польский ученый Николай Коперник предположил, что Земля и другие планеты Солнечной системы на самом деле вращаются вокруг Солнца, что привело к глубокому сдвигу в понимании космоса. В конце 17 века Исаак Ньютон рассчитал, как взаимодействуют силы между планетами, в частности гравитационные силы.

На заре 20-го века появилось новое понимание огромной Вселенной. Альберт Эйнштейн предложил объединение пространства и времени в своей Общей теории относительности. В начале 1900-х годов ученые спорили о том, содержит ли Млечный Путь всю вселенную в пределах своего промежутка или это просто одно из множества скоплений звезд. Эдвин Хаббл рассчитал расстояние до нечеткого туманного объекта в небе и определил, что он находится за пределами Млечного Пути, доказав, что наша галактика является маленькой каплей в огромной Вселенной.Используя общую теорию относительности, чтобы заложить основу, Хаббл измерил другие галактики и определил, что они устремились прочь от нас, что привело его к выводу, что Вселенная не статична, а расширяется.

В последние десятилетия космолог Стивен Хокинг определил, что сама Вселенная не бесконечна, а имеет определенный размер. Однако четкой границы у него нет. Это похоже на Землю; хотя планета конечна, человек, путешествующий по ней, никогда не найдет «конца», а вместо этого будет постоянно кружить вокруг земного шара.Хокинг также предположил, что Вселенная не будет существовать вечно, а в конечном итоге закончится.

Космологические миссии и инструменты

Запущенный в ноябре 1989 года исследователь космического фона НАСА (COBE) проводил точные измерения радиации в небе. Миссия действовала до 1993 года.

Хотя космический телескоп НАСА Хаббл, вероятно, наиболее известен своими поразительными изображениями, основная миссия была космологической. Путем более точного измерения расстояний до переменных цефеид, звезд с четко определенным соотношением между их яркостью и пульсациями, Хаббл помог уточнить измерения того, как расширяется Вселенная.С момента его запуска астрономы продолжали использовать Хаббл для проведения космологических измерений и уточнения существующих.

Благодаря Хабблу: «Если вы поместите в коробку все способы, которыми темная энергия может отличаться от космологической постоянной, эта коробка теперь будет в три раза меньше», — сказал космолог Адам Рисс из Научного института космического телескопа. «Это прогресс, но нам еще предстоит пройти долгий путь, чтобы определить природу темной энергии».

Зонд НАСА для микроволновой анизотропии Уилкинсона (WMAP) был космическим аппаратом, который работал с 2001 по 2010 год.WMAP нанес на карту крошечные флуктуации космического микроволнового фона (CMB), древнего света ранней Вселенной, и определил, что обычные атомы составляют лишь 4,6 процента Вселенной, а темная материя составляет 24 процента.

«Сохраняющиеся сомнения в существовании темной энергии и составе Вселенной растворились, когда спутник WMAP сделал самый подробный снимок космического микроволнового фона», — сказал космолог Чарльз Сейф в журнале Science.

Космический полет Planck Европейского космического агентства проводился с 2009 по 2013 год и продолжал изучение космического микроволнового фона.

ЕКА в настоящее время разрабатывает миссию «Евклид», которая должна совершить полет к концу десятилетия. Евклид будет изучать темную материю и темную энергию с большей точностью, отслеживая ее распространение и эволюцию во Вселенной.

«В основе миссии лежит один из вопросов физики на миллиард фунтов стерлингов», — заявил Дэвид Паркер из ЕКА.

Общие космологические вопросы

Некоторые исследователи полагают, что концентрические кольца в измерениях космического микроволнового фона свидетельствуют о том, что Вселенная существовала до того, как наша собственная родилась в результате Большого взрыва.(Изображение предоставлено Роджером Пенроузом и Ваге Гурзадян)

Что было до Большого взрыва?
Из-за замкнутой и конечной природы вселенной мы не можем видеть «за пределами» нашей собственной вселенной. Пространство и время начались с Большого взрыва. Хотя существует ряд предположений о существовании других вселенных, практического способа их наблюдения нет, и поэтому никогда не будет никаких доказательств за (или против!) За них.

Где произошел Большой взрыв?
Большой взрыв произошел не в одной точке, а был проявлением пространства и времени сразу во всей вселенной.

Если кажется, что все другие галактики убегают от нас, разве это не помещает нас в центр Вселенной?
Нет, потому что, если бы мы отправились в далекую галактику, казалось бы, все окружающие галактики так же устремились прочь. Думайте о вселенной как о гигантском воздушном шаре. Если вы отметите несколько точек на воздушном шаре, а затем взорвете его, вы заметите, что каждая точка удаляется от всех остальных, хотя ни одна из них не находится в центре. Расширение Вселенной действует примерно так же.

Сколько лет Вселенной?
Согласно данным, опубликованным группой Planck в 2013 году, Вселенной 13,8 миллиарда лет, плюс-минус сто миллионов лет или около того. Планк определил возраст, нанеся на карту крошечные колебания температуры реликтового излучения.

«Узоры на огромных участках неба говорят нам о том, что происходило в мельчайших масштабах сразу после рождения нашей Вселенной», — сказал Чарльз Лоуренс, научный сотрудник американского проекта Planck.

Будет ли конец вселенной? Если да, то как?
Придет ли Вселенная к концу, зависит от ее плотности — насколько может быть распространена материя внутри нее. Ученые рассчитали «критическую плотность» Вселенной. Если ее истинная плотность больше, чем они рассчитывали, в конечном итоге расширение Вселенной замедлится, а затем, в конечном итоге, обратится, пока она не схлопнется. Однако, если плотность меньше критической, Вселенная будет продолжать расширяться бесконечно.[Подробнее: Чем закончится Вселенная]

Что появилось раньше, курица… э-э, галактика или звезды?
Вселенная после Большого взрыва состояла преимущественно из водорода с добавлением небольшого количества гелия для хорошей меры. Гравитация заставила водород схлопнуться внутрь, образуя структуры. Однако астрономы не уверены, образовались ли первые массивные капли отдельные звезды, которые позже упали вместе под действием силы тяжести, или масса собралась в сгустки размером с галактику, которые позже сформировали звезды.

Дополнительное чтение:

Следуйте за Нолой Тейлор Редд на @NolaTRedd, Facebook или Google+. Следуйте за нами в @Spacedotcom, Facebook или Google+.

Дополнительные ресурсы:

Философия косметики или метафизика красоты

«Философская косметика» — фраза, которая странно звучит в современном ухе.

«Какое отношение красота имеет к философии?» Этот вопрос задают многие, но даже те, кто знает ответ на него, вполне могут спросить, какое отношение имеет Makeup к философии?

Философия косметики, или метафизическая наука о красоте, конечно же, в первую очередь не о «косметике» в современном смысле этого слова.Но, как мы увидим, на самом деле они могут иметь гораздо большее значение, чем некоторые думают.

Давайте начнем с самого слова «косметика».

«Косметика» происходит от греческого слова cosmos , которое на самом деле не означает «красота». Это означает «порядок».

Конечно, нам больше всего известно слово «космос» как означающее «вселенная». Так почему же слово Вселенная изначально означает «порядок»? И почему это еще означает «красота»? И когда это применяется к усилению женской красоты, остается ли это частью той же глубокой смысловой семьи?

Начнем с самого начала.Для греков создание мира (или вселенной) было созданием порядка ( космос ) из хаоса ( Kaos ). Таким образом, вселенная — это «Порядок»: Космос.

Интересно, что это полностью соответствует современной физике, которая измеряет существование Вселенной с точки зрения эктропии (молекулярная и системная порядка ) в отличие от энтропии или беспорядка / хаоса. Неизбежно возрастающая энтропия — или беспорядок — космоса — или порядок приведет к окончательному растворению Вселенной.

Философия косметики продолжается после перерыва


Это соответствует метафизической доктрине вдоха космоса обратно в Темную Мать в конце времен и фундаментальному метафизическому пониманию (объясненному на микрокосмическом уровне на нашей странице о Кали-юге), что вся Процесс времени по своей сути дегенеративен, начиная с максимальной близости к Деа, или Порядку, и заканчивая самым дальним отделением от Ней, при котором вселенная больше не может существовать и, тем не менее, как это ни парадоксально, возвращается к Ней.

Деа в своей форме Золотого Ордена Космоса известна как Саи Тамэ, Принцип упорядочивания. Как Божественная Красота или Любовь, Она известна как Саи Сушури, и, как мы увидим дальше, исследуя философскую косметику, не случайно Саи Тхамэ и Саи Сушури считаются сестрами.

В авраамических традициях творение рассматривается как creatio ex nihilo — «творение из ничего», а не возникновение космоса из хаоса. Однако, поскольку, как учит нас фундаментальная метафизика (см. Главу 5 книги The Feminine Universe ), проявление — это союз Сущности (или Формы) и Субстанции (или «материи») — всего, что находится вне этого (включая «незамужнюю» Сущность или Субстанция — чистые Небесные Архетипы с одной стороны и Prima Materia с другой), что касается проявленного космоса, не существует — или буквально ничто.

Самый фундаментальный Порядок нашего космоса заключается в гармонии Сущности и субстанции. Таким образом, создание космоса (порядка) из хаоса и creatio ex nihilo рассматриваются как одно и то же, если смотреть с разных точек зрения.

Тот Орден, который — это космос, в основе своей прекрасен. Чем упорядоченнее космос, тем он ближе к Деа, Божественной Красоте.

Платон называл Абсолют калону : «прекрасное», поскольку земная красота — это не просто субъективное восприятие: это абсолютное качество.Вся земная красота — это частичка или отражение Божественной Красоты. Абсолютная Красота — это источник и источник красоты во всех прекрасных вещах, которые мы видим в себе.

Таким образом, возвращаясь к нашим самым ранним вопросам, когда мы стремимся усилить и максимально использовать женскую красоту на земле, мы преследуем древнее искусство, которое буквально косметическое . Мы приводим себя в соответствие с самим Космосом, максимизируя нашу маленькую часть в его порядке и красоте.

Для деаниста земная женская красота — это микрокосм как божественной, так и космической красоты, и хотя буквальное значение «макияжа» и всего, что с ним связано, является лишь одним аспектом философской косметики, это важная часть и одна из главных. который мы рассмотрим более внимательно.

Но заканчивая эту страницу, позвольте заверить вас, что ваше желание сделать себя красивее не напрасно и не банально. Это естественное женское желание заниматься философией косметики.



См. Также:

Философия, красота и правда: истинная философия красоты.

Философия макияжа: соответствие женской косметической философии актуальной косметике!

Обзор макияжа Esca


Поддержите часовню Богоматери

Отправьте нам свои вопросы или комментарии

Часовня Богоматери Домашняя страница

Все материалы, написанные в Часовне Богородицы, защищены авторским правом.Если вы хотите воспроизвести какую-либо часть, пожалуйста, свяжитесь с нами для получения разрешения.

Космос — Тибетская буддийская энциклопедия

В общем смысле космос — это упорядоченная или гармоничная система. Слово происходит от греческого термина κόσμος (космос), буквально означающего «порядок» или «украшение» и метафорически «мир», и противоречит концепции хаоса. Сегодня это слово обычно используется как синоним латинского заимствованного слова «Вселенная» (рассматриваемого в его упорядоченном аспекте).Слово косметика происходит от того же корня. Во многих славянских языках, таких как русский, болгарский и сербский, слово Космос (космос) также означает «космическое пространство». На китайском языке космос и вселенная переводятся как 宇宙 (yǔzhòu), что в буквальном переводе означает пространство-время (宇 y space, «пространство» и 宙 zhòu «время»).

Философия

Пифагор, как говорят, был первым философ применил термин космос ко Вселенной, возможно, имея в виду звездный небосвод.

Русский космизм — космоцентрическое философское и культурное движение, зародившееся в России в начале 20 века.

Космизм — это философская позиция, согласно которой человечество является незначительным аспектом вселенной, которая в лучшем случае безразлична, а возможно, даже враждебна. Эта философия, исследованная такими писателями, как Х. Лавкрафта (который, по мнению некоторых, является первоначальным сторонником этой философии) и более поздних авторов, можно увидеть в таких книгах, как «Автостопом по галактике».
Интегральная философия

Философ Кен Уилбер использует термин космос для обозначения всего проявленного существования, включая различные области сознания.Используемый таким образом термин «космос» отличает недвойственную Вселенную (которая, по его мнению, включает как ноэтические, так и физические аспекты) от строго физической Вселенной, которая является предметом внимания традиционных наук. Племянник Уилбера, Космо Якавацци, был назван в честь научного термина.
Древнегреческое представление о космосе

Древнегреческий натурфилософ Архимед в своем эссе «Счетчик песка» оценил диаметр космоса в стадиях, эквивалентных тому, что мы называем двумя световыми годами.
Теология
См. Также: Религиозная космология

В теологии этот термин может использоваться для обозначения сотворенной Вселенной, не включая ее создателя. В христианском богословии это слово также используется как синоним «аион» для обозначения «мирской жизни» или «этого мира» в отличие от загробной жизни или грядущего мира.

Космос, созданный Пифагором, параллелен зороастрийскому термину аша, концепции божественного порядка или божественно упорядоченного творения.
Научная фантастика о космосе

Олаф Стэплдон в своем научно-фантастическом романе «Создатель звезд» (1937) описывает, как Бог (Создатель звезд) эволюционирует, создавая все более сложные космосы в мультикосмическом гипервремени.

Айзек Азимов в своем научно-фантастическом рассказе «Последний вопрос» (1955) исследует вопрос о том, как новый космос мог образоваться после того, как нынешний космос выродился в тепловую смерть из-за энтропии.

Космология

Космология — это исследование космоса в нескольких из вышеперечисленных значений, в зависимости от контекста. У всех космологий есть общая попытка понять неявный порядок внутри всего существа. Таким образом, у большинства религий и философских систем есть космология.

В физической космологии термин космос часто используется в техническом смысле, имея в виду определенный пространственно-временной континуум внутри (постулируемой) мультивселенной. Наш конкретный космос обычно пишется с заглавной буквы как Космос.
Возраст и размер космоса

Согласно современной научной теории, Вселенная возникла 13,81 миллиарда лет назад (короткий масштаб) в результате Большого взрыва. Текущий диаметр наблюдаемого космоса оценивается примерно в 93 миллиарда световых лет.

Диаметр всего космоса неизвестен.Однако, согласно теории инфляции Алана Гута, реальный размер космоса как минимум на пятнадцать порядков больше наблюдаемой Вселенной. Это означает, что, если теория инфляции верна, диаметр наблюдаемой Вселенной в 93 миллиарда световых лет примерно так же меньше диаметра всей Вселенной, как диаметр атома гелия по сравнению с диаметром Солнца. Это эквивалентно минимальному диаметру всего космоса в 1026 световых лет (в масштабе 100 септиллионов световых лет).
Природа космоса
Космос

Космос — это ткань, которая может сгибаться или скручиваться, и является тканью космоса. Со временем он образует четырехмерную ткань. Тот факт, что скорость света — пространство, перемещаемое светом в секунду — одинакова для всех, независимо от того, движется он или нет, предполагает, что пространство-время подстраивается таким образом, что кажется, что свет движется с одной и той же скоростью, несмотря ни на что.

Космос — это гибкая ткань, в которой галактики, состоящие из звезд и планет, представляют собой тяжелые объекты.Их вес изгибает ткань пространства-времени, что создает кривизну, которая позволяет более легким объектам обходить более тяжелые объекты, как в случае с планетой Земля и более легкой Луной, а также с планетами, вращающимися вокруг Солнца в нашей Солнечной системе. система. Это явление известно как гравитация, которая является одной из четырех сил космоса.
Время

Поскольку пространство и время едины, движение в пространстве влияет на время: время замедляется для человека, который движется, но идет быстрее для того, кто стоит на месте.Это означает, что течение времени, которое мы переживаем, может быть всего лишь иллюзией. В этом случае каждый момент времени от начала до далекого будущего сосуществует вместе, но в другом регионе космоса. Это приводит к концепции путешествия во времени. Поскольку пространство и время представляют собой единую физическую сущность, возможно, что в ткани пространства-времени есть какие-то короткие пути, которые могут привести нас в другой период времени, отличный от нашего настоящего времени. Несмотря на возможность путешествий во времени, нет никаких доказательств того, что мы можем изменить прошлое или даже будущее.Это потому, что разные периоды времени сосуществуют и имеют фиксированное состояние. Тем не менее, точная природа времени до конца не изучена.
Силы космоса

Общая теория относительности: теория гравитации Эйнштейна, которая вызывает искривление пространства и времени
Электромагнитная сила: одна из сил природы, которая действует на частицы, имеющие электрический заряд
Сильная ядерная сила: сила природы, влияющая на кварки удерживая кварки внутри протонов и нейтронов
Слабая ядерная сила: Сила природы, которая действует на субатомном уровне и ответственна за такие явления, как радиоактивный распад

Последние три силы существуют на квантовом уровне, который является атомным масштабом.Проблема для физиков заключается в том, что гравитация действует на астрономическом уровне, а три другие силы действуют на квантовом уровне, заставляя атомы вести себя иначе, чем ожидается в общей теории относительности. С гравитацией природа космоса очень предсказуема и упорядочена. Однако на квантовом уровне энергия и положение частиц непредсказуемы. Физикам трудно уместить порядок в хаосе, происходящем на атомном уровне. На квантовом уровне гравитационная сила может быть объяснена наличием частицы под названием гравитон.Согласно этому объяснению, гравитон — это частица энергии, высвобождаемой под действием силы тяжести на ткань пространства-времени. Однако ни один эксперимент пока не доказал существование такой частицы. На поверхности пространство гибкое и упорядоченное, но на квантовом уровне оно активно, непредсказуемо и многомерно.
Стремление к объединению

Цель состоит в том, чтобы объединить все законы физики в один, который может объяснить весь космос от космического пространства до квантового масштаба. Сегодня существует популярная теория под названием Теория струн, которая дает возможное объяснение фундаментальной природы Космоса.

Теория суперструн, или теория струн, гласит, что фундаментальные ингредиенты — это одномерные петли (замкнутые струны) или фрагменты (открытые струны) колеблющейся энергии, объединяющие общую теорию относительности и квантовую механику.

Тот факт, что частицы ведут себя как волны, предполагает, что они состоят из нитей, имеющих форму струны на самом фундаментальном уровне. Форма энергетической нити определяет, что такое протон, а что нейтрон. Другими словами, разные формы производят разные частицы.В настоящее время теория струн не считается теорией в научном смысле, потому что никакие научные эксперименты не подтверждают и не опровергают ее. (Различные варианты использования этого термина см. В Теории.)
Определение космоса

Принимая во внимание природу космоса, космос можно определить как упорядоченную систему всего, что существует от космического пространства до атомного масштаба.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts