Ощущение в психологии это определение: Ощущения. Что такое «Ощущения»? Понятие и определение термина «Ощущения» – Глоссарий

Содержание

Ощущение( в психологии) — это… Что такое Ощущение( в психологии)?

Ощущение( в психологии)

   — элементарный познавательный процесс, с которого начинается познание человеком окружающего мира. В своей совокупности О. являются источником знаний человека о мире и о самом себе. Все другие, более сложные психические процессы — восприятие, мышление и другие — строятся на основе О. Ощущение не даётся человеку в готовом виде при рождении. В ходе развития ребёнка О. претерпевают значительные изменения. С возрастом увеличивается количество раздражителей, которые ощущает ребёнок, одновременно обогащаются реакции ребёнка на раздражения, по которым можно судить о возникновении у него О. Гл. возрастное изменение О. связано с развитием различительной чувствительности: повышается острота зрения, тонкость различения музыкальных тонов и звуков речи, точность дифференцировки цветов, а также степень мышечного напряжения. Одновременно возрастает и лёгкость различения.

   В основном развитие О. определяется изменением и усложнением практической деятельности ребёнка: в раннем детстве он овладевает предметными действиями, в дошкольном возрасте ведущей деятельностью ребёнка становится сюжетно-ролевая игра, у школьника требования жизни обусловливают дополнительное совершенствование перцептивной (сенсорной) деятельности, т.к. процесс учения и начальные формы труда могут быть успешными лишь при наличии у ребёнка богатых, разнообразных и хорошо специализированных О.

   Развитие О. у ребёнка происходит при систематическом воздействии на него окружающих. В общении со взрослыми дети приобретают умение классифицировать свои О. по качеству, силе, сравнивать их. О. детей не просто совершенствуются, а приобретают истинно человеческий характер.

   (Бим-Бад Б.М. Педагогический энциклопедический словарь. — М., 2002. С. 183-184)

Педагогический терминологический словарь. — С.-Петербург: Российская национальная библиотека. 2006.

  • Оцхели, Иосиф Иванович
  • Паблик скулз

Смотреть что такое «Ощущение( в психологии)» в других словарях:

  • ОЩУЩЕНИЕ в психологии — элементарный познават. процесс, с к рого начинается познание человеком окружающего мира. Благодаря О. возможно познание организмом свойств внеш. и внутр. среды. В своей совокупности О. являются источником знаний человека о мире и о самом себе.… …   Российская педагогическая энциклопедия

  • Ощущение — Эта статья  об отражении сигналов органов чувств. Об отражении эмоциональных процессов см. Переживание (психология). Ощущение, чувственный опыт  простейший психический процесс, представляющий собой психическое отражение… …   Википедия

  • ОЩУЩЕНИЕ —         отражение свойств предметов объективного мира, возникающее в результате воздействия их на органы чувств и возбуждения нервных центров коры головного мозга. О. исходный пункт познания, неразложимый его элемент. Выделяя отражение качества… …   Философская энциклопедия

  • ощущение — отражение свойств предметов объективного мира, возникающее при их непосредственном воздействии на рецепторы. В рамках рефлекторной концепции И. М. Сеченова и И. П. Павлова были проведены исследования, показавшие, что по своим физиологическим …   Большая психологическая энциклопедия

  • ощущение —         ОЩУЩЕНИЕ предполагаемое рядом философских и психологических концепций элементарное содержание, лежащее в основе чувственного знания внешнего мира, «кирпичик» для построения восприятия и иных форм чувственности. В качестве примеров данного …   Энциклопедия эпистемологии и философии науки

  • ОЩУЩЕНИЕ

    — ОЩУЩЕНИЕ, состояние сознания, вызываемое раздражением органов чувств, связанных центростремительными проводящими путями с высшими этажами центральной нервной системы корковыми центрами. Так. образом ощущение как свойство сложного, по преимуществу …   Большая медицинская энциклопедия

  • ОЩУЩЕНИЕ — 1. Любой непроработанный, элементарный опыт чувства или осведомленности о каких то состояниях внутри или вне тела, вызванный возбуждением некоторого рецептора или системы рецепторов, сенсорные данные. Это определение представляет своего рода… …   Толковый словарь по психологии

  • Ощущение — (физиология и психофизика) в широком смысле представляет особое психическое состояние или внутреннее бытие, вызываемое возбуждением определенных частей нашего нервного вещества разнообразными внешними и внутренними раздражителями. С этой точки к… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • ОЩУЩЕНИЕ — в психологии, элементарный познават. процесс, с к рого начинается познание человеком окружающего мира. Благодаря О. возможно познание организмом свойств внеш. и внутр. среды. В своей совокупности О. являются источником знаний человека о мире и о… …   Российская педагогическая энциклопедия

  • Я в философии и психологии — (ego) обозначает сознаваемое каждым человеком единство собственного индивидуального существования. Так как в этом единстве соединяется в одно целое все нами переживаемое, то обыкновенно слово Я служит для обозначения неопределенной совокупности… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

Книги

  • MBTI:определение типов. У каждого свой дар, Майерс Изабель Бриггс. Индикатор типов Майерс-Бриггс, разработанный на основе типологии Карла Юнга, побил все мыслимые рекорды по своей популярности. С его помощью можно выявить, что является более предпочтительным… Подробнее  Купить за 2545 руб
  • История психологии, Хельмут Е. Люк. Книга немецкого профессора психологии Хельмута Люка представляет краткий обзор всех основных течений, школ, направлений, частных областей психологии от середины XIX до рубежа XX-XXI веков.… Подробнее  Купить за 882 грн (только Украина)
  • История психологии. Течения, школы, пути развития, Люк Хельмут Е.. Книга немецкого профессора психологии Хельмута Люка представляет краткий обзор всех основных течений, школ, направлений, частных областей психологии от середины XIX до рубежа XX-XXI веков.… Подробнее  Купить за 682 руб
Другие книги по запросу «Ощущение( в психологии)» >>

У вас на лице отражаются не ваши истинные чувства. А что же?

  • Талия Рейчел Майерс
  • BBC Future

Автор фото, Getty Images

Мы всегда считали, что наша мимика отражает наши эмоции и переживания. Но недавние исследования показывают, что, похоже, это далеко не так.

В 2015 году, исследуя эмоции и мимику в племенах Папуа — Новой Гвинеи, психолог Карлос Кривелли обнаружил нечто неожиданное.

Ученый показывал жителям островов Тробриан (архипелаг в Соломоновом море в юго-западной части Тихого океана, принадлежащий Папуа — Новой Гвинее. — Прим. переводчика) фотографии европейцев или американцев и просил определить, какие эмоции переживают люди на снимках.

Классическое (для западного мира) выражение ужаса на лице — широко раскрытые глаза, открытый рот — островитяне восприняли как проявление агрессии и угрозы.

Получается, то, что казалось нам универсальным выражением страха на лице, вовсе не является таковым.

Что же может означать тот факт, что жители островов Тробриан интерпретируют мимику иначе?

Одна довольно распространенная теория гласит, что выражение лица вообще не отражает наших настоящих чувств, оно скорее показывает, какие социальные цели мы преследуем — например, намерение произвести определенное впечатление.

Автор фото, iStock

Подпись к фото,

Классическое выражение ужаса на лице западного человека жители Папуа-Новой Гвинеи посчитали проявлением агрессии или угрозы

Наше лицо выполняет функцию своеобразного «дорожного знака, который управляет транспортным движением вокруг нас», объясняет Алан Фридлунд, профессор психологии из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре.

Он — соавтор исследования Кривелли, в котором оба ученых пришли к выводу, что «наше лицо — инструмент социального взаимодействия».

Наша мимика не столько показывает, что происходит внутри нас, сколько свидетельствует о том, что мы ожидаем от дальнейшего общения.

Например, недовольное лицо может означать, что вам не нравится, как идет разговор, и вы хотели бы направить его в другое русло.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Хмурое выражение или улыбка появляются на лице, как правило, инстинктивно, но они свидетельствуют о наших дальнейших намерениях в общении

«Это единственная причина, которая может объяснить мимику с точки зрения эволюции», — объясняет Бриджит Уоллер, профессор эволюционной психологии из Портсмутского университета (Британия).

По ее мнению, лицо всегда «передает какую-то важную и полезную информацию — как для отправителя, так и для получателя».

Хотя эта теория выглядит вполне логичной, ученые пришли к ней далеко не сразу.

Идея, что наши чувства — фундаментальные, инстинктивные и отражаются на наших лицах, глубоко укоренена в западной культуре.

Древние греки противопоставляли страсти уму, а философ Рене Декарт в XVII веке определил шесть основных страстей, которые могут препятствовать рациональному мышлению. Художник Шарль Лебрен нашел анатомический аналог выражения лица каждой декартовой страсти.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Идея, что наше лицо непосредственно отражает переживаемые нами эмоции, глубоко укоренена в западной культуре

В 1960-70-х гг. ученые в определенной степени подтвердили, что наша мимика отражает некоторые базовые эмоции.

Американский психолог Пол Экман путешествовал по разным странам мира и предлагал их жителям определить, какие эмоции испытывают люди на фотографиях.

Его исследование указывает на то, что некоторые выражения лица и соответствующие им эмоции узнают представители любой культуры. Такими базовыми эмоциями можно считать радость, удивление, отвращение, страх, грусть и гнев.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Из исследования Пола Экмана вроде бы следовало, что некоторые базовые эмоции, например отвращение, узнают люди всех культур, однако этот вывод оказался ложным

Теорию Экмана применяют и сегодня — например, в инструкциях правительства США по выявлению потенциальных террористов.

Впрочем, выводы его исследования неоднократно подвергались критике. Среди ярых оппонентов Экмана была исследовательница Маргарет Мид, которая считала, что мимика — поведение приобретенное, а не присущее человеку от рождения.

Новое исследование подвергает сомнению два основных положения теории эмоций.

Первое — что эмоции являются универсальными и узнаваемыми в любой культуре мира. И второе — что выражение лица точно отражает, что именно чувствует человек.

В новое исследование вошли и наблюдения Кривелли, который много месяцев изучал эмоции коренных народов Папуа — Новой Гвинеи и Мозамбика.

Ученый установил, что люди там не воспринимают выражение лица так же, как представители западного мира.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Лишь небольшое количество папуасов признало улыбку на лице проявлением радости

И это касалось не только эмоции страха. Лишь небольшое количество папуасов, к примеру, признали улыбку на лице проявлением радости.

Около половины опрошенных описали такие лица с помощью слова «смех», таким образом, называя действие, а не чувство, которое улыбка отражает.

Некоторые другие отметили, что лицо обладает «магией привлекательности» — присущей тробрианцам уникальной эмоцией, которую Кривелли толкует как восхитительное, волшебное очарование.

Похожим образом описывали мимику и другие этнические группы, как выяснила психолог Мария Жендрон из Северо-Восточного университета (Бостон, США).

Представители народностей химба в Намибии и хадза в Танзании определяли не эмоции на лице (например, радость или печаль), а действия человека (смех или плач). Или делали это через объяснение возможных причин такой мимики («кто-то умер»).

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Когда другие люди интерпретируют наше выражение лица, они могут приписывать нам эмоции, которых мы на самом деле не чувствуем

Осложняет проблему и тот факт, что другие люди довольно часто неправильно трактуют наше выражение лица, приписывая нам те эмоции, которых мы не ощущаем.

Аналитический обзор более 50 исследований показал, что лицо человека выражает его истинные чувства в очень небольшом количестве ситуаций.

Самое значительное исключение: когда нам весело, это почти всегда сопровождается улыбкой или смехом.

Соавтор исследования Райнер Райзензейн считает, что этот феномен можно объяснить с точки зрения эволюции. Ведь откровенная демонстрация нашего внутреннего состояния, очевидно, не выгодна для нас.

Тот факт, что наше лицо правдиво не отражает наших чувств, может иметь серьезные последствия. Например, для сферы искусственного интеллекта и робототехники.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

С точки зрения эволюции, искренняя демонстрация нашего внутреннего состояния не выгодна для нас

«Разработчики искусственного интеллекта преимущественно опираются на классические выражения лица: нахмуренные брови — недовольство, улыбка — радость», — объясняет Фридлунд.

Но если человек, мрачно взглянув на работа, на самом деле чувствует что-то другое, машина наверняка отреагирует неадекватно.

«Запрограммировать робота точно распознавать эмоции на человеческом лице — очень сложная задача. Ведь для этого он должен понимать человека, иметь опыт общения с ним», — объясняет Фридлунд.

Он консультирует компании, которые разрабатывают искусственный интеллект, и советует им интерпретировать человеческие эмоции, исходя из контекста ситуации, а не выражения лица.

Впрочем, многим из нас это открытие способно помочь улучшить навыки общения.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Глядя на лицо собеседника, надо пытаться понять не его эмоции, а то, чего он ожидает от взаимодействия с вами

Мы бы достигли в этом больших успехов, если бы в лице собеседника пытались рассмотреть не то, что он там на самом деле чувствует, а то, что он хотел бы нам сказать.

Лицо собеседника надо воспринимать как дорожный знак, советует Фридлунд.

«Или как железнодорожную стрелку, которая показывает нам, в каком направлении в разговоре стоит или не стоит двигаться дальше», — объясняет исследователь.

Сердитый взгляд вашей подруги может вовсе не означать, что она сердится, а лишь то, что она хочет, чтобы вы согласились с ее точкой зрения.

Надутые губы вашего ребенка не обязательно отражают обиду, возможно, он просто хочет вашего сочувствия или защиты в неудобной ситуации.

Или, например, смех. «Когда и как вы смеетесь, имеет чрезвычайно важное значение для социального взаимодействия», — отмечает Уоллер.

Неуместный смех, например, не означает радости, а свидетельствует о том, что вы невнимательно следите за разговором, а может быть даже демонстрируете собеседнику враждебность.

Кривелли вообще сравнивает нас с кукловодами, которые дергают за ниточки разных выражений лица с целью манипулировать другими людьми.

Но и наши собеседники тоже манипулируют нами в ответ. Что тут поделаешь? Мы — существа социальные.

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Future.

Ощущение – это в психологии: что это такое, характеристика конкретных примеров и их классификация

Чувственный опыт, ощущение – это в психологии простейший процесс, обеспечивающий познание человеком внешнего мира и самого себя. Он представляет канал связи, благодаря которому в нашем сознании рождаются восприятие, воображение, мышление, выражающиеся действиями и эмоциями.

Понятие об ощущениях

Постараемся понять, что это такое. Понятие об ощущениях в психологии дается как о процессе отражения человеческим сознанием свойств, присущих предметам или явлениям, а также внутреннего состояния.

Этот процесс – первоисточник знаний об окружающем мире. Он информирует о форме предметов, запахах, цвете, размерах, температуре, плотности, вкусе продуктов. С его помощью человек слышит, различает звуки, совершает движения, постигая пространство.

Возникновению ощущений предшествует действие внешних раздражителей окружающей среды на органы чувств. Воздействуя на участки нервной системы, раздражение посылает нервным окончаниям органов информацию о мире. Раздражителям свойственна пространственная локализация. Нервные окончания информируют нас, на какой участок тела либо откуда воздействует раздражитель: идет дождь, поступает тепло, падает свет.

Физиология ощущаемости обеспечивается сложной деятельностью органов чувств. К примеру, если человек лишен зрения, он не может различать цвет объектов. У людей с отсутствием слуха нет представления, как звучит голос матери, дождь или музыка.

Это интересно! Что это такое – девиантное поведение

Ощущения на уровне физиологии обеспечивают органы чувств

Классификация

В познании мира задействовано более двух десятков органов чувств. Возникновение ощущаемого образа происходит от воздействия на рецепторы, являющиеся окончаниями любого органа чувств. Глаза, язык, уши, кожа обладают миллионами рецепторов, от которых сигнал о свойствах предмета поступает в мозг. Классификация ощущений в психологии делит их на внешние и внутренние.

К сведению! Современная психологическая наука предлагает новую классификацию, определяемую понятием внешне-внутренних ощущений: температурных, болевых, вкусовых, вибрационных, мышечно-суставных, статико-динамических.

Внешние – экстроцептивные
Название Характеристика ощущений
Зрительные

(визуальные)

Возникают от воздействия световых лучей на рецепторы сетчатки глаза. Различаем хроматические цвета (окрашенные) с оттенками предметов спектра – от желтого до фиолетового, ахроматические – белый, черный с оттенками серого. Чем меньше света, тем цветовая гамма предметов становится менее яркой, обретая в сумерках серые краски. Отсюда пошла пословица: «В темноте все кошки серые».
Вкусовые Возникают посредством раздражения вкусовых рецепторов, расположенных на языке, слизистой глотки, поверхности неба. Насчитывают их четыре разновидности: соленые, кислые, сладкие, горькие. Также существует множество оттенков, придающих неповторимый вкус кулинарным блюдам.

Разные участки языка отличаются особой восприимчивостью: кончиком чувствуем сладкое, краями – кислое, основанием – горькое.

Вкусовая категория взаимосвязана с обонянием. По запаху зачастую определяют качество пищи. Например, при насморке еда кажется безвкусной.

Обонятельные Обоняние – чувствование запахов благодаря специальным рецепторам носа. Ведущую роль обоняние играет для лиц с ограниченными возможностями по слуху и зрению. По запахам они различают людей, предметы, сигналы об опасности.

Обоняние важно для жизни. Почувствовав запах гари или газа, человек может избежать опасности для жизни. Ароматы цветов и парфюма влияют на эмоциональное состояние людей.

Осязательные

(тактильные)

Передаются воздействием на кожу. Различаются виды – от прикосновения и температурные. Нервные окончания кожи дают возможность чувствовать тепло, холод, силу прикосновения. Разные участки кожи различаются чувствительностью. Холод больше осязается грудью, животом, поясницей. Прикосновение сильнее чувствуется кончиком языка, подушечками пальцев. Температурные ощущения носят эмоциональную окраску: тепло – расслабляет, холод – бодрит.
Слуховые Различается три вида – музыкальные, речевые и шумы.

Слуховые анализаторы во всех видах характеризуются качественными показателями звука – силой, высотой, тембром, длительностью, темпом.

Музыкальный слух – способность различать звуки по всем качественным показателям, мелодии и ритму.

Фонематический слух – восприятие звуков речи. При развитом фонематическом слухе формируется грамотная письменная речь.

Шумы – влияют на эмоциональное состояние людей. Успокаивает шелест листвы, шум морского прибоя. Шум дождя, завывание ветра – вызывают грусть или тревогу. Шипение змеи, лай собак, сигнал автомобиля, звук грозы напоминают об опасности, звук салюта вызывает радость. Посторонние шумы негативно воздействуют на обучение школьников, умственную работу офисных сотрудников.

Характеристика видов ощущений

Это интересно! Понятие воля: что это в психологии

Внутренние – интероцептивные

Этот вид чувственного опыта дает информацию о процессах, происходящих в организме. Они подают сигналы жажды, голода, боли, важные для выживания в окружающей среде.

Название Характеристики
Двигательные Чувствуется движение, положение частей тела в пространстве. Координатором выступают двигательные рецепторы, находящиеся в мышцах, сухожилиях, пальцах рук, на языке, губах.
Органические Дают представление о работе организма – пищевода, кишечника, сердца, других внутренних органов. Нервные окончания сообщают о нарушениях жизнедеятельности внутренних органов. Они проявляются спазмами, тошнотой, отеками, сердцебиением, головокружением, другими симптомами.
Осязательные Вызваны слиянием двигательных ощущений с кожными. Возникают во время ощупывания предметов рукой в состоянии движения.
Равновесие Пространственное расположение тела обеспечивается вестибулярным аппаратом, находящимся во внутреннем ухе. С органом равновесия связана работа остальных органов. При сильном воздействии на вестибулярный аппарат внешних факторов у людей наблюдаются головокружение, тошнота, потеря ориентации.
Болевые Выполняют защитные функции, сообщая о нарушениях в очаге боли. При их отсутствии человек не способен распознать тяжесть ранения или травмы. Полная нечувствительность к боли – аномалия, приводящая к травмам.

Полезное видео: ощущение

Свойства ощущений

Чувственные психологические процессы зависят от физических и биологических особенностей конкретного индивидуума. Они характеризуются приспособляемостью к определенным раздражителям, а также комплексом свойств, проявляющихся в разной степени.

  • Качество (модульность). Характеризуется отличием одного ощущения от других. К примеру, обоняние информирует о химических особенностях объектов – запахах: пряностей, цветочных, сероводорода, сдобы.
  • Интенсивность. Выражена количеством раздражителя, силой его воздействия, функциональной готовностью рецептора выполнять предназначенную работу. Пример: при насморке сила запаха ослабевает.
  • Длительность. Зависит от функционального состояния рецепторов, времени и интенсивности воздействия раздражителя. Ощущения не возникают и не исчезают мгновенно. Возникновению предшествует латентный период – время с начала действия раздражителя до проявления ощущений. Скрытый период у видов – разный: наивысший характерен для болевых, низший присущ вкусовым. Исчезновению свойственна инерция – время между окончанием воздействия раздражителя и прекращением чувствительности.
  • Чувствительность. Характеризуется реакцией нервной системы на раздражители. Каждый орган чувств различается степенью чувствительности. Наиболее высокая степень присуща обонянию.
  • Адаптация. Приспособляемость органов чувств к изменению внешних условий. Пример: переходя от света к темноте, постепенно начинаем различать предметы.
  • Сенсибилизация – взаимодействие ощутительных процессов, под влиянием одного раздражителя. Пример: звучание музыки ассоциативно вызывает определенное цветовосприятие.
  • Компенсация. Выражается усилением одной чувствительности при нарушении другой. Пример: обострение слуха после потери зрения.

Возьмите на заметку! Применяя свойства сенсибилизации и адаптации, развивается способность позитивного восприятия мира, окрашенного яркими эмоциями.

Свойства ощущений

Пороги ощущений

Рассмотрим, что входит в определение – порог ощущений. Органы чувств, на которые происходит воздействие, отличаются особой чувствительностью к отображаемым явлениям. Психологи называют такое состояние психики порогами ощущений. Их несколько:

  • Нижний (абсолютный) порог представляет минимальную величину раздражителя, вызывая малозаметные ощущения. Высокой чувствительности соответствуют нижние пороги.
  • Верхний порог – проявление максимальной величины раздражителя, при котором продолжает сохраняться чувствительность. Верхний порог соответствует низкой чувствительности.
  • Порог различения – минимальная степень различия между двумя раздражителями, вызывающая малозаметные различия в ощущениях.

Это интересно! Принципы устройства бытия: что это такое онтология

У каждого индивидуума величина порогов чувствительности различна. Они подвержены изменениям с возрастом, состоянием здоровья, психики. При воздействии лекарственных и наркотических средств чувствительность может повышаться или понижаться.

Большую роль играет тренинг, а также характер деятельности. У музыкантов от тренировок развивается слух, у легкоатлетов – двигательные показатели. Дегустаторы совершенствуют вкусоощущение и обоняние. Художники развивают визуальную чувствительность, распознавая большее число оттенков цвета.

Полезное видео: понятие, свойства и виды ощущений

Вывод

Все виды и свойства ощущений эффективно используются в психотерапевтической практике. Примеры, приведенные в статье, важны для понимания значимой роли этого психического процесса в комфортной и безопасной жизни людей.

Как отличить голод психологический и физический?

Не секрет ведь, что стройные люди отличаются от тех, кто имеет проблемы с лишним весом (за исключением каких-либо медицинских патологий) в том числе и тем, что едят тогда, когда они по-настоящему голодны. «Пышные» же люди зачастую попадают в ловушку психологического (или, как его еще называют, эмоционального) голода. Однако — о чудо! — оказывается, отличить физический голод от психологического довольно легко, важно лишь знать, на что именно обращать внимание.

А теперь сравним признаки голода психологического и физического (по книге Constant Craving). Их надо различать и удовлетворять по-разному.

1. Психологический голод ВНЕЗАПЕН. Только что тебе до еды не было дела, а минуту спустя ты помираешь от голода. Голод нарастает от нуля до шквального уровня очень быстро.

Физический голод ПОСТЕПЕНЕН. В животе урчит или побулькивает. Ощущение такое, что кишки пустые, чистые и омываются водичкой. Через несколько часов — желудок уже рычит. Физический голод дает тебе нарастающие сигналы, что пора есть.

2. Психологический голод проявляется как ТЯГА ПО КОНКРЕТНОЙ ПИЩЕ. Ты страстно желаешь особый вид пищи: шоколада, макарон, соленых огурчиков или котлет. Когда голод психологический, то есть чувство, что тебе НЕОБХОДИМО есть этот конкретный продукт или блюдо. Никаких замен!

Физический голод характеризуется ОТКРЫТОСТЬЮ К РАЗЛИЧНЫМ ПРОДУКТАМ ИЛИ БЛЮДАМ. Когда голод физический, есть предпочтения/склонности к определенной пище, но они гибкие. Ты согласна поужинать если не тем, так этим.

3. Психологический голод ЖИВЕТ В ГОЛОВЕ. Эмоционально основанные страсти по пище начинаются во рту и в уме, входят через глаза и через ноздри. Твой язык хочет ощутить вкус бутерброда с копченостями или пончика. В твоем уме — хоровод мыслей о вожделенном блюде.

Физический голод ЖИВЕТ В ЖЕЛУДКЕ. Ты его распознаешь по ощущениям в животе. Ты испытываешь посасывание в животе, урчание, пустоту и даже боль в животе, если голод физический.

4. Психологический голод — это НЕОТЛОЖКА, СРОЧНОСТЬ. Он толкает тебя есть, жрать, набить брюхо прямо сейчас! Ты испытываешь желание мгновенно утолить эмоциональную боль пищей.

Физический голод ТЕРПЕЛИВ. Он предпочитает, чтобы ты поела в скором будущем, но не приказывает тебе есть сию же минуту.

5. Психологический голод СОСУЩЕСТВУЕТ В ПАРЕ С НЕПРИЯТНОЙ ЭМОЦИЕЙ. Начальник от тебя требует. У ребенка проблемы в школе. Муж заболел. Психологический голод возникает в связи с ситуацией, нарушившей твое душевное равновесие.

Физический голод ВОЗНИКАЕТ ОТ ФИЗИЧЕСКОЙ НУЖДЫ. Он появляется, потому что прошло более 5 часов после последнего приема пищи. Ты можешь испытать головокружение или упадок сил, если слишком голодна.

эффект «зловещей долины» — Strelka Mag

Чем больше робот оказывается похож на человека, тем симпатичнее он кажется — но лишь до определённой степени. Слишком натуралистичный робот вызывает тревогу из-за мелких несоответствий: например, слишком пропорционального лица. Это рождает чувство дискомфорта и страха, получившее название эффекта «зловещей долины».

Эффект «зловещей долины» – одна из тем, которые изучают студенты образовательной программы Института «Стрелка» The New Normal. Следить за проектами «Новой нормы» можно в соцсетях, а подробнее прочитать о программе — на сайте.

 

Что написано в словаре

Источник: Osaka University and ATR Intelligent Robotics and Communication Laboratories

Эффект «зловещей долины» (uncanny valley) — гипотеза, сформулированная японским учёным-робототехником и инженером Масахиро Мори. Она подразумевает, что робот или другой объект, выглядящий или действующий примерно как человек (но не точно так, как настоящий), вызывает неприязнь и отвращение у людей-наблюдателей. В 1970 году Мори провёл опрос, исследуя эмоциональную реакцию на внешний вид роботов. По его итогам учёный выпустил эссе Bukimi No Tani. В 1978 году текст перевели на английский, назвав Uncanny Valley.

В своей гипотезе Мори пытался объяснить эффект «зловещей долины», обращаясь к бессознательному. По его мнению, похожая на человека машина перестаёт восприниматься как техника. Антропоморфный робот начинает казаться нездоровым или неживым человеком, ожившим трупом, вызывая у наблюдателя страх смерти. Помимо напоминания «memento mori», излишне симметричные лица андроидов вызывают когнитивный диссонанс своей неправдоподобностью, несвойственной живым людям.

Одна из самых популярных гипотез, получившая название «теории неспособности к эмпатии», принадлежит Катрин Миссельхорн. Миссельхорн также обращается к психоанализу, истории психологии и Я-концепции. Катрин говорит о том, что мы по определению не способны понять чувства человекоподобного существа. Это и приводит к тревоге перед неизвестностью.

 

Откуда пришло

Андроид Эрика из Японии. Источник: facebook.com/ANDROIDERICA

В 1988 году компания Pixar показала анимационный короткометражный фильм «Оловянная игрушка». Оказалось, что ещё во время тестовых просмотров аудитория возненавидела взгляд псевдореалистичного ребёнка Билли. Сильная негативная реакция аудитории убедила Pixar избегать излишне реалистичных человеческих персонажей в своих будущих проектах. C тех пор анимационная студия сосредоточилась на фильмах о живых игрушках, любопытных роботах и говорящих машинах.

Чувство иррациональной тревоги, возникающей от человекоподобного существа с небольшими отклонениями от нормы «человеческого вида», были описаны ещё в 1818 году Мэри Шелли в романе «Франкенштейн, или Современный Прометей». Психоаналитические истоки явления можно найти и в статье Зигмунда Фрейда «Жуткое». Основная идея Фрейда заключалась в том, что, вопреки всеобщему мнению, нам становится жутко не от столкновения с чем-то неведомым и чужеродным, а, наоборот, с тем, что нам хорошо знакомо. В своей работе Фрейд отмечает, что эстетика с большим желанием занимается рассуждениями о величественном и прекрасном, нежели о зловещем и отталкивающем, и приводит цитату Фридриха Шеллинга:

«Жуткое — это то, что должно было бы быть скрытым, но обнаружило себя».

​«Теория психопатов», выдвинутая Анджелой Тинвелл, обращает внимание на то, что мы полагаем, будто и сам андроид неспособен к эмпатии. Иными словами, мы воспринимаем подобное создание как психопата. Мы не способны контролировать его эмоциональные реакции, а следовательно, и поведение. Ещё одна близкая к этой теория — «теория восприятия угрозы» — описывает машины как существ, которые находятся в пространстве между категориями «робот» и «человек». Это сталкивает нас с непониманием того, чего ждать от такого существа, и неуверенностью в том, управляем ли мы ситуацией.

Эффект «зловещей долины» был неоднократно исследован с разных точек зрения: от практического интереса робототехников до теоретических подходов философов и психологов. Интерес к этой области растёт пропорционально развитию индустрии производства андроидов: в 2015 году эффект упоминался в 510 научных статьях по сравнению с 35 — в 2004 году.

Несмотря на то, что эффект легко описать и он кажется интуитивно правильным, исследовать подобную субъективную категорию непросто, и дискуссии в академических кругах продолжаются. Точные причины такого психологического феномена не выяснены до сих пор. Тем не менее время от времени появляются научные публикации, предъявляющие убедительные доказательства существования «зловещей долины». Одна из них — недавнее исследование Майи Матур и Дэвида Райхлинга, проведённое на основе 80 существующих роботов и анализа их восприятия людьми.

 

Что говорят эксперты

Стефани Лей, профессор факультета искусств и социальных наук Открытого университета, исследователь эффекта «зловещей долины»

Исследованием эффекта «зловещей долины» я занимаюсь с 2006 года. Последнее время изучаю реакции людей на роботов. И обнаружила, что самыми жуткими машинами кажутся те, где счастливые лица объединены со злыми глазами. Это вызывает ощущение, что робот пытается подавить в себе неприятные эмоции.

Производство андроидов быстро прогрессирует, учёные создают всё более реалистичных роботов. Одна из теорий о «зловещей стене» предполагает, что отличить искусственное от человеческого можно будет всегда, несмотря на развитие технологий. Когда роботы станут более реалистичными, мы тоже станем более чувствительными к этим изменениям и всегда сможем понять, если с ними будет что-то не так. Конечно, мы ещё очень далеки от этого.

Тимофей Нестик, заведующий лабораторией социально-экономической психологии Института психологии РАН профессор, доктор психологических наук член этического комитета Ассоциации искусственного интеллекта России

Тимофей Нестик

Мне кажется, важно учитывать то, в какой ситуации человек видит андроида, и род задач, которые решает робот. Одно дело, если речь идёт об автоматизированном промышленном производстве, совсем другое — если о сфере услуг, помощи пожилым людям, вопросах воспитания и заботы о детях.

Существуют данные, которые свидетельствуют о том, что люди с повышенной тревожностью чувствительнее к эффекту «зловещей долины». Экстравертам легче даётся взаимодействие с андроидами. Культурные особенности ещё сильнее влияют на восприятие эффекта. Например, в Японии немного иначе относятся к роботам, чем в Европе. Это происходит в силу того, что в Японии существует древняя система религиозных представлений, где предметы могут быть одушевлёнными.

Больше всего на силу эффекта, конечно же, влияют убеждения и типы технологий. Уровень доверия к самоуправляемым такси выше, чем к роботам-хирургам, которые обеспечивают невообразимо высокую точность операций. Темпы развития технологий в области человекоподобных роботов ещё не настолько велики, чтобы мы столкнулись с их эффектом в повседневной жизни. Эффект «зловещей долины» формируют скорее массовая культура, искусство, фантастические фильмы, вызывая то, что иногда называют «памятью о будущем».

Мы изучали отношение к роботам и искусственному интеллекту у российской молодёжи, и результаты показали, что недружелюбных роботов боятся технооптимисты, которые верят в быстрое развитие технологий, но их меньшинство. Подавляющее же большинство боятся скорее людей, которые программируют роботов, и того, что в руках злоумышленников это приведёт к тотальному контролю и манипулированию общественным мнением.

Надежда как философское, религиозное, психологическое понятие

Елена Фанайлова: Свобода в Клубе ««ArteFAQ». Надежда – наша сегодняшняя тема.

И за нашим столом – клинический психолог Оксана Старостина, социолог и переводчик Борис Дубин, социолог Лев Гудков, «Левада-Центр», ведущий программы «С христианской точки зрения» Радио Свобода Яков Кротов, писатель Линор Горалик и Леонид Карасев, философ и литературовед.

И я бы хотела начать с некоего персонального переживания надежды, до того, как мы начнем философствовать на эту тему. Ваши переживания, связанные с надеждой, или переживания какого-то знакомого человека.




Леонид Карасев

Леонид Карасев: Для меня надежда – это чувство, которое обладает, может быть, наивысшей ценностью, позволяющее человеку чувствовать себя более-менее нормально в жизни. И самое острое ощущение, которое я когда-либо испытывал, — это были ощущения, связанные с потерей надежды, поскольку перспективы никакой уже не оставалось, и не было просто ощущения жизни как такового реального. Поэтому надежда – это вещь чрезвычайно важная, ценная. И ценная еще тем, что ее можно потерять.


Лев Гудков: Существует очень много видов надежды: от бытовой – просто надежда не опоздать на поезд или получить отметку на экзамене, или чтобы еще что-то конкретное вполне произошло, до метафизической надежды – как некоего горизонта всего происходящего или еще что-то. Если говорить о себе, о некотором течении событий, то я бы сказал, что с течением времени я стараюсь давить в себе надежду, потому что соблазн большой в надежде. И безосновное, слабо обоснованное ожидание чего-то хорошего или плохого — мне кажется, это настолько распространенное самоощущение или ощущение коллективное, что выдает некоторую инфантильность нашего общества. Надежда то ли на власть, то ли на чудо… На чудо – я имею в виду не в религиозном смысле, а на то, что свершится что-то хорошее…


Елена Фанайлова: Без участия самого человека, да?




Лев Гудков

Лев Гудков: …да, кто-то чего-то принесет.


Леонид Карасев: Авось…


Лев Гудков: Да, авось. Это вот русское «авось» или что-то в этом роде. Поэтому чем дальше, тем больше мне видится соблазн очень дурного толка в надежде, в коллективных надеждах, в коллективных состояниях, в расслабленности такой, инфантильности. И с течением лет я все более негативно отношусь вот к этому уровню горизонта.


Елена Фанайлова: То есть стакан наполовину пустой, а не наполовину полный.


Лев Гудков: Расслабляющее такое…




Оксана Старостина

Оксана Старостина: Первая ассоциация, которая мелькнула, когда вы, Лена, озвучили тему, что тема вполне безнадежна. И наверное, тут нужно говорить либо с юмором об этом, либо серьезно. Вот второе оказывается достаточно сложным. Потому что ты начинаешь думать о надежде – и сразу появляется зловещее чувство, что вот то, чего ты очень хотел бы, так или иначе, этого не случится. Поэтому, да, это очень, действительно, неоднозначная тема. И либо ее как-то серьезно, экзистенциально рассматривать, либо заниматься самоутешением.


Елена Фанайлова: Вот так психолог Оксана Старостина о надежде говорит. Слушайте, это просто какая-то компания пессимистов собралась за этим столом.


Линор Горалик: Русских интеллигентов собрала за этим столом.


Елена Фанайлова: Надо сказать, что Леонид Владимирович тоже заговорил о потере надежды, он дал негативное определение.




Линор Горалик

Линор Горалик: Для меня самый интересный опыт, связанный с надеждой, — это последние годы жизни в России. У меня как раз чувство, что эти годы прожиты в пространстве надежд и ожиданий, массовых надежд и ожиданий. И меня очень увлекает процесс того, что надежды и ожидания в этой стране существуют совершенно отдельно от действий и реальности. Моя-то, видимо… по взглядам коллег я сейчас понимаю, что это, видимо, моя проблема. Я не вижу в этом большого зла. Я все-таки считаю, что нет ничего дурного в том, чтобы смертный полагался на надежды, вне зависимости от реальности, будь то победа на чемпионате по футболу. И я без иронии этого говорю. Для меня это был очень позитивный опыт. Люди взяли и из крошечного события сделали для себя сильное, позитивное переживание. Или будь то надежда более высокого порядка. Я могу сколько угодно говорить о том, чем это дурно, но на фоне реальности мне кажется, что это один из немногих плюсов окружающего нас сейчас мира.


Елена Фанайлова: Ну, я бы, честно говоря, сказала что-нибудь типа: «В небе незнакомая звезда светит, слово памятник надежде». Я вот это никогда не хочу упускать из вида.


Линор Горалик: Ну, памятник-то – это значит, что она подохла. Нет, мне кажется, что она еще где-то здесь.




Борис Дубин

Борис Дубин: Вообще говоря, такая вещь, как надежда, которая вроде бы указывает и на строй жизни, и на тон, вкус жизни, а может быть, даже что-то говорит и о движителях жизни, не может быть простой. И я думаю, что мы поговорим о том, чему, в каких случаях и для кого противопоставляется та или иная разновидность надежды. Для меня есть (немножко в шутку), я бы сказал, два полюса. Один полюс – это строчка Верлена, которая мне уже много лет никак не дается, я как-то пытаюсь что-то с ней сделать такое. Ну, если в грубом переводе первой строчки этого сонета, то она звучит так: «Надежда блестит, как соломинка в хлеву». Вот у меня такое чувство от надежды. И вообще говоря, это что-то чрезвычайно хрупкое, ненадежное, но блестит, тем самым подчеркивая хлев, но и то, что она все-таки в хлеву, как ни говори. А другой полюс – это известные переживания персонажа Шварца, который, как помните, как-то никогда ни в чем в жизни не был уверен, и всегда надеялся на то, что все повернется к лучшему. И когда его жене перепиливали горло, он говорил: «Ну, подожди, может быть, все еще и обойдется». Вот я бы сказал, такие две разновидности надежды для меня – это один и другой полюс.




Яков Кротов

Яков Кротов: Я не знаю, как там у Шварца, а в России персонаж сам пилит горло своей жене, и при этом ей говорит… Я, пардон, за религиозное занудство, но я скажу так. Российская надежда – это как по Далю сформулировано: «Авось, небось да как-нибудь – три русских Бога». Это чистое язычество. А в чем это проявляется? Это материалистическая надежда. И в хлеву у русского человека отнюдь не соломинка, а у него в хлеву БТР, гранатомет и автомат…


Елена Фанайлова: И сборная по футболу.


Яков Кротов: Сборная по футболу, я прошу прощения, она в наших условиях – это военная команда. Если говорить на языке Писания, оно очень отчетливо противопоставляет надежду… Вот если мы берем гимн после исхода, одни надеялись на колесницы, на коней, на военную силу, а мы надеемся на нашего Бога. И вот это две абсолютно несовместимых надежды. Русская психология – это абсолютно египетская психология, которая надеется на вооружение. Но, в отличие от Египта, мы еще пытаемся одновременно как-то Бога сюда присобачить, чтобы БТР, а на нем какая-то иконка. И получается довольно странный коктейль.


Елена Фанайлова: «Коктейль Молотова».


Яков Кротов: Да. А все просят растворимого. Нет, я думаю, что все-таки надежда остается… как по апостолу Павлу, что надежда – это на что-то невидимое. И в этом смысле я бы даже сказал, конечно, красивое противопоставление вонищи и света, то есть все воняет, но вот проблеск может быть даже там, где воняет. Но я думаю, что такая надежда – это все-таки даже не проблеск, а это вообще не воспринимаемое чувствами. Это нечто абсолютно иррациональное. Но есть иррациональное опасное, иррациональное, противоречащее человеческой природе, иррациональность зла, а надежда – это иррациональность добра, иррациональность, непознаваемость, которая, собственно, балансирует. Но дело в том, что зло является в мире помимо человека, а надежда – без человека не существует.


Елена Фанайлова: Ну, самое время мне определение из «Википедии» привести, как люди определяют надежду. Вот она, оказывается, существует как психологическое, религиозное и философское понятие. И вот надежда в религии – это ожидание блага, источником которого признается высшее существо – Бог.


Яков Кротов: А я попрошу руководство студии, как уже многие руководители СМИ сделали, запретить журналистам использовать «Википедию», потому что это абсолютно… ну, это гнилой источник, честное слово. Лучше надписи в туалете в Государственной публичной исторической библиотеке, там намного качественнее пишут. Потому что это определение абсолютно, с религиозной точки зрения, безграмотное. Ну, как так можно?.. Надежда есть уверенность в невидимом. Высшие блага, невидимое существо… Там, где благо, там зло – и тут понятие надежды исчезает. Надежда – это, прежде всего, уверенность в невидимом. Поэтому, добавляет апостол Павел, скажу забегая, вера и надежда исчезнут со временем, а любовь остается.


Леонид Карасев: По поводу египетского, о чем только что говорил Яков Гаврилович, и по поводу надежды. У нас самое большое и самое египетское на Красной площади находится, и надежда. В свое время, кстати говоря, Андрей Платонов очень хорошо, выразительно написал по этому поводу: «Ленин в Москве в Мавзолее лежит, науку ждет, воскреснуть хочет».


Яков Кротов: Прошу прощения. А Надежда Константиновна, она на Красной площади или в Питере? Где у нас Крупская?


Леонид Карасев: По-моему, в Петрограде все-таки.


Яков Кротов: В Питере. На Волковом, наверное.


Леонид Карасев: Так что надежда остается, если говорить об этом срезе.


Борис Дубин: Мне надежда, если уж говорить о чем-то, что вне нас, интересна как такое чувство… мне интересно думать и представлять ее, как что-то, что не вытекает из опыта, ну, как бы у меня был позитивный опыт, и я с тех пор на что-то надеюсь, а что в некотором смысле доопытное или, может быть, даже внеопытное. Потому что надежда, как мне кажется, связана не со мной отдельно, не с тобой отдельно, не с ним и не с ней отдельно, а с некоторым строем жизни, который действует таким образом, что дает себя знать посредством надежды. И я бы сказал, что это такой странный позитив – надежда. Она ведь в некотором смысле – слабость, недостача человеческой жизни, некоторый изъян ее. Можно называть его невидимым, можно называть его отсутствующим, можно еще как-то его называть, но это явно, что в нас есть некоторая неопытная, доопытная тяга к чему-то, чего недостает. И вот эта слабость, это тяготение к тому, чего нам недостает, и приводит человека к другому человеку. Уж если в философские глубины уходить, то знаменитый принцип надежды Эрнста Блоха, он, собственно, об этом, о том, что надежда – это всегда надежда на другое и другого, того, чего в тебе нет и быть не может. Но без другого и ты сам не состоишься. Вот это признание человеческой слабости, в котором, как ни парадоксально, человек находит силу существовать. И через признание этой слабости, того, что он незавершен, несовершенен, лишен, может быть, даже самого важного для него и главного, мне кажется, открывается пространство надежды.

Но понятно, что бывает ведь и другая надежда – русская мечтательность: «А вот хорошо бы еще завести лавки на этом мосту…», — и так далее. И это правильно. Потому что надежда, как я ее сейчас попробовал описать, она исключает надменность, чувство превосходства того, что ты чем-то владеешь, чем другие не владеют. Напротив, ты признаешь, что ты не владеешь самым главным, и через это получаешь смысл существования, или, точнее сказать, пытаешься его как-то построить и внести в свою жизнь. Вот что-то в этом роде.


Лев Гудков: Все-таки вы немножко углубили саму тему и забираетесь в высоты. Совсем необязательно надежду отождествлять с верой. Мне кажется, что это пограничные понятия, но все-таки разные. Ну, вера, действительно, есть уверенность в невидимом, когда какое-то состояние…


Борис Дубин: И ожидание неминуемого?


Яков Кротов: Это определение веры, а не надежды. Вера есть уверенность в невидимом и осуществление ожидания. В хорошем переводе, это осуществление ожидания.


Лев Гудков: Это когда мы смотрим на мир через тусклое стекло.


Яков Кротов: Нет-нет, осуществление… там стоит греческое слово «воипостазирование», то есть нечто, чего мы ждем, становится сущностью нашей жизни.


Лев Гудков: Совершенно точно.


Яков Кротов: Но надежда, она даже этого не умеет.


Лев Гудков: Вот я и хочу немножко вывернуть ее в более позитивный все-таки план. Все-таки надежда – это слабо обоснованное ожидание состояния, результата, действия, чего-то более конкретного, более мирского. Вот слабо обоснованное – это интересная вещь. Потому что оно зависит, собственно, от ценностей человека, от его характера, от его веры. Потому что надеяться можно на то, чего ждешь и что предвосхищаешь. Не все можно уверить, не все можно ожидать. И здесь, поскольку все-таки я социолог, то я обычно имею дело с коллективными представлениями, а они гораздо более плоские. В нашем обществе метафизики очень мало. И если уж касаться религиозности: верите ли вы в вечную жизнь? — хотя 75 процентов считают себя православными, то верят только 20 процентов.


Яков Кротов: А вот в сглаз…


Лев Гудков: А в сглаз – там гораздо больше. И в вечную жизнь, и в страшный суд, в спасение души, и во все прочее очень немногие верят. А на что надеются? Надеются, что власть проявит заботу, наконец, и вспомнит о «маленьком» человеке. И очень подвижно реагируют на это, очень чувствительны к этому. Например, мы же почти ежемесячно мерим, вообще говоря, эмоциональный баланс в обществе. Каждый месяц спрашиваем: «Какие чувства усилились, окрепли у окружающих вас людей или у вас самого»?». И там вполне очень четко общество реагирует на давление на него, на агитацию и прочее. У нас пик надежды, если брать за последний год, пришелся на предвыборные месяцы. Чувство надежды вышло на первый план, задвинув и астенический синдром, и агрессию, и все прочее. 41 процент, по нашим данным, говорили, что вот именно надежда сегодня. А по последним данным, я вот посмотрел перед передачей, там резко упало, и опять привычное астеническое, агрессивно-злобное состояние, пассивное, усталое, оно вышло на первый план. Так что надежда, она вполне управляемая. И я бы не стал ее уж так связывать с метафизическим, еще раз говорю, горизонтом происходящего. Это вполне социальные чувства.

И конечно, надежда – это все-таки слабость человека, слабость в нашем обществе, я имею в виду, слабость, трусоватость его, неспособность, как говорил один философ, отсутствие возможности пользоваться своим разумом.


Елена Фанайлова: Вот, Лев Дмитриевич, все вызывает во мне протест, вот весь ваш текст вызывает во мне ужасный протест. Потому что мне кажется, что надежда – это то, что присуще человеку изначально как данность. Я даже не хочу умных слов употреблять. Это то, без чего он просто не может существовать.

И я бы сейчас хотела послушать психолога Оксану Старостину.


Оксана Старостина: Боюсь, что могу разочаровать вас своим выступлением. Чем дольше мы здесь пытались думать о надежде, тем больше обнаружили, насколько это сложно сделать. И сейчас здесь каждый пытается привести какие-то контексты для того, чтобы как-то об этом мыслить: политически, психологически, религиозно. Кстати, то, что касается психологического контекста, мне неизвестно никаких работ о надежде. Вот о зависти – тома, и есть что сказать о зависти. И я бы с удовольствием сказала, и в общем, много. А о надежде… Не хочу никого обидеть, но несколько безликое понятие, ужасно сложно. И о нем, как будто бы как о мертвом: либо хорошо, либо ничего.


Елена Фанайлова: Ну, она либо есть, либо ее нет, мне кажется.


Оксана Старостина: Я думаю, что здесь возможны разные полутона. Но настолько однозначно она апеллирует к чему-то возвышенному и позитивному, что это очень сильно сбивает с панталыка.


Елена Фанайлова: Оксана, но мне кажется, что все просто. Вот человек в состоянии депрессии, и у него надежды нет, она умерла. А человек в более-менее нормальном состоянии, а уж если мы вспомним человека в состоянии мании, у него сплошная надежда и стакан всегда наполовину полный.


Линор Горалик: Хотелось бы задать, скорее, коллегам вопрос о другом. Я как раз ближе к тому, что говорит Лена Фанайлова. И думаю все это время о повседневной прагматике надежды. Мне все-таки надо, наверное, предварить то, что я скажу, тем, что я твердо уверена в том, что человек не должен быть ни умным, ни эффективным, ни каким-нибудь еще, а по возможности должен быть, во-первых, счастливым, а во-вторых, пытаться быть хорошим. И мне кажется, что надежда – это отличный инструмент для достижения обеих целей. Не то чтобы единственной и необходимой, но полезной и приятной.

Мне повезло, когда мне было 16 лет, услышать, может быть, самое значимое для меня высказывание, в котором фигурировало понятие «надежда». Я имела счастье работать с абсолютно уникальным человеком. Он был тогда уже немолод. В ранней молодости он был военным летчиком, в какой-то момент попавшим в плен. Самолет был сбит, он попал в плен. И он провел больше года в одиночной камере без окон. Он был тогда очень молод, ему было, если я правильно считаю, примерно 21 год. И он был человеком очень образованным, очень умным, и он потом читал лекции, он был по образованию психолог-социолог, читал лекции и написал книгу, собственно, о копинг-стратегиях, о тактиках выживания, которую он тот год применял, чтобы не сойти с ума. Притом, что он не просто сидел, а были допросы, было много чего. И я, как 16-летняя девочка, спросила, как положено: «Наверное, больше всего вас поддерживала надежда?». Он сказал: «Ни в коем случае! Надежду я не мог себе позволить. Это было чудовищно расточительно, и я просто не имел на это права. Три дня надежды – и я бы сошел с ума». И тогда я начала думать… собственно, тогда я начала в других терминах думать о прагматике надежды, о том, что надежда – это огромная роскошь и очень дорогой, очень ценный инструмент.

Когда-то я наблюдала, как парикмахер, который меня стриг, отнял у меня ножницы, сказав: «Вот вы их уроните один раз, и ими нельзя будет работать – они очень сложно заточены». Вот у меня от того, что он тогда сказал, было ровно такое чувство: очень сложный и очень дорогой инструмент.


Елена Фанайлова: Я думаю, что это вообще разговор о том, о чем говорил Борис Дубин, это очень непростое содержание надежды. И нам нужно, наверное, продолжить разговор о сложном составе надежды, я бы так сказала, о том, что надежда – это вещь совсем непростая, и даже в категориях философских, религиозных и психологических мы описать ее не можем. Как-то все оказалось довольно сложно устроенным.


Яков Кротов: Я продолжу тупо гнуть религиозную линию. Вера, надежда, любовь — мне кажется любопытным фактом, хотя я могу ошибаться, но из этих трех эмоций и мотиваций только надежда поддается какому-то регулированию. То есть человек не может заставить себя любить, хотя он может принять какие-то гигиенические меры против того, чтобы это чувство или это состояние не ушло. Вера – состояние, явление абсолютно благодатное, и заставить себя поверить нельзя. Надежда — единственная, которая поддается регуляции. И в этом смысле я скажу так: да, если сидишь в одиночке, наверное, надежду нельзя себе позволить. Я вспоминаю к этому записки Франкла об Освенциме, что люди, которые устанавливали себе некоторую граничную линию, что в марте, скажем, придут освободители, они обязательно умирали, потому что у них кончалась какая-то психологическая настроенность. Но это локальный случай. И в этой ситуации надо апеллировать к разуму и к воле. Но если мы возьмем Платона, образ всего бытия, как сидения в заточении, в яме, во мраке, то тогда, извините, интеллект, оказывается, не так нужен, как именно надежда, некоторое особое свойство, мне кажется. То есть то, что не работает и вредно в маленьких масштабах, там, где надо решать локальную проблему – выжить в одиночке, не сломаться, то оказывается крайне необходимым, когда идет речь о проблемах крупных.

Ну, простейший пример. Я обругал соотечественников и всю Россию за то, что мы коллективно надеемся тупо на что-то материальное, прежде всего – на агрессию, на насилие, на власть и так далее.


Елена Фанайлова: Ну, на нефтедоллары мы еще надеемся.


Яков Кротов: Да, на нефтедоллары. И это инфантилизм самого жуткого, детсадовского, коллективистского свойства. Но американец и американцы, они не грешат коллективизмом. Но когда они дают ответ на вызов 11 сентября, объявляя войну Афганистану или Ирану, или готовясь к войне с Ираком, — это ровно то же самое. То есть это холодный разум, это четкая стратегия, это отсутствие всякой надежды, кроме как наружи. Но, извините, для верующего разума, для верующей надежды это неправильный ответ. То есть ответ насилием, как бы расчетлив он ни был, как бы умен он ни был, — это неверный ответ. И в этом смысле лозунг, что Бог дал, а господин Кольт предал, он все равно неправильный. То есть вот есть сферы, где расчеты должны заканчиваться.


Борис Дубин: Ну, давайте, действительно, попробуем как-то надежду с чем-то сопоставлять с тем, чтобы немножко развернуть вот эту ее сложность и показать разные пласты значений. Ну, для России всегда было значимо противопоставление. Вот есть прекраснодушные надежды — известный тургеневский мотив, чеховский мотив и так далее, а ему противостоит трезвая реальность, практическое отношение к жизни, разумное, сознательное, ответственное и так далее. И тот, кто надеется, он видит мир в розовом свете, а вот этому противостоит принцип реальности. И только благодаря принципу реальности, в общем, действительно, образуется хоть какая-то жизнь, хоть какой-то порядок и так далее.

Но ведь мы знаем и другую ситуацию, и тоже российскую, когда надежде противостоит спячка. Ну, извините за грубое слово в присутствии лиц духовного звания, «стабилизец». И это противоположность надежде. И когда Лев Гудков эти цифры назвал, я-то думаю, что мы здесь имеем дело, вообще говоря, не с надеждой, а именно вот с этим принципом, что «и слава Богу, наконец-то, наступила спячка, наконец-то, можно не дергаться».

И третье, о чем сегодня уже говорилось, Линор Горалик об этом хорошо говорила, — это чувство человека, оставшегося в абсолютном одиночестве. Я всегда вспоминаю в таких случаях книги Прима Леви, где, действительно, показано, что люди, которые начинали жить надеждой, губили себя, а часто губили и людей, которые были рядом с ними. Но противоположностью им были доходяги или, как это называется у Леви, мусульмане, которые, в принципе, уже были выключены из жизни. И они могли дожить, и многие из них доживали. Но, в конечном счете, была еще третья позиция, собственно, которую и занял рано или поздно, он шел к ней довольно долго, сам Леви: считаться с опытом мусульман, доходяг, отказавшихся фактически от жизни, выпавших из жизни, с тем, чтобы свидетельствовать о том, что может сделать человек с человеком, и какие черные и другого неприятного цвета глубины при этом открываются. Он тогда ввел еще понятие «серые зоны» — это зона, в которой простые противопоставления — черного и белого, добра и зла – перестают действовать, потому что нет ситуации вне, мы все оказываемся внутри этой ситуации. И только приняв ее в таком качестве, и осознавая, между чем и чем здесь натянута тетива, можно, в конце концов, выжить и стать свидетелем, опять-таки всегда осознавая, что ты ущербный свидетель, и именно потому, что ты выжил. Я вот все напираю на эту тему: слабость как источник силы, но не агрессивной силы, а конструктивной силы, человеческой силы.


Лев Гудков: Ну, смысл в такого рода разговорах, а особенно – о чувствах, материи чрезвычайно тонкой и неопределенной, заключается в том, чтобы прояснить контексты, в которых те или иные смыслы связываются с самим словом, с понятием. Или увидеть, в контексте какой ситуации мы взаимодействуем с теми или иными людьми, вкладывая те или иные значения в эту ситуацию. Поэтому я думаю, что ответов однозначных не может быть на поставленные вопросы, а многозначность ситуации, многозначность словоупотребления и ситуация мышления даже, она прояснится, в конце концов.

Мне не очень нравится мерить повседневную жизнь все время предельными ситуациями – концлагеря, пограничной ситуации. Они полезны, но, вообще говоря, для вот той мерзости жизни, о которой уже упомянуто, имеет смысл все-таки прояснить бытовые ситуации, в том числе и надежды. Мне кажется, что мы все-таки подменяем слово «надежда» словом «доверие», вкладывая сюда слова солидарности, сочувствия, понимания, разума, рациональности и прочее, прочее. Слово «надежда» в нашем употреблении, это, действительно, слишком нагруженное понятие, и это некоторый легкий психологический наркотик. Поскольку оно разгружает человека от ответственности, о чем отчасти уже Борис говорил, и наделяет некую инстанцию, силу, и совсем необязательно, что запредельную, а скорее, социальные силы значимые, от которых должно поступить избавление от собственной ответственности, от собственных требований к себе и требований иррациональности. Поэтому мне кажется, что вот такая слишком сильная переакцентировка, нагрузка на слово «надежда», она обесценивает значение иррациональности, доверия, рационального полагания другого. Ведь вполне можно строить свою жизнь, вкладывая в нее определенное значение и зная, что ты вложил, и ожидая от другого, не обязательно – надеясь, а зная это. И вот мне кажется, что момент знания этического и какого хотите, и понимания, он явно недооценивается в нашей жизни. И именно поэтому я и говорю, что надежда – это такой наркотик. Поэтому с надеждами у меня, прежде всего, связывается ощущение коллективной расслабленности и переноса доверия, возможностей, силы на какую-то коллективную силу – то ли власть, то ли бандитов, то ли еще что-то. Надежда – коррелят агрессии и злобы в нашей жизни.


Линор Горалик: У меня когда-то, в ранней юности был опыт ежедневной работы с группой из 30 детей, и неопределенного генезиса была эта группа. Это были дети, условно, их собственной школой большой маркированные как «дети с психологическими проблемами». Я понятия не имею, кто устанавливал тогда этот диагноз. Детям этим было по 6 лет. Это израильский 1-ый класс. Смысл моей работы… я была абсолютно никаким образом не подготовлена в профессиональном смысле слова, и смысл моей работы заключался в том, чтобы после уроков занимать их чем-нибудь еще три часа. Задача была в том, чтобы они не шли домой. Там не столько были дети с проблемами, сколько семьи с проблемами. Это были лишние три часа, которые мы проводили в нормальной обстановке. Там были дети, у которых просто было дома плохо, а сами-то дети были в полном порядке, насколько ребенок может быть. А были дети, у которых, действительно, было сложно устроено все внутри, и иногда совсем сложно. У меня была в группе девочка с внешностью абсолютного ангела, которая просто в ответ вообще на любой контакт била подходящего к ней ногами. У меня был мальчик, к которому я довольно долго привыкала, а весь класс привык, он просто все время кричал на одной ноте. А класс этого не видел, это был фоновый шум. Я потом тоже привыкла. В общем, они были очень разными, эти дети. Но были среди них, безусловно, дети… Я общалась с ними каждый день, шесть раз в неделю по три часа. И были среди них те, у кого очень явно менялось настроение в зависимости от каких-то факторов, и я быстро поняла, что я этот фактор могу уловить. Я не понимаю – что, но что-то есть.

И вдруг в какой-то момент я поняла. В классе было два учителя. У них не одна первая учительница была, а две. Расписание этих учительниц было плавающим, и они его не знали. Но когда одна из них должна была выходить на следующий день, она приносила заранее в этот день, чтобы не нести утром, сумку со своими рабочими материалами и ставила ее в углу класса. У половины класса нормализовалось состояние в зависимости от того, стоит там красная сумка или нет. Они в большинстве своем даже не связывали эти события. Это была надежда в самом ее чистом проявлении. Это был признак того, что что-то хорошее может произойти. Причем прямой корреляции не было. Она иногда эту сумку, например, оставляла там на неделю. И я просто попросила ее в какой-то момент, чтобы она начала пользоваться другой сумкой, чтобы эта сумка стояла в классе. Это была красная сумка, с какой здесь ходят на рынок, кубической формы, простая. У меня нормализовалась половина класса. Вот это, по-моему, самое полезное, что надежда сделала в моей личной жизни, сильно упростив мою задачу.


Яков Кротов: Я все-таки буду бороться с Львом Дмитриевичем, потому что та картина мира, которую он описывает… я не говорю, что она неверная, но это классическая просветительская, декартовская, ньютонианская картина мира.


Лев Гудков: Позитивистская.


Яков Кротов: Да, позитивистская. Это все было очень мило до 1918 года, короче говоря, до того, как все-таки физика открыла слабые взаимодействия. И вот здесь мне дорого как раз о слове «надежда», как о слабом явлении. С точки зрения вот этого механистического представления, слабым взаимодействиям в этом мире не место. Этот мир похож на «городок в табакерке» — все четко просчитано. Но я это вот к чему. Конечно, надежда заключенного, который ставит предел, что «вот 1 марта придут освободители», — это псевдонадежда. Давайте ее обозначим как «надежда штрих» или «напование», например, ну, чтобы не путать. И это, действительно, инфантилизм, иррациональность ниже человеческого. Но когда Максимилиан Кольбе идет вот в этот «каменный мешок», где он погиб, в Освенциме для того, чтобы кого-то спасти, по приданию еврея, можно сказать, что он идет от безнадежности? Нет. И он идет не от веры, и даже не от любви. Он идет от надежды, но вот от надежды, я бы сказал, квантовой, то есть это очень слабая надежда, и она в этом смысле как бы довершает классическую систему. Я не хочу отрицать картезианскую систему, потому что это святое, это как бы ядро. Вернуться в Средневековье нельзя. Но это не надежда как разновидность агрессии, наоборот. Я еще раз подчеркиваю, что в современном мире вот эта механистичность, она поддерживает тот же самый уровень насилия и агрессии государственный, какой был и в средние века, и в рабовладельческом обществе. И в этом смысле мы еще стоим перед огромной задачей – создание мира без насилия, мира, где нет вот этой индустрии сумасшедших домов, тюрем и так далее. То есть индустрия, которая рассматривает человека как болванку, которую нужно пропустить через конвейер и что-то сделать. Это общий знаменатель современности, и это не очень хороший знаменатель.

Вот моя надежда, она заключается в том, что построение такого мира возможно, что кроме «городка в табакерке», каким является цивилизация модерна, не упраздняя ее, но, возможно, все-таки прорыв к другому миру, где будет… То есть надежда в этом смысле, она очень эгоистическая, она, действительно, обрывает контакт с другими людьми. Любовь нуждается в другом, вера нуждается, а надежда может быть абсолютно такой: вот я – и все, я надеюсь, и мне никто для этого не нужен. Но это как бы малая смерть, а потом идет рождение. Хотя я бы затруднился сформулировать сейчас яснее.


Оксана Старостина: Похоже, я готова сформулировать, почему совсем нет текстов о надежде, по крайней мере, в психологии, если этот контекст привносить. Думаю, что речь идет о том, что, конечно, надежда – это слабый эрзац желаний, а в психологическом смысле надежда – это то, что скрывает желание, и желание – это то, что стоит за надеждой. И надежда – это, если позволите так выразиться, некая благопристойная одежда для желаний, которые могут быть самыми разными. Надежда – это такое внеморальное понятие в психологическом смысле. Я думаю, что в религиозном контексте оно совершенно другое звучание имеет. Тем не менее, как будто бы само звучание надежды привносит нечто позитивное. Хотя то, что за ним стоит, может быть абсолютно любого качества и достоинства. В психологическом смысле это сфабрикованное понятие, скрывающее то, что является его сутью. Желание – это то, с чем, в общем-то, имеет дело психология.


Леонид Карасев: Ну, из того, о чем шла речь, вышло так, что и хорошее увидели в надежде, и плохое. Причем до крайностей дело даже доходило. Мне так кажется, что присутствует и то, и другое, и все зависит от ситуации, что, кстати говоря, прочувствовано и в строе русского языка, и в бытовом сознании, где есть выражение о том, что нужно надеяться на лучшее и рассчитывать на худшее, — в этом смысле формулировка довольно сильная и интересная.

Другое дело, что в России все, как Зощенко сказал, приобретает странные формы. И эволюция, так сказать, надежды, того, на что надеялись люди, начиная с 1917 года по сегодняшний день, — это просто какое-то пиршество самых разных вариантов. Причем многие люди, старшее поколение, они до сих пор продолжаются надеяться на то, о чем современные молодые люди даже не задумываются. И все это существует вместе. Такой комплот какой-то парадоксальных совершенно движений. И все это для меня, если говорить о нашей ситуации и перевести ее в более смешной что ли регистр, выражается в общенародном известном тосте: выпить за успех безнадежного дела. Вот в этой фразе, как мне кажется, многое схвачено.


Борис Дубин: Я хочу договорить то, с чего начинал, для себя чего-то додумываю. Мне кается, что, действительно, в надежде, ну, как и в других сложных образованиях – доверие, вера, доброта, любовь… Мы можем разные пласты их выделять, и я намеренно тяну какую-то одну в этом смысле ниточку, понимая, что есть еще много и других. Мне кажется, что можно превратить надежду в самоопьянение, можно превратить надежду в расслабление и самоутешение. Я ищу такую возможность, когда надежда позволяла бы человеку выйти хотя бы немного за пределы самого себя. Вообще говоря, если верить этимологам, ну, я им не очень доверяю, но все-таки это фантастическая наука – этимология, но с надеждой там вроде бы такие вскрыты корни: надежда – это то, что надставлено, внеположно. Это то же слово, что и «надеть». То есть это что-то сверх человека. Но, я думаю, не в ницшеанском смысле, а в смысле Бубера, например, или в смысле Швейцера. Это признание такой недостачи в человеке, который из-за этой недостачи не может без другого человека или без мысли о чем-то другом. И эта мысль ее не греет, не опьяняет, а заставляет что-то делать. Вот я и договорил.


Лев Гудков: Во-первых, я хочу не согласиться с Яковом Гавриловичем. Упрек в механичности – это вы с кем-то другим боретесь.


Яков Кротов: Очень рад, что с другим.


Лев Гудков: Это во-первых. Я не буду сейчас развивать это. Но мне кажется, что есть вещь очень любопытная. Слушая всех выступающих, я вообще подумал, что получается так, что никакой сущности в надежде нет, а это мода связей, того, что в человеке заложено, и даже в разных людях. Она проявляет в определенном модусе те ценности, те веры, те свойства человека, но в определенном модусе. Поэтому мы можем получить и инфантильную надежду коллективную, и надежду в метафизическом смысле. Надежда, как и всякое человеческое измерение, она проявляет то, что уже заранее положено. Вот на этом я хотел бы закончить.


Леонид Карасев: Если говорить об отсутствии сущности, то все-таки если мы выйдем к горизонту религиозному, к надежде на обретение иной антологии, к выходу в другой горизонт, то здесь можно говорить уже и о сущности, как мне кажется. Например, я вынес опыт из чтения Достоевского главный и единственный – что если человек не верит в Бога, и если он достаточно умен и порядочен, ему остается только застрелиться, других вариантов нет. Это мое личное ощущение. И это когда все последовательно продумано, естественно, потому что иначе – тупик, стена. Так что уныние – антипод надежды, один из самых тяжких грехов в христианстве, ведь это же так. И это неслучайно, поскольку человек, который обрекает себя на отказ от надежды, на возможность иной антологии, он, в общем-то, во многом изменяет себе как человеку.


Линор Горалик: Я продолжу вести себя в жанре юнгианского и постюнгианского вечного дитя и делать наивные высказывания. Мы на предыдущей передаче с Еленой Фанайловой, немножко в другой компании говорили о том, как устроены детские страхи и как устроена страшная детская литература. И среди нас был ребенок, среди нас был Вова Гессен, который задал присутствующему здесь психологу вопрос. Вова сказал разумно: «Ребенок рождается и ничего не боится. Откуда вообще берется страх?». На что ему резонно ответили: «Оттого, что он начинает жить вообще».

У меня в ходе этой беседы в качестве слушателя возникло интересное ощущение, что, конечно, надежда возможна только как результат опыта. И это элементарный опыт доживания до данного момента. Я думала на прошлой передаче, что когда ребенок смертным криком кричит от первого познанного им голода, он кричит, потому что не имеет ни малейшей, говоря в наших терминах, надежды или даже веры в то, что этот голод будет удовлетворен. Для него это смертельная проблема, он умирает. Мне кажется, что как только он начинает (или человек вообще) приобретать опыт того, что каждая конкретная минута переживаема, он начинает обретать опыт, который позволяет обрести и надежду. Я все-таки все время вижу в этом какую-то очень прагматическую составляющую, связанную не с действием или решением, а с элементарным накоплением самых базовых, повседневных переживаний.


Лев Гудков: Мне хочется задать присутствующим один вопрос. А могут ли собаки надеяться? Это первое. И второе. Мне кажется, что все-таки современный человек должен понимать, насколько в сложном мире он существует. В сложном – в смысле внутри себя. Я не имею в виду социальный… Что есть все-таки другие структуры. Не надо думать линейно в этом смысле, исходя из того, что если человек неверующий и порядочный, то он обязательно должен застрелиться. Все-таки есть априорные вещи и есть разные системы идей, в которых мы себя определяем, есть разные границы одной системы понятий. И мы должны учитывать многогранность этого. Поэтому я и думаю, что надежда связывает разные плоскости – разные плоскости сознания, разные плоскости самопонимания, понимания другого – вот в этом модусе. Так же как страх связывает… В конце концов, если посмотреть, ведь страх – это иное выражение того, что мы ценим, то, что мы боимся потерять. И точно так же он — не сущность, а лишь некоторое наше отношение к тому, что мы ценим очень высоко.


Оксана Старостина: Очень хотелось бы ответить Линор на ее выступление, которое меня сильно захватило. Линор говорила об экономической составляющей надежды и о том, насколько она энергоемка. И еще о голоде младенца, который вполне представляется ему смертным. И вот что я могу к этому добавить. Одна из теорий, которая думает о том, почему возникает и развивается аутизм – это особое состояние, которое возникает очень рано, в раннем детстве, когда ребенок практически не может общаться и оказывается крайне изолированным, и если вот тут в терминах надежды мыслить, то можно сказать, что теория гласит, одна из гипотез: когда у очень маленького ребенка почему-то возникает крайне сильное ощущение того, что никто не придет и его желания никогда не будут удовлетворены, в этот момент происходит отказ от общения — и эта изоляция наступает.


Яков Кротов: Я вступлюсь, прежде всего, за атеистов. Потому что, конечно, надежда и вера, они соотносятся как в песочных часах. И в каком-то смысле чтобы быть неверующим, надо больше уметь надеяться. И именно потому, что, как сказал Лев Дмитриевич, мир очень сложен, он настолько сложен, что его просчитать атеистически, позитивистски невозможно. Поэтому состояние неверия как бы включает в себя больше надежды. Но вот действительно, образ Линор мне кажется в этом смысле интересным. Только у меня подход менее психологический, а больше филолога. Ребенок плачет не потому, что он чего-то смертельно боится, а ребенок плачет потому, что он не умеет говорить. Когда он научается говорить, он говорит: «Мама, дай поесть!», — все, проблема решена. Нет?


Линор Горалик: Нет, он, конечно, говорит, слава Богу, «мама, дай поесть». Но мне-то все время кажется, что для того, чтобы сказать «мама, дай поесть», надо сделать восемь-десять допущений.




Свобода в Клубе «ArteFAQ»

Яков Кротов: Да ладно! Была бы мать, было бы молоко…


Линор Горалик: Да-да, начнем с этого.


Яков Кротов: Нет, в этом смысле надежда противостоит только одному, ни вере, ни религии, а надежда противостоит безнадежности. Надежда – это акт речи, это акт слова. И в этом смысле это акт разумности человека, если мы определяем человека по Аристотелю как существо логосное, способное в слове выразить разум. И это не желание, это выражение того, как человек рефлектирует над своим желанием, мне кажется. А опиумом для народа остается только религия. А надежда – все-таки это, действительно, освобождение человека от простоты, от чрезмерной ясности, от одиночества и от безнадежности, как какого-то смертоносного состояния.


Лев Гудков: А могут ли собаки надеяться?


Яков Кротов: На вопрос о том, могут ли собаки надеяться, отвечаю. Вот я, собака грешная, злобная, но я надеюсь, что я когда-нибудь стану человеком. Высшая надежда для христианина – это надежда на то, что ада нет, и ни один грешник, ни один неверующий человек в аду не будет. Эта надежда абсолютно иррациональна. И это желание, оно, если исходить из Священного Писания догматов, никак не может быть обосновано. Но, тем не менее, полностью мы веруем, когда мы веруем в то, что ни один человек не погибнет.


ясновидение или психическое расстройство – Москва 24, 19.11.2014

Случалось ли с вами что-то подобное: внезапно вы начинаете узнавать интерьеры, в которых никогда не были, лица людей, которые видите впервые, или появляется смутное предвидение, что произойдет в следующую минуту, потому что все это с вами уже случалось? Но только вспомнить, когда именно и при каких обстоятельствах эти люди, места и события были в вашей жизни, никак не выходит.

Так дает о себе знать дежавю – одна из самых странных, неуправляемых и неисследованных способностей человека. Телеканал «Москва Доверие» решил разобраться с этим явлением.

Где я это видел?

Многие из нас хотя бы раз в жизни испытывали на себе феномен дежавю. Что это? Элемент ясновидения, напоминания о прошлых жизнях, будущее, которое нам кто-то показывает? Загадочный феномен завораживает исследователей из самых разных областей науки уже много десятков лет. И у каждого из них свой взгляд. Но первой изучать дежавю начала психология.

В конце XIX века французский психолог Эмиль Буарак в своей работе впервые использовал красивый термин «дежавю», который переводится с французского как «уже виденное». Конечно, люди испытывали дежавю и раньше, но не считали его отдельным феноменом психики.

Современники психолога не придавали значения открытию коллеги, и долгое время дежавю никого не интересовало. Ведь поймать тот момент, когда оно возникает, и тем более научно исследовать его долгое время было просто невозможно.

«Дежавю – это сложно изучаемое явление, феномен, потому что он прежде всего касается мира чувств человека и мира его ощущений. Это то, что мы реально наблюдать не можем. Мы не знаем, как протекает этот процесс внутри человека», — утверждает заведующая кафедрой общей и клинической психологии института им. Дашковой, кандидат психологических наук, доцент Екатерина Мордас.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Чем менее исследовано явление, тем плотнее оно окутано облаком невероятных предположений и мистических объяснений. И хотя ученые знают о механизмах дежавю немного больше, чем 100 лет назад, этот феномен продолжает вызывать невероятные гипотезы.

К примеру, с точки зрения некоторых исследователей, дежавю – следствие реинкарнации. Нам кажется знакомым то, что мы действительно испытывали или видели, правда, не в этой жизни. Каким бы невероятным это ни казалось, представители разных областей науки в разное время рассматривали эту версию и даже пытались ее обосновать.

«Дело в том, что гипотеза о реинкарнации действительно существует. В каждой жизни остаются какие-то наши локальные мысли, локальное сознание, поэтому мы сегодняшние можем поговорить с нашим локальным сознанием, которое жило в предыдущей жизни. Мы всегда можем обратить свой взор в прошлые жизни, причем не только когда мы были людьми, а когда мы могли быть кем угодно другим», — рассказывает исследователь феномена дежавю Алексей Полянский.

Впервые об этом уверенно заявил швейцарский психолог и философ Карл Густав Юнг. Для достоверности знаменитый ученик Фрейда переименовал реинкарнацию в генетическую память, придав объяснению феномена дежавю научности.

Исследователь был очарован этой притягательной теорией. Дело в том, что однажды он сам испытал очень яркую вспышку дежавю. Ученый рассказывал, как увидел картину XVIII века с изображением врача. Картина ему была не знакома, но он тут же узнал пряжки на ботинках доктора. Юнг настолько подробно мог представить себе эту деталь, что пришел к выводу, что сам когда-то носил эти ботинки. До конца жизни видный ученый верил в реинкарнацию человека и в то, что в прошлой своей жизни он также был врачом.

«Юнг приводит пример в своей книге «Синхронистичность»: одному человеку приснился сон, что где-то на Маурити произошло извержение вулкана, и он во сне пытался дозвониться в Париж правительству, чтобы оно оказало помощь. Проснувшись, он прочитал в газете, что это произошло. Это вообще трудно как-нибудь объяснить, это все из области мифологии, потому что не объясняется», — говорит декан философского факультета РГТУ, доктор философских наук, профессор Валерий Губин.

В теорию Юнга о реинкарнации, которая могла бы объяснить явление дежавю, поверили и наши современники. Среди них Мадонна, Тина Тернер, Киану Ривз, Шон Коннери. Все они не раз испытывали дежавю. По их словам, им казалось невероятно знакомым то, что было создано или происходило сотни лет назад. К примеру, Мадонна уверена, что в прошлой жизни прислуживала последнему маньчжурскому императору.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

К этому заключению певица пришла после посещения императорского дворца в Пекине, где ее охватило ощущение дежавю. А вот Тина Тернер после поездки в страну фараонов объявила, что в одном из прошлых своих воплощений была известной египетской царицей Хатшепсут.

Вселенная бесконечна

Еще одна гипотеза, близкая по сути к идеи реинкарнации и идеи генетической памяти, – гипотеза о цикличном перерождении нашей Вселенной. В соответствии с ней мы все уже не раз проживали какие-то моменты истории и будем продолжать переживать их вновь и вновь.

«Наша Вселенная проживает не один цикл, а несколько циклов. Соответственно, эти циклы могут повторяться либо видоизменяться. Если циклы повторяются, тогда мы можем вспомнить те события, которые были прошлом, – циклы жизни Вселенной. В этом случае феномен «дежавю» может быть рассмотрен как некий знак того, что мы либо повторяем те события прошлого цикла, которые привели нас к тому, что нам пришлось откатиться назад, либо вспоминаем какие-то те события прошлого цикла, которые уже с нами случались. Тогда мы их воспринимаем как само собой разумеющееся», — рассказывает Алексей Полянский.

Этой гипотезы придерживаются чаще всего представители парапсихологии – околонаучной дисциплины, которая изучает все, что официальная наука отметает как мистическое и необъяснимое. Материалисты же пытаются дать вспышкам дежавю более логичное объяснение. Зигмунд Фрейд, к примеру, предполагал, что это явление связано с сюжетами забытых снов.

С отцом психоанализа согласны современные исследователи снов и механизмов их запоминания. Дело в том, что чаще всего нам снятся истории и ситуации из нашей повседневной жизни.

«Предположим, такая ситуация: мы работаем над каким-то проектом. Предположим, мы архитекторы и чертим здание на бумаге. Нам нужно сдавать свой проект начальнику. И чем дольше мы работаем, тем больше вероятность того, что нам это приснится. И это действительно нам снится, потому что фактически все, что мы видим внутри сновидений, есть обработка данных, которые были получены нами за какое-то прошедшее время, за сегодняшний день», — утверждает исследователь сновидений Олард Диксон.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Пока мы спим, наш мозг будет прорабатывать всевозможные варианты будущего, связанные с тем, что нас волнует. Каждый вариант – отдельное сновидение. Проблема лишь в том, что мы редко запоминаем свои сны. Кому-то в память врезаются несколько эпизодов особо яркого сновидения. Другие вообще ничего наутро не могут вспомнить. И уж совсем редко мы помним сюжет сна в деталях.

«Когда мы пробуждаемся и помним об этом сновидении и идем сдавать этот проект, как правило будет все точно так же, как было внутри сновидения. У нас возникает такое ощущение, что нам приснился пророческий сон, или вещий сон. Но это только тогда, когда мы его помним», — рассказывает Олард Диксон.

Однако некоторые исследователи считают, что, даже если вспомнить сны не получается, их сюжеты хранятся где-то в закоулках нашей памяти и иногда вспыхивают яркими воспоминаниями, которые мы и называем дежавю.

«Поскольку мы не помним, что этот материал нам снился, потому что мы его забыли, возникает такое ощущение, что с нами уже когда-то происходила та же самая ситуация. Человек говорит, отвечает теми же фразами, и помещение, в котором мы находимся, точно такое же — возникает эффект дежавю. Конечно же, не любое проявление дежавю можно объяснить именно с помощью сновидений, но большую часть из них можно объяснить именно так», — говорит Олард Диксон.

Сбой памяти

Гипотеза о забытых сновидениях поддерживается многими исследователями. С точки зрения науки она достаточно реалистична. Но это лишь один из случаев сбоев в работе памяти. Именно к патологиям в ее функционировании ученые часто относят возникновение феномена дежавю.

«Механизм памяти, вообще проблема памяти – это очень обширная область, до конца не исследованная, не изученная, хотя многое уже известно. И вот известны некоторые принципиальные моменты, а именно: то, что память бывает кратковременная и долговременная соответственно. Кратковременная память присутствует в виде нервных импульсов и их циркуляции в различных структурах мозга. Но затем, если это какая-то важная информация или часто встречающаяся, она обычно переходит в долговременную память», — руководитель лаборатории возрастной физиологии мозга Научного центра РАМН, доктор биологических наук Виталий Фокин.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

В кратковременной памяти информация хранится от секунды до нескольких минут. Ее объем сильно ограничен – по последним данным, от 7 до 9 элементов, не больше. То есть все, на что мы обращаем внимание, моментально попадает в кратковременную память.

Для наглядности ее можно сравнить с оперативной памятью компьютера, ведь она функционирует примерно так же. В течение всего дня она активно работает, участвуя во множестве мелких процессов, и стирается после отключения. Вся же остальная информация, которой мы пользуемся постоянно в течение жизни, хранится в долговременной памяти.

«Мы хорошо запоминаем только то, что нам нужно, то, что мы всегда повторяем. Вот почему мы так запоминаем наше имя? Потому что мы откликаемся на него, произносим его и так далее. С самого детства. А вот имена наших не очень близких родственников можно даже и забыть, потому что мы редко их видим, они нам редко актуальны», — говорит Виталий Фокин.

Представьте такую ситуацию: вы отправляетесь на экскурсию по Марсовому полю в Санкт-Петербурге. Кратковременная память начинает обрабатывать окружающие вас элементы и эмоции. Часть из них останется в долговременной памяти, например, кованая решетка ограды, свободное пространство, дождливая погода, меланхоличное настроение и яркий зонтик прохожего.

Через несколько лет вы отправляетесь в Париж впервые в жизни. При посещении Монмартра вас охватывает дежавю. Вы почти уверены, что здесь уже бывали. На самом деле это не так. Просто вы увидели те самые элементы, которые встречались вам на Марсовом поле. В городе влюбленных льет дождь, а мимо только что пробежала мадемуазель с ярким зонтиком. И вуа-ля: ваш мозг сложил узнанные элементы в знакомую картинку, и вы стоите, пораженные ярчайшей вспышкой дежавю.

Согласно последним исследованиям, за передачу информации из кратковременной памяти в долговременную отвечает гиппокамп – небольшой участок головного мозга, назначение и зоны ответственности которого были открыты учеными совсем недавно.

Раньше считалось, что он отвечает только за обоняние. Но сегодня известно, что еще и за ориентацию в пространстве, эмоции человека и закрепление воспоминания. Мы почти никогда не обращаем внимания на то, каким образом запоминается та или иная информация.

И уж точно мало кто из нас представляет, насколько сложный процесс происходит в нашем мозге ежесекундно при восприятии и запоминании чего-то нового и сравнении его с уже существующим в долговременной памяти. Именно сбой между сравнением нового из кратковременной памяти с уже виденным из долговременной может привести к возникновению дежавю.

«Для того чтобы она перешла в долговременную память, ее нужно записать на некотором материальном носителе (так же, как это и делается, например, в компьютере). И вот в качестве материального носителя выступает белок, который находится внутри клетки, внутри нейронов», — рассказывает Виталий Фокин.

Этот белок ученые называют белком «арк» или белком памяти. Именно он заставляет нашу память работать правильно, отвечает за то, чтобы мозг не перегревался и не давал сбоев во время запоминания чего-то нового. Если же белок синтезируется в недостаточном количестве, мозг хуже и медленнее обрабатывает новую информацию, а иногда может и ошибаться, принимая что-то новое за уже когда-то виденное.

Травма головы

Еще одной причиной, которая, по мнению медиков, может вызывать дежавю – травма одного из полушарий мозга.

«Два наших известных ученых (фамилии Доброхотова и Брагина) показали такую интересную вещь: в левом полушарии у человека хранится память, и человек воспринимает ситуацию, которая происходит сейчас и будет происходить в некотором будущем, а в правом полушарии находится информация, которая связана с прошлым. И поэтому при разных поражениях мозга выпадает либо восприятие настоящего, либо некоторые моменты прошлого», — говорит Фокин.

Чтобы одно из полушарий мозга дало сбой, совершенно не обязательно его как-то физически травмировать. Достаточно сильной стрессовой ситуации, и вот уже наш бортовой компьютер начинает путать новое с уже виденным.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

«Помните, мы с вами уже говорили, что именно в правом полушарии находятся воспоминания прошлого? Теперь что происходит при стрессе? Тормозится левое полушарие, которое воспринимает актуальную информацию, и активным становится правое полушарие. Теперь давайте представим себе какой-нибудь сильный стресс и на какое-то мгновение у него в силу того, что правое полушарие становится очень активным, человек воспринимает настоящее как прошлое. Потом все это проходит, явление тоже исчезает. Но это один из возможных механизмов дежавю — восприятие актуального как восприятие прошлого», — утверждает Виталий Фокин.

Такие неполадки в работе мозга при стрессе могут случиться с каждым. Ученые выделяют два особо активных периода, когда люди чаще всего испытывают такие скачки памяти: подростковый (15-19 лет) и средний возраст (30-35 лет).

Многие исследователи воспринимают дежавю именно как реакцию организма на стресс и не видят в этом явлении ничего страшного. Но только не психиатры. С их точки зрения дежавю – предвестник серьезных психических проблем.

«Дело в том, что некоторые исследователи, клиницисты считают дежавю патологией памяти. Но есть большая часть исследователей, которые считают, что к феноменологии памяти, к дисмнестическим нарушениям дежавю отношения не имеет. Это феномен, который скорее ближе дереализации, деперсонализации, с которым мы тоже часто имеем дело и которые тоже возникают при патологии височных отделов мозга, при эпилепсии, в частности, иногда при шизофрении и так далее и тому подобное», — рассказывает руководитель отдела экзогенно-органических расстройств и эпилепсии Московского НИИ психиатрии Владимир Калинин.

Долгое время изучение феномена тормозилось, потому что ученые были уверены: вызвать дежавю в лабораторных условиях невозможно. Пока в 1955 году канадский нейрохирург Уайлдер Пенфилд не совершил прорыв в этой области.

Как и большинство революционных открытий, оно произошло случайно. Пенфилд посвятил большую часть своей научной деятельности эпилепсии, и именно за изучением своих пациентов ученому впервые в истории удалось вызвать дежавю искусственным образом.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

«Он оперировал как раз больных с эпилепсией и стимулировал области мозга небольшими электрическими разрядами. И в некоторых случаях пациенты говорили о том, какие картинки они видят перед собой», — говорит Виталий Фокин.

Многие пациенты Пенфилда после подобной стимуляции рассказывали о пережитых в эти моменты случаях дежавю. С тех пор психиатры рассматривают этот феномен как патологию.

«По литературным данным, дежавю испытывает от 30 до 96% населения. Но здесь надо учитывать, насколько здоровым было население, не страдало ли это население той или иной неврологической или психической патологией. На мой взгляд, этот уровень несколько завышен. Конечно, мы в своей работе видим это более часто, но мы работаем с больными людьми. В клинике нервных и психических заболеваний это действительно довольно частый феномен. Хотя полагают, что и здоровое население может испытывать подобное переживание», — считает Владимир Калинин.

Обычная патология

Оказывается, этот необычный феномен, который так интригует каждого, кто его пережил, с точки зрения медиков не что иное, как серьезный симптом, который можно исследовать. К такому заключению пришел еще Аристотель. Древнегреческий философ был уверен, что никакая другая причина, кроме зарождающейся душевной болезни, дежавю не объясняет.

После экспериментов Пенфилда эту версию приняли большинство психиатров во всем мире. Увы, как бы нам ни хотелось приписать себе способности ясновидения или сверхчувствительную интуицию, психиатры утверждают: повторяющиеся дежавю говорят лишь о психической патологии и ни о чем другом.

«Здесь легко, казалось бы, именно объяснить его с точки зрения какого-то озарения, предвосхищения событий, пророчества. Но это, согласитесь, не научное объяснение. Дежавю – это всегда признак очень такой подозрительный в плане патологии нервно-психической. Это признак, который, в частности, может быть при особых формах, припарциальной эпилепсии, которой подлежит контролю этих больных. Субъектов с такой симптоматикой, безусловно, надо обследовать более подробно, применять дополнительные методы исследования, чтобы выявить или исключить соответствующую патологию», — утверждает Владимир Калинин.

Психиатров тревожит и то, что дежавю сопровождается явлениями, которые возникают при других серьезных психических расстройствах. Мы словно теряем связь с окружающей нас действительностью и не можем отличить явь от игр разума. Правда, в случаях с дежавю длится это всего несколько секунд.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

«Когда мы наблюдаем внешний мир, окружающую среду, мы часто не осознаем, насколько она нам кажется естественной, обычной. При дереализации у субъектов возникает ощущение неестественности, необычности нереальности ситуации. Мир как бы утрачивает свою привычную, естественную, реальную окраску, значение, и сам субъект (больной) это осознает. Это вот есть дереализация. Обычно говорят, что вот нет такого чувства телесности в окружающих красках. Больные разграничивают краски, идентифицируют те или иные цвета, но они как бы поблекли, и больные сами говорят, что уже нет уверенности, нет ощущения реальности происходящего. В этой связи дежавю очень близок к дереализации и к дереализационным расстройствам», — рассказывает Калинин.

Казалось бы, медики рассуждают вполне логично, а их предположения по большей части экспериментально подтверждены. Но, несмотря на это, психиатры признают, что мы еще очень многого не знаем о дежавю и точно ответить на вопрос: «Что же это такое и о чем говорит?» пока нельзя.

«В этом-то, наверное, и вся проблема, что дежавю остается недостаточно изученным феноменом в силу трудности объективизации этого явления. В других разделах медицины все проще: артериальное давление можно измерить, уровень сахара тоже можно измерить. Можно измерить частоту сердечных сокращений. Это будут объективные методы. Мы имеем в лучшем случае электроэнцефалографию, но прямых корреляций между электроэнцефалографической кривой (биоэлектрической активностью) и психическими феноменами прямых причинно-следственных корреляций нет. Проблема в этом», — говорит Владимир Калинин.

Философия дежавю

Иначе феномен дежавю видят представители другой научной области – философии. С их точки зрения, дежавю не только не патология, а даже наоборот, проявление пытливого творческого ума человека.

«Я думаю, что здесь есть и глубокие метафизические аспекты. Это очень интересное явление, которое тесно связано с творческой работой сознания», — рассказывает Валерий Губин.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Философы уверены: потому всех нас так и интригует это загадочное явление, что оно с одной стороны окутано тайной и будто приоткрывает завесу в мир чего-то неизведанного, необъяснимого, а с другой – посещает практически каждого из нас. И в эти моменты мы становимся особенными, наделенными какими-то сверхъестественными способностями. Особенно подробно феномен дежавю изучал французский философ Анри Бергсон.

«Бергсон говорил так, что: откуда появляется дежавю? Наше сознание – непрерывный поток. Непрерывный. Ни на секунду не останавливающийся. Допустим (он приводит пример), вы слушаете поэта, читающего свое стихотворение, и находитесь в напряженном внимании. Но стоит вам чуть-чуть ослабить внимание, остановиться, и распадается эта связь, ткань этого стихотворения. Вы слышите просто: «бу-бу-бубу-бу-бу». И больше ничего. Никогда не останавливается сознание, но все-таки бывают моменты, очень странные моменты (может, ничего странного в этом и нет), когда я впервые открываю какой-то вид…передо мной открывается вид прекрасный…с горы я смотрю…на эту долину, ландшафты, то сознание как бы вот останавливается на секунду, на 2 секунды. Может, на несколько секунд останавливается, и я стою в недоумении: то ли мне это чудится, то ли нет. И в это время возникает дежавю, потому что моя память настигает мое настоящее переживание. Так бы она его не достигло. А тут я остановился, стою, и моя память настигает меня, и мне кажется, что я это все уже видел», — объясняет Валерий Губин.

Правда, философия изучает в основном те случаи дежавю, которые касаются каких-то вечных ценностей: непреходящей красоты природы, чего-то вечного, что можно созерцать и что всегда хочется запечатлеть в памяти, на холсте, в стихах или танце.

«Мне представляется, что на самом деле оно все время присутствует — у каждого человека в каждом взгляде, в каждом восприятии. Но оно настолько быстро, моментально проходит, что мы не успеваем его замечать. А иногда оно затягивается. Похожим образом Бергсон говорит: «Я вызвал явление, стою – передо мной ландшафт, и мое сознание застывает». И тут его настигает память. То есть дежавю – это не то, что сейчас пришло и исчезло. Дежавю оперирует к тому, что было всегда.

Оно остановилось – и это непроходящее состояние может длиться довольно долго. Но в обычном состоянии оно исчезает сразу — 2-3 секунды, когда нам мерещится что-то, что уже было, и тут же проходит», — утверждает Валерий Губин.

Петля времени

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Для объяснения более приземленных будничных случаев возникновения дежавю у философов есть еще одна гипотеза, которая связана с нашим восприятием течения времени. Мы привыкли думать, что время линейно. То, что прошло, уже в прошлом. То, что происходит сейчас, – настоящее, а то, что будет, – в будущем. Но это не совсем так. Практически любое событие может одновременно быть и в прошлом, и в настоящем, и в будущем.

«Когда я что-то говорю, то то, что я уже сказал, и это отзвучавшее каким-то образом все равно звучит в вашей голове. А то, что я хочу сказать, вы уже как будто знаете. Так же, как когда я слушаю музыку, то ноты, которые должны звучать, каким-то образом уже звучат, я их чувствую, а те, что отзвучали – как эхо в моей голове еще звучат. Получается, что мы слышим мелодию. Это говорит о том, что никогда не бывает восприятия настоящего в чистом виде, а всегда оно связано с прошлым и с будущим», — рассказывает Губин.

Каким бы странным и непривычным ни казалось такое объяснение, гипотеза о сбое восприятия течения времени – одна из самых популярных среди исследователей феномена дежавю. Попытки приоткрыть завесу тайны предпринимают представители такой точной науки, как физика.

С точки зрения некоторых из них, настоящее, прошлое и будущее существуют не линейно, как мы привыкли об этом думать, а одновременно, то есть время многослойно. И так же реально, как и пространство.

К примеру, вы находитесь перед экраном телевизора. Но это не значит, что Париж, дно Атлантического океана или поверхность Марса перестают существовать, хотя мы не можем увидеть их мгновенно, невооруженным взглядом. Что-то похожее происходит и со временем. Мы живем здесь и сейчас, но одновременно в прошлом и будущем. И все события, которые произошли или произойдут в этих временных измерениях.

Последователи этой концепции считают, что дежавю возникает в результате сбоя 4-го измерения, времени: случайно считывается не предназначенная для нас информация о ближайшем будущем. По другой версии, мы живем в одной из сотен возможных реальностей.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Каждую секунду, делая тот или иной выбор, мы порождаем очередную реальность. Скажем, если вы решили сегодня надеть красный пиджак, то попадаете именно в ту реальность, в которой проживете этот день в красном пиджаке, а не в сером плаще, например.

«Наше будущее – оно не одно, оно многовероятно. То есть существуют вероятности будущего, которые каждую секунду рождаются в неограниченных количествах. И существуют те линии будущего, которые наиболее приемлемы для нас сегодняшних, но параллельно, рядом с ними проистекают следующие линии, которые могут нести в себе какие-то изменения, то есть элементы того, что мы можем предпринять, если мы изменимся, если мы захотим измениться. Соответственно, когда некоторые линии будущего сливаются в одну точку, может возникать наложение линий будущего друг на друга, и вследствие этого мы можем это почувствовать», — утверждает Алексей Полянский.

То, что в работах физиков звучит, как законченная теория, основанная на взаимодействии квантовых частиц, в объяснении парапсихологов приобретает более размытое очертание. С их точки зрения, дежавю рождается, когда несколько вероятных реальностей вдруг пересекаются в одной точке.

Скажем, вы могли сегодня надеть красный пиджак и отправиться за хлебом, встретив по дороге черного кота, который перебежал вам дорогу, когда вы направлялись к автомобилю. Или вы надели серый плащ и отправились к другу на чай, то есть попали в иную альтернативную реальность.

Но в момент, когда вы шли к автомобилю, дорогу вам все же перебежал черный кот. Линии двух вероятных реальностей на несколько секунд пересеклись в этой точке, и ваше сознание озарилось вспышкой дежавю.

Метод гипноза

Сегодня к изучению дежавю подключились и гипнологи. Несколько лет назад аспирант Британского института психологических наук университета Лидса воссоздал дежавю в лаборатории. На этот раз ученые использовали не электростимуляцию мозга, а гипноз.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Волонтерам показали 24 слова. Затем испытуемых ввели в транс. Под гипнозом им внушили, что, когда они увидят слова, помещенные в красную рамку, они решат, что слова эти они уже где-то видели, но где и когда конкретно – вспомнить не смогут. Проще говоря, у них должен возникнуть эффект дежавю. Если же им покажут слова в зеленых рамках, они их воспримут как те самые, которые увидели перед началом эксперимента.

Невероятно, но эксперимент прошел успешно. Испытуемые действительно испытывали дежавю при виде слов в красных рамках. А раз ученые смогли воссоздать дежавю в лаборатории, значит, дело за малым: изучить его механизмы и последствия для здорового организма.

Пока ученые изучают дежавю с помощью гипноза, мечтатели о мире науки парапсихологи пытаются объяснить его воздействием гипноза.

«Если, допустим, мы решаем какую-то задачу и подошли близко к ее решению, кому-то это может не понравиться. Соответственно, человек, обладающий возможностью вмешаться в дела человека, может задать вектор направления движения человека таким образом, чтобы он изменил свои действия в ту сторону, которая будет далека от решения этой задачи, которой человек нашел выход. Соответственно, человек попадает в определенный вектор, по которому он начинает идти. Не может ничего сделать, просто он совершает необходимые действия, которые его приводят к тому, что он уходит от поставленной задачи», — говорит Алексей Полянский.

Проще говоря, человек подвергается гипнозу и автоматически подсознательно следует внушению, сделанному во время сеанса. Своеобразной картинкой результата события, которого нужно достичь, уже заложено в его подсознании гипнологом.

Когда это происходит, возникает феномен дежавю. Ситуация, заложенная под гипнозом, совпала с реальностью. Конечно, такое объяснение вряд ли удовлетворит представителей официальной науки, зато очень понравится поклонникам мистики, эзотерики и теории заговоров.

«Я не гипнолог, не психотерапевт, поэтому мне трудно судить. Я смотрю на феноменологию дежавю с таких материалистических более, физиологических позиций. Вот скажем, работа Пенфилда – тут уже классика. Тут никаких сомнений нет, что феномен имеет вполне материальный субстрат, воздействуя на который, мы можем его получить. В отношении гипноза – тут много таких спекуляций, и поэтому я не берусь судить о том, насколько правомерно объяснение и изучение этого феномена с позиции именно гипноза. Дело в том, что гипноз — это особое состояние, которое пока до конца еще не понято исследователями. Поэтому объяснять что-то неизвестное через другое неизвестное, согласитесь, это не совсем верно», — считает Владимир Калинин.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Пока общепринятого объяснения феномену дежавю все еще нет. А многие и вовсе отказываются в него верить. Часто они объясняют дежавю обычной забывчивостью. Представьте: в квартире друзей вы рассматриваете их семейные фотографии. Через год вас при новом знакомстве посещает дежавю, но на самом деле никакой мистики тут нет: вы действительно видели этого человека тогда, мельком, на фотографиях в гостях у друзей.

«Есть такое явление – фрагментация памяти, когда то или иное лицо или какое-то событие отключено от фона, то есть само явление знакомо, а фон, на котором оно происходило, не знаком. Тогда действительно, если вы видите человека, вы понимаете, что вы его знаете, но контекста, в котором вы его знаете, вы не помните. Это тоже можно интерпретировать, как явление дежавю», — рассказывает Виталий Фокин.

Несколько лет назад в интернете обсуждался любопытный случай: житель США описывал очень яркое дежавю во время семейной экскурсии в форт Ларами – очень важный для американской истории архитектурный памятник. Мужчина готов был поклясться, что никогда раньше там не бывал.

Однако ощущение дежавю не покидало его: он предсказывал расположение дверей и внутренних помещений форта, еще не войдя в него. К финалу экскурсии мужчина был практически уверен в своих внезапно открывшихся сверхъестественных способностях.

Но его карьере ясновидца все же не суждено было сбыться. Загадку странного поведения главы семейства раскрыло случайное посещение сувенирного магазина форта Ларами. Здесь герой истории увидел книгу, которую прочел несколько лет назад, о событиях, которые происходили в этом самом форте.

Автор потратил немало времени, детально описывая интерьеры и окрестности, а читатель, видимо, обладал завидной памятью и отличным пространственным воображением. Не зайди он в этот магазин, одним человеком со сверхспособностями на земле стало бы больше, а ученые ломали бы голову над разгадкой внезапно посетившего его озарения. Мы просто забываем, что что-то видели, слышали или читали.

«Это имеет смысл. В принципе, вот такое объяснение было предложено в свое время англоязычным исследователем Эдвардом Титченером, который считал, что при феномене дежавю когда-то имело место неосознанное подсознательное неполное восприятие объекта или ситуации. При этом полной целостной картины в мозгу не возникло.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Но мозг зафиксировал вот этот фрагментарный участок. И потом, спустя какое-то время, когда субъект попадает в аналогичную ситуацию, происходит именно феномен дежавю, потому что оживляются застарелые следы событий. Но эта точка зрения имеет право быть, она вполне материалистична», — говорит Владимир Калинин.

Многогранность феномена

Феномен дежавю притягателен не только тем, что дает нам надежду на присутствие в нашей размеренной жизни чего-то мистического, необъяснимого. Он интересен своей многогранностью.

«Полагаю, что дежавю — это сбой функционирования определенной области мозга, потому что все равно здесь сознание. Оно работает в условиях, когда функционирует хорошо мозг. И если мы обратимся к элементарным определениям, что есть психика, то психика – это свойство высокоорганизованной материи мозга отражать объективную реальность посредством ощущения, восприятия, памяти и прочего, прочего. И эмоциональных процессов в целом. Тут получается, что происходит сбой в связи. А с другой стороны, наверное, бессознательное тоже имеет место быть, поскольку оно безгранично, неуправляемо, удивительно по своей природе, как и сам этот феномен», — утверждает Екатерина Модрас.

Хотя во многом исследователи феномена расходятся, в одном они солидарны: дежавю – это не случайность, это повод остановиться и задуматься. Медики констатируют чрезвычайную стрессовую ситуацию, а то и вовсе психическую патологию.

«В принципе, если не патология, то предпатология или, скажем, какая-то скрытая нераспознанная аномалия. Потому что феномен дежавю связывают с патологией гиппокампальных структур. Гиппокамп очень уязвим к стрессовым воздействиям в том плане, что в процессе длительных стрессовых ситуаций (неважно, каких, будь то депрессия, длительное тревожное состояние, напряженная психическая деятельность) возникает повышенный уровень карцезола (так называемый гиперкарцезол – гормон коры надпочечников). И гиперкарцезолимея повреждает гиппокамп, объем, масса гиппокампа снижается. За счет этого могут возникать и феномены типа дежавю», — объясняет Владимир Калинин.

Парапсихологи и психоаналитики советуют погрузиться в сам анализ и понять, тем ли путем мы следуем.

«Феномен дежавю не совсем прост. Дело в том, что он еще до конца не объяснен. Он сложен. И в будущем предстоит его изучать и изучать. Но уже сегодня можно сказать следующее: что все, что связано с этим феноменом, очень важно для каждого человека. Когда этот феномен происходит – стоит на это обратить внимание. Этот феномен говорит о том, что случился какой-то знак, какое-то событие в жизни человека очень важное. Человек должен задуматься об этом, посмотреть в свое прошлое, посмотреть в свое настоящее и в свое будущее с целью разобраться, почему с ним произошло это событие. Обратить на это внимание и очень хорошо подумать о том, как ему предстоит дальше жить, как он жил до этого и что с ним происходит сейчас», — считает Алексей Полянский.

Кадр из фильма «Операция «Ы» и другие приключения Шурика», новелла «Наваждение»

Философы настаивают в эти моменты обращаться к своему творческому началу и немедленно творить.

«На самом деле, если глубже заняться этим феноменом, то это не просто какие-то сумасшествия, всплески сознания, а это условие вообще функционирования сознания, условия всякого творчества. Видеть мир остановившимся, существующим всегда и обозначает творить — одно из условий, причин какого-то творческого озарения», — говорит Валерий Губин.

По всей видимости, самые серьезные открытия в области изучения загадочного феномена дежавю еще впереди. По крайней мере, ученые всего мира и всех областей науки уверяют, что их исследования в самом разгаре.

Определение ощущений от Merriam-Webster

отправка | \ сен-ˈsā-shən , sən- \ 1а : психический процесс (например, зрение, слух или обоняние), возникающий в результате непосредственной внешней стимуляции органа чувств, часто в отличие от сознательного осознания сенсорного процесса — сравните восприятие

б : осознание (как жара или боли) из-за стимуляции органа чувств.

c : состояние сознания из-за внутренних телесных изменений. ощущение голода

d : неопределенное телесное ощущение ощущение плавучести

2 : нечто (например, физический стимул, чувственное данное или остаточное изображение), которое вызывает или является объектом ощущения

: состояние возбужденного интереса или чувства их бегство вызвало сенсацию

б : причина такого волнения шоу было музыкальной сенсацией сезона особенно : один (например, человек) в некотором отношении исключительный или выдающийся новичок, поражающий сенсацией Американской лиги

сенсаций в психологии: что такое сенсационная психология?

Значение органов чувств в поведении живого организма трудно переоценить.Органы чувств подобны дверям, через которые организм осознает свое окружение. По мере того, как мы поднимаемся на ступень эволюции, сенсорные механизмы становятся более разнообразными и чувствительными. Человеческий организм, кажется, хорошо приспособлен для регистрации своего мира. Чувства дают нам знание о вещах, с которыми мы имеем дело.

На самом деле невозможно думать о поведении без органов чувств, как невозможно думать о нем без мозга и нервной системы. В каждый момент нашей жизни, с момента нашего рождения до самой смерти, мы реагируем на физический мир вокруг нас и на различные состояния нашего тела посредством действия наших органов чувств.

Таким образом, наши органы чувств позволяют нам осознавать наш внешний мир, а также внутренние процессы в нашем теле. Знаменитый британский философ Джон Локк много лет назад сказал, что «в нашем уме нет ничего, что не было бы первым в наших чувствах».

Наши чувства являются местом расположения узкоспециализированных рецепторов, каждый из которых способен реагировать только на определенные типы изменений в окружающей среде или внутри организма. Эти рецепторы представляют собой нервные окончания, которые приводятся в действие, когда их стимулирует определенная энергия.

Когда они стимулируются, нервные импульсы, генерируемые стимуляцией рецепторов, начинают проходить по нервам к мозгу. Когда эти импульсы достигают определенных областей мозга, активность мозга, вызванная их присутствием, переходит в сознательный опыт. У каждого класса сенсорной активности есть свои собственные специализированные центры в мозгу, которые декодируют импульсы, исходящие от рецепторов того или иного органа чувств.

Чувства человека:

Традиционно считалось, что у человека пять чувств.Однако исследования в области физиологии человека показали, что количество чувств приближается к десяти или одиннадцати. Это зрение, слух, вкус и обоняние. Сама кожа имеет четыре чувства, а именно чувство холода, тепла, боли и прикосновения. Они известны как внешние чувства, но есть также кинестетическое ощущение, благодаря которому мы узнаем положение наших конечностей и напряжение в наших мышцах.

Вестибулярный орган, расположенный в наших ушах, предоставляет множество информации о движениях нашей головы и помогает нам поддерживать равновесие нашего тела.Помимо них, внутри тела расположены другие органы чувств, которые дают нам информацию о давлении, боли и температуре внутри тела, и поэтому они называются органическими чувствами. Эти три известны как внутренние чувства. Минимальный список человеческих чувств включает зрение, слух, холод, тепло, боль, осязание, органическую чувствительность, обоняние, вкус, кинестезию и вестибулярное чувство.

Каждый сенсорный рецептор реагирует на определенный тип стимуляции. Например, зрительные рецепторы реагируют на изменения электромагнитной энергии или света.Слуховые рецепторы стимулируются звуковой энергией; рецепторы вкуса и запаха реагируют на химическое раздражение; рецепторы тепла и холода в коже стимулируются тепловой энергией или изменениями температуры.

Осязание, боль, кинестезия и вестибулярные чувства стимулируются каким-то механическим движением. Эти различные сенсорные модальности показывают, что наши органы чувств в высшей степени специализированы, чтобы реагировать только на какие-то раздражители. Вид стимуляции, который обычно стимулирует сенсорный рецептор, называется адекватным стимулом.

Другой важной особенностью сенсорной стимуляции является то, что раздражитель, который возбуждает рецепторы в определенном органе чувств, должен иметь определенную минимальную силу, чтобы возбуждать их. Мы знаем, что некоторые огни слишком слабые, чтобы их можно было увидеть, или звуки слишком слабые, чтобы их можно было слышать.

Минимальная сила стимула, необходимая для возбуждения какого-либо конкретного органа чувств, называется нижним порогом или линем, иногда также называемым нижним абсолютным порогом. Этот порог можно определить, предъявив субъекту стимул заданной интенсивности и спросив его, обнаруживает он его или нет; на следующем следе используется другая интенсивность стимула, и такая процедура выполняется в широком диапазоне интенсивностей.На основе определенных теоретических соображений психологи согласились определить абсолютный порог как значение, при котором стимул воспринимается в 50% случаев. В таблице 2.1 приведены данные абсолютного порога для различных модальностей восприятия.

Помимо наименьшего количества энергии стимула, необходимого для обнаружения ощущения, существует также определенная разница между двумя стимулами, прежде чем мы сможем различить их. Минимальная величина стимуляции, необходимая для различения двух стимулов, известна как дифференциальный порог или просто заметная разница (JND).

Например, два тона должны различаться по интенсивности в некоторой измеримой величине стимуляции, чтобы один можно было услышать громче другого. Как и абсолютный порог, дифференциальный порог — это величина изменения физической энергии, необходимая для того, чтобы субъект обнаруживал разницу между двумя стимулами в 50% случаев.

Одной из замечательных особенностей дифференциального порога является то, что он непостоянен. Чтобы проиллюстрировать этот момент, если вы находитесь в комнате, которая освещена одной лампой мощностью 25 Вт, и если добавлена ​​еще одна лампочка мощностью 25 Вт, добавление этого количества дополнительного света будет сразу обнаружено, потому что оно намного превышает дифференциальный порог.

Однако, если вы находитесь в комнате, которая освещена тысячей 25-ваттных лампочек, дополнительный свет от еще одной 25-ваттной лампочки не будет замечен, потому что он ниже дифференциального порога, хотя количество добавленной энергии одинаковый.

Из приведенного выше рисунка следует, что значение дифференциального порога зависит от интенсивности стимула, к которому добавляется больше энергии. Было обнаружено, что для относительно умеренных интенсивностей существует постоянное соотношение между количеством энергии, которое необходимо добавить, называемое Δ I для достижения дифференциального порога, и интенсивностью, называемой I стимуляции.Другими словами, Δ I / I постоянна для среднего диапазона интенсивностей. Это было названо законом Вебера.

Адаптация к стимулу:

Важной характеристикой работы наших органов чувств является то, что они постепенно адаптируются к постоянной стимуляции. В общем, правда, что все чувства постепенно становятся менее чувствительными, поскольку они постоянно стимулируются, и более чувствительными при отсутствии какой-либо стимуляции. Например, когда мы носим одежду, наша кожа ощущает их давление, но вскоре мы перестаем осознавать это, потому что наша кожа чувствует: адаптировалась к давлению одежды.

Точно так же в крайней темноте мы можем обнаружить даже слабый проблеск света, потому что здесь полностью отсутствует визуальная стимуляция. Эти изменения, вызванные в наших рецепторных органах либо из-за их постоянной стимуляции, либо из-за отсутствия стимуляции, называются феноменом адаптации. Существуют разные степени адаптации в разных смысловых модальностях.

Например, обоняние показывает высокую степень адаптации к постоянному раздражению.Каждый знает, как быстро мы привыкаем даже к слишком сильным запахам, настолько, что можем их вообще не воспринимать. За исключением слуха, все чувства в большей или меньшей степени демонстрируют адаптацию.

Преобразование:

Процесс преобразования физической энергии в активность нервной системы известен в сенсорной психологии как преобразование. Трансдукция происходит на рецепторах и включает несколько этапов. В общем, специализированные клетки рецепторных органов преобразуют физическую энергию в медленно изменяющийся электрический потенциал, известный как потенциал генератора.Генераторный потенциал, в свою очередь, воздействует на нервные клетки и волокна, создавая нервные импульсы, которые проходят через центральные части мозга и в конечном итоге приводят к переживанию.

Ощущение и восприятие:

Простые переживания, возникающие при раздражении органов чувств, были названы ощущениями. Все наши переживания красного, белого, звука или боли считаются ощущениями, тогда как более сложные переживания, такие как дом, предупреждение и т. Д.были названы восприятием.

Говоря простым языком, различие между ощущением и восприятием состоит в том, что простые составляющие опыта рассматриваются как ощущения, а переживания, включающие несколько ощущений и их интерпретацию, рассматриваются как восприятия. Таким образом, восприятие — это интерпретация или значение, придаваемое ощущениям и индивидуальным переживаниям.

Видение:

Зрение было описано как наиболее важное чувство как у людей, так и у животных, потому что их выживание тесно связано с их нормальным функционированием.В человеке это чудесное чувство придает жизни красок и движения. Восприятие окружающего нас мира с точки зрения форм, размеров и форм в двух и трех измерениях стало возможным благодаря функционированию нашего глаза. Электромагнитная энергия, которую мы называем видимым светом, стимулирует специализированные рецепторные клетки, палочки и колбочки сетчатки и инициирует серию химических изменений в светочувствительных веществах этих клеток.

Результатом этой серии реакций является электрическое событие, называемое потенциалом генерации, которое вызывает шквал нервных импульсов, который запускается, и именно этот поток становится входом в центральную нервную систему, которая отвечает за зрение.То, что мы видим, зависит от объектов, передающих свет на сетчатку.

Человеческий глаз:

Любой, кто знаком с работой камеры, очень хорошо заметит сходство между камерой и человеческим глазом. Обе комнаты — темные, пропускающие свет через отверстие спереди. У обоих есть линза за отверстием для фокусировки изображений внешних объектов на задней поверхности.

Оба имеют поверхности позади объектива (пленка в случае фотоаппарата и сетчатка в случае глаза), на которые проецируется изображение объекта.У обоих есть изображения, которые падают на их поверхности, которые перевернуты и повернуты справа налево. Оба могут быть отрегулированы, чтобы контролировать количество света, падающего на их поверхности, но в случае с глазом у него есть собственный автоматический механизм для его регулировки.

Радужная оболочка глаза служит диафрагмой камеры. Радужная оболочка контролирует размер отверстия, известного как зрачок, который увеличивает свой размер, когда свет тусклый, чтобы позволить большему количеству света на поверхности, или сужается, когда свет яркий, чтобы пропускать только достаточное количество света в глаз.

Несмотря на некоторые сходства между камерой и глазом, есть некоторые фундаментальные различия, которые необходимо тщательно учитывать. Во-первых, глаз видит благодаря активности мозга, а не потому, что мы видим изображение внешнего объекта, падающего на сетчатку. Во-вторых, у глаза есть линза, подобная фотоаппарату, но она используется только для небольших корректировок фокусировки, а основная работа по изменению направления света выполняется роговицей. Наконец, глаз гораздо более чувствителен к свету, чем пленка в фотоаппарате.

Глаз имеет примерно сферическую форму, а его стенки состоят из трех разных слоев. Внешний слой, известный как склера, состоит из прочных волокон, которые защищают его и служат для поддержания его формы. Слой склеры выпячивается и становится прозрачным перед глазами, и эта выпуклость называется роговицей.

Под слоем склеры есть еще один непрозрачный слой, известный как сосудистая оболочка, который не пропускает свет в глаз, кроме как через роговицу и хрусталик.Самый внутренний слой известен как сетчатка. Это самая чувствительная часть глаза, которая позволяет нам видеть.

Сетчатка при исследовании под микроскопом показывает, что она состоит из нескольких клеток на ее поверхности. К светочувствительным элементам относятся два типа клеток — палочки и колбочки. Стержни имеют цилиндрическую форму, а конусы — конические.

По скромным подсчетам имеется от 110 000 000 до 125 000 000 стержней и от 6 300 000 до 6 800 000 конусов. Колбочки расположены наиболее плотно в центральной части сетчатки, известной как ямка.Ямка — это область наиболее отчетливого зрения и часть, которую мы чаще всего используем при получении четких изображений объектов. В ямке нет стержней.

Колбочки и отходящие от них нервы функционируют только на свету и отвечают за цветовое зрение, а также за резкость зрения. В темноте колбочки не стимулируются, и поэтому могут функционировать только палочки. В процессе адаптации к темноте стержни становятся очень чувствительными и чувствительными к малейшему количеству света.

Таким образом, конусы — это система дневного видения, а стержни — это система ночного видения. Стержни не реагируют на цвет предметов, но видят только белый, серый и черный. Кроме того, стержни не фиксируют мелкие детали и формы объектов, как конусы.

Еще одна интересная особенность колбочек в области ямки состоит в том, что они имеют отдельные связи с зрительным нервом. Этот нерв выходит из сетчатки на задней стороне и идет к мозгу. Область сетчатки, где оптический нерв выходит из мозга, нечувствительна к свету и известна как слепое пятно.

Это слепое пятно, потому что в нем отсутствуют стержни и конусы. По мере того, как мы покидаем центральную часть зрения, ямку на сетчатке и приближаемся к периферии, колбочки становятся все меньше и меньше, а палочек становится все больше и больше.

Механизмы фокусировки:

В большинстве камер необходимо регулировать фокусировку объектива для объектов, находящихся на разном расстоянии, перемещая объектив вперед и назад. Однако хрусталик человеческого глаза становится толще или тоньше, чтобы фокусироваться на разных расстояниях.Он становится тоньше или плоским при фокусировке на дальних объектах и ​​более толстым и изогнутым при фокусировке на более близких объектах.

Эти изменения называются приспособлением. Формой хрусталика управляет цилиарная мышца, прикрепленная к хрусталику. Дефекты аккомодации приводят к дефектам зрения, известным как близорукость и дальнозоркость. Неспособность видеть предметы, которые находятся далеко на расстоянии, называется близорукостью, а неспособность видеть близкие предметы — дальнозоркостью.Такие дефекты зрения обычно исправляют с помощью очков. Аккомодация линзы происходит для далеких и близких объектов.

Природа зрительного стимула:

Глаз стимулируется электромагнитной энергией, обычно называемой светом. Однако он способен считывать только небольшую полосу электромагнитного спектра. В качестве физического стимула свет имеет три разных измерения. Первый — это интенсивность, второй — длина волны, а третий — длина волны.Интенсивность физического стимула приводит к ощущению яркости.

Чем выше интенсивность физического стимула, тем сильнее ощущается яркость. Характеристика длины волны заставляет нас осознавать оттенок или цвет, и когда смешанный свет падает на сетчатку, ощущается белый или серый цвет в зависимости от интенсивности длины волны.

Яркость:

Ощущение яркости, которое зависит от интенсивности света, варьируется от черного до белого через различные оттенки серого.Хотя мы обычно говорим о яркости как о переходе от черного к белому, по нашему опыту, цвета могут быть яркими или темными. Слабый и сильный синий свет может иметь одинаковую длину волны, но разную яркость.

Тогда яркость зависит от интенсивности света, а интенсивность света, в свою очередь, зависит от амплитуды световой волны. Таким образом, одна и та же длина волны может иметь разные амплитуды; меньшая амплитуда обычно интенсивна, тогда как большая амплитуда более интенсивна.

Оттенок:

Оттенок — это воспринимаемое измерение цвета, к которому мы обращаемся, когда используем общие названия цветов, такие как красный, зеленый, желтый, синий или их комбинации. Когда мы говорим, что какой-то объект красный, мы имеем в виду, что он имеет красный оттенок. Наше ощущение оттенка или цвета зависит от длины волны света. Разная длина волны дает разные ощущения оттенка. Например, когда свет с длиной волны 760 нанометров попадает на нашу сетчатку, мы испытываем ощущение красного оттенка.

Весь видимый спектр света простирается от красного на одном конце до оранжевого, желтого, зеленого, синего и фиолетового цветов на другом. Соотношение между длиной волны и оттенком не полностью стабильно, и глаз также не одинаково чувствителен ко всем длинам волн.

Относительная чувствительность глаза изменяется в зависимости от интенсивности световой стимуляции. Оттенок также зависит от контрастных эффектов. Например, когда две цветные области примыкают друг к другу, они могут вызывать то, что выглядит как взаимные изменения оттенка друг в друге около границы между двумя областями.Это явление называется одновременным контрастом.

Насыщенность:

Когда оттенки смешиваются, результирующий цвет отличается не только по оттенку, но и по насыщенности. Под насыщенностью мы подразумеваем чистоту цвета. Чистота или насыщенность — это степень, в которой конкретный цвет разбавлен или не разбавлен серостью или белизной. Таким образом, насыщенность относится к степени концентрации или разбавления оттенка или цвета. Насыщенность или чистоту цвета можно уменьшить, смешав его с белым.

Когда оттенок не содержит смеси белого, мы называем его очень насыщенным цветом. Фактически, наиболее насыщенные цвета получаются с использованием только цветных пигментов и избегания белого в смеси. Глубокие или насыщенные цвета — это те, которые имеют высокую насыщенность, тогда как слабые цвета — это те, которые являются относительно ненасыщенными.

Функционирование глаза:

Когда электромагнитная энергия или свет от внешних объектов попадает в глаз через его отверстие и линзу и отбрасывает изображение на сетчатку, стержни и колбочки стимулируются.В палочках и колбочках содержатся светочувствительные вещества, известные как родопсин и йодопсин соответственно. Первый является основным пигментом стержней, тогда как последний находится в колбочках. Эти вещества начинают расщепляться, когда на них падает свет.

Когда электромагнитная энергия падает в видимом диапазоне, родопсин распадается на оранжевые промежуточные соединения, а затем на два вещества, называемые ретиненом и опсином. Ретинен придает желтоватый цвет, который первоначально назывался визуально-желтым.

Ретинен и опсин спонтанно превращаются обратно в родопсин, и происходит цикл химических изменений, называемый зрительным циклом. Таким образом устанавливается равновесие между расщеплением родопсина и его синтезом из ретинена и опсина.

Что касается пигментов колбочек, были идентифицированы три пигмента человеческих колбочек, которые называются синими, зелеными и желтыми колбочками. Эти изменения создают генераторный потенциал, который запускает нервные импульсы, которые вместе отправляются в мозг через зрительный нерв.Когда они достигают зрительной коры головного мозга и стимулируют ее активность, мы начинаем осознавать то, что видим.

Color Vision:

Наша способность воспринимать цвета зависит от способности сетчатки по-разному реагировать на волны различной длины в спектре света. Предполагается, что колбочки на сетчатке представляют собой специализированные структуры, которые по-разному реагируют на разные длины волн. Исследования цветового зрения показали, что существует четыре различных основных длины волны, соответствующие красному, желтому, зеленому и синему цветам, которых достаточно для подтверждения всех типов цветовых ощущений.

Эти элементарные цвета называются психологическими первичными цветами. Между этими элементарными цветами находятся вторичные цвета, в которых можно идентифицировать первичные компоненты, например, оранжевый между красным и желтым; желто-зеленый между желтым и зеленым; сине-зеленый между зеленым и синим и пурпурный и фиолетовый между синим и красным. Другой набор основных цветов называется основными цветами смешения цветов.

Обычно выбираются три цвета: красный, зеленый и синий, которые можно использовать для получения всех остальных цветов путем аддитивной смеси.Например, цвета между красным и зеленым на цветовом круге могут быть получены путем аддитивного смешивания чистого красного и чистого зеленого. Точно так же цвета между зеленым и синим на цветовом круге могут быть получены путем их аддитивных смесей, и то же самое справедливо для синего и красного. Фактически, при аддитивном смешивании весь цветовой круг может быть получен всего с помощью трех цветов.

Предполагается, что колбочки содержат разные типы светочувствительных химикатов, каждый из которых способен реагировать на разные наборы длин волн.Есть красные, синие и желтовато-зеленые колбочки, которые реагируют на красный, синий и зеленый свет соответственно, создавая различные цветовые ощущения.

Теории цветового зрения:

Психологи разработали различные теории цветового зрения, чтобы объяснить факты о восприятии цвета, но они не объясняют все факты цветового зрения адекватно. В XVIII веке теория цветового зрения, предложенная английским физиком Томасом Янгом, а затем модифицированная немецким физиологом Германом фон Гельмгольцем, получила название теории Юнга-Гельмгольца.

Эта теория предполагает, что существует три вида колбочек: красные колбочки, зеленые колбочки и синие колбочки, каждый из которых очень чувствителен к разной длине волны. Все остальные цвета так или иначе получаются за счет комбинированной стимуляции этих трех колбочек. Например, желтый цвет образуется при одновременной стимуляции красных и зеленых колбочек. Точно так же белый цвет образуется при одновременной стимуляции всех трех колбочек.

Хотя существует сильная поддержка этой теории с точки зрения смешения цветов, все же эта теория не смогла объяснить многие другие факты цветового зрения.Например, многие дальтоники красно-зеленые люди видят желтый. Первоначально изложенная теория предполагает, что желтый цвет обусловлен смесью активности красного и зеленого конусов. Если это так, то как могут красно-зеленые дальтоники, у которых предположительно отсутствуют красные и зеленые колбочки, видеть желтый?

Другая теория цвета была сформулирована Эвальдом Герингом после вышеупомянутой теории. Геринг чувствовал, что теория Юнга-Гельмгольца неадекватно объясняет визуальный опыт. Он основывал свою теорию на психологических примерах, а не на примерах смешения цветов, и утверждал, что желтый является таким же основным цветом, как красный, синий или зеленый.

Он предположил, что существует три типа конусов, а именно: (1) один, который реагирует на степени яркости, черно-белый континуум; (2) два цветных конуса, один из которых обеспечивает основу для красно-зеленого восприятия, а (3) другой — для сине-желтого. Он также предположил, что каждый конус функционирует двояко.

Один цвет пары был получен, когда рецептор был в фазе наращивания (анаболический), а другой появился, когда конус находился в фазе разрушения (катаболический). Две фазы не могут происходить одновременно в одном конусе.Например, когда желто-синий конус стимулируется, он реагирует либо желтым, либо синим цветом.

Он не может реагировать в обоих направлениях одновременно. Теорию Геринга часто называют теорией процесса оппонента. В своей современной форме эта теория предполагает, что противоборствующие процессы происходят не в колбочках, а в механизмах кодирования, расположенных ближе к мозгу в оптической системе.

Недавние исследования показывают, что обе теории могут быть частично правильными. МакНикол с помощью своей процедуры, называемой микроспектрофотометрией, смогла идентифицировать три вида светочувствительных пигментов в колбочках.Один тип был в первую очередь чувствителен к длинам волн в синей полосе, второй — к зеленому, а третий — к желтому.

Де Валуа и Джейкобс сделали записи с помощью микроэлектродов, которые свидетельствовали о «включенном» и «выключенном» типе процесса в биполярных клетках и в клетках той части таламуса, где зрительные импульсы передаются в обычную кору.

Они обнаружили, что некоторые клетки реагируют на стимуляцию короткими волнами, но не реагируют при освещении длинными волнами, тогда как другие клетки реагируют на стимуляцию длинными волнами и не реагируют на стимуляцию короткими волнами.Эти результаты подтверждают теорию процесса оппонента.

Остаточные изображения:

Обе теории Юнга-Гельмгольца и Геринга объясняют другое явление цветового зрения, называемое последовательным контрастом. Например, если вы какое-то время пристально смотрите на яркое пятно, а затем смотрите на серый лист бумаги, вы можете увидеть два типа последовательных остаточных изображений.

Первое называется положительным остаточным изображением, потому что оно того же цвета, что и исходная стимуляция.Второй — это отрицательное остаточное изображение, которое является дополнительным цветом к исходному цвету. Предположим, что исходный круг имеет сине-зеленый цвет, положительное остаточное изображение также будет сине-зеленым, тогда как отрицательное остаточное изображение будет оранжевым.

Однако следует отметить, что не все остаточные изображения имеют дополнительный цвет. Фактически, посмотрев на очень яркий свет, вы, вероятно, увидите целую последовательность цветов, но увидеть дополнительный цвет очень часто.

Положительные остаточные изображения должны быть вызваны продолжением активности после удаления физической энергии.Что касается отрицательных остаточных изображений, теория Юнга-Гельмгольца предполагает, что первоначальная стимуляция утомляет особые цветовые конусы, которые возбуждаются. Например, сине-зеленый стимул утомит синий и зеленый элементы, но не красный.

Адаптация к темноте или Scotopic Vision:

Когда мы входим в тускло освещенную комнату после того, как вышли из яркого солнечного света, мы не можем ничего видеть в комнате, но постепенно все становится видимым.Вы, должно быть, испытали, что, войдя в кинотеатр, вы не могли видеть ряды стульев перед собой.

Точно так же, когда мы выходим из темной комнаты на яркий солнечный свет, наши глаза сначала ослепляются светом, но через несколько секунд мы способны адаптироваться к яркому свету. Когда мы находимся в темной комнате в течение долгого времени, наши глаза становятся очень чувствительными к свету, настолько, что мы даже можем видеть вспышку спички с расстояния в пятьдесят миль, если есть идеальная темнота.

Экспериментальные данные показывают, что после часа адаптации к темноте чувствительность глаза может увеличиться от 1000 до 100 000 раз. С другой стороны, световая адаптация фотовидения значительно снижает чувствительность наших глаз.

Острота зрения:

Цвет и яркость — не единственные характеристики объектов в нашем окружении. У них тоже есть форма. Способность наших глаз различать различные формы в окружающей среде называется остротой зрения.Другими словами, острота зрения — это способность человека воспринимать различия в деталях визуальной среды.

Существует несколько способов определения и измерения остроты зрения, но основная процедура состоит в том, чтобы представить субъекту фигуры с более мелкими деталями на определенном расстоянии, и его спрашивают, может ли он их воспринимать или нет. Таблицы букв, которые оптики используют для определения степени дефектов глаз, основаны на этом принципе.

Например, если человек может видеть на расстоянии 20 футов то, что нормальный человек может видеть на расстоянии 100 футов, у него зрение 20/100, что определенно является дефектным.Точно так же, если человек может видеть на расстоянии 20 футов то, что нормальный человек может видеть на расстоянии 10 футов, его зрение 20/10, что является превосходным. Стандартное зрение определяется как 20/20, что на самом деле означает, что у человека нормальное или среднее зрение.

Дальтонизм:

По оценкам, около четырех процентов людей в общей популяции страдают дальтонизмом, и их неспособность видеть определенные цвета может по-разному влиять на их поведение.Цветовая слепота — это не наша неспособность идентифицировать цвет по определенному имени или даже наша неспособность видеть цвета. На самом деле дальтонизм означает принятие определенных цветов за другие. Дальтоники обычно видят очень много цветов, но путают некоторые важные.

Дальтонизм — это дефект, из-за которого человек не может отличить два или более цветов, которые другие люди могут легко различить. Объяснение дальтонизма заключается в том, что колбочки на сетчатке у людей с дальтонизмом чем-то отличаются от тех, кто может видеть все цвета без каких-либо затруднений.

Существуют различные виды дальтонизма. Во-первых, есть люди, полностью дальтоники, которые не видят ни одного цвета, но воспринимают мир как своего рода черно-белую фотографию. Предполагается, что этот дефект возникает из-за полного отсутствия колбочек на сетчатке. Такие люди полагаются только на стержневое зрение и встречаются очень редко. Во-вторых, есть люди, которых называют частично дальтониками.

Другими словами, такие люди способны видеть определенные цвета, но путают их с некоторыми другими цветами.Среди частично дальтоников есть две распространенные разновидности: (1) те, которые известны как дикроматы, цветовое зрение которых ограничено только двумя цветами или оттенками, а именно желтым и синим. Этих людей также называют красно-зелеными дальтониками, потому что они обычно видят эти два цвета и их оттенки как другие цвета, а не красный или зеленый. (2) Есть и другие, которые путают светло-розовый, зеленый, коричневый и коричневый цвета. Такие люди известны как страдающие от цветовой слабости, называемой аномальным цветовым дефектом.

Существует несколько теорий цветового зрения, которые объясняют дальтонизм. Согласно теории цветового зрения Лэдда-Франкиина, наша способность видеть цвета постепенно развивалась в ходе эволюционного процесса. На первом этапе развития зрения мы способны видеть вещи только в черно-белом цвете. На втором этапе мы развиваем зрение желто-синего цвета, а на последнем этапе — красно-зеленое зрение.

Возможно, из-за этого поэтапного развития мы с большей вероятностью потеряем красно-зеленое зрение, чем цветовое зрение на двух более ранних этапах.Это объясняет, почему красных, зеленых слепых гораздо больше, чем сине-желтых; дальтоники.

Самая интересная особенность дальтонизма заключается в том, что дальтоники или даже те, кто их окружает, не могут обнаружить этот дефект, если он не сильно выражен. Есть несколько хороших тестов, чтобы выяснить, страдает ли человек дальтонизмом или нет. Один из таких широко используемых тестов для выявления дефекта дальтонизма известен как тест Ишихары на дальтонизм.

Предполагается, что большинство типов дальтонизма передаются по наследству, и этот дефект был идентифицирован как рецессивный признак, связанный с полом.Также предполагается, что из-за вовлеченных генетических связей дальтонизм более распространен среди мужчин, чем среди женщин.

Прослушивание:

Чувство слуха, технически известное как слух, ни в чем не уступает зрению. Его важность как средства познания внешнего мира трудно переоценить как в случае животных, так и людей.

В случае животных слух очень тесно связан с их выживанием, и у некоторых высокоразвитых видов животных слух становится своего рода недоразвитым средством речевого общения.

В случае человека слух приобретает большое значение как средство языковой коммуникации, с помощью которого мы можем накапливать знания. Кроме того, именно через слух мужчина может сделать свои визуальные и другие впечатления более значимыми и эффективными.

Человеческое ухо:

В целом человеческое ухо можно разделить на три отдельные части: внешнее ухо, среднее ухо и внутреннее ухо. Звуковые волны собираются у внешнего уха, которое состоит из декоративного уха, называемого ушной раковиной, и канала, по которому звуковые волны передаются в барабанную перепонку.

Ушная перепонка представляет собой небольшую тонкую мембрану, плотно натянутую на внутреннем конце канала. Внутри барабанной перепонки есть небольшая полость, заполненная воздухом, и три маленькие косточки, называемые косточками. Это среднее ухо.

Граница среднего уха проходит от барабанной перепонки до другой мембраны, отделяющей внутреннее ухо от среднего уха. Оно известно как овальное окно. Одна из трех косточек, известная как молоток, прикреплена к барабанной перепонке. Средняя кость, известная как наковальня (наковальня), связана со стремечкой (стремени).Расположение трех костей и двух мембран таково, что вибрации, вызываемые барабанной перепонкой, передаются через кости к овальному окну.

Внутреннее ухо имеет более сложное строение. Это место расположения двух органов — чувства равновесия и слуха. Орган слуха расположен в костистой спирали улитки, называемой улиткой. Улитка имеет три разных канала, которые заполнены жидкостью и отделены друг от друга мембранами.

На одной такой мембране, известной как базилярная мембрана, есть крошечная структура, называемая кортиевым органом, который является настоящим органом слуха.Рецепторы слуха, известные как волосковые клетки, расположены в кортиевом органе. Эти волосковые клетки являются настоящими рецепторами звуковой энергии. Когда эти волосковые клетки стимулируются, генераторный потенциал, возникающий в результате такой стимуляции, запускает нервные импульсы, которые передаются через слуховой нерв в слуховую область мозга. Мы слышим только тогда, когда происходит этот процесс.

Звуковой стимул:

Воздух — это совокупность молекул, которые постоянно движутся, сталкиваются друг с другом и оказывают давление друг на друга.Если эти молекулы плотно упакованы, давление воздуха будет больше, а если их немного, то давление воздуха будет меньше. Такие изменения давления составляют физическую основу восприятия звука.

Звуковые волны создаются вибрацией физического объекта в воздухе. Когда объект вибрирует в обоих направлениях, это приводит к конденсации и объединению молекул воздуха, которые создают в воздухе области высокого давления.

Это то, что мы называем звуковой волной.Когда объект вибрирует, происходит конденсация молекул, известная как положительное давление, тогда как, когда происходит ратификация молекул воздуха, создается небольшой вакуум, известный как отрицательное давление.

Звуковая волна движется по воздуху почти так же, как рябь по воде. Звуковые волны, генерируемые таким образом, отличаются друг от друга по трем важным параметрам: (1) частота, (2) амплитуда и (3) сложность. Эти три свойства звука важны, потому что они лежат в основе нашего психологического опыта, который называется (1) высотой звука, (2) громкостью и (3) тембром.

Частота и шаг:

Частота колебаний молекул воздуха зависит от скорости колеблющегося объекта. Эксперименты показали, что колебания могут быть такими медленными, как одна в секунду, и могут достигать одного миллиона в секунду. Частота звуковой волны измеряется в циклах в секунду (CPS), также известных как герцы (Гц).

Человеческое ухо способно реагировать только на небольшой диапазон частот, обычно от 16 Гц до примерно 21 000 Гц.Звуки выше и ниже этих частот не слышны человеческому уху. Возможно, что люди различаются по своей чувствительности к частоте звуковой волны, но разница не очень велика.

Точно так же некоторые животные, например собаки, способны слышать звуковые частоты, превышающие человеческие возможности; они могут реагировать на звук частотой 40 000 Гц. Важно отметить, что наше восприятие высоты звука (высоты или слабости звука) в первую очередь зависит от частоты звуковых волн.Например, чем выше частота звука, тем выше его высота.

Амплитуда и громкость:

Второй фактор, по которому звуковые волны отличаются друг от друга, известен как амплитуда. Амплитуда определяется величиной разницы давлений между сжатием и разрежением волны.

Таким образом, в то время как частота звуковой волны говорит нам, как часто звуковая волна изменяется с положительного на отрицательное давление, амплитуда говорит нам, насколько велики изменения давления.Другими словами, амплитуда звуковой волны говорит нам, насколько интенсивен звук. Наше психологическое восприятие громкости звука в первую очередь зависит от интенсивности звуковой волны.

Ученые разработали специальные методы измерения звуковой энергии. Диапазон интенсивности, на которую может реагировать человеческое ухо, очень велик. Например, самый громкий звук, который можно услышать без дискомфорта, имеет давление примерно в миллион раз больше, чем самый слабый звук, который только что слышен.Интенсивность звуковой волны обычно измеряется в децибелах. Децибел равен самому низкому звуковому давлению, которое может быть записано обычным ухом.

Сложность и тембр:

Звуковые волны, производимые в окружающем нас мире, редко бывают простыми (одинаковой частоты или интенсивности). Обычно они состоят из нескольких сложных волн всех значительных типов. Однако в целом их можно разделить на две категории: периодические и апериодические. Периодические волны бывают разной высоты и ширины.Звуковые волны, создаваемые различными музыкальными инструментами, также сложны, но повторяются в регулярных формах.

Обычно они периодические. С другой стороны, есть много объектов, которые производят звуковые волны нерегулярной и несвязанной частоты, которые вызывают слуховые ощущения, называемые шумами. Это связано с апериодическими волнами.

Мы можем отличить звуки, издаваемые одним музыкальным инструментом, от другого только потому, что каждый музыкальный инструмент способен создавать определенные сложные, но характерные образцы звуковых волн.Это характерное качество музыкального тона называется тембром. Это тембр (качество звука) тембра, который говорит нам, воспроизводится ли он на фортепиано или кларнете.

Возникла проблема, когда два тона звучат вместе. Было обнаружено, что они не теряют своей идентичности, как цвета при смешивании, но они могут привести к слиянию, которое воспринимается как согласное (приятное) или как диссонансное (неприятное). Два тона создают третий тон на основе разницы в их частотах.

Этот разностный тон может или не может гармонировать с звучанием основных тонов, и именно по этой причине одни комбинации тонов предпочтительнее других. Музыкальная гармония, например, частично зависит от взаимодействия основных тонов, обертонов и различных тонов, которые вместе составляют сложный тональный стимул.

Шум — это звук, состоящий из множества частот, не находящихся в гармоничном отношении друг к другу. Звуковые эксперты иногда говорят о белом шуме, когда шум состоит из всех частот звукового спектра примерно с одинаковым уровнем энергии.Белый шум подобен белому свету, который состоит из всех частот светового спектра.

Душ в ванной, например, звучит примерно как белый шум. В звуках речи одновременно используются как тональные качества, так и шумовые качества. Когда мы говорим, речь состоит из гласных с тональным качеством и согласных с шумовым качеством.

Функционирование уха:

Когда барабанная перепонка начинает вибрировать в ответ на давление, оказываемое на нее звуковыми волнами, колебания сначала передаются на косточки, а от них — на овальное окно.Овальное окно передает звуки в улитку, которая является слуховой частью внутреннего уха.

Давление в овальном окне приводит в движение жидкость внутри улитки, которая стимулирует тонкие волосковые клетки базилярной мембраны улитки, на которой расположен кортиевый орган.

Изменения давления в жидкостях каналов вызывают сдвигающее движение волосковых клеток, вызывающее нервные импульсы, которые передаются в слуховые области мозга через слуховой нерв.

Мы ощущаем звук только тогда, когда нервные импульсы достигают мозга. Проводящие пути слуховых нервов состоят из нервных волокон от каждого уха, которые проходят в оба полушария головного мозга и заканчиваются в височных долях.

Как нервные импульсы передают физические характеристики звукового стимула, такие как частота, амплитуда и сложность, и как наши соответствующие ощущения от высоты тона, громкости и тембра возникают, еще предстоит полностью понять.Однако ученые попытались предложить несколько теорий по этим вопросам. Две наиболее распространенные теории известны как теория места, предложенная Гельмгольцем, и теория телефона, предложенная Резерфордом.

Теория места предполагает, что частота тона определяется областью базилярной мембраны, которая максимально отображается звуковой волной. С другой стороны, телефонная теория предполагает, что улитка действует как микрофон, а слуховой нерв — как телефонный провод.Согласно этой теории, высота звука определяется частотой импульсов, проходящих по слуховому нерву.

Чем выше частота, тем выше высота звука. Подобно тому, как при обсуждении теорий цветового зрения теории Юнга-Гельмгольца и Геринга были признаны частично правильными, хотя они и не предлагали удовлетворительного объяснения, слух также, различение высоты тона может быть частично объяснено обеими теориями.

Как место возбуждения на базилярной мембране, так и частота нервного ответа, по-видимому, участвуют в передаче информации о частоте тона.Возможно, можно было бы сказать, что точное кодирование слуховой информации происходит в слуховых путях ближе к мозгу и в самой слуховой коре.

Глухота:

Обычно считается (глухота — это просто наша неспособность слышать звуки. Однако это не полная правда, потому что на самом деле существует много видов глухоты. В первую очередь, есть люди, которые не могут распознают даже слабые звуки, и такие люди считаются слабослышащими.Технически это явление известно как глухота по интенсивности. Обычно глухота такой интенсивности может развиться у людей, которым приходится работать в условиях оглушающего шума, таких как пилоты, артиллеристы или заводские рабочие.

На самом деле, наши уши имеют защитный механизм, который защищает чувствительные органы в ухе, уменьшая интенсивность звуков, которые могут достигать внутреннего уха, но, очевидно, когда эти механизмы используются чрезмерно, способность обнаруживать более низкую интенсивность звука. звук уменьшается.

Иногда возрастной фактор также может быть возможной причиной глухоты.Исследования взаимосвязи между возрастом и слухом четко продемонстрировали, что люди младше 20 лет определенно имеют лучший слух, чем люди старше этого возраста. Также есть доля правды в распространенном убеждении, что слух сильно ухудшается у людей старше 50 лет.

Второй фактор, который часто является причиной глухоты у молодых людей, — это жесткость косточек, особенно когда небольшая кость, известная как стремени, плотно прилегает к овальной вдове.Это может произойти по разным причинам, например, из-за инфекции в среднем ухе или даже из-за разрыва барабанной перепонки. Такая глухота называется кондуктивной глухотой. Термин «кондукционная глухота» используется потому, что причиной глухоты является нарушение проводимости в ухе.

Третий тип глухоты называется нервной глухотой. Эта глухота возникает, когда что-то не в порядке со слуховой нервной системой. Иногда повреждаются сами нервы или повреждается улитка или базилярная мембрана.При этом типе глухоты потеря слуха намного больше на высоких частотах.

Такие люди не могут слышать высокие звуки, но достаточно хорошо слышат низкие звуки. Этот тип глухоты очень распространен среди пожилых людей. С возрастом почти у всех появляются признаки нервной глухоты, но лишь у некоторых людей она становится серьезной. Есть также некоторые свидетельства того, что глухота по нерву передается по наследству, потому что она передается в определенных семьях.

Локализация звука:

Каждый человек с нормальным слухом может определить местонахождение источника звука, внимательно слушая его.Психологические исследования показали, что эта способность определять местонахождение звука зависит от нескольких факторов. Например, было продемонстрировано, что звуки, которые издаются прямо над нашими головами, трудно локализовать, но те, которые издаются где угодно справа или слева, могут быть очень легко локализованы.

Точно так же трудно локализовать звуки, которые издаются прямо спереди или сзади. Наконец, звуки с очень высокими частотами также трудно правильно локализовать.

При локализации источника звука мы используем несколько физических подсказок, но время, необходимое звуку, чтобы достичь ушей, кажется важным фактором. Например, когда звук исходит с нашей правой стороны, он сначала достигает правого, а затем левого уха. Этой небольшой разницы нам достаточно, чтобы определить местонахождение источника звука. Точно так же звук, который достигает одного из ушей первым, немного громче, чем когда он достигает второго уха.

Такая подсказка также помогает нам определить местонахождение звука.Наконец, локализации звука дополнительно помогают движение головы и использование глаз. Психологи изобрели аппарат, называемый звуковой клеткой, для изучения локализации звука. Вышеупомянутые выводы основаны на таких экспериментах, проведенных в лаборатории.

Обоняние (обоняние) и вкус (вкусовые ощущения) считаются химическими чувствами, потому что рецепторы этих чувств стимулируются химическими веществами. И обоняние, и вкусовые ощущения работают в тесной координации друг с другом, вызывая широкий спектр ощущений, как приятных, так и неприятных.

Для некоторых животных ощущения вкуса и запаха так же интересны, как и ощущения, производимые глазами и ушами. У собак очень сильно развито обоняние.

У большинства диких животных обоняние связано с их выживанием, потому что именно через это чувство многие дикие животные способны обнаруживать опасности в окружающей их среде. В случае человека запах и вкус занимают уникальное место, потому что они добавляют пряностей в нашу жизнь и делают процесс еды либо приятным, либо неприятным.

Запах :

Рецепторы обоняния расположены в носовом проходе, ведущем от ноздрей к горлу. Если вы посмотрите, то обнаружите, что рецепторы запаха: лежат в двух небольших участках, один слева и один справа, в крышах проходов, и они известны как обонятельные луковицы.

Они стимулируются, когда химические вещества в форме пара вступают с ними в контакт. Когда обонятельные рецепторы стимулируются, генерируются нервные импульсы, которые передаются в мозг по обонятельным нервам.У нас нет адекватной информации о мозговых механизмах, участвующих в обонянии, из-за ряда трудностей, но физиологи, а также психологи провели много исследований, но эта информация недостаточна.

Были предприняты попытки обнаружить основные или первичные запахи, и немецкий исследователь Хеннинг перечислил шесть основных запахов следующим образом:

(1) Цветочный (запах цветов),

(2) Фруктовый (запах фруктов) ),

(3) Пряный (запах пряностей, таких как гвоздика и кардамон),

(4) Смолистый (запах сосны),

(5) Жженый (запах дегтя или горящих веществ),

(6) Гнилостный (запах гниющих или разлагающихся веществ).

С другой стороны, химики-промышленники, занимающиеся производством духов, предпочитают четырехступенчатую классификацию запахов.

Согласно этой классификации четыре основных запаха:

(1) ароматный (мускус),

(2) кислотный (уксус),

(3) жженый (жареный кофе) и

(4). ) Каприл (козий или потный).

Каким бы ни было количество основных запахов, интересно отметить, что нос — чрезвычайно чувствительный орган чувств.Достаточно всего нескольких молекул пахучих веществ, чтобы вызвать ощущение запаха. Например, искусственный мускус, который считается самым пахучим веществом, можно расплавить, если его смешать с литром воздуха в таком небольшом количестве, как 0,00004 миллиграмма.

Считается, что чувствительность к запахам намного превосходит чувствительность, которую мы находим у людей. Чрезвычайная чувствительность обоняния была бы для нас большой неприятностью, если бы не феномен адаптации.

Адаптация — это процесс, при котором орган чувств постепенно перестает реагировать на постоянное раздражение. Каждый знает, что запах мыла, порошка или духов, которые мы постоянно используем, больше не ощущается нами. Таким же образом мы можем довольно быстро привыкнуть к очень сильным неприятным запахам. Это только из-за очень быстрой адаптации обоняния.

Теории обоняния:

Хотя существуют разногласия относительно основных обычаев, многие ученые выдвинули теории, объясняющие трансдукцию и психофизические характеристики запаха.Однако ни одна из этих теорий не получила широкого распространения. Основная идея состоит в том, что определенные запахи производятся молекулами определенной формы. Эта теория называется теорией замка и ключа, потому что предполагается, что эти молекулы входят в «гнезда» обонятельных рецепторов.

Например, молекулы камфоры и веществ, которые имеют запах, похожий на камфору, должны иметь сферическую форму и вписываться в углубление в форме чаши в обонятельном рецепторе. Эта теория считает пять запахов — камфорный, мускусный, цветочный, мятный и эфирный — основными, потому что они должны иметь отличительную форму.

Предполагается, что два других основных запаха — острый и гнилостный — возникают из-за молекул, обладающих особыми характеристиками электрического заряда, которые позволяют им помещаться в гнезда обонятельного рецептора. Доказательства этой теории очень многообещающие, особенно в отношении молекулярных форм и электрических зарядов, но доказательства не получили окончательного подтверждения.

Вкус :

Рецепторы вкуса обычно находятся в небольших группах, известных как вкусовые рецепторы.Обычно таких почек 245, расположенных на верхней и боковых сторонах языка, реже на задней части рта и в горле. Рецепторы кислого вкуса располагаются преимущественно сбоку от языка.

Сладость лучше всего ощущается кончиком языка. Солевые рецепторы находятся в верхней части и по бокам языка, а чувствительные к горечи области — у его основания. Было обнаружено, что все вкусовые рецепторы после курения действуют с пониженной чувствительностью. Курильщики, которые бросают курить, часто обнаруживают, что еда теперь настолько вкусна, что привычка переедать легко заменяет привычку курить.У пожилых людей вкус хуже, чем у молодых, а у детей, когда все вкусовые рецепторы полностью функционируют, кажется, что вкусы очень активны.

Стимуляция рецепторов вкусовых сосочков может происходить только тогда, когда пробуемое вещество растворяется в слюне. Когда вкусовые клетки стимулируются таким раствором, они генерируют нервные импульсы, которые передаются в мозг.

Области мозга, которые участвуют в интерпретации импульсов от вкусовых клеток, еще точно не известны.Говоря об запахе, мы сказали, что ученые не пришли к единому мнению относительно основных запахов. Однако мы лучше знаем основные вкусовые качества.

Исследования показывают, что существует четыре основных или основных вкусовых качества: соленый, кислый, сладкий и горький. Доказательство этих качеств исходит из того факта, что язык не одинаково чувствителен ко всем раздражителям. Это правда, что мы пробуем много других вкусов, кроме четырех, упомянутых выше, но это связано с обонянием.Фактически, это причина, по которой мы находим продукты без запаха и вкуса, когда мы страдаем от сильной простуды или когда наш нос заложен.

Как и все другие чувства, вкус также показывает приспособление. Другими словами, при постоянной стимуляции он становится все менее и менее чувствительным. Исследования показывают, что чем сильнее стимуляция, тем выше адаптация.

Далее, по сравнению со зрением и слухом, обоняние и вкус очень быстро адаптируются.Хотя мы верим, что вкушаем языком, а нюхаем носом, большинство из нас не понимает, что мы обычно путаем вкус и запах. На самом деле, мы часто думаем, что определяем аромат по вкусу, когда запах более важен.

Ощущение и восприятие — Заметки на уроке психологии

Sensation & Perception — Когда мы нюхаем ароматный цветок, испытываем ли мы ощущение или восприятие? В повседневном языке термины «ощущение» и «восприятие» часто используются как синонимы.

Однако, как вы скоро увидите, это очень разные, но взаимодополняющие процессы. В этом разделе мы обсудим некоторые концепции, имеющие ключевое значение для изучения ощущений и восприятия, а затем перейдем к обсуждению зрения и восприятия боли (в рамках этих заметок невозможно обсудить все чувства).

I. Ощущения и восприятия

Ощущения можно определить как пассивный процесс передачи информации из внешнего мира в тело и в мозг. Процесс пассивен в том смысле, что мы не должны сознательно участвовать в процессе «ощущения». Восприятие можно определить как активный процесс выбора, организации и интерпретации информации, поступающей в мозг от чувства.

А) КАК ОНИ РАБОТАЮТ ВМЕСТЕ:

1) Возникает ощущение:

а) органы чувств поглощают энергию физического раздражителя из окружающей среды.

б) сенсорные рецепторы преобразуют эту энергию в нервные импульсы и отправляют их в мозг.

2) Восприятие следующее:

а) мозг систематизирует информацию и переводит ее во что-то значимое.

B) Но что означает «значимый»? Как мы узнаем, какая информация важна и на которой следует сосредоточиться?

1) Избирательное внимание — процесс различения того, что важно и не имеет значения (кажется избыточным: избирательное внимание?), И зависит от мотивации.

Например, ученики в классе должны сосредоточиться на том, что говорят учителя, и на представленных накладных расходах. Учащиеся, проходящие мимо класса, могут сосредоточиться на людях в комнате, учителе и т. Д., А не на учениках в классе.

2) Ожидание восприятия — то, как мы воспринимаем мир, зависит от нашего прошлого опыта, культуры и биологической структуры.Например, как американец, когда я смотрю на шоссе, я ожидаю увидеть автомобили, грузовики и т. Д., А НЕ самолеты. Но кто-то из другой страны с другим опытом и историей может не знать, чего ожидать, и поэтому удивится, увидев проезжающие мимо машины.

Другой пример — вы можете смотреть на картину и не понимать, что художник пытается передать. Но если кто-то расскажет вам об этом, вы можете начать видеть на картине то, чего не могли видеть раньше.

ВСЕ ЭТО НАЗЫВАЕТСЯ Психофизика

C) Психофизику можно определить как изучение того, как физические стимулы переводятся в психологический опыт .

Чтобы измерить эти события, психологи используют ПОРОГ.

1) Порог — разделительная линия между тем, что имеет обнаруживаемую энергию, а что нет.

Например — во многих классах есть автоматические датчики света. Когда людей какое-то время не было в комнате, свет гаснет. Однако, как только кто-то входит в комнату, снова включается свет.Чтобы это произошло, датчик имеет порог движения, который необходимо пересечь, прежде чем он снова включит свет. Итак, пыль, плавающая в комнате, не должна приводить к включению света, а вот человек, входящий в нее, должен.

2) Порог разницы — минимальная величина изменения интенсивности стимула, необходимая для получения заметного изменения.

, тем больше интенсивность (напр., вес) стимула, тем большее изменение необходимо для получения заметного изменения.

Например, когда вы берете гирю 5 фунтов, а затем гирю 10 фунтов, вы можете почувствовать большую разницу между ними. Однако когда вы набираете 100 фунтов, а затем 105 фунтов, ощутить разницу намного сложнее.

3) Теория обнаружения сигнала — обнаружение стимула включает в себя некоторый процесс принятия решений, а также сенсорный процесс.Кроме того, как сенсорные процессы, так и процессы принятия решений зависят не только от интенсивности, но и от многих других факторов.

а) Шум — насколько сильно посторонние помехи.

b) Критерий — уровень уверенности, который, по вашему мнению, должен быть достигнут, прежде чем вы начнете действовать. Включает высшие психические процессы.Вы устанавливаете критерий, основанный на ожиданиях и последствиях неточности.

Например — на вечеринке вы заказываете пиццу … вам нужно обратить внимание, чтобы вы смогли обнаружить соответствующий сигнал (дверной звонок), тем более что на вечеринке много шума. Но когда вы впервые заказываете пиццу, вы знаете, что ее не будет через 2 минуты, поэтому вы не обращаете внимания на дверной звонок.Однако по мере приближения времени доставки пиццы ваш критерий меняется … вы больше сосредотачиваетесь на дверном звонке и меньше на постороннем шуме.

II. ВЗГЛЯД / ВИДЕНИЕ

A) зрительная система работает на восприятии и восприятии световых волн.Световые волны различаются по длине и амплитуде:

a) длина волны (также называемая частотой, поскольку чем длиннее волна, тем реже / быстрее она возникает) — влияет на восприятие цвета (например, красный = примерно 700, желтый примерно 600)

б) амплитуда волны (это размер / высота волны) — влияет на восприятие яркости.

B) Структура глаза:

1) Роговица — круглая прозрачная область, через которую свет проходит в глаз.

2) Линза — прозрачная структура, фокусирующая свет на сетчатке.

3) Сетчатка — внутренняя оболочка глаза, которая получает информацию о свете с помощью палочек и колбочек. Сетчатка сетчатки функционирует аналогично спинному мозгу — они действуют как магистраль для передачи информации.

4) Зрачок — отверстие в центре радужной оболочки, которое контролирует количество света, попадающего в глаз.Расширяет и сужает.

5) Жезлы и конусы — намного больше стержней (примерно 120 миллионов), чем конусов (примерно 6,4 миллиона).

а) колбочки — зрительные рецепторные клетки, важные для дневного и цветового зрения.

колбочки хорошо работают при дневном свете, но не при тусклом.Вот почему при слабом освещении труднее разглядеть цвета.

большинства из них расположены в центре сетчатки … называемой FOVEA, которая представляет собой крошечное пятно в центре сетчатки, содержащее ТОЛЬКО колбочки … здесь наилучшая острота зрения.

ТАК … когда вам нужно сосредоточиться на чем-то, вы пытаетесь перенести изображение в фовеа.

б) палочки — зрительные рецепторные клетки, важные для ночного и периферического зрения.

стержни лучше подходят для ночного видения, потому что они намного более чувствительны, чем колбочки.

кроме того, стержни лучше подходят для периферического зрения, потому что их намного больше на периферии сетчатки. Колбочки в основном находятся внутри и вокруг ямки, но уменьшаются по мере того, как вы выходите.

Чтобы лучше видеть ночью, смотрите чуть выше или ниже объекта…это сохраняет изображение на стержнях.

C) Видение в цвете — мы можем видеть много цветов, но только 3 типа колбочек, которые получают информацию о цвете. У нас есть колбочки, которые улавливают световые волны красного, зеленого и синего цветов.

Теорий цветового зрения:

1) Теория трихроматизма — эта теория указывает, что мы можем получать 3 типа цветов (красный, зеленый и синий) и что колбочки изменяют соотношение нейронной активности (как проекция Т.В.). Соотношение каждого цвета к другому определяет точный цвет, который мы видим.

2) Теория оппонента-процесса — восприятие цвета зависит от восприятия пар цветов-антагонистов. Каждый рецептор может работать только с одним цветом за раз, поэтому цвет противника в паре блокируется. Пары = красно-зеленый, сине-желтый, черный-белый (светло-темный).

Примечание: почти в каждой вводной книге по психологии есть демонстрация теории процесса-оппонента.Пожалуйста, найдите тот в своей книге и попробуйте.

СУЩЕСТВУЕТ ЦВЕТ? Люди просто предполагают, что, поскольку мы видим цвета, они действительно существуют в мире. Другими словами, когда они видят красный цвет, этот красный цвет является реальной, физической, осязаемой «вещью». Но так ли это или цвет — это всего лишь вопрос нашего восприятия? Если бы у нас были разные типы нервной системы, мы бы видели вещи по-разному (буквально), и разве мы не думали бы, что те другие вещи, которые мы видели, были настоящими «вещами»? Давайте рассмотрим этот вопрос восприятия немного дальше.

II) ВОСПРИЯТИЕ

Большая часть нашего понимания того, как и почему мы воспринимаем вещи, исходит из гештальт-психологии

Например, один из наиболее известных принципов гештальта — это Феномен Фи, который представляет собой иллюзию движения от быстрой последовательности стимулов. Когда вы видите мультфильм или горит рождественские огни, вы видите движение (хотя на самом деле его нет) благодаря этому принципу.

A) Гештальт-принципы организации восприятия

1) фигура-фон — это основной способ организации визуального восприятия. Когда мы смотрим на объект, мы видим этот объект (фигуру) и фон (землю), на котором он находится. Например, когда я вижу фотографию друга, я вижу лицо своего друга (фигура) и красивый фон бренда Sears позади моего друга (земля).

2) простота / pragnanz (хорошая форма) — мы группируем элементы, которые составляют хорошую форму. Однако понятие «хорошая форма» немного расплывчато и субъективно. Большинство психологов считают, что хорошая форма — это то, что может быть самым легким или самым простым. Например, что вы здесь видите::>)

вы видите улыбающееся лицо? На моей клавиатуре просто 3 элемента рядом друг с другом, но «легко» организовать элементы в форму, с которой мы знакомы.

3) близость — близость = принадлежность. Объекты, которые находятся близко друг к другу в физическом пространстве, часто воспринимаются как принадлежащие друг другу.

4) сходство — действительно ли нужно объяснять это? Как вы, наверное, догадались, здесь говорится, что похожие объекты воспринимаются как идущие вместе. Например, если я прошу вас сгруппировать следующие объекты: (* * # * # # #) в группы, вы, вероятно, поместите звездочки и знаки решетки в отдельные группы.

5) непрерывность — мы следуем в том направлении, в котором нас ведут. Кажется, что точки на плавной кривой больше сходятся вместе, чем зазубренные углы. Этот принцип действительно показывает, насколько люди ленивы, когда дело касается восприятия.

6) общая судьба — элементы, которые движутся вместе, имеют свойство группироваться. Например, когда вы видите гусей, летящих на юг зимой, они часто выглядят в форме буквы «V».

7) закрытие — мы стараемся заполнить форму, когда в ней есть пробелы.

Б) Иллюзии — неправильное восприятие, вызванное искажением зрительных ощущений.

1) Иллюзия Мюллера-Люера

2) Обратимые фигуры — неоднозначная сенсорная информация, создающая более 1 хорошей формы.Например, изображение двух лиц, смотрящих друг на друга, также является вазой. Я уверен, что почти в каждой книге по вводной психологии есть этот пример.

3) Невозможные фигуры — объекты, которые могут быть представлены в двухмерных изображениях, но не могут существовать в трехмерном пространстве, несмотря на наше восприятие. Вы знаете художника Эшера, который рисует картины как … руки, тянущие друг друга, водопад, который опускается и в то же время остается ровным, и т. Д…

C) ВОСПРИЯТИЕ БОЛИ

Боль — неприятная, но важная функция для выживания: система предупреждения (но не вся боль необходима для выживания).

Есть два разных пути к мозгу, по которым может распространяться боль — информация, поступающая от свободных нервных окончаний в коже к мозгу через две разные системы:

1) быстрые пути — регистрирует локализованную боль (обычно острую) и отправляет информацию в кору за доли секунды.БЫВШИЙ. — порежьте палец ножом.

2) медленные пути — отправляет информацию через лимбическую систему, которая занимает примерно 1-2 секунды дольше, чем непосредственно в кору (более длительная, ноющая / жгучая).

Факторы восприятия боли — не автоматический результат стимуляции:

1) ожидания — исследования показали, что наши ожидания относительно того, насколько что-то повредит, могут повлиять на наше восприятие.

Мелзак — указал, что вера в то, что что-то будет очень болезненным, помогает нам подготовиться к этому.

Например, рождение ребенка: метод Ламаза ложно заставляет нас думать, что это не будет болезненным. Может быть, если мы знаем, что это будет плохо, мы сможем адекватно подготовиться к тому, чтобы с этим справиться.

другой пример — эффект плацебо — если мы считаем, что боль прекратилась, то может.

2) личность — люди с негативным типом личности часто испытывают больше боли. E

Например, очень напряженный человек может испытывать боли в мышцах, спине и т. Д.

3) настроение — плохое настроение, злость, несчастье и т. Д. Могут привести к усилению боли.

Например, исследуйте настроения испытуемых, а затем попросите их заполнить анкеты по восприятию боли. Те, кто находился в группе с отрицательным настроением, сообщили о значительно большей боли, чем другие испытуемые.

Итак, похоже, что наш мозг может регулировать, контролировать, определять и даже вызывать боль.

ТЕОРИИ ВОСПРИЯТИЯ БОЛИ

1) Теория управления воротами (Melzack & Walls, 1965) — входящая боль должна проходить через «ворота», расположенные в спинном мозге, которые определяют, какая информация о боли будет отправлена ​​в мозг.Таким образом, его можно открыть, чтобы пропустить боль, или закрыть, чтобы боль не ощущалась.

The Gate — фактически нейронная сеть, управляемая мозгом. Находится в области спинного мозга, называемой Substansia Gelatinosa. В этой области есть два типа нервных волокон:

а) большой — посылает быстрые сигналы и может предотвратить боль, закрыв ворота.

б) маленький — посылает более медленные сигналы, которые открывают ворота. Итак — когда возникает боль, это происходит потому, что большие волокна отключены, а маленькие включены, открывая ворота.

Поскольку ворота контролируются мозгом, факторы, рассмотренные ранее (ожидания, настроение, личность), влияют на функционирование ворот.

Противоречие теории управления воротами:

1) эндорфины — собственные обезболивающие (морфиноподобные).Может объяснить акупунктуру, точечный массаж, переносимость боли в течение последних двух недель беременности и т. Д.

НО — эндорфины могут работать с теорией контроля ворот — возможно, ощущается боль, выделяются эндорфины, поэтому мозгу больше не нужны сигналы и он закрывает ворота.

ФАНТОМНЫЕ КОНЕЧНОСТИ

способность чувствовать боль, давление, температуру и многие другие типы ощущений, включая боль в конечности, которой не существует (ампутированной или рожденной без нее).

чувства и боль иногда настолько похожи на настоящие, что человек пытается поднять предметы фантомной рукой, шагать фантомной ногой или ногой и т. Д. Часто человек чувствует, что фантомное движение совершается в идеальной координации с остальным телом — некоторые сообщают о том, что отсутствующая рука, выходящая наружу под углом 90 градусов, поэтому они поворачиваются боком, когда проходят через дверной проем.

может возникнуть сразу после ампутации или только через несколько лет.

часто ощущается как часть тела (принадлежащая остальной части тела). БЫВШИЙ. — с отсутствующей ногой некоторые сообщают, что у них фантомная ступня, но не остальная часть ноги. Тем не менее, нога кажется частью тела.

Перейти к Phantom Limb Pages — включает тематические исследования

Пояснения:

1) объяснение невромы — оставшиеся в культе нервы превращаются в узелки (невриномы) на конце культи и продолжают подавать сигналы.Сигналы передаются в мозгу теми же путями, что и тогда, когда существовал придаток.

2) объяснение спинного мозга — нейроны спинного мозга, которые больше не получают информацию от потерянного придатка, продолжают посылать информацию в мозг.

Проблема — исследования показали, что, когда области спинного мозга разорваны, часто чувства по-прежнему воспринимаются из зон, которые встречаются со спинным мозгом в нижних областях (ниже разделения в спинном мозге).

3) объяснение мозга — сигналы в соматосенсорных цепях мозга изменяются при потере конечности, которые производят фантом … мозг компенсирует потерю или измененные сигналы. Это было расширено — мозг содержит сеть волокон, которые не только реагируют на стимуляцию, но и постоянно генерируют последовательность импульсов, указывающих на то, что тело цело и функционирует.Таким образом, мозг создает впечатление, что конечность существует и в порядке. Эта система может быть предварительно смонтирована.

4) зашитое объяснение — у нас может быть биологический состав, чтобы родиться со всеми нашими придатками. Итак, когда мы рождаемся без одного или теряем его, нервы все еще на месте и все еще собираемся посылать информацию.


Обратите внимание, что мы не можем охватить ВСЕ чувства в классе, поэтому обязательно прочтите в книге о вкусе, осязании, слухе и запахе.

Объяснение Мюллера-Лайера

Хотя существует множество теорий этой иллюзии, определенного объяснения нет. Одна теория основана на движении глаз. Когда стрелки указывают внутрь, наш взгляд упирается в углы, образованные стрелками. Когда они смотрят наружу, наши глаза ограничивают всю перспективу, и наш взгляд останавливается за пределами углов.Стрелки, направленные наружу, делают фигуру более открытой, поэтому горизонтальная линия выглядит длиннее.

Иллюзия получила свое название от Франца Карла Мюллер-Лайера (1857-1916), который изучал медицину в Страсбурге и работал помощником директора городской психиатрической клиники. Основные работы Мюллер-Лайера относятся к области социологии. Сам он попытался объяснить обнаруженную им иллюзию следующим образом: «суждение принимает во внимание не только сами линии, но также, непреднамеренно, некоторую часть пространства по обе стороны.Он опубликовал две статьи об иллюзии, носящей его имя. («Оптические иллюзии» 1889 г. и «О теории оптических иллюзий: о контрасте и слиянии» 1896 г.)

Фавро (1977) изучил ряд учебников, в которых Мюллер- Лайер представил и измерил фигуры. Он заметил, что во многих случаях фигура была нарисована неправильно, так что иллюзия казалась более сильной!

восприятие


восприятие

Слово восприятие относится к тому, что тело способно воспринимать, то есть информацию, которую организм способен отличать от внешнего мира.Согласно Оксфордскому словарю , восприятие это процесс осознания или осознания вещи или вещей в целом; Штат сознавая; сознание; понимание. Процесс понимания становится опосредованным опыт, поскольку он требует использования чувств для обработки данные. Чтобы объект был воспринимаемым, он должен быть понятен окружающим. разум через взаимодействие зрения, звука, вкуса, прикоснуться и понюхать. Чтобы быть воспринятым, ощущение должно пройти через тело через одну из орган чувств, то есть глаз, ухо, нос, рот или кожа.К интерпретировать это ощущение называется восприятием. Воспринимаемое — это то, что может быть интерпретируется телом.

Нынешняя форма восприятия явно связана с ее первоначальным латинским значением как «действие овладения, понимания разумом или чувствами »[1]. Восприятие — это то, что позволяет нам чтобы понять мир через опыт наших чувств и сбор данных, но остается вопрос, как мы воспринимаем и что это значит для понимать.Кроме того, что делает объект воспринимаемым? Мы актеры восприятия или действует на нас?

Таким образом, воспринимать что-то означает не понимать что-то, а скорее удерживать это восприятие. как правда. Аристотель признает это в ранних формах теорий восприятия. Он утверждает что «есть две отличительные особенности, по которым мы характеризуем душу (1) локальное движение и (2) мышление, понимание и восприятие »[2]. Группы Аристотеля понимание и восприятие вместе в соответствии с общими предположениями его предшественников, которые, «все смотрят на мышление как на телесный процесс, подобный восприятию, и считают, что подобное понимается а также воспринимаются подобными. Они не могут избежать дилеммы: либо все, что кажется, правда (и есть некоторые, кто с этим согласен) или ошибка — это контакт с непохожим: это и есть противоположность познанию подобного подобным То, что восприятие и понимание не тождественны, есть поэтому очевидно; ибо первый универсален в животном мир, последний встречается лишь в небольшой его части »[3].Восприятие относится к наиболее немедленную реакцию, которую мы можем создать, используя наши чувства; само восприятие непрерывно, это необработанные данные, которые входят в наши умы, чтобы быть обрабатывается мыслью и действием.

Томас Рид исследовал эти теории непосредственности и ее связи к восприятию. «Если поэтому мы уделяем внимание тому действию нашего ума, которое мы называем восприятием внешнего чувственного объекта мы найдем его в следующих трех вещах: во-первых, некоторое представление или представление о воспринимаемом объекте; Во-вторых, сильное и непреодолимое убеждение и вера в его нынешнее существование; и, в-третьих, это убеждение и вера являются непосредственными, а не эффект рассуждения »4.Объект ощущается и распознается как существующий в непосредственной близости от него. форма, создавая немедленный опыт объекта, потому что «не в результате цепочки рассуждений и аргументации мы стали убеждены в существовании того, что мы воспринимаем; мы не требуем аргументов в пользу существования объект, но мы его воспринимаем; восприятие повелевает нашей верой на основании собственного авторитета, и презирает основывать свой авторитет на каких бы то ни было рассуждениях »[5]. Видеть во многих отношениях веря. Чтобы поверить в объект, нужно осознать его существование, но восприятие того, что происходит немедленно.Однако это не означает, что любое восприятие всегда неопосредованно.

Когда восприятие связывается с ощущением, функцией самого мозга, переживанием чувства создают связь с переживаниями мозга, связывая чувства с непосредственным. Рид использует пример запаха розы. Хотя запах розы — всего лишь восприятие, он становится сенсацией, когда мы понимаем, что это хороший запах. Запах в этом случае становится среда для наших ощущений и удовольствия, вместо того, чтобы существовать независимо от нас самих.Восприятие опирается на простое обоняние, в то время как ощущение полагается на интерпретацию этот запах. Восприятие становится просто средством доступа к среде. Пока восприятие поскольку сам по себе является непосредственным, он может транскрибировать медиафайлы для того, чтобы для стимулирования нашего мозга.

Взгляды Канта на восприятие вращаются вокруг идеи априорных истин или истин, которые не исходят из опыта, а скорее из самого мозга. Априорные истины лишены чувственного ввод, а, скорее, самые основные и чисто логические мысли человека.Истины, которые распространяются знания и опыт — истины апостериорные. Посторонние истины требуют сенсорного входные и апостериорные знания не могут быть получены независимо от органов чувств. [6]

Одна из важнейших идей философии Канта — это представление о том, как мы понимаем пространство. Пока его нет, мы воспринимаем его как есть и поймите, что это есть. Таким образом, пространство и время являются априорными истинами, что означает, что мы осознаем они сами того не зная. «Обычно проводится различие между тем, что сразу становится известно и что является просто выводом Поскольку мы должны постоянно использовать вывод, и поэтому в конце полностью привыкнув к нему, мы перестаем обращать внимание на это различие и относимся к как немедленно воспринимаемое то, что на самом деле только предполагалось »[7].Вывод полагается на восприятие; Кант считает, что многие вещи, которые мы принимаем за непосредственные истинно опосредованы, и поэтому не может быть истинного «непосредственного восприятия» [8].

Джеймс Дж. Гибсон также исследовал связь чувств с ощущение и восприятие. Он пишет: «Но дело в том, что есть два разных значения к глаголу чувствовать, во-первых, что-то обнаруживать, а во-вторых, иметь ощущение »[9]. Таким образом, восприятие в рамках этой модели связано с чувствами, а не с ощутимое.Гибсон, однако, не считает, что чувства являются ключом к восприятию. «Теория сбора информации требует систем восприятия, не чувства »[10]. Эти системы восприятия, как Гибсон описывает «активную» модель чувств в сравнении с «пассивной». Гибсон полагается на когнитивные принимать информацию из нашего окружения. Ощущение как таковое связано напрямую и не может быть отделено от того, что воспринимается. Хотя эти утверждения могут противоречить более ранней работе в области, они приводят к важным вопросам в изучении восприятия в отношении посредничество: играем ли мы активную или пассивную роль в нашем восприятии? Что заставляет СМИ влиять наше восприятие? Какие качества восприятия актуальны в СМИ?

Джон Дьюи исследует роль восприятия в Искусство как опыт .Для него восприятие становится посредником между идеей художника и его пониманием. «Действие и его последствия должны быть объединены в восприятии. Эти отношения и придают смысл; к понять, что это цель всего разума »[11]. Для Дьюи искусство — это не то, что может быть пережитым в пассиве, этого не происходит, скорее, это требует действия. Восприятие в своей самой основной форме относится к чувствам и тому, что ощущается, но помимо этого, это интерпретация ума.Дьюи продолжает: «Опыт ограничен всеми причинами. которые мешают восприятию отношений между переживаемым и деланием. Может быть вмешательство из-за превышения на стороне действия или превышения на стороне восприимчивости, прохождение. Неуравновешенность с обеих сторон размывает восприятие отношений и оставляет опыт. частичное и искаженное, с скудным или ложным смыслом »[12]. В этом смысле восприятие — это не только то, что мы видим, и это не то, что мы понимаем, чтобы увидеть, но это баланс между видением и понимание одновременно.Как показал Кант, недостаточно просто переживать, но скорее должен быть набор основополагающих истин, которые позволяют нам переживать. «Делаю или изготовление является художественным, когда воспринимаемый результат такой природы, что его качества как воспринимаемые контролировали вопрос производства. Акт производства, направленный намерением производить что-то, что доставляет удовольствие в непосредственном переживании восприятия обладает качествами, которых нет у спонтанной или неконтролируемой деятельности »[13].Здесь Дьюи продолжает исследовать восприятие искусства как собственного материала. требует специфики. Искусство само по себе воспринимается как искусство, потому что оно возникло из-за мысль за этим. Эстетические оценки приходят после этого первоначального восприятия: «как производство должен вбирать в себя качества продукта, как они воспринимаются и регулироваться ими, и т. д. другая сторона, видение, слушание, дегустация, становится эстетической, когда соотносится с определенным образом деятельности определяет то, что воспринимается »[14].Таким образом, восприятие искусства требует некоторой формы активная роль. Это может быть распространено на любую среду, так как для того, чтобы понять среду, мы должны использовать восприятие в качестве посредника, которое само по себе является непосредственным, но связывает наше понимание.

Средство, в данном случае, потому что «воспринимаемая форма» идеи для Дьюи. Материалы — это лишь один аспект любого произведения искусства; восприятие идеи в произведение искусства составляет наиболее важный элемент изображения, так как любое изображение представление идеи в такой же степени, как и изображения.

Именно это определение восприятия по отношению к значению произведения беспокоило Уолтера. Бенджамин в его основополагающем эссе «Произведение искусства в эпоху механического воспроизводства». Согласно Бенджамину, восприятие может измениться с течением времени, а вместе с тем и искажаться. «В течение долгих периодов истории способ чувственного восприятия человека меняется вместе со всем образом существования человечества. Способ, которым человеческое чувственное восприятие организована, среда, в которой она осуществляется, определяется не только природой, но и моими исторические обстоятельства »[15].Через ауру Бенджамин считал, что предметы остаются на расстоянии, что есть что-то по своей сути мистическое и особенное о них. Однако при воспроизведении предметы и изображения теряют свою ауру и таким образом, они становятся слишком легко воспринимаемыми, оставляя людей открытыми для манипуляций. У Бенджамина теории, восприятие искусства было опасным, предполагая, что восприятие само по себе что-то неконтролируемое. Учитывая набор существующих истин, наше восприятие может быть изменено на их основе.

Таким образом, искусство может быть чем-то, что обманывает наше восприятие так, как это не может сделать даже реальность. Когда наши чувства что-то интерпретируют, есть понимание между зритель (или свидетель) и отношение к воспринимаемому объекту. Субъект находится под контролем восприятия и интерпретирует информацию так, как это делают другие. Реальность набор стандартов, формирующих наше восприятие; пространство и время — это фиксированная система, которая создает границы области возможного.У искусства есть способ скрыть истину внутри себя. реальность, несмотря на то, что она исходит из воображаемого. Таким образом, истина нашего восприятия может быть скомпрометированным. Художники давно искали способы дезориентировать зрителя и умеют делать поэтому, принимая то, что мы считаем правдой, основываясь на нашем предыдущем опыте, и изменяя это. M.C. Гравюры Эшера были известны тем, что дезориентируют пространство за счет слияния плоскостей, в то время как современные художники любят Джеймс Террелл может превратить трехмерное пространство в двухмерное пространство, используя поля света.То, что мы видим, слышим, обоняем, ощущаем на вкус и ощущаем, может быть изменено в зависимости от ранее существовавшие ожидания.

Фрейд обсуждал способы, которыми восприятие синхронизируется с его триадной структурой мозга: эго, суперэго и ид. Восприятие — это то, что воспринимается и распознается как воспринимается, когда проходит через уровни бессознательного и предсознательного. Именно в этом система, которую мы, как субъекты, способны воспринимать. Это не одна из функций мозга в сама по себе, а скорее сложная система, которая позволяет нам.

Восприятие не представляет собой нечто фиксированное или постоянное, а скорее имеет элементы, которые закреплены в системе сменных элементов. Есть непосредственность к тому, что мы воспринимаем, но то, что мы воспринимаем, редко бывает непосредственным. Наш опыт и культура заведения влияют на наши мысли, но без них у нас не было бы возможности попробовать при понимании. Создается впечатление, что восприятие — это слияние сознательного и бессознательная, активная и пассивная роль.У объектов есть способность влиять, но с этим, тоже дезориентирует. Восприятие — это не истина, а скорее вера, которая становится опосредованной. понимание.

Chris Aque
Winter 2007

Sensation — Юнгианское определение психологической функции

Sensation . Психологическая функция , воспринимающая непосредственную реальность с помощью физических органов чувств. (Сравните интуиция .)

Позиция, которая стремится воздать должное бессознательному, а также другим людям, не может основываться только на знании, поскольку оно состоит только из мышления и интуиции.Ему не хватало бы функции, которая воспринимает ценности, то есть чувства, а также fonction du réel, то есть ощущения, чувственного восприятия реальности. [«Психология переноса», CW 16, пар. 486.]

В модели типологии Юнга ощущение, как и интуиция, иррациональная функция . Он воспринимает конкретные факты без суждения о том, что они означают или чего они стоят.

Ощущение следует строго отличать от чувства, поскольку последнее представляет собой совершенно другой процесс, хотя он может ассоциироваться с ощущением как «чувственный тон».Ощущения связаны не только с внешними раздражителями, но и с внутренними, т. Е. С изменениями внутренних органических процессов. [«Определения», CW 6, пар. 792.]

Юнг также различал чувственное или конкретное ощущение и абстрактное ощущение.

Конкретное ощущение никогда не появляется в «чистом» виде, но всегда смешано с идеями, чувствами, мыслями. … Конкретное ощущение цветка… передает восприятие не только цветка как такового, но также стебля, листьев, среды обитания и так далее.Оно также мгновенно смешивается с чувством удовольствия или неприязни, которое вызывает вид цветка, или с одновременным обонятельным восприятием, или с мыслями о его ботанической классификации и т. Д. Но абстрактное ощущение немедленно выделяет наиболее заметный чувственный атрибут цветка. его яркая краснота, например, и делает его единственным или, по крайней мере, основным содержанием сознания, полностью отделенным от всех других примесей. Абстрактная сенсация встречается в основном у художников.Как и любая абстракция, это продукт функциональной дифференциации. [Там же, пар. 794.]

© из книги Дэрила Шарпа Jung Lexicon , воспроизведено с любезного разрешения автора.

Восходящая обработка | Simply Psychology

  1. Обработка информации
  2. Восприятие
  3. Обработка снизу вверх

Виктория Роузей, опубликовано 21 января 2021 г. в реальном времени (Гибсон, 1966).

  • Обработка снизу вверх происходит, когда наши сенсорные рецепторы получают новую сенсорную информацию, и не требует использования предшествующих знаний или опыта.
  • Обработка снизу вверх управляется данными и подчеркивает важность самого стимула, необработанных данных непосредственного опыта.
  • Обработка снизу вверх будет функционировать в серии событий, которые начинаются с приема новой сенсорной информации, затем наши сенсорные рецепторы посылают сигналы в мозг, где мозг затем обрабатывает эти сигналы и, наконец, формирует восприятие на основе сигналов. которые были получены.
  • Восходящий процесс включает передачу информации «вверх» от стимулов через органы чувств в мозг, который затем относительно пассивно ее интерпретирует. Обработка снизу вверх также известна как обработка, управляемая данными, поскольку обработка информации начинается со стимулов окружающей среды, а восприятие строится на основе сенсорного ввода.

    Обработка снизу вверх против обработки сверху вниз

    Обработка снизу вверх начинается с извлечения сенсорной информации из нашей внешней среды для построения восприятия, основанного на текущем вводе сенсорной информации (Гибсон, 1966).

    Нисходящая обработка — это интерпретация поступающей информации на основе предшествующих знаний, опыта и ожиданий (Грегори, 1970)

    Снизу вверх

    • Управляемая данными
    • Опирается на сенсорную информацию
    • Происходит в реальном time

    Сверху вниз

    • Управляемая схемой
    • Опирается на знания и опыт

    Обработка снизу вверх начинается с извлечения сенсорной информации из нашей внешней среды для построения восприятия на основе текущего ввода сенсорной информации.Нисходящая обработка — это интерпретация входящей информации на основе предшествующих знаний, опыта и ожиданий.

    При нисходящей обработке мы знаем, что предыдущие знания, опыт и ожидания важны для создания представлений о новых стимулах, поэтому движущей силой нисходящего восприятия являются предыдущие знания, опыт и ожидания (Gregory, 1974).

    В то время как при восходящей обработке обучение не требуется, и восприятие основано исключительно на новых стимулах из текущей внешней среды, а это означает, что движущей силой восприятия при восходящей обработке является стимул, который в настоящее время испытывается внутри человека. внешняя среда (Гибсон, 1972).

    Ощущение и восприятие

    Обработка снизу вверх — это процесс «ощущения», а сверху вниз — процесс «восприятия».

    Ощущение — это ввод сенсорной информации из нашей внешней среды, которую получают наши сенсорные рецепторы. Обработка снизу вверх — это процесс «ощущения», при котором сенсорная информация из внешней среды принимается нашими сенсорными рецепторами.

    Восприятие — это то, как наш мозг выбирает, организует и интерпретирует эти ощущения.

    Восприятие уникально для каждого человека, поскольку мы интерпретируем эти ощущения на основе наших индивидуальных схем, построенных на основе предыдущих знаний, опыта и ожиданий (Jandt, 2020).


    Как работает обработка снизу вверх

    Обработка снизу вверх начинается с мельчайших сенсорных деталей, которые затем используются для конструирования более широких идей или представлений о внешней среде.

    Обработка выполняется в одном направлении от сетчатки к зрительной коре, при этом на каждом последующем этапе зрительного пути выполняется все более сложный анализ входных данных.

    Обработка снизу вверх работает следующим образом:

    1. Мы начинаем с анализа сенсорных входов, таких как образцы света.
    2. Эта информация воспроизводится на сетчатке, где начинается процесс преобразования в электрические импульсы.
    3. Эти импульсы передаются в мозг, где вызывают дальнейшие реакции по зрительным путям, пока они не попадут в зрительную кору для окончательной обработки.

    Обработка снизу вверх утверждает, что мы начинаем воспринимать новые стимулы в процессе ощущения, и использование наших схем не требуется.Джеймс Дж. Гибсон (1966) утверждал, что для восприятия новых стимулов не требуется никакого обучения.

    Гибсон рассматривал восприятие как ситуацию типа «что видишь, то и получаешь». Это означает, что теория Гибсона утверждает, что восприятие функционирует как прямая линия, мы испытываем новые стимулы через наши ощущения, а затем непосредственно анализируем их значение.

    В отличие от теории Грегори (1970), Гибсон считал, что окружающая среда содержит все необходимые инструменты для создания точного восприятия поступающих стимулов.


    Реальные приложения

    Вы можете сравнить работу восходящей обработки с нисходящей обработкой, рассмотрев примеры того, как работает каждый процесс.

    Удар ногой

    Как бы ни было больно, представьте, что вы только что ударили мизинцем об угол кровати. После удара по мизинцу ноги болевые рецепторы на пальце ноги сразу же распознали бы ощущение боли и отправили бы эти самые болевые сигналы в ваш мозг, где они обрабатываются.

    Это будет считаться восходящей обработкой, поскольку ваш мозг получает сигналы боли, посылаемые сенсорными рецепторами мизинца.

    Однако теперь, когда вы испытали ужасающую боль, вызванную ударами мизинца, теперь вы особенно осторожны, чтобы не загибаться в углы своей кровати, потому что вы помните, насколько болезненным был этот опыт, и не хотите повторять его, что было бы пример обработки сверху вниз.

    Проще говоря, ощущение боли и последующие сигналы, посылаемые в ваш мозг, которые обнаруживают боль, вызванную ударом мизинца ноги, происходили посредством восходящей обработки.

    Слепое испытание вкуса еды

    Слепое испытание вкуса направлено на выявление всех пяти чувств, кроме одного, вкуса. Участников просят надеть повязки на глаза и определить различные характеристики продуктов и / или напитков, которые им выставляют.

    Например, в исследовании Lowengart (2013) исследователи стремились понять, влияет ли брендинг на потребительские покупки, проводя слепой тест на вкус, предлагая участникам определить, какое вино лучше, попробовав различные вина с завязанными глазами.

    Это исследование было направлено на то, чтобы исключить возможность влияния на участников каких-либо органов чувств, кроме вкуса. Это означало, что активно работала восходящая обработка, поскольку участники полагались исключительно на свое чувство вкуса, чтобы определить, какие вина лучше всего подходят их предпочтениям, не имея никакой другой информации о вине, которое они пьют.

    Если бы участников попросили назвать марку вина, это включало бы использование их памяти, следовательно, это означало бы, что использовалась бы обработка снизу вверх и сверху вниз.

    Однако, поскольку участников просили выбрать только те вина, которые лучше всего соответствовали их предпочтениям, в этом исследовании использовалась только восходящая обработка.

    Прозопагнозия Прозопагнозия (произносится фонетически, praa-suh-pag-now-zhuh) — это визуальная форма агнозии, при которой люди не могут распознавать лица или лицевые различия (Harris & Aguirre, 2017).

    Прозопагнозия или часто называемая слепотой лица — это редкое заболевание, при котором пациенты не могут распознать, видели ли они чье-то лицо раньше или нет.

    В подобных случаях обработка сверху вниз невозможна, чтобы отличить одно лицо от другого, люди должны полагаться на то, что они видят в момент анализа чьего-либо лица.

    Это связано с тем, что люди с прозопагнозией способны распознавать различные черты лица, но не могут использовать свою память, чтобы дать имя лицу. По сути, люди с прозопагнозией не могут обнаружить знакомые лица, потому что они не могут объединить черты лица в полные лица, которые они затем смогут распознать в будущем.

    «Представьте, что у каждого человека в голове есть фотоаппарат. Каждый раз, когда они встречаются с кем-то в первый раз, они делают снимок своей камерой, проявляют изображение и хранят его для дальнейшего использования. … Для меня, Я делаю снимок на камеру, но никогда не храню его »(Lewis, 2013).

    Поскольку пациенты, страдающие прозопагнозией, не могут мысленно запоминать лица людей, которых они знают, использование нисходящей обработки для построения восприятия по своей сути невозможно, поскольку эти люди не помнят лица людей, которых они встречали в своей жизни.

    Каждая встреча заставляет людей с прозопагнозией ставить имя с лицом с новой сенсорной информацией, представленной в каждой встрече.

    Об авторе

    Виктория Роузи в настоящее время учится на магистра гуманитарных наук, антропологии и археологии в Внешнем отделении Гарвардского университета.

    Виктория успешно окончила аспирантуру со степенью бакалавра. Имеет степень доктора психологии в Техасском университете A&M в 2019 году. Она заинтересована в изучении воздействия профилактического образования на вопросы прав человека в детях и школах.

    Как ссылаться на эту статью:
    Как ссылаться на эту статью:

    Rousay, V (2021, 21 января). Обработка снизу вверх . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/bottom-up-processing.html

    Ссылки на стиль APA

    Гибсон Дж. Дж. (1966). Чувства, рассматриваемые как системы восприятия. Бостон: Хоутон Миффлин.

    Гибсон, Дж. Дж. (1972). Теория прямого визуального восприятия.В J. Royce, W. Rozenboom (Eds.). Психология познания . Нью-Йорк: Гордон и разрыв.

    Грегори Р. (1970). Интеллектуальный глаз . Лондон: Вайденфельд и Николсон.

    Грегори Р. (1974). Понятия и механизмы восприятия . Лондон: Дакворт.

    Харрис, А. и Агирре, Г. (2007). Прозопагнозия. Current Biology, 17 (1), R7-R8.

    Джандт, Ф. Э. (2020). Во введении в межкультурную коммуникацию: идентичности в глобальном сообществе (10-е изд., стр. 68-101). Калифорнийский государственный университет, Сан-Бернардино, Калифорния: SAGE Publications.

    Льюис, Дж. Г. (19 сентября 2013 г.). Прозопагнозия: почему некоторые слепы к лицу. Получено 10 января 2021 г. с https://www.nature.com/scitable/blog/mind-read/blind_to_faces_the_neuroscience/

    Lowengart, O. (2013). Влияние брендинга на выбор потребителя посредством слепых и неслепых тестов вкуса. Инновационный маркетинг, 8 (4), 8 (4), 7-18.

    Как ссылаться на эту статью:
    Как ссылаться на эту статью:

    Rousay, V (2021, 21 января). Обработка снизу вверх . Просто психология. https://www.simplypsychology.org/bottom-up-processing.html

    сообщить об этом объявлении

    Sense | Психология вики | Фэндом

    Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательная | Развивающий | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
    Методы | Статистика | Клиническая | Образовательная | Промышленное | Профессиональные товары | Мировая психология |

    Биологический: Поведенческая генетика · Эволюционная психология · Нейроанатомия · Нейрохимия · Нейроэндокринология · Неврология · Психонейроиммунология · Физиологическая психология · Психофармакология (Указатель, Схема)


    Эта статья требует внимания психолога / академического эксперта по предмету .
    Пожалуйста, помогите нанять одного или улучшите эту страницу самостоятельно, если у вас есть квалификация.
    Этот баннер появляется на слабых статьях, к содержанию которых следует подходить с академической осторожностью.

    .

    Чувства — это физиологические методы восприятия. Чувства и их действие, классификация и теория — это частично совпадающие темы, изучаемые в различных областях, в первую очередь в нейробиологии, когнитивной психологии (или когнитивной науке) и философии восприятия.У нервной системы есть сенсорная система, предназначенная для каждого чувства.

    Среди неврологов нет твердого согласия относительно количества чувств из-за различных определений того, что составляет чувство. Одно определение гласит, что чувство — это способность воспринимать внешние раздражители. [1] Стандартные пять чувств — это зрение, слух, осязание, обоняние, вкус: классификация, традиционно приписываемая Аристотелю. [2] Однако у людей есть по крайней мере девять различных чувств, и есть по крайней мере два других чувства у других организмов.

    Широко приемлемое определение смысла — это «система, состоящая из группы типов сенсорных клеток, которые реагируют на конкретное физическое явление и соответствуют определенной группе областей в мозгу, где сигналы принимаются и интерпретируются. » Споры о количестве органов чувств обычно возникают из-за классификации различных типов клеток и их сопоставления с областями мозга.

    Прицел

    [править | править источник]

    Зрение или Зрение — это способность мозга и глаза обнаруживать электромагнитные волны в видимом диапазоне (свет), интерпретируя изображение как «зрение».«Существуют разногласия относительно того, является ли это одним, двумя или тремя чувствами. Нейроанатомы обычно рассматривают это как два чувства, учитывая, что разные рецепторы отвечают за восприятие цвета (частота фотонов света) и яркости (амплитуда / интенсивность — число фотонов света). Некоторые утверждают, что стереопсис, восприятие глубины, также является смыслом, но обычно считается когнитивным (то есть постсенсорным ) функция мозга по интерпретации сенсорного ввода и получения новой информации.Неспособность видеть называется слепотой.

    Слух [править | править источник]

    Слух или Прослушивание — это чувство восприятия звука, возникающее в результате крошечных волосяных волокон во внутреннем ухе, обнаруживающих движение мембраны, которая вибрирует в ответ на изменения давления, оказываемого атмосферными частицами в пределах (в лучшем случае) диапазона от 9 до 22000 Гц, однако это меняется для каждого человека. Звук также можно определить как вибрацию, проводимую через тело тактично.Только таким образом обнаруживаются более низкие и более высокие частоты, чем можно услышать. Неспособность слышать называется глухотой.

    Вкус [править | править источник]

    Вкус или Вкус — одно из двух основных «химических» ощущений. Хорошо известно, что на языке существует по крайней мере четыре типа вкусовых рецепторов (рецепторов), и, следовательно, есть анатомы, которые утверждают, что они представляют собой четыре или более различных органов чувств, учитывая, что каждый рецептор передает информацию в несколько иную область. мозга.Неспособность ощущать вкус называется агевзией.

    Четыре хорошо известных рецептора определяют сладкое, соленое, кислое и горькое, хотя рецепторы сладкого и горького окончательно не идентифицированы. Пятый рецептор, вызывающий ощущение, названный umami , был впервые теоретизирован в 1908 году, а его существование подтверждено в 2000 году. [3] . Рецептор умами обнаруживает глутамат аминокислоты, ароматизатор, который обычно присутствует в мясе и в искусственных ароматизаторах, таких как глутамат натрия. Нос отвечает за часть аромата ПИЩИ.

    Запах [править | править источник]

    Запах или обоняние — другое «химическое» чувство. В отличие от вкуса, существуют сотни обонятельных рецепторов, каждый из которых связан с определенным молекулярным элементом. Молекулы запаха обладают множеством свойств и поэтому более или менее сильно возбуждают определенные рецепторы. Эта комбинация возбуждающих сигналов от разных рецепторов составляет то, что мы воспринимаем как запах молекулы. В мозгу обоняние обрабатывается обонятельной системой.Нейроны обонятельных рецепторов носа отличаются от большинства других нейронов тем, что они регулярно умирают и регенерируют. Неспособность обонять называется аносмией.

    Touch [редактировать | править источник]

    Прикосновение , также называемое тактикой или механорецепцией , является ощущением давления восприятия, обычно в коже. Существует множество рецепторов давления, которые реагируют на колебания давления (например, твердое, чистящее и постоянное).Неспособность чувствовать что-либо или почти что-либо называется анестезией. Парестезия — это ощущение покалывания, покалывания или онемения кожи человека без видимого долгосрочного физического эффекта.

    Температура [править | править источник]

    Thermoception — это ощущение тепла, и отсутствия тепла ( холод, ), в том числе через кожу, включая внутренние кожные проходы. Есть некоторые разногласия по поводу того, сколько чувств это на самом деле представляет — терморецепторы в коже сильно отличаются от гомеостатических терморецепторов в головном мозге (гипоталамусе), которые обеспечивают обратную связь по внутренней температуре тела.

    Боль [править | править источник]

    Ноцицепция (физиологическая боль) — это бессознательное восприятие близкого к повреждению или повреждению ткани. Его можно разделить на от одного до трех смыслов, в зависимости от метода классификации. Три типа болевых рецепторов: кожные (кожа), соматические (суставы и кости) и висцеральные (органы тела). Считалось, что боль — это просто перегрузка рецепторов давления, но исследования в первой половине 20-го века показали, что боль — это особый феномен, который переплетается со всеми другими чувствами, включая осязание.Когда-то боль считалась полностью субъективным переживанием, но недавние исследования показывают, что боль регистрируется в передней поясной извилине головного мозга.

    Баланс и ускорение [править | править источник]

    Равновесие , вестибулярное чувство , представляет собой восприятие баланса или ускорения и в основном связано с полостями, содержащими жидкость во внутреннем ухе. Есть некоторые разногласия относительно того, включает ли это также чувство «направления» или ориентации.Однако, как и в случае с восприятием глубины ранее, обычно считается, что «направление» — это постсенсорная когнитивная осведомленность.

    Осознание тела [править | править источник]

    Проприоцепция , кинестетическое чувство , это восприятие телесного осознания , и это чувство, которое люди часто не осознают, но на которое очень полагаются. Проще продемонстрировать, чем объяснить, проприоцепция — это «бессознательное» осознание того, где находятся различные области тела в любой момент времени.(Это можно продемонстрировать, закрыв глаза и размахивая рукой. При условии правильной проприоцептивной функции человек никогда не потеряет осознание того, где на самом деле находится рука, даже если это не обнаруживается другими органами чувств) . Его можно использовать во время реакции. Проприоцепция и прикосновение тонко связаны, и их нарушение приводит к неожиданным и глубоким нарушениям восприятия и действий (Robles-De-La-Torre, 2006).

    Другие внутренние чувства [править | править источник]

    Внутреннее чувство — это «любое чувство, которое обычно стимулируется изнутри тела.» [4] Они включают многочисленные сенсорные рецепторы во внутренних органах, такие как рецепторы растяжения, которые неврологически связаны с мозгом.

    • Рецепторы легочного растяжения находятся в легких и контролируют частоту дыхания.
    • Кожные рецепторы кожи не только реагируют на прикосновение, давление и температуру, но также реагируют на расширение сосудов кожи, например покраснение.
    • Рецепторы растяжения в желудочно-кишечном тракте ощущают расширение газов, которое может привести к коликам.
    • Стимуляция сенсорных рецепторов в пищеводе приводит к ощущениям в горле при глотании, рвоте или во время кислотного рефлюкса.
    • Сенсорные рецепторы слизистой оболочки глотки, аналогичные сенсорным рецепторам на коже, воспринимают посторонние предметы, такие как пища, которые могут вызывать рвотный рефлекс и соответствующее ощущение рвоты.
    • Стимуляция сенсорных рецепторов в мочевом пузыре и прямой кишке может вызвать ощущение переполнения.
    • Стимуляция датчиков растяжения, которые распознают расширение различных кровеносных сосудов, может вызвать боль, например головную боль, вызванную расширением сосудов головного мозга.

    Аналогичен человеческим чувствам [править | править источник]

    У других живых организмов есть рецепторы для восприятия окружающего мира, в том числе многие из перечисленных выше органов чувств человека. Однако механизмы и возможности сильно различаются.

    Запах [править | править источник]

    Среди нечеловеческих видов у собак обоняние гораздо лучше, чем у людей, хотя механизм похож. У насекомых есть обонятельные рецепторы на антеннах.

    Видение [править | править источник]

    У ямочной гадюки и некоторых удавов есть органы, которые позволяют им обнаруживать инфракрасный свет, так что эти змеи могут ощущать тепло тела своей добычи.У обыкновенной летучей мыши-вампира на носу может быть инфракрасный датчик. [5] Инфракрасные сенсоры — это просто зрение в другом диапазоне световых частот. Было обнаружено, что птицы и некоторые другие животные являются тетрахроматами и обладают способностью видеть в ультрафиолете до 300 нанометров. Пчелы также могут видеть в ультрафиолете.

    Баланс
    [править | править источник]

    Гребневики имеют рецептор баланса (статоциста), который работает совершенно иначе, чем полукруглые каналы млекопитающих.

    Не аналогично человеческим чувствам [править | править источник]

    Кроме того, у некоторых животных есть чувства, которых нет у людей, в том числе следующие:

    • Электроцепция (или «электрорецепция») — это способность обнаруживать электрические поля. Некоторые виды рыб, акул и скатов способны ощущать изменения электрических полей в непосредственной близости от них. Некоторые рыбы пассивно чувствуют изменение близлежащих электрических полей; некоторые генерируют свои собственные слабые электрические поля и ощущают рисунок потенциалов поля на поверхности своего тела; а некоторые используют эту способность генерировать и чувствовать электрическое поле для социальной коммуникации.Механизмы, с помощью которых электроцептивные рыбы создают пространственное представление из очень небольших различий в полевых потенциалах, включают сравнение латентности спайков из разных частей тела рыбы.
    Единственный отряд млекопитающих, который, как известно, демонстрирует электроцепцию, — это монотремный отряд. Среди этих млекопитающих наиболее острым чувством электроцепции обладает утконос [6] .
    • Магнитоцепция (или «магниторецепция») — это способность обнаруживать колебания магнитных полей, чаще всего наблюдаемая у птиц, хотя она также наблюдалась у насекомых, таких как пчелы.Хотя не подлежит сомнению, что это чувство существует у многих птиц (оно важно для навигационных способностей перелетных птиц), это не совсем понятный феномен. [7] Одно исследование показало, что крупный рогатый скот использует магнитоцепцию, поскольку имеет тенденцию выстраиваться в направлении север-юг. [8] Магнитотактические бактерии создают внутри себя миниатюрные магниты и используют их для определения своей ориентации относительно магнитного поля Земли. [Как сделать ссылку и ссылку на резюме или текст]
    • Эхолокация — это способность определять ориентацию на другие объекты посредством интерпретации отраженного звука (например, сонара).Летучие мыши и китообразные известны этой способностью, хотя некоторые другие животные также ее используют. Чаще всего он используется для навигации в условиях плохого освещения или для идентификации и отслеживания добычи. В настоящее время остается неясным, является ли это просто чрезвычайно развитой постсенсорной интерпретацией слуховых восприятий или это действительно отдельное ощущение. Для решения этой проблемы потребуется сканирование мозга животных, когда они фактически выполняют эхолокацию — задача, которая оказалась сложной на практике.Слепые люди сообщают, что они могут ориентироваться, интерпретируя отраженные звуки (особенно их собственные шаги), явление, известное как эхолокация человека.
    • Обнаружение давления использует орган Вебера, систему, состоящую из трех придатков позвонков, передающих изменения формы газового пузыря среднему уху. Его можно использовать для регулирования плавучести рыбы. Известно, что такие рыбы, как рыба Weather и другие вьюны, реагируют на зоны с низким давлением, но у них нет плавательного пузыря.
    • Обнаружение течения Боковая линия у рыб и водных форм земноводных представляет собой систему обнаружения водных течений, в основном состоящих из вихрей. Механорецепторы — это волосковые клетки, одни и те же механорецепторы вестибулярного чувства и слуха. Он используется в основном для навигации, охоты и обучения. Рецепторы электрического восприятия — это модифицированные волосковые клетки системы боковой линии.
    • Направление / обнаружение поляризованного света используется пчелами для ориентации, особенно в пасмурные дни.Каракатицы также могут воспринимать поляризацию света. На самом деле большинство зрячих людей могут научиться грубо определять большие области поляризации с помощью эффекта, называемого кистью Хайдингера, однако это считается энтоптическим феноменом, а не отдельным чувством.

    About the Author

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    Related Posts