Сепарация в психологии: Сепарация: пять главных мифов

Содержание

Сепарация: пять главных мифов

Миф 1. Сепарация приводит к разрыву эмоциональной связи между родителем и ребёнком

Нет, сепарация и эмоциональная связь никак не связаны. В психологии под сепарацией понимается финансовое, ценностное, функциональное и эмоциональное отделение ребёнка от родителей. Проще говоря — это процесс, по окончании которого человек становится самостоятельным. Сепарация помогает ребёнку ответить на важные вопросы: «кто я?», «чего я хочу?», «что для меня в жизни важно?».

Отрицательно повлиять на отношения в семье сепарация может, только если между родителем и ребёнком возникают разногласия по какому-то важному вопросу.

Например, ребёнок хочет поступить в конкретный вуз, а семья его в этом не поддерживает или даже запрещает. Возникает конфликт. Ребёнку важно показать, что он способен сам принимать решения и отвечать за свои действия. Родители считают, что их сын или дочь ещё не в состоянии сделать самостоятельный выбор.

По словам Марины Рыбниковой, сепарация не означает, что мы прекращаем общаться с родителями, прислушиваться к ним или уважать их. Наоборот, у нас возникают абсолютно здоровые отношения между взрослыми людьми.

Миф 2. Чем раньше произойдёт сепарация, тем лучше

Сепарация начинается в возрасте от года до трёх лет, а завершается у всех в разное время. Александра Кондрахина считает, что психологический возраст, который подходит для сепарации, — 13–16 лет, ближе к пубертатному периоду. В этот момент должна произойти окончательная здоровая сепарация.

Однако многие психологи сходятся во мнении, что подростковый возраст сейчас увеличен — его верхней границей можно считать 24 года. К тому же нужно помнить, что сепарация всегда проходит индивидуально. Кто-то готов нести за себя ответственность в 14 лет, а за кого-то родители принимают решения в 30 лет. Поэтому сепарация должна закончиться вовремя именно для вас: в тот момент, когда вы обретёте самостоятельность и сможете организовать свою жизнь так, как вам удобно.

Случится сепарация раньше или позже, зависит от многих факторов. Например, от условий, в которых оказывается ребёнок. Если в семье есть гиперопека, гиперконтроль, манипуляции, навешивание чувства вины и стыда, едва ли сепарация пройдёт вовремя и безболезненно для всех. Если родители уважают личность ребёнка, его мнение, его решения, проблем с сепарацией быть не должно.

Миф 3. Если сепарация не завершилась — есть психологические проблемы

Психолог Марина Рыбникова считает, что если сепарация так и не произошла, имеет смысл задуматься, почему это случилось.

Родитель не даёт свободы, привязывает к себе, навязывает своё, единственно правильное мнение? Ребёнок не берет на себя ответственность, присутствует выученная беспомощность? Или есть и то и другое? Здесь есть над чем подумать. Однозначно можно предположить, что в данной семье есть неразрешённые сложности.

Психологи неспроста говорят о важности сепарации. В противном случае зависимость от родителей превращается в привычку. С возрастом разрубить такой узел и обрести самостоятельность будет всё сложнее.

Главное пожелание родителям: понять и осознать, что дети не обязаны быть похожи на нас, это самостоятельные личности, которым нужна поддержка и опора до определённого времени. Помогайте, если дети просят об этом, но умейте дать свободу, когда это необходимо. Если не выходит, если чувствуете, что есть проблемы, то обращайтесь к специалисту, так вы поможете не только себе, но и ребёнку.

Миф 4. Самый простой способ завершить сепарацию — уехать подальше от родителей

Это неправда. Ребёнок может переехать на другую улицу или даже в другую страну, но при этом оставаться эмоционально зависимым от родителя. Сепарация носит не физический, а психологический характер, объясняет Александра Кондрахина. Её суть состоит в том, что родитель принимает мысли, желания, цели и стремления ребёнка.

А ребёнок признаёт, что его чувства могут не совпадать с родительскими, а ценности — сильно отличаться.

С этим мнением согласна Марина Рыбникова. К тому же она подчёркивает, что дистанцирование — это лишь иллюзия настоящей сепарации.

Сепарация происходит внутри нас. Это внутренняя работа, в результате которой мы понимаем, что делаем свой выбор сами, несём за это ответственность. Мы готовы справиться с тем, что наш выбор могут не одобрить родители, и мы общаемся с ними с позиции взрослого человека.

Миф 5. Сепарация всегда проходит тяжело и болезненно

Нет, это нормальный этап взросления и отделения от родителей. Сепарация может и должна быть безболезненной.

Сепарация болезненна тогда, когда она не произошла вовремя. А помешать этому могли проблемы в жизни самих родителей, неумение или нежелание отпустить ребенка, идея реализовать свои амбиции через него, манипулирование, гиперконтроль, обесценивание, вечное разочарование. В результате и у ребёнка, и у родителей возникает множество обид и невысказанных негативных эмоций, чувство вины, стыда.

Важно отметить: если ребёнка воспитывала одна мама или отец, то это не значит, что сепарация пройдёт сложнее, чем у ребёнка, который рос в полной семье. Всё зависит от того, как родитель относится к воспитанию ребёнка. Да, так бывает, что мама, которая одна воспитывала ребёнка, больше привязана к нему. Но это не правило. Даже в полной семье сепарации может не случиться, считает Марина Рыбникова.

Родители и дети. Сепарация, что это такое?

Трудности во взаимоотношениях взрослых детей и их родителей – далеко не редкость. Одной из самых распространенных проблем в данном вопросе является тема так называемой сепарации.

В психологической литературе под сепарацией подразумевается в частности отделение взрослого ребенка от родительской семьи, его

становление как отдельной самостоятельной и независимой личности. В некоторых семьях сепарация проходит успешно, но в том случае, если семья функционирует не очень хорошо, то сепарация взрослого ребенка, либо не наступает вовсе, либо проходит с таким сильным напряжением, что отношения между родственниками могут очень сильно нарушаться.


Давайте рассмотрим, как может выглядеть
незавершенная сепарация на конкретном примере. А также посмотрим, каков мог бы быть вариант завершения этой сепарации. Также поговорим о том, чем трудна сепарация для родителей, от которых пытается отделиться взрослый ребенок. Для этого вначале нарисуем воображаемый портрет человека, который не смог отделиться от своей матери.

Незавершенная сепарация

Пример

Алексей, мужчина 35 лет. Живет с мамой в двухкомнатной квартире. Был женат 2 года. Во время брака супруги жили вместе с мамой Алексея в одной квартире. Однако в процессе совместной жизни много ссорились. Не могли найти общего языка в вопросе самостоятельной жизни. Алексей никак не мог понять, чем именно недовольна жена, когда она раз за разом выказывала ему желание снять отдельную квартиру.

Его аргумент был таким: «Ну, чем ты недовольна? Еда есть, — мама готовит. Убираться тебе не надо. За квартиру платим все вместе. Расходов меньше. У нас с тобой есть отдельная комната, где мы можем заниматься всем, чем захотим».

Однако, несмотря на такую заманчивую перспективу, напряжение у жены росло. Ссоры становились все более и более частыми. В итоге она не выдержала и уехала к своим родителям. Пожила там какое-то время, и не вернулась к Алексею. Он же в свою очередь не очень сильно горевал. Посчитав, что ему досталась глупая и капризная женщина, он успокоился. На сегодняшний день он встречается с разными женщинами, но серьезных отношений начинать не хочет. Изредка приводит своих избранниц домой, но жить вместе с ними не начинает.

Анализ

Давайте теперь отвлечемся от содержания жизни нашего воображаемого персонажа, и немного проанализируем его ситуацию. Казалось бы, все в порядке, и никаких серьезных трудностей в его жизни нет. В целом, так оно и есть, ведь данный пример является довольно мягким. Он очень характерен для многих мужчин, и выглядит вроде бы не таким уж «криминальным». Однако если углубиться в психологический анализ происходящего, то

можно заметить сохраняющуюся тесную связь Алексея с его матерью, и отсутствие готовности к отчаливанию от безопасных берегов материнского дома в широкий океан самостоятельной жизни. Это можно заметить, читая его аргументы, адресованные жене.

Для Алексея абсолютно недоступно осознание того, что отдельная жизнь с женой это вовсе не то же самое, что жизнь с ней же в родительском доме. Когда человек приводит избранницу, или избранника в свою родительскую семью, то он автоматически теряет возможность узнать этого человека более полно. Ведь человек будет вынужден соблюдать правила установленные в этой семье родителями. И вряд ли сможет проявить себя более открыто.

Вообще говоря, для построения семейных отношений

этап отдельной и независимой жизни с партнером является весьма важным. На этом этапе партнеры узнают друг друга, устанавливают собственные правила и способы взаимодействия. И если им удается пройти это испытание, то вероятность того, что дальнейшая совместная жизнь будет удачной гораздо выше, нежели в ситуации, когда жизнь пары начинается внутри родительской семьи одного из партнеров.

Если заглянуть немного в будущее Алексея, и предположить, что ему так и не удастся отделиться от матери, то вероятность того, что он сможет построить полноценную и удовлетворяющую семейную жизнь будет довольно мала. Здесь важно понимать, что в случае таких тесных отношений с матерью выход из слияния с ней может приводить к острым эмоциональным вспышкам с ее стороны, разного рода болезням, неосознанно позволяющим матери удерживать сына возле себя.

Движение к сепарации

Но давайте рассмотрим вариант позитивного исхода сепарации.

Допустим, Алексею все же удалось понять, что он с мамой в более близких отношениях, чем с женщинами его окружающими. Что будет происходить тогда?

Обычно в семейной психотерапии момент выхода ребенка из семьи считается кризисным. Почему? Все это связано с тем, что, во-первых, изменяется вся структура семьи. И вместе с ней все привычные механизмы взаимодействия. И, во-вторых, родители выпорхнувшего из гнезда «птенца», вынуждены остаться наедине друг с другом.

В таком положении у родителей возникает также довольно острая ситуация. Она заставляет их задаваться трудными вопросами. Для чего мы вместе? Как нам дальше быть вдвоем? И хотим ли мы этого?

Ведь раньше (после рождения ребенка) они плавно перешли из ролей мужа и жены в роли отца и матери.

 Это позволило им сблизиться за счет воспитания и заботы о ребенке. Когда же ребенок становится самостоятельным и выходит из семьи, родители вынуждены больше заниматься своими отношениями, а не заботой о ребенке. Тогда-то и начинаются проблемы и вопросы: любят ли они все еще друг друга, хотят ли быть вместе.

Очень часто интуитивно родители предчувствуют, что без ребенка их брак рухнет. В таком случае родители неосознанно могут удерживать ребенка внутри семьи, не позволяя ему отделяться. Все это можно сделать, например, внушая ребенку чувство несостоятельности, беспомощности, ужасности и опасности внешнего мира.

Если вернуться к случаю Алексея, то можно заметить, что в ситуации его ухода из семьи, мама остается одна. И тогда она сталкивается со многими болезненными переживаниями, свойственными одинокому человеку. Если человек не до конца созрел, то чувство одиночества может быть для него невыносимым. В результате Алексей внутри его родительской семьи играет сразу несколько ролей. Он одновременно и сын, и муж. Именно позиция мужа, которую он неосознанно берет на себя в отношениях с матерью и мешает ему строить близкие отношения с женщинами.

Мысли вслух

Есть еще масса вопросов, о которых можно было бы продолжать говорить. Как быть матери? Что помогло бы выдержать это переживание одиночества? Каким образом выстраивать отношения в дальнейшем? Ведь сепарация — это не только начало жизни вне родительской квартиры, а внутреннее перестроение отношений с близкими. В этой статье мы посмотрели на сепарацию глазами ребенка. Взгляд на ситуацию глазами родителя требует отдельного текста.

Резюме

Давайте подведем краткий итог. Здесь мы постарались оживить понятие сепарации, показать на примере жизни конкретного человека то, как может выглядеть успешная и не успешная сепарация. А также мы немного затронули вопрос кризиса во взаимоотношениях родителей, наступающего в момент сепарации ребенка. Конечно же, простого выхода из трудной ситуации сепарации не существует. Сепарация – это большая жизненная задача каждого человека. И в зависимости от того, как он решает ее для себя, во многом зависит качество его дальнейшей жизни, а также удовлетворенность собой и близкими отношениями.

Сепарация: как отделиться от родителей

Страшно не то, что мы взрослые, а то, что взрослые — это, собственно, мы.

Линор Горалик

Сепарация — это один из важнейших этапов становления личности, который выражается в эмоциональном и физическом (а также финансовом) отделении ребёнка от родителей.

Активная фаза этого процесса запускается в подростковом возрасте, когда человек подвергает сомнению родительские ценности и установки. В идеале к 18–20 годам он должен начать вести самостоятельную жизнь. Если же метафорическая пуповина не перерезается, то может возникнуть целый ряд психологических проблем:

  • отсутствие чувства собственного «я»;
  • отсутствие контроля над своей жизнью;
  • низкая самооценка;
  • отыгрывание роли жертвы;
  • потребность в чужом одобрении и ещё масса малоприятных последствий.

Физическое отделение, то есть проживание отдельно от родителей, ещё не свидетельствует о полной сепарации. Человек может жить хоть на другом континенте, но продолжать нуждаться в одобрении родителей.

Напускная эмоциональная холодность по отношению к родителям — тоже не сигнал о сепарации. Демонстрацией собственного безразличия человек может пытаться привлечь внимание родителей, которого ему так не хватало в детстве и продолжает не хватать во взрослой жизни.

Настоящее отделение подразумевает трансформацию детско-родительских отношений и отказ от старых ролей в сторону более равноправных и зрелых.

Чтобы пройти эту важную стадию, нужно проделать два серьёзных шага.

1. Переосмыслить природу отношений с родителями

1. Признайте, что вы отличаетесь от своих родителей. Попробуйте определить, кто вы есть, без оглядки на чужое мнение и одобрение. Можете составить список дел и вещей, которые вам нравятся, завести новое хобби или освоить новый навык. Ищите то, что в первую очередь вызывает интерес у вас.

2. Осознайте, что ваши родители являются результатом их собственного взросления и жизненного опыта. Это поможет вам выполнить следующий пункт.

3. Примите, что ваши родители не идеальны. Как и вы. Взрослая жизнь подразумевает отказ от романтических идеалов детства. В ней нет положительных и отрицательных героев — только обычные люди с их ошибками, проблемами и перепадами настроения.

4. Возьмите на себя ответственность за то, кто вы есть сегодня. Для этого вам придётся осознать свои детские переживания, принять их и только после этого двигаться дальше.

5. Усвойте тот факт, что как взрослый вы имеете право на свой собственный выбор и мнение. Даже если они окажутся ошибочными. Иначе просто невозможно приобрести жизненный опыт.

6. Поймите, что теперь вы можете влиять на ваши отношения с родителями. Ведь даже если вы всё ещё их ребёнок, вы уже не ребёнок.

2. Не совершать старых ошибок

1. Перестаньте пытаться изменить родителей. Вместо этого подумайте, как вы можете изменить своё поведение, чтобы ваши отношения с ними стали лучше.

2. Установите границы для родителей. Только вы сами решаете, что приемлемо, а что нет, в отношении вас и вашей жизни. Но не забудьте сообщить об этом вашей семье.

3. Избегайте старых, неприятных тем, в которых никогда не будет достигнуто согласие. Это просто контрпродуктивно.

4. В случае назревания конфликта или перехода ваших личных границ осторожно напомните родителям, что вы взрослый и имеете право на свои собственные решения. Даже ошибочные.

5. Найдите общие дела, в которых вы можете участвовать с родителями на равных.

6. Когда между вами и родителями возникают проблемы, относитесь к ним как к внешним по отношению к обеим сторонам. Не воспринимайте их слишком близко к сердцу, не старайтесь выиграть битву любой ценой и доказать свою правоту. Это ребячество.

7. Даже если у вас напряжённые отношения с родителями, старайтесь оставаться с ними в контакте. Общайтесь хотя бы через электронную или голосовую почту. Демонстративный бойкот не решает проблем.

8. Не ждите, что мама или папа будут делать что-то за вас. Например, нянчиться с вашими собственными детьми или давать деньги на крупные покупки. Это часть устаревших детско-родительских отношений.

9. Воздержитесь от родительских советов. По крайней мере, не просите их каждый день и по любому незначительному поводу.

10. Вспомните всё хорошее, что родители сделали и продолжают делать для вас. Поблагодарите их за это.


В некоторых случаях эти советы могут оказаться неэффективными. Например, если вы имеете дело с «токсичными» родителями, поведение которых деструктивно и не поддаётся изменению. Если боль от общения с ними выше, чем любая выгода, которую вы от него получаете, это общение лучше прекратить.

Ни одни отношения в жизни не стоят вашего благополучия.

Чем опасна зависимость от родителей?

Мнение «Правого полушария интроверта»
Время чтения — 2 минуты

Автор — Екатерина Оксанен

Бывают удивительные случаи, когда физически зрелый человек как будто не соответствует своему возрасту. Ему может быть 30, 40 или 50, а он до сих пор зависит от мамы, с трудом принимает собственные решения и боится спорить со старшими. Иногда психологический возраст не совпадает с физическим. Сегодня поговорим о том, почему так бывает.

Чтобы стать взрослым, нужно перестать быть ребёнком. А чтобы перестать быть ребёнком, нужно обрести самостоятельность сразу на нескольких уровнях:

Функциональный уровень

Говорит о способности или неспособности позаботиться о себе вне зависимости от того, рядом ли родители. Человек на этом уровне может приготовить себе еду, оплатить счета, самостоятельно решать обычные для взрослого человека задачи.

Иногда на этом уровне выделяют ещё 2 части: финансовую и территориальную. Финансовая автономия означает, что человек живёт на те средства, которые зарабатывает сам. Территориальная сепарация (отделение) – это проживание взрослого ребёнка отдельно от родителей.

И тут есть интересный нюанс. Бывает, что человек на этом уровне автономию обрёл, но при этом всё равно живёт в одном доме с родителями. Как так? Это те редкие случаи, когда взрослый уже ребёнок находится на одной территории с родителями, но на позиции равноправного взрослого. То есть он как будто снимает комнату в этой квартире: участвует в уборке, приготовлении еды и оплате счетов. При этом его комната – отдельное государство, куда никто без его ведома и приглашения не заходит.

Эмоциональный уровень

Сюда включают способность человека сделать выбор, который бы не одобрили его родители, возможность вступить в конфликт со старшими и не провалиться от этого в чувство вины. Это сила отказать и не чувствовать себя от этого предателем, не бояться, что от слова «нет» отношения разрушатся.

Эмоциональная сепарация – это способность жить так, как хочется и присвоить себе право на отдельность. Когда этот этап пройден, человек может общаться с родителями не как ребёнок, ждущий одобрения или наказания, а как другой взрослый. Из уважения и интереса, а не из страха.

Для детей родители – непререкаемые авторитеты. Это не только защитники и любимые люди, но и те, перед кем нужно отчитываться, кого нужно слушаться, кто лучше знает, как нужно жить. Взрослый человек может отделить уважение от подчинения, любовь от страха, самостоятельность от бунтарства, заботу от опеки.

Отделиться эмоционально часто бывает гораздо труднее, чем функционально. Чтобы сепарация завершилась, часто приходится пройти через крайне неприятные чувства: страх, стыд, вину, боль. Как только ребёнок делает шаг в сторону самостоятельной жизни, эти чувства тут же на него нападают: «А вдруг с мамой что-то случится? Вдруг папа будет против?»

Нередко так и бывает. В семьях действует закон гомеостаза, и он пытается сделать всё, чтобы семейная система оставалась неизменной. Если ребёнок хочет выйти из своей роли, то обязательно встретится с сопротивлением. Может, это будут мысли в его собственной голове, может, осуждение и даже манипуляции со стороны родителей – тут уж как повезёт.

Что делать, если сепарация не завершена?

Первый и самый главный пункт – научиться отстаивать свои психологические границы. Да, с родственниками это особенно трудно, поэтому начать можно с людей менее значимых – знакомых, продавцов-консультантов, коллег. Учитесь не соглашаться на то, что вам не удобно, отказываться от того, что не нужно.

Вторая рекомендация – присвоить себе свою силу. Подумайте над тем, какие хорошие решения в жизни вы принимали самостоятельно, каких успехов достигли, как справились с трудными ситуациями.

Третья – разобраться в том, как работает ваше чувство вины или обиды, связанное с родителями. Зачем оно вам, в чём ваша выгода? Какую цену вы за это платите? Что будет, если оно никуда не денется через 10, 20, 30 лет?

Четвёртая – принять, что сложившаяся ситуация нужна всем. Затянувшаяся сепарация помогает не брать на себя ответственность за свою жизнь: ребёнку не взрослеть, родителю – не жить своей жизнью. Как только кто-то из этой системы выходит, другим участникам придётся подстраиваться.

И последнее.

Так уж повелось, что некоторые родители живут жизнью своих детей. У кого-то брак держится на детях, кому-то трудно заводить друзей или новые хобби, кто-то просто не знает, как жить, когда дети станут взрослыми. В таких ситуациях родители бессознательно не заинтересованы в том, чтобы дети обрели автономию. Не говоря уже о том, что родительские чувства всегда будут направлены на заботу о своих детях. Поэтому сепарация – задача прежде всего ребёнка, а не родителя.


Подписывайтесь на наши соц. сети. Там еще больше статей!

Instagram |VK |Facebook |YouTube

Птенчику пора лететь из гнезда: психолог рассказывает, что такое сепарация

Рано или поздно в жизни практически каждого человека наступает момент, когда он принимает решение жить самостоятельно. Отделение ребенка от родителей психологи называют термином «сепарация». Подробнее об этом процессе рассказывает психолог семейного центра «Коптево» Надежда Воробьёва.

Путь к самостоятельности

Термин «сепарация» дословно с латинского переводится как «отделение». Сепарация от родителей — это естественный психологический и эмоциональный процесс отделения ребенка от родителей, их влияния, чтобы стать независимой, полноценной и состоявшейся во всех отношениях личностью.

В психологии выделяют четыре этапа сепарации:

— с момента рождения и до года,
— кризис трех лет,
— подростковый возраст,
— от 17 до 19 лет.

«С момента появления на свет маленький человек беспрерывно учится быть самостоятельным. Это заложено самой природой, и вопреки ее законам идти не стоит. В возрасте трех лет ребенок еще очень зависит от взрослых, но уже начинает демонстрировать характер, проявлять упрямство, выбирать, что ему кушать или надевать, где и с кем гулять. Свобода действий и выбора непременно важны, но и безопасность от возможных негативных последствий тоже», — рассказывает психолог.

Подросток — это уже не ребенок, но еще и не взрослый. У него начинает формироваться собственная точка зрения, желание быть свободным и независимым, эмоции и чувства приобретают иной оттенок. Важно не оказывать сильного давления на детей и не проявлять родительской тирании, а научиться доверять и незримо руководить их поступками.

Возраст от 17 до 19 лет — заключительный этап психологического отделения, когда вчерашний ребенок вступает во взрослую жизнь, учится устраивать быт, правильно распоряжаться временем, стремится к финансовой независимости и начинает строить свои первые полноценные отношения с противоположным полом. Эти этапы далеко не всегда проходят гладко и правильно.

Дайте шанс стать взрослым

Так случается, что в возрасте 17 лет подростки решают уйти в самостоятельную жизнь, а семья категорически против этого.

«В этом случае подростку в первую очередь необходимо убедиться в том, что он действительно готов к независимости: имеет заработок, умеет вести быт, адекватно выстраивает отношения с окружающими. Если все в порядке, родителям стоит закрепить доверие по отношению к ребенку, дать ему шанс», — советует специалист.

Для того, чтобы сепарация прошла успешно, за консультацией можно обратиться к психологам. Специалисты Моего семейного центра «Коптево» всегда рады прийти на помощь: +7 (499) 153-45-01.

Как стать самостоятельнее:

Попрощайтесь с детством

Прощаться нужно не только с тяжелым, но и со счастливым детством. Если психологическая пуповина, соединяющая человека с родителями, не была перерезана, это приводит к пассивности, отсутствию собственной инициативы, здоровой тяги к самореализации и конкуренции.

Признать участие родителей

Необходимо осознать, что родители оказали на вас влияние. Вам может казаться, что вы взрослый, самодостаточный человек и родительское воспитание давно потеряло над вами всякую власть. Не торопитесь. Вне зависимости от вас детство в родной семье наложило на вас отпечаток, и пока вы не осознаете этот след, вы будете неосознанно повторять в своей жизни родительские сценарии.

Распознать манипуляции

Чтобы нащупать больные места в отношениях с родителями, необходимо для начала заметить, что вами манипулируют (а это бывает нередко, когда отец или мать не хотят позволять сыну или дочери взрослеть).

Смириться со своей неидеальностью

Стоит смириться с тем, что вы никогда не оправдаете родительских ожиданий. У любого человека есть глубокая потребность в признании и любви со стороны значимых для него людей, особенно родителей. Поэтому так больно принимать упреки от матери, которая разочарована, что вы выбрали не ту карьерную стезю, не вышли замуж, вышли, но не за того, не родили внуков, родили, но слишком рано, думаете только о работе и «совсем за собой не следите». Человек, который продолжает оскорбляться, обижаться и пытаться доказать что-то маме, всего-навсего подпитывает свою нездоровую связь с ней.

Простить родителей

Нет идеальных матерей и отцов. От ошибок не защищены ни ваша мама, ни вы, становясь мамой для собственного ребенка. Самая эффективная стратегия освободиться от обид — это простить родителей, понять и отпустить эту ситуацию.

Переехать от родителей

Причины проживания с родителями могут быть разные, однако чем быстрее вы покинете родительское гнездо, тем быстрее вы создадите свое.

Пресс-служба Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы

Сепарация. Боль родителей – Ирина Баржак – Блог – Сноб

Чаще всего, говоря о сеперации, или отделении ребенка от семьи описывают чувства детей. Многие дают им советы как пережить этот сложный процесс, как ограничить волю предков. А осознанным родителям, которые поняли, что в отношениях с детьми нужна сепарация, тоже нужны помощь и рекомендации, хоть они и встречаются реже.  Отделение  ребенка — болезненный для всех сторон процесс, как для детей так и для родителей. 

Родителей часто сепарация страшит, тревожит пугает. Кажется, что после нее нет места доверительным отношениям, приятному общению, любви и заботе. Однако, это не так. Если вы позволите своему ребенку сепарироваться и стать отдельной личностью — ваши отношения только выиграют от того. Станут теплее, добрее, уютнее. Перейдут на качественно другой уровень. 

Два случая

«Как понять, что отделение завершилось? Что я не влияю на ее поступки?» — мамы, которые находятся в процессе сепарации со взрослыми детьми задают этот вопрос на консультации. 

Или 

«Ну, у нас-то сепарация точно завершена, ребёнок давно живет отдельно, — говорит другая мама, — но он же снова делает все неправильно!».

В обоих из этих случаев ещё нет речи о завершении сепарации. Возможно, вы идёте к этому процессу «шаг вперёд, два назад».  Это очень сложная тема. Иногда слияние родителей происходит с детьми до старости. И это не на пользу им обоим. 

И вот детям уже 30-40-50, а их решения до сих пор продиктованы тем, как не расстроить маму или как бы сделал папа. И даже проживание вдали от родителей не гарантирует того, что сепарация будет завершена. Процесс отделения сложный и болезненный для обеих сторон. Самое лучшее, когда он происходит в переходном возрасте. Но не все «хорошие мальчики и девочки» прошли  его это в тот период. Чем старше ребёнок, тем сложнее этот процесс для всех участников.

Как понять, что сепарация завершена? Что ты не влияешь на решения детей даже удаленно? Вчера на консультации снова прозвучал этот вопрос и мы выделили несколько критериев.

Со стороны родителей:

1. Вас не раздражают решения детей. Вы позволяете им совершать ошибки, они вас не расстраивают, не становятся прецедентом. Вы на стороне ребёнка, поддерживаете, а не настаиваете: «надо было делать по-моему», «ну я же говорила». Не даёте оценок «вечно ты впутываешься в какие-то ситуации», «такое могло быть только у тебя». 

 2.Вы заняты своими делами, проектами, творчеством, а не мыслями и тревогами о ребёнке:  «как там у него», «что-то долго не звонит», «справится ли он» и так далее. Все ваши разговоры в семье, с друзьями, психологом крутятся вокруг вас и ваших потребностей, а не потребностей выросшего ребёнка.

3. Вы можете забыть о существовании ребёнка на какой-то период. Это не означает, что вы его не любите. Это всего лишь означает, что он — отдельная личность. И ни одна другая личность, кроме вас не может занимать в ваших мыслях уйму времени. Поэтому нормально иногда жить и иногда опомниться: «ой, у меня же дети есть, как там они». 

4. Не даёте категоричных советов. Когда вы общаетесь с детьми, в вашем лексиконе отсутствуют глаголы повелительного наклонения: сделай, пойди, проконсультируйся. Вы предлагаете решения мягко: «можно сделать так», «а если попробовать так». Задаете вопросы: например, «что тебе помешало сделать так», «как ты хотел бы сделать это в идеале». Не диктуете своё мнение, слышите ответы ребёнка.

5. Вы не решаете его проблемы: не записываете его к врачу, не лечите его собаку, не покупаете ему путевки, не договариваетесь о нем со знакомыми. Вы просто делитесь нужными контактами или рекомендациями, а дальше — как у него получится наладить взаимодействие. Да — хорошо, нет — тоже. Не осуждаете за то, что «вы договорились с самой Натальей Петровной, а он не явился». Не пришёл, значит, вам — это почему-то важнее, а не ему. Это не значит, что вы не выполняете своих родительских функций, это значит, что вы сделали для него все, что могли, и даете ему право решить как этим воспрользоваться. 

6. Право на ошибку. Возможность пробовать новое. Вы доверяете этому взрослому ребёнку и даёте ему право на ошибку. Ведь это же ваш ребёнок, вы его воспитали, значит ничего дурного он не сделает и с ним ничего плохого не случится. Тем самым вы доверяете себе. Главное, помнить, что от сепарации ваши отношения станут добрее, нежнее, уважительнее. 

Такие критерии мы выделили с некоторыми родителями накануне. Возможно, коллеги, меня дополнят.

 

Сепарация: Научиться быть одному, прежде чем создавать пару

Сепарация – это своевременное взросление и отделение ребенка от своей родительской семьи.

И это один из факторов успешности как в семейной жизни, так и в бизнесе и карьере. 

Жизнь младенца начинается благодаря процессам слияния, но продолжается благодаря процессам разделения.

Эта динамика начинается на клеточном уровне, а с определенного момента продолжается на психологическом. 

 

 

Появление ребенка на свет – это первый значительный акт сепарации, разделения с матерью. 

 

Далее можно отметить еще несколько этапов сепарации: 

  • самостоятельные передвижения ребенка,
  • посещения детских учреждений, т.е. первые выходы из семьи в социум,
  • подростковый кризис,
  • самостоятельная взрослая жизнь.

Сепарационные процессы протекают непросто, этапы сепарации могут сопровождаться семейными кризисами, незавершенность сепарационных процессов значительно снижает уровень жизненного функционирования человека.

 

К сожалению, в нашей стране не распространено и не принято выстраивание «верного» пути Сепарации.

 

«Верный» — это когда перед выстраиванием парных отношений Человек имеет опыт самостоятельной жизни. И финансово, и территориально.

 

Важно научиться сначала быть Одному, прежде чем создавать пару. 

 

Важно научиться самостоятельно принимать решения.

Сначала только за себя. Чтобы потом с легкостью принимать решения и нести ответственность и за семью. 

А у нас как?
Обычно сразу из родительской семьи в партнерскую. 

У нас нет колледжа, куда с удовольствием отправляют детей родители. У нас есть «общага, обожемой, нет, мой ребенок ни за что там жить не будет!»

И, соответственно, эта вот гиперопека родителей над великовозрастными детьми тянется многомного лет, иногда десятилетиями. 

Ну и великовозрастным детям иногда очень удобно. Не нужно брать ответственность, учиться самому себя обеспечивать. Можно всегда явиться к маме и получить порцию любви.

 

И два «ребенка» не могут создать самостоятельную ячейку общества.

 

Потому как каждый из молодых «тащит» в новую семью правила из родительской. А из двух параллельных реальностей одну сложно выстроить. 

Это один из вариантов развития событий. Есть еще и другие.

Например:

1. «Ищу себя и никак не найду». 

Когда несепарированные дети постоянно ищут себя, меняют виды деятельности, никак не могут встать на ноги.  Да и не очень-то стремятся: родители все равно не примут ни их успеха, ни их самостоятельности.

2. «Дорогая/Дорогой, я у мамы» или «мама не одобрит», «мама сказала…» и т.д. 

Когда один из партнеров всегда живет с оглядкой на маму. А мама очень рада и с удовольствием живет жизнь своего сына или дочери. И их семьи. 

3. «Мне уже …дцать. А у меня так и нет серьезных отношений» 

Когда партнерское место просто напросто занято. Пока вы не отделились — нет места для партнера и действительно серьезных отношений. 

4. «Этот мир меня не устраивает». 

«Капризные дети». Могут пить, буянить, попадать в истории, словом, всей своей биографией демонстрировать: смотрите, какой я несамостоятельный, слабый, хилый.

5. «Я боюсь …»

Когда любящие родители с успехом внушили ребенку, что мир опасен и только мамочка и папочка могут защитить и сберечь, то есть обеспечить безопасность. 

6. «Я докажу, что лучше вас…».

Ребенок может начать доказывать родителям, что он хорош. То есть вступить в нескончаемый спор со своими родителями – выбрать ту же область профессиональной деятельности и всю жизнь доказывать, что он ничем не хуже.  Эти отношения с родителями кажутся эмоционально насыщеннее, чем с любыми другими людьми. 

Еще один из вариантов последствий отсутствия сепарации от родителей — зависимые отношения. 

И когда вместо мужа девушка выходит «замуж за папу». А мальчик находит себе в жене еще одну маму. 

 

Но есть и хороший вариант. 
Правильный и верный вариант. 

Здоровый вариант жизненного цикла. 

 

Родительская семья — сепарация и самостоятельная жизнь, так называемая монада — нахождение парнера и выстраивание партнерских отношений — семья — рождение своих детей — отпускание своих детей в свою жизнь — их сепарация. 

 

 

 

.

Автор статьи: 

Полежаева Юлия Вячеславовна

Психологическое разделение — Консультации по разделению

Психологическое разделение

Само по себе физическое разделение не обязательно изменит старые модели поведения, которые требуют более глубокого изучения самого себя, отношений, а также инвестиций и приверженности к изменениям. Независимо от того, действительно ли кто-то из вас уезжает, в вашем разлуке должен быть психологический компонент. Фактически, иногда психологическое разделение — переключение на некоторое время внимания на себя — это все, что вам действительно нужно.Когда мы чувствуем себя застрявшими в неработающих моделях или в тисках какой-то борьбы за власть с нашими партнерами, мы часто больше не видим наших вариантов. Мы теряем способность отстраняться. Это когда психологическое разделение может быть особенно полезно.

Индивидуальное психологическое разделение

  • Психологическое разделение подразумевает рассмотрение своей части паттерна и работу с ней. Это означает временный отказ от энергии, которую вы вкладываете в неработающий паттерн отношений, и готовность отказаться или отпустить любое чувство праведности, чувство, что с вами поступили, или любые другие жалобы, которые могут у вас возникнуть. .Это непросто, но необходимо.
  • Люди часто сопротивляются психологическому разделению, потому что они уверены, что это их партнер должен измениться и что они не имеют никакого отношения к тому, что идет не так. Они также могут опасаться, что, если они откажутся от своей энергии, отношения наверняка рухнут. Они продолжают висеть на тонущем корабле в надежде, что кто-то или что-то их спасет.

Чего ожидать

Что на самом деле происходит в процессе психологической разлуки?

  • По мере того, как один или оба партнера забирают свою энергию из паттерна, который не работал, некоторое новое пространство и энергия могут открыться для отдельных людей и, возможно, также для отношений.Представьте, что вы ведете перетягивание каната с другим человеком. После почти полного истощения и отсутствия победы вы решаете отпустить конец веревки. Теперь вы свободны от борьбы, а другой человек держит вялую веревку. «Сбросить веревку» — это первый шаг к прекращению борьбы в ваших отношениях.
  • Многие пары становятся настолько зависимыми друг от друга, что одна или обе считают, что только их партнер может обеспечить то, что они хотят или в чем нуждаются. Они потеряли из виду свою способность оценивать себя и заботиться о себе.
  • Психологическое разделение включает в себя укрепление вашей личности и самоощущения. Это процесс познания, понимания, существования и выражения своего внутреннего «я», а также понимания своей роли в ваших отношениях. Возможно, настало время глубже взглянуть на то, как вас сформировала ваша изначальная семья.
  • Осознание того, как мы относимся к себе, изучение лучших способов удовлетворения наших собственных желаний и ожиданий, а также укрепление нашего самосознания может быть очень вдохновляющим.Как ни странно, осознание того, что вы действительно можете позаботиться о себе, часто позволяет вашей связи с партнером измениться и даже улучшить. По крайней мере, переориентация на вас может помочь вам лучше понять и понять свои желания и ожидания, а также то, как ваш партнер выполняет или не выполняет их. Я считаю, что это должно быть одной из целей разлуки: когда вы начнете лучше узнавать себя и становитесь более довольными собой, только тогда оценивайте, работают ли ваши отношения на вас.

Ресурсы

Занимая пространство — как использовать разделение, чтобы исследовать будущее ваших отношений
Доступно в мягкой обложке и в электронных книгах

Аудиокурс: Как структурировать разделение и управлять им
Доступен для загрузки или на компакт-дисках

Соглашение о раздельном проживании
Доступно для скачивания или в виде бумажной копии

Телефонные консультации и обучение

Обзор теории разлуки

Теория разлуки объединяет психоаналитические и экзистенциальные системы мышления, показывая, как ранняя межличностная боль, тревога разлуки и более поздняя тревога смерти приводят к развитию мощных психологических защит.Эти защиты пытаются справиться и минимизировать болезненные переживания и эмоции, перенесенные в годы развития, но позже предрасполагают к ограничениям и дезадаптации во взрослой жизни. Название «Теория разделения» произошло от понимания того, что человеческая жизнь может быть концептуализирована как серия последовательных переживаний разделения, заканчивающихся смертью, окончательным разделением.

Психоаналитическая теория подчеркивает важность бессознательной мотивации, объясняет, как межличностная травма приводит к формированию защиты, выявляет конфликт и конкуренцию в семейной системе, описывает уровни полового развития и объясняет, как сопротивление и перенос входят в процесс терапии. Тем не менее психоанализ не может эффективно справиться с тревогой по поводу смерти (важной ролью, которую смерть играет в жизни) и ее влиянием на будущее развитие человека. Экзистенциальная психология фокусируется на значении осознания смерти и умирания для личности, а также на других вопросах бытия, таких как автономия, индивидуация, трансцендентные цели и т. Д., Но имеет тенденцию игнорировать «грязные и грязные» психоаналитические концепции защитных механизмов, конкуренции. и психосексуальное развитие.

На мой взгляд, ни один из подходов недостаточен для понимания человечества. Обе концептуальные модели — психодинамическая и экзистенциальная — занимают центральное место в понимании развития человеческой личности. Хотя теория разделения развивалась независимо, она пытается синтезировать две системы. Фундаментальный принцип, лежащий в основе теории, отражает мое личное мнение о людях как о невиновных, а не как о плохих или коррумпированных по своей сути. В отличие от постулирования Фрейда в его теории инстинктов, я не считаю людей врожденными агрессивными или саморазрушительными; скорее, они становятся внешне враждебными, агрессивными или вредными для себя или других только в ответ на отказ, страх, эмоциональную боль и экзистенциальную тревогу.Ни один ребенок не рождается плохим или грешным; Психологические защиты, которые формируются детьми в раннем возрасте, соответствуют реальным ситуациям, которые угрожают возникающему «я».

Состояние человека

Каждый человек рождается с потенциалом проявлять множество склонностей, которые по сути своей являются человеческими. Основные качества нашего человеческого наследия, которые отличают наш вид от других животных, — это уникальная способность любить и сострадать к себе и другим, способность к абстрактным рассуждениям и творчеству, способность ставить цели и разрабатывать стратегии для их достижения, а также осознание экзистенциальных проблем, желание искать смысл и социальную принадлежность, а также возможность испытать священность и тайну жизни.

Всякий раз, когда любое из этих качеств повреждено, мы теряем часть себя, которая является наиболее живой и человечной. Тем не менее, эти базовые человеческие характеристики в разной степени нарушаются или ограничиваются в процессе взросления в семейных расстановках, которые зачастую не идеальны. Возникающие в результате эмоциональная боль и разочарование приводят к внутреннему, самозащитному отношению и основному недоверию к другим. Процедуры голосовой терапии, клиническая методология теории разделения, выявляют и бросают вызов негативным установкам, убеждениям и самоограничивающей защите и поддерживают уникальность человека.Я делаю сильный акцент на дифференциации от ранней обусловленности в семье происхождения. Конечная цель психотерапии — помочь людям преодолеть свои личные ограничения и поддерживать здоровый баланс между чувством и рациональностью, который отражает их основную человечность.

Люди, в отличие от других видов, прокляты осознанием собственной смертности. Я считаю, что трагедия состоит в том, что их истинное самосознание в отношении этой экзистенциальной проблемы вносит свой вклад в высшую иронию: люди одновременно блестящие и отклоняющиеся от нормы, чувствительные и жестокие, изысканно заботливые и болезненно безразличные, удивительно творческие и невероятно разрушительные по отношению к себе и другим.Способность воображать и осмыслять имеет как отрицательные, так и положительные последствия, потому что она предрасполагает к состояниям тревоги, которые достигают высшей точки в защитной форме отрицания.

Чувство и сострадание — важная часть нашего человеческого наследия; но когда мы отрезаны от своих чувств, мы теряем чувствительность к себе и другим и с большей вероятностью станем саморазрушительными или разыграем агрессию. К сожалению, те же защиты, которые позволили нам пережить эмоциональную боль детства и экзистенциальное отчаяние, не только дезадаптируют и ограничивают наш личный потенциал для полноценной жизни, но также неизбежно приводят к негативному поведению по отношению к другим, тем самым сохраняя цикл деструктивности.

Как это ни парадоксально, идеологии и религиозные верования, которые являются источником духовного комфорта и предлагают некоторое облегчение от чувства одиночества и межличностного недовольства, также поляризуют людей друг против друга. Находясь под угрозой со стороны отдельных лиц или групп с разными обычаями и системами убеждений, мы ошибочно чувствуем, что должны победить или уничтожить их.

Жизнь можно представить как серию постепенных переживаний отлучения от груди

Человеческое существование или жизнь, как мы ее знаем, можно представить как последовательность переживаний разлуки, которые заставляют нас все больше осознавать факт нашего одиночества и возможной смерти.Чувство обособленности вызывает определенную тревогу. То, как мы справляемся со своим страхом, и последующие защиты, которые мы используем, определяют ход нашей эмоциональной жизни.

В конце концов, дети понимают, что их родители умрут, хотя сначала ребенок почему-то чувствует себя свободным от этой судьбы. В своем отчаянии, пытаясь избежать ужасающей утраты, которую они считают неизбежной, дети все более цепко цепляются за своих родителей и семейную систему. В то же время их методы самоуспокоения и самопомощи укрепляются и укрепляются.

Позже дети понимают, что они не могут поддерживать свою жизнь. В этот момент мир, который они изначально считали постоянным, фактически переворачивается с ног на голову. То, как они пытаются защитить себя от пугающего осознания того, что все люди и даже они должны умереть, оказывает глубокое влияние на их жизнь.

Столкнувшись с осознанием смерти, дети должны либо почувствовать врожденную тревогу и болезненные эмоции, либо попытаться до определенной степени отключиться от эмоционального инвестирования в жизнь.Это основной конфликт для каждого человека: оставаться ли чувствами и развивать сострадание к себе и другим или прибегать к внутреннему, самозащитному образу жизни, когда отношения с людьми играют менее важную роль. Чем сильнее боль и разочарование, с которыми ребенок столкнулся перед тем, как полностью осознать смерть, тем более вероятно, что ребенок выберет защитную альтернативу.

Люди могут либо защитить себя, отсекая болезненные эмоциональные переживания, либо они могут остаться уязвимыми для боли и двигаться к реализации своего человеческого потенциала.Теория разделения указывает на контраст между жизнью в фантазиях и иллюзиях и более эмоциональной и целеустремленной жизнью. В той степени, в которой люди воплощают в жизнь фантазии о связи, они в значительной степени относятся к себе как к объектам и относятся к себе так, как их родители или основной опекун относились к ним. В каждый момент времени человек либо капитулирует перед негативными аспектами своего внутреннего программирования, либо движется к индивидуализации.

Основные понятия теории разделения

The Fantasy Bond — Основная защита

Ребенок компенсирует эмоциональную травму, переживания разлуки и экзистенциальную тревогу, формируя фантазийную или воображаемую связь со своим родителем или основным опекуном.Этот фантазийный процесс снимает стресс и может постепенно вызывать привыкание. Степень, в которой дети продолжают полагаться на эту иллюзорную связь, пропорциональна количеству боли, разочарования и беспокойства, которые они испытали в детстве. На подсознательном уровне связь фантазий также дает некоторое облегчение от страха смерти и помогает поддерживать иллюзию бессмертия. Существует четыре важных динамики, связанных с поддержанием фантазийной связи: (1) идеализация родителей, (2) интернализация родительского отрицательного отношения, (3) проецирование черт родителей на других и (4) идентификация и проявление отрицательные черты личности родителей.

Узы фантазии неизбежно влекут за собой определенное искажение реальности; следовательно, чем больше человек полагается на эту форму удовлетворения фантазий, тем более ограничен он в совладании с реальным миром. Если этот защитный мир фантазий становится экстремальным, способность человека эффективно функционировать серьезно подрывается.

Голос

Голос — это хорошо интегрированный паттерн негативных мыслей, который поддерживает связь фантазий и лежит в основе неадаптивного поведения человека.Это не настоящая галлюцинация, а, скорее, идентифицируемая система критических и деструктивных мыслей. Это наложение на личность, которое не является естественным или гармоничным, но приобретенным или навязанным извне. Он представляет собой интернализацию критического, отвергающего, враждебного и травмирующего отношения, которое испытал ребенок.

Голос можно рассматривать как вторичную защиту, поддерживающую связь фантазий. Интенсивность голосов варьируется от незначительной самокритики до серьезных самоуничтожений и поощряет самоуспокоительные привычки, изоляцию и саморазрушительный образ жизни.Голосовые атаки направлены не только на себя, но и на других. Оба типа голосов — те, которые принижают самого себя, и те, которые нападают на других людей, — предрасполагают к отчуждению.

Voice Therapy, когнитивная, поведенческая методология, выводит на поверхность эти усвоенные мыслительные процессы с сопутствующим аффектом, позволяя клиентам противостоять чужеродным компонентам личности. Я разработал эти техники с целью помочь людям получить доступ к содержанию этого в значительной степени бессознательного мыслительного процесса и идентифицировать его.Когда клиенты учатся выражать свои самокритичные мысли в формате от второго лица, возникают сильные эмоции и всплывают ранее подавленные мысли, чувства и воспоминания. Количество ненависти к себе и гнева по отношению к себе, возникающее во время этих сеансов, указывает на глубину и распространенность этого саморазрушительного процесса.

После определения содержания своих деструктивных мыслей клиенты учатся отличать эти антагонистические отношения от более реалистичного взгляда на себя. Они становятся более объективными и, что более важно, начинают понимать источник своих атак на себя.

Заключение

Столкнувшись с первичной болью в нашем личном развитии, усугубляемой экзистенциальной тревогой, люди развивают и полагаются на психологические защиты, которые предлагают хоть немного комфорта, но также предрасполагают к разной степени дезадаптации. В определенной степени каждый из нас зависим от фантазийных процессов и живем с скрытой деструктивной точкой зрения, которая оказывает глубоко негативное влияние на нашу личность и общую адаптацию к жизни.К сожалению, мы в основном не осознаем, что нас разделяют или настраивают против самих себя. Мы лишь частично осознаем, что обладаем враждебным, самоотверженным и самоуничтожающимся аспектом нашей личности и продолжаем ограничиваться и контролироваться его влияниями.

В голосовой терапии, когда люди раскрывают свои негативные мысли или голоса, высвобождают сопутствующие аффекты и получают представление об их источниках, они постепенно изменяют свое поведение, улучшают свое приспособление и движутся к достижению своих целей.Процесс включает в себя отказ от ограничительной защиты и дезадаптивных реакций и движение к независимости и автономии.

Теория разделения не предлагает выхода из экзистенциальной боли или неизбежных превратностей жизни; однако в нем описывается, как люди могут выбрать жизнь, полную мужества и цельности, в которой искренне ценятся чувства и самосознание. Мы могли оценить экзистенциальную дилемму, не прибегая к ложным решениям, обезболивающим и другим защитным механизмам.Мы можем вести честную, наполненную чувствами жизнь, которая отдала бы должное нашему истинному «я» и близким нам людям. Осознание нашего конечного существования может сделать жизнь и жизнь еще более ценными и предлагает реальный потенциал для достижения личной свободы и жизни, полной смысла и сострадания.

Теория разделения | Психология сегодня

[Теория разделения] интегративна даже за пределами смешения психоаналитических и экзистенциальных взглядов . .. Она рассматривает людей как изначально невинных, а не деструктивных или коррумпированных, и, таким образом, отвергает идущую психологию в пользу экзистенциального взгляда на человечество.Его связи с экзистенциализмом и гуманизмом заключаются в его принятии жизнеспособности возникающего «я», его наблюдении за озабоченностью людей смертью… и его взгляде на то, что существует неизбежное стремление организма стать дифференцированной системой.

~ Ларри Бейтлер, Предисловие, Борьба с деструктивными мыслительными процессами (1997)

Я называю свой теоретический подход теорией разделения, потому что он концептуализирует жизнь как серию переживаний разделения, которые заканчиваются окончательной смертью, окончательным разделением.Мой подход подчеркивает решающее влияние знания людей о надвигающейся смерти на жизнь. Каждое последующее расставание предрасполагает к состоянию тревоги и беспокойства. Возникающий в результате страх компенсируется формированием фантазии или иллюзии связи, которую я называю связью фантазий. Процесс фантазии успокаивает тревогу и боль, но, как правило, также способствует дезадаптации.

Чтобы сохранить связь фантазий, дети склонны идеализировать свою мать или опекуна за свой счет.Отрицая ее недостатки, дети начинают думать, что они плохие, недостойные любви или бремени. Этот процесс настраивает их против самих себя и позже формирует основу их самокритичной и самонадежной самооценки. По сути, дети включают в себя враждебное и негативное отношение родителей к ним. Я описываю процесс дифференциации как разрыв с этими негативными родительскими интроектами и уход от фантазий и аддиктивных привязанностей, в то же время работая над автономией и независимостью.

Теория разделения объединяет психоаналитические и экзистенциальные системы мышления, показывая, как ранняя межличностная боль и тревога разлуки, а затем и тревога смерти приводят к формированию мощных психологических защит (Bassett, 2007). Эти защиты пытаются справиться с болезненными переживаниями и эмоциями, перенесенными в годы развития, и минимизировать их; однако, как уже отмечалось, защитная адаптация имеет тенденцию становиться все более дисфункциональной.

Психоаналитическая теория подчеркивает важность бессознательной мотивации, объясняет, как межличностная травма приводит к формированию защиты, выявляет конфликты и соперничество в семейной системе, а также инцестуозные тенденции, описывает уровни психосексуального развития и объясняет, как сопротивление и перенос входят в терапию. процесс.Однако психоанализ не в состоянии эффективно справиться со значительной ролью, которую тревога смерти играет в жизни, и ее мощным влиянием на продолжающееся развитие личности.

С другой стороны, экзистенциальная психология фокусируется на понимании важности осознания смерти и смерти для личности, а также других проблем бытия, таких как индивидуация, автономия и трансцендентные цели. Однако экзистенциальная психология имеет тенденцию игнорировать «грязные и грязные» психоаналитические концепции защитных механизмов, конкуренции и психосексуального развития.На мой взгляд, ни один из подходов сам по себе недостаточен; оба необходимы для полного понимания развития личности, мотивации и поведения человека.

Каждый человек рождается с потенциалом проявлять множество склонностей, которые по сути своей являются человеческими. Основные качества нашего человеческого наследия — это способность любить и сострадать к себе и другим, способность к абстрактным рассуждениям и творчеству, способность ставить цели и разрабатывать стратегии для их достижения, осознание экзистенциальных проблем, желание искать для смысла и социальной принадлежности, а также возможности испытать священность и тайну жизни.Когда любое из этих качеств повреждено, мы теряем самую живую и человечную часть себя. Тем не менее, эти базовые человеческие возможности ломаются или ограничиваются в той или иной степени в процессе взросления в семейных расстановках, которые далеко не идеальны. Возникающие в результате эмоциональная боль и разочарование приводят к внутреннему самозащитному отношению и основному недоверию к другим.

Ни один ребенок не рождается плохим или грешным; скорее, психологические защиты, которые дети формируют в раннем возрасте, соответствуют реальным ситуациям, которые угрожают возникающему «я». Теория разделения делает сильный акцент на индивидуализации и дифференциации от любых негативных условий в семье. Конечная цель психотерапии — помочь людям преодолеть свои личные ограничения и поддерживать здоровый баланс между чувством и рациональностью, который отражает их основную человечность и поддерживает развитие истинного «я».

В этом блоге изложены несколько ключевых концепций, содержащихся в моей новой книге Теория разделения — Уникальное понимание саморазрушительных мыслей и поведения .(в печати) Ориентировочная дата публикации — декабрь 2017 г., издательство Zeig, Tucker, & Theison Inc., Publishers.

Подробнее от доктора Роберта Файерстоуна на PsychAlive.org

Теория разделения | Ассоциация Глендона

О теории разделения

Что такое теория разделения?

Теория разделения, разработанная доктором Робертом Файерстоуном, представляет собой основанную на широком смысле последовательную систему концепций и гипотез, которые объединяют психоаналитические и экзистенциальные системы мышления.Теория разделения объясняет, как ранняя травма приводит к формированию защиты и как эти первоначальные защиты усиливаются по мере того, как развивающийся ребенок постепенно осознает свою собственную смертность. См. «Борьба с деструктивными мыслительными процессами».

Методология голосовой терапии , основанная на теории разделения, помогает клиентам выявить и отделиться от узы зависимости и деструктивных «голосов», остатков негативного детского опыта, который серьезно ухудшает их самоощущение, дух и индивидуальность.См. Голосовая терапия .



Как теория разделения добавляет к нашему нынешнему пониманию человеческого поведения?

Теория разделения фокусируется на двух основных источниках психологической боли, межличностной и экзистенциальной, которые влияют на ребенка и мешают процессу индивидуации. Межличностная боль вызвана депривацией, неприятием и явной или скрытой агрессией со стороны родителей, членов семьи и других значимых лиц, особенно в ранние годы.Экзистенциальная боль относится к основным онтологическим проблемам одиночества, старения, ухудшения состояния и смерти, а также к другим фактам существования, которые отрицательно влияют на жизненный опыт человека: расизм, преступность, экономические колебания, бедность, политическая тирания, война и т. Д. межнациональная рознь, терроризм и др.

Исторически психоаналитики исследовали эффекты межличностной боли, тогда как экзистенциальных психотерапевтов обращали свое внимание на философские и экзистенциальные вопросы.Ни одна из систем не занимается в достаточной степени важными проблемами другой; однако игнорирование того и другого серьезно ухудшает понимание психологического функционирования. По нашему мнению, обе системы мышления должны быть интегрированы, чтобы полностью понять человека.

Каковы основные концепции теории разделения?

Fantasy Bond и Critical Inner Voice являются основными концепциями этого теоретического подхода. Фантастическая связь, иллюзия связи с другим человеком, является основной защитой как от межличностной, так и от экзистенциальной боли.Критический внутренний голос можно концептуализировать как вторичную защиту, которая защищает узы фантазии.

Основана ли теория разделения на определенных фундаментальных философских допущениях ?

Да. Теория отражает гуманистический взгляд на людей как на невиновных, а не как на изначально плохих или коррумпированных. Люди не деструктивны или саморазрушительны по своей природе; они становятся агрессивными, жестокими или саморазрушительными только в ответ на эмоциональную боль, страх, отказ и лишения.

Такой подход представляет собой серьезную проблему для системы защиты. Мы считаем, что психологические защиты не адаптируются, потому что они глубоко врезаются в жизненный опыт человека, а когда они сохраняются во взрослой жизни, они в конечном итоге становятся существенной психопатологией. Тем не менее, важно признать, что эти защиты изначально формировались в условиях стресса и часто служили механизмами выживания перед лицом непреодолимой боли и беспокойства.

Основная философия придает первостепенное значение личности как уникальной сущности.Усилия по сохранению жизни внутри каждого человека имеют приоритет над поддержкой любой группы или системы, будь то пара, семейная система, этнические или политические группы, национальность или религия.

Еще один аспект теории — это ее акцент на трансцендентных целях, таких как щедрость или альтруизм как разумные принципы психического здоровья. Распространяя себя на других, вместо того, чтобы искать немедленного удовлетворения, люди находят больше смысла в жизни. См. Создание жизни, полной смысла и сострадания: мудрость психотерапии .

Тревога разлуки | Психологические услуги для детей и семьи

Что такое тревожное расстройство разлуки?

Расстройство тревожного расстройства при разлуке (SAD) определяется как чрезмерное беспокойство и страх по поводу разлуки с членами семьи или людьми, к которым ребенок наиболее привязан. Дети с тревожным расстройством разлуки боятся быть потерянными из своей семьи или боятся чего-то плохого, что случится с членом семьи, если они разлучатся с ними. Симптомы тревоги или страха по поводу разлуки с членами семьи должны длиться не менее четырех недель, чтобы считаться САР.Это отличается от беспокойства о незнакомце, которое является нормальным и обычно испытывают дети в возрасте от 7 до 11 месяцев. Симптомы SAD более серьезны, чем обычная тревога разлуки, которую в той или иной степени испытывает почти каждый ребенок в возрасте от 18 месяцев до 3 лет.

Что вызывает тревожное расстройство разлуки?

Считается, что причиной тревожных расстройств являются биологические, семейные факторы и факторы окружающей среды. Химический дисбаланс с участием двух химических веществ в головном мозге (норадреналина и серотонина), скорее всего, является причиной тревожных расстройств.Хотя ребенок или подросток, возможно, унаследовал биологическую склонность к тревоге, тревоге и страху можно также научиться у членов семьи и других людей, которые часто проявляют повышенную тревогу по отношению к ребенку. Травматический опыт также может вызвать беспокойство. То, как человек справляется с тревогой, со временем может ухудшить или улучшить ее.

Кто страдает тревожным расстройством разлуки?

Все дети и подростки испытывают некоторую тревогу. Это нормальная часть взросления.Однако, когда беспокойство и страхи по поводу разлуки с домом или семьей неуместны с точки зрения развития, может иметь место тревожное расстройство разлуки. Отчеты показывают, что SAD одинаково встречается у мужчин и женщин. Однако исследования показывают, что мужчины, испытывающие симптомы САР, с большей вероятностью, чем женщины, будут направлены за помощью и получат лечение.

Первые симптомы SAD обычно появляются в третьем или четвертом классе, но это не всегда так. Обычно симптомы появляются после перерыва в учебе, например, во время каникул или продолжительной болезни.По оценкам, около 4 процентов детей младшего возраста страдают САР, в то время как оценка среди подростков несколько ниже. Дети родителей с тревожным расстройством чаще страдают тревожным расстройством.

Каковы симптомы тревожного расстройства разлуки?

Ниже приведены наиболее распространенные признаки САД. Однако каждый ребенок может испытывать симптомы по-разному.

  • отказ спать в одиночестве
  • повторяющихся кошмаров на тему разлуки
  • чрезмерное беспокойство, когда разлука с домом или семьей происходит или ожидается
  • чрезмерное беспокойство за безопасность члена семьи
  • чрезмерное беспокойство о том, что потеряешься из-за семьи
  • отказ идти в школу
  • боится и не хочет оставаться в одиночестве
  • частые боли в животе, головные боли или другие недомогания
  • мышечные боли или напряжение
  • чрезмерное беспокойство о собственной безопасности
  • чрезмерное беспокойство по поводу или во время сна вдали от дома
  • излишняя «цепкость» даже дома
  • симптомы паники и / или истерики во время разлуки с родителями или опекунами

Симптомы тревожного расстройства разлуки могут напоминать другие состояния или психические проблемы.Всегда консультируйтесь с лицензированным поставщиком психиатрических услуг для постановки диагноза.

Как диагностируется тревожное расстройство разлуки?

Детский психолог или другой квалифицированный специалист в области психического здоровья обычно диагностирует тревожные расстройства у детей или подростков после комплексного психиатрического обследования. Родители, заметившие у своего ребенка или подростка признаки сильной тревожности, могут помочь, обратившись за обследованием и лечением на раннем этапе. Раннее лечение часто может предотвратить проблемы в будущем.

Лечение тревожного расстройства, связанного с разлукой

Специфическое лечение тревожного расстройства разлуки будет определено лечащим врачом вашего ребенка на основании:

  • Возраст вашего ребенка, общее состояние здоровья и история болезни
  • степень симптомов у вашего ребенка
  • Толерантность вашего ребенка к определенным лекарствам, процедурам или методам лечения
  • ожидания по ходу состояние
  • ваше мнение или предпочтения

Тревожные расстройства поддаются эффективному лечению. Исследования показали, что около 96% детей с SAD, которые были направлены на лечение, не страдали от расстройства при повторном обследовании через 3-4 года. Лечение всегда должно основываться на всестороннем обследовании ребенка и семьи. Рекомендации по лечению могут включать когнитивно-поведенческую терапию (КПТ) для ребенка, с упором на то, чтобы помочь ребенку или подростку научиться управлять своим беспокойством и помочь ему справиться с ситуациями, которые способствуют возникновению беспокойства. КПТ — это наиболее изученный психосоциальный метод лечения САР.Многие исследования продемонстрировали общую эффективность КПТ при САР. Некоторым детям также может быть полезно лечение антидепрессантами или успокаивающими средствами, чтобы помочь им почувствовать себя спокойнее. Само по себе лекарство никогда не считается методом выбора из-за высокой вероятности рецидива у людей, принимающих лекарства без психотерапии. Родители играют жизненно важную поддерживающую роль в любом процессе лечения. Также может быть рекомендована семейная терапия и консультация со школой ребенка.

Профилактика тревожного расстройства, связанного с разлукой

Профилактические меры по снижению частоты тревожных расстройств разлуки у детей в настоящее время не известны.Однако раннее выявление и вмешательство могут снизить тяжесть расстройства, улучшить нормальный рост и развитие ребенка и улучшить качество жизни детей или подростков с тревожным расстройством разлуки.

Разделение, лишения и лишения | Интегрированный блог социопсихологии Кейта Э. Райса и страницы

Обновлено: 13 марта 2021 г.

При рассмотрении проблем, связанных с несостоявшейся привязанностью или отсутствием привязанности, психологи развития обычно используют 3 категории: —

  1. Разлучение: это когда маленький ребенок был временно разлучен с матерью / опекуном в течение нескольких дней или даже недель, в результате чего связь между ними была ослаблена и / или повреждена
  2. Материнская депривация: ребенок и мать / опекун были существенно разлучены, в результате чего связь была серьезно повреждена или даже разрушена
  3. Привилегия: у ребенка никогда не было реальной связи со своей матерью или другим лицом, осуществляющим уход

Как мы увидим, не всегда легко определить, страдает ли ребенок от разлучения или, более того, от материнской депривации; также не всегда легко определить, страдает ли ребенок от тяжелых лишений или действительно ли он лишен. Однако все три категории связаны с эмоциональными и поведенческими трудностями, обычно самые легкие в случаях разлучения и худшие в тех случаях, когда ребенок действительно лишен возможности. Это можно рассматривать как ПУРПУРНЫЙ цМем, не удовлетворяющий свои потребности в безопасности в принадлежности, что ведет к появлению и преобладанию нездорового КРАСНОГО ЦМЯ в стеке виртуальных ЦМЕМОВ ребенка, что приводит к мышлению и поведению, подобным Id .

Важно отметить, что во всех трех категориях ребенок обычно имеет потенциал «выздороветь», хотя этот потенциал, кажется, уменьшается с возрастом и тяжестью переживаний.

Наиболее заметной фигурой в ранних психологических исследованиях эмоционального благополучия детей является Джон Боулби . Работая в лондонской клинике детской психологической ориентации в 1930-х годах, Боулби прошел обучение и получил квалификацию психоаналитика. Далее он учился у Анны Фрейд и был в Военном питомнике Хэмпстеда, когда она ( Анна Фрейд и Дороти Берлингхэм , 1942; 1944) проводила свою новаторскую работу по изучению последствий потерь для детей-беженцев и сирот войны.Со времени общения с Фрейдом и из собственного детского опыта он был полон решимости исследовать влияние разлуки и материнской депривации на благополучие детей.

РАЗДЕЛЕНИЕ
Исходя из теории привязанности Боулби (1951) и его теории материнской депривации (1944), можно было ожидать, что маленькие дети могут испытать тяжелые эмоциональные последствия в результате даже кратковременного разлучения со своей матерью / основной опекун.

Bowlby впервые изучил детей, которые были разлучены со своей матерью на некоторое время, часто в результате госпитализации родителей.Он использовал натуралистических наблюдений за детьми (в возрасте от 1 до 4 лет), помещенными в детские ясли. Детей снимал помощник Боулби Джон Робертсон . Сначала Робертсон работал котлом в Военном питомнике Хэмпстеда, но его обучила Анна Фрейд делать подробные записи о поведении детей. Он также снимал детей, используя запланированные методы временной выборки , чтобы избежать обвинений в предвзятости наблюдателя . И Mary Ainsworth , и Rudolph Schaffer помогали Bowlby & Robertson в этом проекте.В результате этого исследования они установили, что дети, как правило, переживают трехэтапный синдром: —

  1. Протест
    Немедленная реакция на разлуку включает плач, крик, удары ногами и, как правило, попытки убежать. Затем поведение ребенка направлено на то, чтобы попытаться вернуть фигуру матери / опекуна — например, ребенок может громко и долго плакать. Некоторые дети могут отвергать внимание замещающего опекуна, в то время как другие отчаянно цепляются за них.Эта фаза может длиться несколько часов или даже несколько недель.
  2. Отчаяние
    Ребенок становится менее активным, кажется апатичным и мало или совсем не интересуется своим окружением. Они могут тихо плакать и обычно выглядят в трауре. Некоторым может показаться, что ребенок принял ситуацию; но на самом деле ребенок потерял надежду — этакая научилась беспомощности . Они могут больше не ожидать, что мать вернется.Ребенок почти не реагирует на предложения утешения других людей. Вместо этого они предпочитают утешать себя покачиванием и / или сосанием пальца.
    Степень испытываемого отчаяния зависит от того, насколько крепко привязан ребенок и где он находится по параметрам темперамента. При использовании классификации странных ситуаций надежно прикрепленные данные справляются лучше, чем небезопасно-избегающие или небезопасные. (В 1997 году Хелен Барретт пересмотрела оригинальные фильмы и почувствовала, что недостаточно было сделано из индивидуальных различий , подчеркнув, что надежно привязанные дети, по-видимому, справляются относительно хорошо, в то время как дети с незащищенной привязанностью больше страдают. Она также отметила, что было опасно делать обобщения на основе того, что фактически представляло собой серию тематических исследований ().
  3. Отряд
    Теперь ребенок может приветствовать внимание окружающих, может даже улыбаться и казаться общительным. Однако это может быть только кажущееся состояние благополучия, поскольку ребенок может находиться в состоянии внутреннего смятения. Когда мать ребенка возвращается, они не демонстрируют нормального приветствия. Ребенок может быть безразличен к матери или даже находить ее присутствие отталкивающим.По сути, ребенку, возможно, придется заново изучить свои отношения с матерью.

Боулби отметил, что последствия разлучения продолжались в течение нескольких месяцев после этого, причем дети в возрасте от 7 месяцев до 3 лет (чувствительный период ) были наиболее уязвимыми. После разлуки дети с большей вероятностью будут испытывать тревогу разлуки , беспокоясь о будущих разлуках. Элеонора Маккоби (1980) уточнила возраст особой уязвимости в возрасте от 12 до 18 месяцев.По ее мнению, одна из важнейших переменных, связанных с возрастом, — это способность удерживать в уме образ отсутствующего родителя. Она объясняет, что старшие дети лучше справляются с ситуацией, вероятно, потому, что они узнали, что за разлукой следует воссоединение. Кроме того, их языковые навыки достаточно развиты, чтобы родители объяснили, что разлука будет короткой.

Bowlby также отметил, что многие новые вдовы и вдовцы демонстрировали одни и те же 3 фазы перед лицом своей потери.

«Двухлетний ребенок попадает в больницу» (1952)
На основе наблюдения за маленькими детьми, длительно находящимися в детских садах.Боулби и Робертсон перешли к изучению того, как лечат детей раннего возраста в больнице.

В то время, когда детей лечили в больнице, для них было нормой проводить недели при минимальном контакте со своими родителями. Якобы это было из соображений санитарии. Посещение обычно ограничивалось одним часом в день, но иногда даже это не поощрялось. Опрос Nursing Times в 1952 году показал, что только в 300 из 1300 больниц разрешено ежедневное посещение, а в 150 — вообще нет.Среди выводов журнала Nursing Times…

  • В больнице Гая родители могут посещать только с 14:00 до 16:00 по воскресеньям
  • Больница Святого Томаса запрещала посещения родителей в течение первого месяца, но затем им разрешалось видеть, как их дети спят с 19 до 20 часов.
  • Лондонская больница вообще не допускала к посещению родителей детей младше 3 лет; для детей старше 3 лет их родители могут посещать два раза в неделю
  • Больница Западного Лондона не допускала посещения в любое время.

Хотя ряд психологов считали, что дети испытывают тревогу, когда их разлучают со своим основным опекуном, большинство медицинских специалистов в то время обычно подписывались на то, что все, что нужно, — это высокие стандарты физического ухода. Многие также заявили, что посещения родителей часто просто приводили к тому, что дети снова расстраивались, когда родители уходили.

Bowlby & Robertson были встревожены отчаянием, которое они наблюдали у госпитализированных детей, но обнаружили, что медики не хотят этого признавать.Робертсон заявил Боулби, что не может продолжать, если они не сделают что-нибудь для детей, за которыми наблюдают. Поэтому они сняли «Лауру», двухлетнюю девушку, выбранную наугад, которую положили в больницу на 8 дней, чтобы перенести небольшую операцию. У них почти не было бюджета, искусственного освещения и только портативная кинокамера. Чтобы избежать обвинений в том, что он снимал только время от времени, когда Лора была расстроена, Робертсон использовал непредвзятую технику выборки времени, снимая Лору 2 раза по 40 минут в одно и то же время каждый день.Больничные часы на стене были сняты, чтобы показывать продолжительность сеансов в одно и то же время каждый день.

Лаура. Авторское право на фотографию © 1952/1971 Robertson Films

В фильме Лаура чередует периоды спокойствия и беспокойства. Ее родители время от времени навещают ее, и она умоляет вернуться домой. Она явно изо всех сил пытается контролировать свои чувства. Поскольку ее матери нет рядом, а медсестры часто меняются, ей приходится сталкиваться со страхами, испугами и болью из-за пребывания в больнице без знакомого человека, за которого можно было бы цепляться.Она очень расстроена из-за ректального наркоза. Затем она замолкает и «успокаивается». Но в конце своего пребывания она рассталась с матерью, очевидно, пошатнувшись в ее доверии.

Фильм Боулби и Робертсона запечатлел Лору, переживающую синдром Отряд отчаяния протеста (PDD) . Это подтвердило то, что было общеизвестно во многих общинах: маленьких детей можно «изменить», проведя их в больнице. Фильм вызвал скандал вокруг обращения с детьми в больнице.

В 1989 году Робертсон ( Джеймс Робертсон и Джойс Робертсон , 1989) писал: «Следует иметь в виду, что палата 1951 года была типичной для того времени. Медсестры были трудолюбивы, следили за порядком, давали лекарства, заправляли кровати, кормили и убирали детей. Они были веселы и дружелюбны, с готовностью улыбались младшим пациентам, когда они занимались своей работой. Но им не разрешалось останавливаться и играть с ними или утешать их. Они свободно общались со старшими детьми, но переходили к младшим только тогда, когда возникала физическая необходимость.”

Один врач, которого цитирует Робертсон и Робертсон, был очень возмущен фильмом, чувствуя, что его профессия была оклеветана. Однако в следующий раз, когда он шел по детской палате, он увидел все по-другому — «Я действительно впервые услышал, как плачут дети». Врач немедленно ввел неограниченное свидание и призвал родителей детей младше 5 лет остаться.

Фильм заставил медиков признать необходимость заботиться об эмоциональном благополучии маленьких детей, находящихся на их попечении. Это было началом культурного сдвига , который привел к тому, что родители могли оставаться со своими детьми в больнице — в течение ночи или целыми днями, если это уместно.

В терминах Грейвза можно сказать, что медицинские работники работают из СИНИЙ vMEME; они были сосредоточены на том, что считали правильным. Bowlby & Robertson, выходящие из ЗЕЛЁНОГО — если не 2-го уровня — увидели, что управляемые СИНИМ режимы больниц не соответствовали ФИОЛЕТОВЫМ потребностям привязанности детей, находящихся на их попечении.Для врача, назначившего неограниченное посещение, «2-летний ребенок попадает в больницу» послужил стимулом для того, что Грегори Бейтсон (1972) назвал бы «глубоким изменением уровня 3» — полной революцией в мышлении. См .: Процесс изменений.

Хотя психологическая помощь детям и их родителям значительно улучшилась за последние полвека или около того, госпитализация все еще может иметь негативное влияние на детей. Роберт Киркби и Томас Уилан (1996) ссылаются на возраст ребенка, качество привязанности к родителям, серьезность состояния и серьезность медицинского вмешательства в качестве ключевых переменных в том, как дети справляются с разлучением.Шаффер (1996) отмечает различие полов , опосредованное возрастом: молодые мужчины, как правило, больше страдают, когда они разлучены со своей матерью / опекуном, а женщинам тяжелее в подростковом возрасте. Он также утверждает, что «трудный» темперамент, история семейных конфликтов и «психологическая недоступность» родителей — все это увеличивает уязвимость ребенка в разлуке. Его утверждение о том, что повторное разделение также увеличивает эту уязвимость, отчасти уточняется Margaret Stacey et al. (1970).Стейси и др. Изучали 4-летних детей в Уэльсе, проводивших 4 дня в больнице для удаления миндалин. Их родители не могли остаться на ночь. Те, кто привык избегать ночлега, например, с бабушкой и дедушкой или друзьями, с меньшей вероятностью столкнулись с проблемой госпитализации. На основании этого исследователи пришли к выводу, что дети, у которых часто случаются короткие разлуки, меньше страдают от пребывания в больнице.

Другие факторы, влияющие на вероятную уязвимость маленьких детей к разлучению, включают в себя странную и незнакомую среду обитания ( Gail Ross et al , 1975) и то, сопровождает ли мать ребенка в больницу ( Claire Fagin , 1966). Милтон Котельчук (1976) подчеркивает, что наличие у ребенка хороших множественных привязанностей помогает ему лучше справляться. Он обнаружил, что, когда отцы активно участвовали в качестве опекунов, детям было комфортнее, когда они оставались наедине с незнакомцами; он также обнаружил, что период, когда дети решительно возражали против разлучения, был короче, если оба родителя активно участвовали в уходе. Дэвид Куинтон и Майкл Раттер (1976) утверждают, что разлука вызывает больший стресс в семьях с низким доходом.Исследователи предполагают, что конфликты и незащищенность более вероятны в семьях с низким доходом, и это усиливает негативные последствия разлучения.

5 фильмов Джеймса и Джойса Робертсона (1967-1976)
Джеймс Робертсон не был так убежден, как Боулби, что синдром PDD был исключительно результатом разлуки с матерью, а именно Bowlby (1969): «Подопытные различных исследований во многом различаются. Например, они различаются по возрасту, по типу дома, из которого они приехали, по типу учреждения, в которое они ходят, и по уходу, который они там получают, а также по продолжительности их отсутствия.Они тоже различаются, здоровы они или больны. Однако, несмотря на все эти различия, и несмотря на различный опыт и ожидания наблюдателей, в выводах наблюдается поразительное единообразие. Когда ребенку исполнилось шесть месяцев, он, как правило, реагирует на разлуку с матерью определенными типичными способами ». Робертсон был обеспокоен тем, что Боулби не уделял должного внимания таким переменным, как качество альтернативного ухода, наличие нескольких опекунов, возраст и уровень зрелости ребенка на момент разлучения.

Джойс и Джеймс Робертсон. Авторское право на фотографию © 1982 Robertson Films

Робертсон хотел провести проект по исследованию этих других переменных, но обсуждения с Боулби по этому поводу привели к частичному разделению путей между двумя мужчинами. Тем не менее, Боулби согласился с тем, чтобы Тавистокский институт, директором которого он теперь был, вложил некоторое финансирование в проект Робертсона.

Чтобы проверить, влияют ли другие переменные, Робертсон и его жена социального работника Джойс стали приемными родителями для младенцев, перенесших непродолжительное разлучение на время госпитализации их матерей.Пребывание каждого ребенка в семье Робертсонов снималось около 20 минут каждый день. У Джойс был блокнот, на котором можно было делать заметки современности, а также магнитофон. Редакции фильмов были опубликованы серией под общим названием «Маленькие дети в краткой разлуке» . Они следовали следующим общим принципам: —

  • Дети были доставлены в дом Робертсонов до госпитализации матери
  • О них заботилась обученная, полностью доступная «мать» (Джойс).
  • Родители проинформировали Робертсонов, которые затем выполняли те же действия, что и в доме ребенка, и ребенок принес из дома личные вещи — например, игрушки и фотографии.
  • Поддерживался контакт с отцом, и мать часто обсуждалась в положительном ключе — в некоторых случаях детей водили навестить мать в больнице

«Кейт» и Джойс.Авторские права на кадры из фильма © Robertson Films, 1971,

«Катя» (1967), возраст 2 года 5 месяцев, была их первым приемным ребенком. В фильме первые 3-4 дня 27-дневной разлуки она жизнерадостна и кажется относительно расслабленной. Она использует семейство кукол, чтобы вспомнить домашнюю жизнь и предвкушать воссоединение с родителями. Однако по мере того, как разлука становится все больше, начинается разочарование, и Кейт начинает проявлять беспокойство. Она все более прохладно относится к пришедшему в гости отцу, выражая гнев на свою отсутствующую мать, и начинает находить себе нишу в приемной семье, особенно привязавшись к Джойс.

Робертсоны были взволнованы, поскольку, несмотря на некоторые трудности и опасения, Кейт не продемонстрировала ничего похожего на полномасштабный PDD , которого они могли бы ожидать от выводов Боулби. Отчасти они объясняли это превосходной заботой Джойс, знакомыми привычками и окружающей средой, а также тем, что Кейт достаточно взрослая, чтобы сохранить память о своей матери.

«Джейн» и Джойс

После перерыва в проекте, чтобы получить дополнительное финансирование, к Робертсонам приехала 17-месячная девочка «Джейн» (1968) на 10 дней.Джейн с готовностью принимает Джойс в качестве альтернативной (приемной) матери, а ее отец навещает ее ежедневно, а приемная мать полностью готова удовлетворить потребности Джейн. Кажется, она находится в состоянии «управляемой тревоги». На воссоединении Джейн возвращается к матери с теплотой и хорошими ожиданиями. Но она не хочет отказываться от приемной матери, к которой она привязалась.

«Томас» и Джойс

Третьим приемным ребенком Робертсонов был «Томас» (1971), возраст 2 года 4 месяца, который прожил с ними 10 дней.Томас может помнить о своей отсутствующей матери, говорить и говорить о ней. Это, а также ежедневные визиты отца помогают ему понять ситуацию, которую не может сделать младший ребенок. Хотя Томас нуждается в материнской заботе, он иногда изо всех сил пытается принять ласковые разговоры с Джойс, поскольку он испытывает конфликт из-за верности своей матери. Таким образом, иногда он нападает на приемную мать, когда она уделяет ему то самое внимание, к которому он стремится. При воссоединении с матерью, в отличие от Джейн и, в некоторой степени, Кейт, Томас без проблем бросает приемную мать.

Воздействие этих фильмов было огромным, поскольку они продемонстрировали, что PDD не было неизбежным при разлучении маленьких детей с их матерью / опекуном, если было предоставлено высококачественное альтернативное материнство, а также знакомство с окружающей средой и распорядком дня. Хотя сомнительно, что Робертсоны знали о работе Клэр В. Грейвс в то время, когда были сняты эти фильмы, они были бы известны о Иерархии потребностей Абрахама Маслоу и о том акценте, который Маслоу придавал безопасности и принадлежности как предпосылкам для разработки. самооценки .Робертсоны много работали, чтобы их приемные дети чувствовали себя в безопасности и поощряли определенную привязанность к приемной матери.

Джойс Робертсон с Люси. Авторское право на фотографию © 1976 Robertson Films

В 1976 году Робертсоны опубликовали последний фильм: «Люси» , 21-месячная девочка, которая пробыла с ними 19 дней. В отношениях между Люси и ее матерью были напряженные отношения, и она не демонстрирует разлуки с матерью. В фильме ясно показано, как Люси, несмотря на беспокойство и сопротивление, привязывается к Джойс во время ее пребывания с Робинсонами.Похоже, это имеет «исцеляющий» эффект на Люси, поскольку она немедленно и положительно отзывается о своей матери после воссоединения. Однако у Люси возникает конфликт лояльности к матери и лояльности к приемной матери. В фильме показано, как в последующие недели мать и приемная мать сотрудничают, помогая Люси успешно работать благодаря ее разделенным привязанностям.

Бертрам Рэйвен (1981) раскритиковал проект «Маленькие дети в кратковременной разлуке» за отсутствие контрольной группы для целей сравнения.

Однако Робертсоны сняли фильм «Джон» (1969) для сравнения. В возрасте 17 месяцев он провел 9 дней в детском доме, организованном семейным терапевтом. В детской Джойс Робертсон носила ту же униформу, что и другие сотрудники, и помогала выполнять фоновые задания, но не принимала непосредственного участия в уходе за Джоном.

У Джона и его матери были близкие и гармоничные отношения. Он был тихим — маленький замкнутый — но ел и спал хорошо.

Первые 2 дня фильм показывает, как Джон ведет себя как обычно, очевидно, уверенный, что медсестры отреагируют на его нужды так же, как и его родители. Он все больше сбивается с толку, поскольку этого не происходит, но продолжает попытки привлечь внимание занятых медсестер. Есть 9 сменных медсестер, ни одна из которых не закреплена за отдельными детьми; поэтому ни одна медсестра не ухаживает за Джоном достаточно долго, чтобы понять его и удовлетворить его потребности. Однако он обнаруживает, что не может не конкурировать с другими, более напористыми и экстравертными детьми в детской, некоторые из которых задирают его.В конце концов Джон перестает привлекать внимание медсестер и обращается к большому плюшевому мишке, чтобы хоть как-то успокоиться. Он перестает есть, перестает играть и много времени плачет.

Джон со своим гигантским плюшевым мишкой. Авторское право на фотографию © 1971 Robertson Films

Джон с энтузиазмом приветствует отца при его первых визитах, но вскоре приходит и отвергает его. Когда мать приходит забрать его домой, он начинает кидаться и громко плакать. Когда она пытается посадить его к себе на колени, он сопротивляется, кричит и пытается убежать от нее.Хотя он наконец-то спокойно лежит у нее на коленях, он ни разу не взглянул на нее. Когда приходит его отец, он «убегает» в его объятия.

В течение многих месяцев после этого у него продолжались вспышки гнева на свою мать. Сообщается, что поведенческие проблемы сохранялись на протяжении всего детства Джона, в том числе неоднократно убегали из дома.

Последствия пребывания Джона в детском доме явно ближе к PDD Боулби.

Дневной уход
Наряду с рядом других ориентированных на ребенка Психологов, занимающихся развитием , в основном Психоаналитика убеждения — например: Анна Фрейд, Мелани Кляйн — Боулби и Робертсоны принесли много — необходимо сосредоточить внимание на эмоциональном благополучии детей и психологическом ущербе, который так легко причиняется, когда младенец разлучается с его матерью / опекуном.

Как обсуждалось под влиянием Боулби, популяризация его работы Всемирной организацией здравоохранения с 1951 года провозгласила мем о том, что матери должны оставаться дома со своими младенцами в качестве важного средства развития и поддержания надежной привязанности, тем самым удовлетворяя потребность ФИОЛЕТОВОГО цМема в безопасность в принадлежности. Однако по мере того, как 1960-е переходили в 1970-е, и ориентированный на ЗЕЛЁНЫЙ Феминизм становился все более и более влиятельным, все большее число женщин выходило на работу.К 1991 году в США более 60% матерей дошкольников вернулись к работе по сравнению с 18% в 1960 году. В Великобритании количество детских садов увеличилось с 648 000 в 1987 году до 998 000 в 1997 году. По данным The Observer’s Gaby Hinscliff , 52% женщин с детьми до 5 лет работали в 2004 году.

Все больше и больше матерей, устраивающихся на работу хотя бы неполный рабочий день, привело к виртуальному взрыву в сфере дневного ухода за детьми на Западе. В свете выводов Боулби о разлучении с детьми многие комментаторы выразили серьезную обеспокоенность по поводу воздействия помещения в детский сад на психологическое благополучие детей.

Большинство исследований, изучающих влияние дневного ухода на когнитивное развитие , обнаружили, что образовательная стимуляция в лучших детских садах дает реальные и долгосрочные преимущества по сравнению с уходом на дому. Например: Маргарет Бьюкенал, Марвин Ли и Крейг Рэми (1989) проверили IQ детей, поступающих в начальную школу, и обнаружили, что те, кто посещал детский сад, обычно получали более высокие баллы, чем те, кто посещал дошкольные учреждения дома. Не все исследования подтверждают такие выводы.Например: Барбара Тизард (1979) обнаружила доказательства того, что, независимо от социального класса , матери имеют более сложные разговоры со своим ребенком, чем воспитатели яслей. Учителя также меньше общались и получали меньше информации от детей. (Это может быть связано с тем, что учитель разделил внимание, но взаимодействие учителя и ребенка могло бы повлиять на когнитивное развитие.) Однако преимущества дневного ухода за когнитивным развитием «неблагополучных» детей могут быть значительными. Craig Ramey (1992) наблюдал за группой из 54 младенцев из неблагополучных семей. Их случайным образом распределяли либо по уходу на дому, либо в детский сад, предлагающий дополнительную социальную и медицинскую помощь и возможности для получения образования. Через год разницы в IQ не было; но через 42 месяца дети в дневных детских садах превзошли когнитивные показатели вербального языка, восприятия и памяти. В начале расследования младшему ребенку было всего 6 недель, а большинству — около 3 месяцев.Преимущества дневного ухода также могут быть долгосрочными. Фрэнсис Кэмпбелл и др. (2001) наблюдали за 104 бедными детьми афроамериканского меньшинства из проекта Carolina Abecedarian Project. Он начал свою работу в 1972 году и обеспечивал высококачественный дневной уход. Половина детей, участвовавших в исследовании Кэмпбелла и др., Участвовала в проекте Abecedarian Project, в то время как другая половина получала различные услуги по уходу за детьми. Исследователи изучили участников 20 лет спустя и обнаружили, что те, кто получил высококачественный дневной уход, в два раза чаще продолжали учебу в школе и получали значительно более высокие баллы по тестам по чтению и математике.У них также было больше шансов найти работу.

Интересно, что Рэми обнаружил, что дневной уход также приносит пользу его участникам с точки зрения социальных мер — они были социально уверенными, менее агрессивными, менее эгоистичными и с большей вероятностью были ориентированы на достижение цели. Аналогичным образом K Элисон Кларк-Стюарт, Кристиан Грубер и Линда Мэй Фицджеральд ( 1994) обнаружили как когнитивные, так и социальные преимущества в дневном уходе. Они наблюдали за 500 младенцами из разных социальных слоев, которым был предоставлен ряд различных видов ухода — от полного ухода на дому до полного дневного ухода.Они обнаружили, что 150 «дневных воспитателей» не только извлекли пользу из усиленной стимуляции, но и раньше узнали, как справляться с социальными ситуациями и как вести переговоры со сверстниками. Cindy Creps и Lynne Vernon-Feagans (1999) подтвердили это. Однако они также обнаружили, что дети, перешедшие в детский сад в возрасте до 6 месяцев, как правило, более общительны, чем те, кто начал заниматься позже. Однако в целом результаты о влиянии на социальное развитие были гораздо более неоднозначными, чем результаты когнитивного развития.Например: Джеймс Пеннебейкер, , и др., (1981), почти повторяя «Джон» Робертсона и Робертсона, обнаружили, что для застенчивых и нелюдимых детей детские сады могут быть опасными и опасными. Более того, такой ущерб может иметь долгосрочные последствия для дальнейшей школьной карьеры ребенка.

Именно при исследовании влияния дневного ухода за детьми на эмоциональное развитие маленьких детей результаты, как правило, вызывают беспокойство. В своем классическом исследовании 1988 года Джей Бельски и Майкл Ровин обнаружили повышенный риск небезопасной привязанности, если ребенка поместили в детский сад по крайней мере на 4 месяца, начиная с его первого дня рождения.149 12-13-месячных младенцев (90 мальчиков, 59 девочек) от 2 женатых гетеросексуальных родителей были оценены на предмет привязанности как к своим матерям, так и к отцам с использованием Странная ситуация . Особое внимание было уделено этапу 8 — окончательному воссоединению ребенка с опекуном. Кроме того, матерей опрашивали об их работе и классифицировали в зависимости от того, работали ли они и пользовались услугами дневного ухода, и, если да, сколько часов в неделю. Показатели незащищенной привязанности к матерям и отцам рассчитывались в зависимости от рабочего времени матери.
Были более высокие показатели ненадежной привязанности у детей, чьи матери работали 20 часов в неделю или больше — 43% вероятность ненадежной привязанности по сравнению с 26% для тех, кто находился в дневном уходе менее 20 часов. Эти дети, работающие более 20 часов, особенно сопротивлялись воссоединению на стадии 8. Младенцы, чьи матери работали более 35 часов в неделю, с большей вероятностью имели ненадежную привязанность к отцу. K Элисон Кларк-Стюарт (1989) раскритиковала использование Belksy & Rovine прибора Strange Situation в качестве инструмента для измерения привязанности у детей, которые находятся в детском саду.Это было основано на том, что некоторые дети настолько привыкают к тому, что их родители оставляют их со странными людьми, что они не будут реагировать таким же стрессом, как ребенок, не находящийся в детском саду. Она утверждала, что дети в детских садах, как правило, более независимы, что можно интерпретировать как избегающее поведение. Тем не менее, проведенный Бельским метаанализ 1990 года , сопоставляющий результаты ряда ранее опубликованных исследований и с участием в общей сложности 464 детей, еще раз убедил его, что 20 часов в неделю в дневном учреждении являются критическим порогом для надежной / небезопасной привязанности, особенно там, где ребенку было меньше года.Это мнение было поддержано C Violata & C. Russell (1994). Они провели метаанализ 88 исследований и пришли к выводу, что регулярный дневной уход более 20 часов в неделю несомненно отрицательно влияет на социально-эмоциональное развитие, поведение и привязанность маленьких детей.
Однако Питер Барнс (1995) отмечает, что эти различия в типе привязанности могут быть вызваны другими факторами, такими как тип замещающего ухода и причины, по которым матерям приходится работать дольше. Майкл Лэмб (1992) на основе метаанализа подтвердил, что пороговое значение 20 часов дневного ухода, установленное Бельски и Ровин, является ключевым фактором в том, оказывает ли дневной уход негативное влияние на эмоциональное здоровье ребенка. Однако Лэмб также проиллюстрировал сложность проблемы, сославшись на качество воспитания. Для Лэмба это четвертый ключевой фактор, другие — это качество ухода за детьми в дневное время, возраст ребенка, когда он впервые попадает в детский сад, и объем дневного ухода за ребенком в течение недели.

Насколько сложным может быть взаимодействие этих переменных, проиллюстрировано выводом Кларка-Стюарта, Грубера и Фитцджеральда об отсутствии сравнительного отрицательного влияния на привязанность у детей в их выборке, проводящих минимум 30 часов в неделю в дневном уходе с 3 месяцев. Старый. Bengt-Erik Andersson (1992) также не обнаружил побочных эффектов при помещении младенцев в детский сад в возрасте до одного года и на срок более 20 часов. Сандра Скарр и Уильям Томпсон (1994) получили аналогичные результаты, что и Андерссон.

Ученые-бихевиористы стремились развить работу Robertson & Robertson, чтобы «разработать» передовую практику в области дневного ухода. В исследованиях обычно выделяются 3 ключевых элемента: —

  1. Высокая численность персонала .
    Исследовательская сеть по уходу за детьми младшего возраста NICHD (1999) заявила, что минимум должен составлять 1: 3 и что высококачественный уход не может быть обеспечен постоянно с любым меньшим. Даже на этом уровне существует риск, что персонал по уходу временами может быть перегружен и не сможет постоянно заботиться о своих названных детях.Хорошее соотношение также позволяет обслуживающему персоналу проводить время с детьми как для эмоционального развития, так и для когнитивной стимуляции.
  2. Минимальная текучесть кадров
    Скаффер (1998) заявил, что постоянство ухода за ребенком в жизни ребенка имеет важное значение. Это позволяет сформировать привязанность между обслуживающим персоналом и ребенком, питая ФИОЛЕТОВЫЙ цМем ребенка.
  3. Обученный и опытный персонал
    Кэти Силва и др. (2003) обнаружили, что качество медицинской помощи положительно коррелирует с уровнем квалификации обслуживающего персонала.Чем выше квалификация персонала — особенно заведующего яслями, — тем лучше социальная жизнь и развитие детей, находящихся на их попечении.

Исследования влияния дневного ухода за детьми на развитие младенцев продемонстрировали множество эффектов, которые показывают, что критический порог, установленный Бельским в 20 часов в неделю как вредный для эмоционального развития детей, является чрезмерно упрощенным. Однако очевидно, что разлучение с матерью / опекуном является потенциально опасным опытом, и с ним нужно обращаться осторожно, принимая во внимание широкий спектр факторов.Качество привязанности к родителям и темперамент ребенка являются жизненно важными факторами, которые следует учитывать.

Продолжить…

Психологические последствия стресса в раннем детстве и разлучения с родителями

За последние месяцы более 2000 детей-мигрантов были разлучены со своими семьями на границе США и Мексики. Вопросы о политике, в том числе о том, как она влияет на благополучие детей, привели к приостановке этой практики.

Ян Готлиб (Изображение предоставлено L.A. Cicero)

По словам профессора психологии Стэнфордского университета Яна Х. Готлиба, для этих детей разлука с семьей является дополнительной травмой к и без того неблагоприятному опыту в их домашних условиях и долгому трудному путешествию в Соединенные Штаты. Даже после воссоединения семей неопределенность, окружающая жизнь этих родителей, может усугубить чувства тоски, отчаяния, вины, вины и депрессии — отрицательные эмоции, которые мешают им усваивать жизненные навыки.

Исследование Готлиба показывает, что стресс в молодом возрасте является значительным фактором риска депрессии и суицидального поведения. В его работе также изучалось, как стресс в раннем возрасте влияет на развитие мозга. В его исследовании также рассматривались методы лечения депрессии и способы снижения риска развития депрессии у маленьких детей.

Готлиб — профессор Дэвида Старра Джордана на факультете психологии Стэнфордской школы гуманитарных и естественных наук. Он является членом Stanford Bio-X, Исследовательского института здоровья детей и Стэнфордского института неврологии.Он также является директором Стэнфордской лаборатории нейроразвития, аффектов и психопатологии.

Служба новостей

Стэнфордского университета поговорила с Готлибом о влиянии стресса в раннем возрасте на психологическое благополучие детей.

Один из ваших исследовательских проектов посвящен стрессу в раннем возрасте. Каковы психологические последствия разлучения детей с их родителями?

Хотя мы не изучаем явным образом последствия разлучения детей с их родителями в нашей лаборатории, мы, тем не менее, знаем из десятилетий исследований, что дети, и в особенности младшие дети, зависят от родителей и нуждаются в них для своего эмоционального благополучия.

5 вопросов: Как разделение границ может травмировать детей

Согласно исследованию травм, незапланированная разлука с родителями — одно из самых разрушительных событий, которые может испытать маленький ребенок. Эксперт из Стэнфорда объясняет, как это может повредить развитию детей.

Обеспечивая поддерживающие и заботливые отношения, родители играют решающую роль в содействии здоровому развитию своих детей. Они также защищают своих детей от психологических последствий значительного стресса, защищая их от последствий травм и помогая им регулировать свои эмоции.

Очевидно, что разлука с родителями травмирует; он одновременно снимает самую важную защиту детей и порождает новую травму. Действительно, в исследованиях детей, помещенных в специализированные учреждения, было обнаружено, что такое разлучение нарушает нормальное развитие ребенка и имеет долгосрочные негативные последствия для их психологического и физического здоровья. В нашем собственном исследовании мы документально подтверждаем, что ранние неблагоприятные переживания имеют пагубные поведенческие и биологические последствия для детей и подростков спустя годы.

Как стресс в раннем возрасте влияет на психологическое благополучие в краткосрочной и долгосрочной перспективе?

Стресс в раннем детстве неизменно ассоциируется с поведенческими проблемами у детей, симптомами психопатологии, а также с психологическими и физическими расстройствами. Ясно, что стресс в раннем возрасте может иметь как немедленные, так и долгосрочные последствия, особенно когда он является серьезным и кумулятивным, как в случае разлучения с родителями после того, что могло быть годами неблагоприятного опыта в их домашних условиях и длительным тяжелым трудом. путешествие в США.

Мы и другие продемонстрировали, что в ответ на травмы и неблагоприятные переживания, подобные разлуке с родителями, у детей выделяется высокий уровень гормона стресса кортизола. Повышенный уровень кортизола оказывает негативное влияние на структуру и возможности мозга, замедляя рост нейронов и уменьшая объемы критических структур мозга, таких как гиппокамп, и затрагивая области мозга, участвующие в эффективном регулировании эмоций. Неудивительно, что исследования также продемонстрировали неблагоприятные эффекты ранней травмы на психологическое функционирование детей, включая более высокие уровни депрессии, тревоги и поведения, «экстернализирующего» или «отыгрывающего».

Разлучение с семьей — одно из многих стрессовых переживаний в жизни мигранта. Что можно сделать, чтобы смягчить последствия стресса в детстве?

Очевидно, что воссоединение детей-мигрантов с их родителями является важным первым шагом к смягчению последствий пережитого ими стресса. Конечно, их борьба не закончится, но у них гораздо больше шансов получить преданных и внимательных родителей, которые обеспечат заботу и безопасность.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Related Posts