Высший уровень психического отражения и саморегуляции: Сознание как высшая форма психики человека

Содержание

сознание — это… Что такое сознание?

(англ. consciousness) — предельная абстракция и одновременно «вечная» проблема философии, психологии, социологии. Обсуждение проблемы С. в философском ключе — это обсуждение коренных сторон человеческого бытия: богатство и многообразие отношений человека к действительности; способность идеального воспроизведения действительности; знание о мире, включающее представление о роли и месте человека в нем, о «смысле жизни»; о свободе человека, его чувстве вины и ответственности; о направленности мирового процесса и т. п. Однако С. не совпадает с осознаваемым содержанием. Конструирование сознания как мира человеческого, как предмета философского исследования, начатое Ф. Брентано, Э. Гуссерлем, Г. Г. Шпетом, продолжается.

С. — конечно, идеальная форма отражения, воспроизведения, порождения действительности, что не мешает ей быть реальной, объективной, бытийной, т. е. участной в бытии: «Идея, смысл, сюжет — объективны. Идея может влезть или не влезть в голову философствующего персонажа, ее можно вбить в его голову или невозможно, но она

есть, и ее бытие нимало не определяется емкостью его черепа. Даже то обстоятельство, что идея не влезает в его голову, можно принять за особо убедительное доказательство ее независимого от философствующих особ бытия» (Шпет). Об этом же говорит М. М. Бахтин: «Идея — это не субъективное, индивидуально-психологическое образование с «постоянным местопребыванием» в голове человека; нет, идея интериндивидуальна и интерсубъективна, сфера ее бытия не индивидуальное сознание, а диалогическое общение между сознаниями. Идея — это живое событие, разыгрывающееся в точке диалогической встречи двух или нескольких сознаний». Здесь ключевое слово «между». Вот в этом между и находится С., в т. ч. индивидуальное, личное, субъектное, в смысле его принадлежности некоему я, что не мешает индивидуальному С. быть субъективным.

Естествоиспытатели и философы размышляют о С., как о некотором «живом теле», размерность которого близка к космическим размерностям: «С. — это как бы «всепроникающий эфир» в мире. Или, как сказал бы В. И. Вернадский, громадное тело, находящееся в пульсирующем равновесии и порождающее новые формы… Коль скоро мы определили С. как нечто, что — между нашими головами, то это определение имеет фундаментальное отношение и к социальной форме, благодаря которой люди способны жить друг с другом, а фактически пропускать через себя поток жизни» (

М. К. Мамардашвили).

И тем не менее вопреки подобным и вовсе не единичным высказываниям философов, предупреждениям великих физиологов и нейропсихологов — Ч. Шеррингтона, Дж. Экклза, А. Р. Лурия и др., продолжаются попытки искать С. «между ушами», локализовать его в мозге, даже искать для него специальные нейроны (Ф. Крик).

Наивно полагать, что изучение и моделирование функций мозга это и есть изучение и моделирование знания и С.: «Можно, напр., пытаться показать, как те или иные сознательные состояния вызываются процессами в нейронах головного мозга и комбинациями их активности. Но независимо от успеха или неуспеха попытки такого рода ясно, что знание о нейронах не может стать элементом никакого сознательного опыта, который (после получения этого знания) порождался бы этими нейронами» (Мамардашвили). Сказанное не умаляет значения исследований физиологии мозга, в т. ч. и моделирования его работы. Мозг — такая же загадка и тайна, как и С., но это разные тайны, а не одна. Их различению мешают язык, самомнение, эгоцентризм: «в моей голове родилась мысль», «в моем мозге зародилась идея» и т. п. С., идеальная форма, существующая объективно, имеет полифоническое, диалогическое, смысловое строение, включающая в себя не только со-знание, но и аффективно-смысловые образования. Идеальная форма, существующая до и вне отдельного индивида, есть приглашающая сила или движущая сила индивидуального развития. Она усваивается, субъективируется и становится реальной формой психики и С. индивида. Взаимоотношения между идеальной и реальной формами психики и С. — предмет исследования в
культурно-исторической психологии
: «Конечно, жизнь определяет С. Оно возникает из жизни и образует только один из ее моментов. Но раз возникшее мышление само определяет или, вернее, мыслящая жизнь определяет сама себя через С. Как только мы оторвали мышление от жизни, от динамики и потребности, лишили его всякой действенности, мы закрыли себе всякие пути к выявлению и объяснению свойств и главнейшего назначения мышления: определять образ жизни и поведения, изменять наши действия, направлять их и освобождать их из-под власти конкретной ситуации» (Л. С. Выготский). Согласно Выготскому, именно С. — главное условие и средство овладения собой: осознать — значит в известной мере овладеть, осознание и овладение идут рука об руку. Высшим психическим функциям
«в такой же мере присуща иная интеллектуальная, как и иная аффективная природа. Все дело в том, что мышление и аффект представляют собой части единого целого — человеческого С.» (Выготский). С., а не деятельность или — не только деятельность. (В свою очередь, источником индивидуального С. является идеальная форма.) Это важнейшее положение игнорировалось представителями психологической теории деятельности, стремившейся обязательно вывести высшие психические функции и С. из деятельности. Граница между психическими и высшими психическими функциями (при всей ее условности) пролегает не по линии орудийности и опосредствованности, а по линии деятельности и С. Психическая функция, в лучшем случае — продукт предметной деятельности. Она же и условие последней, ибо, если деятельность не содержит в себе внутренних, так или иначе осознанных регулятивов (потребностей, мотивов, установок, ценностей), она не заслуживает своего наименования. А высшая психическая функция — продукт С. или деятельности С. Отсюда и инаковость высших психических функций, которые, как и породившее их С., олицетворяют завоеванную «сотворенную свободу».

Как говорил И. Г. Фихте, душа и С. намечают к созданию новые органы, под последними следует понимать функциональные органы, т. е. те же психические функции. Конечно, деятельность можно рассматривать как «первоматерию» человеческого мира и вслед за нем. классической философией раскрывать этот мир как подлинный универсум деятельности. Но в таком случае в деятельность нужно погрузить и мышление, и аффекты, и волю, и С., а не фантазировать по поводу того, как деятельность, лишенная модуса психического, порождает психику и С. Выготский прекрасно понимал роль понятия предметной деятельности для психологии. Более того, он реинтерпретировал всю совокупность высших психических функций и рассматривал их как органы деятельности, и это функциональное по своей природе объяснение ввело в научный оборот новый значительный ресурс для истолкования целостности психологической реальности. Примечательно, однако, что Выготский, обсуждая проблему единицы анализа мышления и языка, в качестве таковой выдвинул не предметное действие, а значение, которое относится, скорее, к сфере С.

Т. о., С., понимаемое в широком смысле слова, по отношению к деятельности выполняет двоякую роль: оно выступает в качестве ее внутреннего компонента, средства контроля за ходом деятельности; оно же выступает и как внешнее по отношению к ней, как источник представлений о ее целях, смысле и оценке. Иначе и не м. б., т. к. С. — это сложнейшая реальность, имеющая как свои уровни, так и свои структурные компоненты, его образующие. Рассмотрим 3 слоя С.

Духовный слой С. складывается очень рано в пространстве между Я — Ты, Я — Другой (М. Бубер, М. М. Бахтин, С. Л. Рубинштейн), а на самых первых ступенях развития в пространстве совокупного Я (Д. Б. Эльконин

), которое начинает строиться с момента рождения. Многие исследователи фиксируют появление первой улыбки у младенца на 21-й день после рождения (В. В. Зеньковский, М. И. Лисина и др.). Тогда же появляется базисное чувство доверия/недоверия к себе, к миру (Э. Эриксон), являющееся основой возникновения других чувств. В т. ч., согласно смелой гипотезе Д. Винникота, — ощущение собственной магической силы (омниопотентности), иллюзии сотворения собственного мира. Винникот поясняет, что такой мир не является еще ни внутренней реальностью, ни внешним фактом. Но он есть! Его можно называть миром или пространством между, которое требует заполнения иным, отличным от самого индивида: иным Я, иной реальностью. Столь рано возникающий, пусть магически, духовный слой, развиваясь, становится колыбелью свободы, морального поведения, совести. Возникновение этого слоя неотрефлексировано, поэтому Мамардашвили неоднократно говорил: морально то, что беспричинно, бескорыстно, вызвано идеальной мотивацией, по отношению к которой теряет смысл вопрос «почему»? Мы говорим не «почему», а «по совести», как и мораль, причина самой себя. И в то же время она является причиной поступков, которые кажутся внешне немотивированными, они мотивированы идеально: иначе не мог. При нарушении сферы между, диалектики или диалогики в отношениях Я — Другой, по мнению Бубера, язык этой сферы сжимается до точки, человек утрачивает человеческое.

След. — бытийный слой. Его образующими являются биодинамическая ткань живого движения, предметного действия, чувственная ткань образа. Оба вида ткани, окрашенные аффективно, представляют собой строительный материал функциональных органов индивида, в т. ч. движения, действия, образа ситуации, образа действия и т. п. Движение вносит вклад в создание образа, последний регулирует осуществление движения. Строго говоря, биодинамическая и чувственная ткань — это одна ткань, подобная ленте Мёбиуса: биодинамическая ткань переходит в чувственную, а чувственная — в биодинамическую. Несколько упрощая, можно сказать, что движение не только реактивно, но и чувствительно к ситуации и собственному исполнению. Обе формы чувствительности во время осуществления движения чередуются. Их чередование обеспечивает фоновый уровень

рефлексии; ее назначение — контроль за правильностью движения, над которым витает смысл двигательной задачи (Н. Д. Гордеева). Это как бы онтологическая рефлексия, занятая лишь объектом и получаемым посредством обеих форм чувствительности знанием. Возможно, правильнее назвать этот слой С. «бытийно-эмпирическим». Его иллюстрирует ответ ребенка в проблемной ситуации: «Не надо думать, надо доставать».

Наконец, рефлексивный слой С. Его образующими являются значение и смысл. В этом слое, который можно назвать также «бытийно-гносеологическим», происходит игра значений и смыслов: осмысление значений и означение смыслов. Эти процессы редко бывают симметричными, между ними наблюдается зазор, дельта непонимания, недосказанность или сверхсказанность, побуждающие к продолжению этой игры, к развитию С. в целом.

Разумеется, выделение слоев С. и его образующих весьма условно с т. зр. его действительной работы. Каждый акт С., по словам Шпета, характеризует интенсивное разнообразие, значит, в такой акт м. б. вовлечены все слои и их образующие. Они находятся в постоянном взаимодействии, как по горизонтали, так и по вертикали. Взаимодействие и даже «взаимоузнавание» слоев далеко не просто. В бытийном слое С. дана первичная предметность, тогда как рефлексивный слой имеет дело с ее вторичными, превращенными (и извращенными), в т. ч. с идеологизированными формами. Вторичные могут затемнять и искажать первичные. Мамардашвили показал, что разработанный Марксом анализ (предметно-редуктивный анализ С.) есть способ обнаружения предметностей С. и его смыслов.

Трудности изучения обрисованной функциональной структуры С. обусловлены тем, что не все его образующие даны постороннему наблюдателю. В духовном слое Я и Другой даны лишь внешне, их внутренняя форма скрыта. В бытийном слое дана лишь биодинамическая ткань, чувственная — скрыта. В рефлексивном слое даны, да и то не прямо — значения, а смыслы скрыты. Но, как сказал Дж. Миллер, человек (добавим и его С.) создан не для удобства экспериментаторов. На основании приведенной схематической характеристики С. и его образующих можно заключить, что, действительно, существует «единый континуум бытия — С.» (Мамардашвили), что С. участно в бытии, что деятельность и С., подобно биодинамической ткани и чувственной ткани, можно рассматривать как 2 стороны ленты Мёбиуса, и взаимоотношения между ними асимметричны. Напряжения, возникающие между ними, — одна из движущих сил развития и саморазвития человека. (В. П. Зинченко.)


Большой психологический словарь. — М.: Прайм-ЕВРОЗНАК. Под ред. Б.Г. Мещерякова, акад. В.П. Зинченко. 2003.

Сознание это высший уровень психического отражения

Сознание – высший уровень психического отражения и саморегуляции.

Психика – системное свойство высокоорганизованной материи, заключающееся в активном отражении субъектом объективного мира и саморегуляции на этой основе своего поведения и деятельности.

Интеллект – системное свойство высокоорганизованной материи, заключающееся в активном отражении объективной реальности, выражающееся в способности человека к использованию знаний и опыта в различных (чаще в проблемных) ситуациях.

Речь.

Значение речи в жизни человека. Философы всегда интересовались развитием речи, связью речи и мышления. Философия представила первые научные изыскания относительно природы речи, эстафету приняли социология, психология, психолингвистика, семиотика, физиология речи и другие науки.

Важнейшим достижением человека является речь, истоки формирования которой лежат в трудовой коллективной деятельности человека. Речь подразумевает наличие языка, непосредственно включенного в человеческое общение. Речь является исторически сложившейся формой общения людей, которая характеризуется наличием языковых конструкций, построенных по определенным правилам. Правила построения языковых конструктов варьируются в зависимости от географического проживания народов. Кроме того, языковая система каждого народа обладает рядом особенностей, которые проявляются в фонетике, лексике, грамматике, стилистике и правилах общения, принятых в данной культуре.

Под речью понимается система кодов, структура которой включает слова, предложения, логические связки и правила построения предложений и словесных оборотов. Кроме того, речь есть форма общения людей, опосредованная языком. Каждое слово является продуктом многовековой деятельности человека по совершенствованию языка в целом. В каждом слове проявляется общественная природа языка. Слово, как символический знак, несет в себе не только информацию, но и отношение к этому предмету или явлению.

Слово предполагает символическое отражение внешнего мира, и значение данного слова привязывается контекстом предложения к определенному элементу окружающей среды. Личностный смысл, которым человек наделяет определенные слова, в отличие от значения слова, отражает субъективное восприятие данного понятия (слова) и построение соответствующего ему ассоциативного ряда. Таким образом, если значение слова имеет общечеловеческий смысл, то личностный смысл слова отражает субъективные эмоциональные переживания, связанные с понятием, которое обозначает слово.

Например, в понятии «дом» каждый человек рассматривает различные явления: строитель понимает это слово как жилое здание; россиянин, проживающий за границей, — Россию, моряк в открытом море – землю, обычный человек – определенную квартиру или частный дом, в котором он непосредственно проживает.

Речь выполняет три основные функции:

1) сигнификативную, т.е. функцию обозначения предметов и явлений едиными для всего человечества кодовыми знаками. Эта функция связана с сознанием, слово отражается в образах сознания, закрепляется в нем и формирует новые образы;

2) обобщения, под которой понимается включение словесных понятий в группы на основании какого-либо признака. Например, цветок, дерево, трава относятся к одной группе — растений. Эта функция связана с мыслительными процессами, поскольку речь является одной из форм существования мысли;

3) коммуникации, или передачи информации. Эта функция ориентирована на внешние контакты, речевое взаимодействие с другими людьми, обмен информацией.

В функции передачи информации можно выделить несколько аспектов:

1) информационный аспект подразумевает передачу знаний максимально понятным и доступным способом, подбор понятий и обозначений определенного явления или предмета действительности, учет значения и смысла слов;

2) выразительный аспект позволяет человеку не просто транслировать информацию, но и эмоционально окрасить ее, отразить отношение человека к обсуждаемому вопросу;

3) волеизлиятельный аспект ориентирован на трансляцию собственных волевых качеств в словесных конструктах. Например, индивид доказывает собственную значимость и силу воли посредством определенных речевых формулировок (например, «иди сюда» или «сделай это»).

Воображение

Понятие о воображении.

Воображение — это преобразование представлений и формирование на их основе образов, реализация которых приводит к созданию новых материальных и духовных ценностей; это создание образов существующих объектов, не встречавшихся в личном опыте человека.

Воображать — это преображать. Люди не только созерцают и познают, но и изменяют мир, преобразуя его. Для того чтобы преобразовывать действительность на практике, нужно уметь преобразовывать ее и мысленно. Этой потребности и удовлетворяет воображение.

Воображение неразрывно связано с нашей способностью изменять мир, действенно преобразовывать действительность и творить что-то новое.

В своих высших творческих формах воображение совершает отлет от действительности, чтобы глубже проникнуть в нее.

Воображение является в типологическом и индивидуально-дифференцирующем отношении чрезвычайно существенным проявлением личности.

Функции воображения.

Важнейшее назначение воображения как психического процесса заключается в том, что оно позволяет представлять результат труда до его начала, представлять не только конечный продукт труда, но и его промежуточные продукты. Не вообразив себе готовый результат труда, нельзя приниматься за работу. В представлении ожидаемого результата с помощью фантазии — коренное отличие человеческого труда от инстинктивной деятельности животных. Любой трудовой процесс с необходимостью включает в себя воображение.

Можно выделить следующие функции воображения:

1) активизация наглядно-образного мышления;

2) управление эмоционально-потребностными состояниями;

3) произвольная регуляция познавательных процессов;

4) создание и реализация внутреннего плана действиями;

5) программирование поведения;

6) управление физиологическими состояниями.

Виды воображения: активное, пассивное, продуктивное, репродуктивное.

Различается несколько видов воображения. Прежде всего, воображение характеризуется активностью, действенностью и пассивностью. Различие активности и пассивности является различием в степени намеренности и сознательности. В пассивном воображении смена образов происходит непроизвольно. В самых низших своих формах воображение проявляется в непроизвольной трансформации образов, которая совершается под воздействием мало осознаваемых потребностей, влечений независимо от какого-либо сознательного вмешательства субъекта. Образы воображения как бы самопроизвольно трансформируются, всплывая перед воображением, а не формируются им. Здесь еще нет собственно оперирования образами. В чистом виде такая форма воображения встречается лишь в предельных случаях на низших уровнях сознания, в дремотных состояниях, в сновидениях.

В активном воображении образы сознательно формируются и преобразуются в соответствии с целями, которые ставит себе сознательная творческая деятельность человека. Активное воображение может быть продуктивным, т.е. творческим, и репродуктивным, воссоздающим. Репродуктивное воображение имеет в своей основе создание системы образов, соответствующих описанию. Продуктивное воображение, в отличие от воссоздающего, предполагает самостоятельное создание новых образов, которые реализуются в оригинальных и ценных материальных продуктах.

Сновидения — один из видов пассивного воображения. Сновидения возникают непреднамеренно, при ослаблении деятельности сознания, второй сигнальной системы, при временном бездействии человека.

Галлюцинации — непреднамеренное пассивное воображение — возникают при патологических расстройствах сознания.

Грезы — преднамеренно вызванное пассивное воображение, образы фантазии, не связанные с волей, направленной на воплощение их в жизнь. Всем людям свойственно грезить о чем-то радостном, приятном, заманчивом, в грезах легко обнаруживается связь продуктов фантазии с потребностями. Но если в процессах воображения у человека преобладают грезы, то это свидетельствует о пассивности личности и является недостатком развития.

Воображение играет существенную роль в каждом творческом процессе. Воображение и творчество теснейшим образом связаны между собой. Связь между ними, однако, не такова, чтобы можно было исходить из воображения как самодовлеющей функции и выводить из нее творчество как продукт ее функционирования. Ведущей является обратная зависимость; воображение формируется в процессе творческой деятельности.

Приемы воображения.

Образы творческого воображения создаются посредством различных приемов.

1.Агглютинация — наиболее элементарная форма синтезирования образов — предполагает соединение различных, в повседневной жизни не соединяемых свойств, качеств, черт. Путем агглютинации строятся многие сказочные образы, например русалка, сфинкс, избушка на курьих ножках, кентавр. Она используется и в техническом творчестве. С.Л. Рубинштейн считает агглютинацию частным случаем преобразования посредством комбинирования или новых сочетаний данных в опыте элементов. Агглютинация широко используется в искусстве.

2.Акцентирование — своеобразный способ создания образа воображения, при котором какое-то качество объекта или отношения его с другим выдвигается на передний план, усиленно подчеркивается. В результате создается специфический образ. Этот прием лежит в основе создания карикатур и дружеских шаржей. Акцентирование, чтобы быть значимым, должно выделять характерное, существенное, должно в наглядном образе, в частном и конкретном выявлять общезначимое.

Разновидностью акцентирования являются преувеличение и преуменьшение (гипербола и литота). Этим приемом широко пользуются в фантастическом изображении действительности. Эти преувеличения и преуменьшения, сдвиги размеров и величин в фантастическом изображении действительности всегда мотивированы какой-то смысловой тенденцией. Внешность великана, грандиозные размеры, физическая сила, величественность внешнего облика могут служить для того, чтобы сделать наглядной, очевидной внутреннюю силу и значительность изображаемого т.о. героя. С другой стороны, сильно преуменьшенные по сравнению с действительностью, фантастически малые внешние размеры могут силой контраста особо подчеркнуть большие внутренние достоинства подобного персонажа.

3.Схематизация — представления, из которых конструируется образ фантазии, сливаются, различия сглаживаются, а черты сходства выступают на передний план. Примером схематизации будет создание художником орнамента из элементов, взятых из растительного мира.

4.Типизация — весьма распространенный прием создания литературного, скульптурного и живописного образа. Для этого приема характерно выделение существенного, повторяющегося в однородных в каком-либо отношении фактах и воплощении их в конкретных образах. Это наиболее сложный путь формирования образа.

5.Гиперболизация — форма преобразования представления, близкая к агглютинации. Характеризуется не только увеличением или уменьшением предмета, но и изменением количества частей предмета или их смещением.

Эмоции и чувства

Понятие эмоций. Благодаря ощущениям, восприятию, мышлению и представлениям человек отражает качества и свойства многообразных предметов и явлений, всевозможные связи и отношения между ними, а отношение к содержанию познания проявляется в эмоциях и чувствах.

Эмоции (от лат. emovere – волновать, колебать) – это особая форма психического отражения, но не самих феноменов, а их объективных отношений к нуждам организма. Эмоции свойственны не только человеку, но и животным и проявляются как в субъективных переживаниях, так и в физиологических реакциях (потоотделение, сужение и расширение зрачков, покраснение или побледнение кожи и т. п.).

В процессе эволюции эмоции возникли как средство, позволяющее живым существам определять биологическую значимость состояний организма и внешних воздействий. Человек унаследовал эмоции от своих животных предков. Страх, ярость, боль – это простейшие эмоции, связанные с удовлетворением физиологических потребностей. Самые ранние по происхождению, простейшие и наиболее распространенные среди живых существ формы эмоций – удовольствие, получаемое от удовлетворения органических потребностей, и неудовольствие. Источником эмоций являются объективно существующие в окружающем мире предметы и явления или изменения, происходящие в организме человека. Эмоции могут вызываться как реальными, так и воображаемыми ситуациями и передаваться другим живым существам.

Эмоции особенно четко проявляются в трудных, напряженных условиях: в ситуациях опасности, угрозы, утомления, голода, холода, жажды, потери моральных ценностей, в процессе выяснения отношений, в ситуациях риска, при изменении привычного образа жизни и т. п. В структуре личности человека эмоции связаны с темпераментом.

Чувства – это особая форма психического отражения, свойственная только человеку, когда отражением являются объективные отношения феноменов к нуждам личности. Можно сказать, что чувства – это социальные переживания. В психологическую структуру чувств входят эмоции и понятия.

Предметом интеллектуальных (познавательных) чувств является как сам процесс приобретения знаний, так и его результат. К таким чувствам относятся любознательность, любопытство, сомнение, удивление, недоумение, уверенность, чувство нового, чувство юмора, ирония и т. п.

Моральные (этические, нравственные) чувства определяют отношение человека к себе, к людям, государству, обществу. Это патриотизм, интернационализм, чувства долга, чести, товарищества, сострадания, симпатии и антипатии, любви и ненависти, справедливости, ревность, сопричастность, чувство стыда и совести, привязанность, отчужденность, уважение, презрение, солидарность и т. п.

Категория сознания в психологии

Эмпирически сознание выступает как непрерывно меняющаяся совокупность чувственных и умственных образов. «Поток сознания» пронизывает внутренний мир субъекта и предвосхищает его поведение и деятельность. «Поле сознания» неоднородно – в нем отчетливо выделяется центральная область или «фокус сознания» и «периферия сознания», содержания которой неотчетливые, смутные, нерасчлененные.

Содержания сознания в обеих областях находятся в непрерывном движении.

В сознании наиболее четко выделяются, прежде всего, такие моменты, как осознание вещей, а также переживание. Способ, каким существует сознание – это знание. Знания образуют ядро сознания.

Развитие сознания предполагает обогащение его новымизнаниями об окружающем мире и о самом человеке.

Сознание – это высшая, свойственная только человеку и связанная с речью функция мозга, заключающаяся в обобщенном, оценочном и целенаправленном отражении и конструктивно-творческом преобразовании действительности, в предварительном мыслительном построении действий и предвидении их результатов, в разумном регулировании и самоконтроле поведения человека.

Сознание принадлежит субъекту, человеку, а не окружающему миру.

Но содержанием сознания, содержанием мыслей человека является этот мир, те или иные его стороны, связи, законы. Поэтому сознание можно охарактеризовать как субъективный образ объективного мира.

Структура сознания.

А. Н. Леонтьев выделил 3 основных образующих сознания: чувственную ткань образа, значение и смысл. Уже Н. А. Бернштейн ввел понятие живого движения и его биодинамической ткани. Таким образом, при добавлении этого компонента мы получаем двухслойную структуру сознания. Бытийный слой образует биодинамическая ткань живого движения и действия и чувственная ткань образа.

Рефлексивный слой образует значение и смысл. Все компоненты предлагаемой структуры являются объектами научного исследования (см. рис. 1).

Рис 1. Структура сознания

Значение – содержание общественного сознания, усваиваемое человеком. Значение может рассматриваться как форма сознания, т.е. осознания своего человеческого бытия.

Виды значения: операционные значения, предметные, вербальные значения. Это не только классификация, но и последовательность их возникновения в онтогенезе.

Операциональные значения связаны с биодинамической тканью, предметные – с чувственной, вербальные – преимущественно со смыслом.

Наиболее детально изучено формирование житейских и научных понятий (значений).

Смысл – субъективное понимание и отношение к ситуации, информации. Так, непонимание связано с трудностями осмысления значений. Заслуживают детального изучения процессы взаимной трансформации значений и смыслов.

Это своеобразный «диалог», происходящий внутри сознания. Можно предположить, что именно в месте встречи процессов означения смыслов и осмысления значений рождается и развивается сознание.

Биодинамическая ткань– это наблюдаемая и регистрируемая внешняя форма живого движения.

Термин «ткань, означает, что это материал, из которого строятся целесообразные, произвольные движения и действия. По мере их построения, формирования все более сложной становится внутренняя форма, внутренняя картина таких движений и действий. Она заполняется когнитивными, эмоционально оценочными, смысловыми образованиями.

«Неподвижное существо не могло бы построить геометрию» – писал А. Пуанкаре. А.А. Ухтомский утверждал наличие осязательной геометрии. Подлинная целесообразность и произвольность движений и действий возможна тогда, когда слово входит в качестве составляющей во внутреннюю форму или картину живого движения (пример со спортсменом, мысленно обдумывающим свои движения перед выступлением).

Чувственная тканьподобно биодинамической представляет собой «строительный материал» образа.

Существование чувственной ткани можно доказать экспериментально: при стабилизации изображения относительно сетчатки, наблюдатель может поочередно видеть разные картинки – изображение представляется ему то плоским, то объемным, то движущимся. Чувственная ткань зрительной кратковременной памяти локализуется в блоке иконической памяти.

Биодинамическая ткань и значение доступны постороннему наблюдателю и некоторым формам регистрации и анализа.

Чувственная ткань и смысл лишь частично доступны для самонаблюдения. Посторонний наблюдатель может делать о них заключения на основе косвенных данных, таких, как поведение, продукты деятельности, поступки, отчеты о самонаблюдении.

На бытийном слое сознания решаются очень сложные задачи, так как для эффективного в определенной ситуации поведения необходима актуализация нужного образа и двигательной программы, то есть образ действия должен вписываться в образ мира.

На рефлексивном уровне сознания происходит соотношение мира идей, понятий, житейских и научных знаний со значением, и мира человеческих ценностей, переживаний, знаний со смыслом.

Свойства сознания.

Сознание индивида характеризуется активностью. Известна ре​активность организмов, т.е. такие их действия, которые обуслов​лены предшествующей ситуацией. Активность же обусловлена прежде всего спецификой внутреннего состояния субъекта в мо​мент действия, а также наличием цели и устойчивой деятельнос​тью по ее достижению.

Существенной характеристикой человеческого сознания явля​ется способность к рефлексии, самонаблюдению. Отсюда следующее свойство сознания – рефлексивность.

Рефлексия (лат. reflexio — обращение назад) — процесс самопознания субъектом внут​ренних психических актов и состояний, осознание самого созна​ния.

Сознанию присуща интенциональность (лат. intentio – стрем​ление), т.е. направленность на какой-либо предмет. Сознание – это всегда сознание чего-либо.

Сознание имеет мотивационно-ценностный характер. Оно всегда мотивированно, преследует какие-то жизненные ценности, что внут​ренне обусловлено потребностями организма или личности.

Сознание и самосознание.

Практика сознания, собственно психологический анализ со​знания есть преодоление сознанием полной поглощенности теку​щими делами, текущим процессом жизни, занятие позиции над ней.

Иначе говоря, практика сознания преобразует бытийное со​знание в рефлексию или в рефлексивное сознание.

Сознание выступает как разрыв, как выход из полной поглощенности непосредственным процессом жизни для выра​ботки существующего отношения к ней, занятия позиции над ней, вне ее, для суждения о ней. С этого момента каждый поступок че​ловека приобретает характер философского суждения о жизни, связанного с ним общего отношения к жизни. С этого момента, собственно, и встает проблема ответственности человека в мораль​ном плане, ответственности за все содеянное и все упущенное.

Необходимым и первым этапом в становлении рефлексивного сознания является самосознание, или сознание «самости».

Само​сознание как осознание себя, как сознание своей «самости» в зависимости от целей и задач, стоящих перед человеком, может принимать различные формы и проявляться как самопознание, самооценка и самоконтроль.

Самопознание — это нацеленность человека на познание своих физических (телесных), душевных, духовных возможностей и качеств, своего места среди других людей. Как осуществляется само​познание? Выделяют три его аспекта.

Во-первых, это анализ результатов собственной деятельности, поведения и общения. Во-вторых, это осознание отношения к себе других людей.

И, в-третьих, самопознание происходит в самонаблюдении своих состояний, переживаний, мыслей, в анализе мотивов поступков.

Самопознание выступает как основа самооценки. Самооценка бывает адекватной (реальной, объективной) или неадекватной, которая, в свою очередь, может быть заниженной или завышенной. Самосознание связано и с уровнем притязаний человека.

Уп = Достигнутое /Желаемое

Самопознание есть основа развития постоянного самоконтроля и саморегуляции человека.

Самоконтроль проявляется в осознании и оценке субъектом собственных действий, психических состоя​ний, в их регуляции.

Сознание как высший уровень психического отражения. Структура сознания.

Сознание — высший уровень психического отражения и саморегуляции, присущий только человеку как общественно-историческому существу.

Сознание, как оно открывается субъекту, представляет собой картину мира, в которую включен и окружающий человека мир, и он сам, и его переживания.

Атрибуты сознания:

  • различение субъекта и объекта;
  • ориентация во времени и пространстве;
  • активность: сам субъект обусловливает содержание сознания;
  • произвольность: сознание вплетено в целенаправленную деятельность субъекта;
  • интенциональность – направленность на предмет: сознание – это всегда сознание чего-либо;
  • способность к рефлексии: сознание включает в себя и осознание самого субъекта.

Рефлексия — процесс самопознания субъектом внутренних психических актов и состояний.

«Сознание есть отражение объекта, знания о нем и форма жизни субъекта.. Сознание обусловливает поведение, деятельность людей; деятельность же людей изменяет природу и перестраивает общество.

И сознание, и деятельность — это связь человека с миром. То, что в процессе осознания переходит из мира в человека, приобретая в нем идеальную форму существования, преломляясь через субъекта, в качестве его помыслов и замыслов, через действие переходит в мир, преобразуя его, и воплощаясь в нем, приобретает материальную форму существования» (С.Л.Рубинштейн).

Сознание характеризуется активным отношением человека к действительности, к самому себе, к своим поступкам и действиям, деятельности, направленной на достижение поставленных целей. Сознание является способностью человека понимать окружающий мир, процессы, происходящие в нем, свои мысли и действия, и свое отношение к миру и себе самому.

Сознание не есть ёмкость для психических процессов, не есть плоскость, на которой развёртываются психические содержания, не есть сумма психических процессов, т.е. оно не аддитивно. Сознание есть внутренняя деятельность субъекта. «Деятельность человека и составляет субстанцию его сознания» (А.Н. Леонтьев).

Факторы возникновения сознания в филогенетическом аспекте:

1) деятельность — сделала сознание необходимым, т.к. деятельность должна направляться целью. Цель представляет образ будущего результата, и образ цели постоянно должен быть представлен в сознании;

2) речь — сделала сознание возможным.

Именно в речи в виде понятий накапливается информация об общих и существенных признаках предметов. В понятиях закреплен опыт человеческого развития. Сознание имеет социокультурную природу и формируется под влиянием совместной производственной практической деятельности с непременным ее атрибутом — общением (по А.Н. Леонтьеву).

Эти же факторы определяют возникновение и развитие сознания в онтогенезе.

А.Н. Леонтьев выделил уровни развития сознания: развитое и примитивное сознание. Примитивное сознание, в отличие от развитого, характеризуется:

  • суженным полем;
  • невозможностью абстракции, зависимостью от конкретной ситуации и от конкретного действия субъекта;
  • зависимостью от коллективного мнения.

Структура сознания по А.Н.Леонтьеву:

  • чувственная ткань сознания — чувственные переживания различной модальности, интенсивности, степени ясности.

Обычно чувственная ткань сознания не открывается субъекту как таковая, а переживается как чувство реальности. Чувственная ткань сознания связана с объектом, который мы отражаем. В обычном состоянии у субъекта слито воедино отражение объекта и сам объект, именно поэтому возникает ощущение реальности происходящего вокруг нас.

Отделение чувственной ткани сознания от предметного содержания отражаемых объектов происходит только в случае нарушений условий восприятия. Психический образ представлен двояко: чувственная ткань и предметное содержание.

Благодаря сознанию человек освобождается от зависимости от чувственных впечатлений. Функция чувственной ткани: обеспечение слитности образа и предмета, который вызвал этот образ;

  • система значений.

Носителями значений являются: предметы материальной культуры, нормы и образцы поведения (ритуалы, традиции), знаковые системы (прежде всего язык). В значении зафиксированы общевыработанные способы взаимодействия субъекта с предметной средой.

Посредством системы значений сознанию субъекта открывается образ мира, других людей и самого субъекта. Выпадение анализаторных систем не разрушает сознание, выпадение же системы значений деформирует сознание человека;

  • личностный смысл – индивидуализированное отражение отношения личности к тем объектам, ради которых развертывается ее деятельность, осознаваемое «значение для меня» усваиваемых субъектом безличных знаний о мире, включающих понятия, умения, действия и поступки, совершаемые людьми, социальные нормы, роли, ценности и идеалы.

Личностный смысл – это индивидуальное значение общепринятого значения.

Структура сознания по С.Л. Рубинштейну:

  • знание. Момент знания в сознании заключается в каждом психическом явлении, т.к. каждый психический процесс является отражением объективной реальности, познанием в подлинном смысле слова, все более глубоким активным познавательным проникновением в действительность оно становится лишь у человека по мере того, как он в своей общественной практике начинает изменять и, изменяя, все глубже познавать действительность;
  • переживание. Первично, дано субъекту прежде всего как психический факт, как кусок собственной жизни индивида, специфическое проявление его индивидуальной жизни.

Переживанием является психическое образование, т.к. оно определяется контекстом жизни индивида. В сознании переживающего индивида этот контекст выступает как связь его активности и мотивов. Они определяют смысл пережитого как чего-то со мной происшедшего. «В переживании на передний план выступает не предметное содержание того, что в нём отражается, а его значение в ходе моей жизни — то, что я это знал, что мне уяснилось, что этим разрешились задачи, которые были передо мной…» (С.Л. Рубинштейн). Переживание – это психическое образование, выступающее как событие внутренней жизни данного субъекта.

Знание и переживание взаимосвязаны: переживание является переживанием чего-то, а значит, знанием о чём-то; всякое переживание включает в себя как нечто подчиненное и аспект знания; вместе с тем, знание может стать глубочайшим личностным переживанием.

Объективной реальности, а также высший уровень

Саморегуляции, присущий только человеку как

Социальному существу.

Специфика человеческого сознания

• Активность ( дифференциация по значимости)

• Интенциональность (направленность)

• Способность к рефлексии (самонаблюдение)

• Мотивационно-ценностный характер

• Отражение мира в форме познания его существенных связей и отношений

• Прогнозирующий характер человеческого сознания

• Наличие самосознания

Я-концепция (самосознание) — совокупность представлений человека о себе на основе рефлексии

Критичностьоснова формирования самосознания и его адекватности основной механизм контроля за своим поведением и самоконтроля

Способность критически оценивать происходящее,

Сопоставлять полученную информацию со своими

Поступками и идеалами, и, исходя из этого

сопоставления, формировать свое поведение,

определять цели и программу действий,

Предпринимать шаги к достижению поставленной

Цели

2.Индивидуальность — устойчивое своеобразие принадлежа­щих данной личности психических процессов, состояний и свойств как в специфических особенностях их содержания, так и в спосо­бах и формах проявления.

В реальной действительности психичес­кие процессы и состояния никогда не являются изолированными функциями мозга; они всегда принадлежат тому или другому кон­кретному человеку, обусловлены особенностями его личности и выполняемой им деятельности. То же самое относится и к свойствам личности — они всегда индивидуальны. Нельзя найти даже две личности, которые были бы тождественны, т. е, полностью повторя­ли бы друг друга.

3.Саморегулирование — способность сознательно управлять своим поведением, своими психическими процессами и состояния­ми в связи с требованиями социальной среды или условиями вы­полняемой деятельности. Человек не механически приспосаблива­ется к окружающей его среде в ответ на исходящие от нее раздра­жения.

Он сам является сознательным членом этой среды, избира­тельно воспринимает ее воздействия, перерабатывает и оценивает их.

Понятие о сознании | Psylist.net

Сознание – это высший уровень психического отражения объективной реальности, а также высший уровень саморегуляции, присущий только человеку как социальному существу.

С практической точки зрения сознание выступает как непрерывно меняющаяся совокупность чувственных и умственных образов, непосредственно предстающих перед субъектом в его внутреннем мире. Можно предположить, что похожая или близкая к ней психическая деятельность по формированию психических образов происходит и у более развитых животных, таких как собаки, лошади, дельфины, обезьяны и др. Чем же психическое отражение объективного мира человеком отличается от аналогичных процессов у животных? Человека отличает от животных прежде всего не наличие процесса формирования психических образов на основе предметного восприятия объектов окружающей действительности, а специфические механизмы его протекания. Именно механизмы формирования психических образов и особенности оперирования ими обусловливают наличие у человека такого феномена, каким является сознание.

Чем характеризуется сознание? Во-первых, сознание всегда активно и, во-вторых, интенционально. Активность сама по себе является свойством всех живых существ. Активность сознания проявляется в том, что психическое отражение объективного мира человеком носит не пассивный характер, в результате которого все отражаемые психикой предметы имеют одинаковую значимость, а, наоборот, происходит дифференциация по степени значимости для субъекта психических образов. Вследствие этого сознание человека всегда направлено па какой-то объект, предмет или образ, т. е. оно обладает свойством интенции (направленности).

Наличие данных свойств обусловливает наличие ряда других характеристик сознания, позволяющих рассматривать его в качестве высшего уровня саморегуляции. К группе данных свойств сознания следует отнести способность к самонаблюдению (рефлексии), а также мотивационно-ценностный характер сознания.

Способность к рефлексии определяет возможность человека наблюдать за самим собой, за своим ощущением, за своим состоянием. Причем наблюдать критически, т. е. человек в состоянии оценить себя и свое состояние, поместив полученную информацию в определенную систему координат. Такой системой координат для человека являются его ценности и идеалы.

Следует подчеркнуть, что данные свойства сознания определяют возможность формирования в процессе онтогенеза человека индивидуальной «Я-концепции», которая является совокупностью представлений человека о самом себе и об окружающей действительности. Всю информацию об окружающем мире человек оценивает на основе системы представлений о себе и формирует поведение исходя из системы своих ценностей, идеалов и мотивационных установок. Поэтому не случайно «Я-конценцию» очень часто называют самосознанием.

Самосознание человека как система его взглядов строго индивидуально. Люди по-разному оценивают происходящие события и свои поступки, по-разному оценивают одни и те же объекты реального мира. Причем оценки одних людей достаточно объективны, т.е. соответствуют реальности, а оценки других, наоборот, крайне субъективны. От чего зависит адекватность нашего сознания? Если мы постараемся найти ответ на этот вопрос, то будем вынуждены назвать множество причин, обусловливающих адекватность воспринимаемого человеком образа реального мира и его самооценок. Однако первопричиной большинства факторов, определяющих возможность построения адекватной «Я-концепции», является степень критичности человека.

В упрощенном виде критичность — это способность осознавать различие между «хорошо» и «плохо». Именно способность критически оценивать происходящее и сопоставлять полученную информацию со своими установками и идеалами, а также исходя из этого сопоставления формировать свое поведение, т. е. определять цели и программу действий, предпринимать шаги к достижению поставленной цели, отличает человека от животного. Таким образом, критичность выступает в качестве основного механизма контроля за своим поведением.

Необходимо отметить, что не вся получаемая информация об окружающей действительности и собственном состоянии осознается человеком. Значительная часть информации оказывается вне нашего сознания. Это происходит вследствие ее низкой значимости для человека или «автоматического» реагирования организма в ответ на привычный раздражитель. Проблема соотношения бессознательного и сознательного в поведении человека чрезвычайно сложна.

Вконтакте

Facebook

Twitter

Одноклассники

Похожие материалы в разделе Общая психология:

Общая психология — Сознание как высшая форма развития психики.

Сознание как высшая форма развития психики.

Проблема сознания – одна из глобальных проблем современности, это философско-психологическая проблема бытия. Сознание реализуется в бытии, это определенный атрибут социальной системы. Сознание – это высший уровень психического отражения объективной реальности, а также высший уровень саморегуляции, присущий только человеку как социальному существу. Сознание представляет собой совокупность знаний об окружающем нас мире. В его структуру включены важнейшие познавательные процессы, с помощью которых человек постоянно обогащает свое знание (ощущение, восприятие, память, воображение, мышление).
Функции сознания : мысленное построение действий; предвидение последствий своих действий; контроль и управление поведением личности; способность отдавать себе отчет в том, что происходит как в окружающем, так и в собственном духовном мире.
Характеристики Сознания : активность сознания проявляется в дифференциации психических образов по степени их значимости для субъектов;

— интенциональность – направленность на предмет или объект;

-способность к рефлексии – готовность сознания к познанию других психических явлений и самого себя;

-способность к коммуникации – передача осознанной человеком информации другим лицам с помощью языка и других знаковых систем;

-мысленное представление и воображение действительности; наличие интеллектуальных схем – благодаря этой характеристики Сознания возможно абстрагирование. Одним из уровней сознания является Самосознание. На этом уровне осуществляется осознание, оценка человеком своих знаний, чувств, потребностей, мотивов поведения и деятельности.
Одним из основных принципов психологии является принцип единства сознания и деятельности (Рубинштейн). Согласно этому принципу сознание не просто проявляется и формируется в деятельности как отдельная реальность – оно встроено в деятельность и неразрывно с ней. Человек движимый каким-нибудь влечением, будет действовать иначе, когда он осознает влечение, на которое направлена деятельность, чем действовал, пока он этого не осознавал. Факт осознания своей деятельности изменяет условия ее протекания и характер деятельности перестает быть простой совокупностью ответных реакций на внешние раздражители среды, она начинает по другому регулироваться.
Феномен Сознания точными науками описан быть не может!
Аспект размежевания уровней Сознания:

Выготский :2 слоя Сознания :

1) сознание для сознания;

2)сознание для бытия

Леонтьев : 3 составляющих слоя сознания :

1) чувственная ткань образа;

2) значение;

3) личностный смысл.

Сознание на уровне личностного смысла всегда пристрастное, небезразличное, индивидуализированное. Понять человека – это значит войти в структуру его личностных смыслов!

Open Library — открытая библиотека учебной информации

Биология Сознание – это высший уровень психического отражения объективной реальности, а также высший уровень саморегуляции, присущий только человеку как социальному существу.

просмотров — 680

Сознание всœегда активно и интенционально. Активность сознания проявляется в том, что психическое отражение объективного мира человеком носит не пассивный характер, в результате которого всœе отражаемые психикой предметы имеют одинаковую значимость, а, наоборот, происходит дифференциация по степени значимости для субъекта психических образов. Вследствие этого сознание человека всœегда направлено на какой-то объект, предмет или образ, ᴛ.ᴇ. оно обладает свойством интенции (направленности).

Наличие указанных выше свойств обусловливает наличие ряда других характеристик сознания, позволяющих рассматривать его в качестве высшего уровня саморегуляции: способность к самонаблюдению (рефлексии), а также мотивационно-ценностный характер сознания.

Способность к рефлексии определяет возможность человека наблюдать за самим собой, причем наблюдать критически, ᴛ.ᴇ. человек в состоянии оценить себя и свое состояние, поместив полученную информацию в определœенную систему координат. Такой системой координат являются его ценности и идеалы.

Данные свойства сознания определяют возможность формирования в процессе онтогенеза человека индивидуальной «Я-концепции», которая является совокупностью представлений человека о самом себе и об окружающей действительности. Всю информацию об окружающем мире человек оценивает на основе системы представлений о себе и формирует поведение исходя из системы своих ценностей, идеалов и мотивационных установок. По этой причине очень часто «Я-концепцию» называют самосознанием.

Главным фактором, определяющим возможность построения адекватной «Я-концепции», является степень критичности человека.

В упрощенном виде критичность — ϶ᴛᴏ способность осознавать различие между «хорошо» и «плохо». Именно способность критически оценивать происходящее и сопоставлять полученную информацию со своими установками и идеалами, а также исходя из этого сопоставления формировать свое поведение, ᴛ.ᴇ. определять цели и программу действий, предпринимать шаги к достижению поставленной цели, отличают человека от животного. Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, критичность выступает в качестве основного механизма контроля за своим поведением.

Что же обусловило возникновение и развитие сознания? Для того чтобы ответить на вопрос о происхождении сознания, крайне важно остановиться на принципиальных отличиях человека от других представителœей животного мира.

Одно из главных отличий человека от животного заключается в его отношениях с природой. В случае если животное является элементом живой природы и строит свои отношения с ней с позиции приспособления к условиям окружающего мира, то человек не просто приспосабливается к природной среде, а стремится в определœенной степени подчинить ее себе, создавая для этого орудия труда. С созданием орудий труда изменяется образ жизни человека. Способность создавать орудия труда для преобразования окружающей природы свидетельствует о способности сознательно трудиться. Труд — ϶ᴛᴏ специфический, присущий только человеку вид деятельности, заключающейся в осуществлении воздействий на природу с целью обеспечения условий своего существования.

Основная особенность труда состоит по сути в том, что трудовая деятельность, как правило, осуществляется только совместно с другими людьми. Это справедливо даже для простейших трудовых операций или деятельности, имеющей индивидуальный характер, поскольку в процессе их выполнения человек вступает в определœенные отношения с окружающими его людьми. Следовательно, труд способствовал образованию определœенных человеческих сообществ, которые принципиально отличались от сообществ животных. Эти отличия заключались в том, что, во-первых, объединœение первобытных людей было вызвано стремлением не просто выжить, что характерно в определœенной мере и для стадных животных, а выжить путем преобразования природных условий существования, ᴛ.ᴇ. с помощью коллективного труда.

Во-вторых, важнейшим условием существования человеческих сообществ и успешного выполнения трудовых операций является уровень развития коммуникации между членами сообщества. Чем выше уровень развития коммуникации между членами сообщества, тем выше не только организация, но и уровень развития психики человека. Так, высший уровень человеческой коммуникации – речь – обусловила принципиально иной уровень регуляции психических состояний и поведения – регуляции с помощью слов. Человеку, способному общаться с помощью слов, для формирования своего поведения или представления о реальном мире нет крайне важности вступать в физический контакт с окружающими его объектами. Для этого ему достаточно иметь информацию, которую он приобретает в процессе общения с другими людьми.

Следует отметить, что именно особенности человеческих сообществ, заключающиеся в крайне важности коллективного труда, обусловили возникновение и развитие речи. В свою очередь, речь предопределила возможность существования сознания, поскольку мысль человека всœегда имеет вербальную форму. К примеру, человек, по определœенному стечению обстоятельств попавший в детские годы к животным и выросший среди них, не умеет говорить, а уровень его мышления хотя и выше, чем у животных, совершенно не соответствует уровню мышления современного человека.

В-третьих, для нормального существования и развития человеческих сообществ законы животного мира, основанные на принципах естественного отбора, непригодны. Коллективный характер труда, развитие коммуникации не только повлекли за собой развитие мышления, но также обусловили формирование специфических законов существования и развития человеческого сообщества. Эти законы известны нам как принципы нравственности и морали.

Τᴀᴋᴎᴍ ᴏϬᴩᴀᴈᴏᴍ, существует определœенная последовательность явлений, обусловивших возможность появления сознания у человека: труд привел к изменению принципов построения взаимоотношений между людьми. Это изменение выразилось в переходе от естественного отбора к принципам организации социального общежития, а также способствовало развитию речи как средства коммуникации. Появление человеческих сообществ с их моральными нормами, отражающими законы социального общежития, явилось основанием для проявления критичности мышления человека. Так появились понятия «хорошо» и «плохо», содержание которых определялось уровнем развития человеческих сообществ. Постепенно, с развитием общества, эти понятия усложнялись, что в определœенной мере способствовало эволюции мышления. В то же время происходило развитие речи. У нее появлялись всœе новые и новые функции. Она способствовала осознанию человеком своего «Я», выделœению себя из окружающей среды. В результате речь приобрела свойства, позволяющие рассматривать ее как средство регуляции поведения человека. Все эти явления и закономерности определили возможность проявления и развития сознания у человека.

Психика человека как предмет системного исследования Понятие о психике человека. Сознание – это высший уровень психического отражения и саморегуляции

Психика человека как предмет системного исследования
Понятие о психике человека. Сознание – это высший уровень психического отражения и саморегуляции.

В отечественной психологической науке психика — это свойство высокоорганизованной живой материи, заключающееся в активном отражении объективного мира, в построении картины этого мира и регуляции на этой основе поведения и деятельности.

Из данного определения следует:

Во-первых, психика — это свойство только живой материи. Причем не просто живой материи, а высокоорганизованной живой материи (мозга). Следовательно, не всякая живая материя обладает этим свойством.

Во-вторых, главная особенность психики заключается в способности отражать объективный мир, т.е. обладает способностью получения информации об окружающем ее мире.
В-третьих, психика способна регулировать поведение, т.е способна реагировать на изменения окружающей среды.

Основные функции психики:


  1. отражение окружающей действительности

  2. обеспечение целостности организма === обеспечивает адаптацию живого организма

3. регуляция поведения

Одна из наиболее известных теорий развития психики, является теория А.Н.Леонтьева. Он доказал, что психическое отражение возникло в результате длительной эволюции природы в изменяющемся мире.

На определенном этапе развития появилась живая материя (растения, простейшие организмы). Чтобы выжить, эти организмы приспособились к внешней среде благодаря способности к раздражимости. Так, например простейшая форма живой материи как амеба, может реагировать на изменения окружающей действительности путем приближения к одним и удаления к другим раздражителям. Такое движение амебы являются начальной формой приспособления простейших организмов к внешней среде. Оно возможно благодаря раздражимости. Как правило, живые организмы данного уровня реагирую на механические воздействия, несущие угрозу организму.

Дальнейшее усложнение условий существования (например, выход на сушу) привело к способности реагировать на более сложный комплекс факторов внешней среды (т.е. может реагировать на форму, цвет, запах). Такая способность была названа чувствительностью. Эта способность появилась только у тех организмов, у кого есть нервная система. Чувствительность – это элементарная форма психики. Поэтому А.Н.Леонтьев назвал ее критерием психического.

А.Н.Леонтьев выделяет в эволюционном развитии психики 3 стадии:


  1. стадия элементарной сенсорной психики – это отражение лишь отдельных свойств внешней среды. Животные обладающие чувствительностью находятся на первой стадии развития психики.

  2. стадия перцептивной психики.

  3. стадия интеллекта.

Таким образом, психика появилась как результат противоречий между усложняющими условиями жизни и необходимостью выживания.

Особенности психики животных отражается в поведении. Чем выше уровень развития психики, тем более сложное поведение он демонстрирует. К основным видам поведения животных относят:


  • Инстинкты – сложные акты поведения, направленные на удовлетворение биологических потребностей и основаны на безусловных рефлексах. Инстинктивное поведение проявляется на всех ступенях эволюционной лестницы – от насекомых до животных.

  • навыки – приобретенные и закрепленные в упражнениях способы поведения.

  • Интеллектуальное поведение – изобретение новых способов решения задачи, использование внешних предметов как орудий, явление инсайта.

Дальнейшее изменение среды обитания явилось толчком для изменения приспособления. Теперь выживали не самые сильные, быстрые, а группы совместной деятельности. Общественный труд породил серьезные изменения в психике человека:

  • рука стала органом познания, внимание стало произвольным, появилось планирование и т.д.

  • совместная деятельность привела к способности подражать, способности невербальному общению, передаче опыта,

  • развитию речи, мышления.

Результатом всех этих изменений явилось развитие сознания и деятельности (т.е. мотивированное, целенаправленное поведение). Сознание – это высший уровень психического отражения и регуляции, присущий только человеку.

Таким образом, психика в своем развитии проходит следующие стадии:


  1. сенсорная психика

  2. перцептивная психика

  3. интеллекта

  4. сознание – это высший этап в развитии психики.

Рассматривая проблему происхождения сознания невозможно не остановиться на культурно-историческая концепция развития психики человека Л.С.Выготского.


Культурно-историческая концепция развития психики человека.

Сначала несколько слов о Л.С.Выготского (1896-1934). К сожалению, он прожил очень мало, но отставил огромное научное наследие. По образованию Выготский не был психологом, он получил смешанное образование – юридическое и филолого-историческое. В психологию он пришел относительно поздно – в 28 лет. Он работал в области педагогической, возрастной, общей психологии, психологии искусства, в области дефектологии.

Данная концепция появилась на фоне споров о том, с каких позиций подходить к изучению человека. Среди разнообразных подходов доминировали два: биологический и идеальный (религиозный).

С позиции идеального похода человек имеет божественное происхождение, с биологической точки зрения, человек – существо биологическое, его развитие жестко подчинено генетическим законам.

Выготский решил эту проблему по-другому. Он доказал, что психика человека в корне отличается от психики животного.

Он показал, что человек обладает особым видом психических функций, которые полностью отсутствуют у животных, они формируются в ходе социального взаимодействия.

Основные положения данной концепции:



  1. На протяжении всего существования животного мира среда действовала на животное и видоизменяла его, животные приспосабливались к ней. С появлением человека начался противоположный процесс – человек стал действовать на природу и видоизменять ее. Человеку удалось это сделать благодаря использованию орудий труда.

  2. Подобно тому, как человек овладел природой с помощью орудий, человек овладевает и собственным поведением тоже с помощью орудий, но особых, психологических.

Психологические орудия – это предмет, явление, действие, который выступают как заместители другого предмета или явления, используемый для получения, передачи информации
Выготский в психике человека выделил два уровня:

    • натуральные психические функции (непроизвольные)

    • культурные или высшие психические функции, т.е. произвольная форма таких функций. ВПФ – это психические процессы человека, преобразованные в процессе обучения и воспитания, они не получаются генным путем, они усваиваются. Например, произвольная память, произвольное внимание, логическое мышление и т.д.

    Низшие психические функции не определяют сущность и специфику человека, а являются лишь предпосылками ее развития. Над этими «нижними этажами» надстраиваются ВПФ, которые имеют культурную природу. Они опосредованы достижениями культуры, в которую попадает ребенок с первых дней после рождения и произвольны по своей природе. ВПФ и составляют сущность и своеобразие человеческой психики и отличают от психики животного.

    1. Закон становления ВПФ: всякая психическая функция в культурном развитии человека появляется дважды: сперва как средств воздействия на другого человека, а затем как средство воздействия на себя. Сначала процесс был интерпсихическим (внешний), а затем интрапсихическим (внутренний)

    Процесс преобразования внешних, предметных действий во внутренние, умственные, называется интериоризация.

    .
    Принципиальное отличие человека от животного является то, что человек овладел природы с помощью орудий труда. Это привело к тому, что он научился овладевать собственным поведением. Для этого он использует особые орудия — психологические (знаки, знаковые средства). Они имеют культурное происхождение. Сначала они (особые орудия) выступают во внешней форме, а затем становятся внутренними. Таким образом, высшие психические функции опосредованные, социальные.

    Поделитесь с Вашими друзьями:

Сознанием. По мнению А. Н. Леонтьева, факторами возникновения сознания является деятельность, речь

Сознание:

  • Высший уровень психического отражения и саморегуляции, присущи только человеку, называется сознанием.

  • По мнению А.Н.Леонтьева, факторами возникновения сознания является деятельность, речь.

  • К характеристикам человеческого сознания относятся способность к коммуникации: мысленному представлению и вооброжание действительности.

  • Сознание бывает религиозным, политическим, обыденным, экстравертированным.

  • В.Вундт определил психологию как науку о структурах сознания.

  • Одним из принципов отечественной психологии является принцип единства сознания и деятельности (С.Л.Рубинштейн).

  • В когнитивную составляющую самосознания входят знания личности о себе.

  • К характеристикам человеческого сознания относятся: способность к коммуникации, мысленное представление и воображение действительности, рефлексия, активность, интециональность, мотивационно-ценностный характер, различная степень ясности.

  • Сознание управляет самыми сложными формами поведения, требующими постоянного внимания, сознательного контроля, в следующих случаях: когда перед человеком возникают неожиданные, интеллектуальные сложные проблемы, не имеющие очевидного решения; когда человеку требуется преодолеть физическое или психологическое сопротивление; когда необходимо осознать и найти выход из конфликтной ситуации; когда человек неожиданно оказывается в ситуации, которая потенциальна опасна для него.

  • Динамика отношений между сознанием и бессознательным является центральной научной проблемой психоанализа.

  • К проявлению бессознательного относиться: установка, инстинкт, влечение, интуиция, гипнотическое состояние, сновидения, состояние аффекта, бред, галлюцинации и т.п.

  • Неосознаваемые процессы – это такие процессы, которые протекают вне контроля со стороны сознания.

  • Неосознаваемые механизмы сознательных действий: неосознаваемые автоматизмы, неосознаваемые установки, неосознаваемые сопровождения действий.

  • Неосознаваемые побудители сознательных действий ( по З.Фрейду): сновидения, ошибочные действия, невротические симптомы.

  • Надсознательный процесс – это процесс образования некоего интегрального продукта в результате большой сознательной работы.

  • Процесс осознания себя, своих потребностей, мотивов, своих качеств – называется самосознанием.

  • Я – концепция – это совокупность всех представлений о самом себе, система установок относительно собственной личности, «теория» самого себя.

  • Я – образ – представление индивида о самом себе. Пластичный, изменчивый образ –Я проявляется в ролевом перевоплощении.

  • Рефлексия – это источник внутреннего опыта, способ само познания, инструмент мышления личности о самой себе.

Поделитесь с Вашими друзьями:



Нейробиология саморегуляции и саморегуляции

Abstract

Как социальный вид, люди имеют фундаментальную потребность в принадлежности, которая поощряет поведение, соответствующее тому, чтобы быть хорошим членом группы. Чтобы быть хорошим членом группы, требуется способность к саморегулированию, что позволяет людям изменять или подавлять поведение, которое может подвергнуть их риску исключения из группы. Саморегуляция требует четырех психологических компонентов. Во-первых, люди должны осознавать свое поведение, чтобы сравнивать его с общественными нормами.Во-вторых, люди должны понимать, как другие реагируют на их поведение, чтобы предсказать, как другие отреагируют на них. Это требует третьего механизма, который обнаруживает угрозу, особенно в сложных социальных ситуациях. Наконец, необходим механизм для разрешения несоответствий между самопознанием и социальными ожиданиями или нормами, тем самым мотивируя поведение к разрешению любого существующего конфликта. В этой статье рассматривается недавнее исследование социальной нейробиологии, посвященное психологическим компонентам, поддерживающим способность человека к саморегуляции.

Ключевые слова: самосознание, теория разума, потребность принадлежать, социальная нейробиология, нейровизуализация, зависимость

Введение

Многие из адаптивных проблем, с которыми столкнулись наши ранние предки, были социальными по своей природе, например, различение друзей от врагов, выявление и оценка потенциальных партнеров, понимание природы и структуры групповых отношений и т. д. Те предки, которые были способны решать проблемы выживания и адаптироваться к своей социальной среде, с большей вероятностью воспроизводили и передавали свои гены.Таким образом, у людей сформировалась фундаментальная потребность принадлежности, которая поощряет поведение, соответствующее тому, чтобы быть хорошим членом группы (Baumeister & Leary, 1995). Принадлежность к хорошей группе имеет большое значение, включая доступ к общим ресурсам, защиту от различных угроз и даже помощь в повседневных делах. Следовательно, человеческий мозг адаптировался в сложной социальной среде и, вероятно, развил специализированные нейронные механизмы, остро чувствительные к социальному контексту, особенно к любым признакам того, что членство в группе находится под угрозой (Heatherton & Wheatley 2010, Mitchell & Heatherton 2009).

Потребность в сдерживании

Однако быть хорошим членом группы не всегда легко. Существует внутренний конфликт между тем, что нравится отдельному человеку, и тем, что лучше всего для группы. С индивидуальной точки зрения, основные процессы мотивационного вознаграждения поощряют поведение, приносящее удовольствие. Предоставленные нашим собственным устройствам и не опасаясь социальной оценки, мы можем без ограничений удовлетворять свой аппетит: есть столько откормленной вкусной пищи, сколько может вместить наш желудок, глотать химические вещества, активирующие дофаминовые рецепторы, и в целом следовать гедонистическому правилу делать все, что нам кажется. хороший.Но употребление большего количества еды, чем справедливая, или иная монополизация ресурсов группы дорого обходятся другим членам группы и, таким образом, могут угрожать нашему статусу в группе. Следовательно, запреты важны для гармоничных социальных отношений, и эволюция, несомненно, благоприятствовала тем, кто мог контролировать нежелательные импульсы.

Торможение — это ключевая особенность саморегуляции, которая относится к процессу, с помощью которого люди инициируют, корректируют, прерывают, останавливают или иным образом изменяют мысли, чувства или действия, чтобы добиться реализации личных целей или планов или поддерживать действующие стандарты (Baumeister et al.1994a, Baumeister & Heatherton 1996, Carver & Scheier 1998). В самом широком смысле саморегулирование относится к преднамеренным или целенаправленным действиям, которые направляются изнутри человека (Bandura 1989). С этой точки зрения обучение, физиология и культура предрасполагают к определенному поведению, мыслям или эмоциям в определенных обстоятельствах, но саморегуляция позволяет людям изменять или преодолевать их. Хотя все люди обладают впечатляющей способностью к саморегуляции, неудачи случаются часто, и люди теряют контроль над своим поведением в самых разных обстоятельствах (Baumeister & Heatherton 1996, Baumeister et al.1994а). Такие неудачи — важная причина нескольких современных социальных проблем — ожирения, сексуального хищничества, зависимости и сексуальной неверности, и это лишь некоторые из них. Тот факт, что даже уважаемые деятели, включая католических священников, знаменитостей / спортивные модели и уважаемых политических лидеров, подвергались публичной критике за свои впечатляющие неудачи в самообладании, является свидетельством трудностей, присущих попыткам контролировать себя. В этой статье обсуждаются нейронные основы фундаментальных компонентов социального мозга, уделяя особое внимание тому, как наличие «я» служит основным социальным навыкам, необходимым для поддержания эффективных отношений с членами группы.

Конечно, существуют и другие важные особенности саморегулирования, такие как инициирование усилий по саморегулированию для достижения личных целей (Shah 2005). Например, Хиггинс (1997) отделил усилия по саморегулированию, направленные на достижение желаемых результатов, от усилий, направленных на избежание нежелательных результатов. Цели продвижения — это те, в которых люди подходят к идеальным целям со стремлением и чувством выполненного долга, сосредотачиваясь на потенциальных достижениях. Напротив, цели предотвращения — это те, в которых люди пытаются избежать потерь, перестраховываясь или делая то, что они должны делать.Эта схема оказалась полезной для понимания значительной части социального поведения, от того, как люди ведут себя в межгрупповом контексте (Shah et al. 2004), до того, как они реагируют на неловкие межрасовые взаимодействия (Trawalter & Richeson 2006). Хотя понимание того, как люди инициируют поведение для достижения личных целей, несомненно, важно для многих аспектов человеческого поведения, особенно поведения, связанного со здоровьем (Bandura 1991, Carver & Scheier 1998, Rothman et al. 2004), пока нет значительного объема исследований в области нейробиологии, посвященных этот аспект саморегуляции (исключения см. Cunningham et al.2005 г., Эддингтон и др. 2007). Соответственно, большая часть этой статьи сосредоточена на регулировании и контроле текущей психологической активности.

Компоненты социального мозга

Чтобы быть хорошим членом группы, необходимо осознавать, как человек думает, чувствовать или ведет себя, а также способность изменять что-либо из этого в соответствии со стандартами или ожиданиями группы. Это подразумевает необходимость как минимум четырех психологических компонентов, отказ любого из которых может привести к плохим результатам и осуждению со стороны группы (Heatherton 2010, Krendl & Heatherton 2009, Mitchell & Heatherton 2009, Wagner & Heatherton 2010b).

Самосознание

Во-первых, людям нужно самосознание, чтобы размышлять о своем поведении, в том числе о своих эмоциональных проявлениях, чтобы судить о них по групповым нормам. Эмпирическое понимание себя имеет долгую историю в психологии (см. Baumeister 1998), восходящую к важному различию Уильяма Джеймса между собой как познающим («я») и самостью как объектом, который известен («я»). ). В смысле познающего «я» — это субъект, который думает, чувствует и действует.В смысле объективированного «я» «я» состоит из знаний, которые люди хранят о себе, когда они размышляют о своих лучших и худших качествах. Переживание себя как объекта внимания — это психологическое состояние, известное как самосознание, которое побуждает людей размышлять о своих действиях и понимать, в какой степени эти действия соответствуют личным ценностям и убеждениям, а также групповым стандартам (Carver & Scheier 1981, Duval & Wicklund 1972). Являются ли определенные аспекты личности, такие как корыстные предубеждения и мотивации, действительно адаптивными, остается открытым для некоторых дискуссий (Leary 2004), хотя есть немало свидетельств того, что символически репрезентативная личность давала людям значительные преимущества в ходе эволюции. например, содействие общению и сотрудничеству с членами группы (Sedikides & Skowronski 1997).

Ментализация

Понимание того, что нарушение социальных норм проблематично, требует от людей осознания того, что они являются объектами социальной оценки, что, в свою очередь, требует знания того, что другие способны давать такие оценки. То есть людям нужна способность делать выводы о психических состояниях других, чтобы предсказывать их действия, навык, называемый ментализацией или «теорией разума» (Amodio & Frith 2006, Gallagher & Frith 2003, Mitchell 2006). Ментализация позволяет людям осознавать, что у других есть мысли, а также пытаться понять содержание этих мыслей.В конечном итоге это позволяет людям сопереживать наблюдателям, чтобы иметь возможность предсказывать их суждения или поведение.

Обнаружение угроз

Способность ментализировать критически важна для третьего механизма, обнаружения угроз, который отслеживает среду на предмет любых сигналов или других свидетельств возможного исключения из группы. Если у людей есть фундаментальная потребность в принадлежности, то необходим механизм для определения инклюзивного статуса (Лири и др., 1995, Макдональд и Лири, 2005). Действительно, чувство социальной тревожности или беспокойство о возможном отказе должно привести к повышенной социальной чувствительности, и исследования показали, что люди, которые больше всего беспокоятся о социальной оценке (т.е., застенчивые и одинокие) демонстрируют улучшенную память для социальной информации, более чуткие и точные и демонстрируют повышенные способности к расшифровке социальной информации (Gardner et al. 2000, 2005; Pickett et al. 2004).

Саморегулирование

Как только люди осознают, что их действия нарушают стандарты группы и что другие оценивают их негативно (т. Е. Обнаружена угроза), им нужна способность исправить ситуацию, чтобы восстановить хорошие отношения с другими. Члены группы.Для этого требуются исполнительные аспекты личности («Я» как знающего), которые позволяют людям изменяться в соответствии с социальным контекстом, включая изменение их мыслей, действий и эмоций. Таким образом, людям необходимо подавлять свои порывы, подавлять свои желания, противостоять искушениям, предпринимать сложные или неприятные действия, изгонять нежелательные и навязчивые мысли и контролировать свои эмоциональные проявления, и все это сложно сделать, но необходимо для того, чтобы оставаться в доброй милости. других (Heatherton & Vohs 1998).Конечно, людям также необходимо проактивно регулировать свое поведение, например, не показаться предвзятым или произвести хорошее впечатление. Как уже упоминалось, люди также саморегулируются для достижения позитивных целей (Higgins 1997). Таким образом, люди начинают диеты, чтобы похудеть, и копят деньги, чтобы позволить себе жить более благополучно в будущем. Саморегуляция включает в себя как инициирование, так и поддержание поведенческих изменений в дополнение к подавлению нежелательного поведения или реагированию на ситуативные требования.

Подход социальной нейробиологии

С точки зрения нейробиологии вполне вероятно, что мозг развил отдельные механизмы для познания себя, понимания того, как другие реагируют на нас, обнаружения угроз внутри социальной группы и регулирования действий, чтобы избежать исключены из этих групп (Krendl & Heatherton 2009). В рамках социальной психологии попытки понять участие тела в социальных явлениях также имеют долгую историю, начиная с использования измерений проводимости кожи, чтобы указать, вызывают ли экспериментальные условия возбуждение (например,g., Lanzetta & Kleck 1970), к оценке активности лицевых мышц для выявления эмоционального выражения (например, Cacioppo & Petty 1981), к исследованиям пациентов, изучающим влияние травмы мозга на социальное поведение и личность (Klein & Kihlstrom 1998 ). В последнее время появился энтузиазм по поводу использования методов визуализации мозга, которые позволяют исследователям наблюдать за работающим мозгом в действии (Adolphs 2009, Lieberman 2009, Macrae et al. 2004a, Ochsner 2007, Ochsner & Lieberman 2001).Появление визуализации привело к взрыву исследований в области социальной нейробиологии, и в последнее время появилось несколько обзоров литературы (Amodio & Frith 2006, Cacioppo et al. 2007, Heatherton & Wheatley 2010, Lieberman 2009, Mitchell & Heatherton 2009, Ochsner 2007) а также методологическая критика, вызывающая озабоченность по поводу ценности визуализации для выяснения психологических процессов (Adolphs 2010, Cacioppo et al. 2003, Vul et al. 2009). В оставшейся части этой статьи рассматривается вклад нейробиологического подхода в понимание компонентов социального мозга, уделяя основное внимание исследованиям самосознания / знания и саморегуляции (см. Цветную вставку).

Компоненты социального мозга. Области мозга, которые обычно активируются для изучения себя, теории разума, обнаружения угроз и саморегуляции.

Самосознание и самопознание

Люди обладают впечатляющей степенью самосознания. Мы не только можем идентифицировать себя как отличные от других, но мы можем критически осмыслить то, что делает нас уникальными, и развить самоощущение, которое включает в себя нашу биографию и внешне отличительные характеристики, такие как имя, родной город и род занятий, а также еще более глубокое ощущение того, «кто мы есть», включая черты личности, наши основные убеждения и отношения, что нам нравится и не нравится в себе, и, следовательно, что мы хотели бы изменить.Замечательная степень нашего самосознания может быть смешанным благословением; слишком много самостоятельного мышления может быть дезадаптивным (Leary 2004) и связано с депрессивными расстройствами (Ingram 1990) и склонностью размышлять о негативных событиях (Donaldson et al. 2007, Joormann 2006, Siegle et al. 2002). Однако без такой способности к самопознанию и самопознанию социальный мир, каким мы его знаем, не мог бы существовать.

Самостоятельная особенность?

Центральная роль Я-концепции в социальном функционировании порождает вопрос о том, является ли я каким-то образом «особенным» как когнитивная структура или информация о себе обрабатывается так же, как и все остальное, проблема это вызвало серьезные дискуссии среди социальных и когнитивных психологов в конце 1970-х — 1980-х годах (Bower & Gilligan 1979, Greenwald & Banaji 1989, Klein & Kihlstrom 1986, Maki & McCaul 1985, Rogers et al.1977). Как обсуждали Хиггинс и Барг (1987), суть дебатов заключалась в том, была ли улучшенная память, являющаяся результатом кодирования информации, относящейся к себе, уникальной когнитивной структурой (т. это применимо к любому контексту памяти. Macrae et al. (2004a) отметили, что разочаровывающая особенность этой дискуссии заключалась в том, что все теории делали одно и то же поведенческое предсказание (например, превосходная память для материала, закодированного со ссылкой на себя), и поэтому научный вопрос было трудно решить (см. Также Gillihan & Farah 2005 ).Одну линию поддержки идеи о том, что память на себя является чем-то особенным, можно найти в исследованиях пациентов с такими заболеваниями, как болезнь Альцгеймера и тяжелая амнезия. Хотя состояния этих пациентов глубоко влияют на их способность вспоминать различные важные детали своей жизни, они часто могут точно сообщить, описывают ли их определенные прилагательные, характерные для определенных черт (Klein 2004), предполагая, что чувство собственного «я» нелегко погасить.

С появлением нейровизуализации у ученых появились новые методы решения давних вопросов, например, было ли «я» каким-то особенным как структура памяти.Начиная с исследований с использованием позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) (Craik et al. 1999) и функциональной магнитно-резонансной томографии (fMRI) (Kelley et al. 2002), в многочисленных последующих исследованиях изучались области мозга, которые участвуют в обработке информации о себе, по сравнению с те, которые связаны с обработкой семантической информации в целом или с обработкой информации о других людях, при этом подавляющее большинство обнаруживает повышенную активность в медиальной префронтальной коре (MPFC), задней поясной коре и предклинье (обзоры см. в Heatherton et al.2007 г., Моран и др. 2010, Northoff et al. 2006 г.). Важное исследование Macrae et al. (2004b) продемонстрировало, что активность в MPFC предсказывает последующую память для информации, обрабатываемой со ссылкой на себя, тем самым устанавливая роль MPFC в улучшении самореферентной памяти.

Исследования, в которых использовались другие задачи для изучения различных аспектов личности, выявили аналогичные модели мозговой активности. Повышенная активность MPFC также наблюдалась, когда субъекты участвовали в рефлексии в свободной форме сами по себе, по сравнению с тем, когда они участвовали в рефлексии в свободной форме другого человека (D’Argembeau et al.2005 г., Фарб и др. 2007 г., Джонсон и др. 2006, Kjaer et al. 2002), и когда им приказывают учитывать свои личные предпочтения относительно задач неотражающего контроля (Голдберг и др., 2006, Гуснард и др., 2001, Джонсон и др., 2005, Окснер и др., 2004). Cabeza et al. (2004) обнаружили повышенную активацию MPFC для восстановления эпизодической памяти автобиографических событий. В их исследовании участникам были представлены фотографии, которые либо они сделали в кампусе, либо сделали кто-то другой.Участники продемонстрировали повышенную активность MPFC на фотографиях, сделанных ими самими. Даже пассивный просмотр релевантных слов (таких как имя или почтовый адрес) во время несвязанной задачи приводит к повышенной активности MPFC (Moran et al. 2009). Другие результаты показывают, что активность MPFC может быть частью нейронной сети по умолчанию, задействованной во время свободного мышления в отсутствие явной задачи (D’Argembeau et al. 2005, Gusnard et al. 2001, Wicker et al. 2003), предполагая что разум спонтанно обращается к себе, когда ему позволяют блуждать (Mason et al.2007). Действительно, повышенный уровень активности MPFC был связан с чертой самосознания, то есть степенью, в которой люди в целом осознают свое поведение (Eisenberger et al. 2005). Наконец, было показано, что практика медитации осознанности, направленная на дисциплинирование размышлений типа потока сознания путем эффективного уменьшения явных связанных с собой мыслей в обмен на общее базовое чувство самосознания, снижает активность MPFC (Farb et al. 2007).

Исследования пациентов с черепно-мозговой травмой предоставляют дополнительные доказательства важности префронтальных областей, таких как MPFC, для самосознания и самопознания.Пациенты с поражением лобных долей демонстрируют значительное нарушение их способности к самоанализу и самоанализу (Beer et al. 2003, Stuss & Benson 1986, Wheeler et al. 1997). Пациенты с поражениями MPFC, в частности, продемонстрировали недостаточную способность вспоминать личные предпочтения, а их ответы на вопросы, побуждающие их отношение к различным стимулам, сильно различались между сессиями (Fellows & Farah 2007).

Социальный и культурный контекст

Вездесущность результатов MPFC для любой задачи, в которой участвует личность, предоставила исследователям возможность проверить различные психологические теории, относящиеся к личности.Например, некоторые теории предполагают, что близкий друг может стать частью нашей самооценки (Aron & Aron 1996). Если эта теория верна, можно ожидать увидеть ту же самую активацию MPFC, когда люди размышляют об этих близких других, как когда они размышляют о себе. К сожалению, попытки проверить эту гипотезу с помощью нейровизуализации дали неоднозначные результаты: в некоторых исследованиях сообщалось об активации MPFC как для интимных людей, так и для самого себя (Ochsner et al. 2005, Schmitz et al.2004 г., Seger et al. 2004), а другие обнаружили такую ​​активность только для себя (Heatherton et al. 2006). Возможно, что в основе этих разрозненных результатов лежат методологические проблемы, поскольку в исследованиях использовались разные мишени и различные конструкции изображений, но на данный момент необходимы дополнительные исследования для решения этой проблемы.

Новый поворот в этой идее отражен в представлении культурной психологии о том, что в то время как индивидуалистические западные культуры конструируют самость как уникальную идентичность, значительно независимую от других, коллективистские восточные культуры конструируют самость, которая является изменчивой, контекстной и определяется в значительной степени из-за его отношений с другими (Маркус и Китайма, 1991).Чтобы выяснить, наблюдается ли такая разница в самооценке на нейронном уровне, Чжу и его коллеги (2007) задавали китайским и западным участникам вопросы о себе и своих матерях при использовании фМРТ. В то время как китайские участники демонстрировали повышенный уровень активации MPFC, размышляя как о себе, так и о своих матерях, западные испытуемые проявляли повышенную активность только тогда, когда думали о себе. Аналогичным образом Zhang et al. (2006) в двух экспериментах показали, что, когда китайские участники размышляют о себе по отношению к другому, MPFC более заинтересован в отношении себя, когда другой не близок, но в равной степени он вовлечен в себя и мать.В другом исследовании Чиао и его коллеги (2009b) обнаружили, что активность в MPFC в ответ на суждения о личностной значимости черт как в общем, так и в конкретном контексте предсказывает степень, в которой субъекты поддерживают индивидуалистические или коллективистские ценности, соответственно. Точно так же бикультурные участники, чей фон отражал как коллективистские, так и индивидуалистические ценности, продемонстрировали повышенную активацию MPFC в отношении суждений общих черт относительно контекстуальных суждений, когда они были ориентированы на индивидуалистические ценности, и участники показали противоположную картину, когда они были ориентированы на коллективистские ценности (Chiao et al.2009а). Эти исследования предоставляют сходные доказательства, позволяющие предположить, что культура может влиять на то, как «я» конструируется на нейронном уровне.

Возрастные изменения

Из-за связанных с возрастом структурных изменений в MPFC можно было ожидать, что самореференционная обработка также изменится с возрастом. Давно известно, что подростковый возраст связан с повышенным самооценкой (Enright et al. 1980). Поэтому неудивительно, что Pfeifer et al. (2007) обнаружили большую активность MPFC у детей, чем у взрослых, сравнивая оценки себя с оценками известного вымышленного персонажа (т.э., Гарри Поттер). Аналогичным образом, в соответствии с теорией о том, что подростковый возраст отмечен повышенной озабоченностью мнениями других о себе и что эти воспринимаемые мнения помогают сформировать самооценку подростка (Harter 1999, Harter et al. 1998), Pfeifer et al. (2009) обнаружили, что по сравнению со взрослыми взрослыми подростки задействуют области мозга, связанные с социальным познанием (описание этих областей см. ниже в разделе «Теория разума») во время саморефлексии в дополнение к MPFC и задней поясной коре головного мозга.Повторяя их предыдущие открытия (Pfeifer et al. 2007), активность мозга снова была выше в релевантных для себя регионах у подростков, чем у взрослых. Напротив, хотя старение в более зрелом возрасте связано с рядом изменений в процессах памяти, похоже, что улучшение самоореферентной памяти остается неизменным, и что существует аналогичная модель активности MPFC, связанная с этим эффектом для молодых и пожилых людей. (Glisky & Marquine 2009, Gutchess et al.2007, Mueller et al.1986).

Аффективное «я» и психопатология

Еще один важный психологический процесс, имеющий отношение к «я», — это эмоции. Одним из важнейших аспектов самоощущения является то, что оно производит аффект — оценки себя неизбежно приводят к эмоциональным реакциям, которые влияют на последующие мысли и действия. Но слишком большая концентрация внимания на себе может быть связана с психопатологией, как и со склонностью депрессивных пациентов размышлять о негативной релевантной для себя информации и делать негативные приписывания себе (Grunebaum et al.2005, Ingram 1990, Northoff 2007, Rimes & Watkins 2005). Недавние визуализационные исследования выявили аномалии во многих корковых и подкорковых структурах средней линии, связанные с депрессией (Grimm et al. 2009, Lemogne et al. 2009). Например, Джонсон и его коллеги (2009) наблюдали, что депрессивные люди проявляли устойчивую активность в областях, связанных с саморефлексией во время неотражающих отвлекающих задач, в отличие от контрольных, что указывает на относительную трудность отстранения от процессов саморефлексии.Моран и его коллеги (2006) обнаружили, что в то время как MPFC реагировал на личную значимость информации (то есть, является ли признак самоописательным или нет), соседняя область, вентральная передняя поясная кора (vACC, иногда называемая субгенуальной передней передней частью). cingulate), реагировал на эмоциональную валентность этого материала, но только на те черты, которые были сочтены информативными. Это говорит о том, что эти смежные префронтальные области подчиняют когнитивные и эмоциональные аспекты саморефлексии соответственно.В частности, активность vACC снижается, когда неблагоприятная информация считается информативной. Этот вывод хорошо согласуется с исследованиями, показывающими, что vACC участвует в эмоциональных расстройствах, таких как депрессия и посттравматическое стрессовое расстройство (Drevets et al. 1997). Например, исследователи наблюдали дифференциальную активацию vACC на эмоциональные выражения лица между депрессивными и контрольными участниками (Gotlib et al. 2005). Исследования vACC имеют многообещающую переводческую ценность.В особенно поразительном исследовании Mayberg и коллеги (2005) продемонстрировали, что глубокая стимуляция мозга с помощью vACC эффективна в облегчении депрессии у пациентов, устойчивых к лечению.

Недавно были предприняты попытки изучить нейронную основу обработки ссылок на себя среди людей с другими психическими расстройствами. Исследования, проведенные на пациентах с шизофренией или другими психозами, указывают на дисфункциональную активность MPFC среди таких групп населения (Paradiso et al. 2003, Taylor et al.2007 г., Уильямс и др. 2004), например, гипоактивность в MPFC во время явных задач самореференции (Blackwood et al. 2004). Нарушения самоощущения, наблюдаемые в результате таких расстройств, проявляются по-разному, включая нарушение самооценки, которое приводит к неосведомленности о своей болезни (Amador & David 2004, Cooney & Gazzaniga 2003) и неспособности чтобы отличить стимулы, генерируемые самими собой, от стимулов, генерируемых извне, которые, как предполагается, ответственны за сообщения о сенсорных нарушениях и слуховых галлюцинациях (Ditman & Kuperberg 2005, Seal et al.2004 г.). Поскольку MPFC участвует как в саморефлексии, так и в задаче дифференциации стимулов, генерируемых эндогенно и экзогенно (Simons et al. 2006, Turner et al. 2008), вполне вероятно, что аномальная активность MPFC способствует возникновению таких симптомов, хотя требуются дополнительные исследования. необходимо для лучшего понимания связи между активностью мозга, дефицитом референциальной обработки данных и психопатологией (Nelson et al. 2009, van der Meer et al. 2010).

MPFC — это я?

Хотя исследования неизменно демонстрируют повышенный MPFC для состояний, связанных с некоторыми аспектами личности, это не означает, что MPFC отражает физическое расположение «я» или что другие области не являются жизненно важными для феноменологического опыта, связанного с самостью. .Скорее, переживание себя включает в себя различные сенсорные, аффективные и моторные процессы, вносимые разрозненными участками мозга за пределами области средней линии коры (Turk et al. 2003). В самом деле, некоторые утверждали, что наиболее важные психологические процессы, вызывающие активацию MPFC, включают в себя логический вывод, будь то о себе или о чем-то еще (Legrand & Ruby 2009). Совсем недавно Джейсон Митчелл (2009) предположил, что любой тип социального познания, который включает внутренне генерируемые «нечеткие» представления, которые являются неточными и подлежащими пересмотру, например, оценка отношения к себе или другим, или даже к объектам в целом, активирует MPFC.В то же время преобладающее количество доказательств указывает на то, что условия, в которых наиболее устойчиво продуцируется активность MPFC, обычно характеризуются обширным самововлечением (Moran et al. 2010). Учитывая важность MPFC для функционирования социального мозга, вероятно, будет гораздо больше теорий его функционирования, а также исследований для их проверки.

Теория разума

Одним из наиболее важных атрибутов социального мозга является способность делать выводы о психическом состоянии других, чтобы предсказать их действия (Amodio & Frith 2006, Gallagher & Frith 2003, Mitchell 2006).В дополнение к распознаванию наших собственных психических состояний, гармоничная жизнь в социальных группах требует, чтобы мы были способны интерпретировать эмоциональные и психические состояния других (Heatherton & Krendl 2009). Например, социальные эмоции требуют, чтобы мы могли делать выводы об эмоциональном состоянии других (даже если эти выводы неточны). Например, чтобы чувствовать вину за причинение боли любимому человеку, люди должны понимать, что у других есть чувства (Baumeister et al. 1994b). Точно так же межличностный стресс возникает из-за осознания того, что люди оценивают вас (тем самым вызывая такие эмоции, как смущение), что по своей сути означает признание того, что другие люди выносят оценочные суждения.Способность делать выводы о психических состояниях других обычно называют ментализацией или способностью к теории разума (ToM). ToM позволяет людям сопереживать другим и сотрудничать с ними, точно интерпретировать поведение других людей и даже при необходимости обманывать других. Нейровизуализационные исследования ментализации постоянно вовлекали небольшое количество регионов в выводы о психических характеристиках других людей: MPFC, височно-теменное соединение (TPJ), височные полюса и медиальную теменную кору головного мозга (Amodio & Frith 2006, Gallagher & Frith 2003, Mitchell 2006, Saxe 2006, Saxe et al.2004 г.).

Использование себя в качестве шаблона

Исследование нейровизуализации продемонстрировало, что способность ментализировать в значительной степени зависит от аналогичных нейронных сетей, задействованных в обработке релевантной информации, особенно от MPFC. Область наибольшей активности в MPFC имеет тенденцию быть более дорсальной в исследованиях теории разума, чем в исследованиях самореференций. Иногда наблюдается совпадение между вентральным и дорсальным MPFC, когда воспринимающих просят вывести психические состояния целей — других людей — которые наиболее схожи с ними (Mitchell et al.2005). Этот вывод предполагает возможность того, что во время задач теории разума задействуется ментальное моделирование, задавая вопрос: «Что бы я делал, если бы был этим человеком?» Конечно, использование себя для имитации других будет работать только в том случае, если они с достаточной вероятностью будут реагировать таким же образом в данной ситуации (Mitchell & Heatherton 2009). Митчелл и его коллеги нашли поддержку этой идеи в серии интересных исследований нейровизуализации. В этих исследованиях, когда воспринимающие мыслили о предпочтениях и мнениях подобного другого человека (например,g., кто-то, кто разделял те же социальные и политические взгляды), была задействована область вентрального MPFC, которая была той же областью, которая была активной, когда испытуемые рассматривали свои собственные предпочтения. Напротив, более дорсальная область MPFC преимущественно задействована, когда мы мысленно рассуждаем о непохожих друг на друга (Jenkins et al. 2008; Mitchell et al. 2005, 2006). Эти результаты предполагают, что люди могут использовать свои собственные знания о себе, чтобы понять психические состояния других, похожих на них.

Ментализация чужой группы

В той степени, в которой члены группы будут восприниматься как более похожие на себя, чем члены других групп, кажется вероятным, что люди будут больше думать о членах внутренней группы, чем о членах внешней группы.В конце концов, оценки, сделанные о нас членами наших собственных групп, вероятно, будут иметь гораздо большее влияние на нашу жизнь, чем аналогичные суждения, сделанные членами других групп. Действительно, Harris & Fiske (2006) обнаружили снижение активности спинного MPFC, когда люди судили о крайних чужих группах, таких как бездомные и наркоманы. Аналогичным образом Freeman et al. (2010) обнаружили, что отдельные члены внутренней группы (то есть одной и той же расы) производили активность в дорсальном MPFC, тогда как этого не происходило с членами внешней группы (т.е., другая раса), хотя Harris & Fiske (2007) обнаружили, что обработка индивидуальной информации действительно увеличивала активность в дорсальной MPFC для некоторых членов внешней группы (например, наркоманов). Хотя исследования по этой теме только зарождаются, понимание того, как люди думают о членах своих и чужих групп, имеет важные разветвления для понимания групповых отношений. Что наиболее актуально для этого обсуждения, так это идея о том, что люди осознают, что другие способны ментализировать и, следовательно, судить о них.

Обнаружение угрозы

Одно из преимуществ наличия теории разума состоит в том, что она поддерживает третий механизм, а именно обнаружение угроз, процесс, особенно полезный в сложных ситуациях. Широкий спектр исследований показывает, что миндалевидное тело играет особую роль в реагировании на угрожающие раздражители (Feldman Barrett & Wager 2006, LeDoux 1996). Аффективный процессинг в миндалевидном теле — это жесткая схема, которая развивалась в ходе эволюции для защиты животных от опасности.Например, многие данные подтверждают мнение о том, что миндалевидное тело активно активируется в ответ на первичные биологически релевантные стимулы (например, лица, запахи, вкусы), даже когда эти стимулы остаются ниже уровня осведомленности субъектов (например, Whalen et al. 1998). Роль миндалевидного тела в обработке социальных эмоций выяснилась в результате исследований пациентов и нейровизуализации. Например, Adolphs et al. (2002) представили выражение лица социальных эмоций (высокомерие, вину, восхищение, флирт) пациентам с повреждением миндалины.Пациенты с односторонним или двусторонним повреждением миндалины были нарушены при распознавании этих специфических эмоций; более того, они хуже распознавали социальные эмоции, чем базовые эмоции. Ruby & Decety (2004) провели ПЭТ-исследование, в котором участников просили выбрать соответствующую реакцию (с разных точек зрения) на предложения, которые представляют различные социальные эмоции (смущение, гордость, стыд, вина, восхищение, раздражение) или несоциальные эмоции и неэмоциональные предложения.Результаты показали повышенную активацию миндалины во время обработки всех социальных эмоций, независимо от точки зрения, взятой во время выполнения задания. Действительно, миндалевидное тело активно реагирует на ситуации, в которых нарушаются социальные нормы (Berthoz et al. 2006).

Адаптивные социальные эмоции

Социальные эмоции способствуют успешным социальным отношениям двумя основными путями: они создают стимулы для участия в социальных взаимодействиях (например, привязанность, любовь, чувство гордости или восхищения к тем, с кем мы взаимодействуем), и они увеличивают вероятность того, что люди будут придерживаться социальных норм, необходимых для групповой жизни.Когда такие нормы нарушаются, люди испытывают негативные социальные эмоции (например, чувство вины, смущения или стыда), которые впоследствии побуждают их действовать в рамках социально приемлемого поведения, тем самым снижая риск социальной изоляции и способствуя позитивному социальному взаимодействию. Более того, длительные социальные эмоции (например, воспоминание о неприятном моменте подросткового возраста) снижают вероятность повторных нарушений. Как и следовало ожидать, обработка информации о социальных эмоциях также связана с активностью в ACC и спинном MPFC (обзоры см. Heatherton & Krendl 2009, Krendl & Heatherton 2009).

Социальное неприятие и межличностные расстройства

Чувство вины или стыда может заставить людей зациклиться на возможном исключении из группы. Социальные психологи документально подтвердили пагубное влияние неприятия межличностных отношений на настроение, поведение и познание (Smart & Leary 2009). В недавней серии нейровизуализационных исследований было изучено социальное отторжение. Наиболее известным является исследование Наоми Эйзенбергер и ее коллег (2003), которые обнаружили, что дорсальная область ACC (dACC) реагировала во время видеоигры, призванной вызвать чувство социального отторжения, когда партнеры виртуального взаимодействия внезапно и неожиданно перестали сотрудничать участник исследования.

Начиная с этого первоначального исследования, другие исследования также включали ACC, хотя есть открытые дебаты о том, вентральные или дорсальные области ACC более важны. Например, одно исследование показало, что социальная обратная связь о принятии или отвержении была связана с различной активностью vACC (Somerville et al. 2006), а другое исследование обнаружило активность vACC у отвергнутых подростков (Masten et al. 2009). Одно интересное исследование с использованием картин, изображающих образы отторжения, обнаружило несколько иную закономерность, чем в любом из предыдущих исследований (Kross et al.2007). Хотя эти авторы также обнаружили, что dACC реагирует на изображения отторжения, ответ был в области dACC, отличной от той, что обнаружили Eisenberger et al. (2003), и связь между чувством отторжения и активностью в этой области была противоположной той, что сообщали Eisenberger et al. Другое недавнее исследование (Burklund et al. 2007) обнаружило взаимосвязь между активностью dACC и vACC и чувствительностью отторжения во время обработки эмоций. Разъяснение роли dACC и vACC в социальной обратной связи, несомненно, является одной из целей исследования межличностного отторжения.

Наконец, Somerville et al. (2010) обнаружили, что в первую очередь люди с низкой самооценкой проявляют повышенную активность в vACC для социальной обратной связи. Это последнее исследование согласуется с идеями, лежащими в основе теории социометра (Лири и др., 1995), которая предполагает, что изменения в самооценке людей могут способствовать мотивации к поведению для сохранения своего статуса как членов группы. Действительно, Лири и его коллеги предполагают, что люди с низкой самооценкой более чувствительны к социальной обратной связи и больше обеспокоены возможным исключением из группы, чем люди с высокой самооценкой.

Стереотипная угроза

Стереотипная угроза — это опасения или страх, которые могут возникнуть у некоторых людей, если они верят, что их результаты тестов могут подтвердить негативные стереотипы об их расовой группе (Steele & Aronson 1995). Это вызывает отвлечение и беспокойство, мешает производительности за счет уменьшения объема кратковременной памяти и подрывает уверенность и мотивацию (Schmader 2010). Знание о том, что угроза социальной оценки связана с деятельностью vACC, предоставило интересную возможность изучить, вызваны ли эффекты стереотипной угрозы на производительность в первую очередь опасениями оценки или вмешательством, вызванным когнитивной нагрузкой.Krendl et al. (2008) провели исследование фМРТ, в котором женщинам напоминали о гендерных стереотипах относительно математических способностей, когда они решали сложные математические задачи. Женщины показали повышение активности vACC при выполнении сложных математических задач после того, как была вызвана социальная угроза (напоминая им о гендерных стереотипах), тогда как в отсутствие социальной угрозы женщины вместо этого демонстрировали повышенную активность с течением времени в регионах, связанных с обучением математике (т. Е. угловая извилина, левая теменная и префронтальная кора) и отсутствие изменений в активации vACC.Неудивительно, что женщины, которым угрожали, со временем показали снижение успеваемости по математике, тогда как женщины, которым не угрожали, со временем улучшили успеваемость. Принимая во внимание вышеуказанные результаты, можно сделать вывод, что vACC участвует в социальной оценочной угрозе.

Саморегулирование

Четвертым компонентом, необходимым для успешного функционирования в социальном мире, является саморегулирование. Без этого люди могли бы быть импульсивными, эмоциональными, набрасываться на малейшую провокацию, выпаливать первое, что приходит в голову, и проявлять то поведение, которое кажется им приятным в данный момент.Однако обнаружение угрозы и социальные эмоции, возникающие в результате воспринимаемой социальной оценки, служат ориентирами для последующего поведения, что делает что-то вроде чувства вины адаптивным (Baumeister et al. 1994b). Ощущение социальной исключенности, которое угрожает потребности в принадлежности, побуждает поведение к восстановлению социальных отношений; чувство стыда из-за того, что думает об измене нашему партнеру, помогает справиться с искушениями. Иными словами, социальные эмоции способствуют саморегулированию, что позволяет людям изменять свое поведение, чтобы не быть отвергнутыми.

Когнитивная нейронаука саморегуляции

Различные области коры вовлечены в саморегуляцию (обзоры см. В Banfield et al. 2004, Krendl & Heatherton 2009), причем префронтальная кора наиболее известна благодаря исполнительным функциям, которые поддерживают различные когнитивные процессы, которые участвуют в саморегуляции (Curtis & D’Esposito 2003, Goldberg 2001, Miller & Cohen 2001). Многое из того, что известно о нейронных субстратах саморегуляции, получено из нейропсихологических исследований (см. Wagner et al.2010, Wagner & Heatherton 2010b). Начиная со знаменитого случая с Финеасом Калибром, железнодорожным мастером, который получил удар утюгом по голове в результате несчастного случая на работе, было рассказано множество случаев о драматических изменениях личности после повреждения PFC. В большинстве случаев эти изменения были отмечены растормаживанием и часто неадекватным поведением, а иногда и серьезной потерей мотивации при отсутствии каких-либо наблюдаемых когнитивных нарушений. Три основных области ПФК, особенно важные для саморегуляции, — это вентромедиальная ПФК (вМФК), включая орбитофронтальную кору, латеральную ПФК и АСС.

Случай за случаем повреждения vMPFC, с конца девятнадцатого века до наших дней, отметьте различные способы, которыми пациенты не могут регулировать свое социальное, аффективное или аппетитное поведение (Anderson et al. 1999, Beer et al. 2006 , Grafman et al. 1996; обзор см. Wagner & Heatherton 2010b). Такие пациенты могут стать агрессивными, асоциальными или излишне веселыми; проявлять гиперсексуальность; или чрезмерно переедать. Повреждение этой области мозга часто приводит к неспособности учитывать обратную связь от других (и социальных норм) для принятия соответствующего поведенческого выбора в социальном контексте, что приводит к социальной расторможенности и неправильному подходу к другим людям (Beer et al.2003, 2006). Учитывая широту социальных норм, нарушаемых пациентами с повреждением vMPFC, можно подумать, что vMPFC каким-то образом отвечает за хранение знаний о таких нормах, и что нанесенный ему ущерб, следовательно, приводит к недостаточному пониманию социальных норм. Однако большинство пациентов, кажется, полностью осознают неприличность своих действий, но, тем не менее, не могут контролировать свое плохое поведение (Saver & Damasio, 1991). Из всех этих случаев следует, что повреждение vMPFC связано с общим нарушением регуляции социального поведения наряду с трудностями в управлении первичными физиологическими побуждениями.

Значительное количество исследований также вовлекло латеральные области ПФУ в процессы саморегуляции. В отличие от тех, кто страдает от травм, влияющих на функцию vMPFC, пациенты с боковым повреждением PFC вполне способны следовать социальным нормам, понимать эмоциональные сигналы и препятствовать ненадлежащему поведению. Их борьба, напротив, вращается вокруг планирования и инициирования поведения, особенно сложного поведения, требующего поддержки нескольких целей. Один из часто наблюдаемых симптомов можно охарактеризовать как своего рода апатическую вялость в сочетании с потерей мотивационного драйва, даже когда речь идет о таких важных вещах, как поиск работы или проявление интереса, необходимого для продолжения учебы в школе (Stuss & Benson 1986).Ярким примером этих симптомов является сложность, которую эти пациенты демонстрируют, когда их просят выполнить относительно простые задачи реального мира, такие как следование списку покупок (Barceló & Knight 2002, Shallice & Burgess 1991).

Еще одна лобная область, которая, как известно, имеет решающее значение для саморегуляции, — это ACC. Большая часть наших знаний о функции ACC получена не из нейропсихологии, а из нейровизуализационных и электрофизиологических исследований, в которых эта область участвует в мониторинге конфликта (Carter et al.1998, Геринг и Найт 2000, Макдональд и др. 2000) и сигнализируя о необходимости когнитивного контроля (Kerns et al. 2004). В немногих действительно существующих исследованиях очагового повреждения ОКК общим симптомом является общая апатия наряду с ослабленным аффектом и трудностями в выполнении целенаправленного поведения (Cohen et al. 1999). Таким образом, некоторые теоретизировали роль ACC в обнаружении и сигнализировании о необходимости усиления когнитивного контроля для поддержки усилий саморегулирования, например, которые могут быть необходимы для преодоления искушения (Botvinick et al.2001, Kerns et al. 2004, Паус 2001, Петерсон и др. 1999).

Регулирование эмоций

Чтобы функционировать в обществе, людям необходимо уметь регулировать свои эмоции. Невыполнение этого требования может привести к агрессии, насилию и другим формам антиобщественного поведения. Регулирование эмоций также жизненно важно для общего психологического благополучия. Нарушения регуляции эмоций включают не только агрессивные расстройства, такие как антисоциальное расстройство личности, но также включают изнуряющие эмоциональные расстройства, такие как посттравматическое стрессовое расстройство и большое депрессивное расстройство.Депрессия, в частности, ложится тяжелым бременем на общество и является наиболее распространенным (Kessler et al. 2005) и наиболее дорогостоящим (Stewart et al. 2003) расстройством психического здоровья.

За последнее десятилетие ряд исследований был сосредоточен на обнаружении нейронных коррелятов регуляции эмоций (см. Ochsner & Gross 2005). Взятые вместе, такие исследования подтверждают модель нисходящей регуляции миндалевидного тела, области мозга, жизненно важной для аффективной обработки, с помощью PFC (Davidson et al.2000, Ochsner et al. 2004, Ochsner & Gross 2005). Обычно в нейровизуализационных исследованиях регуляции эмоций участники рассматривают негативно валентные изображения, и их просят задействовать определенные стратегии регулирования эмоций, такие как подавление их аффективной реакции или участие в когнитивной переоценке негативных событий, изображенных на изображении (например, их преобразование) от их очевидного негатива к чему-то более безобидному). Исследования такого рода выявили стабильную картину результатов, согласно которой области ПФК (например,g., vMPFC и боковой PFC) проявляют повышенную активность, когда участники активно регулируют свои эмоции. И наоборот, миндалевидное тело демонстрирует пониженную активность при подавлении аффективных реакций. Важно отметить, что активность в этих двух регионах обратно коррелирована, это открытие интерпретируется как свидетельство подавления активности миндалины с помощью PFC (Ochsner et al. 2002). Точная область PFC, ответственная за этот эффект, в некоторой степени спорна, с некоторыми исследованиями, связанными с vMPFC (Johnstone et al.2007), а другие — латеральной PFC (Ochsner et al. 2002, Hariri et al. 2003). Тем не менее, все, что влияет на латеральное воздействие ПФК, должно быть косвенным, поскольку эта область не имеет собственных прямых связей с миндалевидным телом. Фактически, Johnstone и его коллеги (2007) нашли поддержку предположения о том, что vMPFC опосредует влияние латерального PFC на миндалевидное тело, что может помочь объяснить несопоставимые результаты предыдущих исследований.

Исследования, сосредоточенные на клинических группах населения, предоставляют дополнительные доказательства важности этого контура миндалевидного тела и ПФК для регуляции эмоций.Johnstone и его коллеги (2007) показали, что, когда пациентов с большим депрессивным расстройством просили регулировать свои эмоции, активация vMPFC не имела обратной корреляции с активностью миндалины. Скорее, активация как vMPFC, так и миндалевидного тела была чрезмерно высокой, что свидетельствует о нарушении нормального модулирующего влияния vMPFC на миндалевидное тело. Исследования, проведенные на пациентах с пограничным расстройством личности, показали аналогичную преувеличенную активацию миндалины в ответ на эмоциональные стимулы (Donegan et al.2003), что еще раз подтверждает представление о нарушении цепи VMPFC-миндалины среди этих популяций. Пациенты, страдающие посттравматическим стрессовым расстройством, также демонстрируют интересные паттерны префронтальной и лимбической активности в ответ на эмоциональные стимулы. Шин и его коллеги (2005) продемонстрировали, что преувеличенная активация миндалины, проявляемая такими пациентами в ответ на напоминания об их травмирующем событии, на самом деле распространяется и на несвязанные отрицательные эмоциональные стимулы. Взятые вместе, эти данные о дисфункциональной миндалине-префронтальной цепи при расстройствах настроения подчеркивают важность регуляции эмоций для психологического благополучия.

Регуляция мышления

Одним из часто наблюдаемых эффектов повреждения префронтальной коры является частота выражения оскорбительных, вульгарных или непристойных выражений (Damasio et al., 1990), даже если эти пациенты осознают некорректность своих действий (Saver И Дамасио 1991). Нежелательные мысли приходят в голову — это универсальный человеческий опыт, например, когда чья-то кулинария, прическа или новорожденного кажутся отталкивающими. Как отмечает Вегнер (2009), такие нежелательные мысли могут возникнуть в самый неподходящий момент.К счастью, большинство людей умеют держать при себе неприятные мысли.

Хотя когнитивные нейробиологи имеют долгую историю изучения торможения реакции, значительно меньше работы над нейронными механизмами, лежащими в основе подавления мысли (Anderson & Levy 2009). Wyland и его коллеги (2003) попросили участников выполнить задание по подавлению мыслей во время визуализации с помощью фМРТ. По сравнению с блоками безудержной мысли, подавление определенной мысли задействовало ACC, тогда как попытки очистить разум от любых мыслей задействовали не только ACC, но также латеральный PFC и островок.В этом конкретном случае, возможно, активность ACC была указана на неудачи в подавлении мыслей или вместо этого сигнализировала о повышенной потребности в когнитивном контроле. Поскольку от испытуемых не требовалось уведомлять экспериментаторов, если и когда, несмотря на их усилия по подавлению, нежелательная мысль, тем не менее, проскользнула в их сознание, оставалось неясным, означает ли эта активация ACC процесс подавления мысли или, скорее, вторжение мыслей, которые были быть подавленным. Как уже отмечалось, предполагается, что ACC участвует в отслеживании ошибок (Carter et al.1998, Геринг и Найт 2000, Макдональд и др. 2000) и сигнализируя о необходимости дополнительного когнитивного контроля (Kerns et al. 2004), повышая вероятность последней возможности. Чтобы проверить эти две гипотезы, Митчелл и его коллеги (2007) провели аналогичное исследование, в котором они просили испытуемых уведомлять их с помощью нажатия кнопки каждый раз, когда в их сознание входила конкретная нежелательная мысль. Важно отметить, что авторы использовали дизайн элемента состояния (Visscher et al. 2003), который позволил отделить области, демонстрирующие устойчивую реакцию во время активного подавления мысли, от областей, демонстрирующих временные ответы на вторжения мысли.Результаты этого эксперимента показали, что правый боковой PFC демонстрировал более устойчивую активность во время подавления мысли по сравнению с эпохами безудержной мысли. Однако ACC демонстрировал временную активность в отношении вторжений запрещенной мысли в периоды подавления мысли по сравнению с тем, когда эта же мысль была допустимой (например, в эпохи безудержной мысли). Эти результаты интерпретируются как демонстрация того, что ACC отслеживает конфликт и сигнализирует о необходимости дополнительного контроля, в то время как боковой PFC участвует в реализации и поддержании когнитивного контроля над продолжительностью периодов подавления мысли и нечувствителен к временным сбоям в подавлении мысли (Mitchell и другие.2007). В аналогичном открытии Андерсон и его коллеги (2004) нашли доказательства латерального участия PFC в подавлении выражения заученных пар слов.

Еще одна категория нежелательных мыслей, которые необходимо постоянно подавлять, — это мысли, связанные со стереотипами и предвзятостью. За последние 20 лет множество социально-психологических исследований продемонстрировало, что расовые предубеждения и стереотипы могут активироваться автоматически и что люди различаются по своей мотивации к сознательному контролю над подавлением этих предрассудков (Devine 1989, Devine et al.2002, Fiske 1998, Greenwald et al. 1998, Payne 2001). Нейровизуализационные исследования предрассудков и расовых предубеждений в основном сосредоточены на относительном участии миндалевидного тела и областей PFC, причем первые участвуют в автоматическом компоненте стереотипов (Phelps et al. 2000), тогда как PFC участвует в управлении отношениями сверху вниз. (Либерман и др., 2005). Роль миндалины в оценке расовых членов внутренней и внешней группы — это не просто история большей активности миндалины для членов внешней группы (см. Hart et al.2000). Скорее, реакция миндалевидного тела на членов расовой чужой группы является более тонкой, отражая индивидуальные различия в автоматических отрицательных оценках чернокожих, измеренных с помощью теста неявной ассоциации (IAT) (Cunningham et al. 2004, Phelps et al. 2000), возможность для осуществления контроля сверху вниз (Cunningham et al. 2004, Richeson et al. 2003) и оценочных целей воспринимающего (Wheeler & Fiske 2005).

Каннингем и его коллеги (2004) попытались разделить роли миндалевидного тела и префронтальной коры в оценке расы, опираясь на тот факт, что миндалевидное тело быстро реагирует на подсознательное представление аффективных стимулов (Whalen et al.1998). Таким образом, представляя черно-белые лица как неявно (30 мс), так и явно (525 мс), исследователи смогли отдельно оценить условия, в которых участники вряд ли могли участвовать в когнитивном контроле (неявное представление), по сравнению с тем, когда участники имели возможность регулировать их ответы (явное изложение). Их результаты показали, что миндалевидное тело проявляло большую активность для черных лиц, когда участники не знали, что были представлены какие-либо лица.Однако, когда участникам было предоставлено достаточно времени для саморегуляции, активность миндалевидного тела не различалась между черными и белыми лицами; вместо этого Cunningham et al. (2004) обнаружили повышенное рекрутирование латеральных областей PFC во время явного представления черных лиц по сравнению с белыми лицами, что указывает на активную регуляцию.

Richeson и его коллеги (2003) непосредственно проверили участие областей ПФК в контроле предрассудков, связав нейронную активность в ПФК с количеством когнитивного истощения, которое участники испытывали после межрасового взаимодействия.После взаимодействия с афроамериканским конфедератом по политическому вопросу, имеющему расовую окраску (например, расовое профилирование), белые участники выполнили задание Струпа. Как было обнаружено в предыдущем исследовании (Richeson & Shelton 2003), участники с более высокими автоматическими отрицательными оценками чернокожих показали повышенное вмешательство в задачу Струпа, указывая на то, что они тратили больше ресурсов саморегулирования во время межрасового взаимодействия, в результате чего они были истощены и менее способны сдерживать их ответы во время задания Струпа (см. Baumeister & Heatherton 1996).Важно отметить, что эти же участники позже завершили якобы несвязанный эксперимент фМРТ, в котором они просматривали изображения черных и белых лиц. Как и в эксперименте Cunningham et al. (2004) участники задействовали боковые области PFC и ACC в ответ на черные лица по сравнению с белыми. Однако затем Ричсон и его коллеги смогли связать величину активности PFC со степенью, в которой участники продемонстрировали повышенное вмешательство Струпа в предыдущем эксперименте по межрасовому взаимодействию.Активность как латерального PFC, так и ACC положительно коррелировала как с усилением вмешательства Струпа, так и с показателем скрытых расовых стереотипов (Richeson et al. 2003). То есть участники, которые демонстрировали большее истощение саморегуляции после личного межрасового взаимодействия, также с большей вероятностью привлекали области ПФК, участвующие в когнитивном контроле, при просмотре черных лиц. Понятие когнитивного истощения происходит из теории конечности когнитивных ресурсов; следовательно, действия, которые чрезмерно задействуют эти ресурсы (т.е., сдерживание импульсов, принуждение себя к выполнению утомительной задачи) истощают их (Baumeister & Heatherton 1996). Таким образом, открытие Richeson & Shelton (2003), что подавление предрассудков, по-видимому, истощает когнитивные ресурсы, предполагает, что акт контроля над предубеждениями требует когнитивного контроля.

Регулирование поведения

Современный мир полон соблазнов. Каждый день людям приходится сопротивляться соблазну сладостей с сахаром, сигарет, алкоголя, наркотиков, секса, сна, когда они должны бодрствовать, просмотра Интернета, когда они должны работать — этот список можно продолжать до бесконечности.Психологи добились значительного прогресса в выявлении индивидуальных и ситуативных факторов, которые поощряют или ухудшают самоконтроль (Baumeister et al. 1994, Mischel et al. 1996, Posner & Rothbart 1998). Неспособность к саморегулированию приводит к множеству негативных форм поведения, включая злоупотребление психоактивными веществами, предрассудки и преступное поведение (см. Baumeister & Heatherton 1996). И наоборот, те, кто лучше способны к саморегулированию, демонстрируют улучшение отношений, повышение успешности работы и улучшение психического здоровья (Duckworth & Seligman 2005, Tangney et al.2004 г.). Несмотря на многочисленные исследования управляющих функций и торможения, относительно немного исследований нейровизуализации непосредственно изучали социально-психологические модели саморегуляции (Wagner & Heatherton 2010b).

Хотя существует множество причин сбоя саморегуляции, общий процесс включает в себя скрытые мотивации и активирующие стимулы (Baumeister & Heatherton 1996). То есть голодный человек может не решиться утолить голод до тех пор, пока не увидит рекламу вкусного фаст-фуда.Для других просмотр рекламы фаст-фуда напоминает человеку, что он или она пытается избежать лишних калорий, и поэтому желание поесть преодолевается. В этом случае сложно контролировать поведение, потому что нейронные механизмы вознаграждения, а именно мезолимбическая дофаминовая система, побуждают нас участвовать в деятельности, которая активирует дофаминовые нейроны в прилежащем ядре (NAcc). Общей чертой всех вознаграждений, включая наркотики, вызывающие злоупотребление, является то, что они активируют дофаминовые рецепторы в NAcc (Carelli et al.2000, Kelley & Berridge 2002, Koob & Le Moal 1997). В исследованиях нейровизуализации есть сходные доказательства в виде повышенной активации области NAcc в ответ на прием пищи (O’Doherty et al. 2003) и наркотиков (Breiter et al. 1997, Zubieta et al. 2005). ). Участие этих регионов в обработке и ожидании вознаграждения было хорошо установлено многочисленными исследованиями нейровизуализации (Cloutier et al. 2008, Delgado et al. 2000, Knutson et al. 2005).

Более того, простой просмотр изображений основных наград, таких как эротические изображения (Karama et al.2002) или изображения лекарств (Дэвид и др., 2007, Гараван и др., 2000), могут привести к активации мезолимбических систем вознаграждения. Эта парадигма «сигнал-реактивность» сыграла важную роль в исследованиях ожирения и наркомании, которые неоднократно демонстрировали, что тучные люди (Rothemund et al. 2007, Stoeckel et al. 2008), курильщики (David et al. 2007, Due et al. 2002), а наркоманы (Чайлдресс и др. 1999, Гараван и др. 2000, Маас и др. 1998, Векслер и др. 2001) демонстрируют большую реактивность на подсказки, чем участники контрольной группы.Важно отметить, что эта связанная с сигналом активность предсказывает самооценку тяги к еде или лекарствам (McClernon et al. 2005, Myrick et al. 2008, Wang et al. 2004).

Активация систем вознаграждения, будь то перед лицом реальных объектов или их визуальных представлений, представляет собой проблему для людей, пытающихся не участвовать в предполагаемой полезной деятельности. Как можно было ожидать из приведенного выше обсуждения, различные области ПФУ важны для сопротивления искушению. Например, Борегар и его коллеги обнаружили, что испытуемые задействовали латеральные PFC и ACC, когда их просили подавить возбуждение в ответ на эротические изображения (Beauregard et al.2001), и когда Броуди и его коллеги попросили курильщиков подавить свою тягу, они наблюдали повышенную активацию АСС по сравнению с тем, когда их просили усилить тягу (Brody et al. 2007). Пример важности этих регионов для регуляции аппетитного поведения был получен при исследовании успешных и неуспешных людей, сидящих на диете. В ответ на потребление пищи успешные люди, сидящие на диете, демонстрируют повышенную активность латеральной префронтальной коры головного мозга (т.2007).

Среди распространенных паттернов саморегуляции, выявленных Баумейстером и Хизертоном (1996), были причины, вызывающие задержку, когда люди реагировали на первоначальное пристрастие к запрещенным веществам (например, алкоголю, еде или табаку) потреблением большего количества из этого; «Всего одна сигарета» быстро превращается в половину пачки, выпей «всего один глоток», и, прежде чем ты это осознаешь, вся бутылка исчезнет. Например, в лабораторном исследовании Herman & Mack (1975) заставили людей, хронически сидящих на диете, нарушить диету, выпив большой высококалорийный молочный коктейль, и обнаружили, что они впоследствии переедают по сравнению с контрольной группой в предполагаемом вкусовом тесте.После того, как диета нарушена в течение дня, люди, сидящие на диете, похоже, теряют контроль, возможно, ожидая, что на следующий день начнут свою диету заново. Подобные результаты были получены во многих последующих исследованиях (см. Обзор Heatherton & Baumeister 1991).

Теории наркомании утверждают, что гиперчувствительность областей вознаграждения к лекарственным сигналам (Stoeckel et al. 2008) наряду с нарушением нормальной нисходящей префронтальной регуляции таких областей (Bechara 2005; Koob & Le Moal 1997, 2008) в совокупности приводят к неспособности наркоманов контролировать поведение.Эта теория была проверена в исследовании, в котором изучалась реактивность пищевого сигнала в прилежащем ядре у лиц, сидящих на хронической диете и не соблюдающих диету (Demos et al. 2010). Используя предварительную загрузку молочного коктейля, подобную той, что использовали Herman & Mack (1975), половина участников нарушила диету до того, как увидела пищевые сигналы. Люди, сидящие на диете, которые выпили молочный коктейль, который предположительно нарушил их диету, показали повышенную реактивность NAcc на пищевые сигналы по сравнению как с людьми, не соблюдающими диету, так и с теми, кто придерживается хронической диеты, чья диета не была нарушена (Demos et al.2010). Интересно, что люди, сидящие на хронической диете, продемонстрировали повышенное задействование латерального ПФУ в ответ на пищевые сигналы по сравнению с теми, кто не придерживался диеты. Но не было никакого эффекта предварительной нагрузки, нарушающей диету, на латеральную активность ПФУ, что свидетельствует о том, что люди, сидящие на диете, которые пили молочный коктейль, все еще участвовали в саморегуляции, но, тем не менее, не могли подавлять связанную с сигналом активность в системах поощрения. Этот феномен имитируется у тучных людей, которые демонстрируют повышенную активность систем поощрения мозга к изображениям еды по сравнению с подобранной контрольной группой (Stoeckel et al.2008 г.). Взятые вместе, эти результаты рисуют картину нерегулируемой системы вознаграждения, при которой NAcc, больше не находящаяся под влиянием нисходящего контроля со стороны PFC, демонстрирует преувеличенную реакцию на пищевые сигналы, что в конечном итоге приводит к краху самоконтроля.

Саморегуляция как ограниченный ресурс

Хотя саморегулирование эмоций, мыслей и поведения можно рассматривать отдельно, вполне вероятно, что аналогичные процессы являются общими для всех областей саморегуляции.Баумейстер и Хизертон (1996) предложили сильную модель саморегулирования, в которой общий ресурс исчерпывается повторными попытками саморегулирования (Muraven & Baumeister 2000, Vohs & Heatherton 2000). Например, регулирование эмоций ухудшает способность людей, сидящих на диете, воздерживаться от еды и соблюдать стандарты диеты (Hofmann et al. 2007). Также было показано, что воздействие на участников высокой когнитивной нагрузки нарушает саморегуляцию, в результате чего люди, сидящие на диете, демонстрируют неограниченное питание по сравнению с участниками с низкой когнитивной нагрузкой (Ward & Mann 2000).Точно так же Муравен и его коллеги показали, что участники, которые участвовали в манипуляциях с усилиями по подавлению мыслей, впоследствии демонстрировали нарушение контроля над импульсами и пили больше алкоголя, чем участники контрольной группы (Muraven et al. 2002). Кроме того, как уже упоминалось, если человек склонен к неявной предвзятости по отношению к представителям другой расы, взаимодействие с одним из них может существенно повлиять на его способность выполнять задачи, связанные с ингибированием реакции, такие как задача Струпа (Richeson & Shelton 2003).

Данные нейровизуализационных исследований перекликаются с этими выводами. В одном исследовании испытуемые, которые выполнили сложную задачу по контролю внимания, показали снижение задействования латерального ПФК и стали менее искусными в регулировании эмоций (Wagner & Heatherton 2010a). В исследовании людей, сидящих на хронической диете, задачи по регулированию эмоций имели такой же эффект, как снижение латеральной активации ПФУ, а также повышение активности NAcc в ответ на пищевые сигналы (Heatherton et al. 2010). Как обсуждалось выше в этом разделе, боковой PFC, по-видимому, задействован как средство нисходящего контроля над эмоциональными и аппетитными импульсами.Таким образом, неспособность полностью задействовать его помощь в регулировании таких импульсов, несомненно, может помочь объяснить сбои в саморегуляции, проявляемые испытуемыми в поведенческих исследованиях.

Как практиковать саморегулирование

Саморегуляцию можно определить по-разному. В самом общем смысле это включает в себя управление своим поведением, эмоциями и мыслями для достижения долгосрочных целей. В частности, эмоциональная саморегуляция относится к способности управлять деструктивными эмоциями и импульсами.

Другими словами, подумать, прежде чем действовать. Это также отражает способность поднять себе настроение после разочарований и действовать в соответствии с вашими глубочайшими ценностями.

Развитие саморегулирования

Ваша способность к саморегулированию во взрослом возрасте уходит корнями в ваше развитие в детстве. Умение саморегулироваться — важный навык, которому дети овладевают как для эмоциональной зрелости, так и для более поздних социальных связей.

В идеальной ситуации ребенок, который устраивает истерики, вырастает в ребенка, который учится терпеть неприятные чувства, не впадая в истерику, а затем во взрослого, который способен контролировать побуждения к действию на основе неприятных ощущений.

По сути, зрелость отражает способность терпеливо и вдумчиво противостоять эмоциональным, социальным и когнитивным угрозам в окружающей среде. Если это описание напоминает вам о внимательности, это не случайно — внимательность действительно связана со способностью к саморегулированию.

Почему важно саморегулирование

Саморегуляция включает в себя паузу между чувством и действием — время, чтобы все обдумать, составить план, терпеливо ждать.Дети часто борются с этим поведением, и взрослые тоже.

Легко понять, как отсутствие саморегуляции вызовет проблемы в жизни. Ребенок, который кричит или бьет других детей из-за разочарования, не будет популярен среди сверстников и может столкнуться с выговорами в школе.

Взрослому человеку с плохими навыками саморегуляции может не хватать уверенности в себе и чувства собственного достоинства, и ему будет трудно справляться со стрессом и разочарованием. Часто это может выражаться в гневе или тревоге, а в более серьезных случаях может быть диагностировано как психическое расстройство.

Саморегулирование также важно в том смысле, что оно позволяет вам действовать в соответствии с вашими глубоко укоренившимися ценностями или общественным сознанием и правильно выражать свои мысли. Если вы цените академические достижения, это позволит вам учиться, а не расслабляться перед экзаменом. Если вы цените помощь другим, это позволит вам помочь коллеге с проектом, даже если вы сами уложились в сжатые сроки.

В самой простой форме саморегулирование позволяет нам оправиться от неудач и сохранять спокойствие под давлением.Эти две способности пронесут вас по жизни больше, чем другие навыки.

Общие проблемы саморегулирования

Как возникают проблемы с саморегулированием? Это могло начаться рано; как младенец, которого пренебрегают. Ребенок, который не чувствует себя в безопасности или не уверен, будут ли удовлетворены его потребности, может иметь проблемы с успокаиванием и саморегулированием.

Позже ребенок, подросток или взрослый могут бороться с саморегуляцией либо потому, что эта способность не была развита в детстве, либо из-за отсутствия стратегий управления трудными чувствами.Если оставить это без внимания, со временем это может привести к более серьезным проблемам, таким как расстройства психического здоровья и рискованное поведение, такое как злоупотребление психоактивными веществами.

Эффективные стратегии саморегулирования

Если саморегуляция так важна, почему большинство из нас никогда не учили стратегиям использования этого навыка? Чаще всего родители, учителя и другие взрослые ожидают, что дети «вырастут» из фазы истерики. Хотя это по большей части верно, все дети и взрослые могут извлечь пользу из изучения конкретных стратегий саморегуляции.

Внимательность

По словам доктора Джона Кабат-Зинна, основателя программы снижения стресса на основе осознанности (MBSR), внимательность — это «осознание, которое возникает в результате целенаправленного внимания в настоящий момент и без осуждения».

Благодаря таким навыкам, как сфокусированное дыхание и благодарность, внимательность позволяет нам оставлять некоторое пространство между собой и нашими реакциями, что приводит к лучшему сосредоточению и чувству спокойствия и расслабления.

В обзоре 27 исследований 2019 года было показано, что внимательность улучшает внимание, что, в свою очередь, помогает регулировать негативные эмоции и исполнительное функционирование (мышление высшего порядка).Взаимодействие с другими людьми

Когнитивная переоценка

Когнитивная переоценка или когнитивное переосмысление — еще одна стратегия, которую можно использовать для улучшения способностей к саморегуляции. Эта стратегия включает в себя изменение вашего образа мышления. В частности, когнитивная переоценка включает переосмысление ситуации, чтобы изменить вашу эмоциональную реакцию на нее.

Например, представьте, что друг не отвечал на ваши звонки или сообщения в течение нескольких дней. Вместо того, чтобы думать, что это что-то отразилось в вас, например, «мой друг ненавидит меня», вы можете подумать: «Мой друг, должно быть, действительно занят.»Исследования показали, что использование когнитивной переоценки в повседневной жизни связано с переживанием более положительных и менее отрицательных эмоций.

В исследовании 2016 года, посвященном изучению связи между стратегиями саморегуляции (то есть внимательностью, когнитивной переоценкой и подавлением эмоций) и эмоциональным благополучием, исследователи обнаружили, что когнитивная переоценка связана с повседневными положительными эмоциями, включая чувства энтузиазма, счастья, удовлетворения. , и волнение.

Некоторые другие полезные стратегии саморегуляции включают принятие и решение проблем.Напротив, бесполезные стратегии, которые люди иногда используют, включают избегание, отвлечение, подавление и беспокойство.

Качества саморегуляторов

Преимущества саморегулирования многочисленны. В целом люди, которые умеют саморегулироваться, как правило, обладают следующими способностями:

  • Действуют в соответствии со своими ценностями
  • Успокаиваются, когда расстроены
  • Подбадриваться, когда чувствуешь себя подавленным
  • Поддержание открытого общения
  • Выстоять в трудные времена
  • Делать все возможное
  • Сохранять гибкость и приспосабливаться к ситуациям
  • Видеть хорошее в других
  • Не раскрывать своих намерений
  • При необходимости взять под контроль ситуацию
  • Восприятие проблем как возможностей

Практика саморегулирования

Вы, вероятно, думаете, что это прекрасно — хорошо саморегулироваться, но вы все еще не знаете, как улучшить свои навыки.

У детей родители могут помочь развить саморегуляцию с помощью распорядка (например, установить определенное время приема пищи, иметь набор поведения для каждого вида деятельности). Распорядок дня помогает детям узнать, чего ожидать, что помогает им чувствовать себя комфортно. Когда дети действуют, не демонстрируя саморегуляции, игнорируйте их просьбы, например заставляя их ждать, если они прерывают разговор.

Став взрослым, первый шаг к практике саморегулирования — это осознать, что у каждого есть выбор, как реагировать на ситуации.Хотя вам может казаться, что жизнь нанесла вам плохую руку, важнее всего не сама рука, а то, как вы на нее реагируете. Как именно вы научитесь этому навыку саморегуляции?

Помните, что в любой ситуации у вас есть три варианта: приближение, уклонение и нападение. Может показаться, что ваш выбор поведения выходит из-под вашего контроля, но это не так. Ваши чувства могут склонить вас больше к одному пути, но вы — нечто большее, чем эти чувства.

Второй шаг — осознать свои преходящие чувства.Хотите сбежать из сложной ситуации? Вы чувствуете, что хотите наброситься на кого-то, кто вас обидел? Наблюдайте за своим телом, чтобы понять, как вы себя чувствуете, если это не очевидно для вас. Например, быстро учащенное сердцебиение может быть признаком того, что вы входите в состояние гнева или панической атаки.

Начните восстанавливать баланс, сосредотачиваясь на своих глубоко укоренившихся ценностях, а не на преходящих эмоциях. Взгляните за пределы дискомфорта в данный момент, а посмотрите на картину в целом.Затем действуйте в соответствии с саморегулированием.

Слово от Verywell

Как только вы научитесь этому тонкому уравновешиванию, вы начнете чаще саморегулироваться, и это станет для вас образом жизни. Развитие навыков саморегуляции повысит вашу сопротивляемость и способность противостоять трудным жизненным обстоятельствам.

Однако, если вы обнаружите, что не можете научиться саморегуляции, подумайте о посещении специалиста по психическому здоровью. Время может быть полезно для реализации конкретных стратегий для вашей ситуации.

Постановление

| Педагогический колледж и гуманитарные науки

Введение

Что такое саморегулирование?

Способность к саморегулированию на протяжении всей истории считалась желательным качеством из-за ее положительного влияния на поведение и приобретение навыков (Reid, 1993). Привлекательность саморегуляции и ее положительное влияние на поведение и образовательные результаты побудили провести множество исследований в этой области. «Саморегуляция относится к процессу саморегулирования, посредством которого учащиеся трансформируют свои умственные способности в навыки, связанные с выполнением задания» (Zimmerman, 2001).Это метод или процедура, которые учащиеся используют для управления своими мыслями и их систематизации, а также для преобразования их в навыки, используемые для обучения. Саморегулирование — это процесс постоянного мониторинга прогресса в достижении цели, проверки результатов и перенаправления неудачных усилий (Berk, 2003). Для саморегуляции учащимся необходимо знать о своем собственном мыслительном процессе и иметь мотивацию к активному участию в собственном учебном процессе (Zimmerman, 2001).

Зачем нужно саморегулирование?


Саморегулирование желательно из-за воздействия, которое оно оказывает на образовательные и поведенческие результаты.Использование методов саморегуляции — это способ активно вовлечь в учебу студентов, которые в остальном пассивны. Студенты должны рассматривать обучение как деятельность, которую они делают для себя в проактивной манере, а не рассматривать обучение как скрытое событие, которое происходит с ними в результате обучения (Zimmerman, 2001). Предоставление учащимся возможности принимать более активное участие в своем образовании ставит учащихся на место водителя и за все.

Кому подходит саморегулирование?

Широко используются методы саморегулирования.Успешные люди и ученики используют саморегуляцию для эффективного и результативного выполнения задачи. Они будут регулировать различные стратегии и контролировать эффективность этой стратегии, оценивая и определяя следующий курс действий. Как правило, успешные ученики уже используют различные формы саморегулирования. Обучение использованию саморегуляции обычно направлено на студентов, которые в настоящее время не используют такие методы и, следовательно, не достигают успеха в образовательной среде.Благодаря использованию стратегий и саморегуляции производительность может быть значительно улучшена. Использование техник саморегуляции помогает учащимся выполнять задания более эффективно и независимо. Например, успешные ученики будут постоянно проверять свое понимание. Когда успешные ученики читают отрывок и понимают, что не понимают прочитанного, они вернутся и перечитают, задавая вопросы или обобщая то, что им нужно понять. С другой стороны, когда ученик с нарушением обучаемости читает отрывок и понимает, что он не понимает прочитанного, он, как правило, закрывается или просто продолжает читать, потому что не осознает цель чтения отрывка.Учащиеся с нарушениями обучаемости, как правило, являются пассивными учениками, часто неспособными оценивать и контролировать свое собственное обучение, чтобы в качестве компенсации они позволяли другим регулировать свое обучение или полагаться на помощь других для успешного выполнения задачи. У них отсутствуют эти важные функции исполнительного контроля, которые необходимы для самостоятельного решения сложных академических задач. Компоненты процесса исполнительного контроля:

1. Координация метакогнитивных знаний — регулирование когнитивных и метакогнитивных знаний, понимание собственных знаний и мыслительного процесса.

2. Планирование — использование осознанного и организованного подхода к решению задачи.

3. Мониторинг — оценка понимания во время выполнения задачи и проверка эффективности, тестирование, оценка и пересмотр стратегий.

4. Обнаружение сбоев — во время выполнения задачи обнаружение недоразумений или ошибок.

5. Исправление ошибок — при обнаружении ошибки возврат и исправление любых ошибок. Посредством обучения различным методам саморегуляции учащиеся с нарушением обучаемости могут добиться успеха в «процессе саморегулирования, посредством которого учащиеся трансформируют свои умственные способности в навыки, связанные с выполнением задания» (Zimmerman, 2001).

Самоконтроль

Существуют разные теории саморегулирования, но для наших целей более важны руководящие принципы, которые эти теории предоставляют для прямого вмешательства. Эти рекомендации согласуются с различными мерами саморегулирования. Два основных принципа, вытекающих из теоретической точки зрения: 1. Целевое поведение должно иметь ценность для человека, который намерен саморегулировать это поведение. Если бы целевое поведение не рассматривалось как ценное, не было бы причин для саморегулирования этого поведения, оно бесполезно.Также важно иметь в виду, что конкретное поведение само по себе может не быть ценным или полезным, но эффект, который производит поведение или его восприятие людьми, может быть ценным. 2. Целевое поведение должно быть как определяемым, так и наблюдаемым. Конкретное и объективное определение поведения очень важно. Если поведение не определено подробно, будет сложно или невозможно саморегулироваться. Поведение должно быть четко сформулировано, чтобы любой мог понять целевое поведение, а возникновение такого поведения можно было бы легко наблюдать.Это не должно быть явным и наблюдаемым для посторонних лиц, но оно должно быть видимым для человека, намеревающегося саморегулироваться. Харрис, Рид и Грэм (в печати) описывают четыре краеугольных камня саморегуляции: самоконтроль, самообучение, постановку целей и самоусиление. Мы определим и опишем каждый из них независимо, однако все они взаимосвязаны и могут использоваться независимо или в комбинации. -Самоконтроль внимания

-Самоконтроль производительности

-Самомониторинг исполнения стратегии

-Внедрение самоконтроля

-Общие вопросы

Самоучитель

Мы часто разговариваем сами с собой.Эта спонтанная речь называется частной речью и не выполняет коммуникативной функции. Он является частью нормального развития детей в раннем возрасте и достигает пика примерно в восемь лет и исчезает примерно к десяти годам. Исследователи поняли, что это личное выступление часто помогает людям выполнять задания. Эти исследователи использовали это явление в качестве вмешательства, называемого самообучением, в котором людей буквально учат «говорить сами с собой» посредством задания. Самообучение использует индуцированные самоутверждения.Самообучение служит многим целям. Это может помочь в ориентировании, организации и / или структурировании поведения. Дети будут использовать частную речь, чтобы осознанно понять проблему или ситуацию или сосредоточиться на них, а также для преодоления трудностей. Цель самообучения — перейти от смоделированной, индуцированной, стратегической, актуальной для задачи частной речи к скрытой, стратегической, актуальной для задачи частной речи.

-Функции самообучения

-Переменные, влияющие на самообучение

-Типы самообучения

-Обучение самообучению

Постановка целей


Постановка целей — обычная практика среди успешных учеников.Цели позволяют нам видеть достигнутый прогресс, повышать мотивацию, обеспечивать структуру и концентрировать внимание, а также выполнять информационную функцию. Постановка цели также обеспечивает логическое «практическое правило» для решения проблемы. Исследования и практика показали, что постановка целей является влиятельным и ценным средством повышения производительности. Ожидаемое и ожидаемое удовлетворение, полученное при достижении цели или продвижении к ней, дает мотивацию продолжать работу, пока цель не будет достигнута или перевыполнена (Харрис, Рид, Грэм, в печати).

Свойства целей

Чтобы использовать постановку целей, важно учитывать свойства эффективных целей. Есть три важнейших свойства целей: 1. Специфичность — цели должны быть четко определены и устанавливать четкие стандарты. Это дает студенту полное представление о том, что от него ожидается. Это также облегчит им оценку своего прогресса. 2. Сложность — это относится к тому, насколько сложна цель для человека. Важно ставить цели на умеренном уровне сложности для учащегося.Цели следует ставить на таком уровне сложности, чтобы учащийся прилагал усилия и использовал ресурсы, но при этом они все же достижимы. Постановка целей, которые могут быть достигнуты с минимальными усилиями или без них, не повысит мотивацию учащегося; постановка слишком сложных целей будет непосильной задачей для учащихся. 3. Близость. Ближайшие цели — это цели, которые могут быть достигнуты в ближайшем будущем. Дистальные цели — это цели, которые должны быть выполнены только в будущем (то есть долгосрочные цели). Ближайшие цели обеспечивают более высокую производительность, потому что их можно быстрее достичь.Дистальные цели следует разбить на несколько ближайших целей, установленных для достижения этой долгосрочной цели.

Самоусиление


Самоподкрепление происходит, когда ученик выбирает поощрение и применяет его самостоятельно, когда критерий успеваемости достигнут. Чтобы самоукрепление было успешным, учащиеся должны ожидать, что обеспечат себя подкреплением, когда они достигнут приемлемого уровня успеваемости (после того, как я выполню все домашние задания по математике, я могу выйти на улицу и поиграть.) Подкрепление также должно быть легко доступно для ученика, по крайней мере, в конечном итоге. Обучение детей самоусилению состоит из четырех этапов.
1. Определение стандартов и установление критериев оценки — учащиеся должны понимать, выполнили ли они требования, необходимые для самоусиления. Например, ученик может поставить цель написать две страницы отчета, и когда эти две страницы будут заполнены, он сможет играть в видеоигру в течение 15 минут.Им нужно будет определить свои стандарты написания двух страниц (организация, написание, редактирование, редактирование или что-то еще).
2. Выбор поощрения, которое нужно заработать, и контроль доступа к этому вознаграждению, что делает его достижимым только после выполнения целевого поведения — поощрение должно быть чем-то, что ученик может получить только после того, как он выполнит целевое поведение и будет иначе получить его не получится. Это не может быть легко доступно.
3. Оценка эффективности для определения соответствия установленному критерию — они должны быть в состоянии оценить свою работу в соответствии с установленными стандартами.Например, используя пример письма, они должны быть в состоянии оценить свои навыки письма и решить, успешно ли они соответствуют стандартам написания двух страниц.
4. Самостоятельное назначение награды — учащиеся должны уметь обходиться без поощрения или обеспечивать себя им. Это очень важно для успешного «самоподкрепления».

Библиография

Циммерман, Б.Дж. (2001). Теории саморегулируемого обучения и академической успеваемости: обзор и анализ.В Циммерман, Б.Дж. и Шунк, Д.Х. (ред.), Саморегулируемое обучение и академическая успеваемость: теоретические перспективы (стр. 1-65). Махва, Нью-Джерси: Лоуренс Эрлбаум Ассошиэйтс, издатели. Рид Р. (1993). Осуществление вмешательств самомониторинга в классе: уроки исследования. Монография по поведенческим расстройствам: тяжелые поведенческие расстройства у молодежи, 16, 43-54. Рид Р. (1996). Исследование самоконтроля с учащимися с нарушением обучаемости: настоящее, перспективы, подводные камни. Журнал нарушений обучаемости, 29, 317-331.Шунк, Д. Х. (1990). Постановка целей и самоэффективность во время саморегулируемого обучения. Психолог-педагог, 25, 71-86. Брасуэлл, Л. (1998). Тренинг саморегуляции для детей с СДВГ: ответ Харрису и Шмидту. Отчет о СДВГ, 6 (1), 1-3. Харрис, К. Р., Рид, Р., и Грэм, С. (в печати). Саморегуляция у детей с LD и ADHD. В Б. Вонг (ред.), Изучение проблем обучаемости. Сан-Диего, Калифорния: Эльзевьер. Харрис, К. И Шмидт Т. (1997). Саморегуляция обучения в классе.Отчет о СДВГ, 5 (2), 1-6. Харрис, К. И Шмидт Т. (1998). Развитие саморегуляции — это не самообучение: ответ Брасвеллу. Отчет о СДВГ, 6 (2), 7-11. Харрис, К. (1990). Развитие саморегулируемых учащихся: роль личной речи и самоинструкций. Психолог-педагог, 25, 35-49. Берк, Л. (2003). Развитие ребенка. Бостон, Массачусетс: Аллин и Бэкон.

Как мы можем помочь детям с эмоциональной саморегуляцией?

Если вы родитель, скорее всего, вы были свидетелем истерики или двух за день.Мы ожидаем их у двухлетних детей. Но если ваш ребенок достигает школьного возраста, а срывы и всплески по-прежнему часты, это может быть признаком того, что у него проблемы с эмоциональным саморегулированием.

Проще говоря, саморегуляция — это разница между двухлетним и пятилетним ребенком, который лучше контролирует свои эмоции. Помощь детям, которые не развили навыки саморегуляции в обычном возрасте, — это цель программ обучения родителей. И многие дети старшего возраста, даже если у них не было истерик, продолжают бороться с импульсивным и неадекватным поведением.

Что такое саморегулирование?

Саморегуляция — это способность управлять своими эмоциями и поведением в соответствии с требованиями ситуации. Это включает в себя способность противостоять высокоэмоциональным реакциям на раздражающие раздражители, успокаивать себя, когда вы расстраиваетесь, приспосабливаться к изменению ожиданий и справляться с разочарованием без вспышки. Это набор навыков, которые позволяют детям по мере взросления направлять собственное поведение на достижение цели, несмотря на непредсказуемость окружающего мира и наши собственные чувства.

Связано: СДВГ или незрелость?

Как выглядит эмоциональная дисрегуляция?

Проблемы с саморегуляцией проявляются по-разному в зависимости от ребенка, говорит Мэтью Роуз, доктор философии, клинический психолог. «Некоторые дети действуют мгновенно — у них очень сильная реакция, и нет никаких побуждений или нарастания», — говорит он. «Они не могут подавить эту немедленную поведенческую реакцию».

У других детей, отмечает он, страдания, кажется, нарастают, и они могут терпеть это только на определенное время.В конце концов это приводит к некоторому поведенческому взрыву. «Вы видите, как они идут по неправильному пути, но не знаете, как это остановить».

Ключ для обоих типов детей — научиться справляться с этими сильными реакциями и находить способы выражения своих эмоций, которые более эффективны (и менее разрушительны), чем срыв.

Почему некоторые дети борются с саморегулированием?

Доктор Роуз рассматривает проблемы эмоционального контроля как сочетание темперамента и наученного поведения.

«Врожденные способности ребенка к саморегуляции зависят от темперамента и личности», — объясняет он. Он добавляет, что некоторым детям сложно успокаиваться, и они очень расстраиваются, когда вы пытаетесь их купать или надевать одежду. Эти дети могут с большей вероятностью испытывать проблемы с эмоциональной саморегуляцией, когда станут старше.

Но окружающая среда тоже играет роль. Когда родители впадают в истерику или работают сверхурочно, чтобы успокоить своих детей, когда они расстраиваются и разыгрываются, детям трудно развивать самодисциплину.«В таких ситуациях ребенок в основном рассчитывает, что родители будут внешними регуляторами саморегулирования», — говорит доктор Роуз. «Если такая модель повторяется снова и снова, и ребенок может« передать на аутсорсинг »саморегуляцию, то это может развиться как привычка».

Детям с СДВГ или тревогой может быть особенно сложно управлять своими эмоциями, и им требуется дополнительная помощь для развития навыков эмоциональной регуляции.

Как научить навыкам саморегуляции?

Скотт Безсилко, исполнительный директор школ Winston Prep для детей с нарушениями в обучении, говорит, что отыгрывание — это, по сути, неэффективная реакция на стимул.Родитель или учитель должны помочь ребенку замедлиться и более тщательно выбрать эффективный ответ, а не импульсивный.

«Мы подходим к навыкам саморегуляции так же, как и к другим навыкам, академическим или социальным: выделяем этот навык и обеспечиваем практику», — объясняет Безсилько. «Когда вы думаете об этом как о навыке, которому нужно научить, а не, скажем, просто как о плохом поведении, — это меняет тон и содержание обратной связи, которую вы даете детям. ”

Ключ к обучению навыкам саморегуляции, — говорит д-р.Роуз, состоит не в том, чтобы избегать ситуаций, с которыми детям трудно справиться, а в том, чтобы обучать детей через них и обеспечивать поддерживающую основу — клиницисты называют это «опорой» поведения, которое вы хотите поощрять, — до тех пор, пока они не смогут справиться с этими проблемами самостоятельно.

Представьте себе ситуацию, которая может вызвать сильные отрицательные эмоции, например, разочаровывающее домашнее задание по математике. Если родитель слишком сильно парит, они рискуют взять на себя регулирующую роль. «Вместо того, чтобы ребенок осознавал, что работа разочаровывает, и выяснял, как с ней справиться», -Роуз объясняет: «Они думают, что родители расстраивают их, заставляя делать это».

Строительные леса в этой ситуации могут помочь ребенку решить одну проблему, а затем ожидать, что он попробует остальное. Если они расстроены, они могут встать и выпить. Они могут использовать таймер, чтобы делать себе периодические перерывы. Родители время от времени проверяли их и хвалили их усилия.

Если ребенок склонен таять, когда его просят перестать играть в видеоигру, строительные леса могут тренировать переход от игры.«Вы бы хотели попрактиковаться в игре, в которую они не слишком много вкладываются — вы не хотите начинать с высоких ставок», — объясняет доктор Роуз. «Попросите их попрактиковаться в игре в течение двух или трех минут, а затем передать вам игру. Каждый раз, когда они это делают, они получают очки за то, чего хотят ».

Практические опыты

Сухие прогоны — еще один способ саморегулирования строительных лесов. Например, если у вас возникли проблемы с импульсивной реакцией ребенка или истерикой в ​​магазине, посетите его ненадолго, когда вам не нужно делать серьезные покупки.Попросите их попрактиковаться в ходьбе с вами, держа руки при себе. Они получают очки за достижение какой-то цели каждый раз, когда им удается.

Доктор Роуз говорит, что часто родители разочаровываются, когда что-то не получается, когда они в первый раз пытаются развить навыки, но последовательность и начало с уровня, подходящего для вашего ребенка, являются ключевыми. Вместо того, чтобы сдаваться, попробуйте сократить занятие, чтобы оно было более выполнимым, и постепенно давайте ребенку все больше и больше самостоятельности, чтобы справиться с ним.

Например, если чистка зубов является проблемой для вашего ребенка, вы можете начать с того, что сосредоточитесь только на том, чтобы нанести зубную пасту на щетку, и ответить положительным отзывом и вознаградить ребенка, когда он это сделает.После того, как они попрактиковались в этом несколько раз, добавьте следующий шаг в цепочке.

Точно так же, если выход за дверь утром вызывает срыв, цельтесь шаг за шагом. Сначала, скажем, одеваемся к 7:15. Как только они это усвоят, установите целевое время для завтрака и добавьте его. Разбивка цепочки на маленькие шаги позволяет им развивать навыки саморегуляции управляемыми шагами.

Помогите детям стать саморефлексивными

Безсылко подчеркивает, что, когда родители или учителя спокойно подходят к импульсивному, неадекватному поведению и дают им время, дети могут научиться выбирать лучшие способы реагирования на эту ситуацию.Дети нуждаются в обратной связи без осуждения и эмоций: что пошло не так, почему и как они могут это исправить в следующий раз.

«Когда дети являются частью среды, которая является рефлексивной и аналитической, а не эмоциональной и динамичной, — объясняет Безсилко, — они могут научиться делать лучший выбор». Замедление позволяет детям стать более вдумчивыми, рефлексивными и самосознательными. «Нам нужно замедлиться и моделировать саморефлексию, самосознание и саморегуляцию для наших детей, — отмечает он, — но это также полезно и полезно для нас.

Безсылко отмечает, что внимательность и медитация полезны для всех, но особенно для детей с проблемами саморегуляции. И доктор Роуз упоминает множество доступных программ обучения родителей, которые помогают им стать лучшими тренерами для своих детей. Для детей старшего возраста также можно использовать диалектическую поведенческую терапию (ДПТ), поскольку она фокусируется на терпимости к стрессу и регуляции эмоций.

В конце концов, ничто не может заменить работу родителя. «Мне кажется, — говорит д-р.Роуз, «что семейное окружение является самым важным элементом».

Поделиться статьей в социальных сетях

Наводя мосты между саморегуляцией и когнитивной нагрузкой — приглашение к широкой и дифференцированной попытке

В этот специальный выпуск включены девять обзорных статей, которые отличаются высочайшим качеством и глубиной. Все они вносят свой вклад в теоретические дискуссии о синергизме между SRL и CLT, либо с теоретической точки зрения, либо эмпирически путем представления метаанализа.Тем не менее, в рамках EMR они фокусируются на разных аспектах. Их общая цель — способствовать обучению, но для этого они используют разные подходы: они либо стимулируют процессы (1) на уровне объекта, (2) для использования усилий или (3) на мета-уровне (он должен Следует отметить, что эти три точки зрения не полностью соответствуют трем исследовательским вопросам, представленным в редакционной статье de Bruin et al. (этот выпуск)).

Стимулирование обучения на уровне объекта

В большинстве статей рассматривается вопрос о том, как можно активировать учащихся при выполнении самой учебной задачи, т.е.е., с уровень объекта . Предполагается, что эта генеративная деятельность интенсифицирует процесс обучения и, таким образом, дает подсказки для метакогнитивных процессов мониторинга и регулирования учащихся. Например, рисуя карту, составляя резюме или пытаясь извлечь знания из памяти, учащиеся могут определить, насколько хорошо они поняли учебное содержание. Следовательно, точность их мониторинга повышается, то есть их суждение о том, что, по их мнению, изучено, более тесно связано с их фактическими результатами обучения.В исследовании Принца, Голке и Витвера (этот выпуск) представлен метаанализ эффектов таких генеративных задач, и они выявили средний положительный эффект на точность метапонимания. Влияние на само обучение также было положительным, но довольно небольшим. Ван де Поль, ван Лун, Ван Гог, Бауманн, Де Брюин и др. (эта проблема) обнаружила сопоставимые результаты визуализации действий, таких как картографирование или рисование. Оказалось, что эти генеративные действия также улучшают точность мониторинга, если учащимся прямо предписывают сосредоточиться на реляционной и структурной информации в визуализируемом тексте.Однако они не улучшили результаты обучения, и подсказки также не всегда можно было использовать для принятия правильных решений о том, какой текст пересматривать. О таком несовпадении также сообщили Карпентер, Эндрес и Хуэй (этот выпуск) в их обзоре о влиянии практики поиска. Учащиеся использовали это для проверки того, что они уже знают, то есть в качестве стратегии мониторинга, но не в качестве стратегии обучения (для непосредственного повышения уровня знаний) или в качестве стратегии регулирования, используя подсказки поиска для осознанного выбора того, что изучать дальше.

Итак, какова общая цель этих подходов к стимулированию генеративной деятельности на объектном уровне? В большинстве опубликованных исследований большое внимание уделяется повышению точности мониторинга. Невозможно гарантировать, что учащиеся смогут использовать этот улучшенный мониторинг для улучшения регулирования, и при этом он не всегда окупается с точки зрения результатов обучения. Могут быть разные причины, по которым учащиеся не могут извлечь больше из этих импульсов. Во-первых, в отличие от учителей, которые, кажется, могут использовать генеративную деятельность в качестве диагностического ориентира для принятия соответствующих решений в отношении исследования (Ван де Пол и др.этот выпуск), сами учащиеся могут не иметь возможности превратить диагноз в подходящее лечение. Вторая причина может заключаться в том, что у них может отсутствовать желание применять лечение. И третья причина может заключаться просто в том, что учащиеся перегружены дополнительной генеративной задачей. Это может быть уменьшено, если генеративным задачам помогают явные подсказки стратегии или системы поддержки. Но, тем не менее, усилия учащегося играют решающую роль в использовании реплик.

В большинстве упомянутых выше статей фактически обсуждается вопрос о том, как усилие можно использовать в качестве дополнительной диагностической подсказки.Это взаимодействие между оценкой усилий и метакогнитивной точностью резюмируется в метаанализе Баарса, Вейны, де Брюэна и Пааса (этот выпуск). Опять же, основное внимание в этих исследованиях уделяется точности мониторинга. В своем метаанализе Baars et al. обнаружили общую отрицательную корреляцию между оценками усилий учащихся и их контрольными суждениями, то есть, если задача требовала больших умственных усилий, она, скорее всего, была связана с более плохой оценкой своих достижений. Таким образом, можно предположить, что усилия рассматриваются как индикатор трудностей.De Bruin et al. (этот вопрос) обсудите это как оценку «усилия как невозможного». Напротив, учащиеся могут также рассматривать усилия как преднамеренную попытку понять проблему и, следовательно, как «усилия как важные». В этом случае отрицательная корреляция с служебной аттестацией может быть смягчена или даже полностью изменена. Что на самом деле «видят» учащиеся, оценивая свои усилия, — это вопрос о том, как концептуализировать и измерить усилия, который будет обсуждаться ниже.

Стимулирование использования усилий

Второй подход состоит в непосредственном обращении и активизации использования учащимися усилий в качестве ориентира для регулирования.В обзоре Ван Гога, Хугерхайда и ван Харселя (этот выпуск) сообщается об исследованиях, в которых анализируется использование учащимися усилий в качестве ориентира для принятия решения о повторном изучении текущей задачи и о том, какую задачу выбрать следующей. Таким образом, основное внимание уделяется анализу и совершенствованию мониторинга и регулирования, а с точки зрения цикла саморегулирования Циммермана (Zimmerman 2005) — даже планированию дальнейших действий. Этот процесс регулирования является особенно сложным, и студенты часто терпят неудачу, особенно когда они слишком молоды и могут не иметь необходимых метакогнитивных знаний, или когда проблемы, с которыми им приходится иметь дело, слишком требовательны к себе.Так, в своей статье Ван Гог и др. (этот выпуск) представляет серию исследований, в которых учащихся непосредственно обучают принимать соответствующие решения о дальнейших действиях на основе простого алгоритма. Учащимся предлагается принять во внимание их фактическую успеваемость и умственные усилия для выполнения текущей задачи. Комбинируя обе оценки, они решают выбрать более легкую, более трудную или сравнительно трудную задачу. Если производительность задачи была высокой при небольших усилиях, они должны выбрать более сложную задачу, если производительность была низкой при больших усилиях, они должны выбрать менее сложную задачу и т. Д.Этот алгоритм был представлен на примере моделирования видео, и он фактически улучшил точность мониторинга учащихся и точность выбора задач, а также, прежде всего, улучшил результаты обучения. Таким образом, с этим вмешательством все этапы цикла саморегулирования Циммермана (2005) были успешно решены с использованием оценки усилий в качестве ориентира, поскольку ученики контролировали и регулировали, принимая во внимание их оценки для планирования следующих шагов. Выполнение полного цикла саморегулирования, т.е.е., не только «просчитать», что следовало сделать дальше, но и реально следовать планам, безусловно, зависит от желания сделать это или других мотивационных факторов, таких как самоэффективность (Ван Гог и др., этот вопрос).

Другой подход, который в меньшей степени направлен на обучение использованию оценки усилий, но, тем не менее, может использоваться как «вмешательство», описан в нескольких исследованиях. Если элемент оценки усилий требует усилий, которые потребовались, или усилий, которые вложили учащиеся, это привлекает внимание учащегося к различным аспектам нагрузки.В то время как формулировка требований приводит к отрицательной корреляции с суждениями об обучении и, таким образом, отражает усилие как представление о сложности, формулировка требования приводит к положительной корреляции, отражая усилие как важную точку зрения. Таким образом, простым изменением формулировки элемента — или даже использованием обоих элементов — можно было бы побудить к самоанализу различных аспектов прикладных ресурсов учащихся. Особенно в случае сопоставления обоих пунктов учащиеся могут начать размышлять не только о том, «сколько», но и о «почему» их прикладных ресурсов.То, что такой дифференцированный взгляд на рейтинг усилий может быть плодотворным, будет обсуждаться ниже более подробно.

Стимулирование саморегуляции на мета-уровне

Третий подход к стимулированию обучения — стимулировать деятельность учащихся на мета-уровне. Наиболее классические примеры предоставлены Нюклесом, Ролле, Глоггер-Фреем, Вальдейером и Ренкл (этот выпуск). Они используют ведение дневника как инструмент, чтобы стимулировать отражение процесса обучения. Учащимся предлагается не только применять когнитивные стратегии, такие как организация или переработка изученного контента, но также применять метакогнитивные стратегии для отражения процесса обучения.Написание учебных журналов может быть показано как эффективное средство улучшения результатов обучения. Авторы обсуждают эти эффекты в свете двух потенциальных функций ведения дневника, которые связаны с когнитивной нагрузкой: с одной стороны, внешние записи могут облегчить учащимся, поскольку они обеспечивают внешний источник памяти, но, с другой стороны, учащиеся попросили инвестировать больше когнитивных ресурсов с точки зрения соответствующей когнитивной нагрузки. Помимо этих потенциальных положительных эффектов, учащиеся часто не вкладывают эти дополнительные необходимые ресурсы и, следовательно, не применяют соответствующие или достаточные стратегии обучения при написании журналов (Nückles et al.2004 г.). Таким образом, в комплексной учебной программе авторы проанализировали, как лучше всего продвинуть студентов в написании учебных журналов. Они проанализировали эффекты различных типов подсказок, в разном порядке или продолжительности использования, эффекты отработанных примеров для самоочевидности, а также эффекты адаптации или ослабления поддержки.

Опять же, Эйтель, Эндрес и Ренкл (в этом выпуске) предложили менее простой, но тем не менее эффективный способ увеличить вложение учащимся необходимых ресурсов.Основное предположение состоит в том, что когнитивная нагрузка зависит не только от инструкции, но и от того, как учащиеся справляются с этой инструкцией. Они могли бы показать, что, просто давая подсказки о том, что структура инструкции неоптимальна, например, что она содержит нерелевантную информацию, учащиеся смогли компенсировать это, участвуя в усиленном саморегулировании, в данном случае используя стратегию отбора. Этот процесс самоуправления показывает, что действие по снижению или, возможно, даже наложению нагрузки происходит не только благодаря разработчикам методики или учителям, но и самому ученику (см. Также Bannert 2002).Однако Eitel et al. также отметьте, что этот процесс самоуправления не обходится без когнитивных затрат, а также затрат на мотивацию, и что мотивация к самоконтролю со временем истощается. Их исследования убедительно демонстрируют, что учащиеся чувствительны к требованиям, которые вытекают из самой задачи или из их собственных вложений. Сначала они реагируют на внешнее напряжение, вкладывая больше необходимых ресурсов, но затем прекращают самоуправление, когда их ресурсы истощаются. Таким образом, их фокус внимания на мониторинге усилий меняется с взгляда на внешнюю нагрузку на взгляд на внутреннее взаимодействие.

В целом, независимо от того, активированы ли учащиеся на уровне объекта, в использовании усилий или на мета-уровне, учащиеся могут генерировать, использовать или управлять сигналами для оптимизации саморегуляции и когнитивной нагрузки. В следующих разделах я укажу, что мы можем узнать из представленных документов и какие вопросы остаются открытыми.

Навыки саморегулирования: определение и примеры

Ваше отношение и поведение могут повлиять на вашу жизнь и профессиональный успех.Если вы хотите достичь своих целей и чувствовать контроль над своими действиями и реакциями, подумайте о развитии навыков саморегуляции. Саморегулирование может помочь укрепить вашу устойчивость, когда неприятные события происходят вне вашего контроля. В этой статье мы расскажем, как улучшить свои навыки саморегуляции и как это может повлиять на вашу жизнь и карьеру.

Что такое навыки саморегуляции?

Навыки саморегуляции — это элементы эмоционального интеллекта, которые связаны с тем, насколько хорошо вы управляете своими мыслями и действиями.Давайте рассмотрим два типа саморегуляции: поведенческую саморегуляцию и эмоциональную саморегуляцию.

Поведенческая саморегуляция включает в себя то, как вы реагируете на ситуации и как вы действуете в соответствии со своими долгосрочными целями и глубочайшими ценностями. Например, вам может быть трудно встать рано утром для пробежки, но вы делаете это потому, что хотите улучшить свою физическую форму и здоровье.

В другом случае, возможно, клиент на работе публично критиковал вас, но вы могли сохранять спокойствие и не реагировать в этой стрессовой ситуации, потому что вы могли понять, что гнев клиента на самом деле был направлен не на вас лично.

Эмоциональная саморегуляция касается контроля над эмоциями, например, сознательной обработки своих чувств и работы над поддержанием позитивного мировоззрения при преодолении трудностей. Такой контроль может положительно повлиять на ваши межличностные отношения, потому что он может позволить вам быть более надежным, чутким и внимательным по отношению к другим.

Примеры навыков саморегуляции

Вот несколько черт и навыков, которые проявляют саморегулирующиеся люди:

Самосознание

Самосознание означает, что вы можете сознательно распознавать свои мысли, чувства и поведение .Самосознание помогает обрести самоконтроль, поэтому вы можете оставаться спокойным и рациональным в большинстве ситуаций и проявлять дисциплину, когда это необходимо. Люди с сильным самосознанием, как правило, также обладают способностью понимать потребности других и реагировать на них.

Настойчивость

Продолжать двигаться вперед к своим целям независимо от внешних или внутренних проблем — это осознанный выбор. Те, кто обладает этим навыком, склонны прилагать стопроцентные усилия, чтобы оставаться в соответствии со своими ценностями и целями.Настойчивость также может помочь вам сосредоточиться на положительном влиянии, которое находится под вашим контролем, и при этом отпустить ситуации, находящиеся вне вашего контроля.

Адаптивность

Способность адаптировать свои реакции и эмоции к различным ситуациям означает, что вы можете справиться с изменениями. Этот навык саморегулирования также может сделать вас более гибким, когда дело касается различных взглядов и мнений, и позволит вам рассматривать проблемы с разных точек зрения.

Оптимизм

Тренировка ума и эмоций означает способность успокаиваться, когда вы чувствуете стресс, тревогу или подавленность.Если вы сильный саморегулятор, вы, вероятно, рассматриваете проблемы как возможность учиться и совершенствовать свои будущие усилия. Постоянный поиск положительных моментов позволяет саморегулирующим органам постоянно улучшать собственное поведение и действия, сохраняя при этом сосредоточенность и мотивацию.

Как улучшить свои способности к саморегулированию

Саморегулирование требует приверженности, саморегуляции и практики. Процесс продолжается, так как вам нужно будет регулярно отслеживать свои мысли и действия, согласовывать их с вашими целями и вносить изменения, где это необходимо.Жизнь и работа могут вызывать стресс, поэтому важно практиковать методы, помогающие с саморегулированием, чтобы вы могли вдумчиво выбирать, как реагировать в трудные времена. Вот несколько шагов для развития ваших способностей к саморегуляции:

  1. Практикуйте самосознание.
  2. Медитируйте.
  3. Упражнение.
  4. Согласуйте свои цели со своими ценностями.
  5. Будьте добры к себе.
  6. Вести дневник.
  7. Взаимодействуйте с самим собой.
  8. Ищите отзывы.
  9. Возьмите на себя ответственность.
  10. Развивай себя.

1. Практикуйте самосознание

Один из самых важных шагов в саморегуляции — это научиться самосознанию. Самосознание — это способность ясно видеть себя, понимать, как другие видят нас и как мы вписываемся в окружающий мир.

Отличный способ начать практиковать это — провести мысленное сканирование тела и посмотреть, есть ли какие-либо области физического напряжения. Обратите внимание на то, когда вы можете испытывать беспокойство или стресс, и какие физические признаки сопровождают это чувство.Например, ваше колено быстро подскакивает или вы чувствуете напряжение в груди или плечах? Эта практика поможет вам сделать шаг назад и оценить себя и свои эмоции. Другой способ практиковать самосознание, а также улучшить саморегуляцию — это медитация.

2. Медитируйте

Медитация позволяет вам спокойно размышлять и лучше контролировать свои мысли. Любое количество медитации — даже ежедневное пятиминутное занятие — может положительно повлиять на ваши способности к саморегуляции.Планируйте каждый день время, чтобы сидеть в тихом месте, очистить свой разум и сосредоточиться на своем дыхании. Эта практика может помочь вам развить чувство спокойствия при возникновении сложных мыслей, что, в свою очередь, поможет вам контролировать свои эмоции и поведение.

3. Упражнения

Физическая активность увеличивает количество эндорфинов, что улучшает настроение и помогает бороться со стрессом. Регулярные упражнения помогают сосредоточиться и ставить цели, а также дают вам ощущение контроля над своим телом и своей жизнью.Упражнения также помогают лучше спать, что также способствует улучшению здоровья в целом.

Подумайте о том, чтобы делать регулярные перерывы в течение дня, чтобы немного передвигаться. Попробуйте выделить несколько минут, чтобы отойти от работы, потянуться, прогуляться и привести в порядок свой разум. Вы можете почувствовать себя в лучшем настроении и бодрее, когда вернетесь к работе.

4. Согласуйте свои цели со своими ценностями

Вы можете быть более мотивированы и привержены саморегулированию своих эмоций и действий, если сосредоточитесь на том, что для вас наиболее важно.Например, если вы цените профессиональную сеть, которую вы создаете, постарайтесь укрепить свои отношения с коллегами, познакомившись с ними на более личном уровне и участвуя в командных мероприятиях. Позволяя своим ценностям влиять на то, чего вы хотите достичь, вы можете поддерживать мотивацию.

Связано: Постановка целей для улучшения своей карьеры

5. Будьте добры к себе

Один из наиболее важных аспектов саморегулирования — это проявить сострадание к себе и проявить некоторую благодать, когда вы боретесь .Помните, что нет ничего идеального, и мы учимся на неудачах. Другая стратегия — проявить позитив, отмечая небольшие победы или достигая цели.

Попробуйте внедрить систему поощрений, например, сделайте небольшой перерыв после долгого времени, работая над задачей, или побалуйте себя специальным ужином после завершения важного проекта. С помощью этой стратегии вы можете со временем сформировать положительное представление о себе, что поможет вам развить более позитивное отношение в целом.

6.Ведите дневник.

Ведение дневника помогает очистить ваш разум и замедлить мысли, когда они могут мчаться. Процесс письма может помочь вам успокоиться, когда вы будете осмыслять свой день, независимо от того, был ли он положительным или отрицательным. Некоторые называют это «свалкой мозгов», чтобы избавиться от болтовни в уме и помочь двигаться вперед. Ведение журнала также может документировать ваш прогресс в привычках саморегуляции, чтобы вы могли оглянуться назад на свой путь.

7. Участвуйте в позитивном разговоре с самим собой

Когда происходит что-то захватывающее, например, выпускной или продвижение по службе, люди обычно чувствуют себя прекрасно.С другой стороны, когда случаются ошибки, некоторые люди склонны вступать в резкие разговоры с самим собой, что может вызвать нисходящую спираль. Мысли порождают чувства, поэтому важно сосредоточиться на позитивных вещах, которые мы хотим, и практиковать разговор с самим собой, будь то вслух или внутренне.

8. Ищите обратную связь

Иногда бывает трудно смотреть на себя объективно все время. Запрос обратной связи у коллег или друзей, которым вы доверяете, может быть невероятно полезным на вашем пути к осознанию и саморегулированию.Обращение к вам может заставить вас почувствовать себя уязвимым, но это отличная возможность попрактиковаться в саморегулировании. Вы можете даже вдохновить других поработать над своими навыками саморегулирования.

9. Держите себя подотчетным

Вы можете лучше контролировать свои действия, когда берете на себя ответственность за поставленные цели. Если вы планируете завершить сложную задачу к концу недели, вы можете разработать стратегию разделения этой большой задачи на более мелкие, более управляемые задания, которые будут выполняться в течение недели.

Вы также можете попросить коллегу стать партнером по подотчетности — кем-то, кто будет проверять ваш прогресс каждый день. Когда вы считаете себя ответственным и предпринимаете шаги к тому, чтобы другие делали то же самое, вы можете улучшить свою способность саморегулировать свои действия и реакцию при получении задания.

10. Самообразование

Читайте книги и учебные журналы, слушайте подкасты или проходите онлайн-курсы. Чем больше вы узнаете, тем внимательнее будете наблюдать не только за собой, но и за людьми и миром вокруг вас, что является отличным способом повысить общий эмоциональный интеллект.Вы можете начать распознавать тенденции, привычки и триггеры, чтобы не позволить себе негативно реагировать на сложные ситуации.

Навыки саморегуляции на рабочем месте

Улучшение навыков саморегуляции может положительно повлиять на ваше мышление и благополучие, а также помочь предотвратить выгорание на рабочем месте. Это также может улучшить производительность и другие аспекты вашей работы, в том числе:

Когда вы практикуете саморегулирование на рабочем месте, вы можете улучшить свою способность активно слушать и понимать, что происходит вокруг вас, не закрываясь.Вы также лучше подготовлены, чтобы думать, прежде чем говорить или действовать.

Разрешение конфликтов

Вы можете хорошо справляться с конфликтами, потому что вы можете учитывать разные мнения и лучше сопереживать коллегам и другим людям, с которыми вы общаетесь на рабочем месте. Как человек с саморегулированием, вы, скорее всего, напрямую устраните причину конфликта и не позволите эмоциям руководить вашей реакцией.

Перспектива

Саморегулирование позволяет сохранять спокойствие в сложных ситуациях и более эффективно реагировать.Возможно, вы сможете лучше сосредоточиться на конечной цели и на том факте, что разрешение конфликтов может привести к улучшению рабочего места.

Решение проблем

У вас больше шансов хорошо решать проблемы, потому что вы можете рассмотреть множество логических вариантов и адаптироваться, когда будут предложены новые решения.

Управление временем

Когда вы практикуете саморегулирование, вы можете улучшить свое управление временем на рабочем месте, взяв на себя ответственность за соблюдение сроков.Вы также можете быть более надежными, потому что у вас больше шансов прийти на встречи вовремя и быть хорошо подготовленными, что поможет вам и вашей команде оставаться продуктивными.

Управление стрессом

Время от времени работа может накапливаться и вызывать дополнительный стресс помимо вашей обычной повседневной работы. Возможно, необходимость провести презентацию и выступить перед большой аудиторией вызывает у вас дополнительный стресс. Регулярные практики саморегуляции помогут вам успокоиться, уверенно вести себя и справиться с лишним стрессом.

Как научить саморегулированию | Edutopia

Многие студенты приходят в наши классы с психологическими проблемами и проблемами обучения, СДВГ или даже с неблагоприятными детскими переживаниями и травмами, которые влияют на их исполнительные функции и способность к саморегулированию. У них нет инструментов, необходимых для концентрации и внимания, сдерживания эмоций, приспособления к изменениям или преодоления разочарования, которое иногда является частью взаимодействия с другими или изучения чего-то нового.

Это может усложнить выполнение необходимых задач в классе.Как учитель специального образования в средней школе, я быстро понял, что для того, чтобы сделать обучение доступным для этих учеников, я должен сначала поработать над развитием их навыков саморегуляции.

Как новый учитель, вы также можете столкнуться с трудностями при обучении учащихся эффективному саморегулированию. Вот несколько стратегий, которые сработали для меня.

Обеспечьте структуру и инструменты для обучения

Учителя могут организовать свои классы, чтобы обеспечить структуру и инструменты обучения, необходимые для моделирования и обучения саморегулированию.

  • Благоприятная среда: Класс должен быть безопасным пространством, в котором подчеркиваются сильные стороны. Когда возникает проблемное поведение, постарайтесь не принимать это на свой счет или немедленно поправляйте ребенка на глазах у других. Вместо этого действуйте как наблюдатель с целью выяснить, почему происходит такое поведение. Затем обратитесь к поведению, когда ребенок остынет.
  • Четкие ожидания: Расписания, процедуры и установленный распорядок помогают учащимся понять, чего ожидать, и создать среду, которая кажется структурированной и безопасной.
  • Инструкция по учебным навыкам: Как учителя, мы часто сосредотачиваемся на учебной программе, но для доступа к содержанию студентам необходимы такие навыки, как умение организовывать свои материалы, управлять своим временем, не отвлекаться от задачи, читать с пониманием, а также сохранять и Практикуйте полученные знания для последующего использования в оцениваемых заданиях. Преподавание стратегии обучения всему классу поможет всем учащимся стать более самостоятельными учениками.

Инструкция по подмосткам

Когда ученики кажутся неработающими или даже закрываются и отказываются завершить работу, иногда это происходит потому, что работа для них слишком трудна, и они разочарованы.Я обнаружил, что студенты часто используют это поведение, потому что оно помогало им в прошлом, позволяя им избежать нежелательной задачи и избежать смущения, когда они будут выглядеть «глупыми». Вместо того, чтобы признать, что они разочарованы работой, ученик часто выражает разочарование учителем из-за того, что он заставил их выполнить задание.

Scaffolding разбивает обучение на части, а затем предоставляет стратегию или структуру, чтобы учащимся было легче выполнить каждый фрагмент обучения.Чтобы эффективно формировать инструкции, вам необходимо знать, на что ребенок способен самостоятельно. Эта отправная точка обучения, называемая «зоной ближайшего развития» (ZPD), представляет собой разницу между тем, что ученик может делать самостоятельно, и тем, что он может делать с осознанной помощью.

Начало обучения с этого момента позволяет учащемуся более легко перейти к следующему логическому этапу развития. Если ребенок испытывает трудности, вы обычно можете помочь ему начать работу, сделав перерыв, определив, что он действительно понимает, а затем измените задание, чтобы оно соответствовало его ZPD.

Обсудить и поразмыслить

Детям нужна объективная, непредвзятая обратная связь, чтобы улучшить свое поведение. Когда возникает проблема, найдите спокойное время, чтобы обсудить, что пошло не так, почему и как с этим можно справиться по-другому в следующий раз. Это дает полезные указания студентам, у которых еще нет структуры и словарного запаса, необходимого для регулирования своих эмоций.

Если ученик знаком с этим процессом, он также может расслабиться, размышляя самостоятельно, посредством письменного задания, прежде чем поговорить с учителем.Рефлексия помогает учащимся стать более внимательными: вместо того, чтобы просто реагировать на эмоции, они могут научиться управлять своими эмоциями, распознавая то, что они чувствуют, до того, как это станет действием.

Модель и практика надлежащего поведения

Студенты часто учатся лучше всего, когда вы показываете им, как что-то делать, с помощью прямых инструкций. То же самое и с поведением. Если учащиеся не демонстрируют продуктивного поведения, учитель может показать им, как будет выглядеть эффективное поведение, с помощью моделирования таких действий, как «мысли вслух» или ролевые игры.

Дайте детям время попрактиковаться в новом поведении, которому они учатся, с минимальными ставками, которые разбивают желаемое поведение на достижимые шаги. Как классный руководитель, я практиковался в улучшении переходов в группе, предоставляя визуальные и слуховые подсказки (щелкая светом и хлопая в ладоши). Студенты знали, что нужно прекратить то, что они делают, и вернуться на свои места. Сначала я дал им на это несколько минут и вознаградил студентов, которые сидели на своих местах, даже если они были немного громкими, добираясь туда.Постепенно я сократил отведенное время и наградил только студентов, которые сидели тихо и слушали указания, вытащив свои материалы, и были готовы к работе.

Я обнаружил, что объективное мышление о поведении как о навыке, которому нужно научить, а не просто как о хорошем или плохом, было чрезвычайно полезно для моей способности направлять детей в обучении управлению своим поведением. Некоторые дети поступают в школу без навыков саморегуляции, необходимых для успешной учебы. Мы должны встретить этих детей там, где они есть, и научить их навыкам, необходимым для успешной учебы в классе.

.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Related Posts