Психология акцентуация: Акцентуации характера подростков в современном обществе

Содержание

Акцентуации характера. Акцентуированные личности — Кадровый резерв

Акцентуации характера. Акцентуированные личности

Акцентуации — чрезмерно выраженные черты характера. В зависимости от уровня выраженности выделяют две степени акцентуации характера: явную и скрытую. Явная акцентуация относится к крайним вариантам нормы, отличается постоянством черт определенного типа характера. При скрытой акцентуации черты определенного типа характера выражены слабо или не проявляются совсем, однако могут ярко проявиться под влиянием специфических ситуаций. Акцентуации характера могут содействовать развитию психогенных расстройств, ситуативно обусловленных патологических нарушений поведения, неврозов, психозов. Однако следует отметить, что акцентуацию характера ни в коем случае нельзя отождествлять с понятием психической патологии. Жесткой границы между условно нормальными, «средними» людьми и акцентуированными личностями не существует. Выявление акцентуированных личностей в коллективе необходимо для выработки индивидуального подхода к ним, для профессиональной ориентации, закрепления за ними определенного круга обязанностей, с которыми они способны справляться лучше других (в силу своей психологической предрасположенности).

Автор концепции акцентуации  —  немецкий психиатр Карл Леонгард.

Основные типы акцентуации характеров и их сочетаний:

Истероидный или демонстративный тип, его основные особенности — эгоцентризм, крайнее себялюбие, ненасытная жажда внимания, потребность в почитании, в одобрении и признании действий и личных способностей.

Гипертимный тип — высокая степень общительности, шумливость, подвижность, чрезмерная самостоятельность, склонность к озорству.

Астеноневротический — повышенная утомляемость при общении, раздражительность, склонность к тревожным опасениям за свою судьбу.

Психостенический — нерешительность, склонность к бесконечным рассуждениям, любовь к самоанализу, мнительность.

Шизоидный — замкнутость, скрытность, отстраненность от происходящего вокруг, неспособность устанавливать глубокие контакты с окружающими, необщительность.

Сенситивный — робость, стеснительность, обидчивость, чрезмерная чувствительность, впечатлительность, чувство собственной неполноценности.

Эпилептоидный (возбудимый) — склонность к повторяющимся периодам тоскливо-злобного настроения с накапливающимся раздражением и поиском объекта, на котором можно сорвать злость. Обстоятельность, низкая быстрота мышления, эмоциональная инертность, педантичность и скрупулезность в личной жизни, консервативность.

Эмоционально-лабильный — крайне изменчивое настроение, колеблющееся слишком резко и часто от ничтожных поводов. 

Инфантильно-зависимый — люди, постоянно играющие роль «вечного ребенка», избегающие брать на себя ответственность за свои поступки и предпочитающие делегировать ее другим.

Неустойчивый тип — постоянная тяга к развлечениям, получению удовольствий, праздность, безделье, безволие в учебе, труде и выполнении своих обязанностей, слабость и трусливость.

Источник http://psyfactor.org/

АКЦЕНТУАЦИЯ ХАРАКТЕРА ПАЦИЕНТОВ С ГРАНУЛЕМАТОЗНЫМ ПОРАЖЕНИЕМ ОРГАНОВ ДЫХАНИЯ ПРИ САРКОИДОЗЕ И ТУБЕРКУЛЕЗЕ | Черников

1. Блейхер В. М., Крук И. В., Боков С. Н. Клиническая патопсихология: Руководство для врачей и клинических психологов / Москва-Воронеж: Московский психолого-социальный институт, 2002. — С. 310-314.

2. Гурылева М. Э. Сравнительные исследования КЖ больных саркоидозом с использованием опросника ВОЗ «КЖ-100» и Интернет-технологий // Казанский мед. журнал. — 2004. — № 1. — C. 11-19.

3. Золотарева Л. В., Меркулова Н. В., Логуткова М. А., Золотарев Ю. В. Факторы риска заболевания туберкулезом лиц, находящихся в пенитенциарных учреждениях // Эпидемиол. и инфекц. болезни. — 2007. — № 5. — С. 18-22.

4. Золотова Н. В., Сиресина Н. Н., Стрельцов В. В. Исследование распространенности форм агрессии у больных с впервые выявленным туберкулезом легких // Пробл. туб. — 2007. — № 9. — С. 16-19.

5. Кузьмишин Л. Е. Необходимость психологической коррекции у больных туберкулезом легких // Мед.-социал. экспертиза и реабилитация. — 2006. — № 1. — C. 53-54.

6. Листопадова М. В., Пунин А. А., Кузьменков А. Ю., Ерченко С. В. Анализ психологического состояния больных саркоидозом // Врач-аспирант. — 2014. — № 2.1. — С. 151-155.

7. Пьянзова Т. В. Психологические предикторы низкой комплаентности больных впервые выявленным туберкулезом легких // Бюл. сибирской медицины. — 2012. — № 6. — С. 216-218.

8. Рогов Е. И. Настольная книга практического психолога. М.: Владос, 1996. — С. 64-68.

9. Серов В. В., Пауков В. С. Воспаление. Руководство для врачей. — М.: Медицина, 1995. — C. 17-18.

10. Сухова Е. В. Копинг-стратегии больных фиброзно-кавернозным туберкулезом легких и направления психосоциальной коррекции // Туб. и болезни легких. — 2014. — № 2. — С. 28-33.

11. Сухова Е. В. Необходимость психологической коррекции у больных туберкулезом легких // Пробл. туб. — 2004. — № 10. — С. 34-36.

12. Трифонова Н. Ю., Стаханов В. А., Полунина Н. В. Медико-социальные и психологические аспекты заболеваемости населения туберкулезом в современных условиях // Рос. мед. журнал. — 2005. — № 5. — С. 9-11.

13. Чушкин М. И., Мандрыкин Ю. В., Ярцев С. С. и др. Качество жизни у лиц, излеченных от туберкулеза легких // Пульмонология. — 2010. — № 2. — С. 88-90.

14. Яхин К. К., Менделевич Д. М. Клинический опросник для выявления и оценки невротических состояний / Клин. и мед. психология: практическое руководство. — М.: Медицина, 1998. — C. 545-552.

15. Baydur A., Alavy B., Nawathe A. et al. Fatigue and plasma cytokine concentrations at rest and during exercise in patients with sarcoidosis // Clin. Respir. J. — 2011. — Vol. 5, № 3. — P. 156-164.

16. Hinz A., Brähler E., Möde R. et al. Anxiety and depression in sarcoidosis: the influence of age, gender, affected organs, concomitant diseases and dyspnea // Sarcoidosis Vasc. Diffuse Lung Dis. — 2012. — Vol. 29, № 2. — P. 139-146.

17. Isaac M. L., Larson E. B. Medical conditions with neuropsychiatric manifestations // Med. Clin. North Am. — 2014. — Vol. 98, № 5. — P. 1193-1208.

18. Kapoor S. Psychosis: a rare but serious psychiatric anomaly in patients with sarcoidosis // Sarcoidosis Vasc. Diffuse Lung Dis. — 2014. — Vol. 31, № 1. — P. 76-77.

19. Pandey S., Muchopadhyay S., Iannuzzi M. C. et al. New brain lesions in a patient with sarcoidosis: is it neurosarcoidosis? // Sarcoidosis Vasc. Diffuse Lung Dis. — 2014. — Vol. 31, № 1. — P. 62-66.

20. Sheridan J. F., Dobbs C., Brown D. et al. Psychoneuroimmunology: stress effects on pathogenesis and immunity during infection // Clin. Microbiol. Rev. — 1994. — Vol. 7, № 2. — P. 200-212.

Поиск взаимосвязи между акцентуациями характера и личностными расстройствами | Климова

1. Дворщенко В.П. Диагностический тест личностных расстройств. СПб.: Речь, 2008. С. 26, 29.

2. Personality Disorders // Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders. Fifth Edition // URL: https://dsm.psychiatryonline.org/doi/full/10.1176/appi.books.9780890425596.dsm18. Дата обращения: 31.01.2018.

3. Большой психологический словарь / Под ред. Б.Г. Мещерякова, В.П. Зинченко. М., 2003.

4. McWilliams N. Psychoanalytic diagnosis: understanding personality structure in clinical practice. New York, Guilford Press, 1994.

5. Хафизова Г.Д. Специфика взаимосвязей прогностической и волевой деятельности с клинико-психологическими особенностями пациентов с личностными расстройствами и патологическим гемблингом: Автореф. дис. … канд. мед. наук. М., 2009. URL: http://www.dissercat.com/content/spetsifika-vzaimosvyazei-prognosticheskoi-i-volevoi-deyatelnosti-s-kliniko-psikhologicheskim#ixzz55gg0mSNL. Дата обращения: 30.01.2018.

6. Олдхэм Дж.М., Моррис Л.Б. Узнай себя. Автопортрет вашей личности. М.: Вече, Рипол Классик, 1997. С. 36.

7. Павлова О.Н. Трансверсальная идентичность и современная нарциссическая реальность // Вестн. РУДН. Серия: Философия. 2010. № 3. С.11-19.

8. Шамшикова Е.О., Шамшикова О.А. Социальные сети как механизм нарциссизации общества / Ассоциация супервизоров и консультантов // Человек в эпоху перемен. Вызовы настоящего, построение будущего: материалы IV Съезда психотерапевтов, психиатров, психологов и консультантов Сибирского Федерального Округа (г. Новосибирск, 3-8 апреля 2015 г). URL: http://www.ww.supervis.ru/print/book/export/html/430. Дата обращения: 31.01.2018.

Акцентуация (психология) — это… Что такое Акцентуация (психология)?

Акцентуированные личностные черты
МКБ-10 Z73.173.1

Акцентуа́ция (от лат. accentus — ударение), Акцентуа́ция хара́ктера, Акцентуа́ция ли́чности, Акцентуи́рованная ли́чностная черта́ — находящаяся в пределах клинической нормы особенность характера (в других источниках — личности), при которой отдельные его черты чрезмерно усилены, вследствие чего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении одних психогенных воздействий при сохранении хорошей устойчивости к другим. Акцентуации не являются психическими расстройствами, но по ряду своих свойств схожи с расстройствами личности, что позволяет делать предположения о наличии между ними связи.[1] Согласно МКБ-10 классифицируется как одна из проблем, связанных с трудностями поддержания нормального образа жизни (Z73.73.)

История понятия

Термин «акцентуация» в 1968 году ввёл немецкий психиатр Карл Леонгард, который употреблял его в словосочетаниях «акцентуированная личность» и «акцентуированная черта личности». Он описывает акцентуации как чрезмерно усиленные индивидуальные черты личности, обладающие тенденцией к переходу в патологическое состояние в неблагоприятных условиях. Леонгард характеризует акцентуации как «отклонение от нормы», но замечает, что по его мнению «население Берлина это на 50 % акцентуированные личности и на 50 % — стандартный тип людей». Он разработал также свою классификацию акцентуаций, в которой можно видеть значительное влияние психоаналитических представлений о типологии психических расстройств.[2]

В 1977 году Андрей Евгеньевич Личко на основе работ Леонгарда и классификации психопатий Петра Борисовича Ганнушкина развил концепцию и начал использовать словосочетание «акцентуация характера», считая личность слишком комплексным понятием для акцентуаций. Разработанная им типология имеет явную привязку к классификации психопатий и, кроме того, предназначена только для подросткового возраста.[1]

На данный момент, с переходом российской психиатрии на МКБ-10, классификация психопатий Ганнушкина морально устарела, и акцентуации, для удобства работы, часто классифицируются исходя из международной типологии расстройств личности, либо из психоаналитических типологий личностных расстройств, хотя такой подход и не является строгим или признанным научным сообществом.

Сущность и границы понятия

Понятие «акцентуация» близко к понятию «расстройство личности». Основным отличием является то, что три основные характеристики расстройства личности (влияние на все сферы жизни человека, стабильность во времени, социальная дезадаптация) никогда не присутствуют в акцентуации одновременно:

  1. Акцентуированный человек может специфически реагировать на специфические психогенные воздействия, но только на них, в то время как человек с расстройством личности на любые психогенные воздействия реагирует в соответствии с особенностями своего расстройства (влияние на все сферы жизни).
  2. Акцентуации могут наиболее ярко проявляться только в течение определённого периода жизни человека (например подросткового периода) и обычно сглаживаются со временем, в то время как для расстройств личности характерно появление на ранних периодах жизни и стабильность или усиление проявлений в течение жизни (стабильность во времени).
  3. Акцентуации могут не приводить к социальной дезадаптации вообще или приводить к ней лишь на непродолжительное время, в то же время расстройства личности мешают такой адаптации постоянно (социальная дезадаптация).

Хотя специально это обычно не подчёркивается, можно видеть, что понятие «акцентуация» определяется через понятие «расстройство личности» («психопатия»), и вторично по отношению к нему. Из утверждений Личко об отличиях акцентуаций от расстройств личности можно сделать вывод, что во всём остальном они схожи.[1]

А. Е. Личко разрабатывал свою концепцию и диагностические методы исключительно для работы с подростками, из-за чего иногда можно встретить утверждения других авторов, что понятие акцентуации применимо только к подростковому возрасту. Однако сам он нигде не ограничивает область применения этого понятия, и говорит только об области применения своих теоретических и практических разработок.

Степени выраженности

А. Е. Личко выделяет две степени выраженности акцентуаций:

  1. Явная акцентуация — крайний вариант нормы. Акцентуированные черты характера достаточно выражены в течение всей жизни. Компенсации не происходит даже при отсутствии психических травм.
  2. Скрытая акцентуация — обычный вариант нормы. Акцентуированые черты характера проявляются в основном при психических травмах, но не приводят к хронической дезадаптации.[1]

Классификация акцентуаций

За время существования понятия «акцентуация» было разработано несколько типологий акцентуированных личностей. Первая из них (1968 год) принадлежит автору концепции, Карлу Леонгарду. Следующая, получившая более широкую известность классификация от 1977 года, была разработана Андреем Евгеньевичем Личко.

Примечания

См. также

Акцентуация характера — Блог Викиум

Под акцентуацией характера подразумеваются выраженные черты характера, являющиеся крайним вариантом нормы. Эти черты могут проявиться в связи с неправильным воспитанием ребенка. Акцентуаций существует огромное количество. Чаще всего они наблюдаются именно в период полового созревания.

Данное определение означает негармоничное развитие характера, когда одни черты слишком преобладают над другими, при этом человек становится более уязвимым. Впервые данный термин был введен немецким доктором Леонгардом. Он называл акцентуацией особенно выраженные черты в характере личности, которые под воздействием внешних факторов могли перерасти в патологические.

Причины возникновения

Толчком для развития акцентуированного характера может быть множество причин:

  • наследственная предрасположенность;
  • недостаточное общение подростка с родителями и сверстниками;
  • неправильное воспитание, когда родители мало уделяют ребенку внимания или же слишком опекают;
  • влияние социального окружения;
  • физические заболевания и проблемы с нервной системой.

Виды и типы

В психологии различают явную и скрытую акцентуированность. При явной определенные черты характера ярко выражены на протяжении всей жизни. При скрытой акцентуированности определенные черты проявляются у акцентуанта только при конкретных обстоятельствах.

Типы акцентуаций:

  • гипертимный характеризуется большой активностью и хорошим настроением;
  • циклоидный подразумевает частые и резкие смены настроения;
  • эмоционально-лабильный тип характерен для чувствительных людей с частой сменой настроения без причины;
  • сенситивный — такие люди постоянно испытывают чувство неполноценности;
  • астено-невротический тип характерен для поведения людей, склонных к частой плаксивости и капризам;
  • шизоидный тип — определение людей, которые любят проводить время в одиночестве;
  • психастенические личности часто занимаются самоанализом;
  • эпилептоидный тип людей склонен проявлять агрессию по отношению к другим;
  • понятие истероидного типа личности характеризуется любовью к вниманию со стороны окружающих;
  • конформные личности очень сильно зависят от чужого мнения;
  • неустойчивый тип — эти люди являются очень ленивыми и постоянно меняют свои интересы.

Если хотите научиться разбираться в психологии людей и определять типы личности, рекомендуем пройти курс Викиум «Менталист».

Юридическая психология — Понятие акцентуации. Акцентуация характера по А.Е.Личко.

Понятие акцентуации. Акцентуация характера по А.Е.Личко.

«Акцентуации характера — это крайние варианты его нормы, при которых отдельные черты характера чрезмерно усилены, отчего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже повышенной устойчивости к другим».

Нередко акцентуация характера развивается на основе прирожденных особенностей темперамента человека и обусловлена врожденными физиологическими особенностями организма.

Обычно акцентуации развиваются в период становления характера и сглаживаются с повзрослением. Особенности характера при акцентуациях могут проявляться не постоянно, а лишь в некоторых случаях, в определенной обстановке, и почти не обнаруживаются в обычных, привычных для человека условиях. Акцентуации характера большинства типов в подростковом возрасте сказываются наиболее выраженными. К концу подросткового периода проявления акцентуации могут сгладиться или быть компенсированными настолько, что выявляются лишь при особых обстоятельствах.

Типы акцентуации характера (по А.Е.Личко)

Учет индивидуально-психологических особенностей подростка необходим для более эффективной организации работы с ним

На основе работ А.Е.Личко, Эйдемиллера(см.19) и В.А.Федорова мы рассмотрели типы акцентуаций характера и соответствующие им неблагоприятные стили воспитания.

1.Гипертимный тип.

Гипертимные подростки отличаются большой подвижностью, общительностью, болтливостью, чрезмерной самостоятельностью, склонностью к озорству, недостатком чувства дистанции в отношении ко взрослым.

Главная черта гипертимных подростков — почти всегда хорошее, почти приподнятое настроение. Лишь изредка проявляются вспышки гнева, вызванные стремлением окружающих подавить энергию подростка, подчинить его своей воле. Такие подростки плохо переносят жесткую дисциплину, ситуации одиночества, лишения общения.

Для гипертимного подростка характерна жажда деятельности, они не выносят однообразной обстановки и монотонного труда.

Перечисленные особенности гипертимных подростков можно сопоставить с гипопротекционным стилем воспитания, когда контроль за поведением ребенка носит формальный характер и подросток оказывается предоставленным самому себе.

2. Циклоидный тип.

У подростков циклоидного типа отмечается вялость, упадок сил, апатия и раздражительность. Их начинает тяготить общение с окружающими людьми. Циклоидные подростки тяжело переживают мелкие неприятности, неудачи. Данный тип акцентуации характеризуется сонливостью и снижением аппетита. Такие подростки могут отвечать раздражением и гневом на укоры и замечания, хотя в глубине души впадают в еще большее уныние.

Поведение циклоидов отличается своеобразием: в период подъема подростки выглядят как гипертимы, бросаются в глаза несвойственные им желание вежде и всюду острить и шутить; в период спада легко раздражаются и ссорятся с другими по пустякам.

Прошлое для подростков циклоидного типа более привлекательно, чем будущее, поэтому они стремятся к стабильности, стереотипности, устоявшимся привычкам, вкусам, ритуалам.

При эмоциональном отвержении родители не проявляют искренней любви и ласки по отношению к подростку, не оказывают поддержку. Ребенок чувствует искусственность заботливого отношения к себе, некую двойственность, чем и можно объяснить проявление нестабильности поведения с окружающими.

3. Лабильный тип

Основная черта подростков лабильного типа — крайняя лабильность настроения, которое меняется слишком часто и чрезмерно резко от незаметных для окружающих поводов. От настроения данного момента зависят и самочувствие, и аппетит, и работоспособность, и общительность. Маломотивированные смены настроения создают у окружающих впечатление легкомыслия, поверхностности. На самом деле лабильные подростки отличаются глубиной чувств, большой и искренней привязанностью. Они предпочитают дружить с теми, кто способен прореагировать на возникшие эмоции (как положительные, так и отрицательные).

Лабильные подростки любят компании, новую обстановку, находя в них новые впечатления. Чуткость к знакам внимания, похвалы, благодарности не сочетаются ни с заносчивостью, ни с самомнением.

Неблагоприятной ситуацией для данного типа является эмоциональное отвержение со стороны значимых лиц, либо разлука с ними. Следовательно, необходимо наладить эмоциональный контакт с подростком, обеспечить духовную поддержку и оптимистический настрой.

4. Астеноневротический тип.

Повышенная утомляемость, раздражительность и склонность к ипохондричности являются главными чертами астеноневротического типа акцентуации характера. Утомляемость особенно проявляется при умственных занятиях и эмоциональных напряжениях. Раздражительность ведет к внезапным аффективным вспышкам, возникающих иногда по ничтожному поводу. Склонность к ипохондризации выражается в прислушивании подростка к своим телесным ощущениям, подверженности обследованиям и осмотрам.

Астеноневротические подростки тянутся к сверстникам, но быстро устают от их компании, предпочитая одиночество или общение с одним близким другом.

В будущее представители данного типа предпочитают не заглядывать, т.к. это повышает и без того высокую тревожность. Но и настоящее их тоже не удовлетворяет.

Формой психологической защиты астеноневротического подростка является раздражительность и «уход в болезнь». Для данного типа акцентуации характера неприемлема доминирующая гипопротекция, когда подросток вынужден постоянно быть под наблюдением. Подростку важно организовать нормальный, здоровый образ жизни путем чередования умственных и физических нагрузок.

5. Сенситивный тип.

В подростковом возрасте обозначаются две главные черты сенситивного типа: чрезмерная впечатлительность и периодически возникающее чувство собственной неполноценности. Для данного типа характерны рано формирующееся чувство долга и ответственности, чрезмерные требования к себе и окружающим. В себе подростки видят множество недостатков, особенно в области морально-этических и волевых качеств.

К родным сохраняется детская привязанность. У представителей сенситивного типа выявляется охотное подчинение опеке со стороны старших. Выраженной бывает гиперкомпенсация. Подростки ищут самоуважения не там, где могут раскрыться их способности, а в той области, где чувствуют слабость.

На будущее надежд не возлагают, настоящее их не удовлетворяет, а в прошлом видят лишь отрицательные отзывы в свой адрес (истинные или мнимые), обиды, насмешки, унижения.

Сенситивные подростки воспринимают окружающий мир тревожно, поэтому работа должна быть направлена на укрепление чувства уверенности в себе, поскольку источник дисгармонии — глубокая внутренняя неудовлетворенность собой, чего не может быть при эмоциональном отвержении подростка родителями.

6.Психоастенический тип.

Для представителей психоастенического типа характерными являются нерешительность, склонность к бесконечным рассуждениям, тревожная мнительность и любовь к самоанализу; а также легкость возникновения навязчивых опасений, действий, страхов, мыслей, представлений. Психологической защитой от постоянных тревог за будущее становятся придуманные приметы и ритуалы, педантизм и формализм.

Нерешительность в действиях особенно видна в колебаниях, когда необходимо сделать самостоятельный выбор, а уже принятое решение должно быть немедленно исполнено. У психоастенических подростков наблюдается реакция гиперкомпенсации в отношении своей нерешительности и неуверенности, которая проявляется неожиданными самоуверенными суждениями, скоропалительными действиями.

Места наименьшего сопротивления для таких подростков — ситуации, предъявляющие повышенные требования к чувству ответственности. Когда ребенок предоставлен сам себе, он вынужден делать самостоятельный выбор, принимать ответственные решения при гипопротекционном стиле воспитания.

7.Шизоидный тип.

В подростковом возрасте бросается в глаза замкнутость, отгороженность от окружающего, нежелание устанавливать контакты, неумение сопереживать, внутренний мир зачастую заполнен фантазиями и увлечениями у представителей шизоидного типа. Многие поступки кажутся взрослым неожиданными и непонятными, т.к. им предшествует скрытая мотивация.

Подросток шизоидного типа может раскрываться перед незнакомыми людьми, когда его внутренний мир закрыт для близких людей.

Сдержанность в проявлении чувств, неподатливость влиянию со стороны, сохранение дистанции с окружающими не позволяют устанавливать тесные контакты.

Условия жестких взаимоотношений проявляются в душевном безразличии друг к другу, пренебрежением интересами и нуждами других членов семьи не может не отразиться на подростке шизоидного типа; замкнутость и «уход в себя» служат психологической защитой подростка.

8.Эпилептоидный тип.

Склонность к злобно-тоскливого настроения, аффективная вспыльчивость, напряженность инстинктивной сферы, иногда достигающей аномалии влечений, тугоподвижность и инертность психических процессов являются отличительными чертами эпилептоидного типа.

Аффекты отличаются большой силой и продолжительностью, возможны ярость, брань, побои. Характерны стремление к властвованию, установлению выгодных для себя порядков в группе, склонность к азартным играм, мелочная скрупулезность, консерватизм и дотошное соблюдение правил и порядков.

Из увлечения представители эпилептоидного типа предпочитают азартные игры. Накопительные увлечения связаны со страстью к обогащению, а в спорте кажется заманчивым то, что позволяет физическую силу или какие-то навыки.

Эпилептоидные подростки не переносят материальных утрат и неподчинения себе; они не в состоянии унять свое властолюбие и необузданную ревность.

Данные отличительные особенности подростка являются «копией» жестких взаимоотношений с родителями, когда на ребенке взрослые срывали зло, расправлялись за мелкие проступки и не послушание. Такая атмосфера отражается на поведении подростка по отношению к другим людям.

9. Истероидный тип

У подростков истероидного типа характерными чертами являются эгоцентризм, жажда внимания окружающих к своей персоне, восхищения, почитания, удивления, сочувствия. Таких подростков пугает перспектива остаться незамеченными.

Лживость и фантазирование направлены на приукрашивание своей личности. Отсутствуют глубокие искренние чувства, а кажущаяся эмоциональность оборачивается театральной наигранностью переживаний, склонностью к рисовке и позёрству. Для привлечения внимания могут использоваться нарушения поведения: прогулы уроков, вызывающее поведение в общественных местах, суицидальные демонстрации, провокации скандалов, побеги из дома и т.п.

Истероидный подросток претендует на роль лидера в группе путем пускания «пыли в глаза» историями о своих удачах и приключениях.

Поскольку по большому счету истероидные подростки стремятся в первую очередь привлечь к себе внимание окружающих, это может быть связано с недостатком внимания, заботы, опеки со стороны родителей.

10. Неустойчивый тип.

Рано выявляется у детей неустойчивого типа тяга к развлечениям, удовольствиям, к праздности. В подростковом возрасте отличительными чертами являются нарушения поведения, делинквентность, поиск необычных впечатлений, стремление высвободиться из-под родительской опеки.

Очень плохо подростки неустойчивого типа переносят одиночество. Поэтому проявляется реакция группирования к уличным компаниям. Трусость и недостаточная инициативность не позволяют им занять положение лидера.

Любимое времяпрепровождение — пустая болтовня с приятелями, любовь к азартным играм. К спорту такие подростки питают отвращение.

У представителей неустойчивого типа легко забрасывается учеба, они не мечтают о какой-либо профессии (только в случае крайней необходимости выбирают себе занятие). Кроме того, выявляется равнодушие к собственному будущему. От трудностей и неприятностей эти подростки стараются убегать.

11. Конформный тип.

Отличительная черта подростков конформного типа — постоянная и чрезмерная конформность к своему окружению. Их жизненное правило — «думать как все», «поступать как все», стараться, чтобы все было «как у всех». Конформные подростки не любят выделяться, с недоверием относятся к незнакомцам, неспособны противостоять своему окружению, трудно осваиваются в непривычной обстановке.

Такие подростки очень дорожат своим местом в привычной группе сверстников, постоянством окружения, поэтому они не переносят крутых жизненных перемен.

Планы на будущее неопределенны, например, решающим фактором в выборе профессии или учебного заведения может послужить тот факт, что так поступило большинство приятелей.

Для подростков неустойчивого и конформного типа местом наименьшего сопротивления является самостоятельное проявление волевых качеств и возникновение резких жизненных перемен. У таких подростков нет близкого контакта с родителями, которые могут оказать моральную поддержку и вселить уверенность в своего ребенка, т.е. характерна гипопротекция как стиль семейного воспитания.

Таким образом, выделено 11 типов акцентуаций характера со своими отличительными чертами.

Акцентуация характера

Акцентуация (от лат. accentus — ударение), — понятие, введенное К. Леонгардом в 1968 году. Оно означает чрезмерное усиление отдельных черт. Хотя по некоторым своим свойствам акцентуации схожи с расстройствами личности, они все же являются крайним вариантом нормы. Следует также помнить, что четкой границы между акцентуированными и «обычными» людьми нет.

У акцентуации есть две возможные степени: явная и скрытая. Явная акцентуация характеризуется постоянством проявления акцентуированных черт, скрытая — проявлением этих черт под влиянием определенных ситуаций.

Психопатия и акцентуация характера

Несмотря на то, что акцентуация характера, согласно МКБ-10, классифицируется как проблема, она не является психопатией. Черты, определяющие психопатию:

  1. Тотальность, выражающаяся во влиянии на все сферы жизни
  2. Стабильность
  3. Высокая степень выраженности, мешающая социальной адаптации

В отличие от психопатии, все эти черты никогда не встречаются в акцентуации одновременно. По сути, люди с ярко выраженной акцентуацией характера являются как бы серединой, промежуточным звеном между психической нормой и отклонениями.

Типы акцентуаций характера

Кратко об акцентуациях характера

На данный момент существуют две классификации акцентуаций. Первая — самая ранняя классификация Карла Леонгарда, который использовал двенадцать типов акцентуаций, деля их на три вида:

  • акцентуации температмента:
    • гипертимный
    • дистимический
    • аффективно-лабильный
    • аффективно-экзальтированный
    • тревожный
    • эмотивный
  • акцентуации характера:
    • демонстративный
    • педантичный
    • застревающий
    • возбудимый
  • акцентуации личности:
    • экстравертированный
    • интровертированный

Позже профессор А. Е. Личко улучшил и расширил классификацию Леонгарда, создав на ее основе свою, которую используют и по сей день. Помимо прочего, в своих работах он подчеркивал, что термин «акцентуация личности» некорректен, так как личность представляет собой более широкое понятие, чем характер. Акцентуации же чаще всего касаются именно черт характера.

По классификации Личко, типы акцентуации характера бывают следующими:

  1. Гипертимный
  2. Циклоидный
  3. Лабильный
  4. Астено-невротический
  5. Сенситивный
  6. Психастенический
  7. Шизоидный
  8. Эпилептоидный
  9. Истероидный
  10. Неустойчивый
  11. Конформный

Диагностика акцентуации характера

Наиболее современным методом диагностики акцентуация является опросник Личко. Он называется МПДО (модифицированный патохарактерологический диагностический опросник) и состоит из 143 утверждений. Опросник представляет собой модификацию методики Личко по выявлению акцентуаций характера; изначально методика применялась в клинической практике, а процедура обследования представляла собой сложный времязатратный процесс (от получаса до полутора часов — на обследование одного испытуемого). Опросник же — это облегченная форма методики; при заполнении опросного листа испытуемому предлагается из 143 высказываний отметить наиболее подходящие ему. Каждое из утверждений соответствует тому или иному типу акцентуации. Впоследствии на основании ответов строится график, выявляющий, какой из типов акцентуации является основным и какие — дополнительными.

Используя опросник Личко, следует помнить, что его основная задача — выявление акцентуаций у подростков. Применение этой методики ко взрослым людям является заведомо некорректным и вряд ли может претендовать на достоверные результаты.

Акцентуация характера и ее особенности

Отдельного внимания заслуживает такое понятие, как «место наименьшего сопротивления». Оно представляет собой слабую точку, которая присутствует в каждом типе акцентуации характера. Скрытая акцентуация, не проявляющаяся непрерывно, очень ярко дает о себе знать, когда человек попадает в ситуации, актуализирующие «место наименьшего сопротивления» в характере.

Например, местом наименьшего сопротивления для неустойчивого типа будет необходимость выполнять рутинную кропотливую работу в течение продолжительного времени. Именно в такие моменты акцентуации проявляются ярко, и по картине проявлений могут даже быть похожими на патологию характера.

В целом можно сказать, что акцентуация — это палка о двух концах, у этого явления есть и свои положительные, и свои отрицательные стороны. По сути, человек с акцентуацией характера обладает ярко выраженными способностями в одних областях за счет уязвимости в других.

Для более подробного ознакомления с темой акцентуаций характера рекомендуем следующую литературу:

  1. Иванов Н.Я., Личко А.Е. Патохарактерологический диагностический опросник для подростков. Методическое пособие.
  2. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков.

Психологи показывают, как акцент формирует наше восприятие человека — ScienceDaily

Акцент, которым кто-то говорит, играет решающую роль в том, как мы судим об этом человеке, как недавно выяснили психологи из Йенского университета им. Фридриха Шиллера (Германия).

«Акцент гораздо важнее, чем то, как человек выглядит», — резюмирует доктор Тамара Ракич один из ключевых результатов исследования, которое только что было опубликовано в онлайн-выпуске журнала Journal of Personality and Social Psychology . .Исследование основано на докторской диссертации доктора Ракича в Международном аспирантуре под названием «Конфликт и сотрудничество между социальными группами».

«Разделение на социальные категории, такие как, например, этническая принадлежность, происходит спонтанно и помогает нам понять и упростить сложный мир, а также позволяет нам легче справляться со сложностями», — говорит д-р Ракич. Однако, продолжает психолог, категоризация может превратиться в неотраженное суждение, основанное на стереотипах, и привести к дискриминации.Психологи из Йенского университета исследуют процесс восприятия человека в проекте под руководством профессора доктора Мелани Стеффенс в рамках исследовательского подразделения «Восприятие человека».

В своих текущих исследованиях доктор Ракич и ее коллеги профессор доктор Мелани Стеффенс и профессор доктор Амели Мамменди впервые эмпирически протестировали влияние языка на этническую категоризацию. «С помощью нашего языка мы не только передаем информацию. Сам язык предоставляет много информации о говорящем человеке», — сказал доктор.- говорит Ракич. Согласно доктору Ракичу, можно сделать выводы о темпераменте, возрасте или душевном состоянии человека. «Те, у кого есть акцент, также выдают свое этническое происхождение».

Ранее ученые предполагали, что визуальные подсказки имеют приоритет при классификации неизвестных людей. «Подавляющее большинство исследований было сосредоточено на внешности», — говорит психолог из Йены Ракич. Напротив, влиянием языка — или, точнее, акцента — до сих пор пренебрегали.Неправильно, как сейчас смогли продемонстрировать йенские ученые.

Они показали участникам фотографии лиц немецкой и итальянской внешности вместе с письменным заявлением изображенных лиц. Затем участники должны были присвоить показания изображенным лицам. Согласно ранее полученным данным, путаница была особенно распространена в группах лиц немецкой и итальянской внешности. Однако заявления, сделанные лицами, выглядящими по-немецки, не были ошибочно отнесены к лицам с итальянской внешностью (или наоборот).Но это стало еще интереснее, когда были добавлены акценты: теперь некоторые люди с немецкой внешностью говорили на стандартном немецком, а некоторые с итальянским акцентом (а также люди с итальянской внешностью).

«Результаты показывают, что участники ориентировались почти исключительно на разговорный акцент при классификации людей», — резюмирует доктор Ракич. Внешний вид, который вошел в уравнение путем категоризации в первом эксперименте, в то время как никакой другой информации не было предоставлено, больше не имел значения.По словам Ракича, это доказывает огромную важность языка как источника информации при этнической категоризации: это соответствует предположению о том, что язык без акцента играет решающую роль в социальной интеграции.

История Источник:

Материалы предоставлены Университетом Фридриха Шиллера в Йене . Примечание. Содержимое можно редактировать по стилю и длине.

12.1 Социальная категоризация и стереотипы — Принципы социальной психологии

Цели обучения

  1. Опишите фундаментальный процесс социальной категоризации и его влияние на мысли, чувства и поведение.
  2. Определите стереотипов и опишите способы измерения стереотипов.
  3. Просмотрите, как стереотипы влияют на наше поведение.

Размышление о других с точки зрения членства в группах известно как социальная категоризация — естественный когнитивный процесс, с помощью которого мы распределяем людей по социальным группам. Социальная категоризация происходит, когда мы думаем о ком-то как о мужчине (по сравнению с женщиной), старом человеке (по сравнению с молодым человеком), чернокожим человеком (по сравнению с азиатом или белым человеком) и т. Д. (Allport, 1954/1979) .Так же, как мы классифицируем объекты по различным типам, мы классифицируем людей в соответствии с их принадлежностью к социальной группе. Как только мы это сделаем, мы начнем реагировать на этих людей больше как члены социальной группы, чем как личности.

Представьте на мгновение, что два студента колледжа, Джон и Сара, разговаривают за столом в студенческом союзе вашего колледжа или университета. На этом этапе мы, вероятно, будем рассматривать их не как членов группы, а как двух лиц. Джон выражает свое мнение, а Сара выражает свое.Однако представьте, что по мере продолжения разговора Сара поднимает вопрос о задании, которое она выполняет для своего женского курса. Оказывается, Джон не считает, что в колледже должна быть программа изучения женщин, и говорит об этом Саре. Он утверждает, что если есть программа обучения женщин, то должна быть и программа обучения мужчин. Кроме того, он утверждает, что женщины получают слишком много перерывов при найме на работу и что квалифицированные мужчины становятся объектами дискриминации. Сара считает совершенно противоположным — утверждая, что женщины были объектами сексизма на протяжении многих, многих лет и даже сейчас не имеют такого же доступа к высокооплачиваемой работе, как мужчины.

Вы можете видеть, что взаимодействие, начавшееся на индивидуальном уровне, когда два человека разговаривали, теперь перешло на групповой уровень, на котором Джон начал считать себя мужчиной, а Сара начала считать себя женщиной. Короче говоря, Сара сейчас аргументирует свою точку зрения не столько за себя, сколько как представитель одной из своих групп, а именно женщин, а Джон действует как представитель одной из своих групп, а именно мужчин. Сара чувствует, что ее позиции правильные, и она считает, что они верны не только для нее, но и для женщин в целом.То же самое и с Джоном. Вы можете видеть, что эта социальная категоризация может создать некоторый потенциал для неправильного восприятия и, возможно, даже враждебности. И Джон и Сара могут даже изменить свое мнение друг о друге, забыв, что они действительно нравятся друг другу как личности, потому что теперь они больше как члены группы реагируют с противоположными взглядами.

Представьте себе, что пока Джон и Сара все еще разговаривают, в студенческий союз появляются студенты из другого колледжа, каждый в шляпах и куртках той школы.Присутствие этих посторонних может полностью изменить направление социальной категоризации, заставляя Джона и Сару думать о себе как о студентах своего собственного колледжа. И эта социальная категоризация может побудить их лучше осознавать положительные характеристики своего колледжа (отличная баскетбольная команда, прекрасный кампус и умные ученики) по сравнению с характеристиками другой школы. Теперь, вместо того, чтобы воспринимать себя членами двух разных групп (мужчин и женщин), Джон и Сара могут внезапно воспринимать себя членами одной и той же социальной категории (студенты в своем колледже).

Возможно, этот пример поможет вам увидеть гибкость социальной категоризации. Иногда мы думаем о наших отношениях с другими людьми на индивидуальном уровне, а иногда на уровне группы. И какие группы мы используем для социальной категоризации, могут меняться со временем и в разных ситуациях. Я думаю, вы согласитесь с тем, что вы с большей вероятностью отнесете себя к члену своего колледжа или университета, когда ваша баскетбольная или футбольная команда только что выиграла действительно важную игру или на церемонии вручения дипломов, чем в обычный вечер. с твоей семьей.В этих случаях ваше членство в качестве студента университета просто более заметно и важно, чем каждый день, и вы с большей вероятностью классифицируете себя соответственно.

Спонтанная социальная категоризация

Социальная категоризация происходит спонтанно, без особых размышлений с нашей стороны (Crisp & Hewstone, 2007). Шелли Тейлор и ее коллеги (Taylor, Fiske, Etcoff, & Ruderman, 1978) показали участникам своего исследования слайд-презентацию и магнитофонную презентацию трех мужчин и трех студенток колледжа, которые предположительно участвовали в дискуссионной группе.Во время презентации каждый член дискуссионной группы сделал предложение о том, как рекламировать спектакль колледжа. Утверждения контролировались таким образом, чтобы у всех участников исследования утверждения, сделанные мужчинами и женщинами, были одинаковыми по длине и качеству. Кроме того, половине участников сказали, что по окончании презентации их попросят вспомнить, какой человек сделал какое предложение, тогда как другой половине участников было сказано просто наблюдать за взаимодействием, не обращая внимания ни на что конкретное.

После того, как они просмотрели все утверждения, сделанные участниками дискуссионной группы, участникам исследования был предложен тест памяти (это было совершенно неожиданно для участников, которым не были даны инструкции по запоминанию). Участникам был показан список всех сделанных заявлений, а также фотографии каждого из членов дискуссионной группы, и их попросили указать, кто сделал каждое из заявлений. Участники исследования не очень хорошо справлялись с этой задачей, и тем не менее, когда они допускали ошибки, эти ошибки были очень систематическими.

Как вы можете видеть в Таблице 12.1 «Ошибки в именах», ошибки были таковы, что утверждения, которые на самом деле были сделаны мужчиной, чаще ошибочно приписывались другому мужчине в группе, чем другой женщине, а утверждения, фактически сделанные женщину чаще относили к другим женщинам в группе, чем к мужчине. Очевидно, участники распределили выступающих по полу, что привело их к путанице внутри пола, а не к межгендерной.

Интересно, что если предположить, что категоризация происходит постоянно, инструкции, которые были даны участникам, не имели абсолютно никакого значения.Те, кому не давали никаких инструкций, подвергались такой же категоризации, как и те, кому велели помнить, кто и что сказал. Другое исследование, использующее эту технику, показало, что мы спонтанно классифицируем друг друга на основе членства в многих других группах, включая расу, академический статус (ученик против учителя), социальные роли и другие социальные категории (Fiske, Haslam, & Fiske, 1991; Стангор, Линч, Дуан и Гласс, 1992).

Таблица 12.1 Неправильное имя

Инструкции Внутри гендерных ошибок Между гендерными ошибками
Память 5.78 4,29
Нет памяти 6,57 4,36
Тейлор, Фиск, Эткофф и Рудерман (1978) продемонстрировали, что люди классифицируют других спонтанно. Даже без каких-либо инструкций по классификации люди все же путали других своим полом.

Вывод прост, хотя и очевиден: социальная категоризация происходит вокруг нас все время. Действительно, социальная категоризация происходит так быстро, что людям может быть трудно , а не думать о других с точки зрения членства в группах (см. Рисунок 12.3).

Рисунок 12.3

Если вы похожи на большинство людей, у вас возникнет сильное желание классифицировать этого человека как мужчину или женщину.

Преимущества социальной категоризации

Тенденция категоризировать других обычно весьма полезна. В некоторых случаях мы классифицируем, потому что это дает нам информацию о характеристиках людей, принадлежащих к определенным социальным группам (Lee, Jussim, & McCauley, 1995).Если вы потерялись в городе, вы можете поискать полицейского или таксиста, которые помогут вам сориентироваться. В этом случае социальная категоризация, вероятно, будет полезна, потому что офицер полиции или водитель такси могут знать расположение городских улиц. Конечно, использование социальных категорий будет информативным только в той степени, в которой стереотипы, которых придерживается человек об этой категории, верны. Если бы сотрудники полиции на самом деле не были так хорошо осведомлены о планировке города, то использование этой категоризации не было бы информативным.

Утверждалось, что в большинстве стереотипов есть зерно истины, и, похоже, это так. Существует корреляция между тем, как члены группы воспринимают стереотипы своих собственных групп, и тем, как люди из других групп воспринимают те же стереотипы (Judd & Park, 1993; Swim, 1994). Отчасти эта истина может быть связана с той ролью, которую люди играют в обществе. Например, стереотипы (которых придерживаются многие люди) о том, что женщины «лелеют» и что мужчины «доминируют», могут возникать отчасти потому, что в среднем мужчины и женщины оказываются в разных социальных ролях внутри культуры (Eagly & Штеффен, 1984).В большинстве культур мужчины с большей вероятностью будут занимать должности с более высоким статусом, такие как врачи и юристы, тогда как женщины с большей вероятностью будут играть роль домохозяек и работников по уходу за детьми. В этом смысле стереотипы, по крайней мере частично, верны для многих представителей социальной категории с точки зрения их фактического поведения. Поскольку мужчины с большей вероятностью будут лидерами, чем женщины, они могут в среднем более доминировать; и поскольку женщины чаще заботятся о детях, в среднем они могут действовать более заботливо, чем мужчины.

С другой стороны, мы иногда классифицируем других не потому, что это дает больше информации о них, а потому, что у нас может не быть времени (или мотивации) для более тщательных действий. Использование наших стереотипов для оценки другого человека может просто облегчить нашу жизнь (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994). Согласно этому подходу, размышление о других людях с точки зрения принадлежности к их социальной категории — это функциональный способ взаимодействия с миром — все усложняется, и мы уменьшаем сложность, полагаясь на наши стереотипы.

Отрицательные результаты социальной категоризации

Хотя размышление о других с точки зрения принадлежности к их социальной категории имеет некоторые потенциальные преимущества для человека, который классифицирует, категоризирует других, а не рассматривает их как уникальных людей с их собственными уникальными характеристиками, имеет широкий спектр негативных и часто очень несправедливые результаты для тех, кто попадает в категорию.

Одна из проблем состоит в том, что социальная категоризация искажает наше восприятие, так что мы склонны преувеличивать различия между людьми из разных социальных групп, в то же время воспринимая членов групп (и особенно чужих) как более похожих друг на друга, чем они есть на самом деле.Такое чрезмерное обобщение повышает вероятность того, что мы будем думать и относиться ко всем членам группы одинаково. Тайфель и Уилкс (1963) провели простой эксперимент, который представил картину потенциальных результатов категоризации. Как вы можете видеть на рис. 12.4 «Перцепционная акцентуация», в эксперименте участники оценивали длину шести линий. В одном из условий эксперимента участники просто видели шесть линий, в то время как в другом условии линии были систематически разделены на две группы: одна состояла из трех более коротких линий, а другая — из трех более длинных.

Рисунок 12.4 Акцент на восприятии

Строки C и D считались одинаковыми по длине в условиях без классификации, но линия C воспринималась как более длинная, чем линия D, когда строки были разделены на две группы. Из Тайфеля (1970).

Тайфел обнаружил, что линии воспринимались по-разному при их классификации, так что подчеркивались различия между группами и сходства внутри групп.В частности, он обнаружил, что, хотя линии C и D (которые на самом деле имеют одинаковую длину) воспринимались как равные по длине, когда строки не были категоризированы, линия C воспринималась как значительно длиннее, чем линия D в состоянии, в котором строки были категоризированы. В данном случае категоризация на две группы — «группу коротких линий» и «группу длинных линий» — вызвала искажение восприятия, так что эти две группы линий рассматривались как более разные, чем они были на самом деле.

Подобные эффекты возникают, когда мы классифицируем других людей.Мы склонны рассматривать людей, принадлежащих к одной социальной группе, как более похожих, чем они есть на самом деле, и мы склонны судить о людях из разных социальных групп как о более разных, чем они есть на самом деле. Тенденция считать членов социальных групп похожими друг на друга особенно сильна для членов внешних групп, что приводит к однородности внешних групп — тенденция рассматривать членов внешних групп как более похожих друг на друга, чем мы видим членов внутренних групп (Linville, Salovey, & Fischer, 1986; Ostrom & Sedikides, 1992; Meissner & Brigham, 2001).Я уверен, что у вас тоже был такой опыт, когда вы обнаруживали, что думаете или говорите: «О, они, они все одинаковые!»

Патрисия Линвилл и Эдвард Джонс (1980) дали участникам исследования список характерных терминов и попросили их подумать либо о членах их собственной группы (например, о черных), либо о членах другой группы (например, о белых) и разместить эти черты. на стопки, представляющие разные типы людей в группе. Результаты этих исследований, как и других подобных им, были ясны: люди воспринимают чужие группы как более однородные, чем внутренние.Точно так же, как белые люди использовали меньше стопок черт для описания черных, чем белых, молодые люди использовали меньше стопок черт для описания пожилых людей, чем молодых людей, а студенты использовали меньше стопок черт для членов других университетов, чем для своих членов. Университет.

Однородность внешней группы происходит отчасти потому, что мы не так много контактируем с членами внешней группы, как с членами внутренней группы, а качество взаимодействия с членами внешней группы часто более поверхностное.Это мешает нам действительно узнать о членах внешней группы как об отдельных лицах, и в результате мы склонны не осознавать различия между членами группы. В дополнение к тому, что мы меньше узнаем о них, потому что мы меньше видим и взаимодействуем с ними, мы обычно классифицируем членов чужих групп, таким образом заставляя их казаться более похожими в когнитивном отношении (Haslam, Oakes, & Turner, 1996).

Как только мы начинаем видеть членов чужих групп более похожими друг на друга, чем они есть на самом деле, тогда становится очень легко применить наши стереотипы к членам групп, не задумываясь о том, истинна ли характеристика конкретного человека. .Если мужчины думают, что все женщины одинаковы, то они могут также думать, что все они обладают одинаковыми характеристиками — все они «эмоциональные» и «слабые». И женщины могут иметь такие же упрощенные представления о мужчинах (они «нечувствительны», «не хотят брать на себя обязательства» и т. Д.). В результате стереотипы связываются с самой группой в виде набора ментальных репрезентаций (рис. 12.5). Стереотипы — это «картинки в нашей голове» социальных групп (Lippman, 1922). Эти убеждения кажутся правильными и естественными, хотя они часто являются искаженными сверхобобщениями (Hirschfeld, 1996; Yzerbyt, Schadron, Leyens, & Rocher, 1994).

Рисунок 12.5

Стереотипы — это убеждения, связанные с социальными категориями. На рисунке показаны связи между социальной категорией профессоров колледжа и ее стереотипами как типом нейронной сети или схемы. Изображение также включает одно изображение (или образец) конкретного профессора колледжа, которого знает студент.

Наши стереотипы и предрассудки усваиваются через множество различных процессов. Такое разнообразие причин вызывает сожаление, потому что из-за этого стереотипы и предрассудки еще более склонны к формированию и их труднее изменить.Во-первых, мы узнаем наши стереотипы отчасти через общение с родителями и сверстниками (Aboud & Doyle, 1996) и из поведения, которое мы видим в средствах массовой информации (Brown, 1995). Даже 5-летние дети усвоили культурные нормы о подходящих занятиях и поведении для мальчиков и девочек, а также выработали стереотипы о возрасте, расе и физической привлекательности (Bigler & Liben, 2006). И часто существует хорошее согласие относительно стереотипов социальных категорий среди людей в рамках данной культуры.В одном исследовании, посвященном оценке стереотипов, Стефани Мадон и ее коллеги (Madon et al., 2001) представили студентам американских колледжей список из 84 черт-терминов и попросили их указать, для каких групп каждая черта кажется подходящей (рис. 12.6 «Текущие стереотипы, поддерживаемые Студенты колледжа»). Участники были склонны соглашаться относительно того, какие черты были верными для каких групп, и это было верно даже для групп, из которых респонденты, вероятно, никогда не встречали ни одного члена (арабы и русские). Даже сегодня существует хорошее согласие относительно стереотипов членов многих социальных групп, включая мужчин и женщин, а также различных этнических групп.

Рисунок 12.6 Текущие стереотипы студентов колледжей

Американцы % Черный % итальянцы %
Материалистический 53,6 Музыкальный 27,6 Верность семейным связям 62,7
Ленивый 30,4 Любящий удовольствие 26 Любящие традиции 47.5
Индивидуалистический 28,6 Громко 20,7 Страстный 39
Любящий удовольствие 28 Агрессивный 15,5 Религиоведение 37,3
Промышленность 23,2 Художественные 13,8 Быстрое закаление 35,6
Немцы % евреев % Китайский %
Интеллектуальный 45.8 Очень религиозный 52,5 Интеллектуальный 60,3
Промышленность 37,3 Интеллектуальный 49,2 Верность семейным связям 41,4
Националистический 30,5 Любящие традиции 32,2 Зарезервировано 36,2
С научной точки зрения 27,1 Проницательный 30.5 Трудолюбивый 32,8
Методическая 20,3 Верность семейным связям 28,8 Любящие традиции 31

После того, как стереотипы (как и любое другое когнитивное представление) укоренились, они имеют тенденцию сохраняться. Мы начинаем реагировать на представителей стереотипных категорий, как если бы мы уже знали, на что они похожи. Yaacov Trope и Eric Thompson (1997) обнаружили, что люди задавали меньше вопросов представителям категорий, относительно которых у них были сильные стереотипы (как если бы они уже знали, каковы эти люди), и что вопросы, которые они задавали, скорее всего, подтвердили стереотипы, которые они уже.

В других случаях стереотипы сохраняются, потому что информация, подтверждающая наши стереотипы, запоминается лучше, чем информация, которая их опровергает. Когда мы видим, как члены социальных групп проявляют поведение, мы склонны лучше запоминать информацию, подтверждающую наши стереотипы, чем информацию, которая опровергает наши стереотипы (Fyock & Stangor, 1994). Если мы считаем, что женщины — плохие водители, и мы видим, что женщина плохо водит машину, то мы склонны помнить об этом, но когда мы видим женщину, которая водит особенно хорошо, мы склонны забывать об этом.Это, конечно, еще один пример общего принципа ассимиляции — мы склонны воспринимать мир так, чтобы он соответствовал нашим существующим убеждениям, чем мы меняем свои убеждения, чтобы соответствовать реальности вокруг нас.

И стереотипы становится трудно изменить, потому что они так важны для нас — они становятся неотъемлемой и важной частью нашей повседневной жизни в нашей культуре. Стереотипы часто высказываются по телевидению, в фильмах, в чатах и ​​блогах, и мы узнаем много наших убеждений из этих источников.Наши друзья также склонны придерживаться убеждений, аналогичных нашим, и мы говорим об этих убеждениях, когда собираемся вместе с ними (Schaller & Conway, 1999). Короче говоря, стереотипы и предрассудки сильны в значительной степени потому, что они являются важными социальными нормами, которые являются частью нашей культуры (Guimond, 2000).

Поскольку они настолько когнитивно доступны и кажутся такими «правильными», наши стереотипы легко влияют на наши суждения и реакцию на тех, кого мы классифицировали. Социальный психолог Джон Барг однажды назвал стереотипы «когнитивными монстрами», потому что их активация была настолько мощной и потому, что активированные убеждения оказывали такое коварное влияние на социальное суждение (Bargh, 1999).Еще больше усложняет ситуацию то, что стереотипы сильнее всего относятся к людям, которые больше всего нуждаются в переменах, — к людям с наиболее предвзятыми предрассудками (Lepore & Brown, 1997).

Поскольку стереотипы и предрассудки часто действуют вне нашего понимания, а также из-за того, что люди часто не хотят признавать, что они их придерживаются, социальные психологи разработали методы их косвенной оценки. В следующем разделе мы рассмотрим два из этих подходов — процедуру фиктивного конвейера и тест неявной ассоциации (IAT)

.

Центр исследований

Косвенное измерение стереотипов

Одна из трудностей при измерении стереотипов и предрассудков заключается в том, что люди могут не говорить правду о своих убеждениях.Большинство людей не хотят признаваться ни себе, ни другим, что они придерживаются стереотипов или что они предвзято относятся к некоторым социальным группам. Чтобы обойти эту проблему, социальные психологи используют ряд методов, которые помогают им более тонко и косвенно измерять эти убеждения.

Один из косвенных подходов к оценке предубеждений называется процедурой фиктивного конвейера (Jones & Sigall, 1971). В этой процедуре экспериментатор сначала убеждает участников, что он или она имеет доступ к их «истинным» убеждениям, например, получая доступ к анкете, которую они заполнили на предыдущей экспериментальной сессии.Как только участники убедятся, что исследователь может оценить их «истинное» отношение, ожидается, что они будут более честны в ответах на остальные вопросы, которые им задают, потому что они хотят быть уверены, что исследователь их не уловит. врущий. Процедура фиктивного конвейера предполагает, что люди могут часто маскировать свои негативные убеждения публично — люди выражают больше предубеждений, когда они находятся в поддельном конвейере, чем когда им задают те же вопросы более прямо.

Другие косвенные меры предубеждений также часто используются в социально-психологических исследованиях, например, для оценки невербального поведения, такого как речевые ошибки или физическая близость. Одна из распространенных мер заключается в том, чтобы попросить участников сесть на стул рядом с человеком из другой расовой или этнической группы и измерить, как далеко сидит этот человек (Sechrist & Stangor, 2001; Word, Zanna, & Cooper, 1974). Считается, что люди, которые сидят дальше, более предвзято относятся к членам группы.

Поскольку наши стереотипы активируются спонтанно, когда мы думаем о членах разных социальных групп, можно использовать меры времени реакции, чтобы оценить эту активацию и, таким образом, узнать о стереотипах и предрассудках людей. В этих процедурах участников просят вынести серию суждений об изображениях или описаниях социальных групп, а затем ответить на вопросы как можно быстрее, но без ошибок. Скорость этих ответов используется для определения стереотипов или предрассудков человека.

Самая популярная неявная мера предубеждения по времени реакции — тест на неявную ассоциацию (IAT) — часто используется для оценки стереотипов и предубеждений (Nosek, Greenwald, & Banaji, 2007). В IAT участников просят классифицировать стимулы, которые они видят на экране компьютера, в одну из двух категорий, нажимая одну из двух компьютерных клавиш: одну левой рукой, а другую — правой. Кроме того, категории организованы таким образом, что ответы, на которые нужно ответить с помощью левой и правой кнопок, либо «соответствуют» (соответствуют) стереотипу, либо не «соответствуют» (не соответствуют) стереотипу.Например, в одной из версий IAT участникам показывают изображения мужчин и женщин, а также показывают слова, относящиеся к гендерным стереотипам (например, сильный, лидер, или мощный, для мужчин и воспитывающий, эмоциональный, или ). weak для женщин). Затем участники классифицируют фотографии («Это изображение мужчины или женщины?») И отвечают на вопросы о стереотипах («Это слово — сильное ?»), Нажимая кнопку «Да» или кнопку «Нет» с помощью либо их левая рука, либо их правая рука.

Когда ответы расположены на экране «совпадающим» способом, так что мужская категория и «сильная» категория находятся на одной и той же стороне экрана (например, с правой стороны), участники могут выполнять задание очень хорошо. быстро и делают мало ошибок. Это просто проще, потому что стереотипы совпадают или связаны с изображениями таким образом, что это имеет смысл. Но когда изображения расположены так, что женщины и сильные категории находятся на одной стороне, тогда как мужчины и слабые категории находятся на другой стороне, большинство участников совершают больше ошибок и реагируют медленнее.Основное предположение заключается в том, что если два понятия связаны или связаны, на них будет быстрее реагировать, если они классифицируются с использованием одинаковых, а не разных ключей.

Процедуры неявной ассоциации, такие как IAT, показывают, что даже участники, заявляющие о том, что они не предвзято относятся, действительно придерживаются культурных стереотипов в отношении социальных групп. Даже сами чернокожие быстрее реагируют на положительные слова, которые ассоциируются с белыми, а не с черными лицами в IAT, предполагая, что у них есть тонкие расовые предубеждения по отношению к черным.

Поскольку они придерживаются этих убеждений, возможно — хотя и не гарантировано — что они могут использовать их, отвечая другим людям, создавая тонкий и бессознательный тип дискриминации. Хотя значение IAT обсуждалось (Tetlock & Mitchell, 2008), исследования с использованием неявных критериев действительно предполагают, что — знаем мы об этом или нет, и даже если мы можем попытаться контролировать их, когда сможем, — наши стереотипы и предрассудки легко активируется, когда мы видим представителей разных социальных категорий (Barden, Maddux, Petty, & Brewer, 2004).

Есть ли у вас скрытые предубеждения? Попробуйте IAT самостоятельно, здесь: https://implicit.harvard.edu/implicit

Хотя в некоторых случаях стереотипы, которые используются для вынесения суждений, на самом деле могут быть верными в отношении оцениваемого человека, во многих других случаях это не так. Стереотипы проблематичны, когда стереотипы, которые мы придерживаемся о социальной группе, в целом неточны, и особенно когда они не применимы к человеку, которого судят (Stangor, 1995). Стереотипировать других просто несправедливо.Даже если многие женщины более эмоциональны, чем большинство мужчин, не все таковы, и неправильно судить какую-либо одну женщину так, как если бы она была такой.

В конце концов, стереотипы становятся самореализующимися пророчествами, так что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность (Снайдер, Танке, & Бершайд, 1977; Word, Занна, & Купер, 1974). Как только мы верим, что мужчины становятся лучшими лидерами, чем женщины, мы склонны вести себя по отношению к мужчинам так, чтобы им было легче руководить. И мы ведем себя по отношению к женщинам так, что им труднее руководить.Результат? Мужчинам легче преуспеть на руководящих должностях, тогда как женщинам приходится много работать, чтобы преодолеть ложные представления об отсутствии у них лидерских способностей (Phelan & Rudman, 2010). Самоисполняющиеся пророчества распространены повсеместно — даже ожидания учителей относительно академических способностей своих учеников могут повлиять на успеваемость учеников в школе (Jussim, Robustelli, & Cain, 2009).

Конечно, вы можете подумать, что вы лично не ведете себя подобным образом, а можете и не поступить.Но исследования показали, что стереотипы часто используются вне нашего осознания, поэтому нам очень трудно их исправить. Даже когда мы думаем, что ведем себя совершенно справедливо, мы, тем не менее, можем использовать наши стереотипы, чтобы мириться с дискриминацией (Chen & Bargh, 1999). А когда мы отвлекаемся или испытываем нехватку времени, эти тенденции становятся еще более сильными (Stangor & Duan, 1991).

Более того, чтобы не допустить, чтобы наш стереотип окрашивал нашу реакцию на других, требуются усилия.Мы испытываем больше негативных эмоций (особенно тревожности), когда находимся с членами других групп, чем когда мы с людьми из наших собственных групп, и нам нужно использовать больше когнитивных ресурсов, чтобы контролировать свое поведение из-за нашего беспокойства по поводу раскрытия наших стереотипов. или предрассудки (Butz & Plant, 2006; Richeson & Shelton, 2003). Когда мы знаем, что нам нужно контролировать свои ожидания, чтобы непреднамеренно не создавать стереотипы о другом человеке, мы можем попытаться сделать это, но это требует усилий и часто может потерпеть неудачу (Macrae, Bodenhausen, Milne, & Jetten, 1994).

Социальная психология в интересах общества

Стереотипная угроза

Наши стереотипы влияют не только на наши суждения о других, но и на наши представления о себе, и даже на нашу собственную эффективность при выполнении важных задач. В некоторых случаях эти убеждения могут быть положительными и заставляют нас чувствовать себя более уверенно и, следовательно, лучше справляться с задачами. Поскольку азиатские учащиеся знают о стереотипе, что «азиаты хороши в математике», напоминание им об этом факте перед тем, как они будут сдавать сложный тест по математике, может улучшить их успеваемость (Walton & Cohen, 2003).С другой стороны, иногда эти убеждения негативны, и они создают негативные самоисполняющиеся пророчества, из-за которых мы работаем хуже только из-за наших знаний о стереотипах.

Одна из давних загадок в области академической успеваемости касается того, почему черные ученики хуже справляются со стандартными тестами, получают более низкие оценки и с меньшей вероятностью остаются в школе по сравнению с белыми учениками, даже если другие факторы, такие как семья доход, образование родителей и другие важные переменные контролируются.Клод Стил и Джошуа Аронсон (1995) проверили гипотезу о том, что эти различия могут быть следствием активации негативных стереотипов. Поскольку чернокожие учащиеся осведомлены о (неточном) стереотипе, что «черные интеллектуально ниже белых», этот стереотип может создать негативное ожидание, которое может помешать их результатам интеллектуальных тестов из-за страха подтвердить этот стереотип.

В поддержку этой гипотезы исследование Стила и Аронсона показало, что темнокожие студенты колледжей хуже (по сравнению с их предыдущими результатами тестов) справлялись с математическими вопросами, взятыми из экзаменационных документов выпускников (GRE), когда тест был описан для них как «диагностический». их математических способностей »(и, таким образом, когда стереотип был уместен), но на их результаты не повлияло, когда те же вопросы были сформулированы как« упражнение в решении проблем.А в другом исследовании Стил и Аронсон обнаружили, что, когда чернокожих студентов просили указать их расу перед тем, как они сдавали тест по математике (снова активируя стереотип), они показали более низкие результаты, чем на предыдущих экзаменах, тогда как баллы белых студентов не были затронуты первым указанием их расы.

Стил и Аронсон утверждали, что размышления о негативных стереотипах, относящихся к выполняемой задаче, создают угрозу стереотипов — снижения производительности, вызванные знанием культурных стереотипов .То есть они утверждали, что негативное влияние гонки на стандартизованные тесты может быть вызвано, по крайней мере частично, самой ситуацией с производительностью. Поскольку угроза «витает в воздухе», она может негативно повлиять на чернокожих студентов.

Исследования показали, что опыт угрозы стереотипам может помочь объяснить широкий спектр снижения производительности среди тех, на кого нацелены негативные стереотипы. Например, когда математическая задача описывается как диагностика интеллекта, латиноамериканцы и особенно латыни справляются хуже, чем белые (Gonzales, Blanton, & Williams, 2002).Точно так же, когда активируются стереотипы, дети с низким социально-экономическим статусом хуже успевают по математике, чем дети с высоким социально-экономическим статусом, а студенты-психологи успевают хуже, чем студенты-естественники (Brown, Croizet, Bohner, Fournet, & Payne, 2003). . Даже группы, которые обычно имеют привилегированный социальный статус, могут столкнуться с угрозой стереотипов. Белые мужчины хуже справились с тестом по математике, когда им сказали, что их результаты будут сравниваться с результатами азиатских мужчин (Aronson, Lustina, Good, Keough, & Steele, 1999), а белые показали худшие результаты, чем черные, в спорте: связанная с этим задача, когда им описывали ее как измерение их естественных спортивных способностей (Stone, 2002).

Стереотипная угроза возникает в ситуациях, которые представляют серьезную угрозу для самоуважения, когда возникает угроза нашему восприятию себя как важных, ценных и способных людей. В таких ситуациях наблюдается расхождение между нашим позитивным представлением о наших навыках и способностях и негативными стереотипами, предполагающими низкую успеваемость. Когда наши стереотипы заставляют нас думать, что мы, скорее всего, плохо справимся с задачей, мы испытываем чувство беспокойства и угрозы статусу.

Исследования показали, что угроза стереотипов вызвана как когнитивными, так и аффективными факторами. С когнитивной стороны, люди, которые испытывают угрозу стереотипов, демонстрируют нарушение когнитивной обработки, которое вызвано повышенной бдительностью по отношению к окружающей среде и попытками подавить свои стереотипные мысли. С аффективной стороны угроза стереотипа создает стресс, а также различные аффективные реакции, включая тревогу (Schmader, Johns, & Forbes, 2008).

Однако стереотипная угроза не абсолютна — мы сможем ее преодолеть, если постараемся.Что важно, так это уменьшить беспокойство о себе, которое возникает, когда мы рассматриваем соответствующие негативные стереотипы. Манипуляции, подтверждающие положительные характеристики самого себя или своей группы, успешно снижают угрозу стереотипов (Alter, Aronson, Darley, Rodriguez, & Ruble, 2010; Greenberg et al., 2003; McIntyre, Paulson, & Lord, 2003). Фактически, простое знание того, что стереотипная угроза существует и может повлиять на производительность, может помочь смягчить ее негативное влияние (Johns, Schmader, & Martens, 2005).

Основные выводы

  • Представления о характеристиках групп и членах этих групп известны как стереотипы.
  • Предубеждение относится к неоправданному отрицательному отношению к чужой группе.
  • Стереотипы и предрассудки могут создавать дискриминацию.
  • Стереотипы и предрассудки начинаются с социальной категоризации — естественного когнитивного процесса, с помощью которого мы помещаем людей в социальные группы.
  • Социальная категоризация влияет на наше восприятие групп — например, на восприятие однородности внешней группы.
  • Как только наши стереотипы и предрассудки утвердятся, их будет трудно изменить, и они могут привести к самореализующимся пророчествам, таким образом, что наши ожидания в отношении членов группы воплощают стереотипы в реальность.
  • Стереотипы могут влиять на нашу работу по важным задачам через угрозу стереотипов.

Упражнения и критическое мышление

  1. Посмотрите еще раз на картинки на рис. 12.2 и подумайте о своих мыслях и чувствах по отношению к каждому человеку.Какие у вас стереотипы и предубеждения о них? Как вы думаете, ваши стереотипы верны?
  2. К каким социальным категориям (если есть) вы относите других? Почему вы (или нет) категоризируете? Является ли ваше поведение справедливым или несправедливым по отношению к людям, которых вы классифицируете?
  3. Подумайте о задаче, которую одна из социальных групп, к которой вы принадлежите, считается особенно хорошей (или плохой). Считаете ли вы, что культурные стереотипы в отношении вашей группы когда-либо влияли на вашу результативность при выполнении задания?

Список литературы

Aboud, F.Э., Дойл А.-Б. (1996). Родители и сверстники влияют на расовые установки детей. Международный журнал межкультурных отношений, 20 , 371–383.

Олпорт, Г. У. (1954/1979). Природа предубеждения . Нью-Йорк, Нью-Йорк: Doubleday.

Альтер, А. Л., Аронсон, Дж., Дарли, Дж. М., Родригес, К., и Рубль, Д. Н. (2010). Восхождение к угрозе: уменьшение угрозы стереотипов путем переосмысления угрозы как вызова. Журнал экспериментальной социальной психологии, 46 (1), 166–171.DOI: 10.1016 / j.jesp.2009.09.014.

Аронсон, Дж., Лустина, М. Дж., Гуд, К., Кео, К., и Стил, К. М. (1999). Когда белые люди не умеют считать: необходимые и достаточные факторы угрозы стереотипу. Журнал экспериментальной социальной психологии, 35 , 29–24.

Барден, Дж., Мэддакс, У. В., Петти, Р. Э. и Брюэр, М. Б. (2004). Контекстуальная модерация расовых предубеждений: влияние социальных ролей на контролируемые и автоматически активируемые установки. Журнал личности и социальной психологии , 87 (1), 5–22.

Bargh, J. (Ред.). (1999). Когнитивный монстр: доводы против управляемости автоматических стереотипных эффектов. Нью-Йорк, Нью-Йорк: Guilford Press.

Биглер Р. С. и Либен Л. С. (2006). Межгрупповая теория развития социальных стереотипов и предрассудков. В Р. В. Кайле (ред.), Достижения в развитии и поведении ребенка (Том 34, стр. 39–89). Сан-Диего, Калифорния: Эльзевьер.

Браун Р. (1995). Предубеждение: его социальная психология .Кембридж, Массачусетс: Блэквелл.

Браун Р., Круазе Ж.-К., Бонер Г., Фурне М. и Пейн А. (2003). Автоматическая активация категорий и социальное поведение: сдерживающая роль предвзятых убеждений. Социальное познание, 21 (3), 167–193.

Бутц, Д. А., и Плант, Е. А. (2006). Восприятие членов внешней группы как неотзывчивых: последствия для эмоций, намерений и поведения, связанных с подходом. Журнал личности и социальной психологии, 91 (6), 1066–1079.

Чен, М., и Барг, Дж. А. (1999). Последствия автоматической оценки: Непосредственная поведенческая предрасположенность приближаться к стимулу или избегать его. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 (2), 215–224.

Крисп Р. Дж. И Хьюстон М. (ред.). (2007). Множественная социальная категоризация . Сан-Диего, Калифорния: Elsevier Academic Press.

Игли, А. Х., и Стеффен, В. Дж. (1984). Гендерные стереотипы проистекают из распределения женщин и мужчин по социальным ролям. Журнал личности и социальной психологии, 46 (4), 735–754.

Фиск, А. П., Хаслам, Н., и Фиск, С. Т. (1991). Смешение одного человека с другим: какие ошибки свидетельствуют об элементарных формах социальных отношений. Журнал личности и социальной психологии, 60 (5), 656–674.

Fyock, J., & Stangor, C. (1994). Роль искажений памяти в поддержании стереотипов. Британский журнал социальной психологии, 33 (3), 331–343.

Гонсалес, П.М., Блэнтон, Х. и Уильямс, К. Дж. (2002). Влияние угрозы стереотипа и статуса двойного меньшинства на результаты тестов латиноамериканок. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (5), 659–670.

Гринберг, Дж., Мартенс, А., Йонас, Э., Айзенштадт, Д., Пищинский, Т., и Соломон, С. (2003). Психологическая защита в ожидании тревоги: устранение потенциальной тревоги устраняет влияние значимости смертности на защиту мировоззрения. Психологическая наука, 14 (5), 516–519.

Гимонд, С. (2000). Групповая социализация и предубеждения: социальная передача межгрупповых отношений и убеждений. Европейский журнал социальной психологии, 30 (3), 335–354.

Хаслам, С. А., Оукс, П. Дж., И Тернер, Дж. С. (1996). Социальная идентичность, самокатегоризация и воспринимаемая однородность внутренних и внешних групп: взаимодействие между социальной мотивацией и познанием. В Справочник по мотивации и познанию: межличностный контекст (Vol.3. С. 182–222). Нью-Йорк, Нью-Йорк: Гилфорд Пресс.

Хиршфельд, Л. (1996). Раса в процессе становления: познание, культура и создание человеческих родов ребенком . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Джонс, М., Шмадер, Т., и Мартенс, А. (2005). Знание — это половина дела: преподавание угрозы стереотипам как средство повышения успеваемости женщин по математике. Психологическая наука, 16 (3), 175–179.

Джонс Э. Э. и Сигалл Х. (1971). Поддельный конвейер: новая парадигма измерения аффекта и отношения. Психологический бюллетень, 76 (5), 349–364.

Джадд К. М. и Парк Б. (1993). Определение и оценка точности социальных стереотипов. Психологическое обозрение, 100 (1), 109–128.

Джусим, Л., Робустелли, С. Л., и Каин, Т. Р. (2009). Ожидания учителя и сбывающиеся пророчества. В K. R. Wenzel & A. Wigfield (Eds.), Справочник по мотивации в школе (стр. 349–380). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Routledge / Taylor & Francis Group.

Ли Ю.Т., Джуссим, Л. Дж., И МакКоли, К. Р. (1995). Точность стереотипов: понимание групповых различий . Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Лепор Л. и Браун Р. (1997). Активация категорий и стереотипов: неизбежны ли предрассудки? Журнал личности и социальной психологии, 72 (2), 275–287.

Линвилл П. У. и Джонс Э. Э. (1980). Поляризованные оценки участников вне группы. Журнал личности и социальной психологии, 38 , 689–703.

Линвилл П. У., Саловей П. и Фишер Г. У. (1986). Стереотипы и воспринимаемое распределение социальных характеристик: приложение к восприятию внутри группы и вне группы. В Дж. Ф. Довидио и С. Л. Гертнер (ред.), Предубеждение, дискриминация и расизм (стр. 165–208). Орландо, Флорида: Academic Press.

Липпман, В. (1922). Общественное мнение . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Harcourt & Brace.

Макрэ, К. Н., Боденхаузен, Г. В., Милн, А. Б., & Джеттен, Дж.(1994). Вне головы, но снова в поле зрения: стереотипы восстанавливаются. Журнал личности и социальной психологии, 67 (5), 808–817.

Мадон, С., Гайлл, М., Абуфадель, К., Монтьель, Э., Смит, А., Палумбо, П., и Джусим, Л. (2001). Этнические и национальные стереотипы: пересмотренная и переработанная принстонская трилогия. Бюллетень личности и социальной психологии, 27 (8), 996–1010. DOI: 10.1177 / 0146167201278007.

Макинтайр, Р. Б., Полсон, Р. М., и Лорд, К.Г. (2003). Снижение угрозы стереотипа о женской математике за счет выделения групповых достижений. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (1), 83–90.

Мейснер, К. А., и Бригам, Дж. К. (2001). Тридцать лет исследования предвзятости собственной расы в памяти для лиц: метааналитический обзор. Психология, государственная политика и право , 7 , 3–35.

Носек, Б.А., Гринвальд, А.Г., и Банаджи, М.Р. (ред.). (2007). Тест на неявные ассоциации в возрасте 7 лет: методологический и концептуальный обзор .Нью-Йорк, Нью-Йорк: Психология Пресс.

Остром Т. М. и Седикидес К. (1992). Эффекты внегрупповой однородности в естественных и минимальных группах. Психологический бюллетень, 112 (3), 536–552.

Фелан, Дж. Э. и Рудман, Л. А. (2010). Предрассудки по отношению к женщинам-лидерам: обратная реакция и дилемма управления впечатлением женщин. Компас социальной и психологии личности, 4 (10), 807–820. DOI: 10.1111 / j.1751–9004.2010.00306.x.

Ричсон, Дж. А., и Шелтон, Дж.Н. (2003). Когда предрассудки не окупаются: влияние межрасового контакта на исполнительную функцию. Психологическая наука, 14 (3), 287–290.

Шаллер М. и Конвей Г. (1999). Влияние целей управления впечатлением на возникающее содержание групповых стереотипов: поддержка социально-эволюционной перспективы. Бюллетень личности и социальной психологии, 25 , 819–833.

Шмадер Т., Джонс М. и Форбс К. (2008). Интегрированная модель процесса стереотипных угроз влияет на производительность. Психологический обзор, 115 (2), 336–356.

Сехрист, Г. Б., & Стангор, К. (2001). Воспринимаемый консенсус влияет на межгрупповое поведение и доступность стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 80 (4), 645–654.

Снайдер М., Танке Э. Д. и Бершайд Э. (1977). Социальное восприятие и межличностное поведение: О самореализующейся природе социальных стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 35 (9), 656–666.

Стангор, К. (1995). Неточность содержания и применения в социальных стереотипах. В Y. T. Lee, L. J. Jussim, & C. R. McCauley (Eds.), Точность стереотипов: к пониманию групповых различий (стр. 275–292). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психологическая ассоциация.

Stangor, C., & Duan, C. (1991). Влияние многократных требований к памяти для информации о социальных группах. Журнал экспериментальной социальной психологии, 27 (4), 357–378.

Стангор, К., Линч, Л., Дуан, К., и Гласс, Б. (1992). Категоризация людей на основе множества социальных характеристик. Журнал личности и социальной психологии, 62 (2), 207–218.

Стил К. М. и Аронсон Дж. (1995). Угроза стереотипов и интеллектуальные способности афроамериканцев. Журнал личности и социальной психологии, 69 , 797–811.

Стоун, Дж. (2002). Борьба с сомнениями путем избегания практики: влияние угрозы стереотипа на самооценку у белых спортсменов. Бюллетень личности и социальной психологии, 28 (12), 1667–1678.

Плавь, Дж. К. (1994). Воспринимаемые и метааналитические размеры эффекта: оценка точности гендерных стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 66 (1), 21–36.

Тайфель, Х. (1970). Эксперименты по межгрупповой дискриминации. Scientific American, 223, 96–102.

Тайфель, Х. и Уилкс, А. Л. (1963). Классификация и количественное суждение. Британский журнал психологии, 54 , 101–114.

Тейлор, С. Е., Фиск, С. Т., Эткофф, Н. Л., и Рудерман, А. Дж. (1978). Категориальные и контекстные основы памяти и стереотипов личности. Журнал личности и социальной психологии, 36 (7), 778–793.

Тетлок П. Э. и Митчелл Г. (2008). Калибровка предубеждений в миллисекундах. Social Psychology Quarterly, 71 (1), 12–16.

Trope, Y., & Thompson, E. (1997). Ищете истину не в том месте? Асимметричный поиск индивидуальной информации о стереотипных членах группы. Журнал личности и социальной психологии, 73 (2), 229–241.

Уолтон, Г. М., и Коэн, Г. Л. (2003). Подъем стереотипов. Журнал экспериментальной социальной психологии, 39 (5), 456–467.

Word, C.O., Zanna, M.P., & Cooper, J. (1974). Невербальное посредничество самоисполняющихся пророчеств в межрасовом взаимодействии. Журнал экспериментальной социальной психологии, 10 (2), 109–120.

Изербыт, В., Шадрон, Г., Лейенс, Дж., И Роше, С.(1994). Социальная возможность суждения: влияние метаинформационных сигналов на использование стереотипов. Журнал личности и социальной психологии, 66 , 48–55.

Тайфель и Уилкс (1963), повторное посещение и репликация на JSTOR

Abstract

В данной статье представлены доказательства роли знакомства участников с единицами измерения в категориальной акцентуации с одномерными физическими оценками. Бельгийские и американские участники оценили длину линий разной длины.В зависимости от состояния линии были или не были систематически связаны с категориальными метками, а оценки производились либо в дюймах, либо в сантиметрах. В соответствии с нашими прогнозами, (а) категориальная акцентуация была выше, когда линии были систематически классифицированы, чем когда они не были, и (б) этот эффект был сильнее, когда участники сообщали свои оценки в незнакомых единицах измерения (т. Е. Бельгийские участники использовали дюймы, и американские участники, использующие сантиметры).Эти результаты подтверждают мнение о том, что доверие людей к категориальной информации с большей вероятностью возникнет в условиях неопределенного контекста суждений. Кроме того, они могут помочь объяснить, почему исследователи испытывали трудности с воспроизведением эффекта категориальной акцентуации в прошлом.

Информация о журнале

Psychological Science, ведущий журнал Ассоциации психологических наук, является одним из ведущих журналов в своей области, с рейтингом цитируемости / импакт-фактором, который помещает его в 10 ведущих психологических журналов мира.В журнале публикуются авторитетные статьи, представляющие интерес, по всем разделам научной психологии, включая поведенческие, клинические, когнитивные, нейронные и социальные науки. Помимо этих полноформатных статей, Psychological Science также предлагает краткие обзоры новых исследований.

Информация об издателе

Сара Миллер МакКьюн основала SAGE Publishing в 1965 году для поддержки распространения полезных знаний и просвещения мирового сообщества.SAGE — ведущий международный поставщик инновационного высококачественного контента, ежегодно публикующий более 900 журналов и более 800 новых книг по широкому кругу предметных областей. Растущий выбор библиотечных продуктов включает архивы, данные, тематические исследования и видео. Контрольный пакет акций SAGE по-прежнему принадлежит нашему основателю, и после ее жизни она перейдет в собственность благотворительного фонда, который обеспечит дальнейшую независимость компании. Основные офисы расположены в Лос-Анджелесе, Лондоне, Нью-Дели, Сингапуре, Вашингтоне и Мельбурне.www.sagepublishing.com

Impression Formation: Perceptual Accentuation, Primacy-Recency & Consistency — Видео и стенограмма урока

Perceptual Accentuation

Хорошо, давайте начнем с одной из основных идей о том, как мы формируем впечатления. Иногда у нас есть склонность видеть то, что мы хотим видеть в других людях. Эта основная идея называется акцентуацией восприятия . Подумайте об этом так. Если вам нужно в туалет, что в первую очередь замечает ваш разум, когда вы входите в комнату? Двери, которыми могут быть туалеты, краны, стаканы с водой, все, что вы можете связать с этой основной потребностью.Подсознательно ваше восприятие увеличивает то, что удовлетворяет ваши потребности и желания.

Мы делаем то же самое, когда встречаемся с людьми. Допустим, вы подсознательно жаждете друга. Что ж, вы с большей вероятностью заметите дружелюбие других людей. Эти аспекты произведут более сильное впечатление. Или скажите, что вы находитесь в непривычной части города и боитесь, что вас ограбят. Ваше восприятие подчеркнет потенциально опасные аспекты других. Хотя это в некотором смысле помогает вам, это также вводит в заблуждение и может привести к поспешным или неточным впечатлениям.

Primacy-Recency

Ваши потребности и ожидания могут влиять на восприятие, но также может влиять порядок, в котором вы получаете информацию. Когда вы сталкиваетесь с новой ситуацией или человеком, ваш разум немедленно начинает пытаться сформировать впечатление, и он делает это, складывая ключи вместе. Ваш разум находит ключ для начала, затем добавляет вторую подсказку сверху, затем третью, затем четвертую, создавая полное впечатление. Теперь, в конце концов, вы запомните все это впечатление, но исследователи обнаружили, что две части этого процесса создают более сильные впечатления, чем другие, и их легче всего запомнить о человеке.

Первый, ну, первый. Первая подсказка — самая сильная, потому что на ней строится впечатление. Мы называем это первенство . Другая часть впечатления, которое легче всего запомнить о ком-то, — это последний ключ к разгадке, потому что он самый последний. Мы называем это новизной .

Феномен первичности-новизны показывает, что начало и конец впечатления будут иметь самое сильное влияние. Вы встречаетесь с кем-то, формируете впечатление, а затем в следующий раз, когда вы думаете о нем, первое, что вы вспоминаете, — это начало и конец этого впечатления.Опять же, это может привести к формированию у людей неточных впечатлений, потому что они могут упустить из виду важные подсказки, находящиеся в середине. Также важно помнить, если вы пытаетесь произвести на кого-то хорошее впечатление. Постарайтесь, чтобы первая и последняя части вашего разговора были такими, которые вы хотите, чтобы они запомнили о вас больше всего, что даст вам больше шансов произвести более сильное впечатление.

Последовательность

Впечатления — важная часть того, как мы воспринимаем окружающий мир.Но это не просто сиюминутные вещи. Наш разум хранит впечатления, и все эти впечатления, которые мы производим на протяжении всей жизни, определяют наши ожидания в отношении людей и событий. Мы называем тенденцию основывать восприятие на прошлом опыте последовательностью . Другими словами, вы ожидаете, что ваши впечатления останутся неизменными.

Скажите, что вы встречаете кого-то, и он очень счастливый человек. Каждый раз, когда вы видите этого человека в будущем, вы обычно ожидаете, что он будет счастлив и будет соответствовать вашему впечатлению.Кроме того, вы можете ожидать, что люди, похожие на него, будут счастливы, основываясь на ожиданиях в отношении людей, которые разделяют определенные черты характера. Но, опять же, мы должны быть осторожны с этим. Впечатления, как и обложки книг, не говорят всего о том, что внутри.

Резюме урока

Каждый раз, когда мы встречаем кого-то, наш разум начинает формировать впечатление , подсознательное мнение, которое помогает нам начать обрабатывать новую информацию. Впечатления помогают нам понять, как взаимодействовать с людьми, местами и событиями, и это может происходить несколькими способами.Первый — через акцентуацию восприятия , тенденцию уделять больше внимания вещам, которые удовлетворяют наши желания и потребности. Если вы ищете друга, ваш ум может подчеркнуть дружеские черты. Если вы боитесь, ваш разум может преувеличивать возможные угрозы.

Другая часть формирования впечатления — это первичность-новизна , тенденция для первого и последнего впечатлений быть самыми сильными. Ваше общее впечатление — это серия подсказок, построенных друг на друге, но первую и последнюю легче всего вспомнить.И третий фактор в формировании оттиска — согласованность , ожидание того, что оттиски останутся точными. Впечатления — важная часть того, как мы воспринимаем окружающий мир, но к ним нужно относиться с осторожностью. Ведь не всегда можно судить о книге по обложке.

Обзор формирования слепка

Условия Пояснения
Формирование оттиска подсознательно формируют мнение о людях, с которыми мы встречаемся
Оттиск подсознательное мнение, которое помогает нам начать обработку новой информации
Акцентуация восприятия склонность уделять больше внимания тому, что удовлетворяет наши желания и потребности
Primacy первая подсказка, что впечатление построено на
Давность самое последнее впечатление
Согласованность ожидание того, что показы останутся точными

Результаты обучения

По окончании этого урока вы должны быть готовы:

  • Описать формирование впечатления
  • Превосходство контраста с новизной
  • Определите, что подразумевается под согласованностью

Отношение к акцентам — Ассоциация психологической науки — APS

Каролина Хансен

Ученый-психолог Каролина Хансен из Варшавского университета в Польше исследует допущения и предубеждения, которые мы питаем в отношении иностранных и местных акцентов.

Как вы заинтересовались изучением языковых предубеждений?

Все началось с лекции Когнитивная психология . Вся лекция была интересной, но что особенно привлекло мое внимание, так это гипотеза Сепира-Уорфа о лингвистической относительности. Мне показалась захватывающей и интуитивно верной мысль о том, что люди, говорящие на разных языках, будут видеть мир по-разному. Сразу после лекции я взял в библиотеке книгу со сборником статей и эссе Уорфа.Позже я спросил профессора, могу ли я написать с ней диссертацию на степень бакалавра. Я также остался с ней над моей магистерской диссертацией.

Другая лекция, которая мне тоже понравилась, была «Социальная психология». Мне также всегда нравилось изучать новые языки, и я даже некоторое время преподавал бразильский португальский. Теперь я совмещаю все эти интересы и увлечения в своей работе.

Были ли какие-либо неожиданные или противоречащие интуиции выводы из вашего исследования акцентных установок?

О, определенно! Я много читал и много думал о том, как люди могут реагировать на других, которые выглядят как иммигранты, но говорят как местные жители.Тем не менее, когда я впервые увидел результаты, показывающие, что человек, похожий на турка, говорящий на стандартном немецком языке, считается более компетентным, чем говорящий по-немецки с немецким языком, я был удивлен. Вы ожидаете чего-то, основанного на теории, но тем не менее, когда это действительно происходит, это может быть удивительно.

Обнаружили ли вы явные различия (или сходства) в отношении к акцентам в разных странах и культурах?

О да. В США, Великобритании или Германии люди ожидают, что другие будут говорить по-английски или по-немецки; это значение по умолчанию.Приятный сюрприз — когда иммигрант говорит без иностранного акцента. Но в Польше, стране с небольшим количеством иммигрантов и языком, на котором редко говорят в других частях мира, люди счастливы, когда иностранец вообще говорит по-польски. Их не волнует акцент, и они могут даже почувствовать подозрение, если встретят человека, иммигрантского происхождения, но говорящего по-польски как родного. Я считаю, что эти различия очень важно изучить.

Что вы планируете изучать дальше в этом направлении?

Я хочу больше узнать о межкультурных различиях в восприятии говорящих с акцентом.Кроме того, я думаю и уже вижу в своих данных, что со временем и с ростом осведомленности о различных видах дискриминации люди могут с меньшей охотой признавать свои предубеждения. Я хочу изучить и этот аспект. Я думаю, что мы также забываем, что время летит, и отношение людей тоже может меняться. Для меня важны как культурное, так и временное измерение.

Каковы были ваши собственные впечатления от акцентных предубеждений? Есть ли какие-то акценты, к которым у вас есть особое отношение?

Люди в США обычно говорят, что не знают, откуда у меня акцент.Некоторые говорят, что Германия, некоторые говорят, что Франция, а некоторые просто понятия не имеют. Вероятно, это потому, что я провел время в Германии и некоторое время в других странах, часто разговаривая по-английски с международной публикой. В академическом контексте я не чувствую дискриминации и предпочитаю видеть любопытство людей относительно того, откуда я родом. Но в контексте аренды квартиры за границей у меня была одна или две неприятные ситуации, когда я чувствовал, что люди игнорируют меня, потому что я не выгляжу как человек, у которого есть работа и который может платить за аренду.В какой-то степени было интересно испытать дискриминацию по акценту из первых рук.

Что касается моего собственного восприятия акцентов других людей, было интересно заметить, когда я начал слышать различия между акцентами, которых я раньше не слышал. Я родился и вырос в Варшаве, и там я получил степень магистра, но, чтобы получить степень доктора философии, я переехал в Германию. Когда я приехал, я сначала немного боролся с языком, но со временем мне стало лучше.

В своем исследовании я записал людей, говорящих по-немецки с разными акцентами, и в моем исследовании был один печальный и волшебный момент, когда я заметил: «О, этот акцент звучит забавно, но некомпетентно.«Если бы кто-нибудь сыграл мне в нее в первые дни моего изучения немецкого, я бы, конечно, не знал, что с ней что-то« не так ». Это был важный момент для меня, чтобы увидеть в себе явление, которое я изучаю, а также увидеть, как оно проявляется в относительно короткий период времени.

Общая модель акцентуации категории и иллюзорной корреляции — UC Davis

@article {89cde4f7364f4afa9bd2fef40a94016f,

title = «Процессы внимания в формировании стереотипа: общая модель для акцентуации категории и формирования иллюзорной корреляции может»,

основываться на преувеличении реальных групповых различий (акцентуация на категории) или неправильном восприятии несуществующих групповых различий (иллюзорная корреляция).Это исследование стремилось объяснить оба явления с помощью теории внимания категорийного обучения Дж. К. Крушке (1996, 2001, 2003). Согласно модели, особенности групп большинства изучаются раньше, чем особенности групп меньшинств. В свою очередь, черты, которые ассоциируются с меньшинством, больше всего отличают его от большинства. Этот второй процесс управляется механизмом переключения внимания, который направляет внимание на пары групп-атрибутов, которые облегчают дифференциацию двух групп и могут привести к формированию более сильных стереотипов меньшинства.Пять экспериментов подтвердили эту модель в качестве общего объяснения акцентуации категории и иллюзорной корреляции, основанной на различимости. Обсуждаются последствия для природы формирования стереотипов, иллюзорной корреляции и формирования впечатления. «,

keywords =» категоризация и внимание, акцентуация категории, иллюзорная корреляция, социальная категоризация, формирование стереотипов «,

author =» Джеффри Шерман и Крушке , {Джон К.} и Шерман, {Стивен Дж.} И Перси, {Элиз Дж.} и Петрочелли, {Джон В.} и Конри, {Фредерика Р.} «,

год =» 2009 «,

месяц = ​​февраль,

день =» 1 «,

doi =» 10.1037 / a0013778 » ,

language = «English (US)»,

volume = «96»,

pages = «305-323»,

journal = «Journal of Personality and Social Psychology»,

issn = «0022 -3514 «,

publisher =» American Psychological Association Inc. «,

number =» 2 «,

}

Доктор психологии в школьной клинической детской психологии

Уважаемые студенты, преподаватели, сотрудники и друзья,

Я рад представить вам это руководство по нашим планам на предстоящий осенний семестр и открытие наших кампусов.По форме и содержанию предстоящий семестр не будет похож ни на один другой. Будем по-другому жить, по-другому работать и по-другому учиться. Но в самом его отличии кроется его огромная сила.

Миссия Университета Йешива — обогатить моральное, интеллектуальное и духовное развитие каждого из наших студентов, наделив их знаниями и способностями, чтобы они могли стать влиятельными людьми и лидерами завтрашнего дня. Учеба в следующем году будет особенно полезной в формировании образа жизни наших студентов.Характер формируется и развивается во времена глубоких невзгод. Это своего рода обучающий момент, для которого был создан Университет Ешива. Таким образом, мы разработали образовательный план на следующий год, в котором учащиеся получают высококачественный опыт и уделяют приоритетное внимание личностному росту в эпоху коронавируса. Наши студенты смогут проработать трудности, проблемы и возможности, связанные с нашей эрой COVID-19, с нашими звездными раввинами и преподавателями, а также со своими близкими друзьями и коллегами в ешиве.

Чтобы разработать наши планы на осень, мы созвали рабочую группу по планированию сценариев, в которую вошли представители основных районов нашего кампуса. При планировании они руководствовались последней медицинской информацией, постановлениями правительства, непосредственным вкладом наших раввинов, преподавателей и студентов, а также передовым опытом руководителей отрасли и университетов по всей стране. Я глубоко благодарен членам нашей целевой группы и всем, кто их поддерживал, за их неустанную работу по решению бесчисленных деталей, связанных с возвращением студентов в кампус и перезапуском нашего образовательного предприятия.

В соответствии с рекомендациями нашей целевой группы, я объявляю сегодня, что наш осенний семестр будет отражать гибридную модель. Это позволит многим студентам осторожно вернуться, включив онлайн и виртуальное обучение с обучением в классе. Это также позволяет студентам, которые предпочитают не находиться в кампусе, получить богатый студенческий опыт, продолжая учебу в Интернете и пользуясь полным спектром онлайн-студенческих услуг и внеклассных программ.

При возвращении студентов в кампус безопасность является нашим главным приоритетом.В предстоящем семестре многие аспекты жизни университетского городка изменятся. Сборы будут ограничены, более крупные курсы будут полностью переведены в онлайн. На всем территории кампуса каждый должен будет придерживаться наших медицинских правил, включая социальное дистанцирование, ношение лицевых масок, а также наши правила тестирования и отслеживания контактов. Поскольку мы стремимся минимизировать риски, наши студенты начнут первые несколько недель осеннего семестра онлайн и переедут в кампус после еврейских каникул. Этот график ограничит количество поездок взад и вперед для наших студентов, сосредоточив компонент студенческого городка осеннего семестра на одном последовательном сегменте.

На протяжении всего нашего планирования мы использовали аналогию с диммерным переключателем. Повторное открытие наших кампусов будет не простым бинарным механизмом, как включение / выключение света, а скорее регулятором яркости, в котором у нас есть возможность масштабироваться вперед и назад, чтобы должным образом реагировать на изменение ситуации со здоровьем. Вполне возможно, что некоторые планы могут измениться в зависимости от развития вируса и / или соответствующих рекомендаций правительства штата или местного самоуправления.

Перед началом семестра мы предоставим больше обновлений, отражающих наши самые последние рекомендации.Следите за регулярными обновлениями на нашем веб-сайте yu.edu/fall2020. Мы понимаем, что даже после прочтения этого руководства у вас может возникнуть много дополнительных вопросов, поэтому мы также разместим в Интернете обширный раздел часто задаваемых вопросов. Кроме того, в ближайшие пару месяцев мы также будем проводить общественные телеконференции для преподавателей, студентов, сотрудников и родителей.

Планирование будущего в этот момент, безусловно, унизительно. Этот коронавирус снова и снова напоминает нам об уроках нашей еврейской традиции, что мы не в полной мере контролируем свои обстоятельства.Но наша традиция также учит нас тому, что мы контролируем нашу реакцию на наши обстоятельства. Следующий семестр представит значительные проблемы и изменения. Будут какие-то компромиссы и мелкие неудобства — не для каждой проблемы есть идеальное решение. Но вера и сила духа, взаимное сотрудничество и стойкость — важные жизненные уроки, которые необходимо усвоить в этот период. И если мы все возьмем на себя обязательство откликнуться с великодушием, добротой и любовью, мы сможем превратить новые реалии университетского городка в важные уроки жизни для нашего будущего.

Глубоко укоренившись в наших еврейских ценностях и стремясь к будущему, мы вместе с вами, нашим сообществом Университета Йешива, путешествуем по этим неизведанным водам. Следующий год будет определяющим в жизни наших студентов, и вместе мы поднимемся до настоящего момента, чтобы наши студенты стали более сильными и подготовленными, чтобы стать лидерами мира завтрашнего дня.

С наилучшими пожеланиями,

Ари Берман

.

About the Author

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Related Posts