Репрезентировать это: это … значение слова РЕПРЕЗЕНТИРОВАТЬ

Содержание

Репрезентация — Магистерская программа «Визуальная культура» — Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Рерпрезентация –  широко используемый в различных областях термин. В контексте исследований визуального материала это нередко контекстуальный синоним к понятию референция («репрезентировать — это всегда указывать, представлять, символизировать» — Гудмен Н., «Способы создания миров», IV), поскольку также как и «референция» функционирует в рамках дискурса о первообразе, что зачастую сводит исследовательский фокус к семиотической проблематике. Будучи помещенной в семиотический дискурс, Р. встраивается в традиционный круг проблем о самостоятельном значении изображения по отношению к первообразу. Формулируя этот круг проблем очень обще, можно свести его к основному затруднению: как возможно, чтобы изображение имело содержание (следовательно, отсылало к чему-то другому) и при этом обладало собственной значимостью (онтологической или ценностной). Полное подчинение знака денотату может быть выражено вплоть до «прозрачности» первого в акте восприятия, например, в случае с письменной и устной речью – в процессе чтения книги, мы уже не видим текст, будучи полностью погруженными в его содержание.

Собственно это напряжение между двумя экстремумами – 1) либо изображение имеет содержание (отсылает к другому) и является «прозрачным», теряет собственное для-себя бытие, 2) либо оно имеет собственное для-себя бытие, но не имеет содержания (ни к чему не отсылает) –  которое можно в некотором отношении сопоставить с оппозицией абстрактного и фигуративного («Каждое репрезентирующее произведение — символ, а искусство без символов ограничено искусством без предмета» — Н. Гудмен «Способы создания миров», IV), и составляет основное затруднение, которое может быть разработано в различных направлениях. Разумеется, наиболее значимым это затруднение оказывается в контексте искусства, где ценность и для-себя бытие изображений являются той необходимой предпосылкой, которая фундирует всю практику: «очень важно, согласно многим современным художникам и критикам, изолировать произведение искусства как таковое от того, что оно символизирует или на что указывает любым способом» (В. Беньямин, «Краткая история фотографии», с.
17: « Все же истинной жертвой фотографии стала не пейзажная живопись, а портретная миниатюра…уже около 1840 года большинство бесчисленных портретистов-миниатюристов стало фотографами») . В самом деле, если бы ценность самого-по-себе изображения, его автономности по отношению к первообразу не культивировались, а ценным было бы только мастерство, которое позволяло запечатлеть первообраз максимально близко к его актуальному на момент изображения состоянию, то с изобретением технических средств репрезентации художественная практика обессмыслилась бы и подошла к своему завершению – как это в действительности произошло с той частью практик, которые выполняли именно такие функции (как известно, первыми фотографами стали художники, которые до этого зарабатывали на жизнь написанием семейных портретов).

Для того чтобы подступиться к черте различающей «референцию» и «репрезентацию» кажется наиболее удобным обратиться к Гадамеру и его рассуждению об изображении в работе «Истина и метод». Гадамер предлагает следующее различение: отображение и изображение. Где первое определяется как полностью устремленное на бытие первообраза и в этой интенции снимающее собственное для-себя бытие. Другими словами оно «прозрачно» и собственное бытие обнаруживает только в том отношении, в котором отлично от первообраза, когда не транслирует другое в требуемой степени. Поэтому чем меньше оно утверждает собственное бытие (недостаток, плохое качество отображения), тем больше оно утверждает свое бытие как отображение. С другой стороны, автор отличает первообраз по двум характеристикам. Изображение, напротив, имеет собственное для себя бытие, оно именно то, что имеется в виду. Изображение неразрывно связано с первообразом. Наиболее полно первая характеристика встречается в эстетическом (в классическом смысле) срезе. Изображение получает свое собственное содержание из того, что было недостатком в отображении. Поскольку именно в эстетическом модусе ценным оказывается не первообраз, но этот конкретный способ данности. И его заведомая неполнота служит необходимым пространством для автора.

Именно потому, что фотограф не может запечатлеть все сущее в его полноте, но вынужден фреймировать его, он может вместить в изображение этот авторский фокус, нарратив, интерпретацию. То, что важно в художественном изображении – это не то, насколько полно оно выражает первообраз, но именно этот способ данности. Безусловно, именно эта конститутивность для-себя бытия через нехватку бытия другого (первообраз) приводит к той позиции-экстремуму, который мы описывали выше, что художественное – в изображении это именно то, что не отсылает, а ценно само по себе, и так проинтерпретированная художественность объективируется в абстрактные полотна. Собственно на языке Гадамера указанное ранее затруднение описывается в терминах отображение и эстетическое (формальное) изображение.

Однако Гадамеру важно сохранить это для-себя бытие изображения, не разрывая связь с первообразом. Объяснить как это возможно с точки зрения референции задача практически невозможная, при этом ее отличие от репрезентации становится зримым и необходимым.

Референция происходит от глагола re-fero – пере-носить. Когда мы пользуемся этим термином, то невозможно сохранить бытие знака, поскольку само понятие подразумевает уход, переключение на другое. В то время как репрезентация – термин онтологически насыщенный. Традиция употребления этого термина, как указывает в примечаниях к той же главе Гадамер, отсылает к смыслу представительства и замещения, изначально в юридической практике. Также разрабатывал это понятие Деррида, отсылая к Руссо. И в этом использовании один важный оттенок перестал замечаться, хотя и не исчез, внутри понятия сместился акцент. Для Руссо отчуждение суверенитета гражданами посредством введения представителей, буквально откупление (интересно, что образованное от глагола существительное – repraesentatio, onis – имеет «раслпату, уплату деньгами» в качестве прямого своего перевода, деньги как репрезентация товара) от своих обязанностей есть разрушение политического организма. Отчасти эта негативность объясняется тем, что когда репрезентация трактуется как замещение, а далее и вовсе как подмена, то помыслить, что в этих представителях еще может присутствовать воля, которую они репрезентирую, для Руссо уже не возможна.
Сама идея «воля не отчуждаема» (ставшая названием к целой главе) свидетельствует о том, что репрезентация не понимается как онтологический процесс, оно отчужденно именно потому, что сам первообраз в этом уже не присутствует. Этот его аспект (изображение) был взят от него, после чего связь с ним была утрачена.

Однако если следовать этимологии, то можно увидеть и другой аспект этого понятия – онтологический. Re-praesento – это и делать присутствующим того, кто отсутствует (или: осуществлять присутствие), но со стороны отсутствующего – это и присутствовать заново, другим способом. Это не только замещение, бытие-вместо, это и связь с бытием первообраза, прирост бытия. Через понятие репрезентации возможно ухватить искомую Гадамером двойственность. С одной стороны репрезентация включает утверждение в изображении для-себя бытия, посредством этой приставки “re”: ведь это не простое присутствие первообраза, это такое присутствие, которое открывается для него только в этом способе и без этого способа недоступно.

Поскольку “re” здесь указывает на то, что некто не просто сам, посредством себя присутствует, но что его присутствие осуществляется, значит, у него самого не было к этому доступа. И здесь все то, что было сказано в связи с эстетическим модусом вступает в силу – то, что отличается от первообраза составляет собственное бытие изображения, именно через инаковость изображения по отношению к первообразу, последний может быть осуществлен тем способом, который для него не доступен на основании только его собственного бытия таковым каков он есть. С другой стороны, сохраняется связь с этим первообразом. Это не отчужденный автономный образ, он имеет свою силу и значимость как такой тип (репрезентирующий) изображения, только когда сохраняет связь с первообразом. С этой точки зрения, замещение и представительство не столько неверны, сколько не в полной мере отражают содержание понятия репрезентация. Представительство в этом смысле не может быть отчуждением воли, поскольку ясно, что один может быть представителем другого только тогда, когда его связь с первообразом осуществляется и признается.
Как это происходит в суде. Адвоката можно рассматривать с точки зрения подмены, однако, и как того, через которого осуществляется присутствие подсудимого и связь с которым необходимо предполагается, иначе весь этот институт теряет смысл. Если адвокат не связан с тем, чьи интересы он защищает, то вся эта практика теряет смысл. И хотя мы можем себе помыслить ситуацию, когда эта связь нарушена, но не можем представить ее полного отсутствия – чтобы адвокат защищал интересы подсудимого, которого нет. Такого отчуждения, которое мы встречаем в эстетическом модусе, здесь невозможно помыслить.

Завершим рассуждения попыткой показать, как удерживание этого значения репрезентации позволяет открыть новые возможности в исследовании визуальности, рассмотрев конкретные примеры. В статье “Five early renaissance portraits” Р. Хэтфилд описывает ряд очень похожих портретов представляющих собой профиль юношей в красных платьях с головными уборами на темном фоне. Эти портреты во многих отношениях интересны.

Они сохранились в этом самом количестве из пяти картин, в плохом состоянии. Кроме того, по некоторым признакам (например, надписи на задней стороне картины) можно заключить, что они являлись продуктом мастерских. Все это указывает на сравнительно невысокую художественную ценность, во всяком случае, для предшествующих эпох. Скорее всего, эти портреты предназначались для домашнего пользования (в силу их размера и того факта, что девизы не размещались фронтально), возможно для фамильного хранения родовых портретов. Однако автор обнаруживает, что по ряду причин можно сделать вывод, что портретируемые не были похожи на эти изображения и возможно вовсе не писались с них. Во-первых, автор утверждает, что эти портреты представляют собой сильную идеализацию, что такое лицо, со всеми написанными чертами физически невозможно: “Every feature is seen in its most pleasing and characteristic aspect. However, an actual face cannot possibly be seen so that each of its several features show to best advantage.
Thus the portraits do not convince as representations of the actual physical structure of human faces” (R. Hatfield, Five early renaissance portraits, pp. 317-318). Во-вторых, по разным признакам, например, хронологическая рассогласованность предметов одежды (платье и головной убор), указывают на то, что эти портреты были сделаны значительно позже, нежели портретируемые проживали свою юность. Скорее всего, портреты были сделаны, либо когда портретируемые были уже весьма пожилые, либо когда они уже были вовсе мертвы. Что ставит под большой вопрос, имели ли эти портреты хоть какое-то сходство с первообразом, писались ли они с них вообще? Но кажется еще более странным, что это портреты, предназначенные для частного пользования, для хранения фамильной памяти, не говоря уже о том, что родственники первого поколения знали и видели это очевидное расхождение. Как это объяснить? Автор ограничивается только фиксацией этой странности.

Если мы будем описывать эти портреты, используя понятие «референция», то результата мы не достигнем. Референция только маркирует эту странность, поскольку портрет, призванный отсылать к первообразу, не работает, ибо он просто на него не похож. Однако если мы станем интерпретировать этот материал, используя «репрезентацию», то нам откроются совершенно другие смыслы. Возможно, цель состояла в том, чтобы представители знатной семьи продолжали присутствовать даже тогда, когда для них самих это было уже невозможно. Это осуществление присутствия через изображение оказывается возможным именно потому, что изображение имеет собственное для-себя бытие, не заключает в себе всю полноту первообраза, что позволяет в силу собственных характеристик изображения (могут храниться веками при определенных условиях, в отличии от человеческого тела) осуществить присутствие первообраза, недоступное без этого изображение. И с этой точки зрения совершенно ясным оказывается и идеализация – это присутствие в «лучшем виде». Как в христианской идее воскрешения после Суда: люди должны обрести те тела, которые имели бы до грехопадения, и которые будут в возрасте расцвета и без болезней и уродств. Отсюда, например, можно сделать ход и к современным бытовым практикам PhotoShop, что хотя и кажется естественным представляет большую трудность для описания и понимания – для чего улучшать свои фотографии и размещать их в социальных сетях, если всем известен первообраз, к которому отсылает изображение. Однако смысл есть, поскольку это репрезентация, и первообраз осуществляет желаемое и для него недоступное присутствие. Это отчасти может быть связано с утверждением Гадамера о том, что первичная интенция направлена не на изображение, а на предмет. Репрезентация оказывается в данном случае одной из возможных онтологических смычек для изображений. Позволяет в ряде случаев описывать этот магизм изображений – для магизма характерно принятие знаков и образов за сами присутствующие вещи: заговоры, куклы, фотографии. Отсюда также возможным было бы проработать критическую линию в связи с дискурсом о зрелищах и истощении реальности, поскольку через репрезентацию этот процесс напротив кажется приростом бытия для первообраза ( «только благодаря изображению первообраз становится первообразом» (Гадамер Г. -Х. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М. «Пресс», 1988. С. 189, С.189): «если изначальное одно по истечении из него много не делается меньше, то это должно означать, что увеличилось бытие» (там же).

 

(2015)

Репрезентация — Гуманитарный портал

Репрезентация — это опосредованное, или «вторичное» (через подобие) представление в сознании человека образов (первообразов) материальных или идеальных объектов их свойств, отношений и процессов. Используемая в этом процессе функция обозначения часто придаёт репрезентации знаковый, символический характер. В русском языке термину «репрезентация» в целом соответствует слово «представление», но поскольку оно имеет множество значений (в том числе с размытым смыслом), в тех случаях, когда речь идёт о представлении одного объекта посредством другого, в современном русском языке часто используется термин «репрезентация», подразумевающий более конкретное значение. Как многозначное понятие, термин «репрезентация» широко употребляется в философии, культурологии и социальных науках.

Рассматривая историю развития значения слова «репрезентация», Х.-Г. Гадамер в своём произведении «Истина и метод» напоминает о его сакрально-правовом смысле. Как самостоятельное понятие оно использовалось ещё в Древнем Риме, в частности в смысле представительности как платёжеспособности, но в свете христианской идеи воплощения и мистического тела получило новый аспект — представительства; репрезентировать обозначает «осуществлять присутствие». В каноническом праве оно стало употребляться в смысле юридического представительства; соответственно, репрезентируемая личность — это представляемое и замещаемое, но репрезентант, осуществляющий её права, от неё зависим.

Понимание репрезентации как представительства обсуждает Ж. Деррида в «Грамматологии» в связи с идеями Ж.-Ж. Руссо, обнаруживая новые аспекты этой формы репрезентации. Безоговорочное представительство репрезентации — это безоговорочное отчуждение, оно отрывает наличие от самого себя и вновь ставит его напоказ перед самим собой. Согласно Руссо, «выбирая Представителей, народ теряет свою свободу, он перестаёт существовать»; поэтому абсолютно необходимо, чтобы «общая воля выражалась прямо, собственным голосом», без передачи этого права репрезентанту. Подвергая критике репрезентацию за «потерю наличия», Деррида вслед за Руссо осознает полноту политической свободы лишь как идеал и говорит о разных формах восстановления утраченного наличия, а соответственно — о безоговорочной неполноте репрезентации и вместе с тем её необходимости. Его концепция деконструкции и «метафизического присутствия», по мнению В. Россмана, в конечном счёте основана на признании, что человек всегда имеет дело только с репрезентациями, он стремится к созданию всё новых посредников; непосредственный контакт с реальностью без посредничества невозможен, опосредование и репрезентация «присутствия» неизбежны.

Проблема репрезентации обсуждается также в контексте рассмотрения способа бытия искусства и онтологического аспекта изображения. Гадамер полагает, что через репрезентацию «изображение приобретает свою собственную действительность», «бытийную валентность», и, благодаря изображению, первообраз становится именно первообразом, то есть только изображение делает представленное им собственно изображаемым, живописным. Репрезентация изображения может быть понята как особый случай «общественного события», религиозное изображение получает значение образца, а изобразительное искусство закрепляет, по существу же создаёт, те или иные типы героев, богов и событий. В целом произведение искусства мыслится как бытийный процесс, в котором вместо абстракций существуют представления, игры, изображения и репрезентации, в частности в форме знаков и символов, позволяющих чему-то «быть в наличии».

В эпистемологии репрезентация — это представление познаваемого явления с помощью посредников: моделей, символов, вообще знаковых, в том числе языковых, логических и математических систем. Естественные и искусственные языки — главные посредники, репрезентанты. Возможность и необходимость репрезентации выражает модельный характер познавательной деятельности, при этом в качестве репрезентанта-посредника может выступить любая вещь, любой знак, символ, рисунок, схема, и так далее — всё что угодно может быть репрезентацией всего остального. Функция репрезентации заключается в замещении чего-то, находящегося за ней. Но только субъект познания и деятельности определяет, что может быть в данной ситуации репрезентантом. В то же время наше перцептивное и когнитивное отношение к миру в значительной степени формируется и изменяется под воздействием создаваемых (выбираемых) нами самими репрезентациями. Из этого следует, что наше представление о действительности — продукт собственной деятельности; наши формы восприятия, способы видения и понимания, от которых зависят виды репрезентации, трансформируются в зависимости от того, какие образцы репрезентации предписываются нам культурой и внедряются практикой и образованием.

Именно такой подход к восприятию и репрезентации разрабатывал М.  Вартофский, специально исследовавший эту познавательную процедуру и стремившийся преодолеть чисто натуралистическую трактовку восприятия. Согласно его концепции, человеческое восприятие, имея универсальные предпосылки — биологически эволюционировавшую сенсорную систему — вместе с тем является исторически обусловленным процессом. Оно зависит от интерпретационных принципов, предрасполагающих нас к тому, что нам предстоит увидеть, и управляется канонами, принятыми в культуре. Любая модель — аналогии и «как будто» конструкции, математические модели, вычислительные устройства или механизмы вывода, вообще аппроксимативные репрезентации разной степени истинности — представляет собой не только внешний мир, но и самого познающего субъекта. Репрезентация вовсе не стремится к адекватности и не «регрессирует» в направлении к «подлинному объекту»; она, скорее, «регрессирует» от него в направлении к канонам и образцам, обладающим большой степенью конвенциональности, соответствующей эволюции различных форм деятельности, практики; поэтому репрезентация не может быть сведена к простому сходству и отображению. Так, фундаментальные каноны «визуального понимания» в европейской культуре выведены из геометрической оптики И. Ньютона. Они стали образцами нашего визуального понимания, или «здравого смысла», поэтому могут оказывать влияние на наше восприятие окружающей среды, что, в свою очередь, связано с обучением, образованием в целом как формированием способа видения окружающего мира. Иной подход к репрезентации — широко распространённые концепции «перцептивного постоянства», «адекватности репрезентаций перспективы», а также «экологическая оптика» Дж. Гибсона — это представления, покоящиеся преимущественно на естественных моделях и предпосылках, не учитывающие влияния практики и культуры.

Критика теории познания как «теории репрезентации» представлена в известном полемическом труде Р. Рорти «Философия и зеркало природы» (1979), где репрезентация является одним из центральных понятий. Традиционная теория познания Дж. Локка, Р. Декарта и И. Канта исходит из постижения «ментальных процессов», «ума» как отдельной сущности, в которой происходят эти процессы, и «активности репрезентаций», делающих возможным познание. Познание предстаёт как Зеркало Природы, точная репрезентация того, что находится за пределами ума и ментальных процессов, и задача заключается в том, чтобы найти наиболее точные репрезентации. Соответственно философия как «трибунал чистого разума» оценивает, выносит «приговор» и делит культуру на те области, которые репрезентируют реальность лучше, хуже или вовсе не репрезентируют её вопреки своим претензиям. Трудности, вставшие перед философией, потребовали её «строгости» и «научности» (Б. Рассел, Э. Гуссерль), пересмотра локковской теории репрезентации (Л. Витгенштейн) или, напротив, создания новых категорий, не имеющих ничего общего с наукой и картезианскими поисками достоверности. М. Хайдеггер в «Бытии и времени» излагает понимание того, что репрезентация не представляет собой первичный доступ к миру, — это уже интерпретация, определённый результат рефлексивной и понимающей деятельности; непосредственно мир нам доступен только в практических действиях повседневной жизни, которые требуют специального языка.

Технологии

Панельные исследования – основа измерений Mediascope. Панельные данные дают представление о поведении человека в медиа, социально-демографическом профиле аудитории, контентных предпочтениях и других важных параметрах, которые необходимы клиентам компании для операционной работы и стратегического планирования коммуникаций.

Телевизионная панель

Телевизионная панель Mediascope насчитывает более 20 тысяч человек по всей России и репрезентирует всё население страны старше 4 лет – по своему размеру ТВ-панель компании занимает пятое место в мире. В домах и на дачах участников телевизионного исследования установлены специальные устройства – ТВ-метры, которые в автоматическом режиме собирают информацию о просмотре телевизора. Контент и реклама, которые увидели респонденты, распознаются с помощью технологии audio matching, которую используют ТВ-метры.

Интернет-панели

В интернет-измерениях Mediascope использует две панели: десктопную – более 15 тыс. респондентов, и мобильную – более 14 тыс. респондентов. Они репрезентируют всё население России старше 12 лет. Данные о посещении интернет-ресурсов собираются с помощью специальных измерительных инструментов, установленных на устройствах участников панели. Для десктопных устройств это специальная надстройка в браузерах, для смартфонов и планшетов – измерительное приложение. Информация об аудитории также собирается с помощью счетчиков компании, которые размещают на своих ресурсах интернет-площадки.

В интернет-измерениях Mediascope также использует внешние данные от партнеров – это полностью анонимизированные сведения об активности на площадках, которые предоставляют интернет-компании. Эта информация обрабатывается совместно с данными наших интернет-панелей.

Single-source

В некоторых проектах Mediascope используются single-source панели – они состоят из респондентов, которые одновременно участвуют в нескольких исследованиях: ТВ и интернет-измерениях. Такие панели применяются, например, в проекте Big TV Rating – исследовании потребления телеконтента и рекламы сразу в нескольких средах: в линейном эфире и на десктопных устройствах в интернете. Данные для таких проектов собираются, в том числе, с помощью роутер-метров. Это специальные устройства, которые помогают анализировать медиапотребление на всех устройствах в домохозяйстве, которые подключены к интернету.

Mediascope Data Platform

В 2020 году Mediascope запустила собственную платформу для работы с данными, в которой собираются и обрабатываются большие массивы разнородных данных о контакте человека с медиа и рекламой, потребительском поведении, включая данные партнеров.

Mediascope Data Platform – это не только технологическая платформа, но и новая модель работы с данными для всей рекламной индустрии. При создании платформы Mediascope ориентировалась не только на собственные задачи по обработке и анализу данных, но, в первую очередь, на индустриальную потребность в инструментах для работы с постоянно растущим объемом разнородных данных и их источников.

Все данные в платформе приводятся к единой структуре – event-логу, который в унифицированном виде описывает контакт с медиа и рекламой – кто увидел контент или рекламу, что именно увидел, когда и где. Слой агрегированных «сырых» данных хранится в платформе в виде дата-сетов, с которыми клиенты компании могут работать в принципиально новом для компании рабочем пространстве DataLab.

Mediascope Data Platform построена на стеке open-source технологий, которые доступны и понятны профессиональным участникам медиа-рекламного рынка. Технологическая основа платформы – экосистема Hadoop, но для работы с данными также используются другие инструменты стриминговой обработки, потоковых вычислений и self-service аналитики.

DataLab

DataLab – это рабочее пространство для самостоятельного анализ данных, которые хранятся в Mediascope Data Platform. C помощью DataLab клиенты компании получают быстрый доступ к слою «сырых» данных и могут извлечь ценность углубленной и расширенной аналитики для своего бизнеса

В DataLab аналитики данных и data science специалисты могут искать инсайты о поведении аудитории, тестировать маркетинговые гипотезы и продуктовые идеи, создавать новые алгоритмические решения для повышения эффективности бизнеса и рекламных коммуникаций.

Пользователи DataLab могут самостоятельно использовать математические инструменты для обработки «сырых» данных, которые реализованы в платформе как self-service. Mediascope выделяет клиентам необходимое количество мощности облачных вычислений для работы в DataLab, предоставляет полный набор описательной документации о преобразовании данных и работе алгоритмических расчетов, а также, при необходимости, сопровождает экспериментальные проекты клиентов.

Поставка данных

Работать с данными Mediascope можно несколькими способами:

  • Специальные клиентские софты — для анализа предрасчитанных аудиторных данных отдельных исследований и медиапланирования;
  • API – для специальных запросов к данным отдельных проектов;
  • DataLab – для запросов к слою «сырых» данных в Mediascope Data Platform. Запросы можно писать на одном из трех языков программирования – Python, SQL и R через распространенные фреймворки с open-source основой;
  • BI-система Tableau — для анализа и визуализации данных как отдельных проектов Mediascope, так и расчетов на основе «сырых» данных.

«Другая» репрезентация Текст научной статьи по специальности «Искусствоведение»

ISSN 2227-6165

art&cult артикулы

Российский государственный гуманитарный университет / Факультет истории искусства

№4 (1-2012)

И.М. Сахно

«ДРУГАЯ» РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ

В статье анализируются границы понятия репрезентация в связи с развитием практик авангардного и постмодернистского искусства. Демонстрируется зависимость семантического наполнения этого понятия, а также синонимических рядов, от изменения практик творчества, прежде всего, от пересмотра статуса художника в ХХ веке и символического значения институций.

Ключевые слова: презентация, репрезентация, реди-мейд, авангард, теория искусства.

The article investigates historical development of the notion «representation» as part of «prac-ticalization» of the avant-guard and postmodernist art. The changeable semantics of the term and synonymic contextualizations supposed to be under influence of the revision of the state of «the Artist» in XX century and of the reconceptualization of symbolic meaning of the institutions of art.

Keywords: presentation, representation, ready-made, avant-guard, theory of art.

Сахно И.М. — профессор РУДН. E-mail: [email protected]

В 2009 году выходят 73-74 номера «Художественного журнала» с впечатляющим названием «О репрезентации», представившего попытку теоретических рефлексий по поводу нового термина, предназначенноо «описать закономерности и специфику публичного показа искусства в непривычных рыночных условиях» [1]. В статье «Авангард vs. Репрезентация» Е. Лазарева, размышляя о необходимости данного термина, пишет: «Репрезентация, понимаемая не столько как представление окружающего мира в изобразительном искусстве, а скорее в политическом смысле — как представление художественной практики в том или ином публичном пространстве, — неотъемлемая часть системы современного искусства. Чтобы стать фактом современной художественной культуры, нечто должно быть выставлено или опубликовано» [2]. В этом контексте репрезентация понимается в достаточно ограниченном, словарном и этимологическом значении слова как «представление одного в другом и посредством другого». Так смешиваются сразу несколько понятийных полей и такие термины, как презентация, репрезентация и экспозиция,

становятся неразличимы. Мы попытаемся кратко исследовать возможные границы современного значения термина «репрезентация».

С самого начала своей истории современное искусство строится на противопоставлении креативного «делания» и «имитативного» принципа классического искусства. Совершенно очевидно, что классическое искусство всегда существовало на стыке двух репрезентативных моделей, сформированных еще в античной культуре. Основной принцип творческой деятельности художника — мимесис (от греч. подражание, воспроизведение) надолго предопределил перспективы развития мировой живописи. Копирование ландшафта реального мира и создание габитуса человека и окружающих его предметов — сверхзадача художника вплоть до конца XIX века, когда на смену устоявшихся практик визуальных стратегий приходит установка на создание псевдовещи, пустой формы, говоря позднейшим языком — симулякра.

Искусство исторического авангарда, отрешившее концепцию мимесиса от культурного поля античности и Возрождения, поставило целью перераспределение символической власти через обновление репрезентативных моделей. Ведущие художники начала века, взрывая классическую традицию и обращаясь к формальному эксперименту, попытались вписаться в новый культурный контекст. Диалогичность как основная социокультурная форма (парадигма) начала XX века была проявлена как на уровне «большого диалога» (Восток — Россия — Европа), так и на уровне личностных перекличек. В культуре и искусстве авангарда доминирует «другая» репрезентация и новое означающее.

Такой «другой» репрезентации свойственна дистанция по отношению к реальности и конструирование «иного» семиотического пространства, позиционирующего не только идею, но и вещь в качестве нового объекта эстетического переживания. Другими словами, границы репрезентации расширились, включив в себя новые средства выражения. Искусство авангарда перестает быть выражением личностного видения мира, эстетической эмоцией и средством трансформации визуального мира. Утраченный язык нормативной коммуникации ведет к преодолению эстетики как таковой.

Феномен Марселя Дюшана описан многими исследователями искусства XX века. Когда в 1911 году художник создает свою «Обнаженную, спускающуюся по лестнице» и выставляет ее в 1913 году на выставке Армори-шоу в Нью-Йорке, а потом в Портленде в этом же году, он тиражирует все куби-стические инновации — приемы деформации и разложения живописной материи. За этим повторением и цитированием знаменитых текстов аналитического кубизма обнажается утрата креативной роли самого художника. В историю

искусства Дюшан вошел как автор идеи использования готового объекта (ready-made), представив на выставку «Общества независимых художников» в Нью-Йорке обыкновенный писсуар, который был подписан неким Робертом Муттом и назван «Фонтаном» (1917) [3]

По сути это была некая акция — эстетическая провокация, последствия которой сам художник вряд ли в тот момент осознавал. Обыкновенная профанная вещь впервые вторгается в сакральную сферу искусства, расширяя при этом границы искусства и захватывая новую музейную территорию. На смену художника-творца и теурга приходит художник- собиратель и архивариус вещей, вторгаясь тем самым в самое сердце культуры и превращая повседневность в художественную практику.

Размышляя о наследии Дюшана и смене коммуникационной парадигмы, исследователь современного искусства Анн Коленн пишет: «<…> Автор исчезает как художник, он является только демонстратором. Ему достаточно заявить о себе, сигнализировать. Единственный признак его существования -это подпись, которая сопровождает «готовый» объект» <…>. Если эстетика, а также умение работать руками отбрасываются в сторону, если художник становится демонстратором, если он производит знаки, все распределение ролей в искусстве должно быть пересмотрено. Дюшан пользуется этим. В этой новой игре художник — это тот, кто выпускает, то есть выставляет, выдвигает вперед объект. Он располагает его и распоряжается им. Делая это, он идентифицирует себя с торговцем-галеристом, который сам «выпускает», «производит» художников на сцене искусства. Он их располагает и, в какой-то мере, ими распоряжается. Он идентифицирует себя, таким образом, с производителем рассматриваемых объектов. Что же касается объекта заводского производства, то тут вмешательство художника является минимальным. Он иногда ассистирует ready-made или другому знаку, но материальность объекта не является результатом работы художника. Деятельность этого демонстратора-постановщика проявляется в размещении объекта: он изменяет его место и темпоральность <…>.

Знаменитое выражение Дюшана «именно зритель делает картину» надо воспринимать в буквальном смысле. Оно не относится, как слишком часто считают, к какой-то метафизике взгляда, к идеализму воспринимающего субъекта, а отвечает хорошо известному закону кибернетики, часто цитируемому в теориях коммуникации: наблюдатель является частью системы, которую он наблюдает; наблюдая, он вырабатывает условия своего наблюдения и трансформирует наблюдаемый объект. Очевидно, что речь идет не об отделении художника от его виртуального потребителя, а об их связи с общей про-

дукцией. Место художника определяется тут, с одной стороны, наблюдателем, а с другой — фабрикантом» [4]

Объекты Марселя Дюшана утверждают новый статус объекта в искусстве. С этого времени художник заново утверждает свою власть, аннулирует изображение, манипулируя контекстом культуры массового потребления. С этой истории начинается поиск нового метаязыка искусства, который и ляжет в основу «постмодернистского» дискурса. Реди-мэйд Марселя Дюшана, наделенный в постмодернизме новым статусом и новым значением, превратил сам инструментарий репрезентации в самостоятельную область — искусство акции и художественного жеста.

При этом статус художника меняется. С одной стороны, он возвращается к опыту ремесленника-ткача, потому что не может довольствоваться изображением мира при помощи кисти, краски и мольберта. Художник деформирует окружающий его мир в соответствии с новой оптикой пространственно-временного континуума, создает искусную имитацию как оттиск прошедшего времени.

Новая стратегия репрезентации авангарда подрывает основу просветительского гуманизма: способность языка к формированию канонической текстуальности, в которой нарратив воссоздает привычную картину мира. Язык не способен справиться с подобной репрезентативной задачей, и ниспровержение основ коммуникации подрывает саму сущность классической репрезентативной модели. Личность самого художника превращается в прагматическую условность, текст живет уже по иным метафизическим законам.

Карло Гинсбург, пытаясь ответить на вопрос, почему таким популярным стало слово «репрезентация» в 1980-е годы, обращается к «Всеобщему словарю» (1727 г.) Фюретьера, обнаруживая противоположные смыслы: «С одной стороны, — замечает исследователь, — репрезентация позволяет увидеть нечто отсутствующее, и здесь предполагается четкое различение между репрезентирующим и репрезентируемым, с другой стороны, репрезентация являет присутствие, демонстрирует публике некую вещь, или личность». [5]

Таким образом, репрезентация мыслится как «субституция» и как «миметическое напоминание» [6]. В историческом авангарде остается след предшествующих культурных текстов и смыслов, с которыми художники вступают в интертекстуальную полемику. В актуальных художественных практиках границы репрезентации настолько расширились, что сегодня достаточно сложно определить коннотативные смыслы новейших арт-проектов.

«Спустя век после реди-мэйда Марселя Дюшана, — замечает Н.Буррио, — репрезентация объекта в контексте художественной галереи (которая дела-

ет его ирреальным и наделяет статусом знака в той же степени, что и штрих карандаша) превращает сам арсенал репрезентации в самостоятельную область. У художника больше нет причин довольствоваться изображением мира при помощи кисти. Он может воспроизвести фрагмент мира, разложить его на части и заставить их функционировать, создать имитацию или прототип. В искусстве сегодняшнего дня действие репрезентирует с тем же успехом, что и рисунок. Преобладание документалистики стало показателем утраты веры в возможности искусства как исполненной смысла системы, способной передать наше отношение к миру присущими ей средствами. Для многих художников, а также для возрастающего большинства теоретиков и кураторов, Си-Эн-Эн, таким образом, представляет собой формальную матрицу сегодняшнего искусства, а также и систему, с которой оно вступает в «конкуренцию». Тема соревнования между искусством и действительностью, отныне повсеместно присутствующая в дискурсе кураторов выставок, часто говорит об отсутствии у них интереса к традиционным формам визуальных искусств, сопряженного со смутным ощущением бесполезности, что порождается, если взглянуть шире, вопросом «что, собственно, может искусство?»» [7]

Сразу же возникает вопрос об институциях искусства. Критика эстетизма и формула автономии искусства, провозглашенная и манифестированная русским и европейским авангардом, трансформировалась в идею политической репрезентации. Достаточно вспомнить призыв В.Маяковского, Д.Бур-люка и В.Каменского к «демократизации искусства», внедрению искусства в обыденное городское пространство (лозунг «искусство на улицу») и опыт всего Левого Фронта Искусства с инновационной для того времени концепцией «производничества».

Протест против институций искусства, обращение многих художников к идее проектирования и создания утилитарно-полезных вещей было не случайным. Обозначилось стремление, с одной стороны, уйти из мастерских и отказаться от выставок и музеефикации творческого продукта. С другой стороны, оставалось значимым художественное высказывание. В силу этих мятежей и трансгрессий, по мысли Б. Гройса, «логика авангарда — это изначально институциональная логика»[8], в которой неразделимы политическая и художественная репрезентация: отрицая институции, авангард все равно «испытывает страх за институции, без которых он немыслим» [9]. Неоавангард экспроприировал наработанный художественный опыт, но, по мнению П.Бюргера, «лишился аутентичности» [10].

В историческом авангарде репрезентация приобретает знаковый характер в новом семиотическом континууме. Авангард всегда работает с новы-

ми знаками и символами, которые радикально отличаются от прежних культурных кодов, что ведет к изменению характера информационного обмена. Привычная линейная модель коммуникации, требующая обратной связи и духовного содружества автора с читателем и зрителем, уходит в прошлое. На смену ей приходит декодированное сообщение, созданное автором порой на уровне бессознательных рефлексов, что порождает затрудненность восприятия авангардистского текста и зачастую провал коммуникации как таковой.

Художник перестает быть демиургом и проповедником идеологии своего времени, он делает выбор в пользу культурной маргинальности. Новая семиотическая знаковость и модальность репрезентации особенно ярко проявлена в супрематизме и футуристическом знакотворчестве. В современном искусстве репрезентация, вытесняющая прежний знак, сама становится объектом искусства. Так опосредованная репрезентация, которая в качестве объекта замещает другой объект, дает не только знание о втором (третьем?) объекте, но и порождает новую форму, которая сможет служить основанием для новой репрезентации.

Определяя репрезентацию как процесс символического анализа культурных кодов, британский исследователь Стюарт Холл пишет: «Репрезентация как процесс производства значений и обмена между носителями культуры включает в себя использование языка, знаков и образов, которые символизируют или репрезентируют вещи» [11]. Культура, таким образом, оказывается решающей силой в организации людьми универсума смысла и упорядочивания мира. Остается дискуссионным вопрос, формирует ли новые смыслы актуальные художественные практики?

С одной стороны, очевидны переклички с историческим авангардом и детализация формальных приемов художественного праксиса. С другой -сама репрезентация приобретает универсальный характер, потому что эстетика новой медиа-среды формирует новую феноменологию и знаковость. Семантика медиации такова, что актуальный художник вовлечен в пространство новой природы знаков, когда процесс репрезентации обращен к стратегии интерпретации знаков и эта интерпретация безгранична. [12]

♦Фотография фрагмента инсталляции А.Бродского CISTERNA («Цистерна»)

Инсталляция Осуществлена в Collector Gallery, Москва

ilS 1 ■ » i| fm Y * I Z «til j i I фш Я

Номинирована НП ВКЦ Е.К.АртБюро, Лауреат в номинации «Произведение визуального искусства «Инновация», 2012

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Буррио Николя. Современное искусство и репрезентация // Художественный журнал, №55, 2004 // http://xz.gif.ru/numbers/55 (дата обращения 9.04.2012).

Гинсбург Карло. Репрезентация: слово, идея, вещь -http://soci-all.ru/reprezentatsiya/reprezentatsiya1.html (дата обращения 8.04.2012).

Гройс Б. Искусство демократии // Гройс Б. Комментарии к искусству. ХЖ,2003.

Коклен Анн. Современное искусство // Terra Incognita. №5. 1996.// http://www.terraincognita.in.ua/index.html (дата обращения 9.04.2012).

Лазарева А. Авангард vs.Репрезентация // Художественный журнал, 2009, № 73-74.

Леенгард Жак Искусство и размышление: раздумья по поводу Марселя Дюшана — http://www.terraincognita.in.ua/ti5/05_03ru.html (дата обращения 8.04.2012).

Пирс Ч. Начала прагматизма / Перевод с английского, предисловие В. В. Кирющенко, М. В. Колопотина, — СПб.: Лаборатория метафизических исследований философского факультета СПбГУ; Алетейя, 2000.

О репрезентации. Введение. // Художественный журнал, 2009, №

73-74.

Burger P. Theorie der Avantgarde. Frankfurt/ Main. 1974. Hall S. The work of representation // Representation: Cultural Representations and Signifying Practices / Ed. by S.Hall. London, 1997.

Примечания

1. О репрезентации. Введение. // Художественный журнал, 2009, № 73-74. С.3

2. Лазарева А. Авангард vs.Репрезентация // Художественный журнал, 2009, №

73-74. С.9

3. См об этом подробнее: Леенгард Жак Искусство и размышление: раздумья по поводу Марселя Дюшана — http://www.terraincognita.in.ua/ti5/05_03ru.html (дата обращения 8.04.2012)

4. Коклен Анн. Современное искусство // Terra Incognita. №5. 1996.// http://www.terraincognita.in.ua/index.html (дата обращения 9.04.2012)

5. Гинсбург Карло. Репрезентация: слово, идея, вещь -http://soci-all.ru/reprezentatsiya/reprezentatsiya1.html (дата обращения 8.04.2012)

6. Там же.

7. Буррио Николя. Современное искусство и репрезентация // Художественный журнал, №55, 2004 // http://xz.gif.ru/numbers/55 (дата обращения 9.04.2012)

8. Гройс Б. Искусство демократии // Гройс Б. Комментарии к искусству. ХЖ,2003.

С.43

9. Там же. С.47

10. Burger P. Theorie der Avantgarde. Frankfurt/ Main. 1974. P.71

11. Hall S. The work of representation // Representation: Cultural Representations and Signifying Practices / Ed. by S.Hall. London, 1997, P.156

12. Напомним, что Ч.Пирс в своей работе «Начала праграматизма» обозначал триаду семиозиса: репрезентант-объект — интерпретант: «Слово «Знак» будет использоваться мной для денотации Объектов воспринимаемых, воображаемых, или даже тех, которые в каком-то смысле нельзя вообразить. К примеру, являющееся Знаком слово fast невозможно сделать объектом воображения, потому что записано на бумаге или произнесено может быть не само это слово, но частный случай его, при этом, будучи записано или произнесено, оно тем не менее остается тем же самым словом. Кроме того, в значении «быстрый» это одно слово, в значении «устойчивый» — другое, и третье, когда отсылает к <посту или> воздержанию. Для того, чтобы нечто действовало как Знак, это нечто должно «репрезентировать» нечто другое, называемое его Объектом. Хотя условие, в соответствии с которым Знак должен быть чем-то другим, нежели его Объект, возможно, и не носит обязательного характера, поскольку, если мы все же сочтем нужным его придерживаться, мы по крайней мере должны сделать исключение для Знака, который является частью Знака. Так, ничто не мешает актеру, исполняющему роль в исторической драме, использовать исторически подлинную реликвию вместо предмета театрального реквизита, предназначенного таковую только репрезентировать. К примеру, распятие, которое в знак вызова поднимает булве-ровский Ришелье. На карте некоторого острова, если ее разложить где-либо на земле самого этого острова, должно существовать некоторое место, некоторая точка, отмечена она или нет, которая, являясь в качестве ( qua ) места на карте, репрезентирует это же место в качестве места на острове. Знак может иметь больше одного Объекта. Так, выполняющее функцию Знака предложение «Каин убил Авеля» отсылает к Авелю в той же степени, что и к Каину, даже если не принимать (хотя это и необходимо) к рассмотрению убийство в качестве третьего Объекта» // Пирс Ч. Начала прагматизма / Перевод с английского, предисловие В. В. Кирющенко, М. В. Колопотина, — СПб.: Лаборатория метафизических исследований философского факультета СПбГУ; Алетейя, 2000. // http://sbiblio.com/biblio/archive/pirs_nachala/04.aspx ( дата обращения 4.04.2012).

Рекламный гендерный перформанс: как фемвертайзинг репрезентирует женщин

Гапова Е. Классы наций: феминистская критика нациостроительства. М.: Новое литературное обозрение, 2016. 368 с.

Здравомыслова Е.А., Темкина А. А. 12 лекций по гендерной социологии. СПб.: ЕУСПб, 2015. 768 с.

Becker-Herby E. The Rise of Femvertising: Authentically Reaching Female Consumers. PhD Dissertation. Twin Cities: University of Minnesota, 2016.

Belknap P., Leonard W.M. A Conceptual Replication and Extension of Erving Goffman’s Study of Gender Advertisements // Sex Roles. 1991. Vol. 25. № 3–4. P. 103–118. DOI: https://doi.org/10.1007/BF00289848

Bell P., Milic M. Goffman’s Gender Advertisements Revisited: Combining Content Analysis with Semiotic Analysis // Visual Communication. 2002. Vol. 1. № 2. P. 203–222. DOI: https://doi.org/10.1177/147035720200100205

Bretl D.J., Cantor J. The Portrayal of Men and Women in US Television Commercials: A Recent Content Analysis and Trends over 15 Years // Sex Roles. 1988. Vol. 18. № 9–10. P. 595–609. DOI: https://doi.org/10.1007/BF00287963

Cabrera S.A., Williams C.L. Consuming for the Social Good: Marketing, Consumer Citizenship, and the Possibilities of Ethical Consumption // Critical Sociology. 2014. Vol. 40. № 3. P. 349–367. DOI: https://doi.org/10.1177%2F0896920512458599

Calogero R.M. A Test of Objectification Theory: The Effect of the Male Gaze on Appearance Concerns in College Women // Psychology of Women Quarterly. 2004. Vol. 28. № 1. P. 16–21. DOI: https://doi.org/10.1111/j.1471-6402.2004.00118.x

Courtney A.E., Lockeretz S.W. A Woman’s Place: An Analysis of the Roles Portrayed by Women in Magazine Advertisements // Journal of Marketing Research. 1971. Vol. 8. № 1. P. 92–95. DOI: https://doi.org/10.1177/002224377100800114

Eisend M. A Meta-Analysis of Gender Roles in Advertising // Journal of the Academy of Marketing Science. 2010. Vol. 38. № 4. P. 418–440. DOI: https://doi.org/10.1007/s11747-009-0181-x

Franzwa H.H. Female Roles in Women’s Magazine Fiction, 1940–1970 // Women: Dependent or Independent Variable / Ed. by R.K. Unger, F.L. Denmark. New York: Psychological Dimensions, 1975. P. 42–53.

Fraser N., Arruzza C., Bhattacharya T. Feminism for the 99%: A Manifesto. London: Verso, 2019. 96 p.

Ganahl D.J., Prinsen T.J., Netzley S.B. A Content Analysis of Prime Time Commercials: A Contextual Framework of Gender Representation // Sex Roles. 2003. Vol. 49. № 9–10. P. 545–551. DOI: https://doi.org/10.1023/A:1025893025658

Gill R. Postfeminist Media Culture: Elements of a Sensibility // European Journal of Cultural Studies. 2007. Vol. 10. № 2. P. 147–166. DOI: https://doi.org/10.1177/1367549407075898

Goffman E. Gender Advertisements. London: Palgrave, 1976. DOI: http://dx.doi.org/10.1007/978-1-349-16079-2

Hovland R. et al. Gender Role Portrayals in American and Korean Advertisements // Sex Roles. 2005. Vol. 53. № 11–12. P. 887–899. DOI: https://doi.org/10.1007/s11199-005-8305-3

Lindner K. Images of Women in General Interest and Fashion Magazine Advertisements from 1955 to 2002 // Sex Roles. 2004. Vol. 51. № 7–8. P. 409–421. DOI: https://doi.org/10.1023/B:SERS.0000049230.86869.4d

Menéndez Menéndez M.I. Entre la cooptación y la resistencia: de la Femvertising a la Publicidad Profem // RECERCA. Revista De Pensament I Anàlisi. 2019. Vol. 34. № 2. P. 15–38. DOI: http://dx.doi.org/10.6035/Recerca.2019.24.2.2

Mulvey L. Visual Pleasure and Narrative Cinema // Visual and Other Pleasures. London: Palgrave Macmillan, 1989. P. 14–26. DOI: https://doi.org/10.1007/978-1-349-19798-9_3

Plakoyiannaki E. et al. Images of Women in Online Advertisements of Global Products: Does Sexism Exist? // Journal of Business Ethics. 2008. Vol. 83. Art. 101. DOI: https://doi.org/10.1007/s10551-007-9651-6

Prügl E. Neoliberalising Feminism // New Political Economy. 2015. Vol. 20. № 4. P. 614–631. DOI: https://doi.org/10.1080/13563467.2014.951614

Sobande F. Woke-Washing: “Intersectional” Femvertising and Branding “Woke” Bravery // European Journal of Marketing. 2019. Vol. 54. № 11. P. 2723–2745. DOI: https://doi.org/10.1108/EJM-02-2019-0134

Демократия в кризисе, индустрия опросов тоже

Опросы общественного мнения играют огромную роль в российских публичных дискуссиях. Им разом и верят, и не верят. Об этом, о том, как индустрия опросов связана с политической демократией, и есть ли в стране «секретная социология», «Инвест-Форсайт» беседует с автором книги «Общественное мнение, или Власть цифр», известным социологом, профессором Московской высшей школы социальных и экономических наук Григорием Юдиным. 

Что отражают опросы

— У нас сложилось довольно двусмысленное отношение к опросам общественного мнения. С одной стороны, из них делают самые важные выводы о состоянии нашего общества, с другой стороны, все тут же оговариваются, что верить им нельзя. Вы-то как считаете, можно им верить и делать из них выводы о состоянии общества?

— Это два разных вопроса. Если мы хотим спросить себя, являются ли эти цифры методически корректно собранными, не подделаны ли эти цифры, не нарисованы ли они, не занимаются ли те, кто собирает эти цифры, простой подделкой данных, то ответ: «Нет, не занимаются». Цифры в большинстве случаев в России получаются с помощью стандартных методологических инструментов, никто ничего специально не подрисовывает. Есть некоторые специальные отдельные исключения, их можно обсудить, но в целом — нет, ничего подобного не происходит. Более важный вопрос — не методологический, а политико-философский. Потому что главное — не «получены ли цифры честно», а «репрезентируют ли они волю народа». Ответ на этот вопрос: «Нет, не репрезентируют».

— Почему, если цифры честные? 

— Здесь несколько причин, подробно они обозначены в моей недавно вышедшей книге «Общественное мнение, или Власть цифр». Часть проблем связана с невозможностью репрезентации: с тем, что для того чтобы репрезентировать совокупность (например, население России), нужно, чтобы выборка из совокупности была случайной. Сегодня уровень неответов на опросы чрезвычайно высок, от 70% до 90% — если понимать под «неответами» разные формы некооперации, когда люди недоступны, не берут трубку, не хотят разговаривать, отказываются отвечать и прочее. Сегодня таких людей настолько много, что у нас мало оснований думать, что те, кого мы реально опрашиваем, могут репрезентировать всю совокупность.

Кроме того, сам по себе опрос существует в некотором политическом контексте. И как мы обнаружили в своих исследованиях, люди, которые все же отвечают на опросы, — это те, кто готов играть в некоторую игру. Одна из основных игр для участвующих в опросе — игра в жалобы государству. Есть некоторая центральная власть, она воспринимается как сборщик жалоб; так люди нередко объясняют себе, для чего нужны опросы и зачем в них участвовать.

— То есть участвующие в опросе в некотором смысле заведомо лояльны?

— Если вы участвуете в игре, то принимаете ее правила. Это сразу накладывает кучу всяких ограничений на смысл опроса, потому что когда вы кому-то жалуетесь, вы тем самым признаете его власть. Вы же не говорите: «Знаете, я в гробу вас видел, почините мне кран». Нет, вы говорите: «Я вам очень доверяю, вы все делаете правильно, но, к сожалению, где-то есть чиновник, который не следит за тем, чтобы у меня в кране была вода. Поэтому сделайте с ним что-нибудь, чтобы кран починился». Если вы заведомо не желаете общаться с тем, кто, по вашему представлению, является адресатом этого сообщения, — а большинство людей, еще раз скажу, не собирается общаться, — вы и не будете участвовать в этом опросе. Поэтому, когда мы читаем цифры опросов в России, нужно их таким образом воспринимать.

— Как не отражающие волю народа?

— Это отдельный сложный политико-философский вопрос. Мы склонны воспринимать волю народа как некоторую зафиксированную, заведомо существующую реальную сущность, которая по любому опросу сформирована. Возьмите недавний пример с вопросом «Левада-центра» о том, хотят ли респонденты ликвидировать лесбиянок. Или вопрос ВЦИОМ о том, насколько «важными» респонденты считают разные поправки в Конституцию. Мы предполагаем, что люди либо хотят, либо не хотят ликвидировать, что у них внутри встроен датчик важности разных поправок. А дальше весь вопрос в том, можем ли мы замерить это или не можем, и насколько точно мы можем это замерить.

Однако по подавляющему большинству вопросов это не так. Подавляющее большинство вопросов, которое предлагается респондентам, отражает мир, в котором живет заказчик, опросная компания, но не мир, в котором живет респондент. Поэтому предположение о том, что по любому вопросу уже всегда заведомо есть некоторое общественное мнение, которое можно измерить, нереалистично. Тем более нельзя ограничить демократию таким постоянным измерением мнений.

Демократия в кризисе

— А что же тогда такое «демократия»?

— Демократия — коллективное самоуправление. Это вовсе не измерение предзаданной народной воли, а коллективный процесс, составляющими которого являются дебаты, местное самоуправление, политические конфликты, дискуссии в обществе, коммуникация с депутатами, предвыборные кампании, демонстрации, иногда даже революции. Все это части демократического процесса. Наша склонность сводить его к измерению заранее существующей воли народа — не просто примитивный, а ошибочный взгляд.

— Вы упомянули такой феномен, как большинство населения, не желающее участвовать в опросах. Это российский феномен?

— Не только российский, хотя у России есть некоторая специфика. В принципе, с опросами большая проблема во всем мире, потому что эта ошибочная исходная модель, которая предполагала, что мы можем узнать волю народа, просто ее измерив, и была в основании технологии опросов общественного мнения.

Технология вводилась в середине 30-х годов в Америке, и тогда, конечно, люди были куда более склонны участвовать в опросах. Но тогда и уровень доверия к репрезентативной демократии был гораздо выше, чем сейчас. Люди всерьез верили, что они на что-то влияют, что их голос может быть услышан.

Сегодня репрезентативная демократия по всему миру находится в кризисе. Это видно по снижающемуся уровню участия в политике. Мы видим абсентеизм (уклонение избирателей от участия в выборах — ред.), видим нежелание людей в принципе вовлекаться в политическую жизнь, коммуницировать со своими представителями, всерьез участвовать в принятии решений. Они просто не верят, что это на что-то может всерьез повлиять. Понятно, что в разных странах по-разному, но в целом это, конечно, так.

— И разочарование в демократии влияет на опросы?

— Да, это косвенным образом бьет и по опросам, потому что опросы являются еще одной технологией репрезентации. Существует ошибочное представление о том, что опросы — технология прямой демократии. Нет, опросы как раз технология репрезентативной демократии в высшем смысле слова, потому что опросы полностью построены на идее репрезентативности, только представителями в опросах являются не депутаты, а случайно выхваченные люди, которых застали врасплох. По всему миру цифры ответов на опросы падают, люди не хотят во всем этом участвовать, не очень понимают, в чем смысл этого. Мы не в 30-х годах, люди довольно цинично относятся к политике, к политическим системам и к таким элементам этих систем, как опрос. Это общая проблема, она сейчас приводит всю опросную индустрию к технологическим, а может быть, и концептуальным изменениям.

— В чем в данном вопросе специфика России?

— В России существует отчетливо плебисцитарный стиль опросов. Люди, которые участвуют в опросе, часто понимают, что если это опрос на какую-то социально-политическую тематику, то они участвуют в плебисците. Если они хотят в этом участвовать, то они понимают ситуацию как ситуацию плебисцита. Это, безусловно, оказывает влияние на то, кто соглашается играть в игру, а кто не соглашается. Потому что все попытки российских опросных служб дистанцироваться от своих политических функций и указать на собственную объективность и незаинтересованность разбиваются о ситуации, когда, как уже было не один раз, президент России в прямом эфире требует провести опрос. После этого вы можете сколько угодно рассказывать респондентам, что вы не имеете никакого отношения к Кремлю, что вы не Кремль, что вы за людьми не следите, они все равно в это никогда не поверят. Поэтому в России падение уровня результативности опросов еще сопровождается тем, что остаются в опросной игре только те, кто видит в ней совершенно определенный плебисцитарный смысл.

Куда идет опросная индустрия

— Какие технические и концептуальные изменения опросной индустрии могут иметь место?

— Когда мы не можем опросить подавляющее большинство населения и только небольшая часть готова с нами говорить, возникает масса проблем. Например, традиционно критерием истины для опросов были выборы. Опросная индустрия и возникла в 1936 году, потому что Джордж Гэллап, который ее основал, сумел выработать дешевую, а главное — эффективную технологию предсказания исхода выборов. Он перегнал всех своих конкурентов, которые делали гигантские рассылки анкет, и придумал простую экономную технологию того, как можно предсказывать результаты выборов. С тех пор выборы стали точкой проверки для опросов. В последнее время мы видим, что, с одной стороны, опросы довольно часто промахиваются с предсказаниями результатов выборов. Это происходило несколько раз за последние годы в Англии, Америке, Германии, Испании, в России также. С другой стороны, в странах типа России мы видим еще более странную ситуацию, когда вроде бы между опросами и результатами выборов есть соответствие, но при этом у стороннего наблюдателя нет никаких сомнений: выборы были сфальсифицированы.

— И что в этих условиях делать организаторам опросов?

— Сейчас определяется, куда этой индустрии двигаться дальше. У нее есть несколько вариантов. Один из них связан с роботизацией. Грубо говоря, предполагается, что проблемы в опросах возникают на уровне человеческого участия. Во всем виноваты, например, интервьюеры, которые не могут собрать достаточно хорошо информацию, им это слишком тяжело делать в условиях растущих отказов, они начинают фальсифицировать анкеты (что правда). Ну так давайте мы их заменим роботами, которые фальсифицировать анкеты не будут. Это один подход.

Другой состоит в том, что раз люди не хотят с нами разговаривать, то и не надо — мы можем про них гораздо больше узнать, вообще с ними не разговаривая. Сейчас существуют большие возможности сбора «больших данных». Все мы оставляем кучу цифровых следов, все мы экипированы карточками, которые позволяют агрегировать информацию о нас. Про каждого человека можно собрать кучу разной информации без того, чтобы гоняться за ним с анкетой и о чем-то спрашивать. В этих условиях, если мы сможем установить более-менее устойчивые связи между политическими предпочтениями и определенным типом поведения, дальше нам уже не нужно будет гоняться за людьми. По тому, какие покупки человек сделал в магазине, или сколько раз он ездил в транспорте, или какой киносериал он загрузил из интернета, мы сможем предсказать, каким будет его политическое поведение. И, соответственно, повлиять на это поведение.

С другой стороны, не стоит забывать, что в принципе категория общественного мнения гораздо шире, чем опросы. Опросы возникли в 1930-е годы, но категория общественного мнения возникает гораздо раньше: не позднее XVIII века. Нам сегодня сложно это представить, но еще совсем недавно не было никаких опросов, а общественное мнение существовало как часть политической реальности современных обществ. Так почему бы не вообразить себе мир, в котором общественное мнение вновь существует без опросов? Тем более что сегодня мы видим, как социальные сети начинают представлять собой новую публичную сферу, в которой формируется общественное мнение. Уже есть технологии, которые позволяют предсказывать выборы довольно эффективно на основании анализа социальных сетей. Поэтому, возможно, общественное мнение будет существовать и за пределами опросов, в каких-то таких новых средах.

— Иногда появляются проекты, в которых роль опросной службы может выполнять компания, у которой просто очень большая аудитория, например сайт поиска работы. Как вы к ним относитесь?

— Здесь ключевым вопросом является репрезентативность. В принципе, онлайн-опросы пока что не могут быть репрезентативными для основных групп, которые нас обычно интересуют в социально-политических исследованиях. Если вы хотите сделать небольшой интернет-магазин и задумали выборку своей аудитории, то онлайн-опрос может приближаться к репрезентативности. Что касается более широких аудиторий, типа населения России, здесь репрезентативность невозможна.

Если говорить об аудитории большого сайта поиска работы, мы даже до конца не знаем, кого конкретно репрезентирует их аудитория. Вероятно, это скорее средний класс, люди, которые склонны искать работу через интернет. Но средний класс бывает разный, не весь он ищет работу через интернет. Поэтому эти исследования не могут претендовать на репрезентативность. Впрочем, возможно, она и не нужна. Сегодня действительно многие коммерческие компании отказываются от идеи репрезентативности — пока в мягкой форме. Потому что если у вас есть достаточно большое сообщество, с которым вы связываетесь через интернет, то это и есть ваши потребители, это референтная группа. Зачем вам нужна репрезентативность? Однако в политике идея репрезентативности по-прежнему играет ключевую роль.

— То есть иногда нужно сознательно «искать, где светлее»?

— Здесь возникает вопрос, можем ли мы перейти в какую-то пострепрезентативную эпоху, в эпоху пострепрезентативных опросов, когда репрезентативность сама по себе не нужна. С одной стороны, к этому есть предпосылки, потому что есть общий кризис репрезентативности. С другой стороны, идея репрезентации глубоко вошла в нашу политическую жизнь. Мы настолько четко привыкли привязывать демократические процедуры к репрезентации народа, причем к одномоментной репрезентации, что в социально-политических исследованиях сейчас от этого не отказываются. Наоборот, я бы сказал, что репрезентативистский взгляд на демократию склонен усиливаться. Поэтому плебисцитарные политические режимы становятся весьма живучими.

Социология для государства

— Скажите, существует ли то, о чем говорят слухи: секретная социология, у которой совсем другие цифры, чем публикуемые?

— Нет, не существует. Именно потому что какая бы эта социология ни была секретная, она будет использовать: а) те же самые методы, ту же самую методологию, б) это большой секрет Полишинеля: в России ни у кого нет собственной полевой сети. Нет никакой организации, которая могла бы полностью собственными усилиями сделать всероссийский опрос, например. Все пользуются одними и теми же полевыми службами, одними и теми же агентствами интервьюеров, одними и теми же кол-центрами. В итоге это делают одни и те же люди. Да, действительно, ФСО делает какие-то собственные опросы, которые либо делаются точно так же, с помощью тех же самых ресурсов, и будут выдавать точно такие же данные; либо делаются с помощью государственных служащих, и тогда, скорее всего, дают неправильные данные.

Есть гораздо более важная проблема, которая заключается в том, что значительная часть рынка социально-политических исследований контролируется государством, которое его совершенно целенаправленно в начале 2000-х годов зачистило. Оно проводит огромное количество опросов, но результаты этих опросов, несмотря на то что они сделаны государством — а стало быть, на наши с вами деньги, — не попадают в общественный доступ. Нам показывают только то, что государство хотело бы, чтоб мы знали. Это, конечно, сверхэффективный способ формировать наше представление о мире.

— Нет альтернативных источников информации?

— В России в целом общество достаточно атомизированное, для людей часто единственный способ узнать о том, как устроена не то что страна, а соседний подъезд, — это данные опросов. А теперь представьте себе, что есть инстанция, которая может определять, какие данные будут доступны и какие не будут. Еще раз: и те, и другие получены вполне методологически правильным путем. Понятно, что эти цифры тоже можно критиковать, но они получены методологически вроде как честно. Вопрос в том, что некоторые из этих цифр нам покажут, а некоторые — не покажут. И вот это очень сильный способ контролировать публичную повестку. То, что в «Ведомостях» теперь пытаются запретить публиковать данные опросов «Левада-центра», — очень хороший пример того, что нам не хотели бы показывать в ситуации, когда в стране наметился раскол.

— Последний вопрос. Из всего вами сказанного у меня лично вообще пропадает уверенность, что опросы общественного мнения нужны. 

— Кому нужны?

— Обществу для того, чтобы понимать, каково оно. 

— Задачи сделать так, чтобы общество что-нибудь познавало, у опросов никогда не было. Это миф. Еще раз: человек, который придумал опросы, Джордж Гэллап, с самого начала видел их как технологию демократии. Фактически это была технология голосования, Гэллап называл это «перманентным плебисцитом». Идея была в том, что люди, принимающие решения, постоянно слышат «глас народа» и тем самым могут принимать более информированные решения.

Задача информировать общество о нем самом — скорее социологическая задача. Нельзя сказать, что она совсем уж прямо противоречит опросам, но эта задача никогда не была на первом плане. Опросы могут быть полезны для наблюдателей, если знать, как ими правильно пользоваться. Поэтому для неспециалиста важно знать, в чём состоят ограничения опросов: что они могут показать, а что — нет. При этом условии можно считывать важную информацию даже из не репрезентативных опросов.

Что же касается использования опросов как технологии для государства, то они вполне хорошо работают. Опросы позволяют конструировать нужные цифры, производить демократическую легитимность с помощью авторитета науки. Параллельно это хороший инструмент надзора за обществом. Почему государству нужно от них отказываться, если они так хорошо работают?

Беседовал Константин Фрумкин

Подписывайтесь на канал «Инвест-Форсайта» в «Яндекс.Дзене»

Оргкомитет Евро-2020 в Петербурге объяснил жест Смолова на афише :: Футбол :: РБК Спорт

В оргкомитете заверили, что жест Смолова, похожий на албанского орла, не имеет отношения к политике

Читайте нас в

Новости Новости

Фото: Global Look Press

Оргкомитет Евро-2020 в Санкт-Петербурге назвал ошибкой публикацию афиши матча Лиги наций Россия — Сербия, на котором Федор Смолов демонстрирует жест, похожий на албанского орла. Об этом сообщается в Twitter организации.

«Жест игрока сборной не имеет ничего общего с политической репрезентацией. Это экспрессивное высказывание на тему герба России, который находится у Федора за спиной. Нам жаль, что появилась такая искаженная интерпретация. Меньше всего мы хотели кого-то оскорбить», — говорится в сообщении пресс-службы оргкомитета.

Афишу матчей сборной России в Лиге наций оргкомитет Евро-2020 в Санкт-Петербурге опубликовал в Twitter 1 сентября. На афише были изображены Артем Дзюба, Федор Смолов и Федор Кудряшов. Смолов изображал руками орла.

Бывший пресс-атташе Российского футбольного союза (РФС) Андрей Малосолов увидел в жесте нападающего московского «Локомотива» символ албанского орла.

«Перед матчем Россия — Сербия появляется рекламный коллаж, на котором Федор Смолов изображает ладонями орла. Все бы ничего. Но! Это символ албанского орла. Для сербов это символ геноцида в Косово. Боже, кто вложил в голову Смолова это? Да еще перед матчем с сербами!» — написал Малосолов в Twitter.

Сборная России объявила результаты тестов футболистов на коронавирус

Матч Россия — Сербия состоится позднее в четверг при пустых трибунах на стадионе «ВТБ Арена имени Льва Яшина». Начало встречи — в 21:45 мск.

Для российской сборной этот матч станет первым с ноября 2019 года. Тогда команда Станислава Черчесова в квалификации Евро-2020 на выезде победила Сан-Марино со счетом 5:0. Позднее все встречи с участием сборных были отменены из-за пандемии.

Project Pat — Представляй это Текст

[Вступление: Project Pat & DJ Paul ]
Да, загипнотизируйте умы здесь
Вы все знаете о бизнесе
Представляете в полной мере
Если вы не готовы к тому, что делаете, вы должны представлять это
Если вы в нем представьте это
Вы, ребята, ребята, не готовы для нас
Project Pat, Noreaga, DJ Paul, Juicy J
Hypnotize Minds здесь, вот так

[Припев: Все]
Сука North Memphis, сука North Memphis
Сука South Memphis, сука South Memphis
сука Westwood, сука Westwood
сука Orangemount, сука Orangemount

[Post-Chorus: Project Pat]
Если вы в нем, представьте, если вы в нем , представляйте его
Если вы в нем, и вы вниз, если вы с ним, представляете его
Если вы в нем, представляете его, если вы в нем, представляете его
Если вы в нем, и вы вниз, если вы с ним , представляйте это

[Стих первый: Project Pat]
Северный Мемфис, Южный Мемфис, Вествуд, Orangemount
Bl ack Haven, Восточный Мемфис, Западный Мемфис, положив его
До неизвестного с девятимиллиметровым зажимом
Кто-то думает, что пуленепробиваемый, кто-то в конечном итоге Бенедикт
Кто из вас, дураки, хочет заставить их хлопать в ладоши?
Разорви клуб, где мои головорезы? Где эти доллары?
Где те игроки, кричащие, как злодеи, из-за этой грязной зелени?
Надо взять сливки, достать сыр, это в любом случае
Если да, то брось свой набор, позволь мне увидеть, как ты подписываешь
Project Pat, с южной стороны, здесь на измельчении
Пока получаешь хорошо, получаешь мой , представляю капюшон
Попытайся удержать меня в тот раз, но я в порядке
Хочешь увидеть меня запертым в камере, выбрось ключ
Ненавистники хотят, чтобы я умер, но твои уловки должны похоронить меня
Дринкин Хеннесси, полон травы, мысленно я ушел
Готовый человек ехать на моей стороне, если они правы или неправы

[Припев: Все]
ATL, сука, ATL, сука
Новый Орлеан, сука, Новый Орлеан, сука
Хьюстон, сука, Хьюстон, сука
Майами, сука, Майами, сука

[Пост-припев: Project Pat]
Если вы в нем, представляете его, если вы в нем, представляете его
Если вы в нем и вы падаете, если вы с ним, представляйте его
Если вы в нем, представляете его, если вы в нем, представляете его
Если вы в нем, и вы вниз, если вы с ним, представляете его

900 02 [Куплет второй: Noreaga]
Эй, я топчу тех, кто возится с мотыгами
И просто безумно пачкает твою одежду
Н.O.R.E., у моего имени нет двух Os
Итак, мы те, у кого мотыги
Твой браслет до английских пальцев ног
Что! Какие! Мы разрываем клуб на всех шоу
Three-6 и Thugged Out, ниггер, наблюдай за их луками
Где их доллары, малыш? Эй, я прочитал и закрыл
Я и Project Pat трахаемся руками в нашей одежде
Эй, все хорошо, ниггеры растут в капюшоне
И мы делаем то же самое, потому что курим на дровах
Эй, ты мой Эй, ха-ха, я твоя баба, ха-да
Эй, ебать с нами, мы оставим чертову дырку ниггеру, ха!
И я отбиваю команды до Батон-Руж
И у меня есть Хаммер на 32-х, Хаммер на 32-х

[Припев: Все]
сука из Блэк Хейвен, сука из Блэк Хейвен
Сука Митчелл Хайтс, сука Митчелл Хайтс
Сука Восточного Мемфиса, Сука Восточного Мемфиса
Сука Evergreen, Сука Evergreen

[Пост-хор: Project Pat]
Если вы в нем, представляете его, если вы в нем, представляете
Если вы в нем и вы падаете, если вы с ним, представляете его
Если вы в нем, представляете его, если вы в нем, представляете его
Если вы в нем, и вы вниз, если вы с ним, представляете его

[Стих 3: DJ Paul]
Что , что, что за хрень?
Получил ниггеры, взорвавшие Tec, получил грузовик Lex
Лучше утка, мы кричим: «Б.АЗ, «ненавистники застревают
Сзади, в лицо, не в то время, не в том месте
Ниггеры жаждут убийств, и убийства произойдут
Получите маску, не спрашивайте, это задача, и она будет blast mo ‘
Бля с Полом, ты не собирался пошевелиться, хо?
Кто вышел вперед? Кто вернулся? У кого бомбы? У кого пистолеты?
Кто скатится? Кто скатится? Говорю. бой, где они крысы на

[Куплет 4: Juicy J]
Все, что вы, G, бросайте * с цензурой * , если вы знаете знак
И если вы люди из своего капюшона, ниггер, бросайте свои * с цензурой *
Все Вы, балеры, катаетесь на двадцатилетней гонке, это способ сиять
Всем аферистам, пьющим четыре-пять на помолу
Мы собираемся «трясти кости», пока не настанет время
И получить кайф от них Optimo и белая линия
Все лет мальчики приходят из ???, смотри, как я падаю, слепой
И если ты ушел и знаешь это, дурак, нажми перемотку

[Припев: Все]
Куинсбридж, сука, Куинсбридж, сука
Чи-таун, сука, Чи-таун, сука
ул.Луи, сука, Сент-Луис, сука
Литл-Рок, сука, Литл-Рок, сука
Форт-Уорт, сука, Форт-Уорт, сука
Нэшвилл, сука, Нэшвилл, сука
Бирмингем, сука, Бирмингем, сука
Джек-таун, сука, Джек-таун, сука
Луисвилл, сука, Луисвилл, сука

Определение представителя компании Merriam-Webster

представитель · повторно · отправлен | \ ˌRe-pri-ˈzent \

представлен; представляющий; представляет

переходный глагол

1 : , чтобы ясно представить себе : настоящее книга, которая представляет характер ранней Америки

2 : служить знаком или символом флаг представляет нашу страну

3 : изображать или выставлять в искусстве : изображать 4 : , чтобы служить аналогом или изображением : типизировать герой фильма, олицетворяющий идеалы культуры

: для постановки на сцене

б : играть роль или роль

6а (1) : чтобы в некотором отношении заменить

(2) : действовать вместо или для обычно по законному праву

(3) : для управления юридическими и коммерческими делами спортсменов в лице ведущих юристов и агентов

б : для работы в законодательном органе, делегируя полномочия, как правило, в результате выборов.

7 : описать как имеющий определенный характер или качество представляет себя другом

: для создания впечатления и суждения о состоянии : таким образом, чтобы повлиять на действие или суждение

б : указать в знак протеста или протеста

9 : служить образцом, примером или экземпляром

б (1) : постичь (объект) с помощью идеи

(2) : для вызова в память

непереходный глагол

2 сленг : для превосходного выполнения задачи или обязанности : служат выдающимся примером

повторно отправить | \ ˌRē-pri-ˈzent \

повторно представлен; повторное представление; представляет

Project Pat — Представляй это Текст

[Project Pat]
Да, здесь загипнотизировать умы

[Д.Дж. Пол]
Я знаю бизнес

[Project Pat]
Представлен в полной мере
Если ты за то, что делаешь, ты должен представить это
Если вы в нем представляете это

[D.J. Пол]
Вы, мальчики, мальчики, не готовы к нам
Project Pat, Noreaga, D.J. Пол, Сочный «J»
Загипнотизируйте умы здесь, вот так

[Все]
Сука Северная Мемфис, сука Северная Мемфис
Сука Южный Мемфис, сука Южный Мемфис
Сука Вествуд, сука Вествуд
Сука Orangemount, сука Orangemount

[Project Pat 2x]
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем, и я упаду на
Если да, представьте это

[Project Pat]
Северный Мемфис, Южный Мемфис, Вествуд, Orangemount
Черная Гавань, Восточный Мемфис, Западный Мемфис положили его
До неизвестности с 9-миллиметровым зажимом
Некоторые думают, что они пуленепробиваемые, некоторые заканчивают Бенедиктами
Кто из вас, дураки, хочет, чтобы они хлопали в ладоши
Разорви да клуб, где мои головорезы, где дем доллары на
Где они играют, кричат, как злодей, за этот зеленый гхетти
Должен получить сливки, получить сыр, любыми способами
Если ты настоящий, то брось свой набор, позволь мне увидеть знак
Проект Пэт, с юга, здесь на помолке
В то время как получаешь хорошо, получаешь мой, представляю капюшон
Попытайся удержать меня один раз, но я в хорошем смысле
Хочешь увидеть меня запертым в камере, выбрось ключ
Ненавистники хотят, чтобы я умер, но твои уловки должны похоронить меня
Дринкин Хеннесси, полный трав, мысленно я ушел
Готовы встать на мою сторону, правы они или нет

[Все]
А.T.L. сука, A.T.L. сука
Сука из Нового Орлеана, сука из Нового Орлеана
Хьюстонская сука, Хьюстонская сука
Сука Майами, сука Майами

[Project Pat 2x]
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем и я упаду на
Если да, представьте это

[Noreaga]
Да, я топчу тех, кто беспорядок с мотыгами
И просто безумно и просто грязная одежда
Н.O.R.E., у моего имени нет двух O
Итак, мы остаемся с мотыгами
Браслет Ya до английских пальцев ног
Что, что !!, мы рвем клуб на всех шоу
Три-6 и Thugged Out, ниггерские часы для
Dem Bow Где дем доллары у ребенка, я читал, и я закрыл
Я и Project Pat трахаем наши руки в нашей одежде
Эй, все хорошо
Ниггеры растут в капюшоне
И мы делаем то же самое, потому что курим на дереве
Эй, ты моя вода, ха, да, я твоя вода, ха, да
Эй, ебать с нами, мы оставляем ниггер, чертовски святой ха
И я сражаюсь с экипажами до Батон-Руж
И у меня есть Хаммер сижу на 32-х
Получил Hummer сижу на 32s

[Все]
Сука Блэк Хейвен, сука Блэк Хейвен
Сука Митчелл Хайтс, сука Митчелл Хайтс
Сука Восточный Мемфис, сука Восточный Мемфис
Вечнозеленая сука, Вечнозеленая сука

[Project Pat 2x]
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем, изобразите его
Если я в нем, и я упаду на
Если да, представьте это

[D.Дж. Пол]
Что, что, что за хрень
Получил niggas blastin с tec, получил грузовик Lex
Лучше утка, мы кричим B.A.Z., ненавистники застревают
В спину, в лицо
Не в то время, не в то место
Ниггеры жаждут убийств, и убийства пройдут
Получите маску, не спрашивайте
Это задача, и она взорвется до
Гребаный Пол, ты не собирался сделать ход? хо
Кто получил фронт? Кто вернулся?
У кого есть бомбы? У кого есть револьвер?
Кто будет крысой? Кто будет кататься на коньках?
Talkin бой, где они крысы на

[Juicy «J»]
Все, что вы, G, бросьте [пусто] , если вы знаете знак
И если вы люди из своего капюшона, ниггер, бросьте йо [пусто]
Все вы, балеры, катаетесь на двадцатых, это способ сиять
Всем им толкачи выпивают 4-5 на помоле
Мы собираемся « держать тряску в кости », пока не наступит время
И получить кайф от них Optimo и белая линия
Все парни пришли из ???, смотри, как я падаю слепым
А если пошли и знаете, дурак нажмите перемотать

[Все]
Сука Квинс Бридж, сука Квинс Бридж
Чи-таун сука, Чи-таун сука
Санкт-ПетербургСука Луи, сука Сент Луис
Сука Литл Рок, сука Литл Рок
Сука Форт-Уэрта, сука Форт-Уэрта
Нэшвилл сука, Нэшвилл сука
Бирмингемская сука, Бирмингемская сука
Джек-таун сука, Джек-таун сука
Сука Луи $ Вилль, сука Луи $ Вилль

,

— Перевод на французский — примеры английский

Эти примеры могут содержать грубые слова, основанные на вашем поиске.

Эти примеры могут содержать разговорные слова, основанные на вашем поиске.

Я очень горжусь тем, что представляют его .

Те, кто хочет управлять страной, должны стремиться сначала к , представляющим ее .

Ceux qui ont l’ambition de gouverner le pays devraient beginner par chercher à le représenter .

Комиссия назначает членов и заместителей, которые должны до представлять ее .

La Commission nomme les members titulaires et Suppléants qui la représentent .

Каждое государство-член должно назначить правительственного эксперта, чтобы представляло его .

Chaque État membersre désigne un expert gouvernemental chargé de le représenter .

Мы представляем его другим символом, чтобы подчеркнуть его переменное наличие / отсутствие (см. Ниже).

Toutefois, on la représente avec un symbol différent pour souligner le fait que sa présence / Отсутствие переменной (voir ci-dessous).

Общее собрание избирает восемь директоров, из которых представляют .

L’assemblée générale mand huit administrateurs pour la représenter .

Société назначает одного из своих должностных лиц, который будет представлять его в комитете.

La Société désigne un de ses fonctionnaires pour la représenter auprès du comité.

Его представляют не менее шести партий .

Назовите контекст и выберите значок , чтобы представить его .

Nommez le context et choisir une icône pour la représenter .

Покажите нам зеленые или другие предметы, которые представляют собой .

Montrez nous quelque выбрал de vert ou ce que la couleur représente .

Работодатель по определению включает тех лиц, которые представляют его .

По определению, l’employeur inclut les personnes qui le représentent .

Индустрия биомассы или те группы интересов, которые представляют , редко включают в себя эти сектора.

L’industrie de la biomasse, ou les groupes d’intérêt qui la représentent , fait redument cas de ces secteurs.

После этого произведение искусства становится общественным достоянием, и каждый может распространять или представлять его или .

Après cette période, l’œuvre entre dans le domaine public et chacun peut la distribuer or la représenter .

Они бросают вызов и высмеивают международное сообщество и тех, кто его представляет .

Ces dirigeants défient et raillent publiquement la communauté internationale et ceux qui la représentent .

Мое сообщество попросило меня представлять его и предпринять реальные действия с федеральной точки зрения.

Les Houters de ma localité m’ont requireé de les représenter et de prendre de véritables mesures au niveau fédéral.

Руководящий совет назначил г-на Пиеридеса (член работодателя) , чтобы представлять его на собрании, которое он будет председательствовать.

Le Conseil d’administration a désigné M. Pierides (member employee) pour le représenter à cette réunion qu’il présidera.

Мы — самый выдающийся избирательный округ Канады, и я горжусь тем, что представляют его .

Notre Circonscription есть la plus illustre du Canada et je suis fier de la représenter .

Я полагаю, что придется подождать до июня 1999 года, прежде чем Дуг Янг со всей его экспертизой из министерства обороны сможет лично представлять его .

Представьте себе все, что вам нужно, чтобы начать работу с посетителями, в 1999 году, когда Дуг Янг, все ваши компетенции находятся в министерстве обороны, после человек представляют сотрудников.

Соответственно, он поручил ABX-WW и Petercam представлять его для целей продажи.

В этом оптическом состоянии, SNCB и ABX-WW несут ответственность за общество Petercam для представителей в кадре из сети.

Денежно-кредитная политика является исключительной компетенцией ЕС, подразумевая, что Союз несет исключительную ответственность за , чтобы представлять его за пределами страны.

La politique monétaire est une compétence exclusive de l’Union, ce qui signifie que l’Union est seule compétente pour la représenter à l’extérieur.

Понимание Git — Что такое ветка git и как git представляет ее внутри? | Бинод Кафле | wesionaryTEAM

Эта статья является второй частью моей предыдущей статьи «Понимание Git — как Git работает внутри?».Если вы хотите узнать, как git работает внутри, а также получить много информации из этой истории, прочтите мою предыдущую статью.

У нас уже есть главная ветка. Git создал эту ветку в тот момент, когда мы создали проект с помощью git init .

Так что же такое ветка физически?
Позвольте мне создать вторую ветку .

Давайте заглянем в папку .git и внутри этой папки мы увидим, что есть подпапка с именем refs для ссылок, а внутри этих подпапок есть еще три подпапки , заголовки , удаленные и теги .О пультах и тегах мы поговорим позже. Заглянув внутрь голов , есть два файла с именами master и second .

Что, по вашему мнению, содержат эти файлы ?. Давай выясним.

Это хеш, узнаёте ли вы этот хеш? Напомним это из моей предыдущей статьи image 18.

Да, это просто указатель на фиксацию.

Ветвь — это просто ссылка на фиксацию.

Давайте также вспомним древовидную структуру, которая у нас была.

Итак, мастер указывает на последнюю фиксацию. Давайте забудем обо всем дереве и blob-объекте и сосредоточимся на коммитах.

Что, по вашему мнению, содержит наша вторая ветка ? Посмотрим его содержание.

Это точно такой же хеш. Это потому, что мы создали вторую ветку на том же месте, где находилась наша последняя фиксация.

Можно сказать, что эти две ветви одинаковы, но на самом деле это не так. Между этими двумя ветвями есть разница. Давайте посмотрим на наши ветки с помощью команды git branch .

Что здесь означает знак *? Здесь знак * представляет текущую ветвь. Но что это значит? Как git узнает, в какой ветке мы находимся? Git, должно быть, сохранил его где-то в папке .git . Он хранит эту информацию в файле HEAD в папке .git .

Это синтаксис git, который говорит, что мы ссылаемся на ссылку. Почему здесь git не использовал хеш? Это потому, что голова указывает не на объект в базе данных, а на ветвь, которая представляет собой другой файл.Голова — это указатель на указатель.

HEAD — это просто ссылка на ветку

Теперь давайте добавим еще один файл, зафиксируем его и посмотрим, что будет дальше.

И наш журнал git выглядит как

Что произошло внутри нашего репозитория? Я создал новую фиксацию с новым хешем, и, конечно же, эта фиксация указывает на предыдущую фиксацию. Git также должен обновить все остальные указатели / ссылки. Здесь ссылка мастера перемещается на нашу новую фиксацию, а голова перемещается вместе с веткой.

Мы можем проверить это, посмотрев содержимое нашего файла HEAD внутри папки .git .

Как тогда мы можем двигать головой? Есть ли какая-нибудь операция git, которая двигает головой? Да, их много. Самая очевидная, которую мы часто используем, — это команда git checkout . У нас есть два филиала. master — текущая ветвь. Давайте сделаем второй текущей ветвью с помощью команды: git checkout second

На картинке это то, что произошло

Мы можем проверить это, посмотрев содержимое нашего файла HEAD внутри .git папку.

Здесь второй не двигался, хозяин не двигался, только голова двигалась. Кроме того, произошло кое-что еще. Вы можете догадаться, посмотрев на картинку ниже?

Да, вы правы. Куда делся наш newfile ?. Выполнив проверку этой фиксации, мы перешли к другой фиксации в истории. Git начал искать этот коммит и начал просматривать структуру в стартовой форме базы данных, которая коммитит, так же, как мы говорили в моей предыдущей статье. Git начал создавать каталоги, глядя на деревья, он начал создавать файлы, глядя на капли и избавляясь от всех других файлов и каталогов, которых не было в базе данных. Фактически, мы вернулись в прошлое, просто изменив указатель, а затем обновив нашу рабочую область. Здесь мы можем сделать вывод, что на самом деле ничего не существует, если оно не находится в папке .git .

Давайте снова добавим еще один файл и зафиксируем его.

На изображении ниже показано графическое представление того, что только что произошло.

Как мне поместить все мои файлы в один рабочий каталог под одной и той же головой? Есть несколько способов сделать это, например, git merge, git rebase и т. Д.Давайте сделаем слияние здесь. Давайте оформим заказ в мастеринг и объединим нашу вторую ветвь в мастеринг.

У меня есть новый коммит, когда я объединил свою ветку.

Это называется фиксацией слияния. Это потому, что, когда мы смотрим на коммит, у него два родителя.

Изобразим это на картинке.

Здесь master перемещается в эту новую фиксацию, несущую с собой HEAD .

Теперь давайте перейдем к нашей второй ветви и объединим с ней мастер. Как ты думаешь, что произойдет? Если вы думаете о новом коммите с родительским a7do и c5bc generate, то вы ошибаетесь.

Git уже имеет такую ​​фиксацию a7d0 , обход которой необходимая история получена. Как мы знаем, git не создает повторяющиеся объекты, он просто обновляет указатель, и эта операция известна как Fast-Forward. Если структура графа будет такой же при выполнении слияния, которое уже существует, тогда git выполнит слияние, просто перемещая указатели, тогда это слияние с помощью стратегии быстрой перемотки вперед.

Отсоединенная голова

При работе с git вы, вероятно, попали в ситуацию отсоединенной головы.Вы могли случайно попасть в состояние оторванной головы и беспокоиться о том, что произошло. Вы не должны беспокоиться об этом, потому что проверка фиксации вместо ветки приводит к отключенному состоянию заголовка.

Если вы хотите попробовать или протестировать некоторые новые функции из определенного коммита, вы можете оформить заказ на этот коммит и начать там работать. Если вы добились успеха в своей функции, сделали несколько коммитов и считаете, что ее следует добавить в базу кода, вы всегда можете создать там ветку.

Но если вы добавили некоторые коммиты в отдельном состоянии головы и считаете, что это бесполезно и не должно быть добавлено в основную базу кода, вы можете проверить свои существующие ветки, оставив эти коммиты там. Единственный способ проверить эти коммиты — использовать его хэш. Если вы не знаете хеш фиксации, вы никогда не сможете достичь этой фиксации. Эти коммиты помечаются как недоступные объекты и собираются сборщиком мусора.

Следите за обновлениями в моей следующей статье, чтобы узнать больше о внутреннем устройстве ветвления git.

Тайвань отвергает ВОЗ, заявляя, что Китай не имеет права представлять его

GlobeNewswire

Рынок облачных вычислений достигнет 791,48 миллиарда долларов к 2028 году; Растущий спрос на улучшенный виртуальный доступ к информации в различных отраслях для обеспечения устойчивого роста: Fortune Business Insights ™

Список ключевых компаний, представленных на рынке облачных вычислений: Amazon Web Services (AWS) (Вашингтон, США), Oracle Corporation (Калифорния, США) Штаты), IBM Corporation (Нью-Йорк, США), Alibaba Group Holding Limited (Ханчжоу, Китай), Microsoft Corporation (Нью-Мексико, США), VMware, Inc.(Калифорния, США), Alphabet Inc. (Google LLC) (Калифорния, США), Rackspace Technology, Inc. (Техас, США), SAP SE (Вальдорф, Германия), Apple Inc. (Калифорния, США) Пуна, Индия, 18 мая 2021 г. (ГЛОБАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ). Согласно прогнозам, к 2028 году объем мирового рынка облачных вычислений достигнет 791,48 млрд долларов США, а в течение прогнозируемого периода среднегодовой темп роста составит 17,9%. Растущее предпочтение омни-облачных систем окажется очень полезным для роста этого рынка, говорится в отчете Fortune Business Insights ™, озаглавленном «Размер рынка облачных вычислений, доля и анализ воздействия COVID-19, по типам (публичное облако, частное облако). , Гибридное облако), по услугам (инфраструктура как услуга (IaaS), платформа как услуга (PaaS), программное обеспечение как услуга (SaaS)), по отраслям (банковское дело, финансовые услуги и страхование (BFSI), ИТ и телекоммуникации , Правительство, Потребительские товары и розничная торговля, Здравоохранение, Производство и другие) и региональный прогноз на 2021-2028 годы ».Согласно этому отчету об исследовании рынка, в 2020 году стоимость рынка составила 219,00 млрд долларов США. Запрос на образец брошюры в формате PDF: https://www.fortunebusinessinsights.com/enquiry/request-sample-pdf/cloud-computing-market- 102697 Омниоблачные вычисления — это облачное решение, которое позволяет нескольким облачным сервисам плавно интегрировать и оптимизировать свои данные на единой платформе. Омниоблачная система становится все более предпочтительной по сравнению с мультиоблачной системой из-за ее многочисленных преимуществ и лидирующих тенденций на рынке облачных вычислений.Например, омни-облачный инструмент позволяет получать доступ к информации в реальном времени из любого места. В универмаге, например, при нехватке запасов облако отправит уведомление властям, которые затем предпримут необходимые действия. Точно так же хранение данных на единой платформе также обеспечивает эффективный анализ, повышает производительность и повышает качество услуг. Эти, наряду с некоторыми другими преимуществами, расширяют применимость омни-облачных вычислений в различных отраслях.Воздействие COVID-19: принятие облачных решений для поддержки рынка во время пандемии COVID-19 Принятие работы представителей культуры в государственном и частном секторах привело к высокому спросу на решения для совместной работы на основе SaaS. Это создало возможности для облачных компаний расширить свою клиентскую базу за счет внедрения инновационных решений. Например, в мае 2020 года корпорация Microsoft представила «Hospital Emergency Response» — облачное решение для сектора здравоохранения. Решение поддерживается платформой Azure.Центрам по контролю и профилактике заболеваний (CDC) и другим медицинским учреждениям разрешено контролировать решение для разработки инструментов расчета COVID-19 и снижения нагрузки на рядовых сотрудников. Чтобы узнать больше о краткосрочном и долгосрочном влиянии COVID-19 на этот рынок, посетите: https://www.fortunebusinessinsights.com/cloud-computing-market-102697 В отчет включены? Детальное исследование факторов, способствующих росту рынка; Углубленное изучение препятствий, стоящих перед рынком; Комплексный анализ сегментов рынка; и Тщательная оценка конкурентного развития и регионального ландшафта рынка.Ограничение рынка: потенциальный риск кибератак, которые могут отрицательно повлиять на внедрение облачных систем Сегодня большинство организаций и многие правительственные ведомства и агентства переместили свои базы данных в облако, чтобы повысить эффективность и производительность ресурсов, а также снизить затраты. К сожалению, этот шаг раскрыл конфиденциальную информацию хакерам, которые часто запускали кибератаки для извлечения и неправомерного использования данных. Например, Центр стратегических и международных исследований (CSIS) в США показал, что в апреле 2020 года хакеры из Ирана попытались взломать личные файлы сотрудников Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), когда мир находился в состоянии пандемии коронавируса.В феврале 2020 года два китайских хакера подверглись преследованиям со стороны Министерства юстиции США за отмывание криптовалюты гражданами Северной Кореи. Такие атаки вызваны доступностью конфиденциальных данных на облачных платформах, а постоянная угроза нарушения конфиденциальности может помешать росту рынка облачных вычислений в ближайшие годы. Региональные аналитические данные: сильное присутствие технических специалистов для увеличения рынка в Северной Америке В Северной Америке расположены некоторые из крупнейших технологических компаний, такие как Google, Microsoft и IBM, и этот фактор позволил региону похвастаться размером рынка в 78 долларов США.28 миллиардов в 2020 году. Кроме того, нормативно-правовая и исследовательская среда в регионе чрезвычайно благоприятна для разработки и внедрения передовых облачных технологий, основанных на искусственном интеллекте (AI) и машинном обучении (ML). В результате Северная Америка должна занять доминирующее положение на рынке облачных вычислений в течение прогнозируемого периода. Растущее проникновение Интернета и рост использования смартфонов помогут Азиатско-Тихоокеанскому региону достичь высокого CAGR, в то время как быстрое развертывание 5G будет способствовать росту рынка в Латинской Америке, на Ближнем Востоке и в Африке.Спросите о настройке: https://www.fortunebusinessinsights.com/enquiry/customization/cloud-computing-market-102697 Конкурентная среда Появление Интернета вещей для создания многочисленных инновационных возможностей для участников рынка Лидеры рынка, такие как Oracle и SAP, направляют свои исследования и инвестиционная энергия для эффективного использования возможностей, созданных феноменом Интернета вещей (IoT). Большинство игроков на этом рынке сосредоточены на том, чтобы делать свои продукты и услуги более разумными и оптимизированными с помощью инструментов на основе Интернета вещей.Развитие отрасли: октябрь 2019 г .: SAP SE, немецкая компания-разработчик программного обеспечения, запустила SAP HANA, интегрированный облачный сервис компании с расширенными возможностями обработки данных и аналитики. Сервис включает в себя облачное решение SAP Data Warehouse Cloud, обеспечивающее эффективное управление складом. Июль 2019: Бахрейн стал первой страной на Ближнем Востоке, где Amazon Web Services (AWS), подразделение облачных вычислений Amazon, представило свои облачные решения. Компания нацелена на использование технологического потенциала предприятий на Ближнем Востоке посредством запуска своих услуг в этом регионе.Список ключевых игроков, представленных на мировом рынке: Amazon Web Services (AWS) (Вашингтон, США) Oracle Corporation (Калифорния, США) IBM Corporation (Нью-Йорк, США) Alibaba Group Holding Limited (Ханчжоу, Китай) Microsoft Corporation (Нью-Мексико, США) VMware, Inc. (Калифорния, США) Alphabet Inc. (Google LLC) (Калифорния, США) Rackspace Technology, Inc. (Техас, США) SAP SE (Вальдорф, Германия) Apple Inc . (Калифорния, США) Salesforce.com, Inc. (Калифорния, США) HCL Technologies Limited (Нойда, Индия) Hewlett-Packard Company (HPE) (Калифорния, США) Sprint Corporation (Канзас, США) Verizon Wireless (Нью-Йорк, США) Red Hat , Inc. (Северная Каролина, США) Ooma Inc. (Калифорния, США) Paytm (Уттар-Прадеш, Индия) Adobe, Inc. (Калифорния, США) Быстрая покупка — рынок облачных вычислений: https: //www.fortunebusinessinsights .com / checkout-page / 102697 Оглавление: Введение Определение, по сегментам Методология исследования / подходИсточники данных Ключевые выводыДинамика рынка Макро- и микроэкономические показатели Движущие силы, ограничения, возможности и тенденции Влияние COVID-19 Краткосрочное влияние Долгосрочное влияние Конкурентная среда Бизнес-стратегии Принято ключевыми игроками Консолидированный SWOT-анализ ключевых игроков Глобальный анализ доли рынка и матрица, Ключевые выводы рынка и стратегические рекомендации 2020 Профили ключевых игроков (будут предоставлены только для 10 игроков) Обзор Ключевые Ма штаб и т. д.Предложения / бизнес-сегменты Основные сведения (ключевые сведения зависят от доступности данных в открытом доступе и / или в платных базах данных) Размер сотрудника Ключевые финансовые показатели Прошлые и текущие доходы Географическая доля Доля бизнес-сегмента Последние изменения Приложение / Приложение Оценки и прогнозы размера рынка облачных вычислений (количественные данные) , По сегментам, 2017-2028 гг. По типу (значение) Общедоступное облакоЧастное облакоГибридное облако по услуге (значение) Инфраструктура как услуга (IaaS) Платформа как услуга (PaaS) Программное обеспечение как услуга (SaaS) По отраслям (значение) BFSIIT и телекоммуникацииПотребитель Товары и розничная торговля, здравоохранение, производство, прочее (образование и т. Д.).) По регионам (стоимость) Северная Америка Латинская Америка Европа Ближний Восток и Африка Азиатско-Тихоокеанский регион Северная Америка Оценки и прогнозы размера рынка облачных вычислений (количественные данные), по сегментам, 2017-2028 гг. Услуга (IaaS) Платформа как услуга (PaaS) Программное обеспечение как услуга (SaaS) По отраслям (стоимость) BFSIIT и телекоммуникации Государство Потребительские товары и розничная торговля Здравоохранение Производство Другое (образование и т. Д.) По странам (стоимость) Соединенные Штаты Канада TOC Продолжение. Поговорите с нашим аналитиком — https://www.fortunebusinessinsights.com/enquiry/speak-to-analyst/cloud-computing-market-102697 Ознакомьтесь с выводами соответствующих исследований: размер основного рынка банковского программного обеспечения, доля и влияние COVID-19 Анализ, по развертыванию (SaaS / хостинг, лицензия), по типу банка (крупные банки, средние банки, малые банки, общественные банки и кредитные союзы), по конечным пользователям (розничные банковские услуги, казначейство, корпоративные банки и управление капиталом) и региональный прогноз, 2021-2028 годы Объем рынка сетевой безопасности, доля и анализ воздействия COVID-19, по развертыванию (в облаке и локально), по типу (межсетевые экраны, антивирусное и антивирусное ПО, VPN, безопасность беспроводной сети, прочее, по предприятиям Размер (малые и средние предприятия и крупные предприятия), по отраслям (BFSI, ИТ и телекоммуникации, розничная торговля, здравоохранение, правительство, производство, путешествия и транспорт) и региональный прогноз, 2021-2028 годы Размер рынка управления недвижимостью, доля и COVID-19 Анализ воздействия, по компонентам (программное обеспечение, услуги), по Развертывание (облачное, локальное), по приложениям (жилые, коммерческие), по конечным пользователям (управляющие недвижимостью, жилищные ассоциации, агенты по недвижимости и другие) и региональный прогноз, 2021-2028 гг.Размер рынка облачных хранилищ, доля и COVID -19 Анализ воздействия по компонентам (модель хранилища и услуги), по развертыванию (частное, государственное и гибридное), по размеру предприятия (МСП и крупные предприятия), по вертикали (BFSI, ИТ и телекоммуникации, государственный и государственный сектор) , Производство, здравоохранение и биологические науки, розничная торговля и потребительские товары, средства массовой информации и развлечения и др.) И региональный прогноз, 2021-2028 гг. Обнаружение и предотвращение мошенничества в Латинской Америке Размер рынка, доля и анализ воздействия COVID-19, по компонентам (решения и услуги ), По областям приложений (страховые претензии, отмывание денег), по развертыванию (облачные и локальные), по размеру предприятия (крупные предприятия и МСП), по вертикали (BFSI, ИТ и телекоммуникации, розничная торговля и потребительские товары, правительство, Строительство и недвижимость, Энергетика и коммунальные услуги) и географический прогноз на 2021-2028 гг. О нас: Fortune Business Insights ™ предоставляет точные данные и инновационный корпоративный анализ, помогая организациям любого размера принимать правильные решения.Мы разрабатываем новаторские решения для наших клиентов, помогая им решать различные задачи, характерные для их бизнеса. Наша цель — предоставить им целостную информацию о рынке, предоставляя детальный обзор рынка, на котором они работают. Свяжитесь с нами: Fortune Business Insights ™ Pvt. Ltd. 308, штаб-квартира Supreme, Survey No. 36, Baner, Pune-Bangalore Highway, Pune — 411045, Махараштра, Индия. Телефон: США: +1424 253 0390 Великобритания: +44 2071 939123 Азиатско-Тихоокеанский регион: +91 744 740 1245 Электронная почта: sales @ fortunebusinessinsights.com LinkedIn: https://www.linkedin.com/company/fortune-business-insights Facebook: https://www.facebook.com/FortuneBusinessInsightsPvtLtd Читать пресс-релиз: https://www.fortunebusinessinsights.com/press-release / cloud-computing-market-9843

Тайвань отвергает ВОЗ, заявляя, что Китай не имеет права представлять его

ТАЙБЭЙ: только демократически избранное правительство Тайваня может представлять свой народ на мировой арене, а не Китай, — заявило во вторник его министерство иностранных дел. призывая Всемирную организацию здравоохранения (ВОЗ) «сбросить» контроль Китая во время пандемии коронавируса.

Исключение Тайваня из ВОЗ из-за возражений Китая, который считает остров одной из своих провинций, привело в ярость Тайбэй, который заявляет, что это создало опасный пробел в глобальной борьбе с коронавирусом.

Тайвань лоббирует участие в качестве наблюдателя в заседании руководящего органа ВОЗ, Всемирной ассамблеи здравоохранения (ВАЗ), в этом месяце, хотя правительственные и дипломатические источники говорят, что Китай заблокирует этот шаг.

Стивен Соломон, главный юрист ВОЗ, заявил в понедельник, что ВОЗ признала Китайскую Народную Республику в качестве «единственного законного представителя Китая», в соответствии с утверждением У.N. с 1971 года, и что вопрос о посещаемости Тайваня был одним из 194 государств-членов ВОЗ.


Выступая в Тайбэе, пресс-секретарь министерства иностранных дел Тайваня Джоан Оу заявила, что решение 1971 года, согласно которому Пекин принял на себя место Китая в ООН от Тайбэя, решает только вопрос о том, кто представляет Китай, а не вопрос Тайваня, и не дает Китаю право представлять Тайвань на международном уровне.

«Только демократически избранное тайваньское правительство может представлять 23 миллиона жителей Тайваня в международном сообществе», — сказала она репортерам.

ВОЗ должна «избавиться от контроля китайского правительства» и позволить Тайваню в полной мере участвовать в борьбе с вирусом, сказал Оу.

«Не позволяйте неправомерному политическому вмешательству Китая стать препятствием на пути единой борьбы мира с вирусом».

Тайвань присутствовал на Всемирной ассамблее здравоохранения в качестве наблюдателя с 2009 по 2016 год, когда отношения Тайбэя и Пекина потеплели.

Но Китай заблокировал дальнейшее участие после избрания президентом Тайваня Цай Инь-вэнь, которого Китай считает сепаратистом, обвинения она отвергает.

Соединенные Штаты решительно поддержали участие Тайваня в ВАЗ в качестве наблюдателя — еще одна линия разлома в отношениях между Вашингтоном и Пекином, которая уже была омрачена критикой администрацией Трампа того, как Китай и ВОЗ справились со вспышкой.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts